FantLab ru

Все отзывы на произведения Константина Сергиенко

Отзывы

Рейтинг отзыва


Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  5  ]  +

Константин Сергиенко «Кеес Адмирал Тюльпанов»

Stalk-74, 13 декабря 2018 г. 18:32

В истории много событий, которые мы в силу темпорально-географических особенностей знаем немного. Например, про Восьмидесятилетнюю войну за освобождение Нидерландов от испанского владычества. По сути, это только «Легенда о Тиле Уленшпигеле», выдающееся произведение мировой литературы. Поэтому, хочешь не хочешь, при прочтении «Кееса» проводились аллюзии с товарищем Шарлем де Костером. И, разумеется, повесть Сергиенко проигрывала по многим параметрам. Главным образом, из-за понижения планки читательского возраста. Автору пришлось минимизировать словарный запас, глубину описываемых событий, приближать исторические локации к понятным современному подростку (1970-ых годов). Что же, так поступали многие детские писатели — но тогда надо, чтобы герои стали харизматическими.

Кеес, при всем старании автора, это не Пеппи ДлинныйЧулок или Гарри Поттер. А его спутники прописаны и того меньше. В итоге получились подростковые приключения. С рейтингом 12+, где кровь немногим отличается от чечевиной похлебки. Прочитать можно, даже экранизировать можно. И даже, в целом, получить положительные впечатления. Но, положа руку на сердце, стал ли персонаж Кеес штроко известным читательским массам, пусть даже не на уровне трех мушкетеров, а, хотя бы, Тимура и его команды? Нет. А ведь это произведение даже поначалу включалось в официальную хрестоматию для внешкольного чтения.

Конечно, это не основной показатель, ведь не все, к примеру, крапивинские или булычевские персонажи стали ультра популярными. Но и послевкусие «Кееса» недолгое, вытесняется на раз другими приключенческими произведениями.

Поэтому читать советую сугубо из-за экзотики (для нас, разумеется). Возможно, у кого-то будут и ностальгические нотки по прочитанному в отрочестве.

Оценка: 6
–  [  8  ]  +

Константин Сергиенко «До свидания, овраг!»

sergu, 8 сентября 2018 г. 16:24

ХОРОШЕЕ СЛОВО «ЖИЗНЬ», ИЛИ ПОЧЕМУ СОБАКА ДРУГ ЧЕЛОВЕКА

Когда-то человек и собака жили вместе, но шло время, человек стал злым – и собака покинула его, веря, что когда-нибудь доброта вновь вернётся к человеку, и старые друзья снова заживут вместе. Эта «красная линия» магистральной канвой проходит через всё произведение, потому что собака пусть и обиделась на человека, но глубоко внутри хранит любовь к нему, и в душе – его вечный друг.

Мир глазами собак. Маленькая трогательная история бездомных псов, когда-то брошенных хозяевами и нашедших приют в обычном овраге, рядом с новой застройкой.

«Бывают дни, когда небо хворает мокрой лихорадкой». «К осени ближе наливаются грустью собачьи глаза». Из таких простых, но волшебных предложений и состоит магия и внутренний мир произведения — почти сказки – грустной и весёлой одновременно, щемячьей, как бездомная собачья жизнь.

Собачье счастье небольшое – вынь да положь, чужого не трожь. Но истинное счастье для любого пса – это иметь Своего Человека, не просто Хозяина, а именно Человека: доброго и хорошего, которому готов служить до конца своих дней, до последнего собачьего вздоха. Это как для ребёнка-сироты найти папу и маму, но для пса и того больше: найти друга. Настоящего Друга. Того, кому на заветное «дай лапу, друг!» вместе с самой лапой готов отдать целое сердце. В общем того, кто в собачьем мире зовётся «Свой Человек».

Ведь самое дорогое в этом мире – доброта, истинное золото, цвет которого – цвет самой жизни.

