Эдвард Джон Мортон Дракс Планкетт, 18-й барон Дансени (Edward John Moreton Drax Plunkett, 18th Baron of Dunsany)

Эдвард Планкетт, восемнадцатый барон Дансени, — ирландский англоязычный писатель (прозаик, драматург, поэт), один из основоположников современной фэнтези.

Представитель древнего рода, восходящего к датчанам, Эдвард Планкетт родился в Лондоне в семье инженера. В детстве и молодости он был изолирован от современной политической и художественной жизни — ему даже не давали газет, чтобы на глаза не попала бракоразводная хроника. Воображение подростка волновали сказки братьев Гримм и Андерсена, а с ирландскими сказаниями он познакомился гораздо позже, и они, кажется, не произвели на него впечатления. В частной школе заставляли читать Библию; как много позже вспоминал Дансени, «годами ни один стиль, кроме библейского, не казался мне натуральным, и я боялся, что никогда не стану писателем, потому что никто другой этим стилем не пользовался».

Дансени продолжил обучение в Итоне и Королевской военной академии Сэндхерст. В двадцать один год он потерял отца, унаследовал титул и стал обладателем немалого состояния, которое значительно уменьшилось во время первой мировой войны: тогда он стал, по словам биографа, «чрезвычайно богат, как для поэта, и довольно беден, как для пэра».

Дансени был настоящим аристократом, а в искусстве — дилетантом: тем, для кого сочинительство остается не более чем увлечением, пусть даже и любимым. Он был лучшим стрелком Ирландии, прекрасным шахматистом (сыграл вничью с Капабланкой, составлял задачи для «Таймс» и придумал собственный вариант асимметричных шахмат), хорошим игроком в крикет, отважным солдатом (участвовал в бурской войне, где чудом остался жив, и в Первой мировой, где был ранен).

В 1901 г. Дансени вернулся из Африки в родовой замок, а три года спустя женился на Беатрис Чайлд Вильерс, дочери графа Джерси; в 1906 г. у них родился сын Рэндал.

К этому времени Дансени опубликовал за собственный счет первую книгу — сборник миниатюр «Боги Пеганы» (1905). Иллюстратором стал известный график Сидней Сайм, который и впоследствии, на протяжении почти двадцати лет, иллюстрировал книги Дансени. Более того: многие рассказы и создавались как «подписи» или «расшифровки» рисунков Сайма. Книга имела определенный успех, так что все остальные сочинения писателя выходили уже в профессиональных издательствах. Но главное, «Боги Пеганы» стали едва ли не первым в европейских литературах опытом создания «вторичного мира», если воспользоваться термином Дж. Р. Р. Толкина — миром со своей космологией, мифологией, историей и географией. Мифология Дансени имеет несколько сновидческий характер (не случайно один из позднейших сборников получил название «Рассказы сновидца»), но обладает чрезвычайной внутренней убедительностью и оказала огромное влияние на многих писателей, от Лавкрафта и Толкина до Борхеса. А парадоксальный юмор Дансени, его холодная ирония и постоянная игра с читательскими ожиданиями, столь заметные в двух «Книгах Чудес», отразились и в современной иронической фэнтези, прежде всего в творчестве Нила Геймана. В сборнике «Меч Веллерана» (1908) Дансени, по словам критика-энциклопедиста Джона Клюта, «чуть ли не единолично создал жанр “меча и магии”».

Миры Дансени были бы невозможны без пристрастия писателя к древним языкам и экзотическим названиям. Этическая проблематика в них практически отсутствует: Дансени, как и многие писатели рубежа веков, ценил прежде всего эстетику, самоценность прекрасного. Вот как он описывал свой творческий процесс:

«...И однажды воображение пришло на выручку, и я создал богов; а затем пришлось сотворить и людей, чтобы те поклонялись богам; а также и города, где они будут жить, и королей, которые будут ими править; но королям и городам потребны имена, и великие, веские имена нужны широким рекам, которые — я видел это — ночами текут по королевствам.

