Все отзывы на произведения Станислава Лема (Stanisław Lem)

отзыв написал fox_mulder 07 февраля 2009 г. в 14:37

В 1972 году Станислава Лема пригласили в Москву на премьеру экранизации его собственного романа "Солярис". предпринятой советским кинорежиссером Андреем Тарковским. Фильм писателю не понравился. По окончании премьерного показа, он сказал, что не берется судить о его качестве, так как эта картина поставлена совсем не по его произведению. И это бесспорно так. Сюжет, герои, концепции для таких разных художников, как Тарковский и Лем, представляли лишь наборы элементов мозаики, из которых каждый сложил свою собственную картинку, в чем-то даже противоречащую изображению его соседа по общему первоисточнику.

У Тарковского, Крис Кельвин, подобно Раскольникову из романа Достоевского мучаем раскаянием за причиненое им однажды зло. Для него, Хари - это способ познания самого себя и собственных целей и мотивов, а Солярис играет, скорее роль Справедливости, Провидения, Бога наконец.... Кельвин изначальный же - ученый, движимый холодной и расчетливой жаждой познания, так знакомой не понаслышке и самому Лему. Сам образ Хари не вгоняет его в состояние ступора; возникающие с ее появлением неприятные воспоминания лишь мешают и отвлекают ученого от гораздо более весомых занятий - исследования Соляриса. Иными словами - внешнее/ внутреннее, фактически как инь/янь : по наименованию схожи, но по сути - совершенно противоположны.

Как верно отметили предыдущие ораторы, роман Лема рассказывает о Контакте. Да, действительно, чем больше ученые пытаются узнать о Солярисе, тем больше Солярис обнажает для них их собственный внутренний мир. Отсюда и пророческая фраза: "Пожалуй, об Океане мы не узнаем ничего, но, может быть, о себе...”. Но в то же время, сводить лемовскую концепцию только к невозможности познать чужой разум и величии самопознания, было бы неправильно. В конце концов, Разум Соляриса не просто чужероден человеку, но еще и наделен, практически божественными возможностями. Он играет с людьми, подобно Богу,но одновременно обладает Разумом младенца, все  его действия порывисты и сиюминутны... Не знаю, задумывался ли об этом Лем изначально, когда составлял черновик романа, но вылезающая на его последних страницах кельвиновская концепция Ущербного Бога ( "благоразумно" вырезанная цензорами во всех советских изданиях) является, по сути диспутом философа и фантаста с адептами христианской концепции. Бог не познаваем, не по причине своего совершенства, неведанного людям, а как раз из-за т.н. "ущербности", обладании определенными недостатками и слабостями, которые присущи и человеку. Отчаянный же Бог, загнанный в угол, откуда нет выхода - и есть человек. А по сему, контакт между ними невозможен не по причине их чужеродности, а именно из-за этой несовершенности, порывистости и утопичности построения идеальной модели. Бог не познаваем, именно потому, что он слишком... человечен. А понять другого человека оказывается гораздо сложнее, чем иной разум, к которому безуспешно стремится Снаут. Надо ли, удивляться резкой реакции Лема, когда Тарковский в экранизации превратил Океан в подобие сюжетообразующей " Deus ex machine"?    

На самом деле, "Солярис" Лема -  это одно из самых пессимистических произведений в мировой литературе. Невозможность познать Бога, другого человека, себя самого, приводит героев на край отчаяния, они барахтаются внутри станции, словно мухи в паутине, тщетно пытаясь ответить, хотя бы на один из этих заветных вопросов. Именно в этом отчаянии, Тарковский и усмотрел отголоски того судорожного самокопания героев, которое впоследствии и займет центральное место в его фильме. В отличие от Лема, где попытки познать себя, были лишь вынужденным средством, в попытках изучить Океан, герои Тарковского идут на это осознанно, для них именно это и является основной целью, а Солярис - лишь средством. Старый, как мир методологический спор: одна идея, две ярчайшие творческие личности, две параллельные концепции, и каждая из них права, по- своему.... Несмотря на эту различность, при очередном перечитывании лемовского "Соляриса", у меня в ушах всегда непроизвольно играет одна и та же музыка - прекрасно адаптированная под  современность композитором Эдуардом Артемьевым, органная прелюдия Баха, которая удивительно точно подходит для всей технологичности и космичности лемовских пейзажей, став их неотъемлемой частью. А это лишь доказывает, что подразумевая разные подтексты, оба творца думали на одном и том же языке...

P.S Продолжая тему экранизаций "Соляриса": если Ваш рассудок дорог Вам, ни в коем случае, не знакомьтесь с американской интерпретацией 2003 года, снятой Стивеном Содербергом....В лучших традициях голливудской попкультуры , его создатели нашли собственное решение конфликта Океана и земных ученых: если, чего-то не понимаешь, то лучше всего прицелиться и хорошенько пальнуть... Впрочем, ничего другого от них и не ожидалось.

отзыв написал Дядюшка Шу 20 октября 2008 г. в 06:19

Помните анекдот? "Полный крах, крушение всех надежд. Шесть букв, вторая "И".

Это не то, что все подумали. Это "фиаско".

Фиаско. Наиболее, как мне представляется, пессимистичное произведение Лема.

Действие романа развивается сначала в будущем не столь отдалённом, а затем - в далёком. Причём не столь и важно на сколько отдалено далёкое будущее, а на сколько - недалёкое, суть различия этих двух частей не столько во времени действия, сколько в технологии.

Технологии, которые освоены и используются землянами на Титане более-менее понятны: планетолёты, большеходы и т.п. Не столь важно, возможны ли такие большеходы - важно, что уровень технического развития мы можем представить. Это - наша цивилизация, умноженная на некий коэффициент будущего; отличия от современной цивилизации не столько качественные, сколько количественные (с учётом, естественно, фантдопущений автора).

Цивилизация, пославшая корабль на контакт с Квинтой владеет технологиями непредставимыми, это без шуток "люди как боги": они умеют воскрешать замороженных людей, работают с компьютерами последнего теоретически возможного поколения, достигают звёзд, оперируют энергиями, сравнимыми с энергией звезды, умеют что-то такое хитрое сотворить со временем, чтобы звёздная экспедиция могла вернуться в течение одной человеческой жизни... Здесь - отличия непредставимые, качественные, а не количественные; это не просто цивилизация по нашим представлениям, а безо всяких скидок цивилизация с приставкой "сверх".

Но и в близком, и вдалёком будущем люди не всемогущи.

Посудите: разве не забавна (грустна, но и забавна) история с постройкой двух экономически состязающихся космодромов на Титане, в результате которой ни один из построенных космодромов не может работать эффективно? Чья-то халатность, чьи-то амбиции, и в результате половинчатые, неэффективные, а то и вовсе не работающие решения - о, как это похоже на нашу жизнь!

Одна нелепость влечёт за собой другие. Грузы, нужные в пункте "А" приходят в пункт "Б", дальше надо гнать их своим ходом. Но нет людей, и квалифицированные пилоты  перегоняют большеходы сами. Причём дороги нормальной нет, кругаля топать неохота, и, была - не была, идут опасными местами. В нарушение всех инструкций.

И гибнут в результате сами, и губят технику. И кидаются спасать друг друга, и в этом геройском порыве только умножают потери.

Заметьте, пан Станислав не подчёркивает эти несовершенства и ляпы, он просто описывает, как дело было, и текст его весьма убедителен, да, мы-то знаем, что в этой жизни всё так вот устроено, не по уму, лишь с учётом сиюмитных выгод. Вообще, если посмотреть внимательно, то в "Фиаско", кажется нет ни одного по-настоящему толкового, умного поступка.

А что происходит в далёком будущем?

Говорите, неизвестно, кого оживили, Пиркса или Парвиса? Да, потому что архивы куда-то затерялись. И никого это почему-то не удивляет - ну что же, бывает.

Побеседовать с квинтянами тоже не очень-то получается. Что же, прекрасно понимаю квинтян - они такие же в чём-то, как и мы. И не важно - грибообразные там они, или человекообразные. Мы бы тоже были не рады, обнаружив шпиона, и не раскрыли бы ему объятия, а ведь наша цивилизация не столь больна, не имеет таких маний и фобий, как квинтянская.

Эскалация конфликта, обрушение луны - это по-вашему умный ход? Тут не надо быть семи пядей, чтобы понять: дальше ничего хорошего не будет.

Пан Лем и раньше-то не баловал нас удачными контактами. Вспомните: "Крыса в лабиринте", "Эдем", "Солярис", "Глас Господа" - где здесь полноценный контакт? Везде - сплошное непонимание между братьями по-разуму. Но если разница между разумным океаном и людьми - колоссальна, разница между пославшими "Глас" и нами - максимальна, то от квинтян описываемое человечество не отличается сильно, а даже и отличается в сторону более развитую.

И всё равно - нет, как об стену горох.

И сама трагедия - вспомните-ка, из-за чего происходит? Главный герой увлёкся исследованиями и забыл вовремя подать сигнал, мол, "я тут, живой, всё в порядке". Хороша ошибка для посланца сверхцивилизации, да?

И итог - планета распилена на куски.

Да, да. Фиаско - оно не только и не столько в трагедии Квинты, фиаско - во всём, в каждом человеческом начинании. За что бы не брались мы, люди, даже люди-как-боги, всё у нас не тем концом выходит.

Да, пан Станислав, это мы. Это мы, Боже, твои ашыпки. Нелепые, неклюжие, несобранные. Несовершенные. Эх.

И с этим надо как-то жить.

отзыв написал ivan2543 09 июня 2009 г. в 22:44

«Солярис» - бесспорная вершина творчества Станислава Лема. Это одно из лучших произведений в мировой фантастике, потрясающе совершенная книга.

Главное в этом произведении – ощущение немыслимой, трагической тайны Мироздания. Эта тайна встречает героя (и читателя) в начале, на полузаброшенной космической станции, в зловещем запустении коридоров; и не исчезает до неожиданной развязки. Чем больше мы узнаем о происходящем на планете Солярис, тем меньше понимаем происходящее, тем сильнее осознаем чуждость этого одинокого мира.

Тема неудачного, или, лучше сказать, невозможного контакта очень характерна для Лема. «Солярис» раскрывает эту тему наиболее четко. Даны два противоположных разума: человеческий, который не мыслит себя вне общества, который осознает себя в отношении к себе подобным, и разум Океана – одинокий и единый. Человеческие категории – жизнь, смерть, любовь – для Океана ничего не значат. Ему некого любить, ему не с кем враждовать, он совершенно бессмертен. Его мысли – чудовищные математические построения, непостижимо длинные логические цепочки.

Как найти точки пересечения между двумя разумами? Океан делает шаг навстречу, создавая двойников умерших близких. Что он хочет этим сказать? Дать людям утешение в их потере, помочь? Но вместо столь дорогих людей возвращаются лишь подобия, словно ожившие памятники, персонификации воспоминаний. Счастлив ли главный герой? Нет, он в ужасе. Ему не вернули погибшую любимую женщину, а подменили ее бессмертным чудовищем, лишенным памяти. Вместо того, чтобы спасти людей, Океан превратил их память в наркотик, вынудив их жить прошлым.

Океан не понимает нашего языка. Ему непонятна наша прикладная наука, а в своих абстракциях он зашел дальше пределов человеческой мысли. Люди не знают его целей, пределов его могущества.

Каждый пытается по-своему пережить происходящее. Кто-то хочет уничтожить «двойников», кто-то пытается с ними сжиться. Крис Кельвин, главный герой, пытается найти компромисс, воспользоваться предоставленным шансом и вернуть прежнюю жизнь. Но это самообман – смерть необратима.

Проблема контакта с инопланетным разумом – не единственная в проблематике романа. Лем поднимает еще более общий вопрос – проблему общего языка, понимания вообще. Ведь зачастую различный личный опыт – не меньшая преграда, чем различные эволюционные пути. Может ли человек понять человека? И если нет – какой смысл искать братьев по разуму в глубинах космоса?

Есть мнение о том, что Океан тоже хочет контакта, что он устал от своего одиночества. Но может ли существо, никогда не знавшее никого, кроме себя, желать общения? С другой стороны, ищет же человечество следы иного разума – как будто ему мало внутренних противоречий. Но все же мы скорее готовы найти врага, чем остаться одинокими во Вселенной.

Против величайшей в мире неизбежности бессилен даже Океан. Время не пойдет вспять, мертвым не стать живыми. Не это ли осознание смертности человека, как частного примера конечности бытия столь ужаснуло Океан? Не явилось ли появление двойников его попыткой поспорить с судьбой? Ведь и его жизнь исчислена – пусть не годами, а миллиардами лет.

Океан – кто он? Гений или идиот? Разумное существо или органическая стихия? Бог или самоубийца?

«Если ты – одинок, то он – просто ОДИН…»

отзыв написал olvegg 09 ноября 2008 г. в 20:29

До сих пор не могу понять, как Лему удалось совершенно минималистскими приемами создать такой шедевр. Если изложить краткое содержание романа – ну, интересно, конечно, идея необычна, но вроде как ничего особенно выдающегося. Вполне добротная  НФ: полеты к другим планетам, исследования, «научно-фантастический дектектив», где подозреваемым является не человек, а некая научно-техническая загадка. А уж учитывая год написания, должно было десятикратно устареть… Но ведь не устаревает! а впечатления не ослабевают при очередном прочтении. Секрет, как обычно и бывает – в идеальном сочетании ингредиентов.

1. Действительно, отличная научная идея, и не одна. Во-первых, идея эволюции автоматов, аналогичная эволюции живой материи. Побеждает не лучшее конструкторское решение, оснащённое по последнему слову техники и способное испарить своим энерговооружением небольшое море, а - по Дарвину - наиболее приспособленное. Идея «разумного» роя -  распределённой сети «мушек» - только сейчас начала обретать реальные черты (smart-dust). Также Лем показал преимущества, которые дает миниатюризация (то, что сейчас называется нанотехнологиями, а во времена написания романа еще не имело термина, хотя, строго говоря, мушки все-таки еще далеко не «нано»).