«Я знаю, где лежит золотое колечко. Я понюхал его и понял, что колечко носил добрый человек». Чувство доброты, простой доброты, собачьей или человеческой, не имеет значения, потому что доброта лишена личностей – это главное чувство всего произведения, и кто, как не собаки, понимаю его особенно остро. А жизнь бездомных собак остра до ран от любых чувств. «Раньше Человек и Собака разговаривали на одном языке. Нам незачем учиться человечьим словам, пока люди будут такими», — безжалостным приговором звучат суровые слова Чёрного.

Бездомный пёс – это собачий сирота, детдомовец о четырёх ногах, оставшийся без самого дорогого – без Своего Человека, и вынужден горько мириться с этим. Почему? Потому что тебя бросили. И слеза обиды навсегда обожгла сердце. Ведь собаки, как дети. Детская боль сродни собачей, потому что она невинна, потому что нет ничего обидней детских слёз, а собачьих слёз никто не видел. Но они есть. Поверьте.

Те, кто прочёл эту книгу в детстве, наверняка будут смотреть на бездомных псов понимающими глазами и, может даже, пронесут любовь к ним через всю жизнь. Те же, кто ознакомится с ней в зрелом возрасте, придут к неизбежному выводу, что по большому счёту некоторые собаки лучше иных людей. Злой пёс – это боль и обида на человека, это жестокость человека, глубоко вошедшая в сердце пса. Приласкайте его – оно потеплеет.

Оценка: 10
–  [  0  ]  +

Константин Сергиенко «Побочный эффект»

kronen, 1 августа 2018 г. 14:28

Грустное произведение об одиноком человеке, который мечтает об идеале. В молодости это произведение понимается хуже, чем когда тебе уже много лет. Очень психологично, эмоционально, но вот пришелец из будущего совсем не убеждает, и вообще система экспериментов с временем ужасает (да и противоречит тому, во что я глубоко верю)

Оценка: 7
–  [  5  ]  +

Константин Сергиенко «Кеес Адмирал Тюльпанов»

Artyreader, 20 сентября 2017 г. 00:41

С теплотой вспоминаю книжечку К.Сергиенко о нелёгких днях Голландии 1574 года. В отличие от «взрослого» «Тиля Уленшпигеля», где зверства испанцев во фламандских землях суть двигатель сюжета, и пепел отца стучит в сердце главного героя, Сергиенко описывает историю глазами подростков и благополучно подымает их из пучины бедствий. Корнелис, а проще Кеес, сын Питера Схаака, исчезнувшего бог весть куда, проживает в городе Лейдене. А когда в этот город приходят испанцы и берут город в осаду, то Кеес вместе с бродячим зверинцем горбуна Караколя отправляется в путешествие по всей Голландии. Не просто так, а с заданием пошпионить, а потом всё завертелось кувырком, и Кеес

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
добрался до самого Роттердама. Ему улыбается удача: и отца он нашёл живым, и новых друзей нашёл, и даже поучаствовал в раскрытии заговора против Вильгельма Оранского и сдал с потрохами своего недобросовестного работодателя. Который, как оказалось, не только торговал тканями в Лейдене, но и…
а что ещё, вы узнаете, когда прочтёте книгу.

Разумеется, по душе мне более всего пришлись сам Кеес и его друзья, весёлые и неунывающие, несмотря на невзгоды. Особенно Мартин Слимброк, прозванный Рыжим Лисом, во всякой дырке затычка и знаток дел своего папаши – до такой степени, что вынужден от него скрываться. Этот паренёк вызывал у меня искреннее желание помогать в трудностях и разделять шутки. Правда, этот озорник в четырнадцать лет выучился курить заморское зелье – табак, и делал из этого гордый «взрослый» ритуал – дело, которое мне было не по душе, да и Кеесу по вкусу не пришлось. Но и здесь Мартин сказал одну мудрую вещь:

«Когда мамзели курить начнут – конец света настанет!»

