Скафандры UNISEX от Джеймса ...


  Скафандры «UNISEX» от Джеймса Шмица

© Вл. Гаков


Отечественному любителю фантастики имя Джеймса Шмица на протяжении последних «советских» десятилетий оставалось известным лишь благодаря двум переведённым рассказам: «Дедушка» (1955) и «Сбалансированная экология» (1965). Оба появились в «мировском» сборнике «Космический госпиталь» (1972), в обоих речь шла о «внеземных формах жизни», и оба были весьма благожелательно приняты читателями.

Рассказы и вправду добротные, симпатичные, написанные с юмором и выдумкой, и во всех отношениях – традиционные. В них если что и поразило, то недюжинная изобретательность автора, – как здорово он выдумал и «вкусно», со смаком, описал эти «внеземные формы»! Но, увы, больше никакими произведениями Шмица в ту пору издательства нас не побаловали.

На странно звучащие, выбивавшиеся из контекста, слова – «Регентесса» в одном из рассказов, «Федерация» во втором – массовый читатель особого внимания не обратил. И уж совсем мало кому было ведомо, что оба переведённых рассказа относятся по сути к единому циклу о той самой Федерации, где были Регентессы и ещё много чего!

 Обложка американского издания романа Шмица «Ведьмы Карреса»

Только в 1992 году на русском языке вышел самый известный и не входивший ни в какие серии и циклы роман Шмица «Ведьмы Карреса», книжное издание которого датировано 1966 годом. Увы, львиная доля переводов, обрушившихся на нашу голову в те похмельные (свобода, ребята!) годы, оказала дурную услугу многим достойным западным писателям: если так, то лучше б не переводили вовсе... Не избежал сей участи и роман Шмица, поэтому говорить о каком-либо адекватном впечатлении от книги с полным основанием можно только сейчас – после знакомства с новым переводом Ирины Тогоевой, переводчицы, известной всем любителям фантастики.

Именно «Ведьмы» – вместе с рядом других произведений, о которых пойдёт речь, – сделали Шмицу имя в американской научной фантастике. Имя достойное и запомнившееся, по крайней мере, одним «открытием», которому отдали должное лишь на закате жизни писателя.

Дело в том, что ещё в 1950-е годы он поразил читателей научной фантастики (тогда почти исключительно мужчин) настоящим откровением: суть его была в том, что космос – да, конечно, место для настоящих мужчин, но в равной степени – и для настоящих женщин! Понимая при этом тяжкий изнурительный труд специалистов во всех областях.

В те годы, повторяю, мало кто оценил по достоинству открытие Шмица. Однако время шло, и его не хныкающие и спорые в деле (а не «в теле») звёздные «боевые подруги», не прося поблажек и не хуже мужчин справляясь с порученными заданиями, всё больше и больше приходились по душе читателям-мужчинам. Может быть, тех уже изрядно перекормили трафаретными образами мужиков-суперменов с железобетонными кулаками и челюстями, а тут вдруг пахнуло свежестью и новизной!..

Стало быть, автору действительно повезло: в литературе, изначально и принципиально нацеленной на новизну, открыть что-то своё...


Родился Джеймс Генри Шмиц 15 октября 1911 года далеко от страны, гражданами которой были его родители – в Гамбурге. Отец будущего писателя, американский бизнесмен Джозеф Генри Шмиц, имел, как говорят, «дела» в Германии и почти безвылазно проживал там с женой. Поэтому будущий писатель первые триднацать лет жизни провёл вдали от родных языка и культуры, насколько вообще последнее слово применимо к Америке. В Германии он окончил школу и высшее техническое училище. После этого на год съездил в Америку и провёл его в Чикагской школе бизнеса. На сем формальное образование завершилось.

В 1932-1939 годах, вернувшись в Германию, молодой Шмиц решил продолжить дело отца, поступив на работу в международную компанию по производству сельскохозяйственной техники. А потом началась война, и Шмицу пришлось окончательно расстаться со страной своего рождения.

