Все отзывы на произведения Стивена Кинга (Stephen King)

отзыв написал Din Tomas 20 октября 2007 г. в 21:40

Эпопея о Темной Башне занимает в современной фантастике особое место. Ничего подобного не было ни до, ни после (хотя в каких-то компонентах родственники все же есть).

Иногда жанр саги определяют как «темное фэнтэзи». На мой взгляд, книги ТБ находятся на стыке классического фэнтэзи и хоррора, с массой неповторимых придумок Кинга. Нельзя забывать также о вестерн-корнях и переплетениях с земным бытием.

Почему классическое фэнтэзи? В предисловии к «Стрелку» автор рассказывает о своих юношеских впечатлениях от «Властелина колец». Кое-какие элементы шедевра Толкина проникли и в шедевр Кинга, но куда же без этого? Фактически, чуть ли не все авторы фэнтэзи так или иначе вышли из «Властелина». Кто-то – полемизируя с профессором и делая мир хоббитов реалистичным, другие – выводя старые идеи на качественно новый уровень… Во «Властелине» было четкое разделение на добро и зло, вот Гэндальф и Фродо, а вот Саруман и Саурон. Нечто подобное есть и в Темной Башне, хотя и не так ярко выражено. В любом случае Роланд и его ка-тет – против «плохишей» во главе с Алым Королем, намеревающихся уничтожить мир. Почему  это не кажется примитивным? Дело в персонажах. Все они у Кинга – живые люди, читатель может понять мотивы прихвостней Алого Короля вроде Пимли Прентисса или Финли из Тего, даже посочувствовать им. Автор мастерски соединил каноны фэнтэзи с яркими героями и проработанным миром.

Герои вообще – отдельная тема. Роланд среди них, безусловно, главный и сюжетообразующий, ради него все и затевалось. Последний стрелок сдвинувшегося мира, вечно бредущий к своей цели. Можно сказать, машина убийств: быстрая реакция, отменное владение револьверами, бесконечное хладнокровие, огромный опыт. На начало «Стрелка» его сердце давно зачерствело. Но вот у него опять появляются друзья и даже сын, хоть и не кровный, и мы узнаем, что Роланд ещё может любить, что отчасти он ещё романтик. Тем не менее, стремление к Башне в конечном счете перевешивает все остальное; иногда даже думаешь – что там такого, в этой башне? Но долг последнего рыцаря надо выполнять.

Так или иначе, стрелок спасает и выводит из кризиса каждого члена своего нового ка-тета. Внешне благополучная нью-йоркская жизнь Джейка омрачается одиночеством и заброшенностью со стороны родителей (только горничная ещё поддерживает душевное здоровье мальчика). Роланд становится его духовным отцом. Эдди Дин во всем поддерживает своего старшего брата Генри («как никак, Генри жертвует своей личной жизнью, чтобы присматривать за тобой» - образ братьев прекрасно удался Кингу), в том числе и в наркомании. И если бы не вмешательство Роланда, Эдди так и захирел бы под железной хваткой наркотиков. Наконец, Сюзанна из-за нескольких психических травм раскололась на две личности, ведущие незримую борьбу за одно тело – вежливо-чопорную Одетту и бескомпромиссно-злобную Детту. Привести все это к гармонии смог опять-таки Роланд при немалом участии Эдди.

В результате все эти столь разные люди объединились в сплоченную команду, сметающую любые преграды на пути к главной цели. Ко все той же Темной Башне.

Впрочем, я забыл упомянуть ещё одного немаловажного персонажа – Ыша. Любимец всех читателей, этот зверек фактически представляет собой идеального домашнего питомца: храбрость и верность собаки, пушистость и красота кошки (ну и немножко енота), зачатки речи попугая. Присоединившись к ка-тету последним, он не раз выручит остальных и вообще сыграет немаловажную роль в походе к Башне.

Но список персонажей отнюдь не ограничивается этой пятеркой. Семь книг наполнены самыми разными героями, и подавляющему их большинству – веришь. Вот Каллагэн – бывший священник и путешественник, защитник бедных; Тед Бротиген – первый среди Разрушителей, но в то же время и предводитель сопротивления. Многочисленные случайные помощники ка-тета: Джон Каллем, Айрин Тассенбаум, даже Эрон Дипно с Келвином Тауэром, каждый из них – личность. Глуповатый гений Патрик Дэнвилл, старики с Речного Перекрестка – всех трудно перечислить. А первый ка-тет Роланда? Для многих читателей храбрый весельчак Катберт – один из любимых персонажей. Даже Корт, наставник стрелка, нечасто появляясь на страницах книг, успевает крепко запасть в душу. Нет числа различным врагам и противникам ка-тета… Удались мрачные образы варваров Луда, Гашер с Тик-Таком; эксцентричный любитель загадок – поезд (!) Блейн, Дандело, и многие другие. При этом, как уже упоминалось, почти все они неоднозначны и доступны для понимания, в помыслы любого можно проникнуть. Взять того же Бена Слайтмана – мотивы его прекрасно понятны, и очень многие на его месте поступили бы точно так же (да и тот же Пимли Прентисс может вызывать сочувствие).

Достоверные персонажи и яркий психологизм сложных ситуаций – вот главные компоненты рецепта успеха ТБ. А уж в сочетании с драйвом и невероятными приключениями… в результате возникает полный эффект присутствия, читатель по-настоящему вживается в повествование, сопереживает героям, незримо присутствует в каждом эпизоде эпопеи.

Хотелось бы отметить и необычный мир, описанный Кингом. Поначалу, в «Стрелке», вырисовывается картина постъядерного Дикого Запада, что любопытно само по себе. Но это только начало: автор понемногу проясняет механику вселенной, впрочем, кое-где больше запутывая. Темная Башня в центре мироздания, Лучи, неисчислимое количество миров…среди которых есть и наш, современный (и десятки его отражений). Эдди, Сюзанна и Джейк – из Нью-Йорка близкой к нам реальности, так что в течение всей эпопеи очень часто будут встречаться земные артефакты: упоминания актеров, сериалов, книг, телепередач, торговых марок, и многое, многое другое. Причем преимущественно все это – американское. Российскому читателю ничего не скажут бесконечные имена артистов, политиков, писателей, музыкантов… Зато для американца (к тому же возраста Кинга) здесь, должно быть, раздолье. Впрочем, аллюзии на страну Оз и Гарри Поттера будут понятны всем, а примечания отличного перевода помогут разобраться в остальном.

Интересная черта книг ТБ (в особенности последних трех) – обилие всевозможных терминов кинговского сочинения. Начиная от самых простых – ка, ка-тет, кхеф, и заканчивая Ганом, кан-тои, тахинами, ка-шуме, и т.д. Плюс без конца повторяются рефрены вроде «Смотри – черепаха, панцирь горой», «Мы говорим: спасибо, аллилуйя, аминь», «кам-кам-каммала», «Долгих дней и приятных ночей»… все это добавляет миру рельефности и эпичности, а разобраться в общем-то несложно.

Правдоподобности также добавляет присутствие автора среди персонажей. Кинг неоднократно подчеркивает, что не придумывал ТБ, а всего лишь записывал то, что ему нашептали извне. Он – рупор, через который история о последнем стрелке дошла до читателей. Во время прочтения не раз задумаешься: а уж не существует ли Башня и Роланд в реальности? Такого эффекта в наш скептически-циничный век добиться трудно, честь и хвала Кингу за эти по-детски красочные впечатления.

И все же, как говорится, даже на солнце есть пятна, так что должны быть и у ТБ недостатки? Во-первых, не каждому понравятся уже упомянутые запутанная терминология и необычный мир, обилие американских артефактов, бинарность конфликта (добро-зло), наконец. Но это вопрос вкуса. Более неоднозначным выглядит другой момент. Можно называть его читерством, кусторояльностью, «богом-из-машины». В явном виде в книгах его нет, но тень иногда проглядывает. А многие, прочитав шестой-седьмой тома, уверенно заявили: «Устал писать, читерит», и т.д. Забавно, что на страницах эпопеи Кинг не раз посмеялся над якобы кусторояльностью (листочки с надписью «Расслабься! Вот идет бог из машины!»). В общем-то, действительно, повествование развивается весьма логично, никаких вопиющих нестыковок нет, так что все в порядке.

ТБ писалась в течении более чем тридцати лет, и надо сказать, что это ощущается. Изначально «Стрелок» - чуть ли не фанфик по вестернам Леоне с примесью постъядера и впечатлений от «Властелина колец». Думаю, тогда сам Кинг не мог и предположить, во что все это выльется. И в результате первая книга смотрится как большой пролог к дальнейшим событиям. Зато решив дальше прорабатывать историю, автор в «Извлечении троих» выложился на полную катушку, и то, что читатели «подсели» на ТБ, - заслуга именно второго тома (он так и остался моим любимым, разве что наряду с седьмым). В «Бесплодных землях» завершилось образование и сплочение ка-тета, по сути было пройдено боевое крещение; плюс к этому начала проясняться механика мира. «Колдун и кристалл» окончательно углубил повествование, позволив заглянуть в прошлое Роланда. А вот потом наступил кризис: Кинг не знал, как правильно продолжить историю, не свалившись в перечисление бесконечных приключений ка-тета. Как ни странно, помогла авария, явно что-то переменившая в мироощущении автора. Последние три книги уже прочно связаны между собой. В «Волках Кальи»-то и появились «каммала», «Девятнадцатиландия» и прочие новые идеи. «Песнь Сюзанны» - задумчивый и «странный» том, Кинг продолжает развивать мир и подготавливает почву для последней книги. Чувствуется, что он полностью вложился в заключительный том - «Темную Башню», до предела насытив её драйвом и драматичностью. Возможно, всю эпопею стоит прочитать хотя бы только из-за впечатлений, которые получаешь в седьмой книге. А уж мрачный и красивый финал… его можно воспринимать по-разному, но банальным счесть точно нельзя.

В прологе к ТБ упоминались бабушка и арестант, которые по разным причинам после 4 книг хотели узнать конец всей саги. Думаю, если каким-то чудом они дожили до выхода «Темной Башни», то немало удивились))

Я бы посоветовал ТБ всем любителям фантастики (или просто людям, в которых ещё сохранилась частичка воображения и, может быть, романтизма). Вне зависимости от отношения к фэнтэзи, даже вне зависимости от отношения к Кингу, достаточно просто любить хорошие истории… допускаю, книги эпопеи могут не понравиться, но если рискнуть и попробовать, то, возможно, стрелок и Башня займут свое место в сердце и навсегда там останутся.

отзыв написал Din Tomas 12 октября 2008 г. в 16:03

Представьте: Вы в роскошном отеле, прямо посреди живописных заснеженных гор. Из Вашего президентского люкса открывается прекрасный вид, в баре выставлены десятки бутылок с первоклассным спиртным, кладовые завалены провизией… и всё это бесплатно. Шикарно, не правда ли? Да, и ещё, Вы – один. Один в огромном, абсолютно пустом, изолированном от цивилизации отеле. В древнем отеле, где каждый номер таит в себе историю бурных увеселений, недобрых замыслов и безумия. И впереди долгая, долгая зима, в которой единственными Вашими спутниками будут беспрестанная метель за окном, воющая почти по-человечески; мерное тиканье старинных часов на первом этаже; и, конечно, многочисленные призраки прошлых лет.

«Сияние» можно с чистой совестью назвать одним из опорных пунктов библиографии Стивена Кинга. Это третий его изданный роман и первый, получивший статус hardcover-бестселлера; уже больше тридцати лет он неизменно занимает лидирующие позиции в различных хит-парадах самых страшных книг. А экранизация от Стэнли Кубрика (1980) стала первой нашумевшей кинолентой по Кингу, несомненно, ускорив процесс популяризации писателя, тогда еще скорее принца, чем короля ужасов.

История создания романа хорошо известна: после успеха «Кэрри» и «Жребия» Кинг понял, что нуждается в приливе сил и новых источниках вдохновения. Поэтому автор с семьей отправились отдохнуть в горный отель «Стэнли» в Колорадо. Так как на дворе стояла поздняя осень, других постояльцев там не было; и зловещие виды покинутых номеров и пустующих коридоров тут же заставили закрутиться шестеренки в писательской голове. Литературно переработанными оказались не только интерьер и атмосфера «Стэнли», но даже реальный персонал (призрачный злодей Грейди «произошел» от одноименного настоящего бармена).

Впрочем, «Сияние» построено не только и даже не столько на типичных гостиничных страшилках, сколько на общем архетипе Старого Дома, полного привидений и имеющего собственный враждебный разум. В романе Кинга таким Домом оказывается горный отель «Оверлук». Со времени основания он не раз переходил из рук в руки, и его стены повидали на своем веку все темные проявления человеческой натуры, от мафиозных разборок и сходок криминальных боссов до любовных скандалов и отвратительных развлечений богатых клиентов. Это не могло пройти бесследно: все разнородные отрицательные эмоции постепенно сгустились в одну концентрированную ауру ненависти, и «Оверлук» пропитался ей, обретя свою злую волю, стремясь к приумножению негатива и подталкивая к убийствам и самоубийствам. И вот вестибюль полнится инородным присутствием; безобидные кусты в форме зверей норовят схватить тебя лапами-ветками, пока ты не видишь; дребезжащий лифт по ночам самостоятельно ездит с этажа на этаж, перевозя людей, живших десятилетия назад; а обычный, на первый взгляд, номер 217 скрывает в себе… впрочем, пусть лучше эту тайну каждый раскроет сам, вместе с героями произведения.

Надо признать, Кинг умеет нагнать саспенса, практически из ничего. Разве в наш век может кого-то напугать байка об оживших кустах в форме зверей? Оказывается, может, при условии грамотной подачи. Автор сохраняет серьезное лицо, рассказывая даже нечто нелепое, и этот прием срабатывает. Хотя самое главное и самое страшное в «Сиянии» всё-таки не в тривиальных кровожадных фантомах. Сюжетно-тематический нерв романа – это прежде всего семья и психология семейных отношений.

На авансцене повествования - семья Торрансов: Джек, Венди и их пятилетний сын Дэнни. Джек – перспективный писатель и любящий муж… правда, подверженный пьянству и вспышкам разрушительного гнева. Но и с тем, и с другим он решительно завязывает. И вот подворачивается неплохая работа – зимний смотритель в пятизвездочном горном отеле; пища, кров, деньги и возможность спокойно дописать пьесу вдали от городских соблазнов. Исполненные светлых надежд, Торрансы едут в «Оверлук». И только маленький Дэнни, обладающий экстрасенсорным талантом («сиянием»), смутно догадывается, что невинная зимовка грозит обернуться кошмаром.

Взаимоотношения в любой семье – это сложное переплетение противоречивых чувств, приятных воспоминаний и застарелых обид, составляющих устойчивый психологический фон. И Кинг с точностью барометра отображает погоду в доме Торрансов. Он вообще предстает в «Сиянии» настоящим мастером по части нюансировки, небольших штрихов, придающих произведению неповторимость и жизненность. Твердой рукой творца автор наделяет персонажей знаковыми воспоминаниями, мечтами и страхами, главным образом из детства, распространяя их влияние на всю дальнейшую жизнь. Кинг умело показывает в романе значимость обыденных на первый взгляд эпизодов, метко передает молниеносные реакции героев, постыдные порывы подсознания, мысли, вихрем мелькающие в голове в экстремальных ситуациях. А подробные флэшбэки в прошлое позволяют лучше понять характеры. В полноценной психологической расцвеченности и заключен основной смак книги, главное ее достоинство.

Глубинное понимание Кингом скрытой химии внутрисемейных отношений заставляет заподозрить его в долголетней психотерапевтической практике. На деле писатель базировался в первую очередь на личном опыте общения с женой и детьми. По собственному признанию, он облачил в образе Джека Торранса как свои пагубные привязанности к алкоголю и наркотикам, так и все свои агрессивные побуждения, в частности, гневное недовольство разбушевавшимися детьми. Вообще, гнев и исследование силы и первобытной природы этого чувства – еще один важный мотив «Сияния». Ярость может копиться годами, а затем беспощадной кувалдой обрушиться на первого встречного, из-за невовремя заданного вопроса «Который час?». Но самое страшное, что можно постепенно привыкнуть к наслаждению от выпуска пара, и уже не суметь отказаться от ежедневных вспышек бешенства, подпитываемых к тому же природными инстинктами. И под могучей властью фрейдовского Танатоса нет нужды даже в пустячных предлогах к буйству, ведь их всегда можно выдумать (в чем Джеку помогают еще и злобно подначивающие фантомы «Оверлука»).

Все эти размышления составляют смысловой подтекст романа. Через всё произведение рефреном проходит фраза «Маски долой!», аллюзирующая к «Маске красной смерти» Эдгара По. Причем это не только дань уважения классику; маска также выступает как символ лицемерия. За благопристойной улыбкой интеллигента – невоздержанный пьянчуга-тиран со стаей тараканов в башке, а то и кто похуже. Впрочем, данная идея далеко не ноу-хау Кинга, а скорее уже давно знакомая песня, много раз исполнявшаяся на разные лады. К тому же, автор ощутимо недоразработал тему: вместо того, чтобы сделать ставку на жесткий холодный реализм, он подчеркивает инфернальность происходящего, как бы говоря: «Всё ОК, это не герой с катушек съехал, это нехорошие привидения виноваты». Разочарование усугубляется еще и сюжетной небрежностью резкой, обрубленной развязки. А ведь достаточно было чуть иначе расставить акценты, первым планом показать душевные, а не спиритические проблемы, и «Сияние» стало бы гораздо страшнее, ведь правда жизни может холодить кровь пуще любых зомби.

Тем не менее, мурашки по спине и гулкий стук сердца при чтении отдельных сцен романа обеспечены каждому, благо Кинг бьет сразу по нескольким болевым точкам, а не эксплуатирует лишь один хоррор-прием. Проще говоря, он насытил книгу сразу несколькими видами страха. Это и повседневный ужас семейного насилия; и путешествие по мглистым закоулкам души, скрытым от людских глаз; и клаустрофобия одиночества (Торрансы на долгие месяцы отделены от внешего мира в засыпанном снегом отеле); и потусторонние злые сущности. При столь богатом спектре темных красок, невозмутимым после «Сияния» остаться точно нельзя.

***

Лучше всего читать «Сияние» в одиночестве; погружаться в повествование с головой, ставя себя на место героев и воображением полностью проникая в их помыслы. Тогда многие несовершенства романа скроются за ярким психологизмом и просто перестанут волновать.

«Сияние» стоит читать, если:

отзыв написал Pickman 30 июня 2008 г. в 00:32

Как известно, каждый человек исполняет в обществе несколько ролей. Есть среди них распространенные (сын, студент, директор компании), есть редкие (ловец крокодилов, филантроп), есть и уникальные (секретарь ООН). Я, конечно, не исключение, и есть в моем наборе ролей одна, которой я особенно горжусь, пускай многим землянам выпал тот же жребий.

Я тот, к кому Стивен Кинг лично обращается в предисловиях и послесловиях к книгам. Я его Постоянный Читатель.

Что это значит? Не только то, что я прочитал от корки до корки все написанные им романы и рассказы. Не только то, что я каждую новую его книгу покупаю без лишних раздумий. Это значит еще и то, что мелкие и крупные недостатки прозы Стива никогда не помешают мне насладиться ею.

Наверное, это чувство сродни любви. Поэтому писать отзыв на «Duma Key» одновременно легко и сложно: образ перед моими глазами не дрожит и не расплывается, но как рассказать о нем правдивыми словами?

Стоит, думаю, начать с названия. Ни к семейке Дюма, ни к нижней палате российского парламента события романа отношения не имеют. Можете смело забыть и про ключи, потому что в данном случае key — это небольшой плоский остров, каких много раскидано вдоль побережья Флориды, США. Например, такой:

http://tangerinebayclub.com/db5/00476/tangerinebayclub.com/_uimages/LBKaerial.jpg

«Минуточку, — скажете вы, — при чем тут Флорида? А как же штат Мэн, как же Касл-Рок, Дерри и Нью-Хэвен?» Что ж, все эти городки остались на своем (вымышленном) месте, а вот сам Стивен Кинг уже слишком стар и измучен, чтобы пережидать долгими зимами «бури столетия», которыми потчует жителей Новой Англии Атлантический океан. Вот уже несколько лет чета Кингов холодный сезон проводит на побережье Мексиканского залива, в краю фантастических цветов и золотых пляжей.

Авария, которую пережил в 1999 году Кинг, определила не только место действия, но и тему романа. Как и «История Лизи», эта книга глубоко личная, хоть и в совершенно ином ключе: если в предыдущем романе Мастер увековечил свою верную Маргариту, Табиту Кинг, то здесь отважился обнажить уже собственную душу.

Кинг расскажет вам о бесчисленных оттенках боли, о бессилии, которое знакомо только калекам; о смерти, которая всегда ближе, чем нам думается в самые мрачные минуты. Кинг расскажет о страдании… и о том, как оставить его в прошлом и начать жизнь заново. И уж в этом он не соврет, потому что каждый шрам на его теле — как сувенир из мест, о которых и так никогда не забудешь.