Зато Кеес побывал настоящим посланцем сатаны и объегорил недалёкого уголовника, купив у него душу по расписке «за так» – вот что, братцы, пиво с людьми делает. И надул зловещих иезуитов, среди которых упоминается ещё одно историческое лицо — отец Антонио Поссевино...

Приключений у героев хватало, и поводов пошутить тоже. О, доля трагедии на их долю тоже выпала: горбун Караколь оказался третьим в романчике испанского офицера и голландской красавицы, которую именовал не иначе как принцессой… и, как три пули в старом пистолете о трёх стволах, так три человека друг другу на беду встретились…

А также порадовала маленькая отсылка к России, точнее, к «московитской земле с бешеным царём». Я вспоминал эти слова, гуляя по самой что ни на есть московитской земле, в сосновых лесах.

А описание осады Лейдена, героического вскрытия плотин и изгнания испанцев вместе с их жестоким герцогом Альбой, для меня неразрывно связано с присутствием Кееса Схаака и Мартина Слимброка. И с тем, как от голода и чумы

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
скончалась младшая сестра Кеесова друга Михиелькина – говорили, что «в тот день душа её тихонько вышла и скрылась где-то»
. «Толстый Михиелькин», который в осаду исхудал, остался для меня безликим героем, и не только потому, что художник-иллюстратор не соблаговолил его нарисовать, но и потому, что события в Лейдене – это только обрамление основной истории Кееса. Помните ли вы, к примеру, как звали соседей Бильбо Бэггинса в Хоббитоне? Так и Михиелькин оказался деталью места, так же, как оказался деталью «день чёрной смородины» в Роттердаме.

И чётко помню самый зловещий момент:

«Свечи в канал. Весь ящик. Принесите другую... простую свечу…»

В книге многократно и безыскусно говорится о бедствиях войны. Умирает на руках своих солдат испанский лейтенант Орельяна, возвращаются без гроша в кармане наёмники-валлоны под предводительством гордого сержанта Готескнехта (кажется ли мне, или его фамилия переводится как «солдат Бога»?). Пробежал, пробив навылет сюжет, вальяжный и самовлюблённый лейтенант Шевалье, фанатик стрельбы из своего щегольского ружья… В «морском бою» над бывшими голландскими полями, залитыми водой из Рейна и моря, более не сдерживаемого дамбами, гибнут смелые гёзы. Свищут пули и грохочут пушки вокруг крепостей.

Но конец этой истории, конец путешествия Кееса и отступление испанцев от Лейдена остаются в памяти как счастливый конец. Теперь Кеес Схаак

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
будет жить в Лейдене со своим отцом,
и вырастет, должно быть, достойным защитником любимой Голландии. Ведь неурядицы с Испанией будут длиться ещё несколько десятилетий, и события 1574 года были только частью первого акта этой драмы…

Оценка: 10
–  [  1  ]  +

Константин Сергиенко «Самый счастливый день»

osservato, 7 февраля 2017 г. 10:44

Честно говоря, эту книгу, как и все остальные у автора, я ценю в первую очередь за ту тревожность и томление, что имхо является у Сергиенко авторской фишкой. Если во вторую очередь есть и другие достоинства, то прекрасно, но увы, не в этот раз. В этот раз автор разошелся и устроил винегрет изо всех «жареных тем»: совок, в котором всех травят, мистические переселения душ из одного времени в другое, экологическая катастрофа вследствие взрыва (тут как-то очень настойчиво вспоминалась Зона), зачем-то религиозные объекты и волнения. В принципе, это продолжающаяся и местами мутирующая тема из «Дней...», где тоже любовная связь, в которой один непонятый таинственный незнакомец(ка), в второй — молод и зелен, чтоб понимать. Еще непременно хоть на дюйм покажется Пушкин из какого-нибудь утюга и очеловеченный фантазией героев нечеловеческий посредник (в «Днях...» это был рояль. а здесь — ворон). У Сергиенко имхо довольно стандартный набор романтизма — классические стихи, розы, шампанское, что-нибудь средневековое и дама, подернутая поволокой. А в этом случае на этом всем еще и жирный след 90-х. Но томление, как всегда, на высоте.