Войну он провел на Тихом океане фотографом в авиаразведке, а, демобилизовавшись, вновь потянулся к бизнесу. У шурина был небольшой заводик по производству грузовиков, и Джеймс вошёл в дело, однако уже к 1949 году понял, что карьера предпринимателя не для него. «Я опять вернулся к литературному труду, пристроил несколько рассказов в журналы, а параллельно меня все время втягивали в какие-то сомнительные авантюры, как правило, заканчивающиеся пшиком. Так что, глядя на меня, не скажешь: вот человек, который в жизни добился чего-то путного! Окончательно разочаровавшись во всём, я с 1961 года уже не позволял себе заниматься ничем, кроме писательства».

В научной фантастике Шмиц дебютировал рассказом «Зеленолицый», напечатанным в августовском номере журнала «Неизведанное» («Unknown») за 1943 год. Это издание было знаменито тем, что специализировалось на фантастике исключительно «тёмной» – мрачной, кошмарной, иррациональной, бесконечно далёкой от тех историй, что публиковались в кэмпбелловском журнале «Эстаундинг». И рассказ-дебют Шмица скорее можно было причислить к пограничному жанру «ужастиков», поскольку главным «персонажем» выступала некая агрессивная флора, очередное растение-людоед. Интересно также, что во всём литературном наследии писателя – а на его счету более шести десятков рассказов и повестей, многие из которых впоследствии составили «романы», – данный рассказ остался, пожалуй, единственным, где действие происходит в наши дни.

Известность Шмицу-фантасту принесли совсем иные произведения, и вот они-то как раз с энтузиазмом были приняты в «Эстаундинг», к тому времени успевшем сменить имя на «Аналог»! В них речь шла о далёком будущем, о Галактической федерации, называемой автором Средоточием и управляемой неким Сверхправительством, в коем представлены все разумные расы обитаемой галактики.

Впрочем, слово автору: «Действие многих моих рассказов и романов развёртывается в рамках мегацивилизации, названной Федерацией Средоточия. По крайней мере, все герои этих произведений – современники, их судьбы всё время пересекаются, словом, это единый мир. Думаю, что почти половина того, что я написал, развёртывалось на фоне Средоточия.

Первоначально никакого особого плана создания собственного мира не было. В трёх ранних рассказах, опубликованных ещё в 1950-х, я впервые коснулся темы Федерации Средоточия, затем, в романе «Наследие», разработал необходимый фон в деталях, потому что так требовал сюжет. Потом заимствовал одного из героев романа для очередной повести «Сорвавшийся с поводка» просто потому, что тот персонаж идеально подходил моему замыслу; затем ряд эпизодов в повести потянул за собой новые рассказы о Средоточии... И я уже был не в состоянии остановить Процесс!»

Формально в цикл о Средоточии входят два романа – «Наследие» (1962) и «Дьявольское отродье» (1968), и два же сборника: «Прекрасный повод поорать от ужаса и другие рассказы о Средоточии» (1965) и «Гордость чудовищ» (1970).

Все рассказы первого сборника пронизывает одна мысль: Вселенная удивительна настолько, насколько мы в состоянии себе представить – и даже больше того! А невероятные открытия ожидают первопроходцев буквально за каждым поворотом... Критик Уолтер Майерс, написавший о Шмице статью в фундаментальный справочник «Писатели-фантасты ХХ века», отмечал: «Хотя действие рассказов происходит в далёком будущем, земляне и исследователи из других миров постоянно встречаются на иных планетах с существами и моделями поведения, о которых не подозревали, от автоматической станции «звездосервиса» в рассказе «Прекрасный повод поорать от ужаса» до инопланетной расы из «Ветров времени», настолько ушедшей вперёд в развитии по сравнению с земной цивилизацией, что земляне для чужаков не более, чем домашние животные».

 Обложка сборника произведений Шмица о Телзи Амбердон

Так бы и остался Шмиц рядовым автором приключенческой научной фантастики, если бы не «подцикл», ответвившийся от основного массива произведений. Точнее, если бы не образ его главной героини – наделённой телепатическими способностями девушки-подростка Телзи Амбердон, суперагента, завербованного некоей Службой психологической разведки Сверхправительства.