Да, эта книга еще и о памяти. Об искусстве. О дружбе. О любви. О красоте. Об ужасе. О том, что всё это — неразделимое и чудесное целое…

С годами романы Стива теряют в увлекательности, но прибавляют в глубине. В самом деле, не стоит ждать от ДК неожиданных поворотов сюжета. Чем все закончится (без деталей), догадаться можно уже на середине романа. Более того, повествование чем-то напоминает реалити-шоу — в самом хорошем смысле. Вместе с Эдгаром Фримантлом мы ведем повседневную жизнь, полную мелких побед и поражений, радости и гнева. Вот только жизнь эта – не совсем обычная, как справедливо заметил Expert.

Единственный промах, о котором я не побоюсь говорить о как таковом – это композиция романа. Позднего Кинга часто сравнивают с Диккенсом — и действительно, их многое объединяет. В первую очередь — склонность пространно рассказывать о незначительных событиях. Само по себе это неплохо, но в результате пространство между завязкой и развитием сюжета заполняют триста страниц, на которых не происходит почти ничего. Это чтение, которое растянется на дни и дни... однако многие ли в нашу, бесконечно далекую от викторианской, эпоху позволят себе такую трату времени?

Самое время вспомнить одну из заповедей Постоянного Читателя: «Не жди ничего нового — может, ты и старое-то хорошенько не разглядел». Сразу оговорюсь, что в моих глазах эта особенность роман не портит, но… с трудом могу назвать книгу Стива, в которой больше самоповторений, чем в этой. Кажется, именно их боялся мастер, когда объявил несколько лет назад об уходе на пенсию. Что ж, зуд в том невидимом органе, который отвечает у Кинга за писательство, все-таки взял верх, и теперь орда критиков точно разберет роман на косточки, потому что многие мотивы ДК мы уже видели когда-то в:

- «Черном доме»

- «Оно»

- «Ловце снов»

- «Сиянии»

- «Мешке с костями»

- рассказах Лавкрафта

- и самое главное — в последней книге «Темной башни», в одном из ключевых эпизодов. Здесь та же идея развернута и продолжена. Какая - догадайтесь сами.

Стоит отметить, что все самоповторы касаются именно фантастического элемента. Думается, Кинг просто устал от игр с запредельным, а от реализма успел отвыкнуть. Так и получился этот роман-гибрид, в котором невозможное остается невозможным (лично для меня), но персонажи кажутся такими же живыми, как люди вокруг нас. С ними легко подружиться, но трудно поверить в опасности, грозящие им.

Зато реальны закаты над Мексиканским заливом; реальна кукла по имени Реба, которая пугает больше всех монстров, что есть в романе (их, замечу, немного); реальна дружба Фримантла и Уайрмэна, реально человеческое тепло… И реален бесценный опыт художника, которым делится с нами великий мастер. Хотя речь здесь идет о рисунках и картинах, двенадцать интерлюдий курсивом можно рассматривать как продолжение знаменитой книжки «On Writing». Да что там, они так и называются — «Как писать картину».

Итак, хороша ли эта книга? Определенно. Но для кого она? Для Постоянных Читателей. Если хотите войти в мир Стивена Кинга – не стоит начинать с «Duma Key». Как-никак, право на Флориду и вечный покой еще нужно заработать.

И знаете, мне кажется, что с этим романом ушел привычный кинговский пессимизм. На смену ему пришло то единение с миром и согласие с собой, которое люди испокон веков называли мудростью...

отзыв написал baroni 18 января 2009 г. в 22:08

Прошу прощения, за то что начинаю разговор о новом романе С. Кинга с небольшого отступления.  За последние пару десятилетий мы почти забыли, что такое настоящий, полноценный психологический роман, занимающийся тщательным, скрупулезным исследованием внутреннего мира главного героя,  воспроизводящий малейшие  колебания человеческой души.  Своей новой книгой С. Кинг возвращает нас к  великим образцам Большого Психологического Романа, сочетая глубинный психологизм с  неумолимо сгущающейся готической атмосферой.

... Несчастный случай на стройплощадке обращает жизнь преуспевающего девелопера Эдгара Фримантла в прах. Фримантл не только стал инвалидом, лишился любимой жены, скоторой прожил более двадцати лет. Самое главное - его внутренний мир рассыпался на мельчайшие кусочки, как раздробленные во время катастрофы кости бедра.  Чтобы попытаться "собрать себя", вновь обрести собственное "я", Фримантл отправляется на небольшой островок Дьюма-Ки, лежащий около побережья Флориды (честно говоря, многие уже несколько подустали от кинговской Йокнапатофы, расположенной в штате Мэн)...

"Дьюма-Ки" оказалась одним из немногих кинговских произведений, в которых мистика не играет доминирующей роли. Нет, безусловно, мистическая составляющая романа крайне важна, но, все же, главное для Кинга - воссоздание внутреннего мира Эдгара Фримантла. Даже финальные страницы романа, на которых  герои "Дьюмы" выступают в магическую битву с воплощением метафизического Зла, выглядят скорее прекрасной развернутой метафорой, нежели чистой и незамутненной мистикой.

Как обычно, кинговский роман оказался чрезвычайно богатым на ассоциации. Возвращающиеся на Дьюма-Ки после своей трагической гибели сестры-близняшки Тесси и Ло-Ло заставляют вспомнить о мальчике Гейдже,  вернувшемся после смерти с древнего индейского кладбища...А демоны, одолевающие Эдгара Фримантла, открывшего в себе на острове дар настоящего художника, напоминают о главном герое романа "Сияние" Джеке Торрансе... Демонов всегда привлекают крайности: чрезмерная родительская любовь, избыточный творческий дар. А еще вспоминаешь о другом хорошем и одиноком художнике с небольшого карибского острова - Томасе Хадсоне из хемингуэевских "Островов в океане", которые, разумеется, читал С.Кинг...

Кинг завершает своей новый роман формальным хэппи-эндом, печальным и грустным,  заставляющим вспомнить финал "Побега из Шоушенка". Только в "Дьюма-Ки"  будет совсем по-другому. Более  меланхолично, более безнадежно. Ибо одиночеcтво - судьба всякого настоящего художника. А Эдгару Фримантлу  выпало (счастье или несчастье - этот вопрос Кинг как раз и оставляет открытым) им стать.

UPD: "Дьюма-Ки" не отпускает от себя и спустя неделю после прочтения. К роману возвращаешься, переосмысляешь отдельные эпизоды, вновь раздумываешь над кинговскими метафорами.  Новый роман Кинга  чрезвычайно высоко поднял планку для всего наступающего литературного года.

отзыв написал vrochek 09 июня 2008 г. в 04:02

Знаете, что по-настоящему жутко? Читаю отзывы на этот рассказ. "Обычная страшилка", "Порой вызывает смех". Некоторые даже жалеют героя – мол, потерял детей и все такое. Бедняга.

Вы уверены?

Вы точно уверены?

Дальше -- спойлеры. Много.

отзыв написал Karnosaur123 26 октября 2011 г. в 20:05

Чем отличается Кинг от большинства нынешних сочинителей триллеров? Отвечу. Большинство современных книг в этом жанре напоминают подарок, завернутый в дорогую и хитро закрученную обертку сюжета. Читатель медленно распутывает узелки, разворачивая сюжет-обертку вместе с героями, вот распутал все, а там... ничего. Пустота.

Не то у Кинга. Его сюжеты больше похожи на старую, основательно зачитанную газету, в которую завернуто... а вот завернуто туда может быть что угодно, и каждый раз это оказывается сюрпризом для читателя.

Вот и в этом произведении сюжет затаскан до невозможности. Женщину изнасиловали - она взяла пушку и отправилась мстить. Это даже заурядностью не назовешь - это как та самая газета, обтрепанная, зачитанная, захватанная жирными пальцами. Превращение жертвы в палача - сюжет десятков триллеров, которые, кстати, посмотрела героиня, прежде чем выйти на тропу войны. Но тут-то и зарыта собака.

На самом деле Кинг, как и в повести ''Идеальный брак'' из того же сборника, противопоставляет мир реальный миру вымысла, причем в пользу последнего. В реальном мире изнасилованная женщина, как правило, ищет защиты у закона, а потом сидит в тоске, молясь, чтобы мерзавца поймали, и чтобы гуманист-судья и добрячки-присяжные не повелись на его стенания о тяжком детстве, вкатив хотя бы реальный срок. А еще вероятнее, что она вообще никуда не обратится, постаравшись все забыть. Тогда как в кино участь насильника предрешена: оклемавшись и оправив подол, героиня кладет в сумочку ножик и отправляется на охоту за яйцами. Кингу, как человеку ЖИВУЩЕМУ вымыслом, киношный вариант ближе. И его героиня, под воздействием кино как бы раздвигает границы серой реальности, переходит в мир, где каждый сам творит свою справедливость, и сам защищает свое достоинство и честь, не полагаясь ни на кого, кроме себя. Столкновение вялой безвольности реального мира с суровым энергичным миром вымысла происходит в душе героини, вымысел побеждает... и прорывается в реальный мир, перекраивая его на свой лад.

Накатав примитивнейший сюжет, который легко пересказать словами ''Трам - бам - спасибо - мадам! - Бац! Хрясь! Сдохни, гнусная мразь!'' Кинг обернул в него свои излюбленные размышления о влиянии вымысла на реальность, и о том, как хрупка между ними граница... Не сказать, что тема эта для него нова, но подается гораздо тоньше, чем в некоторых других произведениях.

Сравнивая сюжет с зачитанной старой газетой, я должен еще отметить - эта ''газета'' стоит того, чтобы ее зачитывали и дальше. Она написана прекрасным кинговским языком. И просто очень интересна.

отзыв написал fox_mulder 25 октября 2009 г. в 22:17

Стивен Кинг очень любит маленькие американские городки —  сонные, настолько погрязшие в собственных житейских проблемах, что иногда кажется, что само время останавливается на их маленьких улочках; настолько обособленные от остального света, что их жители абсолютно уверены: за указательным знаком, предупреждающем о выезде за городские пределы, никакой разумной жизни и быть не может — только одна Пустота. Разве можно себе представить более удобную в использовании микромодель современного общества , чем место, где из года в год люди улыбаются одним и тем же лицам, приветливо приподнимают шляпы, радостно машут руками, при этом внутренне столь же искренне недоумевая, как такую заразу как его разлюбезного соседа со всеми его прегрешениями и недостатками до сих пор еще носит Мать-земля? Не обманывайтесь, глядя на их уют и мнимую приветливость жителей: под лицемерными условностями местных отношений скрываются такие же маски, как и у обитателей Большой Земли, а их отношения переплетаются причудливыми невидимыми нитями, которые образуют целые паучьи сети. Стоит опытному Кукловоду потянуть за одну из таких сетей — и вчера мирно спавший, тихий городок, тотчас оскалится плотоядной пастью.

Стивен Кинг обожает испытывать такие маленькие общины прочность. подсылая в них на роли Кукловодов, то древних вампиров («Участь Салема»), то злобных инопланетян («Томиноккеры»). Но ни одному вампиру или пришельцу не под силу разломать сложившуюся общину и превратить добропорядочных жителей в стаю одичавших убийц, превратить собственный дом в ад, где им предстоит занять самое надлежащее место смогут сделать лишь они сами.

Порой, для этого не требуется ни угроз, ни принуждения, а достаточно лишь устроить сезон распродажи.... собственных желаний. Подходите к прилавку и выбирайте на любой вкус, цвет, запах, силу и амплитуду звучания: заветные, пронесенные через всю жизнь и мимолетные, предназначенные лишь для сиюминутного удовлетворения желания, естественно-благородные или настолько порочные, что и рассказывать о них посторонним приравнивается к самоубийству. Купите сегодня — заплатите потом. О, даже не сомневайтесь, что непременно заплатите, благо предлагающий Вам свои услуги продавец — это не просто тщедушный банковский кредитор, а сам Дьявол! С мастерством истинного Кукольника он подберет ключик к каждому заветному мечтанию, а потом лишь аккуратно потянет за казалось бы, невидимую ниточку — и благопристойное существование начинает пылать огнем библейского Содома. И как и подобает истинному Содому, остановить пожарище сможет лишь тот, кто сумеет не побороть Дьявола, но заглушить в себе собственный порок.

«Самое необходимое«можно рассматривать, как третью книгу из своеобразной трилогии об общинах маленьких американских городов, которые разрушают себя изнутри — при минимальном вмешательстве извне. Тема современного общества, наполненного лицемерными условностями, которое погружается в полный хаос от малейшего толчка, наконец-то достигает у автора своего библейского апогея. И вместе с тем, по жанру кинговский роман следует отнести скорее не к мистической прозе (благо, этот элемент в книге довольно условен), а к сатирическому жанру, жгучей, кромешно черной комедии на нравы современного общества. По большому счету, магазин Лиланда Гонта — это современный потребительский рай, где каждый человек может приобрести себе все, что ему нужно, не заботясь об оплате и не вспоминая о возможных неприятных последствиях (в кредит — читай, даром). Пожалуй, никогда еще за всю свою карьеру, Кинг не был так циничен, как в своем откровенном издевательстве над этим «плацебным счастьем», эйфории от обладания предметом ничтожной ценности (бейсбольная карточка, коллекционная грампластинка), который в вожделеющих глазах приобретает ценность Святого Грааля, ради прикосновения к которому можно обокрасть, предать и даже убить. По большому счету, товары, которые Гонт продает своим покупателям — это более скромные аналоги толкиновских колец, разница лишь в том, что отнюдь не предметы подчиняют себе волю людей, счастливые обладатели расстаются с ней совершенно добровольно. И пока каждый из жителей дарит своей воплощенной мечте по собственному разуму, за окном уже начинают загораться первые огни.

Однако, именно здесь появляется новый, доселе невиданный в кинговских Сагах о Разрушении элемент — Надежда. Там, где Хейвен и Салем уже проваливались в гигантскую бездну, порожденную пороками их жителей, что бы сгинуть там без возврата,  некоторые горожане Касл-Рока получают от автора последний шанс на Искупление. С чем это связано? Может, Кинг просто успел сердцем привязаться к этому местечку — благо, здесь разворачивалось действие еще нескольких романов писателя? Или он просто набрался с опытом определенной мудрости, заменившей более раннюю манеру жирных кровавых точек в конце почти каждого романа — туманными и расплывчатыми многоточиями? Этими вопросами задаются жители Города, Который Уцелел в финальных строчках, но ответ на этот вопрос известен только автору, который предпочел сохранить многозначительное молчание.

Больше Кинг никогда не вернется на улочки этого поселения (исключение — короткий рассказ из сборника «Кошмары и фантастические видения», который сам автор называл негласным эпилогом к «Самому необходимому»). В обозримом будущем, он перестанет вновь отстраивать на своих страницах плотины маленьких городов,  только ради забавы смыть их потом сплошным потоком людской ненависти и жадности. Этот роман — финальная точка, огромный монолитный Памятник, свидетельствующий об окончании долгого пути, к которому он уже никогда не вернется.

отзыв написал baroni 17 ноября 2008 г. в 23:21

Удивительное дело – написанный, по признанию самого Кинга, как бы «между прочим», роман «Оно» стал едва ли не самым главным произведением американского автора. «Оно» можно назвать своеобразной энциклопедией всего творчества С. Кинга.  История группы подростков из провинциального американского городка, вступивших в неравную и почти безнадежную борьбу с Абсолютным Злом, становится магистральной для очень многих кинговских произведений. Дети, выступившие против зла, оказываются в романе практически в одиночестве. Мир взрослых в лучшем случае просто не желает замечать Зла, или же (вольно или не вольно) попадает под его воздействие.

В отличие от своих позднейших романов, Кинг в «Оно» практически ничего не говорит ни о религии, ни о христианстве. Тем не менее, роман содержит  стопроцентно христианский мессидж - кинговское «Будьте как дети...», отсылающее к  известным евангельским словам: «Если не обратитесь, и не будете, как дети, не войдете в Царство Небесное...»  Именно  такие детские качества как непосредственность, отзывчивость, умение безошибочно понимать людей, способность интуитивно, на глубинном уровне распознавать добро и зло, сыграют решающую роль в победе над инфернальной субстанцией, несколько столетий терзавшей город Дерри.

Кстати, опять-таки, по словам Кинга,  роман в значительной степени воспроизводит детские впечатления самого писателя: и Барренс, и Кендускеаг, и даже Генри Бауэрс - все это было на самом деле... Кто знает, может быть на самом деле был (и есть сейчас) и сам клоун Пеннивайз?...

отзыв написал baroni 24 декабря 2008 г. в 19:33

После "Песни Сюзанны", шестой книги эпопеи, у меня, честно говоря, возникало опасение за судьбу всего сериала. "Песнь..." не то чтобы была провальной, вовсе нет, но общий градус, своеобразный "температурный режим" "Темной Башни" в ней существенно понизился. Многие (в т.ч. и на ФантЛабе) писали об "усталости Кинга", о некоем "постравматическом синдроме", оказавшим негативное влияние на литературное творчество писателя после известной катастрофы. К большому счастью, завершающий "Темную Башню" одноименный роман, полностью развеивает все эти опасения.

"Темная Башня" оказалась одним из самых трагических и поэтичных произведений С. Кинга. Этот сложно оркестрированный роман включает в себя десятки ссылок как на книги самого Кинга не входящие в состав эпопеи (Бессоница, Оно, Сердца в Атлантиде, Все предельно - это только ключевые ссылки "ТБ"), так и на целый ряд произведений из мировой классической литературы - от мистической поэмы Р. Браунинга до кэролловской "Алисы". Восьмистостраничный роман прочитывается (прошу прощения за пошлое словосочетание) "на одном дыхании" и завершается блистательным финалом. Одновременно предсказуемым (ведь мы  ни на мгновенье не усомнились в том, что Роланду удасться достигнуть Темной Башни, не правда ли?) и неожиданным, предельно ясным и, в то же время, допускающим несколько различных трактовок.

Абсолютное, метафизическое одиночество Роланда становится закономерным итогом его квеста к Темной Башне. За достижение цели, за воплощение своей "сверхидеи" главному герою придется заплатить самую высокую цену. "Темная Башня" (как роман, так и вся эпопея) -это странствия души, "поход за непосильным", отчаянная попытка обретения внутреннего рая. И в этом смысле книга американского писателя Стивена Кинга оказывается очень русским романом. "Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит?" Эти известные евангельские слова в романе нигде не звучат, но именно они становятся лейтмотивом "Темной Башни".

отзыв написал Karnosaur123 21 января 2012 г. в 17:36

Представьте себе: вы встретили друга юности, солидного, процветающего господина с умеренным брюшком. В жизни у него все тип-топ - успех и признание - надо бы за него радоваться, но в глубине души грустно; вам сильно не достает того безбашенного, способного на любую выходку парня, каким вы знали его лет тридцать назад, и печаль неотъемлемо сопровождает вашу встречу. Примерно так же я воспринимаю последние романы Кинга: толстые, солидные, умные, обласканные критикой - но нет в них прежнего куража, отвязности, вызова... надрыва.

И вот, читая ''Под Куполом'' я ощутил возвращение ''старого доброго''... (далее следует куча банальных эпитетов, коими рецензент хочет выразить свою радость от осознания, что старый товарищ не особо-то и изменился, и еще может всем дать прикурить).

Да, знакомый нам с детства Кинг вернулся, неся с собой фирменный драйв, смачную мясокровишшу, жестокий цинизм, надрывную эмоциональность - все, за что его так ругали критики и любили простые читатели. Вернулся с очередным Большим Полярным Лисом для Маленького Городка. По уровню жестокости ''Купол'' превосходит, пожалуй, все предыдущие книги, заставляя вспомнить садистский мультик ''Счастливые лесные друзья'':)

Если проводить аналогии с другими произведениями Кинга, то на ум приходят ''Туман'', ''Нужные вещи'', ''Оно'' и ''Томминнокеры''. От ''Противостояния'', с которым очень любят сравнивать, там разве что пара схожих сюжетных поворотов. Основной конфликт напоминает сюжет ''Эксперимента'' Оливера Хиршбигеля, фильма, основанного, кстати, на реальных событиях.

Тем не менее, роман абсолютно не выглядит вторичным, как это было, например, с ''Историей Лизи'', где вдова Тада Бьюмонта заманивала Джона Шутера в мир Розы Марены. Ассоциации возникают, но в процессе чтения не режут глаз.

Первая претензия будет к персонажам. К некоторым.

Например, Большой Джим Ренни. Кинг изо всех сил старается изобразить противоречивую личность, подпольного наркобарона и фанатичного святошу одновременно, но выходит почему-то бессменный антигерой комикса - Хитрожопый Политикан, Способный На Все (что не мешает, впрочем, воспринимать его всерьез и люто ненавидеть). То, что представлен он полным психопатом отнюдь не идет роману на пользу, сильно сбивая градус политической сатиры и перекашивая роман в сторону ''маньячного триллера''. Его главный противник, Дэйл Барбара, кому-то кажется излишне ''правильным'', но в этом он ничуть не хуже какого-нибудь Стью Рэдмена из ''Противостояния'' (благо, у Дэйла есть свои секреты).