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Константин Сергиенко «До свидания, овраг!»

stax, 3 июня 2016 г. 09:23

«Небеса обетованные» в собачьем варианте.

Но эта фантазия будет пронзительнее, чем у Э. Рязанова.

Потому что в отличие от людей, собаки более беззащитны.

Даже если они умеют разговаривать...

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Константин Сергиенко «Кеес Адмирал Тюльпанов»

Эгоистка71, 7 июля 2015 г. 14:58

Если бы я прочла эту книгу в детско-подростковом возрасте, то она немедленно вошла бы в список любимых книг. И как так получилось, что она мне не попалась вовремя? Впрочем, лучше поздно, чем никогда. И, конечно, познакомиться с историй Нидерландов под властью католической Испании для ребенка лучше было бы по этой книге, а не по великому, но очень и очень жесткому произведению Шарля де Костера. К сожалению, даже в очень адаптированном варианте самую известную советским школьникам книгу на эту тематику все равно так и хочется отнести в категорию «16+«. А вот Сергеенко удалось передать ту же атмосферу, избежав как чрезмерно кровавых подробностей, так и всяких скабрезностей. Прекрасно переданные исторические детали, захватывающие приключения, мягкий юмор, романтика и сдержанный трагизм делают книгу настоящим шедевром.

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Константин Сергиенко «Кеес Адмирал Тюльпанов»

danita1, 3 июля 2015 г. 09:56

«Я, Железный Зуб, продался его преосвященству Сатане за так. Чего удыстоверяю. Железный Зюб».

«Ты же у него душу купил. Или врал?»

«Рыцарь с кислой рожей».

И мудрый человек из Кампена; и Рыжий Лис, граф Аренландский, и Железный Зуб, оказавшийся на поверку Оловянным...

«Ах, что за жизнь, дери-нога!»

«Тридцать три якоря мне в бок, если вру!»

Умели же когда-то замечательно писать для детей. Надеюсь, не разучились.

Оценка: 10
–  [  5  ]  +

Константин Сергиенко «Белый рондель»

osservato, 17 марта 2015 г. 21:03

XVII век. В разоренный эстонский город Дерпт (Тарту) приезжает путешественник инкогнито и сразу попадает в заварушку:

«В скитаниях случается всякое, а странствую я всю жизнь. В наше время — а, напомню, теперь год 1625-й — жизнь стоит недорого. По всей Европе идёт война, тысячи гибнут, что уж говорить о странниках на опасных дорогах, да ещё тут, в Эстляндии, где власть переходит из рук в руки и порядка, разумеется, нет.

Король шведский Густав-Адольф воюет с королём польским Сигизмундом, и, подъезжая к Дерпту, я совершенно не знал, на чьей нахожусь земле.»

И тут понеслось: заговоры, дуэли и стычки, прекрасная дама, замки, подземные ходы, клады, бунтари, ливонский орден, инквизиторский костер. Путешественник наш вроде искателя приключений, да не совсем:

«Иногда мне кажется, что я ищу самого себя. Словно бы я разделён на две части и одна потерялась. И вот я рыскаю по дорогам, городам, селениям, горам и лесам, чтобы соединиться с недостающей половиной, а пока не случится этого, я так и не узнаю своего назначения. Скитания мои бесконечны.»

И тут, конечно же, проявляется фирменный стиль Сергиенко: тоска по неведомому, тревожные полусны, таинственные образы. Барышня-видение, «чистейшей прелести чистейший образец» тоже имеется и даже вполне материальна, но, конечно, опять не такая как все, что приводит ее опекуна к мысли о ведьмах и к дальнейшим грустным последствиям. Здесь хочется гг попенять: имхо в случае с барышней он повел себя не лучшим образом.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Понятно, что ситуация складывалась так, что деве пришлось таки претерпеть мучения, ну а как если б коньки отбросила?(что, кстати, после испытания водой и огнем более вероятно, чем наоборот).

