Данная рубрика — это не лента всех-всех-всех рецензий, опубликованных на Фантлабе. Мы отбираем только лучшие из рецензий для публикации здесь. Если вы хотите писать в данную рубрику, обратитесь к модераторам.
Помните, что ваше критический текст должен соответствовать минимальным требованиям данной рубрики:
объём не менее 2000 символов без пробелов
в тексте должен быть анализ, а не только пересказ сюжета и личное мнение нравится/не нравится
рецензия должна быть грамотно написана хорошим русским языком
Модераторы рубрики оставляют за собой право отказать в появлении в рубрике той или иной рецензии с объяснением причин отказа.
Всевозможные сценарии переигровки Второй Мировой появляются с завидной регулярностью, с каждым разом становясь все более и более сумасшедшими. Дарта Вейдера не желаете? Или супер спецназовца, который одним махом тысячу побивахом? Но на фоне подобных измышлений порой встречаются крайне серьезные и качественные произведения, в которых допущения невелики, а главное они лишь средство, а не цель.
С дебютной книгой Сергея Анисимова, "Вариант Бис", я познакомился в тот момент, когда мои представления о войне уже успели отойти от наивно радостных, основанных на парадах, и продвинулись к осознанию того, что это весьма и весьма печальное событие. Но "Вариант Бис" поразил меня до глубины души. Простым и доступным языком автор рассказывает о мире, почти не отличающемся от нашего. Самые разные герои, летчики и моряки, пехотинцы и танкисты, все рода войск представлены в громадном полотне масштабной бойни, охватившей всю Европу.
Сделанные Анисимовым допущение малы, хотя и поражают своими результатами воображение. Сдвинутое на несколько часов начало войны. Мощные линкор и океанский крейсер, вкупе с авианосцем, которые в нашем мире так и не были достроены. Подробнее о них можно узнать, как в , так и в . И это почти все. Прочее - тщательно обдуманная и смоделированная автором альтернатива, в которой суждено сойтись лицом к лицу бывшим союзникам.
Некоторых возмутил и оскорбил тот факт, что писатель столкнул государства вместе воевавшие с фашизмом, но в том то и дело, что даже в нашем мире такой исход мог иметь место. По крайней мере, перед началом Второй Мировой. Этому способствовало и напряжение между союзными государствами, и политическая ситуация, когда СССР начал расширять зону влияния. К счастью, у нас этого не произошло, хотя подобные мнения звучали: .
Но для чего понадобилась автору война между СССРом и западными странами? Думаю, в первую очередь потому, что в ней могла ярче проявиться уродливая суть войны. Безумие, настоящее сумасшествие, когда одни люди без зазрения совести убивают других. А разница между расами, идеология - лишь повод решить другие проблемы - политические и экономические.
Хлестко и остро, беспощадно правдиво, Анисимов говорит о тяжелых "буднях" и пекле сражений. О людях, оказавшихся простыми винтиками гигантской военной машины, равнодушно перемалывающей судьбу за судьбой. Здесь нет безликих масок, нет идеальных героев, есть настоящие, упрямые, живые люди, которые просто хотят жить. А еще хотят, чтобы выжили их близкие, друзья, знакомые, и потому они вынуждены воевать.
А достоверность описаний и событий, начинающаяся с имен и фамилий, с названий частей, с технических характеристик танков и самолетов и заканчивающаяся сленгом, как русских, так и иностранных солдат. Эти сведения не вываливаются бессмысленной грудой, вот, дескать, мы не лаптем щи хлебаем, разбирайся как хочешь. Они проступают постепенно, в диалогах, на заседаниях, в мыслях, в примечаниях и сносках. В схемах линкоров, крейсеров и авианосцев. Автор сумел отобразить подлинный мир великой войны, оставшийся далеко в прошлом. Отобразить в деталях и в общем, так чтобы даже не возникло сомнений, что это ты стоишь на палубе линкора или сидишь в кабине пикирующего истребителя. Ты глядишь в прорезь обзорной щели, выцеливая вражеские танки, теряя товарищей.
Наверное, если бы некоторые милитаристы прочитали эту книгу, они бы десять раз подумали перед тем, как ввязываться в какую-то авантюру. А может быть и не подумали, это их дело и их воля. Зато у читателей есть возможность увидеть самим, без прикрас, жестокий быт масштабной бойни, где гибнут тысячи людей. Увидеть и задуматься, чтобы не питать потом радужных иллюзий. И я бесконечно благодарен Анисимову за это.
Итог: философская книга о войне, которая никого не оставит равнодушным. Лучшая прививка от милитаризма.
В другом романе А. Иванова, "Географ глобус пропил" - очень хорошо показан момент совершенно иррациональной погони. Некая экспедиция школьников во главе с преподавателем встретила двух мужиков. Те спросили - есть ли водка? И им просто недостаточно уверенно ответили "нет". Те погнались, просили и грозили одновременно, и догони - дело могло бы закончиться очень скверно.