Второстепенные герои удались гораздо лучше. Население Честер-Милла так же слепо как деррийцы - тоже не замечают жирного паучину, который заплел паутиной весь город:) и так же одержимо мелкими страстями, как жители Касл-Рока. Каждый персонаж выписан филигранно, с любовью (и не только). Восхищает обилие мелких деталей, из которых Кинг, подобно опытному террористу, собирает сюжетную ''бомбу''; она ''рванет'' куда мощнее, чем вы ожидали.

Весь роман - одно большое противоречие. Впечатление такое, будто Кинг решил нарушить все традиции. Например, он нахально, демонстративно размещает в кустах совершенно убойный ''рояль'' - который тем не менее ''играет'' совсем не так, как такие штучки обычно ''играют'':) (Я имею в виду

Наверное, в подлинном шедевре так быть не должно. Подобные вещи нарушают целостность восприятия. Многие говорят, что с возрастом Кинг стал лучше прорабатывать детали - я же скажу, что он, прорабатывая одно, упускает другое. В поздних романах зачастую не соблюдается тот идеальный баланс между реальным и ужасным, свойственный более ранним произведениям (типичный пример - ''Дьюма-Ки'', где прекрасно проработана ''реалистичная'' линия, и очень слабо - ''мистическая''). Подлинный шедевр продуман до конца.

Тем не менее, ''Под Куполом'' не только читается на одном дыхании, но и надолго запоминается. Может от того, что извечная тема жестокости и милосердия в руках Кинга не выглядит затертой. А может, из-за того что, как всякая хорошая книга, заставляет не только сопереживать героям, но и задуматься о себе? Во время чтения я ощущал себя то обитателем Честер-Милла, задыхающимся под Куполом и властью Большого Джима, то одним из людей с другой его стороны, бессильным наблюдателем. И лишь потом, вспомнив свое восхищение кровавыми сценами (Старый Добрый Кинг! Кровавая баня - уау! круто! Даешь мочилово!) я с ужасом осознал, что все это время был ближе всего к тем, кто поставил Купол, к тем, кто смеялся над мучениями крошечных созданий под ним - так смеются дети, наблюдающие сквозь лупу корчи горящего муравья.

Конечно, солидный господин с брюшком, играющийся в юношеские игры выглядит несколько... нескладно. Но вспомним Билла Денбро, оседлавшего свой детский велосипед - в тот момент не было человека более могущественного. И Кинг сильнее всего, когда возвращается к своей излюбленной игре - игре в ''города''. Пусть местами выходит и не вполне складно...

отзыв написал baroni 17 апреля 2009 г. в 00:37

Сюжет "Мобильника" не отличается новизной или особой оригинальностью. ...Один звонок на мобильный телефон - и все принявшие вызов абоненты моментально превращаются в кровожадных зомби-"мобилопсихов". Цивилизация начинает стремительно погружаться в хаос. Тем, кто по той или иной причине не пользовались мобильниками и остались нормальными, приходится вести суровую борьбу за выживание - во-первых, с агрессивными и постепенно организующимися "мобилопсихами", во-вторых, между собой.

При первом, как правило, поверхностном прочтении (каюсь, подобное случилось и со мной) кажется, что в "Мобильнике" нет ничего принципиально нового - вторичный продукт, лайт-версия монументального "Противостояния". При более внимательном чтении в романе начинаешь замечать некоторые странности. Например, Кинг  практически не объясняет, кто же, в конце концов, послал зловредный импульс, превративший миллионы абонентов сотовой связи в безжалостных кровожадных психов. ("Ранний" Кинг непременно завернул что-нибудь про циничных политиков, маньяков-генералов и злобные спецслужбы). Также (удивительное дело!) Кингу совершенно не интересно прошлое собственных персонажей, их "бэкграунд", который он всегда подробно и тщательно прописывал. Складывается впечатление, что в данном конкретном романе подобные "частности" автора просто не  волнуют, представляются несущественными. В "Мобильнике" Кинг пытается выговорить другое, самое важное и главное для него: Бог есть (чтобы написать про это, надо обладать особой творческой наглостью), и Он не оставляет свое "малое стадо". Нужно просто уметь Его чувствовать, сердцем распознавать подаваемые Им знаки, чтобы в критической ситуации вспомнить, где запрятана бумажка с заветным номером телефона. И еще нужно совершать неожиданные, сумасшедшие и нелогичные поступки, "делать хоть что-то", как говорит девушка Алиса, одна из главных героинь кинговского романа.

Именно слова Алисы, дважды воспроизведенных Кингом (в середине и в финале романа). а также 40-й (39-й в русской пагинации) псалом (текст которого Кинг не случайно приводит полностью), прочитанный еще одним героем "Мобильника", являются своеобразными ключами к роману.

Только с помощью этих ключей можно оценить обманную игру, затеянную Кингом, со ссылками одновременно на собственные "Противостояние" и "Туман" и на фильмы классика "зомби-хоррора" Дж. Ромеро.

отзыв написал febeerovez 07 декабря 2008 г. в 11:42

История о Темной Башне сейчас считается одним из самых выдающихся явлений в фантастике в целом, плюс в фэнтези и мистике в частности. Это одно из самых  странных повествований нашего времени, где фантастика переплетается с реальностью.

Эту эпопею нельзя загнать под какие-то определенные рамки отдельного жанра.  В ней есть практически все.  От “темного фэнтези” , мистики до драмы и вестерна.  Это история которая вплетает в себя жанры, а не наоборот .

Нельзя сомневаться, что “ТБ” – самое главное творение в жизни Кинга .  И хоть она писалась в течении более чем тридцати лет,  в  предисловии к “Стрелку” автор говорит о том, что это всего лишь одна небольшая история “под впечатление “ от Властелина Колец.

Первый том – один из самых тяжело читабельных.  Кинг сразу бросает нас в происходящее, не объясняя ничего.  Глаза путаются в незнакомых словах, сюжет довольно  непонятен.  Окружающий мир вызывает удивление.  Вообще по жанру “Стрелок” это такой вестерн с элементами мистики, происходящий в постъядерном мире.  По крайней мере таким это все видится впервые.

Однако главный персонаж сразу бросается в глаза – высокий, статный, уже немолодой Стрелок , бредущий к своей цели. Эдакая машина для убийств с идеальной реакцией.  Нам не важно какая цель, почему он туда идет. Сам персонаж внушает уважение и восхищение.  Как герой,  Роланд – это такой “отзвук романтики” . Он олицетворяет лучшее прошлое, силу , непоколебимость.  Но при этом он не идеален, он практически безжалостен, ее сердце охладело, и в душе он бесконечно устал от этого похода, но в течении повествования он изменится благодаря друзьям. Изменится – но не до конца, но сердце у него откроется вновь.

И тем не менее,  находя новых героев Роланд так ли иначе помогает им, вселяет в них надежду или спасает от одиночества ( как в случае с Джейком).  Но цена путешествия и безжалостность проявляют себя – и вот Роланд жертвует своим другом , но продолжает путь.

Действительно, один из самых сильных факторов Кинга – это персонажи.  

Но первый том заканчивается и появляется второй, действие в котором стартует с астрономической скоростью.  “Извлечение троих”  - это один из двух самых адреналиновых томов в эпопее.  Тогда в историю добавляются и новые основные персонажи.   И снова Роланд  так или иначе спасает их.  Будь то Эдди Дин – наркоман, и вечно живущий под незримой пятой своего брата человек.(один из самых лучших образов истории – образ братьев)  Или Сюзанна – калека, чье сознание делит между собой две личности . Одна это вежливая и не очень уверенная в себе Одетта и другая – жестокая, злая и бескомпромиссная Детта Уокер.  И Стрелок помогает им, излечивая Эдди от зависимости наркотиков и частично от зависимости брата , и приносит равновесие в душу женщины, чье сознание объединяется в одно – Сюзанну.   Собственно основная цель тома И Роланда здесь – это собрание нового ка-тета.  

Третий том проходит под знамением “Раздвоения личности” и ознаменует собой появление старого героя, и нового – Ыша, зверька из Серединного Мира, благодаря которым ка-тет обретет целостность.  Третий том более спокойный ,нежели второй, но экшена тут хватает.  

В “Колдуне и Кристалле”  мы узнаем о прошлом Роланда и причинах, которые заставили его начать свой путь.  Этот том один из самых драматичных из всех –  хоть история развивается спокойно, без рывков, но картины прошлого легко ложатся в воображение.   А после долго затишья, когда Кинг не знал как лучше продолжить историю он все-таки выпустил пятый том, и за два года дописал эпопею до конца.  

Теоретически можно разделить эпопею на три части.  Это вступление (“Стрелок” ) ,  продолжение истории (“Извлечение Троих” , “Бесплодные Земли”, “Колдун и Кристалл” ) и большой финальный отрезок, когда собственно начинается основная дорога к цели (“Волки Кальи” , “Песнь Сюзанны” , “Темная Башня”).   Хотя конечно вся история в общей картине целостная и не требует никакого деления на части.

Но загадочными остается еще некоторые части прошлого Стрелка - его события после истории с кристаллом.  На этот вопрос должна ответить серия комиксов "Рождение Стрелка" , которую сейчас активно переводят у нас.

Кстати, помимо главных персонажей в истории встречается много других интересных существ.  Но что самое главное – Кинг сумел сделать почти из каждого отдельную личность, не скатываясь в рамки клише.   Будь то Кэллаган – бывший священник, с дорог,  Эрон Дипно и Келвин Тауэр – хранители розы в нашем мире,  или полюбившийся читателям старый ка-тет Роланда: весельчак Катберт и рассудительный Ален.  И еще потрясающий образ наставника Стрелка –мастера Корта.

Стивен Дискейн – отец Роланда,  Габриэль Дискейн – мать, многочисленные случайные персонажи – старики с Речного Перекрестка, Джон Каллем, старый приятель Шимми , Тед  Бротиген, юный  художник  ПатрикНу и наконец один из апофеозов персонажей – сам Стивен Кинг, полноправно участвующий в происходящем.   Образы противников кА-тета и Роланда в частности тоже удались – Гашер, Тик-Так, Уолтер,  мыслящий поезд Блей Моно(!!!),  Мордред,  Алый Король и многие другие.  Причем не все злодеи однозначны по характеру.  Особенно это наблюдается в пятом томе.

Все герои и злодей разыгрывают свои роли на полную катушку, в следствии чего возникают интересные и захватывающие ситуации, благодаря которым чтение не надоедает.

Мир выдуманный Кингом, огромен и удивителен.  Вначале нам рисуется мир после атомной войны, но затем автор расширяет взгляд и некоторые детали устройства мира становятся понятны. В центре мироздания, как стрежень, находится Башня.  Вокруг нее крутится множество миров, но истинных всего несколько – остальное лишь миры-отражения.  От Башни отходят лучи, поддерживающие ее.  В числе прочих наш мир – один из истинных.   В ходе повествования будет множество намеков  и отсылок к нашему миру.  Названия улиц, домов, известных мест, продуктов, книг, имена актеров, певцов, писателей.  Названия фирм и тп.  Увы большая часть этих отсылок будет понятна только американскому читателю (но пояснения внизу страниц ,весьма помогают) , однако некоторые поймет и наш читатель.   Одно из самых интересных явлений – то, что Кинг фактически выдумал свой новый язык.  Проскальзывает много непонятных сначала слов : ка-тет,  Ка, дин, сэй, ка-шуме,  тахины и доходя до фраз вроде “кА-кам-каммала” , “привествуйте бога-бомбу”, “ скажите аллилуйя” и тд.  Это добавляет миру живости и становится легче представлять себе этот мир.  

Одним из самых значительных происшествий в жизни Кинга стала автокатастрофа 19 июня 1999 года, и автор отражает это в своей истории двумя способами.  Одним – в ходе которого герои пытаются остановить его смерть ,  и другим – это постоянное упоминание числа 19 и 99.  Как к ка-тету, так и к миру и к героям.  Эти числа, как совпадения появляются то тут, то там, и являются неким “незримым” , но важным аспектом повествования.   Также ТБ по сути точка, где сходятся линии большого количества произведений Кинга.  Начиная от появления названий его книг и заканчивая  связью героев с этими книгами и участие в истории персонажа из одного из предыдущих творений Кинга.   В добавлении к этому автор временами ведет диалог с читателем, при этом присутствуя как персонаж в истории.  И много раз упоминает о том, что он не создатель истории – он просто “проводник” через которого история прошла в наш мир.  И благодаря этому задумываешься относительно реальности происходящего.  Такого эффекта он нынешнего читателя добиться очень тяжело.  

Конечно у истории есть минусы, в основном это запутанное мироустройство и сам мир.  Тяжело воспринимаемый язык,  легкое читерство и местами некоторая затянутось.  

Если говорить о финале эпопеи (а Кинг неодобрительно отзывается о тех кто читает ради того, чтобы узнать финал) то он безусловно силен и странен.  Кинг делает почти невозможное в наше время – завершает книгу хэппи-эндом и предлагает читателю остановиться на этом и закрыть книгу в одном шаге от тайны Темной Башни.   Это  предложение – одно из самых издевательских в мире.  В хорошем смысле.  Кинг честно предупреждает о том, что концовка возможно удивит и расстроит читателя, но честное  слово,  если кто-то устоит перед концовкой и завершит книгу эпилогом – тому я пожму руку.  Ибо это невозможно.  Ни один читатель не выдержит (возможно это был психологический ход Кинга, хотя вряд ли) , я честно на десять минут закрыл книгу, что бы потом со вздохом дочитать ее.  

Собственно Кинг намекает на концовку на протяжении всей истории, но все равно это одна из самых лучших, грустных и логичных концовок в истории.  О чем она – я разумеется не скажу, читайте господа – и посмотрим кто из вас сможет пройти испытание эпилогом.  Я – не смог.

Итак заключение – ТБ это величайшая история, апофеоз творения Кинга.  Порекомендовать ее можно многим, в основном – любителям фэнтези,  триллеров и приключений.  Это сложная, комплексная история, с проработанным миром, живыми персонажами , интересным сюжетом ,и наконец со своим украшением – Роландом , последним Стрелком из рода Эльда.  Если вы прочтете эту историю вы никогда ее не забудете, она может понравиться, может не понравиться , но запомнится – это уж точно.

У меня же  Темная Башня и Стрелок останутся в памяти навсегда.

Кам-кам-каммала ,  путешествие…. Начинается.

отзыв написал creator 12 ноября 2007 г. в 07:38

К уже написанному добавлю лишь, что читал роман без остановки, не сбавляя темпа - наверное, боялся получить пулю.

Сюжет нарисован Кингом с очень большим допущением. Кто бы и как бы ни заправлял в описанное время у власти, и какой бы суровой не была жизнь подросткового поколения, добровольно идущая на риск толпа смертников с вероятностью выжить один к ста, и то, что даже матери и жёны не в силах были их остановить - это, друзья мои, фантастика. Кинг, в общем-то, и не особо с этим спорит, не пытается доказать нам обратное. Не в этом его задача.

Задача Кинга, как обычно, - внушить страх. Но использовать для этого страшил, монстров и маньяков с бензопилой - это, сами знаете, не для Короля.

И вот он ведёт нас с Вами на долгую-долгую Прогулку, в которой не место слабакам и трусам. И, казалось бы, что сложного - просто идти, идти, очень долго идти, не останавливаясь?.. Нет. Выиграет вовсе не обладатель здорового тела и сильных ног. Выиграет твёрдый духом, кто в последний момент, когда уже "чёрный её силуэт" кладёт костлявую ладонь на плечо, найдёт в себе силы встать и бороться.

Жуткий психологический роман. Предсказуемый? Да, пожалуй. И нет неожиданных поворотов сюжета, и нет внезапной развязки в конце. Это просто дорога, просто линия - длиной в пять дней, несколько городов и сотню унесённых жизней, - по которой Вас, истерически кричащего, волоком протащат до финала.

отзыв написал baroni 28 марта 2009 г. в 01:52

"Противостояние" - едва ли не лучший из всех романов, написанных в жанре постапокалипсиса. Да и вообще эта кинговская книга - уже самая настоящая классика мировой литературы. "Противостояние" принадлежит к числу тех немногих произведений, которые годятся для многократного перечитывания, каждый раз поворачиваясь к читателю новой, неожиданной стороной. Текст романа настолько глубок и многогранен, что в нем легко обнаружить самые неожиданные подтексты и  ассоциации. Так, за противостоянии между сторонниками "темного человека" Флегга и группой матушки Абигейл, вполне можно углядеть намеки на глобальное противостояние между двумя социально-политическими системами, между СССР и США. Однако мне такое "актуально-политическое" прочтение романа представляется несколько поверхностным и упрощенным. (Заметим в скобках, что и сам Кинг достаточно критически относился к  американской политической системе и, особенно, к американской политической элите).

В "Противостоянии" Кинг не просто создает яркую и эмоциональную картину гибели современной цивилизации,  случившуюся по причине элементарного сбоя "человеческого фактора" (именно так вырывается на волю вирус некого супергриппа, разработанный в засекреченных военных лабораториях). Кинг говорит о закономерности гибели мира, где заправляют технократы-рационалисты; мира, в котором такие понятия как "наука", "прогресс" обожествлены и превратились в настоящих идолов,  с горних вершин наблюдающих за мышиной возней остального человечества. Главным адептом этой технократической цивилизации, самодовольной и отчужденной, и является "темный человек" Флегг, великий (и последний) маг рациональной мысли.

На протяжении всего романа Кинг пытается дать ответ на один вопрос: возможно ли после глобальной катастрофы попытаться воссоздать человеческое общество на принципиально иных началах, как попытались сделать герои романа, объединившиеся в "Свободную Зону"? Или же история все равно "возвратится на тоже самое место, замыкая круг"? Ответ кинга вообщем-то оказывается пессимистичным: с созданием любого общества начинают возникать проблемы. Они возникают всегда, когда "клетки сходятся вместе и начинают наливаться темной силой". Единственное, что можно сделать - постараться отодвинуть этот процесс хотя бы на сотню лет. При этом, как это ни парадоксально, в "Противостоянии" Стивен Кинг выступает своеобразным пророком "американской мечты", преданной и украденной политиканами, технократами,  "силовиками" и обывателями-конформистами. Настоящая, дорогая Кингу Америка, расположена среди кукурузных полей Небраски и в патриархальном городке Боулдер, затерянном в горах штата Колорадо. Другая Америка, та, что пошла за "темным человеком" Флеггом находится в Лас-Вегасе, штат Невада, известном своими игорными заведениями, военными базами и атомными центрами. И эта "темная Америка", в конце концов, вполне закономерно убивает саму себя, сгорая в атомном огне.

"Противостояние", пожалуй, самый теологичный из романов Кинга, наполненный явными и скрытыми билейскими цитатами и аллюзиями. В этом романе четко персонифицированы, разделены сторонники Света и Тьмы. Причем разделены они настолько явно и безкомпромиссно, что практически  сразу можно угадать - на чьей стороне окажется тот или иной персонаж. Но "Противостояние" - не просто книга "с идеями". Это по-настоящему увлекательный и мастерски сделанный роман. Молодой автор Кинг (всего 31 год !)  демонстрирует потрясающее мастерство рассказчика и прекрасную писательскую технику, позволяющую ему управлять гигантскими потоками материала. Это густонаселенный роман с живыми, состоящими из плоти и крови, персонажами. Причем даже эпизодические герои, герои второго плана  выписаны не менее эффектно, чем заглавные действующие лица.

И последнее - именно с "Противостояния" Кинг начинает выстраивать свой литературный Космос, свою художественную Вселенную. И роман "Противостояние" - лишь первый шаг в постижении этой Вселенной.

отзыв написал Fearless 21 мая 2008 г. в 19:15

  Идея произведения родилась у Кинга во время проживания в городке Оррингтон. Там он приметил маленькое кладбище домашних питомцев, построенное детьми. Могилы располагались в виде спирали, древнего символа бесконечности, а у входа висела вывеска Pet Sematary (дословный ее перевод –«кладбище домашних любимцев»). Дом писателя находился возле дороги, по которой днем и ночью ездили тяжелые грузовики, и Кинг беспокоился, что на нее может выбежать не только кот Смэки, но и его сын Оуэн. Позже это нашло свое отражение в произведении.

  Действие романа происходит в небольшом городке Ладлоу штата Мэн. Молодой доктор Луис Крид с женой и детьми заселяется в старинном доме. Доброжелательный сосед Джуд Крэндалл рассказывает и организует молодой семье ознакомительную экскурсию к кладбищу домашних животных. С тех пор жизнь Луиса, и всех кто его окружает, постепенно меняется.

  В действительности, кладбище домашних животных оказывается лишь ширмой, завесой, прикрытием и потайным входом, ведущим к древнему индейскому могильнику. Но настоящие ужасы происходят не от захоронений, а прежде всего от помыслов и поступков людей. Индейское кладбище способное оживлять мертвецов, лишь подает надежду на воскрешение, но само оживление – мнимое, не способное вернуть к нормальной здоровой жизни.