В тексте есть вставки в виде кусков поэтической сказки, видимо, из эстонского эпоса в пересказе автора, очень красивая вещь.

Вообще же я несколько разочарована: томлений маловато — повесть все ж ближе к исторической, чем к лирической, персонажи прописаны как-то невнятно, назначение же учителя музыки и фантасмагорическое видение при обмороке в соборе очень слабо увязаны со всем остальным в сюжете.

Оценка: 7
–  [  5  ]  +

Константин Сергиенко «Дни поздней осени»

osservato, 17 марта 2015 г. 20:37

Эту книгу можно любить как хорошо знакомого тебе человека — знаешь все его недостатки, но он все равно тебе дорог. Меня «втянуло» в нее пару лет назад, этой осенью в очередной раз перечитывала. Это осенняя книга: нервная, тревожная, лиричная. Лихорадочная, я бы сказала. Удивительный для девочковой книжки сюжет: герой Машиного романа приходит неизвестно откуда, чтобы исчезнуть неизвестно куда, прошлое мешается с будущим, на лице одного человека проступают черты другого. Маша — просто хорошая романтическая барышня из интеллигентной семьи, ожидающая чего-то, Алексей — несколько невнятно прописанный персонаж, потрепанный жизнью и несчастливый молодой — ему нет тридцати — писатель (автор намекает на себя?). История, которая не может завершиться, точнее, должна завершиться по-другому и не сейчас — такую головоломку я встречала только у классических фантастов:) Невзирая на некоторую наивность, очень трогает.

Оценка: 9
–  [  3  ]  +

Константин Сергиенко «Тетрадь в сафьяновом переплёте»

osservato, 17 марта 2015 г. 20:29

Отсутствие в электронке непрочитанных повестей автора сподвигло меня на поход в детскую библиотеку=)Это хронологически последняя из исторических повестей Сергиенко. Книга написана в виде дневника молодого человека, путешествующего вместе с барином по Малороссии и Тавриде. Повесть, как и «Бородинское пробуждение», представляет из себя помесь краткого исторического экскурса в 18 век, эпоху правления Екатерины Второй, и романтического приключения с пиратами, дуэлями и, как водится, прекрасной незнакомкой, чье происхождение окутано тайной. К сожалению, с каждой прочитанной книгой Константина Константиновича все более теряю надежду встретить что-нибудь столь же захватывающее, что и «Дни...». Но это уже мой личный бзик, конечно.

Оценка: 7
–  [  5  ]  +

Константин Сергиенко «Картонное сердце»

Brain-o-flex, 13 января 2015 г. 16:02

Сказка.

Это сказка.

Красивая, интересная, душещипательная.

Пусть у героя картонное сердце, но всем бы нам такое «картонное» —

и глядишь — мы стали бы чуть отзывчивее, чуть внимательнее, чуть интереснее себе и друг другу.

Любви и Добра!

Оценка: 10
–  [  6  ]  +

Константин Сергиенко «До свидания, овраг!»

Brain-o-flex, 13 января 2015 г. 15:56

До свидания, овраг! — удивительная небольшая повесть.

Тем, кто любит, ценит истории про животных, «от» животных (анималистическое фэнтези),

про социум, кто для детей своих ищет книги «со смыслом», с моралью...

Волею судеб оставшиеся без хозяев собаки живут в овраге коммуной.

Кто-то потерялся, кого-то бросили... кто-то ждёт и тоскует, кто-то озлобился.

Живут и выживают, воруют, отбирают, попрошайничают...

История про наивного щенка, попавшего в эту среду, в Овраг.

Немного и про людей, ведь все эти псины были чьими-то ДОМАШНИМИ питомцами.

У ЭТИХ собак тоже — всё как у людей...

Интересная история.