2. Сюжет. Лем блестяще справляется с подачей материала, постепенно нагнетая саспенс в лучших традициях жанра ужасов, выдавая по крупицам новые следы, ведущие к разгадке. Расследование оборачивается боевиком, который затем плавно перетекает в захватывающее психологическое противостояние человека и «неизведанного».

3. Стиль изложения иногда настолько сух, что напоминает документальную хронику. Тем правдоподобнее воспринимается мир Региса III с его уникальной «некросферой»: возникает полный эффект присутствия, и тем контрастнее кульминационные события во второй половине книги. Битва роботов легко затмевает многие батальные сцены как в фантастической (+фэнтезийной), так и в исторической прозе.

4. Психология персонажей раскрывается поначалу довольно скупо, но здесь опять ожидает резкий контраст – эпизод, в котором Хорпах подталкивает Рохана к принятию решения, описан просто безупречно.

5. Философская начинка. Лем не был бы собой, если бы не поразмышлял вместе с главным героем над некоторыми «вечными» вопросами. «Не все и не везде существует для нас»; куда бы мы не посмотрели, мы видим (как Рохан в туче) только собственное отражение и не способны воспринять мир чужими глазами.

Сам Лем считал, что "Непобедимый" "чуть скромнее" "Соляриса", я же не могу сказать, какой из романов мне нравится больше.

отзыв написал Gorhla 08 августа 2009 г. в 00:39

«Исключительный блеск. Другие планеты не такие прозрачно-чистые. Земля так просто голубая.»

Станислав Лем. Он был исполином жанра, законодателем мод, созидателем основ, мировой знаменитостью в фантастике. Л. всегда напоминал мне Ботвинника. Они оба были технократами и верили в машины, никогда не забывая первичность человеческого духа; то качество, что утеряно сейчас в машинный век, позволяло этим выдающимся людям создавать гармоничные изящные творения, работая с поистине математической точностью и мощью; один играл, другой писал.

И всё это начиналось с Э. Э., по сути, был первым по-настоящему зрелым романом Л. Это расцвет выдающегося фантаста.

Взыскательный молодой читатель усмехнётся, читая про звёздные атласы, межзвёздные ракеты, рычаги и гидравлику. Роман написан в середине 50-х годов ХХ века. Однако уберите технологический антураж, и вы увидите, что под машинной оболочкой, при создании которой Л предвосхитил многие современные технологии и которая вовсе не является такой уж устаревшей (так, именно Л в «Непобедимом», другом своём великом романе, нарисовал великую концепцию «машинной эволюции»), скрывается живое тело гуманистических и социальных идей. И тем не менее язык очень лёгкий – гениальный парадокс – технократ написал роман, который даже в эпоху победившего «light-a» выглядит жизненнее и проще читается, чем большинство головотяпских творений писателей, чей словарный запас не превышает пары - другой популярных оборотов. Прибавьте к этому блестящее авторское словотворчество и вы получите 10-балльный слог. Отдельно - глубокое уважение переводчику Дм. Брускину, прекрасно адаптировавшему роман для русскоязычного читателя

Мир Э. глубоко чужд человеческому и вместе с тем удивительно реален, естественен, с любовью высечен автором в бумажных листах. Познание вместо экшена- не модно, но чертовски приятно. А если странные технические подробности иногда утомляют, то на горизонте всплывают могучие пейзажи, созданные Л. Такой мир мог бы нарисовать Макото Синкай, прилетевший вместе с героями романа на Эдем. Мир – 10 баллов.

Роман начинён смыслом, как пирожок – черникой. Каждый может увидеть в книге своё. Тут и торжество первопроходца, открывающего неизведанное, не останавливающегося ни перед каким препятствиями, пир человеческого духа. Тут и настоящая социальная драма, антиутопия, умело скрытая в фантастическом романе, ничуть не уступающая по проработанности и содержанию каноническим «451 по фаренгейту» Бредбери или «1984» Оруэлла. Я недаром привёл именно эти книги. Э, как и они, по сути рассказывает об  информационном обществе, так до конца и не осознавшем, что, победив тирании и диктатуры, о чём прямо сказано в книге, оно попало в самую страшную ловушку  - диктатуры информации. Поэтому Э – это социальная фантастика. И, конечно же, это боевик. Даже на Западе, где сложилась крупнейшая школа боевой фантастики, мало кто мог потягаться с Л. в данном жанре. И пусть сам Л., видимо, не уважал, ФБ, он, как истинный мастер, несколькими штрихами показывал всему миру, как в самом серьёзном и сложном произведении можно поместить несколько сумасшедших напряжённых и динамичных сцен, абсолютно не формируя за их счёт сюжет. Позже этот приём достигнет своего апогея в лучшем ФБ всех времён – «Непобедимом». Содержание – 10 баллов.

Отдельно стоит сказать о персонажах. Минимализм Л даёт блестящий результат. Безымянные космонавты, данные которым имена навсегда заменили их специальности, живы и естественны в наших глазах. Шесть человек равно и отчётливо выписаны в романе на 250 станиц. Вдумайтесь в это: 6 Личностей – в законченном фантастическом романе. Персонажи – 10 баллов.

Э. серьёзный роман. Впрочем, несколько забавных высказываний, там и сям разбросанным Л., стоят нескольких книг других писателей, тщащихся насмешить читателя целыми циклами. А вершин своего сатирического дара Л достигает в других произведениях, как цикл о Тихом или «Кибериада».

Итог – один из самых выдающихся романов мировой фантастики. Незаслуженно оставшийся в тени других вещей автора, Э стоит того, чтобы потратить на него ровно столько времени, сколько нужно вам для его прочтения. Эта книга, как и описанная в ней планета, попадается на дороге случайно, но неизменно запоминается навсегда.

«Какая чистая, - сказал Координатор. - Но... знаешь... По теории вероятности следует, что бывают ещё прекраснее.»

отзыв написал terrry 01 октября 2010 г. в 16:20

«Фиаско» - роман столь же интересный, сколь и печальный. На протяжении всего своего творчества Лем постепенно переходил от умеренного оптимизма к скептицизму и далее к полному пессимизму в отношении, так сказать, социологических перспектив. В этом романе писатель применяет приём контраста между невероятными техническими достижениями и абсолютной тщетой попыток найти взаимопонимание с братьями по разуму.

Согласно Лему, во времена Пиркса и Парвиса человечество более или менее успешно осваивает Солнечную систему, что для нас, конечно, фантастика (увы), но не слишком «фантастическая». Другое дело – последующие поколения землян, понятие о возможностях которых можно почерпнуть из романа. Эти раскалывают планеты как орехи, летают к черным дырам, оживляют мертвецов (правда, не всех) и т.д. Лем здесь (очень буднично) не жалеет красок. Указана, например, масса космического корабля «Эвридика»: не много не мало миллиард тонн, что равно массе кубического километра (!) воды. Для сравнения, масса ракеты из «Эдема» всего шестнадцать тысяч тонн. Да и тех, кто летит на этом корабле нельзя назвать экипажем или экспедицией, скорее это целый институт и небольшой город в одном лице - некоторые вопросы на этом корабле решаются чем-то вроде голосования. В этих описаниях Лем иногда даже напоминает Жюля Верна, на новом, конечно, уровне. Естественно, Лем не был бы Лемом, если бы не насытил свой текст философскими и научными данными, размышлениями и аллегориями. В этом смысле в «Фиаско» он, кажется, превзошел самого себя. Читать всё это необыкновенно увлекательно.

Но мне как-то непонятно то исступление, с которым земляне хотят вступить в контакт с квинтянами. Это уже не назовешь страстью исследователя, так как они готовы даже уничтожить этих самых квинтян. Не видно, чтобы это их стремление вытекало с НЕОБХОДИМОСТЬЮ из развития земной цивилизации. Постепенно складывается впечатление, что они и сами не знают, зачем им вообще нужен какой-либо реальный контакт с кем-либо. Они становятся похожими на детей, в гневе разламывающих непонятную игрушку. Но ведь населенная, пусть и не известно кем, планета – не игрушка. С квинтянами тоже не всё ясно. Автор дает понять, что они (по, крайней мере, в нынешнем виде) совершенно нечеловекообразны. И, тем не менее, кто-то произвел и производит (как?) огромное количество спутников, кто-то выражает «приветствие» посланнику земли. Вся ситуация, конечно, сложнее и запутана автором намеренно. Но она граничит уже с антиномичностью и алогичностью, то есть балансирует на грани обладания познавательной ценностью. А это для лемовской прозы чревато катастрофой, распадом. Как пример научно-фантастической философской прозы «Фиаско» - безусловно, шедевр, очень выдержанный стилистически. И, однако, концептуально прорывной эту книгу не назовешь. Великолепному литературному мастерству и изощренной фантазии недостает столь же ошеломительной КОНСТРУКТИВНОЙ идеи. Ведь никаких ДРУГИХ способов этого самого Контакта сам Лем не предлагает. Фактически, и это важно, он утверждает, что их и нет вовсе, окончательно формулируя своё credo. Но Космос, Контакт и по существу и для литературы – темы необъятные, если не устанавливать самому себе сходящихся парадигмальных рамок.

Таким образом, можно придти к выводу, что «Фиаско» есть фиаско, в некотором смысле, конечно, всего творчества Лема – его писательская судьба отражает судьбу героев его романа. Цитируя слова самого Лема о «Создателе Звезд» Стэплдона можно сказать, что это поражение, понесенное в титанической борьбе. Закономерно то, что этот роман стал, фактически, последним его произведением в НФ. Тема «Контакта» так, как её понимал Лем, была исчерпана, найти же новую тему оказалось не под силу даже такому титану, как он. От этого становится немного грустно.

              PS Путешествие "Эвридики" с помощью "черной дыры" перекликается с гипотезой Н.С. Кардашева, о которой можно прочитать, например, в монографии И.С. Шкловского "Вселенная, жизнь, разум".

отзыв написал wolobuev 14 февраля 2011 г. в 18:37

Представьте, что вы читаете Достоевского, и в промежутках между исступлёнными диалогами героев и их самокопанием натыкаетесь на подробное описание  какого-нибудь  механизма или историю мировой психологии. Вы бы простили Достоевскому что-нибудь подобное? Вообразите только: едва утихли крики Сонечки Мармеладовой или прозвучала душераздирающая исповедь Настасьи Филипповны, как тут же даётся суконное обоснование их поведения с точки зрения науки. Не ужасно ли это? Но именно такими вещами и занимается Лем в "Солярисе". Он играет с нашими чувствами, как Океан, который ради забавы выворачивает наизнанку души людей. Но если Океан делает это по неведению, то Лем - исходя из чисто научного снобизма или неизжитого тяготения к фантастике ближнего прицела. Я мог бы назвать это юродством, если бы подозревал писателя в сознательной издевке. Но увы, Лем действительно думал, что именно так и надо. Он отлично знал, когда нужно поставить точку в предложении, но не знал, когда её нужно поставить в главе. Верно когда-то заметили Стругацкие: искусство писателя заключается не в том, какие слова надо написать, а в том, каких слов писать нельзя. Лем понимал это, но вместо лишних слов он вставлял лишние главы. "Солярис" был бы изумительным произведением, если бы не долгий и нудный отчёт об истории изучения планеты или чересчур подробное описание всех форм, которые порождал он на своей поверхности. Ударяясь в эту описательность, Лем совершил поистине преступление против литературы, смазав впечатление от своего действительно шедеврального (в остальных частях) романа.

"Солярис" писался как роман о контакте. Однако быстро перешёл к теме закоулков человеческой души. Такое бывает с великими творцами. Сервантес тоже задумывал "Дон Кихота" как чистую пародию на рыцарские романы, а получилось произведение на вечную тему благородства и безумия. Герои Лема и представить не могли, что, отправляясь на далёкую планету, они встретят там... себя. Вернее, свои самые затаённые желания. Солярис - он как золотой шар в "Пикнике на обочине"  - выполняет не то, о чём вы его попросите (если сможете попросить), а то, о чём вы втайне мечтаете. В этом он действительно похож на ребёнка с его простой логикой, чуждой условностей взрослого мира: если человек чего-то сильно желает, почему бы не дать ему этого? Так невинное дитя лепечет своей матери: "Если папа любит тебя и ту тётю, почему бы той тёте не жить вместе с нами?". И в этом Океан проявляет отнюдь не инопланетную, а вполне себе человеческую природу.  На мой взгляд неправы те, кто утверждает, что психика Океана (если она есть) совершенно чужда нам. Напротив, она нам слишком близка, настолько, что мы сами боимся этого. Ибо в нашем, земном обществе желания людские смиряются социальными нормами, что позволяет обществу жить и не разрушаться. На Солярисе таких норм нет. И учёные на Станции быстро оказываются во власти того наркотика, который им с готовностью предоставляет Океан. И оказывается, что даже самые великие умы не избавлены от мелких и гнусных страстишек, которые на Земле они лелеют глубоко в душе, не смея поддаться им, чтобы не опозорить своё имя. Здесь же, на Станции, где всё можно, эти страстишки выдают себя и постепенно подчиняют себе учёных мужей. Каждый находит собственный выход из этой ситуации. Кто-то принимается лихорадочно искать средства противостоять столь бесцеремонному вторжению в душу, кто-то кончает с собой, не в силах разорваться между нравственными нормами и животным вожделением, а кто-то с готовностью поддаётся такой страсти, упоённый возможностью прикоснуться к воплощённой мечте.