Вероятно, моя голова содержит больше греческих слов, чем я смог бы перевести, а также — множество имен ветхозаветных царей. Немало горацианских од я выучил прежде, чем узнал смысл хоть одной их строки. Полагаю, когда нам приходится изобретать новое имя, Память, «Матерь муз», что обитает в кладовых сознания, на которые мы ошибочно вешаем табличку «позабытое», сплетает непривычные древние слоги и создает столько имен, сколько понадобится. По крайней мере, я не раз обнаруживал подобие слова, казавшегося порождением чистого вдохновения, и некогда знакомого имени.

Изобретать имена мне легче всего — за вычетом, пожалуй, создания мифов. Вот некоторые из моих любимцев: Сардалтион, Тадденбларна, цитадель богов, и Пердондарис, прославленный город.

Вот какое впечатление на меня производят классики. Кто-нибудь скажет или я где-нибудь прочитаю: «как молвил такой-то пред стенами такими-то», — и, поскольку мое знакомство с классиками весьма поверхностно, слова эти вызовут одно лишь изумление, частицу которого я и пытаюсь передать читателям, когда словно бы неумышленно, вскользь упоминаю некую битву или повесть, ведомую всем в королевствах по ту сторону заката и в городах, что построены из сумерек, где доводилось бывать мне одному...»

Не менее важен, чем рассказы 1900-1910-х годов, и роман «Дочь короля Эльфландии» (1924) — классическая книга о землях, что пребывают на границе «ведомых нам полей», ставшая образцом для Хоуп Миррлиз, Нила Геймана, Сюзанны Кларк и многих других писателей. «Лорд Дансени указал путь всем нам», — написала Эллен Кашнер, а Кэтрин Мур заметила: «Никому не удастся подражать лорду Дансени, но, верно, все, кто его читал, пытались это сделать».

Дансени финансово поддерживал начинания «ирландского возрождения» — и так познакомился с поэтом Уильямом Батлером Йейтсом, который сразу признал гений Дансени, составил небольшой сборник его избранных сочинений и заставил написать первую пьесу («Сияющие Врата»). Драматические сочинения Дансени пользовались огромным успехом в Англии и Америке (на Бродвее одновременно шло сразу пять), привлекли внимание и к рассказам, которые ранее выходили тиражами в пару сот экземпляров. Впоследствии отношения двух великих писателей ухудшились: Дансени был категорически против независимости Ирландии (его даже ранили во время Пасхального восстания сепаратистов в 1916 году) и отказывался подчинять свое творчество национальным вопросам. Уже в независимой Ирландии Йейтс предложил Дансени лишь статус кандидата в члены национальной Академии Искусств. Тот, конечно, отказался, но все-таки был принят в Академию несколько лет спустя, когда перешел к реалистической прозе на ирландском материале.

Из позднего творчества Дансени наиболее известен цикл рассказов о Джозефе Джоркенсе: тучный завсегдатай клубов, всегда готовый рассказать невероятную историю о своих путешествиях во всех частях света, породил целый жанр фантастического «клубного рассказа» (Артур Кларк, Спайдер Робинсон и мн. др.).

В 1930-е годы Дансени оставил родовой замок на попечение сына и окончательно переселился в Англию, в графство Кент — недалеко от своего друга Редьярда Киплинга; Ирландию он посещал нечасто. В 1940 году Дансени принял пост профессора английского языка и литературы в Афинском университете, но вскоре вынужден был эвакуироваться в Британию и записался в отряд местной самообороны. Кентская деревня Шорхем, где Дансени провел почти всю войну, пострадала от бомбардировок более, чем любая другая в стране.

В конце 1940-х — 1950-е годы вышло несколько новых прозаических книг Дансени, он активно работал на радио и телевидении, совершал лекционные турне по Европе и США, однако пребывал на периферии литературной жизни. 27 октября 1957 г. Дансени скончался после приступа аппендицита. Но и полвека спустя его книги переиздаются, а влияние на развитие фантастики неоспоримо.