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Константин Сергиенко «Кеес Адмирал Тюльпанов»

Brain-o-flex, 13 января 2015 г. 14:25

Давно я влюблён в такие истории — с мальчишками, приключениями, историческими событиями...

В этой книге всё «срослось» — классные персонажи, опасности, главный герой — пацанёнок.

Странноватый умник «а ля Паганель», горбун со звучным именем Караколь, словно из «Города Мастеров»,

«настоящий» Вильгельм Оранский, отцы-иезуиты — «рыцари плаща и кинжала», ландскнехты-наёмники (туповатый Железный Зуб)...

путешествие,

интриги,

перевороты,

покушения,

и любовь.

Эта книга гордо стоит на полке рядом с другими «историческими» книгами, и я надеюсь,

что подрастающее поколение тоже откроет её, прочитает и проникнется духом приключений.

Оценка: 10
–  [  9  ]  +

Константин Сергиенко «Бородинское пробуждение»

taipan, 7 сентября 2012 г. 18:14

«Бородинское пробуждение» Константина Сергиенко (Детгиз: 1977, 1990) — незабвенная «хроноопера», написанная в те годы, когда сам термин этот еще не был толком знаком отечественному читателю. В конце 70-х, когда по бескрайним снегам застойной России уже курсируют румяные гладковско-рязановские гусары, распевая свои баллады и куплеты, время от времени по-давыдовски отчаянно «рубясь в песи» с отступающим неприятелем. Когда поручик Ржевский, верхом на рояле (ужасно скользком инструменте) уже прочно въехал в брутально-перченые сегменты отечественного устного фольклора, и уже вовсю фраппирует остротами про голых лебедей и мокрую воду — Наташу Ростову, прибывшую туда же прямиком из оскароносной экранизации классика, сделанной Бондарчуком в таких масштабах и при таких ресурсах, что, кажется, хватило бы (с бережным соблюдением всех деталей реконструируемой эпохи) еще разок с барабанным боем дойти до Парижа.

Главный герой, современник с разбитым сердцем, едет рефлексировать по местам боевой славы, тесно связанным, к тому же, с его личной лирической мифологией. Засыпает в стогу, а просыпается в 1812-м.

Далее следует красочная и страшная экскурсия. Наполненный потом, кровью и порохом репортаж с места событий, снятый на дрожащую камеру «мокьюментари» из самого сердца ада. Со всеми легендарными и полулегендарными эпизодами: от воздушного шара Леппиха (снаряженного, но так ни разу не использованного), предназначенного для атаки Антихриста с воздуха — до обеда с тремя переменами блюд, устроенного Милорадовичем в виду неприятельских батарей, от упражнений генерала Костенецкого с банником — до восьми лошадей убитых под Барклаем, «будто искавшем смерти». От сгинувших в дыму и пламени романтических «генералов двенадцатого года» Багратиона, Тучкова, Кутайсова… до бесчисленных и позабытых Иванов, Петров, Ермилов и Федотов, от усачей-гренадер с «егориями» до пятнадцатилетних корнетов и прапорщиков, штрафами отучающихся формулировать мысли по-французски. От бивачной гусарской лирики (персонажем которой невольно становится сам герой) до рукопашной рубки на всех ключевых позициях «Бородинского дела» — Колочь и Утица, Семеновские флеши и Курганная высота…

Панорама самой жестокой бойни самой героической нашей эпохи, «русской античности», войны, на которую поднялись всем «миром», подкупающая тщательной детализацией и широтой охвата.

Ожившая «Бородинская панорама» Рубо. Самый, возможно, пронзительный фрагмент которой и ждет героя в конце его нежданной экскурсии. Безымянная орудийная позиция при овраге (Рубо тоже был мастер – не только по части охвата, но и детализации), так всегда щемившая сердце и будоражившая воображение в детстве: точно по центру между погребенными под слоями трупов флешами и ядрами вывернутой наизнанку мешаниной крови и глины — батареей Раевского. Безымянная позиция в самом эпицентре этой «битвы артиллерий» (посчитано, на каждую секунду(!) сражения приходилось 10 пушечных и 100 ружейных выстрелов), с навсегда смолкнувшей пушкой и навсегда смолкнувшими артиллеристами.