Главный герой романа - Кельвин - оказывается самым невинным в своих желаниях из всех персонажей, но и самым эгоистичным. Его можно понять, ведь он встал перед чудовищным выбором: принять ту, которую любил когда-то, или найти в себе силы отказаться от неё.  Выбор этот тем более тяжек, что объект его любви не осознаёт тайны своего происхождения, он (этот объект) уверен, что является таким же человеком, у него есть память, есть свои потребности, есть собственные мысли. Отвергнуть его - всё равно что отвергнуть ту, которую любил. Возможно ли это? Поставив себя на место Кельвина, я содрогнулся. Кто-то здесь обвинял персонажей в истеричности, я же поражаюсь их хладнокровию. Человеческая психика не готова к таким потрясениям. На Земле просто не может произойти ничего подобного.  Возвращение с того света самых любимых ваших людей - это же дико, непереносимо и вместе с тем... так соблазнительно! Как устоять перед искушением? Как пройти по тонкой верёвочке между милосердием и эгоизмом?

Но самое страшное в этом - чувства тех, кто вернулся. Чувства Хари. Ведь она - не фантом, не призрак; она - живой человек (в собственном восприятии). Каково это: узнать, что вы - это не вы? А ну-ка, поставьте себя на её место: вообразите, что ваша семья - это не ваша семья; родители - это не родители; друзья - это не друзья, а дом - это не дом. Многие ли выдержат? Хари оказывается куда мужественнее Кельвина. Она принимает решение за него. И это решение оказывается единственно верным. Она, фантом, рождённый Океаном, оказывается человечнее настоящего человека.

А не сон ли всё произошедшее? Может, ничего и не было? Как прельстительно так думать! Но даже фантомы не исчезают без следа. И в руке Кельвина остаётся записка - единственное воспоминание о той, что была и уже никогда не вернётся. "Любимый, я первая попросила его об этом. Он хороший. Жаль, что я должна была солгать тебе, но иначе было нельзя. Ты можешь сделать для меня лишь одну вещь - слушайся его и не причиняй себе вреда. Мне было хорошо с тобой". Она, эта записка, останется теперь навечно единственным эхом давно ушедшей жизни, крохотной ниточкой, связывающей его с мечтой. Но если есть ниточка, то можно вернуть и саму мечту, не так ли? Пусть не сейчас, но когда-нибудь, позже. Можно хотя бы надеяться на это. Без надежды человек мёртв. А с надеждой он остаётся человеком. Хотя бы и один на один с океаном.

P.S. Книга прочитана в оригинале. С переводами я не знаком. Поэтому если у кого-то возникнут вопросы типа "да где вы там видите психологизм?" или "не пойму, что тут выдающегося", учитывайте, пожалуйста, разницу восприятия. Я читал то, что написал Станислав Лем, а не то, что потом на этой основе настрочили переводчики.

отзыв написала kira raiven 07 июня 2009 г. в 00:27

Солярис Лема воплощает в себе все то, за что я люблю фантастику. Он заставляет меня переживать. В любой момент, когда я о нем думаю. Сейчас, когда я пишу отзыв. Баланс покоя в душе нарушается. Да, я согласна с авторами отзывов, что ставишь себя на место находящегося там человека, человека, находящегося "в поле" океана. Заранее простите, не буду комментировать фильм, оставшийся для меня нейтральным, разве что вот лицо Баниониса всплывает ассоциативно при слове Солярис.

Строчки книги будто всплывают передо мной. Лем неподражаемо умеет овладеть читателем. Именно от этой книги у меня осталось впечатление, что я, а не Крис и остальные являюсь неким сырым материалом, с которым "работают"... Помогают? Переделывают? Наказывают? Опекают? Обучают? В-общем, это все делаю не я, и не я контролирую ситуацию, даже если я могу вдруг закрыть книгу.

Мастерство такого уровня редко встречается. Приходят на ум только Стругацкие и Саймак. Психологически точно выстроенные линии, незаметно подбирающийся к сути сюжет, линия любви, удивительная по своей красоте и безоглядности. Здесь в отзывах есть слова о точно переданном чувстве отчаяния на станции. Пожалуй, но главное, что там витает - это страх. Чего они боятся? Своего разума драгоценного не потерять, не иначе. Как дети, которые нарушили все запреты и уже знают, что будут наказаны, но не прямо сейчас... Продлить мгновение. Ведь обладают тем, чего страстно хотели бы, но - нельзя или невозможно.

Совесть и стыд - да нет, вряд ли. Мне, когда я читала, казалось, что рядом с героями фильма просто проявились все те, кто и так всегда мысленно (бессознательно) присутствовал. Объект, навсегда сохраненный внутри нашей личности, вдруг отделился и оказался снаружи. Отсюда и идет то самое напряжение, которое сопровождает читателя всю книгу.

Другая идея не нова - под микроскопом обе стороны. А поскольку судят по себе, то мысль о положительном воздействии в голову не приходит как-то. Но логика ( и логика ли) здесь явно должна быть особенная, что Лем прекрасно показывает. Не сможем мы предугадать действия и /или ожидания Той стороны в контакте, контакт - нечто совершенно неоднозначное и непростое для осознания. Но согласитесь, - как величественно и масштабно это описано. Мощь чувствуется за этим описанием.

Возможно, Солярис - это жуткая фантастика, но для меня это фантастика, потрясающая глубиной замысла, мастерством рассказчика, философским содержанием, и чем-то неуловимо прекрасным, свойственным всем произведениям неисправимых романтиков, к числу которых я буду всегда относить этого Автора.

отзыв написал Петров Эдуард 16 октября 2009 г. в 02:14

Меня попросили написать отзыв на рукопись Рохана о посадке на Регис-3. Я не самый опытный или компетентный ксенобиолог экспедиции, просто наша группа биологов понесла очень тяжелые потери в этой экспедиции, и так как я сейчас не так занят, как доктор Лауда, постараюсь написать отзыв с точки зрения биолога.

P.S. В художественном плане рукопись Рохана выше всяких похвал. Когда я читал ее, недавнее прошлое снова вставало перед глазами и временами начинало казаться, что я снова слышу вой пустынного ветра, и шорох песчинок по обшивке бедного "Кондора".

Младший ксенобиолог Петров Эдуард,

борт крейсера второго класса "Непобедимый",

рейс 17/2.

отзыв написала VaLKa 20 сентября 2008 г. в 05:11

Непобедимый. Роман страшный, трудный, впечатляющий, интересный.

Лем рисует мрачные, монохромные картины, прекрасные особой темной красотой, пугающе-притягивающей, на грани безумия. Я не так много читала фантастики, но из всех знакомых авторов, только миры Лема вне понимания. Многие авторы обращаются к темам взаимодействия человека и иноплатентых созданий, но почти все эти создания, плоды человеческой фантазии  могут быть осознаны, поняты, ибо имеют образы различной четкости и параметров. Лишь у Лема я увидела абсолютно иных существ, находящихся в другой плоскости мироздания, которые не могут быть поняты до конца никогда, даже если есть гипотезы и попытки объяснить механизм их действия. Его инопланетяне вне действия разума человека. И в непобедимом герои столкнулись с чем-то похожим и не могут осознать,  понять этих «созданий». Как не возможно понять почему дует ветер, да механизм известен всем, а почему так, зачем и пр – не ясно и воспринимается как данность.  Есть и все.

Роман держит в напряжении, этим он и труден. Пейзажи врезаются в память, затягивают, завораживают. Читаешь и немного страшно, ибо создана такая атмосфера, что ее не добиться тонной зомби, кровищи и спецэффектов. Буквально пару моментов и все. Вот следы зубов на кусочке мыла…все, а уже жутковато. Страшно ожидание, не возможность что-то изменить и понять, чужеродность происходящего, судьба героев, их смерти, жизнь на грани и потеря памяти – самого дорогого для человека. Полная безысходность.

Человек же пытается снова все переделать по своей логике, борется с ветряными мельницами, как тот же Дон Кихот. Не желают принять бессмысленость действия. Ибо по сути это борьба с собственным страхом.  

Самая сильная, на мой взгляд, последняя глава. Читаешь с широко раскрытыми глазами. Два мира, две параллели. Люди опять хотели все изменить, но не пересекаются параллельные прямые, не надо их пытаться пересечь. Не все что нам не ясно – плохо. ГГ понял это. Он не понял иной мир, но принял его таким, каков он есть. И это важно.

Рекомендую к обязательному  прочтению.

отзыв написал Tvist 08 декабря 2011 г. в 19:34

На протяжении десятков лет появилось огромное количество отзывов,рецензий,  к данной книге. Добавить что-то новое, наверное будет сложно, да и нужно ли? За бесконечными толщами критики порой не видно самого романа. Поэтому я ограничусь лишь своими впечатлениями и размышлениями во время чтения и после.

"В Солярисе" очень мало действий. Практически вся книга это диалоги, размышления героя и описания окружающего мира. Но несмотря на инертность повествования книга захватывает с первых страниц и не отпускает до конца. Чем она держит? Трудно объяснить. Как будто ты оказался в воде, не в особо чистой и теплой, но тем не менее из нее не хочется вылазить на берег, такой знакомый и надоевший берег нашей повседневной жизни. На страницах книги ты неумолимо хочешь что-то понять и это "что-то" так же неумолимо от тебя ускользает, как рыба. Ты ждешь этого в конце, ждешь что придет осознание, что произведение тебе даст что-то такое фундоментальное, гениальное и элементарное... Но в итоге ничего не получаешь.

Дочитав эту книгу, я занялся повседневными делами, но мысли мои были только о ней. Неоднократно я отрывался от дел, чтобы перечитать какой-то отрывок или главу. И ложась спать я долго не мог заснуть: отчасти от мыслей о "Солярисе", отчасти от тупой боли в груди.. Я не могу назвать себя впечатлительным, но Лем неплохо прошелся по моим чувствам, как Солярис прошелся по героям. Иногда не находишь, то что ищешь, даже когда это лежит под носом. Иногда находишь то, что никогда не искал. Иногда теряешь, то что и не надеялся найти...

Солярис - это жестокая, злая издевка над людьми. Как можешь понять других, если не можешь понять даже собственных желаний?Как можешь шагнуть в комос, если даже боишься заглянуть внутрь себя.Какого это потерять, найти, не поверить, отшатнуться, приблизиться и...снова потерять?

Такие мысли меня посещают после прочтения книги и боюсь еще долго будут посещать.

Итог: я не могу сказать о чем это книга. Возможно даже я ее не понял. Я ничего не вынес из нее. Она меня ничему не научила. Но как только я закрываю глаза,воображение переносит меня туда, где исполинские симметриады и мнемоиды правят свой бал, где бушет черный океан в блеске красного и синего солнц, а над ним парит одинокая Станция, в которой лежат на кровати в обнимку два человеческих тела...

"НО Я ТВЕРДО ВЕРИЛ В ТО, ЧТО НЕ ПРОШЛО ВРЕМЯ УЖАСНЫХ ЧУДЕС."

отзыв написал glaymore 20 мая 2010 г. в 16:50

Нежно люблю Лема с детских лет, но эта книжка, несмотря на заманчивую для подростка тему - межзвездная экспедиция, первый контакт, всё такое - как-то прошла мимо в школьные годы.

Наверное, оно и к лучшему - это безусловно самая сложная для восприятия вещь Лема, как по плотности научных и социальных идей на килобайт текста, так и по своей структуре: повествование без предупреждения перескакивает на много лет вперёд, персонажи меняются, личность главного героя вообще неизвестна, посреди текста торчат совершенно неуместные (казалось бы) вставные новеллы, концовки как таковой нет вообще. На первый взгляд, чистый хаос.

Но в романе Лема хаос не может возникнуть случайно. Его цель - сбить читателя с толку, чтобы тот воскликнул "ничего не понимаю!" и был вынужден выискивать в нагромождении образов хоть что-то знакомое и поддающееся логическому осмыслению. Заставить читателя приближенно ощутить то, что испытывают герои книги, а героям приходится нелегко. Звездная система, в которую прибыла экспедиция, полна признаков технической цивилизации, но деятельность этой цивилизации не поддается объяснению: миллионы радиостанций передают по всем частотам белый шум, вода из планетных океанов выброшена на низкую орбиту и образовала ледяное кольцо, медленно падающее обратно на планету с катастрофическими последствиями для климата, по поверхности местной луны хаотично движутся термоядерные микросолнца, орбитальное пространство заполнено миллионами бездействующих спутников необъяснимого предназначения, и т.д., и т.п.

Разумеется, ученые всю книгу строят теории в попытках найти объяснение этому безумию, и разумеется, никакой пользы от этих теорий нет, потому что все они рождаются по принципу "найти в хаосе наблюдаемых явлений нечто, похожее на земные аналоги, и приписать этому нечту знакомый земной смысл", что в данном случае совершенно бесполезно, т.к. местные жители настолько ДРУГИЕ, настолько чуждые нам во всём, от биологии до образа мышления, что земные термины "война", "катастрофа", "политический союз" к ним принципиально неприменимы, а понятия, в которых мыслят они, недоступны нам, поэтому никакой межзвездный контакт невозможен в принципе.

Собственно, Лем всю жизнь писал именно об этом, но такого титанического пессимизма мы еще не встречали ни в "Солярисе", ни в "Эдеме", ни в "Гласе господа". Неудивительно, что после публикации "Фиаско" Лем заявил, что ему нечего больше сказать в художественной форме, и перестал писать. Тема закрыта, вопрос исчерпан, ваттсы со шредерами угрюмо догрызают объедки со стола Мастера.

отзыв написала nik_sana 28 декабря 2009 г. в 12:55

Лет эдак в 15 я обожала Пиркса. Он такой плечистый, гордый, бедный и честный, усердный и мужественный. Девичьи бредни олицетворяет весьма адекватно.

