Лабораторная страница Виктора Колупаева — биография, библиография, перечень изданий, рейтинг произведений, отзывы пр.
Виктор Колупаев
Страна:
Россия
Родился:
19 сентября 1936 г.
Умер:
4 июня 2001 г.
Виктор Дмитриевич Колупаев — российский советский писатель-фантаст, переводчик с якутского, член Союза писателей СССР. Родился в пос. Незаметном (ныне г. Алдан Якутской АССР — Республики Саха-Якутии) в семье рабочих прииска. Детство провел в Якутске, а затем родители переехали в Красноярск, где писатель окончил среднюю школу. С 1954 года жил в Томске. Окончил радиотехнический факультет Томского политехнического института. Работал в специальном конструкторском бюро, на заводе математических машин «Контур», долгое время инженером в лаборатории бионики Сибирского физико-технического института.
«У меня была интереснейшая работа. Например, мы в лаборатории Сибирского физико-технического института, где я работал, создавали аппаратуру, способную излучать сложный ультразвуковой сигнал. Известно, что дельфины общаются как раз в ультразвуковом диапазоне; и вот в командировке на Черном море мы целый месяц провели с ними. Это было огромное сооружение в гектар величиной, разбитое на вольеры, стоящее на бетонных сваях, выходящих прямо из моря. Закрытое предприятие. Дельфинов там учили разным вещам, например, загонять рыбу в сети. Мы с ними очень сдружились. Кататься на дельфинах верхом — в буквальном смысле, сидя, как на лошади, невозможно; на нем можно только лежать. Пообщавшись с ними, ответственно заявляю: это не звери, это по-настоящему разумные существа».
В 1982 году он неожиданно для всех уходит из института. Причины столь решительного шага В. Колупаев объясняет так: «Я помню дату — 14 марта 1979 года… В то время я по роду своей основной работы много времени проводил в научной библиотеке Томского политехнического Института. И читал, конечно, не только то, что требовала работа, но и то, что меня интересовало. Я отлично помню тот день. Работал в библиотеке я с утра до обеда. Посетителей в это время обычно было мало. Я вышел покурить в пустую курилку. Ходил там из угла в угол и вдруг все понял. Я понял, что такое скорость света, как ее измерить, каким образом она связана с Пространством и Временем. Я ПОНЯЛ, что такое Пространство и Время. Тотчас же возникло множество следствий. Я уже знал, почему вращаются галактики, почему время течет из прошлого в будущее, почему причина предшествует следствию и многое другое. Все это произошло мгновенно. Примерно то же самое происходило со мной всякий раз, когда в голову приходил сюжет рассказа. Он приходил внезапно. Я чувствовал его в свернутом виде. То есть, в нем уже было всё, от первой до последней буквы… но слов еще не было. Этот свернутый в точку сюжет я носил в голове помногу месяцев или лет, пока не наступала пора слов. Так и здесь. Я знал все. Но это ВСЕ было свернуто в точку. Это очень странное состояние. Как будто носишь в себе какую-то радостную тайну…»
Это озарение перевернуло его жизнь, и он начал кропотливо заниматься научной разработкой своего открытия. Десять лет (после того, как он ушел с работы и почти перестал писать) Колупаев помногу часов в день изучал самые различные науки; за это время было проанализировано и законспектировано более 3 000 книг и статей. И все это время у него не было стабильного заработка (благо, что родные понимали его и не докучали), вплоть до 1993 года, когда он, наконец, закончил свой научный труд в две тысячи страниц (до сих пор не опубликованный).
Виктор Колупаев вообще был оригинальный человек. «Очень худой, очень смуглый», — так описал его друг Г. Прашкевич. Кстати, он очень стеснялся своей худобы, считая вес в 54 килограмма недостойным для мужчины. Играл на мандолине и фортепиано, был одним из зачинателей экологического движения в Томске, а в результате экспериментов на собственной собаке установил, что она понимает более 300 слов. Он не любил давать интервью. Писал лирическую фантастику, а любил сказочную. Писал научный труд о Пространстве и Времени, но вместе с тем подолгу ковырялся на огородном участке, делал своими руками мебель в доме.
