Павел Алехин

Родилась я 1 июня 1970 года в Москве, где и теперь живу. После школы окончила филологический факультет Московского Педагогического Государственного Университета. Надежды, что из меня выйдет педагог, рассеялись еще на 1-м курсе, но филологическое образование оказалось очень полезным в творческой деятельности. Конечно, писать книги там не учат, но учат, по крайней мере, отличать хорошую книгу от плохой и показывают, за счет чего она делается хорошей. Получив диплом, я за неимением лучших вариантов пошла работать учительницей в школу и проработала там целых два года, за которые окончательно убедилась, что для педагогики не рождена. Теперь я разбираю бумаги в одной конторе, где каждый месяц получаю зарплату, дающую мне возможность не бояться голодной смерти в ожидании гонораров.

Собственно писать книги меня никто не учил. Упражняться в этом деле я начала в возрасте 14 лет, и мои первые сочинения по жанру являлись чистейшими фэнтези с участием принцесс, ведьм, фей и прочих порождений народной фантастики, хотя с понятием «фэнтези» я тогда не была знакома. Притом это сразу были романы со сложным продолжительным действием, развитие сюжета которых определялось в первую очередь характерами действующих лиц и их взаимоотношениями, а уже потом тем или иным волшебством. Относилась я к своему сочинительству как к игре, быть писателем никогда не хотела, о славе и гонорарах не мечтала.

При этом я буквально с раннего детства испытывала жгучий интересе к истории вообще и к Древней Руси в частности. О славянском язычестве тогда материалов было мало, но фундаментальные труды академика Рыбакова, известные всем интересующимся данной темой, я начала читать еще лет в двенадцать. И все это так живо отозвалось в моем воображении, что в возрасте двадцати лет я переключилась на писание исторических романов. Мой вклад в любимый жанр поначалу составили пять романов, все об эпохе крещения Руси. Из них два — «Ветер с Варяжского моря» и «Колодец старого волхва» были изданы в первый раз соответственно в 1997 и 1999 году и с тех пор выдержали несколько переизданий. В 2005 году их компанию пополнил роман «Червонная Русь».

Мой первый роман в жанре фэнтези, «Огненный Волк», был написан в 1996 году и вышел год спустя в сокращенном, по техническим причинам, виде. Главная задача моего творчества сформировалась тоже очень рано: мне хотелось изобразить древнюю жизнь во всей полноте — и область материальной культуры, и представления о мире, воплощенные в верованиях и обрядах. Мои романы о славянах и скандинавах рисуют их образ жизни и их представления о жизни как единый поток, в котором все это в одинаковой степени реально, боги или оборотни такой же факт, как мечи и котлы. Я почти ничего не выдумываю и во всем старалась следовать исторической действительности, вплоть до наличия тех или иных полезных ископаемых или значения имен, взятых из скандинавских языков. Местом действия являются вымышленные страны, но это лишь потому, что я не могла вписать в историю Швеции или Норвегии столько масштабных, но небывалых событий!

Кроме «чистого» исторического романа и «чистого» фэнтези я в последние годы начала писать «историческую фантастику», первым образцом которой является роман «Лес на Той Стороне». Отличается тем, что действие происходит в реальной Древней Руси, но в нем присутствуют известные древним славянам элементы народной фантастики — боги, оборотни, лешии и так далее. По отзывам читателей, получается вполне правдоподобная «реконструкция мира».

На психологию героев мое стремление к исторической правде распространяется не в полной мере. Я стараюсь ее учитывать, но не более того, что может легко понять современный читатель. Иными словами, герои должны быть близки читателю, иначе ему будет не слишком интересно. А люди — они всегда люди, каждый со своим лицом и характером, что сейчас, что тысячу лет назад. В каждой моей книге главным для меня является внутренняя жизнь героя, и уже из переплетения их жизненных интересов рождается сюжет. Жили-были два друга, они росли вместе и оба были по-своему хорошими людьми — но взгляды на жизнь у них были совершенно разные, и это привело в конце концов к тому, что они стали смертельными врагами. Как это получилось, если ни один из них не был злодеем и не хотел ничего плохого? Или: хороший парень встретил красивую девушку, они полюбили друг друга, но после ряда событий были должны расстаться — их разлучили не обстоятельства даже, а то же несходство взглядов на жизнь, хотя оба они были хорошие люди и по-своему правы. Так ведь оно и бывает: в любом жизненном конфликте каждый из нас по-своему прав, и разница взгляда на правду составляет разницу между нами. Взаимосвязь характера и жизненных обстоятельств настолько интересна, что любой, самый волшебный меч перед этим бледнеет и нужен разве что для украшения сюжета. Главный предмет всей мировой литературы — человек, и фэнтези имеет право на исследование этого предмета точно так же, как и другие жанры — только своими особыми средствами. Всяческое волшебство ничуть этому не мешает — соседство с оборотнями или эльфами только помогает человеку проявить себя как человека. Свобода формы в фэнтези не должна оборачиваться свободой от содержания и превращать его в «жевачку для глаз». Фэнтези — такой же литературный жанр, как и другие, а значит, к нему вполне применимы все требования к таланту, уму и профессиональной грамотности автора, как и к другим.

Несколько лет назад я познакомилась с людьми из круга исторических реконструкторов, и сама сейчас состою в клубе «Наследие Предков», который воспроизводит жизнь и быт русской дружины 10 века. Для творчества чрезвычайно полезно подержать в руках вещи, которыми пользовались мои герои, поносить их одежду. Реальный опыт очень много дает книгам, позволяет избежать «ляпов» и изобразить картину жизни наиболее правдоподобно.

Менять когда-нибудь тему я едва ли буду, потому что пока не обнаружила в мировой культуре другого предмета, который настолько захватывал бы и вдохновлял меня, как славянское и скандинавское раннее средневековье. Я намереваюсь писать и чисто исторические, и фантастические романы — о дорюриковой эпохе, о формировании государства Рюриковичей, о княжеских усобицах 11-12 века. Ведь до появления Рюрика здесь не было пустое место, как иной раз можно подумать, и князей в Древней Руси было много — а не только Ярослав Мудрый, Владимир Мономах, Александр Невский и Дмитрий Донской. Не всем им удалось «постоять за землю Русскую» в должной мере, но судьбы их были не менее драматичны. А что еще писателю надо?

© Официальный сайт писательницы