А вот Йон Тихий... Вы вслушайтесь в имя-то! Ведь по нему дурдом рыдает. Тихий он, не буйный - оттого и не в изоляции. Дурачок. Он ракету чинит, высунувшись из люка. Ногами зажимает одну деталь, а руками держит ключи и крутит гайку. Он красит ракету кисточкой!!!

В общем, "Непобедимый" и Пиркс - наше все. В 15. И в 20 - тоже. Не все уже, но многое.

Второй раз я прочла "Дневники" в 30. Пришла с работы после длинной разборки с партнерами по поводу того, кто вообще из нас, таких классных и умных, настоящий кретин. Они ответ знали, Я тоже. Только ответы не совпадали

Я уныло побродила по комнате. Рвать и метать нет сил. Все такое серое, все кругом - ну, понимаете. И тут мне под руку из полки будто сам прыгнул этот томик. Покет-формат, не лучшее издание.

В общем, я влюбилась в Тихого во второго взгляда. Зверски. До умопомрачения. Ну и что, пусть не молод. Пусть красит ракету сам и в странный цвет... Разве книга вообще - об этом? Разве любая настоящая притча строится в богатых декорациях? На то она и притча, чтобы сочетать странный примитивизм антуража и глубину мысли. Йон очень не прост. Может, я и теперь полагаю, что он - тихий, то есть не буйный... А где вы видели людей, идеально здоровых психически? Врачи вон полагают, они вымерли. Или недообследованы.  

И вообще!!! (женский аргумент) Он не рассуждает и не путешествует. Он снит. Он велик.

У него нет раздвоения личности - он способен существовать в неограниченном числе копий, быть морду самому себе и воровать у себя обед, олицетворяя одним собою всю нашу демократию в действии.

Он глубоко проникает в суть явлений. Может руководить творением мира не хуже бога. Ему хватит мужества и ответственности признать ошибки и... смело усугубить их.

Наконец, он не индиот. Он почти знает, что такое сепулька. Он борется с мусором в космосе и зрит в корень, обличая самого Электриция.

Чуть не забыла. Я ведь пришла домой, пылая праведным гневом. После пары историй из Тихого гнев сгинул. В конце концов, так ли важно, кто из нас прав? Разберемся. Мы хоть полкарты вселенной не заклеиваем бумагой...

отзыв написал Barros 29 сентября 2008 г. в 12:00

Российское издание книги "Так говорил... Лем" отличается от польского оригинала - оно расширено несколькими вставками, дающими отечественному читателю дополнительные "привязки" Лема и его работ к нашим реалиям. Во-первых, составитель русского издания книги (В.И.Язневич) счёл возможным добавить два интервью на темы экранизаций произведений Лема, взятые у автора Лукашем Мацеевским; во-вторых, добавлены расшифровки трёх интервью, которые пан Станислав в последние несколько лет дал на русском языке В.И.Борисову, Е.А.Козловскому и П.В.Фаворову.

Такое решение оказалось обоюдоострым: вставные тексты, безусловно, приближают Лема к нашему читателю, но, с другой стороны, так резко диссонируют с основным текстом книги, что выглядят протезами, пришитыми к живому телу. Они слишком беглые, почти откровенно стенографичные, неизбежно поверхностные и слишком во многом повторяют друг друга.

В общем и целом, причины этого понятны.

Никто из интервьюеров не мог рассчитывать на привилегию длительных и неспешных бесед с Лемом, в то время как Станислав Бересь был пожалован именно ею - и распорядился этой привилегией совершенно блистательно. В его тексте мы видим не привычный для поверхностной прессы инфантильный восторг перед литературным и философским гением (каким Станислав Лем, вне всякого сомнения, и был), а заинтересованный и свободный разговор двух людей, которые считают друг друга достойными собеседниками. В огромном (фактически необъятном) интеллектуальном пространстве лемовской жизни, прозы и публицистики Бересь выступает не как один из посетителей, а как досконально знающий это пространство проводник; как экскурсовод, который именно благодаря своим обширным и углублённым знаниям постоянно обнаруживает в нём что-то новое и для себя, и для других. Благодаря этому текст длившихся на протяжении двух десятилетий диалогов Лема и Береся приобретает удивительную тематическую широту, тщательность и точность. Вопросы и тезисы могут повторяться, но с ходом времени и изменением ситуации меняется и лемовский взгляд, причём тут же следует анализ причин этих изменений. Темы же многообразны - история и литература Польши начиная с 1940-х годов, фантастика как жанр и как художественное направление, современные и исторические философские школы, новейшие достижения науки и прогноз их технологического применения, социальные процессы и так далее.

Но, несмотря на такое тематическое разнообразие, главной темой книги остаётся сам Лем. Бересю удалось передать в тексте их бесед (которые, без сомнения, тщательно компоновались, редактировались и авторизовались) образ человека поразительно живого характера. Неизменно сохраняя достоинство, Лем предстаёт перед нами временами обиженным, временами высокомерным, часто категоричным, иногда - сомневающимся, однако всегда осознающим себя как исключение из общего правила, как самодостаточный интеллект, у которого нет ни малейшей нужды присоединяться к какой-то научной школе, политической силе, литературному течению и так далее. При этом он совершенно не эгоцентрик: вся его работа нацелена на выплеск тщательно переосмысленной информации вовне его личности, фактически - на прямое интеллектуальное Прогрессорство. Он функционирует как постоянный генератор концепций, которые можно принимать или не принимать, но которые просто по факту их создания оказывают влияние на цивилизацию...

Смерть пана Станислава вовсе не обязывает меня изменить в предшествующих абзацах время с настоящего на прошедшее. Работа Лема продолжается, несмотря на то, что самого его физически с нами уже нет. Его произведения в большинстве живы и актуальны, многие из его концепций всё ещё предстоит подтвердить или опровергнуть практикой. И этого запаса хватит надолго. Возможно - на столетия.

Хотя сам он в беседах с Бересем прогнозировал для своих книг очень небольшой срок в человеческой памяти. Но эта концепция, как и многие другие, также нуждается в практической проверке. Если же говорить о бесспорном, то не могу не процитировать (сознавая, что в этом я глубоко не оригинален) ответ Лема на вопрос о том, что нужно делать, чтобы не загубить и не потратить жизнь зря:

"Всегда стараться сохранить интеллектуальную независимость и пытаться выработать собственное мнение абсолютно по всем вопросам ближнего и дальнего мира. Читать исключительно первоклассных авторов и первоклассные сочинения, в том числе и в литературе, чтобы в конце жизни иметь возможность сказать так, как знаменитый математик Нильс Абель : "Я читал только мастеров, никогда учеников"..."

Это, конечно, не всё, что Лем сказал по данному поводу, но мой текст слишком мал, чтобы вместить остальное.

Доказательство же сказанного, я уверен, вы сможете найти сами.

отзыв написал stogsena 26 апреля 2008 г. в 19:59

Налицо провал признанного автора как конструктора - концептуалиста! Это тем более удивительно, т.к. один из основоположников философской SF обожал футурологические нюансы, нещадно критикуя коллег за любые нестыковки. Очевидно, замысел автора состоял в представлении человечеству вероятной вершины эволюции разумных существ, описании возможностей такого организма, особенностей его сверхсознания и т.п. Читатель должен был испытать "прописанный" доктором Лемом шок от столкновения с чем-то неизмеримо далеким от человеческого понимания.

Внешних описаний структуры Океана, хотя и в меру сюрреалистических, для этого было явно недостачно. Прямое проникновение в глубины ксенопсихологии сверхразумного Океана было невозможным, и короля пришлось играть окружению. Был придуман гениальный ход - встречное изучение психологии людей противным человеческой этике инструментом. И вот здесь и кроется причина провала. Там, где автор хотел дать отстраненный отчет о столкновении человека с внеэтическим сверхразумом, всплыли "вечные", но абсолютно человеческие темы, совершенно людские моральные конфликты. И, наперекор воле автора, стали важны для читателя не меньше первоначальной парадигмы...

Так картина свидания со сверхсуществом стала голографичной, "выросла" из плоскости авторского замысла в новое измерение. Поэтому и видят Тарковский с Содербергом здесь каждый - свое, и вовсе не то, что первоначально закладывал бывший львовский гимназист, который так до конца и не смог принять весь спектр восприятий своего романа . Но именно то, что стало провалом Лема как конструктора, стало его триумфом как творца. Из-за тех самых простых истин, которые делают литературные произведения шедеврами на все времена.

Читайте и перечитывайте "Солярис" вновь и вновь - и каждый раз он будет другим. Этот неосознанный самим автором шедевр - как мир в марксистском понимании. Познаваем, но процесс познания - бесконечен.

отзыв написал Dentyst 04 апреля 2011 г. в 20:33

Первый раз прочитал в 1980, году прямо перед выпускными школьными экзаменами. Нужно было готовиться, повторять материал - а тут "Непобедимый"... И всего на два дня. Кто помнит тогдашний книжный дефицит, тот сообразит, что подготовка стала на время побоку. А в жизни на эти два дня воцарился Лем.

Поразила меня тогда в этой книжке нестандартность. Очень уж она выбивалась из общего ряда розовых мечтаний-утопий, которыми кормили нас отечественные фантасты. Были, конечно, и приключенческие вещицы, где страдают наши далёкие потомки. Но как-то легко они страдали - не по-настоящему как-то. И тут - нате получите... Не дружественных гуманнейших друзей-инопланетян-братьев-по-разуму, а совершенно чуждую человеку, не доступную для контакта и сотрудничества жизнь-не жизнь, разум-не разум... Что-то непонятное, выбивающееся из стереотипов, из схем, на которых строится всё наше мировоззрение.

Меня впечатлила сама картинка происходящего - голая планета, вполне пригодная для жизни, но безжизненная... Пустыня, а посреди песка под иным солнцем - брошенный космолёт. И повисшая над всем окружающим загадка - кто?, что?, почему?... Решение её далось экипажу землян нелегко, но восторжествовал всё-таки человеческий разум - наши смогли улететь, но всё же не победившими, хотя и не вполне проигравшими.

Сложноватая (как в принципе всё у Лема) книжка. Но после неё у меня впервые появилась мысль о том, что не всё так гладко будет в будущем. И коммунизм не панацея от ВСЕХ проблем встающих перед человечеством. А так же это была книга совершенно свободная от идеологии, хоть  созданная социалистическим писателем. Люди будущего у Лема не лишены комплексов, колебаний подобно героям многих тогдашних опусов.

Конечно, кто-нибудь и назовёт этот шедевр "игрой разума", "разминкой для ума", но от этого "Непобедимый" не перестанет быть вехой в истории научной фантастики.

отзыв написал Kniga 14 сентября 2010 г. в 23:39

Еще охота!!! (и тут нужна особая мультяшная интонация)

Слишком мало. Хочется в два раза больше этих увлекательнейших приключений Ийона Тихого и особенно тех, самых увлекательных моментов: во время штудий в библиотеке или когда ему о чем-нибудь пространно рассказывают, когда он просто размышляет.

Лем взялся за одну из сложнейших задумок Борхеса – создать мир подчеркнуто другой: со своей историей, мифологией, со своими, резко отличающимися от привычных нам проблемами, а потом поместить в этот еще свеженький, с пылу с жару, мир героя, наблюдателя, Одиссея, который бы исследовал и пытался все это понять. Конечно, Лем взял идею Борхеса только за основу: его собственное творение несет в себе черты антиутопии (или метаутопии), мир Энции, с одной стороны, чуждый нашему, с другой – является его пародией. И Лем, конечно, не может сохранять долго серьезное («борхесовское») лицо и забавляется во всю. Но само сочетание серьезности и гротеска, почти фарсовых сцен (череда похищений) и трагедии (Аникс и загадка Ка-Ундрии) не всегда проходит удачно. Подушечками пальцев чувствуются эти зазоры, грубоватые швы, которых нет, скажем, в «Ананке».

В «Осмотре на месте» самой слабой частью мне показался, собственно, осмотр на месте. Этот деловитый тон, когда Ийону как-то разом объясняют и показывают действие этикосферы (это вообще напоминало стандартнейший прием научной фантастики), этот фарсовый сумбур похищений. Нет, есть и отличные места, когда через детали, ироничные комментарии Лем куда ярче рисует Энцию и этикосферу: хотя бы его забавное взаимодействие с бесстыдными статуями и всей остальной обстановкой в гостинице.

А возможно, это просто впечатление, которое создается благодаря соседству реальных приключений Ийона с его блестяще написанными исследованиями в библиотеке. Биология, история, теология, философия, социология, психология нового мира, показанные с самых разных точек зрения. И тут Лем пишет просто виртуозно – переходы от темы к теме, ироничные комментарии, отличные пародии на научные исследования и противоречия. А книг все больше, и у Ийона Тихого уже болит спина от таскания томов. А потом мы читаем о взгляде инопланетян на людей, об их исследованиях, о их очаровательной жалости к ущербным, увечным в половом отношении людям. Отлично передан этот кажущийся сумбур научного исследования, а благодаря остроумию Лема, его «изворотливому» стилю, когда темы быстро сменяют друг друга, оппозиционные взгляды перетекают друг в друга и все это без обилия вводных слов или канцеляритов - читается с огромным удовольствием. Словно мечта гурмана: одно сложное, хитро приготовленное блюдо сменяется другим, не менее хитрым и аппетитным, и все это с пикантной иронией, а в небольших перерывах, как полагается, – легкий шутливый разговор (хотя бы эпизод с журналистом), а брюхо - безразмерное.