Герой возвращается в 1812-й, чтобы стать его частью, слиться с эпическим полотном Рубо, слиться с изрытым ядрами и политым кровью неровным ландшафтом русской истории, раствориться в ней без остатка.

Потому что разнятся эпохи и мешаются года. Рассыпаются в пыль ветхие монографии и зарастают травой позабытые фортификации. Но и для празднично-парадной кутузовской армии, в маскарадном блеске этишкетов и позументов, под посвист флейт идущей навстречу врагу. И для красноармейцев, со своими махоркой и кирзой, залегающих в ожидании фашистских танков в окопы — между бородинских стелл и памятников. И для уснувшего (вот только проснувшегося ли…?) легкомысленного современника с его разбитым сердцем и несчастной любовью — одна смерть на всех. Одна история на всех. И одна на всех страна. Сами знаете, как называется.

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Константин Сергиенко «Кеес Адмирал Тюльпанов»

Leningradka, 28 февраля 2012 г. 13:36

Давно пора было включить в список автора на «Фантлабе» этого отличного писателя! Сергиенко — великолепный фантаст даже в «реалистических» своих вещах: ну какой там твердокаменный реализм в «Пегасе» или в «Днях поздней осени»? Элемент сказочности, фантастичности присутствует и там. А «Кеес», одна из любимых книг детства, задал мне загадку, которую не могу решить по сей день. Собственно говоря, этот вопрос появился у меня, когда я перечитывала эту замечательную книгу классе в 10-м: заинтриговала родина Эле. Ясно, что это север Европы, но где? На сей счет у меня возникали разные догадки, вплоть до самых фантастичных. и вот несколько лет назад мне попало в руки новейшее издание «Кееса», несколько отличающееся от той книги, которую я читала в детстве. В ней брат Мудрилы, «дядя Пончик», становится вдруг Еремеем Ивановичем, а о родине Эле говорится. что она находится во владениях великого князя Московского. Помня «Белого ронделя», можно предположить, что это Прибалтика или близкие к ней земли (описание домика среди роз вроде соответствует). Но как быть со следующим указанием: «это был остров, а название его, извиняюсь, забыл. С одной стороны бескрайнее море, с другой – устье большой реки. Отсюда начинались московитские земли». И к тому же единственный названный по имени географический ориентир — гора Голгофа! Все это как-то не очень состыкуется с реальной географией тех мест. Единственная гора с таким названием на севере Европы, насколько я знаю, находится на Анзерском острове. Но если предположить, что родина Эле находится на берегу Белого моря (это-то и была «безумная версия»), то это совершенно не состыкуется с описанными ею приметами родного края, в том числе с климатическими условиями, даже если предположить, что места, где прошло детство, воспринимаются как самые прекрасные в мире. Может, здесь мы имеем дело с фантастической «альтернативной географией»?

Оценка: нет
–  [  15  ]  +

Константин Сергиенко «Кеес Адмирал Тюльпанов»

Крафт, 13 ноября 2011 г. 13:09

В те далёкие годы исторические книги пользовались у меня неизменным успехом, а с таким захватывающим сюжетом – это было стопроцентное попадание в десятку. К тому времени самое известное у нас в стране произведение Дюма-отца уже было мной прочитано, поэтому первое, самое главное и ёмкое моё впечатление от книги Сергиенко было: «Кеес, адмирал тюльпанов» это советские «Три мушкетера» для детей. Ассоциации прямые и недвусмысленные. Отважная четвёрка отправляется в полное опасностей путешествие – близкая историческая эпоха и география событий. Приключения, интриги и тайны – от центральных персонажей зависит жизнь сильных мира сего и даже судьба всей страны. По ходу повествования нам предстоят встречи с благородными пиратами, жестокими разбойниками и коварными иезуитами – обойдусь без спойлеров и обвинений в плагиате, но намекну, что после «Кееса» никакой интриги в «Ногах из глины» Праттчета для меня не было. Борьба, жизнь, смерть и объединяющая их любовь…