Писать начал еще в школе — стихи, даже начал поэму, но серьезно к этому не относился. К литературному труду будущего фантаста подтолкнул один случай: «Когда дочери было месяцев девять или десять, я пришел с работы с друзьями, а она посмотрела на нас из кроватки, показала пальчиком, засмеялась каким-то безбрежным смехом и сказала: „Капики, дзяпики, аптека“. Это был 1961 год. В то время я еще ничего не писал, а она ничего, кроме „мамы“ не говорила — у ребенка для таких слов еще голосовой аппарат не сформировался… Я тут же „догадался“, что Дзяпики — это мы, аптека означает, что всех нас надо лечить, ну а Капики, видно, место, где все с нами происходит. И в ту минуту я уже точно знал, что буду писать фантастику и напишу роман „Дзяпики“. Вечером сел и написал одну страницу будущей повести, правда, а не романа, где главными героями стали дзяпики. После этого года четыре прожил спокойно, а с шестьдесят пятого года начал писать фантастические рассказы».
В том же году журнал «Техника — молодежи» объявил конкурс на научно-фантастический рассказ по нескольким рисункам. Виктор Колупаев решил попытать счастья и писал рассказ… девять месяцев! После этого в течение трех лет он написал более трех десятков рассказов, один из которых, «Билет в детство», и стал первой публикацией автора в 1969 году.
«Я года три не посылал никуда свои рассказы. Потом у меня их накопилась целая пачка — штук 20. Ну, это было страниц 300… Я послал их в журнал „Искатель“, потом где-то в это же время был в командировке в Ленинграде. Зашел в писательскую организацию, ленинградскую, естественно. Там никого не было, кроме секретарши. И второй экземпляр я там и оставил. И написал на пачке: „Прочтите хоть кто-нибудь“ — и уехал. Прошло, наверное, с полгода или больше — никакого ответа. Потом вдруг присылают телеграмму из „Вокруг света“, что они намерены опубликовать рассказ „Билет в детство“. Тогда же и критик Евгений Брандис мне прислал письмо из Ленинграда, что ему тоже понравились рассказы, и он рекомендовал, по-моему, два из них в журнал „Аврора“. Что-то появилось в „Уральском следопыте“. То есть где-то на рубеже 69-70 года как-то вдруг почему-то мои рассказы стали появляться».
В последующие годы его книги выходили в США, Чехословакии и Германии, а в Японии, Швеции, Польше, Венгрии, Болгарии, Китае, Корее, Монголии, Франции и Швеции его рассказы печатались в различных сборниках. Являлся членом жюри фестиваля «Белое пятно — 94», возглавлял оргкомитет фестиваля «Аэлита в Томске» (2000), а на фестивале «Урания» (2001) приз «Малая Урания» назвали призом имени В. Колупаева. Томич, близкий друг писателя, Сергей Татарский вспоминает: «В его биографии был интересный момент, о котором сам Виктор Дмитриевич вспоминать не любил, а может быть, и не помнил. На одном из съездов КПСС сам Леонид Ильич Брежнев перечислял наиболее ярких и интересных советских фантастов. Среди лучших оказался и Колупаев. Впрочем, партаппарат знал, о чем говорил. Известно высказывание Аркадия Стругацкого: „Колупаев интереснее, чем Брэдбери“. После этого отношение местной партийной элиты к Колупаеву резко изменилось. Он получил наконец возможность заниматься любимым делом — творить, получив после долгих мытарств нормальную квартиру».
В 1982 году он на время забросил литературу, но все равно продолжали выходить сборники его рассказов, написанных ранее. Лишь в 1993-м вновь начал писать и принялся за роман «Безвременье», который был написан в соавторстве с ровесником и старым другом Колупаева — художником Юрием Марушкиным, а опубликован в 2000 году за свой счет тиражом в… 75 (!) экземпляров. Эта книга по замыслу авторов являлась лишь первой частью трилогии: «Безвременье. Времена. Вечность». Он хотел также написать пару книг о древних греках и римлянах, созрели сюжеты нескольких фантастических произведений, но осуществить задуманное Виктору Колупаеву не пришлось. Через год в возрасте 64 лет, он скончался. Он умер легко, в ванной, от сердечной недостаточности. Похороны состоялись 6 июня 2001 года в Томске на Бактинском кладбище.
Именем В. Д. Колупаева названа улица в пос. Апрель Томского района Томской области.