Но «кабинетная» работа заканчивается, и Ийон Тихий летит на полевые исследования. И тут Лем демонстрирует сомнения, противоречия в самих научных методах, в самых разных способах постижения мира (даже своего родного, не то, что инопланетного). Я имею в виду эту блестяще написанную свару трех «монстров» философии и методологии науки. Тут Лем, конечно, разошелся – поиздевался, легонько намекнул на сложнейшие проблемы гносеологии, но тут же отвесил и поклон всем трем. А они спорят о методе, о познании и у всех хорошие доводы, а есть еще один – простой человек со своими «жизненными», этическими взглядами, а есть еще Шекспир, который начинает старомодными ямбами жаловаться на свою долю. И вот это все отлично связано, блестяще обыграно, и гротеск идеально гармонирует с серьезностью.

Композиционно несколько неуклюжий, но очень хороший роман. Эти остроумные игры в научное познание искупают все недостатки.

Спасибо, было очень вкусно. Тем, кто еще не пробовал или хочет повторить – приятного аппетита.  

отзыв написал Цефтриаксон 11 января 2010 г. в 18:00

Произведение с чудовищным зарядом "эффекта присутствия". Ни один фильм, ни одна игра, не стояли и рядом с Регисом-3. Читая, ощущаешь запах резины от изолирующей маски, железистый привкус на языке, от воды, что течёт по ущелью...

Да, в книге полно анахронизмов, но это перестаёшь замечать сразу же.

отзыв написал Tyrgon 26 января 2009 г. в 13:49

                                                                                                                                          Cognosce te ipsum

                                                                                                                                          Познай самого себя

Интересно, изменилась бы «заповедь Дельфийского оракула», проведи семь великих мудрецов свой диспут на станции Соляриса..?

Мне почему-то кажется что вряд ли.

Для тех, кто еще не читал, эта книга – редкая и удивительная возможность заглянуть в себя ЧУЖИМИ глазами, пережив вместе с соляристами исследование самих себя. При этом вовсе не обязательно годами сканировать космос, знать универсальный язык вселенной-математику, проводить долгие наблюдения, физико-химические опыты, систематизацию и анализ результатов – достаточно просто попытаться замкнуть на себе, используя свою фантазию, тот Контакт, что так мастерски преподнес автор…

А получится ли и как – всегда у каждого по-своему… ;)

Контакт человека с неведомым и непонятным, в том числе чужим разумом, всегда происходит по-человечески, через призму его разума и сознания (и ни одному автору не удастся выйти за эти рамки).

Но лишь со стороны человека – именно в этом трагичность и бесперспективность попыток исследователей-соляристов. И в этом, на мой взгляд, неосознанный и горький успех и последняя надежда опыта Криса, который посредством энцефалограммы не стремился понять ЕГО, а постарался дать понять толику СЕБЯ.

Вот только смог ли тем самым Кельвин приобщиться к мудрости абсолютной истины и верную ли цель на пути к личному счастью он выбрал в итоге..?

«Решайте сами» – ответ мой и, как мне кажется, автора.

P.S.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

после написания отзыва убедился, что мои впечатления совпадают со многими другими, что приятно...

отзыв написал napanya 12 января 2009 г. в 15:52

Великий польский писатель Станислав Лем взвесил американскую научно-фантастическую литературу и признал лёгким небольшой процент лучшего, что в ней отыскалось, и практически невесомым всё остальное. И объяснил, отчего это произошло.

Американская SF сформировалась "на интеллектуальном дне" и практически не соприкасалась ни с "большой" литературой США, ни с лучшими образцами жанра, созданными по ту сторону океана. Это вполне по-американски: заниматься делом так, словно никто никогда до тебя им не занимался. Отец-основатель местной секты Хьюго Гернсбек выдал алгебраическую форму настоящей фантастики, оставив литературе считанные проценты. Он активно формировал круг читателей такой литературы, его почин поддержали другие энтузиасты, и в скором времени научная фантастика стала продуктом для специально выращенной и подготовленной публики. Инфантильная, не привыкшая к усиленной мозговой работе, эта аудитория долларовой бумажкой очертила небольшой круг тем, возле которых вынуждены были пастись писатели. Авторов тоже выводили особых, их обучали столь чутко и умело, что они сохранили уважение к самому знаменитому дрессировщику на долгие годы, хотя, казалось бы, должны были с кулаками бросаться на человека, гнобившего их индивидуальность. Нормальный  литературный процесс протекал далеко в стороне, там научная фантастика местного разлива никому не была нужна, во всяком случае долгие годы даже наиболее значительные достижения американских фантастов существовали лишь в особо отведённой резервации - журналах SF,  и ни одному издателю не приходило в голову собрать историю будущего Хайнлайна или "Основание" Азимова под книжную обложку. Собственные книги у большинства фантастов, которых ныне принято считать классиками "золотого века", появились лишь в конце 40-х - начале 50-х.

В отличие от американской, у отечественной фантастики была великолепная родословная. В становлении жанра принимали участие литературно одарённые люди из верхнего королевства - Валентин Катаев, Борис Лавренёв, Мариэтта Шагинян, Сергей Буданцев, Илья Эренбург, их опыты печатались не в бульварной периодике, а в литературных журналах (сравните влияние на НАЦИОНАЛЬНУЮ литературу редакторов Гернсбека и Воронского, журналов "Amazing Stories" и "Красная новь"), о фантастике писали ведущие критики. Однако для большинства авторов фантастическая проза стала лишь эпизодом в жизни, вызванным относительной свободой 20-х годов, позволявшей всяческие эксперименты без особых последствий. Едва нагрянула полиция нравов и появились первые, сперва деликатные «указивки», призывавшие описывать химизацию сельского хозяйства, практически все будущие советские классики ("князья", если воспользоваться терминологией Лема) делянку дружно покинули. Лишь у Михаила Булгакова фантастика составила львиную долю прижизненных публикаций, да красный граф Алексей Толстой, автор двух великолепных фантастических романов, вполне обоснованно считается отцом-основателем советской НФ, хотя фантастика в его творчестве занимает не первое место.

Однако уже тогда существовало чёткое разделение: фантастика Толстого публиковалась в "Красной нови", а Беляева или Потехина - в журналах приключений, развлечений и для умелых рук. Ещё не было статьи Беляева о фантастике-Золушке, ещё далеко в будущем дискуссии о сложностях взаимоотношeний фантастики и мейнстрима, а внятная и справедливая градация существовала: это - литература, а это - не литература. Голос Александра Беляева остался слышен после того, как молодые и буйные таланты покинули помещение НФ. Неудивительно, что на долгие годы сложился канон "настоящей научной фантастики" именно на примере Беляева: облегчённое повествование для юношеской аудитории, без литературных изысков, с подробными разъяснениями и комментариями…

Таким образом примерно в конце 30-х годов в точке, близкой к нулевой, сошлись фантастика американская, рождённая в кухонной подсобке (самоуверенная, как средней руки бизнесмен из Абердина, штат Южная Дакота, ничуть не комплексующая из-за своей неполноценности и вряд ли её осознающая – см. самодовольное заявление Хайнлайна, приведённое в статье Лема), и фантастика советская, рождённая в барском доме здоровой, симпатичной и с поцелуем феи на челе. Если мы сюда же добавим фантастику английскую, которая после Уэллса практически перестала существовать как самостоятельная автономная единица (всякий интересующийся историей НФ знает, как часто британца Кларка называли американским фантастом; а ведь этот был из лучших), следует сильно задуматься. Видно, что-то и в самом деле неладно в этом литературно-фантастическом конструкторе, если из него пытаются собрать то кровать, то тумбочку, а в итоге всё равно получается бластер.

отзыв написал Journalist 15 февраля 2012 г. в 19:54

Хочу сказать вот о чем.

Нет, о том, что это отличный образец фантастики, что тут есть все, что нужно твердой НФ, что Лем на высоте - тоже можно сказать. И добавить:

Такого больше не будет. Такой вдумчивой фантастики. Ведь Непобедимого Лем писал в далекие 60-е, когда ритм жизни был намного медленнее и читатели читали более вдумчиво, размереннее. Непобедимого характеризуют, как боевик. Но! Что это за боевик по современным меркам, где действие начинается только ближе к концу книги. Да современный потребитель целлофановых кино-блокбастеров в лучшем случае уснет в самом начале. В худшем - выберет для просмотра что-нибудь более динамичное. Например - Хэллбоя или Людей Ху.

Я не считаю, что сейчас НФ извелась (Вернор Виндж - ревностный продолжатель. И тоже выпускает одну книгу в несколько лет) или стала хуже. Просто она стала более массовой. Более франшизной. Более доступной для рядового читателя. (вроде серии Сталке или того же Мира Метро Глуховского).

Но радует, что даже сейчас Лема читают и ценят очень высоко.

Таки да - золото от времени не меркнет.

отзыв написал PATARR 03 ноября 2011 г. в 11:53

"Непобедимый" Станислава Лема, для меня, прежде всего - образец сочетания научной фантастики и боевика, в которои гармонично сплетаются действие и мысль.

Лем - мастер! Если он хочет показать грусть - читатель загрустит, если ему будет необходимо действие - вы быдете с жаром проглатывать страницу за страницей, непроизвольно сокращая не участвующие в процессе переворота листов мышцы Если он захочет Вас испугать - будет страшно. И еще - будет страшно интересно.

Вот и в этом романе в равной степени замешаны передовая научно-техническая мысль (представление о том как будет развиваться в будущем наука и техника) и неизбежное для мастера такого уровня как Лем противопоставление/столкновение несовершенства человеческой мысли, его неспоспособности объять необъятное, с НЕПОЗНАННЫМ.

Лем - выдумщик. В супротивники, оснащенному по последнему слову и вооруженному по самое "не могу" Человеку, автор выбирает внешне мало примечательнх, по отдельности малозаметных и даже с виду вроде безобидных организмов, поскольку назвать их предметами язык не поворачивается, хоть и технологическиая, но все-таки жизнь. Однако внешне безобидные и уязвимые существа, на поверку оказываются грозным врагом, противопоставить которому Человек может только свой ителлект, но никак не технологическую мощь.

Лем - оптимист. Размышляя над встречей Человека с Неизвестным, он однозначно, пусть и через тернии, но приводит его к пониманию Непонимаемого.

Лем - гуманист. В противостоянии живого и не живого, словами доктора Лауда, как более разумному виду, он предлагает прекратить борьбу.

Возможно в этом он видел главную суть непобедимости - отказ от бесполезной борьбы, как продолжение "непротивления злу".

P.S.

Давайте определмся для себя, что же нам более по душе - сенсорные кномпки на пульте ДУ от телевизора или покорение Космоса? Активное познание мира или удовлетворение прихотей своего желудка?

Если исходить из концепции мироощущения Станислава Лема - ответ очевиден.

отзыв написал fan2mas 22 февраля 2011 г. в 10:36

Как-то я прочел отзыв некоего сановного критика о "Солярисе", где было сказано об отсутствии ярко выраженной идеи романа. Между тем, сам Лем эту самую идею выразил очень четко на последней или предпоследней странице, сказав, что во Вселенной есть не только непознанное, но и непознаваемое. Вот эта вот непознаваемость Океана как раз и бесила землян, с упорством ковыряющих ассимметриады и прочие живообразования, и бессильных увидеть картину целиком. Нельзя было судить по одному мазку о полотне. Впрочем, эта идея слишком уж общая, "Солярис" получился куда глубже, он многопластовый. Тут и тайники души - "инкапсулированные воспоминания", и отношение к проблеме "субъект или объект". Правда, вот как реагировать человеку на "гостей"? Они же как живые люди - страдают, плачут, думают. И они совершенно чужие. Не существа даже, а тени снов Океана. Возможно, что люди не могли наладить контакт с Океаном просто потому, что разнились в масштабах. Представьте себе разумного вируса, блуждающего между синапсами человеческого мозга, наблюдающего бурление медиаторов, измеряющего токи, блуждающие по нейронам... Многое ли он поймет о человеке? Будет ли способен воспринять его как носителя разума? Да и разумен ли Океан? Точного ответа Лем не дает, а соляристика похожа на уфологию - наблюдений масса, вздорных гипотез куча, а анализа - ноль целых, хрен десятых...

отзыв написал Гельвард Манн 03 февраля 2010 г. в 11:51

Стоит сказать, что "Солярис" я читал три раза, и каждый раз по-разному.

Первый раз - в детстве, и тогда меня больше всего привлекли описания соляристических феноменов (симметриады, мелькальцы и т.п.) До сих пор поражает, как красочно Лем говорит о настолько абстрактных и чуждых человеку явлениях. (Кстати, оба фильма по "Солярису" много проигрывают от того, что демонстрируют Океан в виде "кипящего риса" или фиолетовых молний; Океан и его феномены - неотъемлемая часть сюжета, и даже возможности современной 3D-графики вряд ли позволят адекватно их отобразить).

Второе прочтение было, если можно так выразиться, классическим - игры подсознания, и все такое. Кстати, незадолго до того я прочитал книгу Михаила Бейлькина "Секс в искусстве и фантастике", где последовательно "доказывалось", что Снаут - гей, а Сарториус - педофил. При всей и так очевидной бредовости этого допущения, стоит еще отметить, что Лем так построил книгу, что мы никогда не узнаем, в чем на самом деле заключалась тайна персонажей.

И только на третий раз до меня дошло, что это книга не о Крисе и не об Океане. "Солярис" - это драма, где главную роль играет Хари. Если "фантомы" остальных персонажей нам неизвестны (возможно, это что-то вообще неодушевленное или совершенно невообразимое), то Хари - существо, осознающее себя и из-за этого страдающее. Если вспомнить, что вопрос этот поднимался Лемом во многих книгах, не только в "Солярисе", становится ясно, что эта тема его очень занимала.