  Горечь от потери человека может быть настолько болезненной, что близкий человек может лишиться здравого смысла и рискнет на любые методы по возвращению умершего. Возможно такое и в обыденной жизни, ведь зная, что под боком находится древняя магическая земля способная оживить любого, некоторые обязательно решили бы этим воспользоваться. На таком мистическом допущении и пытается сыграть Стивен Кинг, аккуратно выстроить вокруг него весь сюжет, показать помыслы и поступки людей в различных крайностях.  

   Ключевая фраза романа – «Земля твёрже человеческого сердца». Эта фраза имеет двойное дно, а точнее – скрытый смысл. Означает он, что древняя индейская земля не способна вернуть прежнего человека, а наоборот – способна изменить в худшую сторону, превратить в живого мертвеца, причем сердце его останется мертвым и твердым как камень.  

  Персонажи Кинга – это, прежде всего люди, люди с самыми обычными недостатками и пороками. Главным образом, за счет персонажей, их чувств, тайных фобий, характеров, личных переживаний и диалогов – строится весь сюжет. Стивену Кингу изначально важнее, чтобы читатель проникся героями, ведь поверив в персонажа – легко поверить в присущие ему страхи.

  Луис Крид проходит путь от соблазна до навязчивой идеи, от помыслов до одержимости, от откровенной лжи близким до наглого вранья перед самим собой, от горя до полного помешательства. Тем не менее, Доктор Крид – человек знающий о смерти достаточно, сам становится жертвой чудовищных обстоятельств. Душевная боль от потери сына затуманивает его разум, запутывает в лабиринте всевозможных решений. Но ему действительно хочется сопереживать и почти каждый из его поступков (до помешательства) не выходит за нормы человеческой морали. Другой персонаж – старик Джуд Крэндалл (сосед Луиса) – личность интересная и с точки зрения своего места в романе, он постоянно двигает сюжет вперед, а так же подкидывает очередную порцию зловещих историй. Супруга Крида и его дети – второстепенные персонажи, но они не провисают в сюжете, а наполняют его эмоциями, житейскими диалогами, а так же крайне важны, чтобы передать через них глубину страхов и ужасов.

  Главная тема произведения – смерть. Как относиться к смерти? Как объяснить ребенку, что смерть так же естественна как жизнь? Способна ли смерть близкого изменить состояние другого человека? Эти вопросы Стивен Кинг наиболее остро ставит не только перед своими персонажами, но заставляет задуматься над ними читателя. Конфликты между персонажами носят локальный характер – выступают в роли следствия, а причиной скорее является внутренний конфликт каждого в отдельности. Для Луиса Крида – это одержимость после смерти сына; для Рэчел – психологическая травма полученная в детстве; для Джуда Крэндалла – потусторонняя сила зовущая к индейскому кладбищу; для маленькой Элли – страх от смерти любого живого существа. Центральная ось завязки – знакомство семейства Кридов с кладбищем домашних животных. После этого сюжет начинает развиваться более динамично и в заданном направлении, начинает формироваться цепь загадочных событий. Кульминация и развязка трагичны, что следовало было ожидать от мистера Кинга. Несмотря на то, что концовка романа затянута, она оставляет массу впечатлений и логично завершает произведение.

  Закончив роман, который Кинг писал в течении трех лет, он долго не решался на его публикацию. Имел место так же конфликт писателя с издательством из-за невыплаченных процентов от прежних романов, но компромисс удалось достичь. В пользу раскрутки романа издательство придумало рекламный трюк, суть которого была в том, что это произведение даже слишком страшное для Стивена Кинга. В ноябре 1983 года роман вышел стартовым тиражом в 500 тысяч экземпляров.

   В целом, «Кладбище домашних животных» - драматический роман с элементами мистики и ужасов, достаточно серьезное произведение, выстроенное на классических приемах. Только вот ужасы выступают не самоцелью, а являются скорее палитрой красок, которыми Кинг мастерски раскрасил атмосферу романа.

отзыв написал SurmatMG 01 февраля 2011 г. в 20:12

    "Если бы я только постаралась ее понять, помогла бы ей, если бы, если бы..." - эта строка из письма учительницы главной героини характеризует роман лучше любой рецензии: кратко и емко в ней выражена вся фабула произведения; главный конфликт, которого, увы, наши почтенные рецензенты так и не разглядели. Здесь много писалось о фанатизме, агрессии, неспособности людей учиться на чужих ошибках, но ни слова не было сказано о причине всех этих вещей - людском непонимании! Герои Кинга не злодеи, а несчастные люди потерявшие самоидентификацию: жизнь, с ее правилами и условностями, заслонила их внутреннею сущность, и главнейший вопрос: "Кто я, и что делать?", так и остался без ответа. Сразу вспоминаются знаменитые слова Аввы Дорофея: "Иной лжет мыслию, другой лжет словом, а иной лжет самою жизнию своею.". Не понимая себя, невозможно понять других, и уж тем более невозможно сопереживать им. Дальше все просто - срабатывает столь любимая Лавкрафтом "приоткрытая дверь": то, что мы не понимаем, вселяет в нас страх, но страх не приходит один, ему соседствует ненависть!

    Все герои романа так или иначе иллюстрируют озвученный принцип, а ярче всех мать главной героини - Маргарет Уайт.

    Маргарет Уайт безусловно религиозная фанатичка, и наверняка у нее не все в порядке с головой: этакий доведенный до крайности ортодокс, образ практически карикатурный - многие с радостью обвинят такую в случившемся. Но присмотритесь внимательнее - какая глубина таится в этом персонаже! Вижу картину: маленькая девочка из несчастной семьи, обшарпанный дом в неблагополучном квартале, никаких жизненных перспектив, и вся эта сермяга под аккомпанемент съехавшей с катушек старухи-телекинетика, которая дико смеясь и пуская слюни жонглирует чайниками, хлопает окнами, бьет посуду - вообщем делает все то, что полагается делать сумасшедшим старухам-телекинетикам в таких случаях. У самой Маргарет с мозгами тоже не все в порядке (как правило такого рода отклонения закладываются на генетическом уровне): она начинает ее бояться, и воспринимать способности старушки как происки темных сил. Внучка карги, она понимает, что связанные кровью они гораздо ближе, чем ей того хотелось, и она жаждет искупления! На этом фоне увлечение религиозным фундаментализмом выглядит закономерной попыткой смыть с себя грех и исправить собственную природу, которую она не понимала и считала проклятьем, не удивлюсь, если в детстве у нее самой проявлялись подобные способности. И эта ненависть к самой себе закономерно перекидывается на единственную дочь, как на наследницу проклятого рода. Все смешалось в доме Облонских! Тут и искренняя материнская любовь, и сильнейшая дочерняя привязанность, и ненависть, и страх, и много-много боли и страдания... по накалу чувств это не беллетристика среднего пошиба, но что-то гораздо больше и выше, Кинг открывает читателю такие душевные глубины, что на ум приходит лишь одно правомочное сравнение - Достоевский!

    Знаменательно, что до последнего момента катастрофу можно было предотвратить: ну не смейтесь вы над ничтожеством Кэрри, представьте себя на ее месте, подайте руку в конце-концов! Но смеются и руки не подают - куда им, не знающим себя, познать другого. Человек вообще плохо обучаем, и с возрастом легенда о 95 процентах становится реальностью. Да и судьба оставшихся 5, к сожалению, малоприятна: попытка Кэрри выйти из скорлупы и начать жить полноценной жизнью сталкивается с злобой и завистью одноклассницы; Томми Росс, единственный безупречный герой романа, человек способный хоть как-нибудь повлиять на Кэрри, погибает по нелепой случайности одним из первых; Сью Снелл через ужас обретает понимание происходящего, но катарсиса не происходит - слишком велика цена полученного знания, ее душа перегорела навсегда. Мрачный финал медленного умирания городка подводит печальный итог истории - человек в силу своей природы обречен на вечные муки непонимания, а те единицы, что попытаются перейти на новый уровень бытия, либо будут затравлены большинством, либо останутся в гордом одиночестве.

    Но оставим поиски глубинного смысла - получается слишком беспросветно, а ваш покорный слуга человек веселый - лучше рассмотрим литературные особенности романа.

    Сначала о плюсах. Кингу пришлось прибегнуть к жульническому приему: первоначально роман был слишком мал для публикации, и автор искусственно расширил его, добавив многочисленные вырезки из газет, фрагменты книг и интервью потерпевших. Получилось неплохо - ты словно собираешь фрагменты мозаики: там почитал, здесь посмотрел, знакомого послушал; но многочисленные неточности (Кинг путается в хронологии, например) могут раздражать требовательного читателя. Кроме того, некоторые фрагменты недостоверны: как человек многократно общавшийся с ветеранами боевых действий, заверяю вас - достоверно помнить события десятилетней давности физически невозможно (если вы конечно не эйдетик или в совершенстве не овладели мнемотехникой), и уж тем более невозможно рассказывать о них связно в таких подробностях - это относится прежде всего к рассказу Стеллы Хоран - в реальности столь содержательный разговор с потерпевшим невозможен. Очень понравился язык книги - написано сжато и емко - в лучших традициях Кинга.

    Теперь о недочетах. Сейчас скажу кощунственную вещь, но ведь здесь все свои, не так ли? Кинг не сумел написать натуры - менструальная кровь хороша, нет слов, но ей одной сыт не будешь! Обещанные зверства оказываются симулякром: Кэрри взрывает бензоколонки, жжет напалмом, бьет током, один раз даже останавливает сердце, но делает это по пуритански сдержанно, а долгожданной эскалации насилия, увы, не происходит! Любой нормальный человек, на ее месте, устроил бы городку настоящий праздник с массовыми изнасилованиями и расчлененкой, но видимо тлетворное влияние матери зашло слишком далеко: ни кишок на голове, ни ползающих в крови и молящих о пощаде одноклассников, мы не дождемся. Все чисто и благопристойно как в маленьком американском городке... Радует одно - в конце городок сожгут!

    На этом у меня все, надеюсь мой отзыв оказался полезен, спасибо вам за прочтение, друзья

    Итого: Интереснейшая драма с антирелигиозным подтекстом, и по-совместительству дебютный роман Короля Ужасов. Не шедевр (рука у автора еще не набита), но максимально близок к нему. Для полноты впечатлений рекомендую ознакомиться с одноименным фильмом Брайана ДеПальмы: "Кэрри", MGM, 1976 год.

отзыв написал ivan2543 17 октября 2010 г. в 15:10

Добрался я до дебютного романа Кинга. Произведение превзошло все мои ожидания – для первого романа очень сильно. Интересная композиция, псевдо документальные вставки – все это придает книге собственное «лицо».

Собственно, поднята больная для американского общества проблема массовых немотивированных (в случае с Кэрри, скорее, слабо мотивированных) убийств. Ситуация доведена до крайности – убийца с почти неограниченными возможностями и при этом – совершенно затравленная и глубоко травмированная психически личность. Результат, как говорится, немного предсказуем, но развязка – не главное. Собственно, о том, чем кончится история, намекается уже с первой главы, а примерно с середины книги недвусмысленно сообщается о произошедшей бойне и разгроме города. Но главное – КАК это произошло. Автор выступает в роли исследователя, он показывает ситуацию изнутри, тщательно разбирая мотивы, эмоции, умозаключения и действия всех участников трагедии. Для него главное – показать читателю картину произошедшего, убедить его в реальности кошмара.

Идея книги в том, что подобные трагедии ничему не учат общество. Какие были сделаны выводы в «документальных» источниках? Единственно – предположение о том, что люди, владеющие телекинезом, представляют большую опасность для общества. Это очень похоже на то, как из реальных массовых убийств делают выводы о гипотетическом вреде кинематографа, комиксов, игр, интернета. И никому не приходит в голову, что дело не этом – ни один человек не совершит подобного просто так, без причины. Миллионы людей играют в кровавые стрелялки, смотрят боевики, читают комиксы. А крышу срывает у единиц. Так же и с необычными возможностями – появившись в нормальной семье, Кэрри точно не стала бы такой. Возможно, она даже не раскрыла бы своих возможностей. Так разве дело в телекинезе.

Собственно, как ни жестоко это звучит – город получил свое. Получила свое мать Кэрри, всю жизнь словно бы целенаправленно готовившая орудие своей смерти. Жители города, учителя, одноклассники, соседи – каждый мог поднять тревогу, каждый мог подать руку помощи. Но все закрывали глаза на то, что сумасшедшая родительница уродует год за годом психику ребенка. Гораздо веселее посмеяться над результатом, потому, что многим просто жизненно необходимо, чтобы рядом был кто-то, на фоне кого чувствуешь себя нормальным, успешным, «крутым». Да, пострадали многие, кто и не знал о Кэрри. Но не одна она виновна в этом.

Мать Кэрри – одна из тех, кто извратил сущность христианства, превратив ее из религии смиренных в религию принуждающих к смирению. Популярное средневековое заблуждение всегда находило сторонников – ведь переделывать других всегда проще, чем себя. И так проще доказать себе свою непогрешимость. Списать грехи на другого, уличить в чем-то. Чужую плоть умерщвлять приятнее. И последователей Великого Инквизитора всегда хватает. Что до матери Кэрри – она мечтала о возмездии. Она отвернулась от Бога любви и творения ради бога мести и злобы, демона собственной неполноценности. «Из боли и страдания родился новый Бог» - тот, которого она так ждала. Такой, какого она хотела видеть. И лишь в последний момент наступило прозрение – этот живой, прямоходящий, кровавый, горячечный Бог так подозрительно похож на Дьявола…

Иногда навязчивый натурализм Кинга здесь вполне уместен. Иначе просто не получилось бы показать степень низости издевательств, которые приобретают в подростковых коллективах черты крайней жестокости. К тому же, кровь – это один из центральных образов романа. Глумящиеся над кровью в начале не знают, что их жизнь выплеснется на асфальт кровавыми ручьями, и последней посмеется она – кровь.

Итог: говорят, что народом правят те, кого он заслуживает. Применимо это и к богам. Те, кто хочет верить лишь в Ад, получают то, во что верят.

отзыв написал Лекс Картер 08 октября 2009 г. в 14:56

Сегодня уже с трудом можно сказать, стала бы «Рита Хейворт или Побег из Шоушенка» настолько популярна, если бы спустя двенадцать лет премьера ее экранизации не смяла бы все кинорейтинги в пух и прах, навсегда застопорив за собой место одного из первых шедевров Голливуда, и уж тем более загнав за пояс все прочие экранизации Короля Ужасов. Ведь в 94-ом Фрэнк Дарабонт снял практически дословную экранизацию, но с большим размахом, потому как Стивен Кинг, прославился мистическими ужастиками, а не короткими новеллами вроде «Риты Хейворт…» или «Способного ученика», хотя именно в возможности писать далекую от фантастических допущений прозу раскрываются задатки хорошего прозаика.

И все же «Побег из Шоушенка» произведение кинговское в полной мере, разве что невероятно оптимистичный взгляд на жизнь не увязывается с замкнутым пространством камер, стен и решеток, темным лабиринтом, таящим в себе опасности, а пожизненный срок – доказательство безвыходности. Но все это остается, как формальность, нагнетаемого ужаса тут вовсе нет, на его месте легкое и размеренное повествование от лица зэка, восхищенного жизненной позицией нового друга. В этой истории, рассказанной тюремным человеком, стиль Кинга получил особенно уместное воплощение – масса житейский историй, отступлений, предельная ясность слога и, конечно же, умение весте бесконечное повествование об интересующем автора объекте.

Второй эпиграф гласит: «Важен не рассказ, а рассказчик», и в этом, пожалуй, заключается основная идея книги. Энди Дюфрейн это не столько реальный человек, сколько идеализированный рассказчиком образ. В своих записях Рэд рассказывает, что добывал недостающую информацию о нем через слухи, через догадки, через россказни и местные легенды, сам же сюжет восстановлен по памяти, где, конечно, что-то и приврано. Важно то, что этот заключенный был невиновен, он был оптимистом, он выдержал все лишения и истязания, не сломался, он «победил» самого сурового охранника, расширил библиотеку, делился с друзьями, а главное – он совершил безнаказанный побег и добился своих целей на свободе. Это отличный прием и отличный ответ на вопрос, почему в Дюфрейне нет ни одного отрицательного качества – он идеализирован своим рассказчиком примерно так же, как Иисус был идеализирован авторами Евангелий. Яркой отсылкой к Библии может послужить и тот факт, что Энди, подобно Иисусу, сорвался лишь однажды. Не важно, насколько реален Дюфрейн, ведь он - светлое воспоминание, тот самый луч в темном царстве, который дарит надежду и зовет за собой.

Другая авторская игра тоже строится на рассказчике – неизвестно, как воспринимают Энди прочие заключенные, являлся ли он для них тем же, чем был для Рэда. Наверняка, Энди воспринимали, как «славного малого», но вряд ли им была очевидна аллюзия с ангелом, которую проводил Рэд, расхваливая своего друга, и замечая в игре солнечного света нимб. В первую очередь для него Энди слился с понятиями Свобода и Надежда, показав, что даже в тюрьме можно чувствовать себя свободным. Но не только это. Энди дал Рэду надежду на то, что и на свободе можно чувствовать себя свободным, что для пожилого заключенного оказалось куда сложнее для понимания, ведь живя по распорядку, он привык к такой жизни, привык даже его организм, и опасность теперь представляет не столько привычная и ставшая домом тюрьма, сколько неизвестность за воротами, где он будет, как отпущенный на волю голубь, который умер от голода. Освободившемуся Рэду важна помощь друга не меньше, чем для того, чтобы выдержать большую часть жизни за решеткой, а ее бы Рэд выдержал и сам, а вот предоставленная государством «свобода» его бы убила.

Итог: светлый рассказ об идеальном человеческом образе, подарившем надежду заблудшей в тюремных лабиринтах душе.

отзыв написал baroni 30 ноября 2008 г. в 22:45

Роман С. Кинга "Жребий" - далеко не самое  совершенное произведение американского автора. Тем не менее,  именно "Жребий"  оказался тем базовым романом, на котором выстроена вся литературная вселенная Стивена Кинга.

От "Жребия" расходятся своеобразные тропы-пунктиры практически ко всем самым значимым кинговским произведениям: эпопее "Темная Башня", романам "Нужные вещи", "Оно", "Кладбище домашних животных", "Безнадега". Сам Кинг считал свой роман всего лишь литературной игрой, современной вариацией на темы "Дракулы".  Действительно, в тексте "Жребия" достаточно реминисценций из самого знаменитого произведения Б. Стокера. Но роман молодого начинающего (на ту пору) американского автора оказался оригинальным и глубоким произведением.

В "Жребии" Кинга более всего интересует вопрос онтологии Абсолютного Зла. Именно так - Зла с большой буквы. Это Зло не связано с социальными условиями или индивидуальными болезненными патологиями. "От этого зла не защитит тюрьма. Полиция. Контроль рождаемости", - размышляет один из главных героев романа католический священник и тайный алкоголик отец Каллагэн. Именно с подобным Злом, безсмысленным, безпощадным, более древним,  нежели человеческая цивилизация, приходится столкнуться жителям маленького новоанглийского городка Иерусалим-Лот.

"Абсолютное Зло есть реальность". Именно к такому выводу приходит Кинг в своем романе. Это Зло может пережить своих носителей на годы, десятилетия, даже века. Но оно непременно возвращается и однажды вновь проявит себя в каком-нибудь ничем непримечательном провинциальном городке. И все происходит только потому, что для большинства людей сама мысль о существовании подобного Зла представляется совершенно невыносимой.

Собственно, именно об этом и будет впоследствии писать С. Кинг практически во всех своих "крупноформатных" произведениях.

Возвращаясь к "Жребию"... Несмотря на некоторую (относительную!) наивность и прямолинейность как сюжета, так и главных героев, роман (прошу прощения за банальность) читается, как говорится, "на одном дыхании". И данное обстоятельство, наверное, является лучшей рекомендацией для любого литературного произведения.

отзыв написал Gorhla 05 июня 2010 г. в 00:32

«Долгая прогулка» - первый из романов С. Кинга. Наброски книги родились ещё в то время, когда мастер ужасов посещал старшую школу.

Я читал ДП, когда был младше, чем герои книги, читал её, будучи их ровесником, перечитывал и тогда, когда стал уже намного старше. Это мой любимый роман у Кинга. Я прочёл его что-то около двадцати раз и всегда открывал для себя всё новые и новые грани этого удивительного произведения.

ДП – психологический триллер. Замысел прост и гениален

Разумеется, ДП не задумывалась, как погоня за богатством и славой. Иначе получился бы рядовой роман-экшн, до написания которых Кинг никогда не опускался. Считается, что ДП – это метафора жизненного пути. На самом деле так, да не совсем. ДП есть растянутое на пятьсот страниц описание самоубийства. Не позерского вскрытия вен в ванной или попытки повеситься на дверной ручке, нет – самоубийства совершЁнного, наподобие прыжка с 25 этажа или нырка под поезд метро, или пули из револьвера в висок. ДП есть переложение тех самых последних секунд, только неимоверно растянутое. Да, в каком-то смысле это и есть жизненный путь; на самом деле дорога к смерти.