Подобный иррационализм, когда из-за оскотинения и пары неловких слов готова случиться любая трагедия, как нельзя лучше подходит в качестве фона для ужастика.
И типичный фильм-ужасов, как база сюжета, очень хорошо прослеживается в "Псоглавцах". В некую вымирающую деревню приезжает собранная с бору по сосенке троица. Выпилить в местном полуразрушенном храме уникальную фреску святого Христофора - тот изображен с головой собаки.
И уже по пути некая плохо говорящая девушка не рекомендует ехать в деревню. И сама деревня - хорошего впечатления не производит. Есть местный пожилой уголовник (избражающий авторитетного вора) и местный молодой отморозок. Есть явный конфликт городских с сельскими. Есть дача за высоким забором, богатый хозяин которой не желает, чтобы деревня окончательно исчезла, потому как посреди заповедника (а окрестные леса заповедником объявлены) эта дача ему куда дороже стоить будет. Есть заброшенные торфяные выработки. И плотная атмосфера безнадёги.
Автор довольно искусно обманывает читателя.
скрытый текст (кликните по нему, чтобы увидеть)
Почти весь текст ждешь появления ужаса со стороны - из торфа выйдут псоглавцы, зверь сойдет с фрески. Идет гонка - успеют трое городских свалить из деревни раньше, чем проявится местная нечисть, или их схарчат. Вот угнан автобус, на котором ни приехали. Уже начали двигаться большие деревянные кресты. И приходит кульминация - погоня двух оборотней за героем и той самой немой девушкой, которые пытаются спастись от них на дрезине. Только вот оборотни эти - не местные. Они - попутчики главного героя, двое приехавших. Старый уголовник, угнавший автобус, предложил им разменять возвращение "транспортного средства" на жизнь третьего городского. И так вышло, что они согласились. Настоящая гонка была - с собственным оскотинением. Протагонист её выиграл.
Однако история сама по себе - по объему с трудом дотягивала до "солидного" романа. Нужны дополнения.
И вот с ними у автора получилось куда как хуже. Два пласта повествования откровенно выбиваются из общей канвы.
Громадное количество материала - история святого Христофора и его культа - представлено в виде справочного, взятого из интернета, текста. Разумеется, по сюжету главный герой шарит по сети, у него бессонная ночь. Но все-таки, этот материал подан с перебором.
Послекульминационная рефлексия (вот ведь бредовые слова в голову лезут), а если проще, то объяснение. Как почтенный детектив после поимки злодея рассказывает всем участникам драмы, как он вычислил негодяя, так и здесь, после погони вдруг выясняется, что фонд, который послал троицу в деревню - не такой простой. И охранник на крутой даче - совсем не простой. Он объясняет главному герою, что тот выступил в качестве "дэнжеролога", изъял опаснейшую культурную реликвию. В эксперименте поучаствовал. И даже зримое наличие оборотней - значимо только для героя. А для остальных может и совсем не значимо. Потому как субъективное и объективное порой сочетаются в самых причудливых пропорциях.
Как итог: история, философия и хоррор - взболтаны, но не перемешаны. Получился отличный ужастик (кстати, весьма подходящий для экранизации), однако ни до "Золота бунта", ни до "Сердца Пармы" роман не дотягивает.
Альтернативная история – почва опасная, но оттого не менее интересная. Вечный вопрос “а что, если…” вряд ли когда-нибудь перестанет будоражить умы людей – слишком уж большой простор для фантазии он открывает. К этой идее обратился и Zотов, в чьем послужном списке уже значится парочка историй, разворачивающихся в альтернативных реальностях.
Правда “Москау” – книга несколько нетипичная для автора, создавшего такие произведения, как “Апокалипсис Welcome” и “Печать Луны”. В первую очередь, потому, что она написана в более серьезном ключе, нежели предыдущие работы Zотова. Конечно, здесь найдется место сатире и ехидным замечаниям, но основной антураж книги – мир, где Третий Рейх одержал победу во Второй Мировой Войне, уже заранее начинает дергать за невидимые ниточки в душе тех людей, которые не понаслышке знают обо всех ужасах и боли тех лет.
Впрочем, автор и раньше не скупился на выбор тем, способный вызвать диссонанс среди его читателей – там была и политика, и религия. В “Москау” Zотов выбрал войну, и тем самым, скорее всего, создал определенное количество проблем. Одно дело, когда русский человек не может помыслить, что история Англии пошла другим путем, и совсем другое – когда ему преподносят не просто абстрактный пример, а конкретные, еще свежие в человеческой памяти события из своей собственной Истории. Для всех консервативно настроенных читателей, особенно для той части, которые на дух не переносят альтернативную реальность, такой подход покажется, возможно, кощунственным или спекулятивным, но книга оправдывает свой антураж, ведь именно на его фоне и осуществляется очередное вскрытие пороков современного общества – от подражания всему иностранному, до душевного разложения посредством телевизора. Во всяком случае, такой изначально выглядит главная идея – но что касается реализация, то в этот раз она немного подкачала.