На самом деле, конечно, "Солярис" - многогранная книга, произведение, которое уже сейчас можно поставить в ряд классических, наравне с книгами, к примеру, Достоевского (и только беспричинное презрение к фантастическому жанру может объяснить тот факт, что оно не входит в школьную программу). Плюс к этому - великолепный язык, точное построение сюжета, тщательно прописанные детали.

Оценка, естественно, 10.

отзыв написала swamp girl 23 декабря 2009 г. в 23:35

Книга пугающая. Читала первые главы по ночам - в поезде и дома. Всё время казалось, что за дверью кто-то есть, мерещились всякие шорохи Атмосфера станции создана потрясающе, да и сама планета прописана очень зримо - тяжёлые, липкие волны Океана, мимоиды, всякие "странности". Необыкновенные цвета тонко подобраны, создавая особое настроение. В мире Соляриса есть что-то давящее так, что хочется уйти. Но только не перестать читать книгу

Однако у меня осталось впечатление, что я чего-то не поняла. Ни в коем случае не считаю это виной книги или автора, но мне ещё многое там надо переосмыслить... Должно быть, роман из тех, которые перечитываешь на протяжении жизни, находя в нём каждый раз что-то новое. Как вы уже могли догадаться, "Солярис" я открою ещё не раз

Больше всего зацепила проблема так называемых "гостей". Я с ужасом представила, что мне доведётся встретиться с каким-нибудь дорогим, но давно потерянным человеком, и это будет как бы и не он... Но снова быть рядом... Не знаю, что бы я выбрала. А вы?

отзыв написал VladD 27 февраля 2009 г. в 15:51

Основным стилем цикла является не просто научная фантастика, а некая солянка: научная фантастика; психологический портрет человека будущего; развитие и построение отношений  человека с искусственным сознанием; ну и, конечно, детектив. Нужно отметить в отличии от современных писателей отличное описание главного героя, глубокое объяснение его поступков в экстремальных ситуациях с психологической точки зрения. Описание ощущений в бассейне  - это феноменально (рассказ "Условный рефлекс"). Не знаю биографии Лема, но врядли это можно так раскрыть, не испытав на себе. Разгадка гибели космического корабля в рассказе "Ананке", а точнее именно сам процесс мышления Пиркса при этом - тоже великолепен. Но больше всего понравился "Дознание": нестандартное построение рассказа (от нескольких лиц), захватывающая динамика сюжета, максимально правдоподобное развитие ситуации на борту корабля (интуитивное понимание Пирксом подстроености аварии привело к его растеряности - и как следствие к счастливому happy end).

Лем представил Пиркса не как супергероя, а как обычного человека. Ведь во всех его поступках нет ничего героического, обычная реакция обычного человека-проффесионала своего дела.И именно это вместе с отличным психологическим портретом делает главного героя понятным (можно даже сказать предсказуемым) читателю.

Как итог - отличный цикл,  непостаревший и сегодня.

отзыв написал GomerX 02 сентября 2008 г. в 14:37

Потрясающее и уникальное в своем роде по замыслу и по объему (более 1200стр.) творение, которое под силу было выполнить только одному человеку - Станиславу Лему. Для этого потребовались бы усилия целого литературного журнала или института. Никто впредь не сотворит ничего подобного.

Читается значительно легче, чем "Философия случая", что не может не радовать.

Лем как критик пытается выявить не только оригинальность, мастерство авторов, но и "пользу" тех идей, которые встречаются в SF того времени; беспощадно расправляется с волной посредственных произведений на избитые темы, выходивших, в основном, из под пера американских фантастов. Без критики не обошлись и свои собственные книги.

Книга состоит из двух томов:

1ый - Структуры - посвящен анализу фантастики с точки срения структурализма. Лем на столько лаконично раскладывает все стандартные схемы литературных произведений и приводит при этом такие подходящие примеры из жанра, что с ним сложно поспорить. Можно лишь упрекнуть, что некоторые SF романы он просто не включил в свой глобальный анализ (да и вряд ли возможно учесть все, что издается). Особенно мне понравилось как мастерски он аргументирует такое видение литературы: Любое произведение - это игра, в которую автор играет своими героями. Он сам придумывает правила этой игры и выбирает антураж и главные фигуры. Но не смотря на все достоинства произведения в художественном плане, автор может вести как изящную красивую игру, так и весьма посредственную, а может быть, что и вообще нет никакого экшна - такое тоже встречается. И не смотря на то, относится ли произведение к жанру SF либо мэинстрим, либо детектив - везде работают одни и те же шаблонные схемы, и мало кому удается выйти за границы этих схем.

2ой - Проблемные поля фантастики - собственно и представляет собой анализ проблематики произведений этого жанра.

После прочтения "ФиФ" у меня изменилось восприятие качества фантастических произведений в принципе. Не удивительно, что с написанием этой монографии Лем подвел своеобразную черту под всей прочитанной им SF&Fantasy и затем с середины 70-ых не читал белитристику этого жанра вообще. Что, те не менее не мешало ему писать свои НФ романы до 85-го года, но они на столько выделялись из литературы этого жанра ("Голем XIV", "Осмотр на месте", "Фиаско"), что сравнивать их с чем-то вообще очень сложно.

Читать советую тем, у кого богатый читательский опыт в SF, чтобы можно было лучше понять автора.

отзыв написал olvegg 26 апреля 2008 г. в 21:34

Да, соглашусь с мнением, что роман далеко перерос авторский замысел. Одна из основных тем творчества Лема - проблема взаимопонимания, контакта. Первой серьезной пробой был "Эдем", но там цивилизация двутелов получилась слишком уж человеческой и узнаваемой. Тогда Лем отбросил всякий антропоцентризм и придумал нечто совершенно чуждое человеку. Вместо цивилизации, состоящий из множества разумных существ - единое... существо? Разум? Нечто настолько непознаваемое, что не поддается никаким наивным попыткам классификации. Взаимопонимание невозможно, потому что нет никаких точек пересечения в мировосприятии. Обе стороны проводят эксперименты друг над другом, заранее обреченные на провал.

Таков основной слой, но (и это-то и превращает книгу в шедевр) им роман не ограничивается. Солярис становится зеркалом самого человека - всматриваясь в нее, он видит лишь собственное отражение, может быть искаженное, гипертрофированное, и тем не менее: "О  нем не узнаем, пожалуй, ничего, но, может быть, о нас..." Снова поднимаются извечные вопросы смысла жизни, предназначения - чтобы в очередной раз остаться неотвеченными. Что правит миром - порядок и целесообразность или же случайность и ошибка? Все в нашей жизни гармонично, посвящено высшей цели или мы просто игрушки в руках слепого бога, которому до нас по большому счету нет дела? Солярис не дает ответа.

отзыв написал andreich 16 июня 2010 г. в 16:30

Произведение смело можно отнести к эталонам жанра научной фантастики! Выверенный баланс, когда ничего лишнего, но при этом и скупым изложение не назовешь. В течение всего времени прочтения и даже после прочтения, держит в напряжении таинственный, динамичный сюжет с перчинкой боевых действий! Но и после концовки многие тайны так и остаются не раскрыты, только гипотезы... Главная идея оригинальна и не утратила актуальности. А ведь это 1964 год! Но Лем умудрился построить технические описания так, что год написания практически не ощущается, плюс к этому традиционно-сильная научная сторона. Можно отметить разве что несколько легкомысленное отношение и переоценивание возможностей атомной энергии, но в то время многие верили в перспективу её безграничного применения. А чего стоит описание просыпающегося крейсера в самом начале! У меня в памяти сразу всплыли кадры из голливудских фантастических фильмов. Да чего уж там, и в дальнейшем меня не покидало ощущение необходимости экранизации... Роман вне времени!

отзыв написал syslik 05 февраля 2009 г. в 01:17

       "Солярис" заставляет задуматься. И тем самым читатель осуществляет то, что хотел донести до него Станислав Лем. Самопознание-вот главная и первоочередная цель для человека. Ведь за все годы существования мы так и не смогли полностью разобраться в нас самих. Человек и есть главная загадка для человечества. И какая разница разница, есть ли жизнь на Марсе или что твориться за тысячу световых лет от нас если мы даже не знаем что твориться в наших душах, не можем разобраться в своих желаниях.

       Океан дал главному герою то, что наилучшим образом было отпечатано в его сознании, то есть то что было самым важным для него. Казалось бы так просто: хочешь, не можешь жить без этого - так на, бери. Но это было бы верно лишь для животного. Человек очень сложен и в этом его величие. Мы можем любить воспоминания, мы можем желать того чего боимся, мы можем испытывать одновременно совершенно, казалось бы, несовместимые чувства, нас мучает совесть.

       Обязательно прочитайте эту книгу. Она гениальна

отзыв написал GomerX 24 января 2009 г. в 14:47

Прочитав этот роман ещё в детсве, я стал фанатом научной фантастики окончательно.

Я тогда представлял себя вместе с персонажами книги на этой загадочной планете. В скитаних по заброшенным фабрикам, где продукция уничтожается на месте и превращается в сырье для новой партии продукции, замыкая круг; по покинутым лабораториям, где в колбах хранятся образцы неудачных генетических экспериментов; по резервациям, где обитают живые результаты таких экспериментов. От всего этого я получил очень яркие впечатления. Концовка романа, тоже весьма логична. А что же они могли ещё поделать с цивидизацией, идеалы которой с одной стороны далеки от наших, а с другой - гротескно показывают наш мир.

Да, я согласен, что автор не особо старается создавать какие-либо яркие образы геров, и это правильно. В этом и главное отличие НФ от мэинстрима, и новой волны где больший акцент авторы ставят на изображении внутреннего мира героев, построении их психологических портретов. Лем очень хорошо разбирался в литературе и то что некоторые его осуждают за "не живых" персонажей, - это ерунда. Цель была - показать живую планету и это удалось автору на все 100%.

Я надеюсь и жду, что кто-нибудь все-таки снимет фильм по этому роману, что он получится, во всяком случае, не хуже чем "Обитаемый остров" Стугацких, и это ещё раз подогреет интерес молодежи к классике НФ.

отзыв написал GomerX 30 августа 2008 г. в 10:26

Когда читал, думал, что Лем  просто издевается над читателем, предлагая ему такую ерунду. Сюжет - не понять - то ли он есть толи его нет, на столько спонтанно и безсвязно все происходит. Идеи, заложенные в это произведение стали доходить до моего сознания только через пол года после прочтения. И я начал понимать всю грандиозность замысла писателя! Это что-то вроде "Сказки о тройке" Стругацких, но в то же время, более глубоко, более всеобъемлюще, более жестко и фатально, наконец.

Наш мир - это здание, бесконечный лабиринт. Инногда нам кажется, что мы решаем как нам быть, что-то постоянно выбираем, определяя тем самым своё будущее, но возможно все наши "самостоятельные решения" - это всего лишь "провокация", на которую мы поддаемся, не замечая этого. Мы не знаем есть ли цель у нашей жизни, у этого "сверхважного сверхсекретного задания", которое достается герою ромна. Мы не знаем существует ли "инструкция" по которой нам нужно действовать, чтобы выполнить это задание. Или же как бы мы не поступали, - все-равно мы живем по сценарию, разработанному в "инструкции".

Но самое, на мой взгляд, потрясающее в этом произведеии - это его концовка. Читается очень тяжело, но если удастся все-таки себя пересилить, то в конце есть над чем подумать!

отзыв написал Темный маг 02 мая 2008 г. в 12:47

Величественно и немного грустно. Одна из тех редких книг, которая заставляет читателя не просто «стать» героем произведения, а заставляет думать так же, как герой. И вообще, заставляет поразмыслить над серьезными вещами. И именно от таких книг некоторое время находишься под впечатлением.

Подобный эффект я ощутил у Кинга в «Кладбище домашних любимцев». Вроде бы там главного героя звали Луи Крид. Книга Кинга производит тот же эффект, как и «Солярис» - заставляет думать в духе произведения и ставить себя на место главного героя, который решает для себя серьезные вопросы морали. Смогу ли я жить дальше с мыслью о смерти близкого, или же его «возвращение» будет хуже самой смерти?

Так и в «Солярисе». Я - Крис. Кем стал бы для меня вернувшийся любимый человек, который всего лишь материальная копия моего воспоминания?

Это не развлекательная фантастика. Читать интересно, если читатель готов к размышлению. Если же нет, то книга покажется ему нудной, и слишком «научной».

Люди, читайте такие шедевры, они того стоят!

И еще. Насколько понял, я прочитал неполную версию книги. Вроде бы там кусок вырезан (цензура советских времен), где идет рассуждение о «неполноценном» Боге. Да и перевод, видимо, лучше должен быть. И теперь я представляю, КАКОЕ впечатление произвел бы на меня более качественный перевод с полным текстом!

отзыв написал Borogove 16 декабря 2009 г. в 22:43

На большую рецензию не хватает духу, но впечатление сильнейшее. "Глас Господа" - производственный роман не больше, чем набоковское "Бледное пламя". Не без огрехов: Лем начинает роман как мемуары, а чем дальше, тем больше срывается на повествование от первого лица.

Тем не менее, более реалистичной фантастики просто не существует. Лем настолько высоко поднял планку SF, что после "ГГ" даже произведения Азимова воспринимаются как литературные сказки. Язвительное, беспощадное произведение-паззл о возможностях человека, об упорном труде и добытом в поте лица хлебе. О вкусе этого хлеба и о нестерпимом желании съесть целый сендвич.

отзыв написал saddlefast 02 ноября 2009 г. в 04:36

Аристотель сказал, что человеку естественно жить в обществе, и даже в большей степени, чем иным представителям мира живого, живущих стаями или муравейниками. Величайшее благо оказал людям первый человек, придумавший, как лучше всего воплотить эту естественную склонность и придумал государство.