СК всегда был чуток к чаяниям молодёжи. Всё же он работал учителем. Часто персонажами его самых успешных романов становятся дети, подростки или молодые люди. Кинг хорошо понимает их психологию, чует грань между жизнью и смертью, особо тонкую именно в переходном возрасте (о чём дотошно рассуждает в предисловии к «Ночной смене», своему дебютному сборнику рассказов). В ДП это его чувство отточено до предела.

И это не всё.

ДП один из страшнейших романов Кинга именно и потому, что посвящён он не только молодёжи. В конце Стеббинс говорит простую и сильную фразу – как рокировку в шахматах –, меняющую расположение фигур коренным образом:

«Кролик стал живым. Видите, я хожу, я говорю. И, если это скоро не. кончится, поползу на брюхе, как змея».

В этих простых словах вся боль человека, который осознаёт бессмысленность жизни, наполненной лишь чувством обязанности, чувством долга. Эти слова произнёс человек, который никогда не был свободен. Стеббинс знал о своём происхождении и не мог освободиться от клейма бастарда. Но эти его слова, они применимы и к каждому из нас – скованному цепями больших и малых обязанностей. Изо дня в день, из недели в неделю, из года в год – работа, дом, семья, праздники по расписанию, секс по расписанию, алкоголь по расписанию, развлечения по расписанию, отпуск по расписанию. Потом дети, ещё больше работы для детей, ещё больше обязанностей, ещё меньше свободы. Потом ты умираешь и тебя все забывают. Умираешь с осознанием того, что в жизни ты провёл только первые четыре года свободным. И этих лет ты даже не помнишь. За всё остальное время ты ничего не мог сделать по собственной воле, просто так. Не мог, боясь порвать свои цепи, без которых уже и не выжить. Не мог выйти на дорогу, посмотреть с усмешкой в глаз смерти, откуда в тебя вылетит свинцовый плевок, и отправиться в последний, но окончательно свободный, такой короткий, но единственно настоящий путь – Долгую прогулку. К свободе через смерть.

А вдруг ещё и выиграешь Мечту?

отзыв написал Fearless 10 августа 2008 г. в 19:38

Идея этой повести возникла у Стивена Кинга еще в 70-е во время просмотра вестерна Сержио Леоне «Хороший, плохой, злой». Писатель вспоминает: «И где-то на середине фильма я понял, что хочу написать: книгу поиска, проникнутую толкиеновской магией, но в обстановке величественных до абсурда вестерн-декораций Леоне. Но декорации – это не самое главное. Больше всего мне хотелось передать внушительное ощущение эпического размаха, апокалипсического размаха». Так у Кинга возникло первое представление, и появились пробные наброски. Главного героя писатель придумал еще в детстве, и персонаж долгое время вынашивался в его памяти, пока не нашел свое литературное воплощение. «В сарае я придумал героя, магического Стрелка, который сможет защитить меня. И что-то еще, связанное с магнетизмом, кажется, энергетические Лучи». Позже Стрелок воплотился в Роланда, после того, как Кинг сопоставил его с персонажем поэмы Роберта Браунинга «Чайлд Роланд к Темной Башне пришел». В итоге, кинговский Стрелок являлся одновременно – последним рыцарем королевства Гилеад и ковбоем, который умело обращается с двумя револьверами.

   Несмотря на явное заимствование идей, Стивен Кинг впускает Стрелка в свой необычный мир, наполненный загадками и мистикой. Писатель предстает в роли художника и рисует историю приключений Роланда в фэнтезийном мире, который достаточно нестандартен для самого жанра фэнтези. Мир Стрелка явно не продуман и не детализирован, но он подкупает своей неопределенностью, загадками, тайнами. Кинг готов в любую минуту вытащить из своего сундука и явить миру интересных персонажей - оракула, Джейка, недоумков-мутантов, человека в черном – и завязать их взаимодействие со Стрелком. Стоит заметить, что Кинг не одарил главного героя харизмой, особым юмором, волшебным обаянием, а просто отдал два револьвера с кобурой и наделил умением метко убивать неприятелей.

   Как и в поэме Браунинга, кинговскому Роланду необходимо, во что бы то ни стало найти Темную Башню и сохранить мир в целостности, ибо он «сдвинулся с места». Путь, который предстоит пройти Роланду – наполнен опасностями и скрывает порой не разрешимые вопросы жизни и смерти. Человек в черном - одновременно главный соперник на пути к Темной Башне, и в то же время первый шаг к ней. Сама Башня – ось миров, краеугольный камень мироздания. Кинг еще не определился, как она должна выглядеть, и что нужно с ней сотворить Роланду, чтобы сохранить этот мир.

   В октябре 1978 года отрывок из «Стрелка» появился в одном из американских журналов фантастики, а позже, в 1982 повесть вышла лишь ограниченным тиражом. После ее выхода, Кинг еще не знал, как продолжить историю Роланда. Следующий роман вышел лишь через 5 лет под названием «Извлечение троих».

   Спустя десятилетия, дописав таки эпопею из семи томов, Кинг решил отредактировать повесть «Стрелок». Писатель сам признает, что начало «Темной Башни» было явно не синхронизировано с окончанием. «Во-первых, поскольку «Стрелок» был написан очень молодым автором, в нем присутствуют все проблемы, присущие книгам очень молодых авторов. Во-вторых, там есть много неточностей и фальстартов. В-третьих, «Стрелок» даже звучит совершенно не так, как другие тома из «Темной Башни». Именно поэтому, писатель и решает сделать правку: убрать всё лишнее, исправить ошибки молодого Кинга, доработать некоторые сцены и даже добавить две-три новые, которые будут связаны с сюжетом всего цикла. При этом Кинг утверждает, что позаботился не раскрыть секреты последних книг.

   Сам Кинг в предисловии к «Стрелку» отзывается об эпопее, как и полагается, лестно: «Мир Роланда- это мир чудес, а его история – долгая сказка. Именно так я ее и задумывал. И если «Темная Башня» околдует вас, пусть даже самую малость, значит, я сделал свою работу, которая началась в 70-м и завершилась в общем и целом в 2003-м. Хотя сам Роланд сказал бы, что какие-то 30 лет ничего не значат. На самом деле, если ты вышел на поиски Темной Башни, тебя уже не заботит время».

   ИТОГ: «Стрелок» - повесть и первый том, с которого началась «Темная Башня». Без корректировки в 2004-м она выглядит сырой, но даже с ней можно заметить отсутствие детализации фэнтезийного мира, хотя это одновременно и козырь – есть в наличии постоянная интрига в сюжете. Этой повести всё же стоит отдать должное, как началу великой эпопеи, и стоит отметить, что рука мастера видна невооруженным глазом.

отзыв написал baroni 10 февраля 2008 г. в 17:30

Новый роман С. Кинга трудно назвать детективом в классическом понимании этого этого термина. Да, "Блейз" - это история преступника и преступления. Только вот сам преступник известен заранее - именно через призму восприятия Блейза, большого ребенка и мелкого жулика, строит свой роман С. Кинг, а финальную развязку задуманной Блейзом претсупной комбинации, вообщем-то, легко предугадать.

Своей атмосферой, явно выраженными авторскими симпатиями к главному герою, "Блейз" действительно напоминает старые добрые книги американского "нуара" 1930-1950- х гг.: прежде всего "Почтальон звонит дважды" и "Серенаду"  Дж. Кейна, а также более поздние романы Дж. Элроя. Только в отличие от вышеупомянутых авторов, Кинг куда более мягок и лиричен, снисходителен по отношению к своему герою. Собственно, Клайтон Блейсделл, "Блейз", по большому счету никакой не преступник. Это  наивный ребенок, маленький мальчик, заблудившийся в огромном, страшном, не знающим жалости и снисхождения к слабым, мире взрослых.

Вторым главным героем короткого кинговского романа является просто-таки античная Судьба, неумолимый Рок, преследующий Блейза с самого раннего детства и ведущий его к заранее предопределенному трагическому финалу...

Несмотря на подобную предопределенность, на твердую уверенность в то, что ничем хорошим для главного героя эта история завершиться не может, роман читается на одном дыхании, напряжение в сюжете не ослабевает вплоть до последних строчек, характеры абсолютно всех персонажей тщательно прописаны с присущим Кингу авторским мастерством.

Завершающие страницы романа, трагичные и светлые одновременно, заставляют вспомнить о финальных эпизодах "Мертвой зоны". Словом, С. Кинг подарил читателям своеобразное и увлекательное путешествие в  собственное литературное прошлое.

отзыв написал doozza 26 апреля 2010 г. в 21:29

Начну с того, что Кинга я впервые прочитал в 11-м классе. Это был роман "Оно", объемом с "Войну и мир". Я его читал украдкой, вместо того, чтобы готовиться к ЕГЭ. И на последнем звонке я был абсолютно погружен в жизнь группы друзей, в трагичную историю городка Дэрри, я был хмурым и отрешенным, будто меня окружал тот самый дождь, в котором заика-Билл потерял младшего брата. И я не скажу, что чересчур впечатлителен. Но, согласитесь, когда 17-летний парень шарахается от водостока в ванной, это неспроста? Именно, что неспроста. Виновен в этом один писатель, который сумел заставить меня поверить в придуманный им мир.

Сейчас, если я начну пересматривать ключевых персонажей и охваченный романом временной интервал, передо мной предстанет история настолько обширная, что я буду обескуражен ее масштабом и глубиной проработки каждой ситуации. Любая сцена описана до мельчайших подробностей, которые никогда не оказываются лишними и не нагружают чтение - они лишь создают абсолютно реалистичную картину.

В центре рассказа находится "клуб неудачников" - история о шести подростках, которые столкнулись со вселенским злом, и продолжают бороться с этим злом уже взрослыми людьми, в течение очередного пробуждения монстра. Но этим история не ограничивается. Проблем, рассматриваемых автором, десятки. Тут и гомофобия, и детская жестокость (более сильные ребята донимают слабых, издеваются над животными), и расизм (подробное описание несчастной сожженной дискотеки негров), и то, как взрослые не видят проблемы детей, будто у детей вовсе не может быть проблем, и то, как взрослые закрывают глаза на систематическую пропажу детей, будто это жертва во благо их спокойной жизни... всего просто не перечесть.

Помимо социального, в романе также уйма жутких сцен. Например, побег из подвала от полуразложившегося зомби, или разговор с Оно в душевой ("мы все тут летаем... хочешь шарик?"), или поход взрослой Беверли в свой бывший дом, когда вода накапала полную раковину... От всех этих эпизодов (даже сейчас) у меня пробегали мурашки по коже.

Но всего этого было бы недостаточно, чтобы назвать книгу почти шедевром. В романе присутствует нечто Вселенское. Черепаха, составленная из галактик и звезд. Это образ, которым представлена Вселенная в воображении детей. Она помогла им победить Оно в первый раз. На второй раз все было несколько иначе... Важно то, что чувство присутствия чего-то глобального, всемирного, не покидает в каждой сцене. Будто рядом со мной сидела и наблюдала за происходящим Черепаха. Именно это чувство проходит сквозь весь роман и по его окончании перерастает в необычайный восторг. Словно я сам пережил эту битву со злом, принял участие в чем-то важном, и при этом провзрослел минимум на пять лет. Непередаваемое ощущение.

Это книга, которую не читаешь - ее проживаешь. И это не 1000 прочитанных страниц, а 1000 часов, свидетелем которым я стал. Это грандиозный авторский труд. Низкий поклон Стивену Кингу за возможность пережить такую историю.

Минус один балл за абсолютно ненужную и неуместную сцену

отзыв написал ivan2543 26 апреля 2010 г. в 13:26

Первый раз прочитал книгу по рекомендации ФантЛаба, хотя мне уже давно рекомендовали эту книгу знакомые, в связи с обсуждением вопроса о смертной казни. Чтение все откладывал на «потом» в связи с моим скептическим отношением к автору.

Книга не то, чтобы не разочаровала – просто потрясла. Будучи знаком с Кингом по нескольким рассказам – ужастикам и довольно нелепому «Стрелку» - не ожидал такой глубокой, серьезной и гармонично построенной книги. Этот роман без преувеличения – одна из лучших книг мировой литературы.

Главная концепция книги – в заглавии. «Зеленая Миля» - дорога смерти, дорога к электрическому стулу. Но главный герой книги говорит – «у каждого из нас своя Зеленая Миля». Простая и очевидная мысль – люди смертны. И их путь похож на этот коридор – несколько шагов к небытию. Жизнь каждого – дорога к смерти. Насколько достойно людям удается пройти эту дорогу? Насколько велика разница между камерой смертников и домом престарелых – ведь эти заведения редко покидают живыми…

Смертная казнь в романе становится не справедливым возмездием, а орудием слепой судьбы. Но разве, если электрический стул перестанет существовать, это станет гарантией чьей-то жизни? Надзиратель уходит с работы, чтобы больше никогда не видеть, как казнят невиновного – и становится свидетелем страшной гибели своей любимой жены в автокатастрофе. Как и присутствуя при казни Коффи – не в силах ничего сделать. Обманчивая иллюзия – убежать от смерти…

Образ Джона Коффи – человека, словно пришедшего из древних времен, кажущегося наивным и добродушным – а на самом деле бесконечно чужого современному миру, непонятного и не стремящегося быть понятым, неиспорченного дикаря, человека действия. Страшно, что ему не хочется ни умирать, ни оставаться в этом мире.

Каждая жизнь – трагедия. Судьба не справедливее человеческого суда, и участь человека часто зависит от произвола мелких тиранов. Перси гораздо больше заслужил смерти, чем несчастный француз, чью казнь он превратил в чудовищную расправу. Но, хотя на страницах романа надзиратель-садист получает по заслугам, автор не позволяет себе отойти от правдоподобия – и Перси словно воскресает для главного героя в лице надоедливого и злобного работника дома престарелых.

Некому спасти жену главного героя, некому наказать Брэда Доулена, никто больше не воскресит ручного мышонка – единственный человек, способный вопреки законам нашей реальности восстановить справедливость, не смог защитить только себя. Что с этим поделать  - чудесам нет места в мире, где в них не верят, в мире, где Библия стала набором пыльных догматов и нравственных теорем, которые каждый трактует в свою пользу и оправдание.

Жизнь, пусть недолговечная, наполненная ожиданием смерти – все же прекрасна. Добра в мире меньше, чем зла – но это лишь повод встать на защиту слабых и уязвимых. И попытаться сохранить в себе человечность до конца пути.

Итог: одна из величайших книг мировой литературы. Кинг написал роман высочайшего уровня, «Зеленая Миля» - это больше, чем характерный для автора психолого-мистический триллер. Об этой книге сложно писать, ее обязательно надо прочитать самому. Мудрая книга о жизни и смерти.

отзыв написал Thunder 06 июля 2009 г. в 21:42

Любимейшее моё произведение Кинга. Ни в одной книге я так не сопереживал главному герою. Потрясающие описания внутреннего состояния человека, его переживаний эмоций и горести утраты...

Стиви, практически как всегда, долго запрягал, но от этого скучно никоим образом не становилось и, в конечном счёте, драйва, как такового, так и не случилось, но, Боже мой, как же было интересно читать это творение! Кто-то из рецензентов тут написал, что действие - это не главное и я не могу с этим не согласиться (нет, безусловно, это важный элемент, но далеко не всегда определяющий и фирморующий общее впечатление. Одним действием - сыт не будешь).

У главного героя была любимая девушка, родители и робота. Т.е., обычная, как у большинства из нас, будничная жизнь и всё это в один момент обрывается - более 4-х лет вычеркнуты из жизни. Девушка его оставила (хотя, в последствии, она и жалеет об этом) и он, в принципе, её за это не осуждает, мать свихнулась (отец, слава Богу, остался таким как прежде) и Никсон больше не президент... Да, мир изменился, но ещё больше изменился сам Джонни - он может видеть будущее. Этот человек больше не станет таким как раньше. В начале - он отмахивается от этого, пытается жить обычной жизнью, но от судьбы не уйдёшь...

Он начинает бороться со злом (имею в виду помощь при поимке маньяка), иногда пытается предупредить трагедии, хоть и нехотя, а бывает такое, что он просто отмахивается от всего и думает: "Как же вы все меня достали!" (порой Джонни соглашается помочь, порой обстоятельства вынуждают, но он не выставляет свои способности на показ). Пока, передним не предстаёт настоящий дьявол в людском обличии. Нет, этот ужасный человек не мистический сатана, а людской. И тогда уже Джонни Смит готов пойти на всё, чтобы остановить его...

Да, поистине потрясающая книга. Вот такие вещи хочется перечитывать ещё и ещё. Читайте и наслаждайтесь! Перед вами одно из лучших приизведений литературного гения Стивена Кинга!

Кстати, интересный факт, этот политик-диктатор в книге Стива имел реального прототипа - сенатор Хьюи Лонг (губернатор штата Луизиана, претендент на пост президента США на выборах, котрые должны были состояться в 1936 году). За короткий промежуток времени он сделал прекрасную карьеру. Его личная идеология проповедовала антилиберализм. Он ненавидел негров и евреев, отличался скандальным поведением (однажды, помочился своему политическому оппоненту прямо под ноги). Корче говоря, чуть было не установил в США диктатуру фашистского типа. Он был застрелен одним евреем, который не имел ни малейшего отношения к политике 10 сентября 1935 года. Убийца мгновенно был застрелен охраной Лонга. Но, кто знает, чтобы было с США, если бы этот человек не решился на этот отчаянный поступок... Может, мы бы увидели диктаторские, тоталитарные Соединённые Штаты, а не страну-прародительницу демократии?

отзыв написал arhitecter 05 мая 2009 г. в 02:06

Нелюблю я рассказы подобного толка. Нелюблю слушать/читать/смотреть, а, тем более, щупать что-то об членовредительстве или хирургии... Меня воротит от подобного. Прочитал через себя, за надобностью.

Первое, что бросилось в глаза - главный герой, Ричард Пайн, крайне рационален. Максималистично. В его действиях нету ни этики ни эстетики, ни капли морали. Я ненавижу подобных людей, мне они омерзительны. Это чувство, меж тем, и пытается вызвать автор. Поэтому рассказ, в первую очередь, рассчитан на читателя этического склада мышления, именно у него он вызовет максимально бурные чувства. Ради поддержания этого ощущения писателем делается всё возможное. Рассказ очень "техничен", Кинг использует множество пусть и не оригинальных, но железно работающих приёмов.

Содержание. Флешбэки - Основной приём, используемый для передачи сути. Главный герой вызывает в себе те воспоминания, которые вызовут ещё большее омерзение к его особе. Писатель прошёлся по всем моральным принципам и темам, - семья, работа, церковь, медецина, азартные игры, наркотики, убийство, власть, деньги... Стивен Кинг у своего читателя вызывает шок. Он тонко играет на его фобиях. Кого больше всего боится человек? Того, кому доверяет свою жизнь или жизнь своих близких. Это врач и учитель. Главный герой - врач без моральных ценностей как таковых. Одним этим он вызывает страх, отвращение, негодование. Действие - Суть действия в рассказе - выживание. Пайн выживает, так, как он только может и умеет. Когда нечего есть, - он ест себя.

Стиль. Рассказ подан как дневник, тоесть рассказ ведётся от лица главного героя. Это было сделано для ещё более плотного контакта с читателем. Потоки сознания, внутренние монологи, - всё подано напрямую, повышая уровень экспрессии на него. Для этой же цели используются разговорные, а не литературные выражения. Часто употребляются слова негативного смысла, присутствует приём "говорящих имён". Ну и построение предложений. Вначале предложения длинные, много вопросительных. Со временем они становятся всё короче и отрывистей, всё более утвердительные. К концу мы видим буйство восклицательных знаков, и разнообразных приёмов, призванных показать, что доктор теряет разум, что он - душевнобольной. Вот, например:

В самом конце мы видим перепутанные местами слова в предложении, повторяющиеся слова, происходит потеря системы предложения:

Вывод. Всё вместе взятое создаёт неповторимую атмосферу жути и отвращения, так свойственную Кингу. Рассказ погружает читателя в свой мир, от него практически невозможно абстрагироваться. Кинг своим мастерством заставляет верить в написанное. При чтении книги очень работает фантазия, читатель становится соавтором создаваемого писателем мира, он создаёт его в своей голове. И это и есть самое страшное и в тоже время интересное. У обычного, скучающего взрослого рассказ вызовет всплеск адреналина и гормонов. А вот человек с нестойкой психикой, несложившимся мышлением, например ребёнок, будет шокирован и подобные рассказы могут даже травмировать его душевное здоровье.

отзыв написал Fearless 05 августа 2008 г. в 17:09

«On writing» - мемуары Стивена Кинга, которые он начал писать еще в 1997 году, но всерьез задумался о том, чтобы завершить, лишь после автодорожной катастрофы. Дописывая центральный раздел и тем самым заканчивая книгу, Кинг испытывал сильную боль от полученных травм, но под действием лекарств продолжал писать.