Как я уже говорил, если разобраться, в творчестве Zотова мы уже не раз наблюдали за альтернативными реальностями – Царская Монархия, Ад, Рай, мир Вампиров. В этот раз это мир города Москау – мир победивших немцев, Руссландская вселенная. Но по большому счету, новый антураж от старых книг отличают только декорации – измененная политическая карта мира, экономический дисбаланс. Наполнение остается тем же – “Москау” это детектив, сильнее, чем обычно, завязанный на фантастике и Истории.
Такой подход не то, чтобы сильно пошел книге на пользу - когда читаешь, становится понятно, что, несмотря на внешнюю разницу обычного мира, и мира "арийской расы", принципы у людей остаются такими же. Иллюстрацию похожей мысли мы уже наблюдали в других книгах, пускай она там и подавалась в несколько иной форме.
Неплохо закрученный сюжет в этот раз удивляет не столько своими лихими поворотами, сколь небольшим количеством харизматичных героев. Так получается отчасти потому, что акценты произведения несколько перемешаны между персонажами, и в итоге создатель термоядерных парочек-детективов в духе Калашникова и Малинина представляет нашему вниманию сразу несколько точек зрения, слишком быстро переключающихся между собой. Это происходит по одной просто причине - ключевой проблемой книги, в главной степени, повлиявшей на стремительность сюжета, является малый объем. Повествование захватывает читателя, и как игрушечный кораблик бросает его в разные стороны, заставляя весь мир крутится вокруг. Руссланд, Америка, Япония – герои скачут по всему земному шару, но разницы эти локации между собой почти не несут – важны только внешние отличия, да менталитет населения: но для героев, ни первое, ни второе, не привносят большого значения.
“Подводные” мысли о призрачности власти и диктатуре ТВ несколько портят впечатление “лобовой” подачей - читатель любит играть с текстом, он любит добираться до сути посредством своих сил, а не за счет помощи автора. Интереснее, когда ты сам замечаешь свой порок, а не тогда, когда тебе указывают на него – так обычно эффект доходчивее.
Но не хотелось бы совсем уж сгущать краски – антураж Руссландского мира обыгран отлично, да и фирменная Зотовская ирония постоянно напоминает о себе. Жаль только, что заявленный антураж, хоть и смотрится хорошо, не отвечает на вопрос, а зачем нужно было выбирать именно такую историю с таким поворотом событий. Может быть, я говорю так оттого, что на мое восприятие накладывались впечатления от предыдущих книг автора. В этом случае читателю, который так же знаком с другими работами Зотова, покажется, что уже знакомые нам мысли поданы в несколько иной оболочке. Оболочке приятной и интересной, но узнаваемой, несмотря на то, что “Москау” по духу несколько отличается от предшествующих книг автора. Но если эта книга для вас лишь открывает такого автора, как Зотов, то вы, без сомнения, сможете найти здесь много интересного. Возможно, что оригинальный мир, фирменная ирония и захватывающая детективная линия, заставят вас обратить внимание и на другие книги Зотова, которые тоже заслуживают самого пристального внимания.
p.s. Выражаю искреннюю благодарность автору за предоставленный экземпляр книги.
P.p.s. Книга появится в продаже в середине-конце апреля.
(от "редактора" - в данное сообщение сведены две рецензии - отдельная на первые две книги и отдельная на последнюю)
Книги 1 и 2
Книжные открытия бывают двух видов. Первое, которое встречается удручающе часто, звучит как: «Господи, про это ж придется отписаться, чтоб другие не мучились!». И второе: «Ой, блин!». Возможны варианты вроде «Ух, блин!». Эти, к сожалению, редки. Да, я барышня в удовольствиях несдержанная, оттого именно так обычно комментирую первые страницы хороших книг. Ну а потом уже не до того – ныряешь с головой.
Вот Аберкромби – это то самое «блин» в наилучшем смысле этого слова. Начнем с того, что это Литература с большой буквы. С той самой, где уже исчезает критерий «фантастика», как в случае с Жюлем Верном, например. Все знают, что его книги, мягко говоря, с тогдашней действительностью имели мало общего, однако же, считают его именно Писателем, а не фантастом. Мне так думается, что Аберкромби примерно того же разливу.
Опять же, фантастики в его книгах – так, символический налет. Ну чтоб не считались мейнстримом. Ну колдовали пару раз, было. Ну мир неведомый, были там всякие первосотворенные (которые библейские ангелы, что ли?), ну неандертальцы носятся вокруг – так этим и Конан Дойл грешил в Затерянном мире, например.