Но, тут возникают сложности. Почему государство, призванное защищать людей и помогать им жить в гармонии ради общего и частного блага превращается в огромный концлагерь - в мир, разделенный на тирана и его приспешников, вертухаев, блатных, мужиков и петухов.

Наверное, многих мучает вопрос – как это выходит, что люди, наделенные разумом существа, способны быть рабами, что они способны быть надсмотрщиками и что они способны быть тиранами. Это свойство всяких разумных существ – созидать чудовищную иерархическую пирамиду репрессивного общества, или это случайная ошибка земной эволюции разума породила тоталитаризм. Вот это и есть тот вопрос, который решает Лем.

И писатель строит мысленный эксперимент. Возьмем и придумаем планету, населенную совершенно невероятными существами, лишенными "первородного греха" Земли. Вообразим себе невинных жителей Эдема. Не случайно, что название планеты - это название Рая. И дадим только одно условие – эти жители Рая наделены разумом. И посмотрим – может ли у них возникнуть тоталитаризм. И выясняется, что логика разума ведет не только к идеалу совместного проживания ради общего блага, но и к идеалу концлагеря.

Лем описывает идеальную конструкцию общественного зла. Нет уже ни охранников, ни зэков. Адская машина принуждения тогда сильнее всего, когда вертухаи и зэки вынуждены оставаться вертухаями и зэками. Когда они считают разумным и наиболее предпочтительным такой лагерный  способ совместного существования.

Разумность становится на службу оправдания существующей реальности. "Конечно",  -говорят «двутелы», - "наш концлагерь – это зло, но ведь без концлагеря мы совсем пропадем, не выживем". Навязанные вначале ценности становятся глубоко личными убеждениями. Разумное существо приучают к логике, позволяющей оправдывать любое насилие над собой ради блага для всех и каждого.

"Это как два человека, ненавидящих друг друга", - объясняет «двутел» условным романным землянам, играющим роль «ученых идиотов», - "у одного коробок, и другого – спички. И пусть они ненавидят друг друга, но все равно должны разумно существовать вместе".  Так и зэки и вертухаи уже не могут друг без друга, и даже считают факт совместного существования единственно верным и рациональным.

И если Вы думаете, что такая «прокрустика» планеты Эдем не имеет аналогов на планете Земля, то может быть, Вы невнимательно смотрите на мир, в котором живете.

Каждое разумное существо есть моральный субъект, совершенно четко понимающий, что условия его жизни не являются оправданием его преступлениям и нарушениям заветов совести. Но, каждое разумное существо словно несет в себе некий тайный отпечаток зла.

Этот роман - как бы "Сон смешного человека" наоборот. Райская невинность жителей далеких планет оказывается всего лишь фикцией. В природе разума, говорит нам мораль романа «Эдем»,  словно есть такая минимальная доза зла, от которой не избавиться, "первородный грех" интеллекта. И эти минимальные дозы зла, как в собираемой мозаике, при проживании разумных существ вместе могут сложить ад на Земле.

Словно сам разум, долженствующий по определению любить одну лишь истину, и является отцом всякой лжи. Может быть, именно потому он и стремится к истине, хотя бы на словах, потому что сам ею нисколько не обладает. Не случайно в романе много места посвящено обсуждению вопроса ложности и имстинности в обществе, механизмам воздания второго, иллюзорного мира пропаганды. Когда, как объясняет людям "двутел", официально корабля землян вовсе и нет, но все жители Эдема знают, что он есть. Когда всякий факт становится только предлогом для чудовищной фальсификации.  Когда всякая добытая разумом истина оказывается полу-истиной, недо-истиной, не-совсем-истиной, а, проще говоря, ложью.

Будто Природа или Бог в отместку за право разумного существа быть разумным наделило его вековым проклятием – тягой к лжи, несвободе и злу. Способностью, созидая Рай, творить в результате Ад.

отзыв написал Ведьмин Кот 20 июня 2009 г. в 19:33

Насколько глупы и жестоки люди по отношению к самим себе - неоднократно отказаться от того, чего хочешь, убить тех, кого любишь, разрушить то, во что веришь... Эту книгу нужно прочитать вовремя, нужно успеть, пока еще есть вопросы, пока сам ищешь ответы, пока сама жизнь не дала жесткий урок...

отзыв написал Sawwin 25 апреля 2009 г. в 22:39

Открыл истрёпанный томик Лема, перечёл "Терминус" и снова стало больно, как будто читаю в первый раз. Это не рассказ. Это сама жизнь (или, быть может, смерть) навеки вмерзшая в кристаллическую память ремонтного робота. Бесчётное число раз миллионы читателей погибали на разбитом корабле, отчаянно выстукивая: "Кто говорил? Кто..."

Если кто-то скажет вам, будто научная фантастика устарелое направление, которое давно пора сдать в архив и забыть, напомните ему про "Терминус" Станислава Лема. Одного этого произведения достаточно, чтобы оправдать существование всей научной фантастики.

отзыв написал Alexandre 14 февраля 2009 г. в 10:51

Перечитал заново,  теперь могу и отзыв написать.  Повесть состоит по сути из нескольких частей, не слишком тесно связанных друг с другом.

Первая посвящена психологическому испытанию - "бане" - когда испытуемый проводит длительное время в условиях минимума внешних раздражителей, погруженный в теплую воду.  Я сам когда-то в бассейне находился в похожих условиях, дыша через трубку. Я провел в этой "бане" всего несколько минут, но мне хватило.  Руки и ноги и вправду начинают исчезать, эмоции при этом самые неприятные.  Тем интереснее выглядит описание переживаний Пиркса, и особенно к месту его ответ доктору Гротиусу: "Вы там лежали? ...  Так вы полежите..."

А потом, когда выяснилось, что Пиркс занял первое место на этих испытаниях ему дают поручение.  И он летит на Луну, на довольно-таки опасную, хотя и скучную работу, и там ему удается решить загадку гибели работников этой станции. Ничего сверхъестественного, однако именно характер Пиркса, его эмоциональная устойчивость и позволили ему найти решение там, где спасовали специалисты.

Наверное есть в повести анахронизмы, вряд ли стали бы на Луне пользоваться допотопными пластинками, которые еще надо проявлять, наверняка сейчас протянули бы кабель и передавали бы сигналы в режиме реального времени, а компьютер старательно бы все обрабатывал и хранил.

Но, думаю, никогда в жизни не смогут люди обойтись без таких, как Пиркс - неторопливых, внимательных и добропорядочных.

отзыв написал kkk72 19 декабря 2007 г. в 11:15

Впечатляющее, масштабное произведение. Люди изучают Солярис, а Солярис изучает людей. Как же мучительно оказаться объектом изучения, когда твою душу, твои мысли и чувства буквально выворачивают наизнанку, когда вес твои потаенные страхи, все припрятанные комплексы вытаскивают наружу! Очень нелегко выдержать все это и остаться самим собой. Роман заставляет крепко задуматься о человеке и о его месте во Вселенной.

отзыв написал Ruddy 11 ноября 2005 г. в 19:51

Такой повести я еще никогда не читал. Сам по себе уникальный сюжет, просто ни на что мною читанного ранее не похожий... До конца даже не догадываешься, что же на планете происходило и происходит.

Особенно удивил автор своим способом описания героев, можно сказать - "безликим". Почти никаких имен, кроме одного - "Генрих", почти нет описания внешности персонажей, их внутренних монологов, не раскрываются их Личности - все повестовование направлено лишь на раскрытие сюжета, ничего более... Но как сюжет раскрыт!

Кажется, что повесть лишена некой чувственности, "Научная Фантастика чистой воды" - но это лишь иллюзия: последние две страницы доказывают обратное.

Замечательное произведение. Я потрясен...

Автору мое глубокое почтение.

отзыв написала Gnbwsyf 20 июля 2011 г. в 13:31

Интересно, что отзывы на это произведение оставляют только те, кому оно понравилось. Те, кому не понравилось, видимо, боятся, что их сочтут недалекими, ограниченными, недоросшими до "Соляриса". А многие даже оценку не выставляют, думая : "Может я чего-то недопонял. Может ещё пойму когда-нибудь". Поэтому у книги высокий рейтинг. ... Я в книге всё поняла, но не вижу ничего колоссального и шедеврального. Более того, я страшно разочарована концовкой. Завязка меня заинтриговала, я всё надеялась на более острое развитие сюжета. Но увы... А заумные и нудные научные описания состава Океана кажутся неуместными, так как никакого развития в этом направлении нет.

Ученые на Станции мне показались пациентами из психиатрической клиники. Разве с такими психологическими проблемами отправляют в космос для изучения непознанного? - Не верю! Их должны были тестировать по тысяче раз. И уж человека, у которого любимая девушка покончила жизнь самоубийством, как он считает по его вине, ни за что не допустили бы в космос! И вообще, запирающиеся в своих комнатах, отключающие на несколько дней связь ученые? Полный абсурд! Почему они все, кроме Криса прятали своих гостей? У автора не хватило воображения придумать их? Ведь мы так и остаемся в неведении кто приходил к другим героям книги...

Короче, мне слишком многое не понравилось, и слишком малое порадовало.... Оценка 5, не более

отзыв написала irakez 28 июня 2011 г. в 03:29

Книга вызвала самые отрицательные эмоции - удивление, недоумение, возмущение, гнев. Во второй части не покидало ощущения нарастающего идиотизма и параноидального бреда. Как человечество могло отправить на первый в истории контакт с внеземной цивилизацией горстку недоразвитых питекантропов с гранатами? Как они додумались проецировать собственные фобии и психические расстройства на квинтян, обвиняя их в параноидальности? Квинтяне действовали абсолютно логично в ответ на нелогичные действия людей.

Какой прекрасный способ установить контакт - захватить и уничтожить плод чужого труда (квинтянский спутник), не зная его назначения, не удосужившись задуматься, может ли там быть живой разум, который эти обезьяны не смогли опознать. Это варварство перечеркнуло бы все даже разумые попытки установить контакт в будущем.

Лем уделяет много времени теории игр, но совсем мало одной мысли, высказанной еще Фрейдом - развитый психически (хочу подчеркнуть именно психическое, а не интеллектуальное развитие) человек должен быть способен на установление межличностной связи, освобожденной от всяких игр. Людям, которые любят животных и могут находить с ними контакт известны простые приемы контакта - выйти на открытую местность, выказывать спокойствие и доверие, дать другому путь к отступлению и, самое главное - дать ему возможность изучить себя. Но не "захватывать" и не начинать по нему "стучать" в уверенности, что он не захочет сделать то же самое.  Доверие - основа любого плодотворного контакта. Как эти люди могли этого не знать? В доверии, безусловно, присутствует риск. Поэтому существо, ищущее мирного равного контакта с другим существом должно раз и навсегда решить для себя - готово ли оно принять этот риск. Или довериться и пойти на риск, или забыть о слове "контакт" вообще.

Эти вещи не являются невозможными для человеческого существа, как нас пытается убедить Лем. Сейчас существуют люди, работающие с опасными животными и находящие с ними контакт без применения силы, а руководствуясь лишь пониманием их жизни и психологии. Хороший пример - так называемый "человек-волк", который изучает волчью стаю изнутри, живя с ними вместе. Он изучает их, а они доступным им способом (обнюхивая и осматривая) - его. При этом он не использует никакого оружия и часто находится в настоящей опасности - если что-то пойдет не так, стая может разорвать его в секунды. Это необходимый риск, без которого был бы невозможен их контакт и взаимное изучение. Его одно время часто по Дискавери показывали. Неужели на Земле будущего не нашлось хотя бы десятка таких людей, вместо этих тупых одноклеточных???

Книга полна интересных мыслей, но лично у меня эта квинтессенция идиотизма вызвала такую эмоциональную бурю, что я оказалась неспособна воспринимать красоту научных построений. Если оценивать мастерство писателя или мысли ученого - можно поставить 10. Удовольствие от чтения - 2. В итоге могу поставить только 6.

отзыв написал atgrin 17 октября 2010 г. в 12:55

"Берешь в руки "Войну и мир" или "Преступление  и наказание" — и делай с ними, что в голову взбредет: Наташа может пуститься во все тяжкие и до и после замужества, Анна Каренина — увлечься лакеем, а не Вронским, Свидригайлов — беспрепятственно жениться на сестре Раскольникова, а этот последний, обманув правосудие, — укрыться с Соней в Швейцарии, и т.д." Это — прямая цитата из рассказа об игре "Сделай книгу сам". Не правда ли, что-то напоминает?

В этом коротеньком рассказе, написанном без малого 30 лет назад, Лем, как это очень часто с ним случалось, многое предугадал в нашем настоящем. Например, чем является роман Сета Грэма-Смита «Гордость и предубеждение и зомби» и ему подобных творений, как не результатом сборки "литературного конструктора", описанного в рассказе? Создаётся впечатление, что Грэм-Смит внимательно прочитав новеллу польского фантаста, принял её за руководство к действию и приступил к созданию своих творений.

Но в одном ошибся польский фантаст, футуролог и философ — он считал, что популярности у таких произведений не было бы. Ведь кому это интересно, читать исковерканные жизнеописания неизвестных тебе героев. А по мнению Лема, классических героев не будет знать никто, кроме небольшой горстки специалистов, а потому и переписанные книги о них востребованы не будут. Всё это оказалось совсем не так. Роль популяризатора взяли на себя ТВ и кино, которые, пусть и уже в интерпретированной форме, знакомят массового потребителя с классическими сюжетами, готовя его для следующей ступени развития — прочтения "Новых приключений" Раскольникова, Безухова, Джейн Эйр, Спартака,..  кто там следующий на очереди?