Первый раздел книги называется «C.V.» ( «Жизнеописание») и в нем Стивен Кинг рассказывает о своей жизни, причем делает это с большой долей юмора. Писатель вспоминает забавный случаи из детства и юности. Кинг откровенно признается о том, как пристрастился к алкоголю, а позже к наркотикам и о том, как трудно ему было выбраться из ямы, в которую он сам себя опустил. Искренность и легкость – те качества, которые выделяют повествование его автобиографии. Не каждый писатель способен рассказывать о тайнах личной жизни и собственных слабостях, но Кинг рушит стереотипы и делает это, кажется, не задумываясь, ведь он уже всё всем доказал. Но всё же стоит отдать должное писателю, который выбрался из кокаинового кошмара, причем важную роль в этом сыграла его семья и безусловно он сам, а иначе не быть ему великим «королем ужасов».

Главный раздел книги посвящен писательскому ремеслу и разделен на две части. Разница лишь в том, что первую он начал и закончил еще в 1997 году, а ко второй преступил лишь после приключившейся с ним злополучной трагедии на дороге. Советы, которые приводит Кинг, будут хороши и полезны молодым авторам, но они явно не являются панацеей, т.к. основаны на методах, которые очевидно не будут приемлемы для всех. Хотя, каждый начинающий писатель обязательно найдет для себя что-то полезное из советов мастера, а что-то просто предстанет пройденным этапом, либо вовсе покажется лишним, ведь у каждого свои методики и секреты ремесла.

В последнем разделе именуемом «Поскриптум: О жизни», писатель вновь возвращается к трагедии произошедшей с ним 19 июня 1999 года, но уже рассказывает об этом более подробно и обстоятельно. Стивену Кингу сильно повезло, что он остался жив и сам он признается: «Я стукнулся на два дюйма в сторону от стойки стекла с водительской стороны. Налети я на нее, погиб бы или остался на всю жизнь в коме. Если бы я стукнулся о камни, торчащие из обочины шоссе, то же бы или погиб, или был бы на всю жизнь парализован. Я на них не попал. Меня перебросило через фургон и пронесло четырнадцать футов по воздуху, но швырнуло не на камни».

В следующей части раздела, он проводит разбор редактирования и правки на собственном рассказе «Случай в отеле», который в дальнейшем дописал и отредактировал, а позже включил это рассказ под названием «1408» в сборник «Всё предельно». В заключительной части книги, автор приводит список книг разных авторов, которые прочитал за последние три-четыре года.

ИТОГ: Читать эту книгу будет интересно тем, кто основательно интересуется творчество Стивена Кинга. Молодым писателям данный материал подойдет лишь в качестве полезной информации, где некоторые советы можно взять на заметку. Всем остальным лучше прочитать его очередное произведение, потому как ничего необычного в этой книге нет.

P.S. Стоит особо отметить единственное издание от «АСТ», где книга вышла под абсурдным названием «Как писать книги», хотя вернее и правильнее было перевести - «О писательстве», и назвать так, чтобы не искажать смысл читательского восприятия. Но «АСТ» подумало лишь о потребительском спросе и тираже.

отзыв написал baroni 13 марта 2008 г. в 01:05

"Почти как бьюик" относится к  такому разряду литературных произведений,   говоря о которых приходится использовать избитое словосочетание: "роман оставил двойственное впечатление". Но чтоже поделать, если это действительно так...

С. Кинг вновь продемонстрировал свое поистине блистательное умение создавать буквально из ничего самые увлекательные истории. На этот раз "тесто" романа поднялось на "дрожжах"повседневной жизни подразделения патрульно-постовой службы американской полиции из небольшого провинциального городка. История фантастической машины, простоявшей больше десяти лет в гараже полицейской базы, в изложении Кинга выглядит совершенно органичной и убедительной. Мир рядовых американских обывателей, занимающихся своими рутинными делами прекрасно сосуществует с миром инфернальным, потусторонним, не поддающимся никаким рациональным объяснениям. И подобное сочетание реального и ирреального выглядит столь естетственным, что начинаешь просто по-детски  воспринимать на веру всю эту чудовищную историю: безследно исчезающих в бьюике людей, монстров, возникающих буквально из ниоткуда...

Для самого Кинга фантастическая составляющая не является самоценной. Его совершенно не заботит раскрытие "загадки бьюика". Вообще вся история с бьюиком для Кинга является всего лишь поводом для написания очередной главы его собственной "человеческой комедии". Главной, можно сказать, магистральной проблемой, для Кинга остается проблема человеческого выбора или еще шире - человеческой свободы.  Начав разрабатывать эту тему еще в Жребии" и "Мертвой зоне", Кинг вновь и вновь возвращается к ней, проверяя своих героев самыми экзотическими способами. В том числе и такими, как вышеупомянутый бюьик.

Теперь о том, чего лично мне не хватило именно в этом романе. Не хватило кинговского "драйва", внутреннего напряжения, которым буквально искрятся лучшие кинговские романы. Получилось слишком гладко, академично, правильно, предсказуемо. Хотя, формально, "загадку бьюика" С. Кинг нам так и не раскрыл...

отзыв написал baroni 17 декабря 2007 г. в 02:27

Одно из наиболее недооцененых произведений Кинга. Остросюжетный психологический роман, населенных огромным количеством действующих лиц. Впрочем, количество персонажей ничуть не отражается на их качестве - все, даже эпизодические персонажи, тщательно и почти что любовно выписаны Кингом. Автор создает по-настоящему живых, осязаемых героев: каждый имеет свой  индивидуальный харатктер,  свою неповторимую судьбу. Вообще, на примере "Нужных вещей" особенно хорошо видно, что сам текст романа является для С. Кинга живым, мистическим организмом, а не просто последовательным и складным изложением событий.

Собственно авторский месседж, основная идея "Нужных вещей", заключена в словах одного из ключевых персонажей: "Есть вещи, которые нам нужны, и вещи, которые нам хочется иметь". Кинг пишет о мире, в котором произошла тотатльная подмена: действительные, сверхличностные ценности, "нужные вещи", оказались вытеснены имитациями, симулякрами, фальшивыми поделками. Утратившая представление о подлинном и мнимом цивилизация, смоделированная Кингом в провинциальном городке Касл-Рок, неумолимо скатывается в апокалиптическую бездну.И винить в этом оказывается некого, кроме самих себя - покупатели сделали свой осознанный, личный выбор, а проданный товар, как известно, назад не принимается.

отзыв написал baroni 14 ноября 2007 г. в 21:44

Первое произведение С. Кинга, с которым почти что четверть века тому назад познакомился русский (советский) читатель. Публикации Кинга способствовали причины политические - в США президентствовал Рейган, в конгрессе у большинство имели правые республиканцы и, казалось, что "Мертвая зона" - это книга "против них", циничных политиков, "поджигателей войны". Однако роман оказался куда глубже подобного утилитарного прочтения. Пронзительная и трагичная история молодого американского учителя, обретшего дар (или несчатье) "ясновидения". Напряженный, динамичный сюжет, мистика с элементами детектива, прекрасно выписанные персонажи (вплоть до эпизодичеких фигур), небольшие, запорошенные снегом,  городки Новой Англии с колоритными пивными, ярмарочными балаганами, грязными полицейскими участками...  Повседневная жизнь заурядной американской провинции, в которую вторгается нечто неведомое И при этом - предельная простота, кристальная ясность изложения. Финальная сцена, лишенная и грамма сентиментальности, но от которой почему-то так щемит сердце...

Перечитывая "МЗ", обратил внимание еще на одну особенность: Кинг не пытается давать каких-то квазинаучных объяснений феномену ясновидения (как, например, Симмонс в "Детях ночи" пытается с "научных" позиций объяснить "вампиризм"), свалившемуся на его героя. Разгадка тайны Джона Смита находится вне рациональных категорий.

"Многое в жизни лучше не замечать и лучше потерять многое, нежели найти", - говорит герою романа его лечащий врач. И в  этом замечании, прямо перекликающимся с библейским: "И во многой мудрости есть много печали, и тот, кто умножает познание - умножает скорбь", заключается интеллектуально-философский  месседж романа Кинга.

отзыв написал Mef 09 ноября 2007 г. в 07:04

Все те, кто читал книгу, говорят спасибо тебе сэй Кинг.

Спасибо за трудного «Стрелка», через сюжет и текст которого приходилось продираться от первой до последней страницы.

Спасибо за «Извлечение троих», странной и местами непонятной книги.

Спасибо за «Бесплодные земли», которая местами так запутывала все, но потом все-таки рассказывала все что нужно.

Спасибо за душераздирающего «Колдуна и кристалл». Над которой плакали и которая заставляла ненавидеть врагов Роланда. Ненавидеть праведно и люто. Я говорю правильно.

Спасибо за «Волков Кальи». За этот замечательный пересказ «7 Самураев» и «Великолепной семерки».

Спасибо за пугающую до дрожи «Песнь Сюзанны».

И спасибо за «Темную Башню», до которой Роланд дошел.

Спасибо тебе сэй Кинг, за то что ты слушал Вес’-Ка Ган, Песнь Черепахи и Урус-А-Ка Ган, Рев Медведя. Мы говорим тебе спасибо за это.

Долгих тебе дней, сэй. Долгих дней и приятных ночей.

отзыв написал Din Tomas 14 июня 2007 г. в 17:53

Очередной роман эпопеи о Темной Башне. Чувствуется, что он вышел спустя несколько лет застоя, когда Кинг не знал, как правильно продолжить историю: «Волки» наполнены новыми идеями. Но реноме цикла поддержано, более того – ощущается качественный прогресс.

Следуя тропе Луча, ка-тет Роланда забредает в обжитые места: группу поселений под общим названием «Калья», притулившуюся у реки. Вот уже несколько поколений таинственные разбойники в волчьих масках раз в двадцать лет забирают половину всех детей и скрываются в ужасном краю – Тандерклепе. Дети вскоре возвращаются, но превращенными в безмозглые оболочки. Приходит время новой жатвы, но многие жители Кальи Брин Стерджис недовольны сложившимся порядком вещей. А тут как раз стрелки пожаловали… Настало время бросить вызов Волкам!

Сюжет динамичен, в лучших традициях «Извлечения троих». Кинг старается не жалеть героев, подбрасывая все новых и новых проблем. Сюзанна беременна, но совсем не обычным ребенком, и вновь в её разуме ведется ожесточенная борьба за тело. Не все в порядке и у Роланда: безжалостный артрит начинает пожирать суставы стрелка: годы странствий дают о себе знать. Тем временем на Нью-Йоркском уровне Башни ведется охота за пустырем с розой, утраты которой допустить нельзя, иначе целостность мира будет безвозвратно нарушена. А ведь нужно ещё разобраться с Волками, вычислив предателей и разработав план действий.

В результате следить за происходящим более чем интересно, чувствуется все возрастающее напряжение. С другой стороны, в сюжете имеются если не пробоины, то шероховатости. Да, он достаточно захватывающ, но во многом и предсказуем.

Ну и огромное количество различных совпадений…это, конечно, на любителя. Числа Девятнадцать и девяносто девять преследуют героев и читателей весь роман. Не зря его подзаголовок – «Сопротивление 19-ти». И это из-за аварии, случившейся с Кингом 19 июня 1999 года! Апофеоз всего этого – книга самого Кинга о Каллагэне, просочившаяся в повествовательную реальность. Но все же, можно принять эту любовь автора к совпадениям за данность.

Разве что совсем неуместно выглядит похожесть мечей Волков на лайтсейберы из Звездных войн, Энди – на C3PO, роботов в масках – на Доктора Дума. Это, конечно, не плагиат, но иногда создается впечатление, что Кинг тащит в роман все свои фетиши, как сорока – блестяшки в гнездо.

Ну и заодно общая претензия не только к «Волкам», но скорее ко всей эпопее – автор словно бы ограничил весь мир, всю Землю до США, а то и до Нью-Йорка. Ну почему Роланд извлек трех человек из Большого яблока? Почему не папуаса-дикаря с острова Тасмания, или на худой конец, какого-нибудь нелюдимого немецкого жирдяя, не идущего на контакт? И роза на пустыре в Нью-Йорке, а не в Ташкенте или Будапеште, или на вершине какого-нибудь вулкана на острове посреди Тихого океана. Мне возразят: а как иначе он мог бы построить романы, да ещё с такими-то усложнениями? И я соглашусь… Это роман американца, и остается просто следовать правилам игры.

Кстати говоря, в мироустройстве Темной Башни этот роман многое проясняет. Лично я только из «Волков» понял, что мы имеем дело с семейством параллельных вселенных. А в центре мироздания – Башня с неким руководителем на верхнем её уровне. Каждая вселенная содержит гарант баланса, в Нью-Йорке это роза. Причем уничтожение даже одного из таких гарантов повлечет за собой общую катастрофу. Но Башня уже разрушается, и только Роланд с друзьями может ещё что-то предпринять…

То есть эпичности явно прибавилось, что идет циклу только на пользу.

Несмотря ни на что, сюжет «Волков» дает о чем задуматься. Смогут ли простые фермеры рискнуть привычным укладом и своими жизнями ради спасения одного ребенка из каждой семьи? Кто и как поведет себя? Каковы мотивы предателей? Очень интересна вложенная в роман история отца Каллагэна, придающая книге особую глубину.

Любопытно порассуждать на тему Бена Слайтмана.

Из прочих персонажей выделяется, разумеется, Каллагэн, разом вошедший в группу основных героев. Типаж очень интересный – настоящий священник, не делающий уступок в религии даже друзьям в сложной ситуации. Решителен, умен, немного сентиментален – и со своим непременным набором душевных проблем. Посмотрим, каким он будет в дальнейших книгах.

Ну и остальные поселенцы – галерея весьма рельефных персонажей. Сестры Орисы, Тиан, Оуверхолсер, Эйзенхарт и прочие. Промахов нет. И, конечно, нельзя не упомянуть Кела Тауэра – упрямого прижимистого книжника, поневоле втянутого в круговорот событий вокруг Башни. Отличный образ. Весьма «забавно» Кинг описал пару бесчеловечных убийц-идиотов братьев Гитлеров. Мне они напомнили Джея и молчаливого Боба из соответствующего фильма. Особенно Норт с его пшеничными усами и рюкзаком на животе (а Ленни-Биллу больше подошло бы прозвище «говорливый»). Так и видишь перед собой эти рожи…и содрогаешься)

Что касается ка-тета Роланда, то здесь у всех его членов наблюдается некоторая эволюция. Сам Роланд, чувствуется, стареет – и артрит начал скручивать его суставы, да и в душе стрелок устал от бесконечных битв и долгого пути. Но его пороховницы все ещё ломятся от пороха более, чем чьи-либо другие, и паломничество к Башне продолжается. На этом фоне полноправным заместителем Роланда стал Эдди, который научился стрелецкому хладнокровию и выполняет все более сложные задачи. Сюзанна весь роман боролась со своей потусторонней сущностью, и это не конец, судя по названию следующей книги. Джейк? Судя по всему, «летний отдых» с Бенни стал лебединой песней его детства, и настало время взрослеть.

Об атмосфере и стиле много не скажешь – все по-кинговски отточено и выверено.

«Волки Кальи» - цельный, законченный роман. Динамичный, острый и психологичный на всем своем протяжении. Конец эпопеи постепенно приближается, соответственно, возрастает градус напряжения… Где-то ещё предстоит побывать ка-тету Девятнадцати? Забавно, но сейчас, когда я заканчиваю писать этот отзыв, на часах ровно 19-19. Есть все-таки что-то в этих совпадениях!)

отзыв написал Din Tomas 11 октября 2007 г. в 22:02

Он дошел! Роланд (не Чайльд) до Темной Башни дошел.

(скажите: аллилуйя, скажите: аминь!)

…последняя книга эпопеи вызывает ураган эмоций на всем своем протяжении. А уж финал… финал сродни кораблекрушению: после сильнейшего потрясения последних страниц с трудом очухиваешься и думаешь: «Что это было?».

Все 800 страниц тома наполнены безостановочным драйвом. Начиная от схватки в «Дикси-Пиг» и заканчивая поворотом ручки последней двери Темной Башни. Есть, конечно, краткие передышки, но в целом по экшену седьмая книга превосходит все остальные, даже «Извлечение троих».

В общем-то, то же можно сказать практически о каждом компоненте романа. Нет, вся эпопея заслуживает самых лестных слов, но «Темная Башня» - это апогей, квинтэссенция великолепия истории о последнем стрелке.

Прежде всего, седьмой том пропитан драматичностью. Все ранее придерживаемые козыри выложены на стол, и отныне ка-тет Роланда не в безопасности. Жуткий и жестокий размен начинается с первых же глав. В гибель героев с трудом веришь, и каждый раз она вызывает мощный выплеск чувств; Кинг сумел подать все это максимально драматично и в хорошем смысле кинематографично. И, что важно, – не банально. Впечатления от книги можно описывать во многих эпитетах: захватывающе, breath-taking, и так далее, но трудно внятно живописать эффект присутствия, сопереживание героям в самые сложные моменты, будь то мрачный побег в подземных катакомбах, гонка со временем в попытке спасти Кинга, или, наконец, взбирание по бесконечной спиральной лестнице к последней двери Башни.

О финале хотелось бы упомянуть отдельно. Автор неодобрительно отзывается о тех, кто читает ради концовки, и он, конечно, справедлив. С другой стороны, этот компонент столь же важен, как начало и кульминация. Тем более, что последние страницы «Темной Башни» ошарашивают и чуть ли не переворачивают все с ног на голову.

Ещё чаще, чем в «Песни Сюзанны», в роли персонажа выступает сам Кинг. Все это выглядит органично и необычно, а местами забавно: словно в оправдание своей высокой ценности и важности, автор несколько раз оскорбляет сам себя устами персонажей. Такое нечасто встретишь в литературе!

Именно последний роман превратил эпопею в настоящее произведение искусства, законченное и превосходное. Ярких эпизодов хватает не только в «Темной Башне»: у читателя в сердце останется знакомство и объединение ка-тета у Западного моря, приключения в Луде, сражение с Блейном, Волками…  но сцены седьмой книги займут особое место:

Мы говорим: спасибо, это была хорошая история, долгих вам дней и приятных ночей, сэй Роланд и сэй Кинг.

отзыв написал suhan_ilich 13 июня 2007 г. в 21:31

Итак, роман "Долгая Прогулка" - второй, вышедший из-под пера альтер-эго Стивена Кинга - Ричарда Бахмана. Под этим псевдонимом Кинг уже после пришедшей ему известности опубликовал несколько своих романов.

Идея, на которой построен роман, удивительно проста и лежит почти на поверхности, почему никто до Кинга не додумался до нее - просто удивительно. Небольшая зарисовка из мира другой Америки, которая довольно жестко контролируется правительством вплоть до уничтожения инакомыслящих при помощи какой то организации - Эскадрон. В этой стране раз в год проводят крайне простое состязание которое носит название Долгая Прогулка. Сто молодых юношей по сигналу данному человеком, которого все называют Майор, отправляются в путь на своих двоих, идти им придется столько сколько смогут с заданной скоростью не менее 5 миль в час, следом за ними едет бронетранспортер с солдатами, убивающих тех, кто остановится. Четыре предупреждения и от пули тебя никто не спасет. Победитель, т.е. последний уцелевший получает право выполнить любые свои желания.

И  в очередной раз они двигаются в путь, а мы пойдем за ними, почувствуем хоть со стороны каково это быть ходячим мертвецом. Незатейливый сюжет, да? Но дащий прекрасную возможность Кингу показать максимально сконденсированную картину человеческой жизни, каждый из этих ста знает, что скорее всего он умрет, но каждый втайне надеется уцелеть, между кем то из идущих возникает дружба, а кого то начинают ненавидеть за то, что он подставляет других, кто то спасает кому то жизнь, а другие падают замертво от усталости, кто то предпочитает драться до конца, пытаясь выхватить винтовки у солдат, а кто то пытается вымолить пощаду. Умрут все, кроме одного. Кто же это будет? И дойдет ли главный герой до конца? И главное, как это быть дошедшим до конца? Бахман крайне суров к зрителям, самые сильные отрицательные эмоции идущие испытывают именно к ним, тем, кто старается урвать кусочек их страданий, рваный башмак, зрелище разлетающихся от выстрела мозгов, картинка обнаженных гениталий - к концу книги от чувства омерзения к толпе начинает просто тошнить, не капли эмпатии, только самоудовлетворение от зрелища - "Я не там, Я не они"

отзыв написал Vlad 03 мая 2009 г. в 10:48

Когда-то Стивен Кинг был обычным учителем/разнорабочим, мечтающим о писательской карьере и рассылающим свои рассказы по разным журналам, мечтая хоть что-то на них заработать. Но в основном их нигде не печатали, а если даже они где-нибудь появлялись, то лишь для того, чтобы забыть о них через пару часов после прочтения.