Любовь в детской книге – тема скользкая. И Сергиенко отлично справился с задачей, тонко и расчётливо. И в сюсюканье не свалился, и с пафосом не пережал, по-доброму посмеявшись над воздыханиями всех, объятых страстью нежной. Навсегда запомнил я восхитительные «романтические» стишки из главы, где сочиняли письмо Эглантине:

- В мадригале должны быть трое: он, она и ещё один он, — объяснил Караколь.

И Кеес тут же выдал:

Захариус с сестрицей увидели утят.

Сестра сказала: «Птицы».

- Цыплята! — крикнул брат.

Гулял тут Мартин у реки.

- А вы, — сказал он, — индюки!

Думаю, и современный читатель найдёт для себя в книге немало интересного среди малоизвестных исторических фактов и этнографической информации о Голландии, умело втиснутых Сергиенко в относительно небольшую по объёму повесть: легендарные герцоги Альба и Вильгельм Оранский, интервенция и революция, наёмники и гёзы, кломпы и сыр, мельницы и дамбы. Недаром эта книга была рекомендована для внеклассного чтения советским школьникам.

Что ещё запомнилось? Невероятно реалистичные, даже натуралистичные описания войны и жёсткая авторская оценка этому любимому развлечению всех времён и народов, поданная от лица главного героя. Детские писатели, рискнувшие коснуться военной темы, обречены были действовать двумя основными вариантами. Чаще всего они безжалостно приглаживали и выхолащивали суровую правду, являя миру глянцевую картинку в стиле «Макара-следопыта», где «наших» иногда ранят, а враги картинно и бескровно пачками падают на дальнем плане. В более честном варианте использовался приём, после «Человека с бульвара капуцинов» известный как «монтаж»: все драматичные и трагические события остаются за кадром – как у Катаева в «Сыне полка».

Нет, я понимаю, что современного читателя, тем более – зрителя-геймера, удивить сложно. Но для детской книги тех времён, в условиях до предела милитаризированной культуры, это было чрезвычайно смело… В результате военным-то я всё равно стал, но сцена ночного боя на дамбе навсегда врезалась в память, став первым ударом, положившим начало разрушению дурацкого романтического ореола, по каким-то причинам образующегося у большинства мальчишек, вокруг всего, связанного с войной.

Трудно поверить что «Кеес, адмирал тюльпанов» – дебютная книга автора. Великолепно поданы даже второстепенные персонажи, оживляемые запоминающимися яркими деталями, чьи образы прописаны мелкими сочными штрихами, будь-то вечно жующий Михиелькин, отрыгивающий пивом Железный Зуб, матрос-гёз, хохочущий вместе со всеми после собственной экзекуции за сон на вахте, капитан Соверейн, лениво вгоняющий в мачту нож за ножом. Хохмач, шутник и проныра Лис – просто украшение повести. А в Кеесе я вообще родственную душу признал после его слов об отношении к насекомым: «…всё то что летает, ползает, жужжит, шевелит усиками. Словом, мешает жить».

Да, и умело «давить» слёзы из читателя Сергиенко начал уже здесь – искусство, доведенное им до совершенства в «До свиданья, овраг!»

Надеюсь, у меня получилось заинтриговать потенциальных читателей. Не так давно я уже предлагал «Кеес, адмирал тюльпанов» одному из наших сосайтников. Тот её прочёл племяннику, говорит, вышло всё как нельзя лучше. Так что и вам рекомендую. Во всяком случае, для чтения подрастающему поколению.

Отзыв — часть статьи, размещённой в АК: http://fantlab.ru/blogarticle17356

Оценка: 10
⇑ Наверх