отзыв написал terrry 05 октября 2010 г. в 18:28

Художественное творчество Лема в координатах «X: время-Y: качество», на мой взгляд, можно уподобить весьма высокому плато. Начинается это плато резким подъемом в виде «Астронавтов» и «Магелланова облака», а заканчивается еще более резким обрывом, следующим за романом «Фиаско». На самом же плато можно выделить две вершины, разделенные не только по времени, но и, главным образом, жанрово-тематически. Более поздняя вершина – это «Осмотр на месте», более ранняя – «Солярис». Время написания этой вещи - не только творческий расцвет самого Лема, но и расцвет НФ и в англо-американском мире, и в СССР. Не умаляя заслуг пана Лема, можно предположить влияние соответствующей «ноосферы» на появление выдающихся произведений НФ.

Переводчики издательства «Текст» (Г. Гудимова, В. Перельман, 1992 г.) утверждают, что в оригинале название планеты «Солярис» не склоняется, то есть имеет женский род. «Солярис» привычно называют романом, но, строго говоря, это повесть. Ситуация на станции показана достаточно камерная и сюжет, который полностью вытекает из (чрезвычайно интересной) фантастической ситуации, вполне новеллистичен. «Солярис» часто называли образцом т.н. «твердой» НФ, здесь Лем еще не очень погружается в философические дебри, оставаясь на уровне, так сказать, философских глубин.

            Лем много раз говорил о том, что когда он описал прибытие Кельвина на станцию, он сам еще не знал, что именно  ожидает его героя. Вот эта атмосфера беспокойного ожидания замечательно передана в тексте. И она особо усилена, на мой взгляд, резкими изменениями освещения от двух разных солнц – описано очень натурально, зримо, как и всё на станции.

Относительным недостатком повести «Солярис», который был бы еще более заметен в полноценном романе, является некоторая схематичность героев. Все они художественно прорисованы немногим лучше, чем вполне безликие Доктор, Координатор, Инженер из «Эдема». Наверное, поэтому не вполне убедительными представляются причины «вторичного самоубийства» «Хэри», и даже, на мой взгляд, гибели Гибаряна. Впрочем, любовные и психологические коллизии никогда не были самой сильной стороной Лема. Лем – не Достоевский, которого он, кстати говоря, называл великим и гениальным писателем. С другой стороны, текстом психологически примитивным «Солярис» не назовешь, мои придирки здесь по самой высокой мерке. Но всё это, кажется, не влияет на основную мысль рассматриваемого произведения, которую неоднократно провозглашали вслед за Лемом (так как, она, видимо, верная): «Среди звезд нас ждет Неизвестное!» Но одно дело провозгласить, и совсем другое – убедительно показать это в конкретном произведении средствами искусства. Лему в «Солярис» это удалось блестяще. Главное достижение– это, вероятно, сам Океан, грандиозная онтологическая и гносеологическая загадка. Вот где даются простор и пища образному воображению читателя, да и уму тоже. Однозначных интерпретаций (а, значит, и снижения познавательной ценности текста) здесь ожидать не приходится. Я бы не согласился с тем, что «Солярис» - произведение о попытке ( неудачной) контакта человеческого разума с абсолютно нечеловеческим. Скорее, речь идет о границах и методах самого человеческого познания. А познание, собственно говоря, один из смыслов жизни. Возникает вопрос о цели этого познания, которое (цитата) «только тогда истинно, когда оно опирается на нравственность», а вопрос о разумности океана играет более или менее прикладную роль. Сам Лем писал, что "Солярис" - антропологический эксперимент на тему что будет, если человек столкнется с явлением, которое ПРЕВОСХОДИТ  понимание.

            Хочется отметить абсолютно оригинальные описания симметриад, мимоидов и прочих образований океана, которые и в самом деле можно принять за описания реальных объектов. А вот информации о «гостях» Снаута и Сарториуса чуть, может быть, не хватает. Очень занятно следить за развитием вымышленной истории исследований планеты Солярис (говорю это также как человек, имеющий к науке некоторое отношение).

В целом, можно сказать, что «Солярис» - великолепное произведение, показывающее как художественно, так и методологически на что способна НФ: беллетристическая фабула и философское содержание соединились в правильной пропорции, дав нечто более значительное, чем могла бы каждая составляющая в отдельности. Ознакомление с этим текстом, без сомнения, полезно всякому культурному человеку. Гарантировано увлекательное и при том ценное в познавательном аспекте чтение.

С интересом прослушал аудиоинсценировку с участием А. Джигарханяна и А. Филиппенко. Однако, эта постановка, в отличие от простой аудиокниги, ни в какой мере не может заменить прочтение полного текста. Между прочим, телеспектакль "Солярис" 1968 г. тоже представляет на мой взгляд, большой интерес, хотя он совершенно не похож на знаменитый фильм А. Тарковского. В этом спектакле, кстати, психологическая фабула взаимоотношений Криса и Хэри выписана с большей определенностью, пожалуй, даже большей, чем в тексте - предельно жестко. С одной стороны, это показывает, что гуманизм повести, как заметил А.Ф.Бритиков, противоречив. А с другой - наличие множества интерпретаций, вероятно, само по себе говорит о значительности произведения Лема.

отзыв написал terrry 21 сентября 2010 г. в 16:49

Должен сказать, что Лем – один из немногих авторов, которых я мог бы назвать «любимыми». А «Возвращение со звезд» одна из любимых книг у Лема. Это – один из образцов научной фантастики как серьезного (без каких-либо скидок «на жанр» и т.д.) вида литературы, просто хорошая литература. Эту книгу приятно читать и интересно перечитывать.

С годами мое отношение к данному произведению менялось. Если в юном возрасте большего всего завораживал антураж, который, кстати, и сейчас не оставляет равнодушным, то потом внимание постепенно сместилось на социологический аспект. Собственно, ради исследования придуманного Лемом социологического эксперимента им и была написана эта вещь. Действительно, ценность в чем-то осуществившегося футурологического лемовского прогноза, интересные идеи из области физики не кажутся мне основными достижениями романа. Характеры героев, драматические и любовные перипетии выписаны вполне добротно и заслуживают внимания, однако, сами по себе не представляют ничего особенно выдающегося и оригинального. Думается, Лем-романист к этому и не очень стремился. (Но читать все равно интересно.) Основное – это фантазия по классическому образцу – «а что было бы если….». Конечно, не просто какая-то фантазия, а лемовская, парадоксальная! Лем, естественно, замахивается здесь на самые трудные вопросы человеческой и общественной психологии, и при этом его социологическая и культурологическая модель – целый мир. Есть в книге и забавные моменты, связанные с взаимоотношениями человека и роботов (лемовский конек), которые украшают повествование. Есть и по-настоящему интересные, захватывающие эпизоды, которые можно почерпнуть только в научно-фантастическом произведении, - рассказы Брегга о его космической экспедиции. Смысловой кульминацией романа является разговор Брегга и Турбера в последней главе. Можно сказать, что этот роман - "антропологическая фантастика".

Сам Лем, как известно, негативно оценивал «Возвращение со звезд», имея в виду адекватность своей модели (бетризации). В самом деле, можно придумать сущий ад, в котором люди изводят друг друга «косвенными» способами, не причиняя при этом никому ни малейшего непосредственного вреда. Хотя, кажется, что и этот «ад» был бы гуманнее нашего мира. Ну, Лем сам себе устанавливал планки, а на читательский интерес к книге они не влияют. Следуя Лему же, можно сказать, что текст – это генератор всевозможных смыслов, возникающих в мозгу читателя при чтении. И в этом смысле «Возвращение со звезд», судя по разнообразию отзывов, - весьма качественный генератор.

Хороша и аудиокнига. Густой бас исполнителя, кажется, соответствует образу главного героя, а мастерские изменения голоса и интонации хорошо передают реплики персонажей-женщин.

отзыв написал Цефтриаксон 16 августа 2010 г. в 16:06

Солярис. Один из немногих АБСОЛЮТНО нечеловеческих разумов в литературе. Без попыток привить чуждому существу псевдочеловеческие черты, чтобы читателю было удобнее и понятнее.

И как видим, человек в столкновении с подобным так и не способен выбраться из кокона эмоциональных реакций, привычек, заранее приготовленных линий поведения. Лишь в пиковые моменты, перед смертью или перед сумасшествием человек и способен разорвать этот порочный круг.

Это верно и для героев книги, и для читателей.

Гениальная книга.

отзыв написала aldanare 09 июня 2010 г. в 18:13

Разумная (???) планета-океан Солярис (кстати, в оригинале Солярис женского рода) с плохо изученными физическими и совсем не изученными мыслительными характеристиками… Странные психические аномалии среди ученых, дежурящих на орбитальной станции близ планеты… Разгребать происходящее поручено психологу Крису Кельвину, который обнаруживает на станции атмосферу тихого сумасшествия и… странных “гостей”, которых вроде бы не должно там быть, но они есть и одним своим существованием доводят ученых до безумия. К Кельвину тоже приходит “гостья” – когда-то любимая им Хари, которая покончила с собой по его вине…

“Гостей” порождает Солярис, но зачем он это делает? На каком языке он пытается разговаривать с людьми – если вообще пытается?

Эти вопросы как будто бы остаются за кадром – на фоне выяснения отношений Кельвина и Хари, когда он понимает, что перед ним совсем другое существо, не та, которую он любил, но тем не менее он уже любит эту, другую Хари, наделенную настоящими человеческими чувствами… “Это была Хари. Самая настоящая. Другой быть не могло”.

И на фоне мелодрамы блекнут, отступают на второй план размышления о Солярисе, как будто он – Бог: жесток ли Солярис? Милосерден ли? Как он относится к людям? Нужны ли мы ему? Ключом могла бы стать – но не стала – фраза из магнитофонных записей погибшего ученого: “Поиски мотивировки этого явления являются антропоморфизмом. Там, где нет людей, там нет также доступных человеку мотивов”.

Лем пытался столкнуть человечество с Иным разумом – настолько Иным и настолько разумом, что и представить невозможно. Это “Ding an sich, Непознаваемое, Вещь в себе, Вторая сторона, пробиться к которой невозможно”. Даже если люди не одиноки во Вселенной, очень может быть, что все, что мы можем ТАМ встретить, безнадежно далеко от нашего понимания...

отзыв написал duke 14 сентября 2009 г. в 21:15

Первое моё прочитанное художественное произведение Лема, которое не имеет отношения к фантастике ни малейшего. Это первый роман из так называемой трилогии «Неутраченное время» (привет Прусту), вторая и третья часть которой так и не была переведена на русский язык (по крайней мере, официально).

В целом прочитанным остался доволен. И претензия (если так можно сказать) у меня только одна – сюжет не очень-то увлекательный. И хитросплетениями не блещет. Всё так неспешно, детально, неторопливо, «одноколейно» – получился самый что ни на есть настоящий «производственный роман», хотя сама идея показать жизнь обитателей психиатрической лечебницы в стране, оккупированной немцами (действие романа происходит в Польше через полгода после начала Второй Мировой войны) мне понравилась. Этакий сермяжный реализм: подробнейшее описание профессиональной деятельности врачей, латинские названия болезней; второстепенные персонажи выписаны с тем же тщанием, что и главный герой. Кроме того, великолепные пейзажные зарисовки едва ли не на каждой странице романа, а любое мало-мальски заметное событие раздуто до проблемы вселенского масштаба. Текст плотный, даже вязкий. Вообще, уровень владения словом (двадцатисемилетнего, к слову сказать, писателя) поражает. Собственно из-за последнего и оценку такую высокую поставил. А еще – за финальные десять страниц: накал страстей на фоне общего вялотекущего действа сразил наповал.

Явный «левый» уклон (из-за которого, я думаю, этот ранний лемовский роман не снискал особой популярности) имеет место быть – с этим не поспоришь, но художественные достоинства текста, имхо, перевешивают. И если когда-нибудь мне представится возможность прочитать на русском вторую и третью книгу – сделаю это обязательно.

отзыв написал Brian_Basco 07 апреля 2009 г. в 04:46

Так уж получилсь, что впрвые я познакомился с творчеством Лема благодаря благодаря голливудскому Солярису Лема. Это уже позже я прочитал саму книгу, а еще позжу мне наконец удалось пересмотреть фильм самого Тарковского. Все-таки, по отношению к фильму, да и к самой книге, у нас, у советских людей были свои преимущества. Не думаю, что в массе своей, американский читатель так уж хорошо знаком с творчеством Лема. Но оба фильма равноудачны, Содерберг снял хорошую адаптацию для американского кинозрителя. Я знаю, что экранизация Тарковского Лему не понравилась, но мне очень интересно узнать, а как Лем отнесся к американской версии?

Наверное, Тарковский с Лемом сейчас сидят где-нибудь у тихой гавани на Солярисе, и молчаливо следят за нашими оценками, думая при этом — какая же это мышиная возня...

отзыв написал rusty_cat 16 марта 2009 г. в 19:01

Добавить что-либо о "Солярисе" после предыдущего автора - кощунство.

Поэтому я напишу пару слов о Леме.

Роман, в очередной раз иллюстрирующий нам, каким должно быть хорошее фантастическое и даже не побоюсь термина научно-фантастическое произведение. Если сравнить с глубиной работы, проделанной Лемом при написании Соляриса, глубину произведений современных "звезд" фантастики, мне кажется, становится понятным, насколько измельчала фантастика, увлекшись модным экшном и сказками на околонаучные темы.

Хочется отметит еще и тот факт, что литературный стиль книги - а именно переплетение многоуровневых идей с многими уровнями взглядов на эти идеи, - создает "океаническую" глубину, которой из нынешних вряд ли кто может похвастать. К счастью или к сожалению, такие писатели, мыслители, философы появляются чрезвычайно редко, но - я надеюсь - иногда они все-таки появляются, и я с нетерпением ожидаю, когда же в современной фантастике загорится имя, которое возможно поставить на одну высоту с именем Станислава Лема.