Время шло, Кинг набирал популярность бешенными темпами, и в 1978 году решил выпустить свой первый авторский сборник, состоявший, как нетрудно догадаться, в большинстве своем из этих рассказов-“неудачников”. И вот парадокс – “Ночная смена” считается многими (и по праву), лучшим сборником писателя. Почему? Сказать трудно – если кому-нибудь в захудалом журнальчике попадется творение типа “Серой дряни” или “Газонокосильщика”, вряд ли этот человек сразу распознает талант все это написавшего. Но, собранные вместе, эти рассказы образуют единое целое, а простота, и местами наивность, придает этому сборнику особый шарм. И еще – Кингу очень хорошо удалось передать дух эпохи 70-х, когда мужчины ходили в клеше, женщины в джинсе, а простые работяги на своих старых шеви и бьюиках подъезжали к барам, чтобы отметить окончание рабочего дня.

Но при этом в “Ночной смене” есть несколько бриллиантов (точнее – неограненных алмазов). Два блестящих триллера – “Карниз” и “Корпорация ‘Бросайте курить’”, ужастик “Дети кукурузы”, название которого стало уже нарицательным. И, конечно, две сентиментальные истории – “Женщина в палате” и “Последняя перекладина” (которую наши издатели с непонятным упорством помещают в “Команду скелетов”), повествующие о потере близких людей, но не дающих ответа, как с этим жить дальше.

В целом, “Ночная смена” – сборник добротных рассказов, без претензий на что-то большее, двадцать историй об обычных людях, столкнувшихся с чем-то непонятным и пытающихся вернуться к нормальной жизни.

отзыв написал baroni 07 марта 2009 г. в 00:11

  Написанный в соавторстве с П. Страубом "Черный дом",  оставляет странное послевкусие и двойственное впечатление. Пожалуй, как никакой другой роман С. Кинга. Роман, уступающий лучшим кинговским текстам. И, в то же время, говорить о "ЧД"   как о примере творческой неудачи писателя невозможно. Почему? Попробуем разобраться.

Формально "Черный дом"  является продолжением романа "Талисман". Но это такое продолжение, которое вполне можно читать самостоятельно, без обязательного знакомства с первой частью истории. Всю необходимую информацию о содержании "Талисмана" при внимательном чтении легко получить из текста "ЧД".  Повзрослевший на двадцать лет герой "Талисмана", лейтенант полиции Джек Сойер, вышел в отставку и поселился в небольшом городке Френч-Лэндинг, штат Висконсин. Френч Лэндинг - идиллический городок, своеобразная рождественская отрытка провинциальной Америки. Однакко размеренная провинциальная жизнь сменяется настоящим ужасом, когда в городе начинают погибать дети. Погибать жуткой и мучительной смертью от рук неизвестного убийцы-каннибала по прозвищу "Рыбак". После того, как пропадает очередной(четвертый по счету) ребенок, бывшему копу Джеку Сойеру помимо своей воли приходится вмешаться в ход событий... Такова экспозиция, завязка романа.

Как и подавляющее большинство произведений Кинга, "ЧД" - роман об одиноком рыцаре, о современном Ланселоте, вступившим в безнадежную схватку со злом.  Однако зло  в "ЧД" оказалось куда более страшным и могущественным, чем  представляли себе обыватели и полицейские Френч-Лэндинга, а маньяк-убийца был всего лишь послушной марионеткой, исполняющей волю некоей Темной Силы.

Читать роман тяжело с самого начала - соавторы избирают такой способ повествования, который, по их мнению, должен усиливать читательский "эффект присутствия": "А теперь перенесемся за нашим героем... Давайте войдем с ними в комнату... Посмотрим внимательно на этого человека..." Признаться, меня подобная повествовательная манера раздражает, и раздражает весьма сильно. Роман кажется перегруженным подробностями, боковыми ответвлениями, сбивающими ритм несущественными деталями... И...удивительное дело, при всем при этом, от текста "ЧД" невозможно оторваться. Несмотря на все стилистические и композиционные промахи, магия кинговской прозы, обаяние мира, созданного соавторами, привораживает, подчиняет себе. "ЧД" оказался вообще очень странным текстом, где сентиментальность соединяется с откровенным натурализмом, а мистический роман - с полицейским триллером.

Еще одна, на мой взгляд, очень важная особенность романа. "ЧД", пожалуй, одно из самых "символических" (или метафорических) произведений С. Кинга. Я бы даже сказал, что роман перенасыщен символами, архетипами, требующими специальной герменевтики, интерпретации, толкования. Позволю себе один простой пример: почему все действие "ЧД" разворачивается в Висконсине, а не в милой сердцу Кинга Новой Англии? Почему убийца-маньяк бывший строитель-подрядчик (отсюда, кстаати, тянется тропка и к последнему роману Кинга)? Почему пчелы, почему мед? В принципе на все эти вопросы есть свои ответы,  какие-то относительно простые, какие-то совсем нет. Но пытаться найти эти ответы, пытаться обнаружить скрытые смыслы романа - это, поверьте, отдельное удовольствие.

Несколько слов о финале романа, который нельзя воспринимать вне контекста с событиями реальной биографии Кинга. Смертельное ранение, полученное Джеком Сойером здесь, в нашем "реальном" мире, изменяет его сущность. "Он будет жить. Но проснется другим", - говорит о Сойере один из второстепенных, но ключевых персонажей. "Другим" после известных событий 1999 г. просыпается и сам С. Кинг. Насколько он стал "другим" мы уже смогли немного понять. Надеюсь, что узнаем еще гораздо больше.

отзыв написал Илья Пивоваров 05 февраля 2009 г. в 11:51

Среди читателей Стивена Кинга существует ряд людей, которые делят его литературу на раннее и позднее творчество. Раннее - "Кристина", "Мертвая зона", "Лангольеры", "Нужные вещи"...продолжать ряд можно долго. С этими произведениями Кинг вошел в литературу как мастер ужаса. Благодаря им многие читатели прикрепили к писателю клеймо, которое до сих пор осталось и не сходит. "КОРОЛЬ УЖАСА".

Что касается более серьезных, вдумчивых произведений - "Бессонницы", "Сердец в Атлантиде", "Розы Марена", недавней "Истории Лизи" - то обычно сам факт существования этих произведений принято замалчивать. Мол, это не ужасы вовсе, а уже не пойми что, бред стареющего писателя. Прискорбно, но факт.

Соответственно, поклонники Кинга делятся в основном на две категории - почитателей раннего и позднего творчества. Лично я отношусь к последней.

"Дюма Ки" - для тех, кто любит больше, чем просто ужасы. Это психологическая книга с элементами мистики. Книга об исскустве, Исскустве с большой буквы, которое всегда связано с болью для творца. В труде "Как писать книги" Кинг вспоминал, как писательство помогло ему после аварии. Эдгар Фримантл, главный герой "Дюма Ки", имеет в этом плане много схожих черт. он попадает в аварию, и творчество помогает ему "врисовать себя обратно". А что происходит дальше, каким опасным становится это творчество...о сюжете можно писать долго.

Отдельно можно поговорить о цитатах из книги. В основном это фразы Уайрмана, которые впоследствии запоминает главный герой...но и мы начинаем потом повторять их. "Я выигрываю, ты выигрываешь". "Мы так часто обманываем себя, что могли бы зарабатывать этим на жизнь". Это лишь две цитаты из множества подобных, из тех, что непременно находят отклик в душе читателя.

Кто-то считает, что Кинг исписался. Я утверждаю: он стал сильнее.

"Дюма Ки" - это не вершина творчества, но по-своему великое произведение. Можно ругать его, можно хвалить - своего статуса оно не потеряет.

отзыв написал Barros 02 октября 2008 г. в 23:04

Этот роман я считаю лучшим произведением Кинга - из тех, что я читал (хотя в глубине души я не верю, что эта оговорка нужна). Более того, я считаю эту книгу одним из главных достижений американской литературы XX века. "Зеленая миля" трагична - но без театрального надрыва, фантастична - но без малейшего отступления от правды жизни, глубоко нравственна - но без пошлой назидательности. Я не погрешу против истины, если назову эту книгу новым Евангелием - конечно, еретическим, ибо ни одной из "нееретических" книг до уровня первых Евангелий не дотянуться. И, как это обычно бывает, автор-еретик оказывается более близок к Истине и Богу, чем любой ортодокс...

Да и можно ли создать Великую Книгу, не выходя за рамки обыденности?

отзыв написал baroni 01 октября 2008 г. в 22:36

"Долорес Клейборн" - это совершенно необычный, далеко выходящий за привычные жанровые рамки роман С. Кинга.  Минимум мистики, максимальное погружение в  реальность, в быт, в непрстые семейные отношения  обычной женщины, всю свою сознательную жизнь последовательно проработавшей прислугой, экономкой, домоправительницей у богатой хозяйки. Роман представляет собой непрерывный четырехсотстраничный монолог этой самой женщины - Долорес Клейборн. Монолог, записанный в на диктофон в полицейском участке. Уже на первых страницах романа героиня признается в своем давнем преступлении - убийстве собственного мужа. Так что формально в романе и интриги-то нет практически никакой. Монолог Долорес Клейборн - это подробнейший, скрупулезный отчет о том, как становятся убийцей, как изменяет твою жизнь сознательное убийство когда-то самого близкого тебе человека...

Следует отметить, что жертва преступления - супруг Долорес Джо Сент Джордж - личность на редкость малопривлекательная... Буйный алкоголик, хам, напыщенный дурак, растлитель собственной дочери... Однако Кинг отнюдь не собирается оправдывать  Долорес пресловутыми "обстоятельствами" и не сводит  свою героиню до образа невинной жертвы домашнего насилия. За свое преступление, совершенное, казалось бы ради блага семьи, ради счастья собственных детей, Долорес Клейборн придется сполна расплачиваться практически до самого конца своей жизни...

Глубокий психологический роман С. Кинга, погруженный в экономные пейзажи  крохотного островка у побережья излюбленной автором Новой Англии... История о  неправедном добре и неабсолютном зле...

отзыв написал Din Tomas 01 июня 2008 г. в 11:27

«Противостояние» - одна из самых популярных и обсуждаемых книг Кинга, а это уже кое о чем говорит. Сам автор писал в предисловии к «Темной Башне», что если бы он умер вскоре после публикации «Противостояния», многие фанаты бы не расстроились – ведь свой лучший роман он уже написал.

Вирус супергриппа, остроумно прозванный народом «Капитан Шустрик», вырывается из лаборатории химического оружия. Один (!) человек заражен им и спасается из зоны бедствия. Вскоре болезнь охватывает весь мир. Выживают немногие, и каждый счастливчик видит в своих снах два странных образа: старушка-негритянка и загадочный темный человек. Они манят к себе, и вскоре вокруг этих людей формируются два лагеря. Казалось бы, что делить на развалинах Америки, когда достаточно зайти в любой магазин и взять что хочешь? Но нет, впереди борьба за идею, противостояние, the stand.

Сюжет завораживает с первых же страниц: Кинг умело выстроил картину событий. Вначале мы видим беззаботных обывателей, погрязших в своих житейских проблемах. Чуть позже – одиночек, пытающихся выжить в творящемся вокруг кошмаре. А потом – героев, творцов новой истории. Сразу хочется сказать, что персонажи – главный бриллиант «Противостояния», то, ради чего эту книгу надо читать. Здесь такие характеры! Глухонемой Ник Андрос. Он общается с помощью бумаги и ручки и старается особо не выделяться, но неожиданно играет одну из главных ролей в борьбе с темным человеком. Кстати, то же можно отнести и к не совсем нормальному Тому Каллену. По развитию он – на уровне ребенка и читать не умеет, что не мешает им с Ником быть лучшими друзьями. На переднем плане повествования также находится Стью Редман. Свой парень, работяга с юмором и смекалкой… правда, иногда раздражает своей правильностью. Впрочем, в конце концов не полюбить его сложно. Как и ироничного социолога Глена Бэйтмена. Но что это я все о добряках? Во главе оппозиции – небызызвестный по «Темной Башне» Рэндалл Флегг. Он получился крайне харизматичным, хотя я заметил в его поведении и способностях небольшие противоречия по тексту. Но, может быть, таким противоречивым и должен быть этот обаятельный злодей? Также стоит отметить Дональда Элберта по кличке «Мусорный Бак». Вполне неплохой скромный парень, только немного «с огоньком». То есть пироман. А вскоре – министр обороны в лагере Флэгга. Один из лучших образов романа, показывающий, как относительно безобидный человек становится безумным огненным аннигилятором. Кстати, есть в «Противостоянии» еще один безумный аннигилятор, одно время даже бывший в тандеме с Мусорным Баком. Имя его – Малыш. К Карлсону не имеет никакого отношения. Это чистейшей воды «chaotic evil» персонаж, который минуту назад называл тебя лучшим другом, а теперь угрожает взорвать тебя ко всем чертям. И наоборот. Отрывки с участием Малыша – сплошное наслаждение, очень жаль, что Кинг не воспользовался этим героем на полную катушку.

Наконец, есть несколько поначалу «нейтральных» героев. Гарольд Лаудер – один из самых любопытных типажей, наиболее яркий пример перевоплощения под влиянием обстоятельств. Ну а мой личный любимчик – Ларри Андервуд. По сути, вирус супергриппа идет этому парню только на пользу, пробуждая в нем дремавшие в обычной жизни черты и выжигая каленым железом лень, тунеядство и нерешительность. За этим следишь с неподдельным интересом.

В общем, каждый читатель найдет героя себе по вкусу, благо Кинг мастерски погружает во внутренний мир каждого. После главы о Нике Андросе я реально удивился, когда вспомнил, что я-то не глухонемой, а могу слышать и говорить. Такой вот эффект погружения.

О персонажах написано много, да и им можно посвятить целую диссертацию, а вот что сказать о сюжете? Увы, здесь все не так радужно. Три четверти книги все идет нормально, напряжение нагнетается, в нетерпении ждешь развязки, удачными смотрятся все острые повороты… но вот когда противоборствующие лагери формируются окончательно, и начинается борьба… есть некоторое разочарование. Не использовал Кинг весь заложенный в книгу потенциал, это очевидно. Он так здорово расставил все фигуры, но сама партия получилась слегка скомканной. Мат был поставлен слишком быстро, да и не теми фигурами надо было жертвовать, на мой взгляд. Есть некоторые другие варианты, которые смотрелись бы изящнее и драматичнее. Хотя все же в самом конце Кинг исправляет положение, и непосредственно финал оказывается уместным и красивым; но не настолько, насколько можно было бы сделать при таких героях и такой завязке сюжета.

А завязка сделана на совесть… веришь, что именно так все бы и было, вырвись какой-нибудь шальной вирус на волю. А может, все еще впереди, кто знает, какие болезни разрабатываются в спецслужбах в разных странах? Вообще, после «Противостояния» задумываешься об обществе. В нем – корень всех бед? Автор и сам размышляет над этим вопросом, ведь даже в благополучном вроде бы лагере возникают конфликты. Это тревожные звонки, говорящие о том, что человечество вряд ли чему-нибудь научится: там, где есть сообщество людей, в конечном счете появляются интриги и борьба со всеми вытекающими последствиями. Даже пережив супергрипп, люди в результате могут опять вернуться к аналогичному армагеддону. А что уж говорить о мире во всем мире? Возможен ли он? Очень сомнительно, только такой вывод следует из романа. Кстати, вирус-то ведь зародился на территории США, и ничто не предвещало его распространения на другие континенты. В Россию и Китай супергрипп был завезен специально, намеренно… мне кажется, вот это – один из главных и самых жестоких уроков «Противостояния».

Вообще, несмотря на то, что болезнь бушует во всем мире, роман рассказывает о событиях только в США. Иногда это раздражает, но такой уж Кинг чисто американский писатель. Есть такой характерный момент: жители «доброго» лагеря собрались вместе на общий митинг. И первое, что они сделали, - это спели гимн. А потом…ратифицировали Билль о правах, конституцию США и прочее. В России ничего подобного бы не было: гимн – максимум, но о всяких законах забыли бы надолго. Тем более, открываются замечательные возможности для построения нового общества, с чистого листа, так нужно ли вспоминать старое? Впрочем, для американцев конституция – гораздо более важный документ, чем для россиян. Наверное, правильно будет отнестись к этому с иронией; а авторское же мнение – за кадром.

Но вот что нельзя оставить за кадром, так это неприятный фокус российских издательств. Почти все издания в нашей стране – сокращенные, с 71 главой. Но есть, как оказалось, полная версия из 78 глав, где подробнее описывается эпидемия, а также линия Мусорного Бака. Думаю, впечатления после прибавки в семь глав только улучшились бы.

В целом, «Противостояние» получилось противо…речивым. Легко понять, почему столько людей возвели его в ранг культа: идея и персонажи делают роман неординарным и заслуживающим вдумчивого прочтения. Доработать бы кое-что – был бы абсолютный шедевр. И тем не менее, эта книга должна быть на полке каждого любителя фантастики. Хотя бы как наглядное пособие…на всякий случай.

«Жизнь – это карусель, на которой никому не дано удержаться надолго. И она всегда в конце концов возвращается на то же самое место, замыкая круг»

Стивен Кинг

«Ты веришь в эти штучки-дрючки?»

Малыш

отзыв написал baroni 23 февраля 2008 г. в 01:53

Роман С. Кинга посвящен той "затонувшей Атлантиде", которая есть у каждого из нас: это наши детство и юность. Там, в этой Атлантиде, которой никогда уже не вернуть, и о которой остается только лишь вспоминать, было все впервые: первый поцелуй со знакомой девочкой, первая жестокая драка, первое предательство, совершенное самыми близкими тебе людьми...Там были и Недостижимая Мечта (как велосипед у одного из героев кинговской "Атлантиды"), там была и Великая Тайна, которую нужно было оберегать, и которой так хотелось поделиться со своим Настоящим Другом...

Для героев С. Кинга подобной "Атлантидой" стали 1960-е годы: Кеннеди и Л. Джонсон, Вьетнамская война и рок фестиваль в Вудстоке, драки с полицией, наркотики, студенческие кампусы, автомобильный секс... Веселое было времечко... Из стабильных и скучных будней рейгановских 1980-90-х ( в США тоже была своя эпоха "стабильности и порядка"), повзрослевшие персонажи романа вновь и вновь возврашаются к своим "детско-юношеским" годам, пытаясь осмыслить собственное прошлое; понять, где находится та, мистическая "поворотная точка", которая определила всю дальнейшую жизнь героев "Сердец..." А подобная точка была у каждого из них. Просто не все заметили, как прошли ее...

"Сердца в Атлантиде" имеют достаточно сложную композицию, повествование ведется от лица нескольких персонажей, существующих, к тому же, в разных временных пластах. Роман разветвляется на несколько сюжетных линий, и , только в финале, Кинг полностью собирает свою волшебную мозаику. Да,  в "Атлантиде" можно найти отдельные мелкие недочеты, нестыковки в деталях. Иногда, при переходе от одной части к другой, при смене повествователя, литературные "швы", скрепляющие в единое целое текст романа, становятся слишком заметными. Но высочайший эмоциональный накал, пронзительная искренняя нота,  звучащая  буквально с самых первых  и до самых последних строчек книги, позволяет просто не обращать внимания на подобные шерховатости этого, в целом, великолепного романа.

отзыв написал Karnosaur123 30 января 2012 г. в 21:13

Однажды некий великий писатель (тогда об этом величии не подозревал даже он сам; большинство критиков считали, что его опусы не стоят булочки с сосиской, но он только посмеивался) шел домой. Дорога проходила через мост; старые доски так трещали при каждом шаге, что писателю невольно вспомнилась одна старая сказка. Вот, прямо сейчас, из под проржавевших свай послышится грозный голос: ''Кто это идет по моему мосту?!''

Писатели, в отличие от обычных граждан, подмечают все подряд, цепляются за любую мелочь в поисках хорошей идеи. К тому времени, как наш сочинитель добрался до дома, он уже твердо знал: в этом что-то есть!

Один из величайших американских романов родился от скрипа досок под ногами.

Доподлинно неизвестно, почему Стивен Кинг решил вдруг сделать ОНО ключевым произведением в своем творчестве; идея тянула в лучшем случае на небольшую повесть. Но этот замысел неожиданно вобрал в себя не только все основные мотивы кинговского творчества, но и его, так сказать, истоки, и переработал в совершенно самобытный роман, одновременно динамичный и мудрый, жестокий и добрый, омерзительный и прекрасный. Пока социологи писали о влиянии жизненных реалий на массовую культуру (и наоборот), Кинг просто объединил масскульт с реальностью в единое целое, создав и ''путеводитель по жанру хоррор'', и ''энциклопедию американской жизни'', и размышления о природе страха, и, наконец, роман о детстве... и о любви. Маленький городок, как модель мироздания, и большое Зло, правящее душами его обитателей, магия детства, противостоящая жестокому рационализму мира взрослых, размышления о писательском искусстве, выживание личностей в равнодушной и слепой толпе - все эти (и многие другие) мотивы, встречавшиеся в творчестве Кинга раньше и позже, в ''Оно'' раскрылись максимально. Каждый, даже самый незначительный персонаж (а их там больше сотни) прописан настолько тщательно, что не возникает ни малейшего сомнения в его реальности. Каждая сцена обрисована так ярко, что читатель словно теряет связь с реальностью, целиком ощушая себя на месте героев. Чередование эпизодов детства и зрелости, перемежающееся интерлюдиями из истории Дерри создает масштабнейшую картину происходящего. Все составляющие настолько идеально дополняют друг друга, что невозможно выбросить мельчайшую деталь, не разрушив все построение.  Недаром Кинг говорил, что  ''Оно'' станет его последним романом ''о монстрах'' - лукавил, конечно, но большинство его поздних произведений и впрямь основываются на одной из линий ''Оно''. РЕГУЛЯТОРЫ, ТОММИНОКЕРЫ, БЕЗНАДЕГА, НУЖНЫЕ ВЕЩИ, ДЬЮМА-КИ, МЕШОК С КОСТЯМИ, РОЗА МАРЕНА - каждая из этих книг заставляет вспомнить ''Оно''. Если вы не читали этот роман, значит, вы не читали Стивена Кинга.