Об обстоятельствах «рождения» Телзи отец-автор вспоминает следующее: «Никакого плана и в этом случае не было. Просто оброненная реплика героя одного из рассказов о том, что они собираются «на сафари на Джонтару», возбудила во мне любопытство: что же это за мир такой, если ради удовольствия поохотиться в нём люди готовы терпеть все неудобства межзвёздного перелёта? Так планета Джонтару приобрела видимые очертания, и именно там впервые появилась моя героиня – Телзи Амбердон. Сначала я не собирался делать её центральным персонажем; но ситуация, которую я описывал, настоятельно требовала кого-то, кто разрешит её наилучшим образом. Так получилось, что этим «кем-то» оказалась она – Телзи. Короткая повесть получила название «Новичок», а год спустя я написал продолжение – «В тихом омуте...», после чего издательство объединило обе части и издало из в 1964 году под одной обложкой – как роман «Одна против всей Вселенной».

А вообще-то её «приемным отцом» по праву следовало бы назвать Кемпбелла. Я написал ещё два рассказа о девушке-агенте, и он их с готовностью напечатал; однако затем у нас с Телзи возник целый ряд проблем, и я решил с нею расстаться, переключившись на что-то другое. Прошли годы, и вдруг Джон, как ни в чем не бывало, напомнил мне: «Знаешь, читатели требуют новых рассказов о Телзи»... И я уступил!»

Я столь подробно останавливаюсь на цикле о Телзи по той причине, что с «Ведьмами Карреса» читатель только что познакомился и, наверное, уже уловил связь.

Да, и в этом романе доминируют юные героини-телепатки. И хотя завязка произведения представляется более чем традиционной: мужественный капитан звездолёта вызволяет из лап звёздных работорговцев прекрасных пленниц, и те, в благодарность за освобождение, очевидно, окружат одинокого «звёздного волка» надлежащей заботой... – дальше-то, как убедился читатель, всё не так! Сюжет стремительно слетает с привычной «нарезки» американской фантастики, и Шмиц снова один идёт «в ногу». Потому что и капитан у него никакой не бравый «звёздный волк», а напротив, неудачник; и юные рабыни подозрительно легко были уступлены ему своими мучителями. Да и сами действия трёх подружек на борту совсем не похожи на проявление пламенной благодарности.

 Обложка Хаяо Миядзаки к японскому изданию романа «Ведьмы Карреса»

Короче, снова то же самое. Молодые девицы оказываются классными «суперагентами» и правят свой бал (или шабаш?) на борту. А здоровенный мужик выглядит круглым дураком, которым вертят, как хотят!

...Когда Джеймс Шмиц создавал серию о Телзи и «Ведьм Карреса», феминизм в Америке волновал немногих. Разве что горстку «выживших из ума баб» (по общему, естественно, мужскому убеждению). А в произведениях Шмица умные и по-прежнему обворожительные юные профессионалки заставляли обращать внимание не на их ножки, а на то, что находится в голове. Отчаянным и одновременно профессионально деловитым «бой-бабам» приходилось постоянно спасать обитаемую Вселенную от различных напастей. И они это делали столь успешно, что читателю приходилось забывать о выработанных веками культурных клише: что такое мужская работа, а что – дело тонкое, женское...

Но зато потом, когда мода переменилась, его Телзи и «юные ведьмочки» пришлись явно ко двору. В Америке 1980-х такие же тинейджеры прекрасного пола для начала расправились с прилагательным «прекрасный» (как ущемляющим их достоинство), затем решительно забросили кукол и грёзы о прекрасных принцах и принялись брать судьбу в свои руки, предварительно их накачав! И может быть, Шмицу повезло, что он умер в апреле 1981 года, застав лишь начало этого шабаша и не увидев его апофеоза.

Иногда фантастам лучше не доживать до зримого воплощения их фантазий...

 

источник: «Если». – 1997. – № 5. – с. 221-225.


⇑ Наверх