Если же меня спросят, о чем этот роман, я отвечу, что он, действительно, о монстре. О том чудовище, которое таится в душе каждого. Оно - часть человеческой сущности, и каждый человек - если он настоящий человек - должен дать Ему бой еще в детстве. Потом будет поздно, и человек, примирившийся с частью чудовища внутри себя, сам может сделаться частью внутри чудовища... как это было с добрыми жителями городка Дерри.

отзыв написала Alraun 24 октября 2011 г. в 13:46

Я вдруг осознала, сколькими страхами обязана Стивену Кингу. Это и неосознанный страх отелей и длинных коридоров с красными ковровыми дорожками (а вдруг за очередным поворотом меня встретят Две Маленькие Мертвые Девочки?!) И тревога (каждое  утро!) перед  закрытой шторкой ванны (мертвая, улыбающаяся  женщина!) Отвращение и страх к клоунам с их гримом и воздушными шариками (Пеннивайз!!!),  и непонятное, осторожное отношение к сливному отверствию раковины...  Хотя это не страх...нет, мы же взрослые люди. Скорее это отвращение, абсолютно неосознаваемое  мозгом, с детства закрепившееся в подсознании. Дело в том, что  я в 6 лет посмотрела "ОНО", в 11 моим любимым сериалом было "Сияние".Потом были "Дети кукурузы" и "Кладбище домашних животных". То есть до того, как я познакомилась  со своим Любимым Писателем, мои Страхи уже были сформированы  киноиндустрией. И, конечно, в будущем они заметно повлияли на мое мировозрение =) Я всегда  возмущалась, когда Кинга незаслуженно, как мне казалось, называли "королем ужасов", когда люди увидев на обложке имя автора кривились и говорили, что я читаю "дешевые ужастики", хотя в руках у меня были такие книги, как "Зеленая Миля", "Мизери", "Бессоница". На мои опровержения "Причем тут монстры и ужасы,почитайте-тут же чистой воды психологизм и драма!" они отмалчивались, оставаясь при своем мнении. Но, прочитав "ОНО" я начала видеть новые грани  Кинга. Он действительно мастерски нагоняет страх, великолепно вырисовывает атмосферу, погружает тебя в штат Мэн, где царят его законы и правила. Он  не  только  наделяет  персонажей  индивидуальностью, каким-то магическим образом заставляет нас относится к персонажам как к близким друзьям, или...врагам. Он еще и пугает! Я, наконец-то, перечитав кучу готических романов, вампирских хроник и рассказах о зомби, нашла то, что может меня напугать, потому что "Мы все здесь внизу летаем". Вобщем,  если  хотите  окунутся в мой любимый штат Мэн, с его порой скучными  и  такими  знакомыми жителями, прожить маленькое, жуткое и одновременно такое прекрасное лето из детства, познакомиться с "Клубом Неудачников", то вам в Дерри!

отзыв написал Pickman 15 января 2010 г. в 13:53

Кинг не единожды пытался сыграть на лавкрафтовском поле, и всякий раз результаты были как минимум удовлетворительными (а то и блестящими, если вспомнить «Крауч-Энд»). В «N.» наш способный ученик пошел дальше и бросил вызов фигуре не такой известной, как Лавкрафт, но несравненно более сложной — Артуру Мейчену (ему и посвящена коллекция «Сразу после заката»). В те дни, когда вопрос о серьезности жанра даже не поднимался, этот человек писал шедевры ужасов, не желающие тускнеть и в наши дни. Увы, дотянуться до «Великого бога Пана» у Кинга не вышло даже на цыпочках: как ни странно, с ним сыграла злую шутку привычка к лавкрафтовской системе координат. Отшельник из Провиденса, переняв лучшее у Мейчена и других грандов черной фантастики, создал собственную школу, в которой сплелись в единую ДНК-спираль две ветви литературы о пугающем — психологическая и приключенческая; в потомстве Лавкрафта чистых экземпляров уже почти не встречалось. Вот почему Кингу так сложно уловить ритм мейченовской прозы: ему недостаточно показать тени монстра — по правилам игры тот должен показаться целиком, пускай хрупкий флер необъяснимости будет развеян. Во всех прочих отношениях «N.» строго каноничен — начиная с классической (дневниковой) формы и заканчивая предсказуемым финалом. Не стоит, впрочем, забывать, что в руках новичка или даже профессионала менее высокого уровня традиционный сюжет мог рассыпаться набором штампов. В случае Кинга этого не произошло, и его неспокойный гимн обсессивно-компульсивным расстройствам (а также тварям из внешних сфер) заставит недовольно сдвинуть брови лишь того, кто давно и безнадежно отравлен кристальным ужасом Артура Мейчена.

отзыв написал Sapienti_Sat 05 сентября 2009 г. в 18:09

Дочитана. Немалая по объему и еще бОльшая (по задумывавшейся смысловой нагрузке) книга. Ощущения? А вот тут проблема, потому что ощущения – очень и очень двойственные.

Первые две трети книги читались с восторгом. Поздний Кинг – прекрасный стилист, мастер психологической прозы. И все это есть – в тех самых первых двух третях. Иначе говоря, до тех пор, пока не пошла по нарастающей "страшилочная" составляющая. Примитивно-страшилочная – в том плане, что всё это уже было, было, БЫЛО. И у Кинга (в более ранние годы), и у целой армии "кингоидов". И именно потому, что это было уже сотни, многие сотни раз, "страшилка" не пугает. А поскольку психологичность повествования исчезла, трансформировавшись в очередную изрядно надоевшую и очень БУКВАЛЬНУЮ "битву со Злом" (тут и гарпуны, и спецпримочки типа пресной воды, которую мерзкая неубиваемая нежить не переносит, и черт знает что еще), так вот, поскольку психологичность исчезла – вынырнула вдруг СОВСЕМ ДРУГАЯ КНИГА. Причем такая, которую читать уже совсем не хотелось. Которую пришлось ДОБИВАТЬ (обидно ведь, после сотен страниц взять – и бросить!).

Возникает серьезная проблема: как судить, как оценивать книгу? Ведь "по третям" (первые две "ах!", последняя "фу!") как-то не принято. В первую-то очередь роман зацепил тем, что это, наверное, самая личностная книга автора (параллели с аварией, которая едва не стоила жизни самому Кингу, видны невооруженным глазом). А какие великолепные, блистательно выписанные персонажи – едва ли не все, до второ- и третьестепенных! И с ними – ОЧЕНЬ интересно.

До тех пор, пока они (вместе с читателем) не попадают под набирающую силу лавину "хорроровых" штампов (до серебряных колющих предметов супротив нежити), когда "тайны" (а ведь роман намекал на немалое количество ТАЙН – без всяких кавычек!) оказываются мыльными пузырями, когда пугающий – но и великолепный! – творческий взлет главного героя, как выясняется, был всего лишь мороком, который потусторонняя мерзость использовала в своих негодяйских планах. (Кстати, понять бы еще, в чем те ужасающие планы состояли...)

(Есть, конечно, ряд небольших проколов и в собственно прозаической части. Окей, Стивен, мы уже поняли, – давно поняли – что Уайрмен был когда-то женат на мексиканке. Пара, тройка, ну десяток фраз на испанском – и, может, хватит? Ну нельзя же, в самом деле, ЧЕРЕЗ СЛОВО! Можно было бы указать и на прочие шероховатости, но в сравнении с кошмарной нелепостью и заштампованностью последней части о шероховатостях стиля или диалогов и говорить-то неприлично.)

Остается ощущение обмана. Тебя вели, как ты думал, к каким-то новым открытиям, новому инсайту, новым моральным дилеммам – а получилось... Как там у классика по фамилии Черномырдин? "Получилось – как всегда"?

Очень интересную – и, на мой взгляд, очень точную – мысль высказал один из читателей на сайте Amazon.com. "Позволю себе предположить, что роман мог быть во сто крат лучше, если бы Кинг отказался от слишком уж очевидной и однозначной битвы Добра со Злом и обратился бы к попытке решения гораздо более неочевидной задачи: Что-Есть-Добро-И-Что-Есть-Зло".

Кинг мог бы справедливо возразить, что это была бы совсем ДРУГАЯ книга. Но справедливо заметил и читатель: да, другая. Во сто крат лучшая.

Ингредиенты (добротная, даже классная психологическая проза – и банальный, тысячу раз еденный и переваренный традиционный ужастик последней трети, абсолютное и хрестоматийное КЛИШЕ) оказались несмешивающимися. Как вода и машинное масло. Правда, в пропорции два к одному, но жаждущему человеку стакан такой жидкости не предложишь.

Как, собственно, не удается оценить и качество такого коктейля в целом. Вода? БЫЛА свежая, холодная, чистая. Машинное масло? Грязноватое, потому что не единожды бывшее в употреблении. Но сгодилось бы, может, и еще разок-другой (тем более, что на этом же масле работают-крутятся сотни современных ужастиков – работают в том смысле, что издаются, и покупаются, и читаются). Это об ингредиентах в отдельности.

Ставить же оценку коктейлю – не буду. Такая оценка была бы несправедливой, и, честно говоря, абсурдной.

PS. А мысль, высказанная читателем с "Амазона", покоя не дает. Ведь и заявлены были все персонажи – совсем не беленькими! И по всему-то думалось, что ПОЛЕ БОЯ БУДЕТ ВНУТРИ, тем более, что все напряжения, все сложнейшие сплетения отношений уже были заявлены. Видел – не мог не видеть! – это и сам автор. Но вот поди ж ты. Отказался от неоднозначности битв ВНУТРИ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ДУШИ (к чему ведь вел сам!) в пользу как-бы-нелегкой, но чисто ФИЗИЧЕСКОЙ победы над Злом. А это неинтересно. И получается так, что – обманул.

Но не себя ли в первую очередь?

PPS. И вот что еще в связи с Duma Key я думаю: эх, а вот отнял бы у меня кто-нибудь книгу эту после двух первых третей прочтения - но чтобы насовсем отнял. И я бы всю жизнь так и страдал (но СЛАДКО страдал): ах ты, черт, какой ШЕДЕВР так и не удалось дочитать!

отзыв написал Kriptozoy 28 мая 2009 г. в 20:55

Очень мощный роман! И по духу и по сюжету. А эмоционально просто верх динамики и напряжения.

Не могу сказать, что роман "Бегущий человек" самое моё любимое произведение Кинга из написанных под псевдонимом. И не сказать, что самое частоперечитываемое. Много выше этой книги стоят "Ярость" и "Долгая прогулка". Но именно из таких книг, как "Бегущий человек", "Кладбище домашних животных", "Оно", "Куджо", "Талисман" когда-то давно складывалось моё представление о всех гранях таланта великого мастера. И после этого преданность его творчеству я несу через годы и события. Как великолепно и захватывающе написан этот роман! Одно из тех произведений писателя, которое острым лезвием ножа проходит через мозг, как через масло, начинает блуждать в организме и застревает в сердце пульсирующим осколком. Именно такое целостностное ощущение вызывает история Бена Ричардса, обычного человека, поставленного перед страшным выбором, а в итоге право выбора потерявшем. А по экспоненте эмоции менялись от чувства жалости, от крепко сжатых кулаков, когда происходила реакция сознания на сытые лица Организаторов и контраст с личностью главного героя, до охватившей настоящей ярости, от того, какие люди могут быть в большинстве своем. И от чувства узнавания.

Финал поразил до глубины души. Помнится, когда читал в первый раз, то подумал, что такая трагическая концовка очень не в духе Короля. Несмотря на то, что книги его зачастую наполнены весьма мрачными событиями, финал их редко случается несчастливым, заканчивающимся смертью главного героя. А потом, после того, как последняя страница была перевернута, я подумал, что именно такое окончание единственно верное. Было бы обманом по отношению к читателю, если бы Ричардс принял предложение Организатора войти в ряды Охотников и оставить открытый финал с иллюзорной надеждой, что главный герой начнет разрушать структуру изнутри, или ещё что-нибудь в этом роде. Поэтому всё так, как должно было быть. Главный герой с самых первых страниц вызывает уважение. А по окончании просто восхищение стойкостью, мужеством.

Просто великолепно. Высшая оценка. За то, что книга стопроцентно выполняет задуманное автором и никого не оставляет равнодушным. Браво.

P.S.-Вот сейчас перечитал и вспомнились сюжеты тех первых фантастических фильмов, от которых невозможно было оторваться: "Бегущий по лезвию бритвы", "Газонокосильщик", "Судья Дредд", "Бегущий человек", "Джонни-мнемоник" и т.д. Все они датированы концом восьмидесятых и все они тогда смотрелись не по одному десятку раз. Потому что их было мало и потому что видеокассеты стоили совсем недешево. А сейчас фантастических фильмов всё больше и больше, в том числе и хороших, и просто великолепных, тем более они в свободном доступе, но с теми первыми по эмоциям они наверное не сравнятся :)

отзыв написал armitura 02 февраля 2009 г. в 17:43

Впервые этот рассказ Кинга я прочитал еще в подростковом возрасте. помнится, тогда он произвел на меня совершенно неизгладимое впечатление. Я специально тогда взял в руки линейку и посмотрел - что же такое эти двенадцать сантиметров. Жалкие двенадцать сантиметров, которые отделяли героя от далекой Земли. Стоит ли говорить, что представить себе сорок второй этаж я, в жизни не видевший здания выше 16-этажки не мог.

Стивен Кинг написал великолепный триллер, вместив в двадцати страницах такое количество адского напряжения, которое иной автор подчас не изобразит и в большом романе. Сейчас я перечитал этот рассказ - и все эти ощущения детства вернулись. Мастерство автора помогло создать рассказ, от которого голова закружится даже у того, кто никогда не боялся высоты...

отзыв написал TOD 24 января 2009 г. в 16:57

Стивен Кинг это мой любимый писатель. Уже много лет его книги занимают почетные самые видные места на моих книжных полках. Я отлично помню первую прочтенную мной и стараюсь оттянуть тот момент, когда закрою последнюю, читая его книги по чуть-чуть, одну в несколько месяцев. Когда то давно он "зацепил меня на здрасьте" и до сих пор не отпускает.

Но это я отвлекся. Долгожданная мною "Дьюма-Ки" наконец прочтена. Западные критики говорили о "возвращении", о "новом действительно страшном романе автора", но не сильно то им верилось. Да, "Память", который стал основой романа, действительно неплохой рассказ, но что же там из него "выросло" оставалось загадкой. Роман написан просто отлично, поклонников творчества Кинга должен порадовать, Стивен до сих пор пишет увлекательно, умеет выдержать интригу до самого конца. Интересная особенность, многие моменты заставляют вспомнить другие работы автора. Это не перекрестные связи (они тоже есть, одна точно), как раньше, а какие то намеки, мимолетное сходство сюжета. И таких моментов очень много. Возможно это такая новая игра, которую сложно заметить рядовому читателю, игра для "Постоянных читателей". Концовка, как и прежде, единственное слабое место. Зло обязательно будет побеждено, да еще и довольно странным образом. Его же мотивы (Зла то есть) лично мне, простому смертному, не совсем понятны.

Перед нами новый ("...и улучшеный...") Кинг, с интернетом, электронной почтой и другими современными реалиями. Кинг, который не ставит целью напугать вас до смерти, но какой то более взрослый Кинг, умудренный жизнью, размышляющий о ней голосом Уайрмана (его высказывания так и просятся в цитатник на www.stephenking.ru)  и других своих героев. Эдгар Фримантл похож на самого Стивена: оба пережили аварию, оба настолько богаты, что могут больше никогда не работать. Времена, когда такие вещи, как "Слава" и "Деньги" играли большую роль для Кинга давно прошли - сейчас это "Искусство ради искусства." Теперь автор, повидимому, сознательно стремится выйти из образа "писателя страшилок", которым его до сих пор считают некоторые, и делает шаги в сторону "большой литературы". Нравится ли мне такой Кинг? Может, si, может, нет, как сказал бы Уайрман. Скорее всего да, хотя ностальгия по прежним денькам в штате Мэн меня не покидает.

отзыв написал baroni 21 июля 2008 г. в 20:04

Роман "Дорожные работы" - это непривычный, неожиданный Стивен Кинг. Да, действительно, в романе нет ни мистики, ни ужасов, вообщем, ничего такого запредельного и потустороннего , за что большинство читателей и любят Кинга.  Впрочем, нет... На самом деле ужасы есть. Только вот ужасы в "Дорожных работах" получились совсем не те, к которым мы привыкли у Кинга.

...История противостояния управляющего прачечной Барта Доуса и дорожной компании, прокладывающей федеральное шоссе прямо по городским кварталам, предсказуема и трагична. Ну чем может закончиться противостояние "маленького человека" (кинговский Барт Доус, конечно, совсем не гоголевский Акакий Акакиевич, но все же, все же...) и мощной корпорацией, за которой деньги, сила и, главное, вся мощь государства? Исход получается вполне предсказуемым. История, случившаяся с Доусом должна быть близка многим москвичам, и всем тем, чья недвижимость (дома, садовые участки, гаражи) оказалась в зоне интересов государства или или же тесно связанных с ним строительных компаний. Думается, что жиьтели Южного Бутово и подмосковных дачных поселков должны очень хорошо понять Барта Доуса.

Но "Дорожные работы" С. Кинга - не просто примитивная "социалка". Будь так - вряд ли бы этот роман заслуживал подробного разговора.  Кинг написал историю не просто о том, как уничтожается дом. Вокруг героя "Дорожных работ" уничтожается психическое пространство, в котором человек жил, любил, жену, зарабатывал деньги, растил сына... Мир, который, несмотря на все свои углы и занозы, был твоим перестает существовать. Тупая и холодная сила, воплощенная в дорожной компании, вырывает Доуса из мира, где были сосредоточены все ценности, и бросает в холодную пустоту. Пустоту, в которой нет ничего дорогого, кроме воспоминаний, телеэкрана, и бутылки с отвратиельным пойлом "Южный комфорт"...

Лично мне кинговский Барт Доус очень напоминает тех самых "совков", за которых заступался Пелевин в своем эссе "Джон Фаулз..." Доус не  желает становиться частью того мира, в котором борьба за деньги и социальный статус  является содержаниеми целью жизни.И если невозможно спасти свой "вишневый сад" -то остается лишь одно. Умереть вместе с ним.

отзыв написал baroni 08 апреля 2008 г. в 21:58

Строго говоря, все содержание "Талисмана" укладывается в два определения из фантлабовского классификатора: "квест" и "становление/взросление героя". ...12-летний Джек Сойер должен совершить путешествие через всю Америку - с восточного побережья на западное. Только пройдя этот путь он сможет обрести могущественный Талисман, который излечит от смертельной болезни его мать. Но не только мать, а еще и некую королеву, умирающую в Долинах - в стране,  которая находится в параллельном мире и, одновременно, оказывается такой похожей и не похожей на современную Америку. Путешествие Джека Сойера - тот сюжетный стержнень, на котором держится весь роман, так же, как на путешествии Гека Финна держится одноименный роман М. Твена.

"Талисман" во многом построен на параллелях, реминисценциях с великим произведением М. Твена. Как и для Твена, для авторов "Талисмана" столь же важен фон - люди, скоростные магистрали, маленькие городки, через которые проходит в своих странствиях "новый" Сойер - то есть все то, что называется провинциальной Америкой. Эта Америка очень сильно изменилась по сравнению с временами Твена, но какие-то скрепы, архетипы, тот фундамент, на  котором стоит страна, остаются неизменными и по сей день.

Надо сказать, что провинциальная Америка из "Талисмана" неожиданно напомнила мне о российской провинции, изображенной А. Балабановым в фильме "Груз-200": неприкаянные умирающие городки, одуревшее от безпрсветной пьянки и тупой работы население, педофилы и извращенцы, рыскающие по провинциальным шоссейкам.

Сам "Талисман" чем-то отдаленно напоминает "Темную Башню" - великую кинговскую эпопею, только значительно сокращенную, упрощенную и адаптированную для подростков.  Основной недостаток "Талисмана" заключается, на мой взгляд, в его многословности и чрезмерном мелодраматизме. Причем второе вытекает из первого.  Там, где один Кинг обойдется всего лишь единственной крохотной деталью или намеком, которые будут работать не хуже какого-нибудь многостраничного монолога, соавторы Кинг-Страуб разворачиваются на несколько абзацев, а то и страниц, выжимая эпизод досуха, до последней капли, забалтывая и утомляя читателя.