Сейчас еще в оценках порассуждается, конечно, но так вот, сходу, не могу вспомнить ни одного недостатка в книге. Даже издание великолепное – рулит. Ах да, перевод же ж… Ну в целом настолько интересно, что не заморачивалась разменом на мелочи, но вот «Заслышав стук инквизиторской трости в гулкой тишине, они прервали трапезу, подняли головы и посмотрели на гостя поверх тарелок с огромным интересом.» - меня накрыло… Тарелки с огромным интересом… это ж и тарелки, небось, не маленькие! )))))
Оценки.
1. Мир настоящий и притягательный. Вот мне только что подумалось, что одним из приемов для достижения реальности автор использует неверие в волшебство. И чувствуешь себя с одной стороны таким себе критиком, который вот буквально вчера смотрел передачу про «волшебников» и нещадно раскритиковал то ли в сети, то ли во дворе на лавочке, а с другой – ты ведь знаешь, что волшебник настоящий, оттого возмущаешься всякими неверующими фомами. Хотя в первый раз, когда Байяз представляется колдуном, мы еще не знаем, на что он способен, да и вообще способен ли.
Вот это противоречие придает миру особенную достоверность.
Ну и восприятие реальности глазами персонажа: там есть такие шанка, плоскоголовые. Потом уже, ко второму тому, по косвенным замечаниям мы можем сделать вывод, что речь идет о неандертальцах, ну или о каком-то эволюционном сучке рядом с ними. Но герои-то не обязаны нам этого объяснять, вот и не объясняют. Ну есть такие шанка, примитивные дикари, всех убивают, лоб плоский – ну можно догадаться, о ком речь. Но автор специально ничего не объясняет. Я вот лично такое очень люблю. Потому что в жизни ведь ты не объясняешь невидимому читателю обыденные для тебя явления так, чтобы он понял. Мало того, что прием хороший, он редко у кого получается. У Аберкромби получился.
Вот из этих чУдных мелочей, да еще из многих других, складывается потрясающе реальная картина мира. Десять.
Да, еще забыла про едоков. Вот ведь привет из глубины примитивизма: это колдунство такое специальное, что, когда съешь другого человека, приобретешь какие-то волшебные свойства. Само собой, это очень-очень плохо для кармы. :) Но там такие мелочи, диалоги едоков чудные, персонажи на самом деле говорят так, будто считают себя пирям супер-суперменами. Да и вообще диалоги автору удаются.
2. Читабельность вот какая-то странная. Поскольку текст поражает глубиной, лишен поверхностности, с позволения сказать, бестселлеризма, он не «летит». Нет такого чтоб прям не спать, не есть… Вот дочитать пирям сейчас – и все. Но, пока ты в книге, тебя больше нигде нет. Это гибрид и . От старушки – вкус, цвет, глубина, очарование провинции, диалоги, погружение, от Доктора – динамика, красивости, рассуждения, личности. Идеальная книга, я бы сказала. Но вот это погружение оно всегда идет чуть в ущерб читабельности.
Достаточно вспомнить Волшебника Земноморья, например. Это тот мир, который я буду вспоминать перед смертью, это те приключения, в реальности которых я не сомневаюсь (хотя бы потому, что местами сильно нудно, а оттого реально), это те картины, которые до сих пор стоят передо мной, но, блин, там такие дикие безабзацные массивы! Столько нуди и мути, что местами приходится перечитывать, потому что отвлекаешься на что-то другое. И дай бы Бог на птичек за окном, а то порой интересней было стирку-уборку-готовку спланировать, чем страничку дочитать. И, тем не менее, это не умаляет достоинств произведения.
Аберкромби, конечно, сильно лучше, но некоторая часть занудности, точнее – неспешности, все же присутствует. Так что девять.
3. Интрига тоже весьма размеренна, но, поскольку в перерывах между чтением мира ты не покидаешь, это не имеет значения. То есть ты не читаешь, когда у тебя есть время от повседневных дел. Ты по мере необходимости (когда уж совсем припечет) занимаешься этими делами в перерывах между чтением. Десять.
4. Конечно, как отмечали уже многие рецензенты, главное в его книгах – это герои. Они реальны до безобразия, они разные, у них полно недостатков и реального очарования. В жизни иногда видишь людей, которые впечатываются в память таким себе личным колоритом, причем как со знаком «плюс», так и со знаком «минус». Хотя и от этих категорий качественные персонажи отстоят далеко. Они неоднозначны, интересны и непредсказуемы.
Конечно, главная находка – это инквизитор Глокта. Помнится, , что особисты – это на редкость благодарные типажи. Даже отрицательные – они притягательны до безобразия ))) и откровенны до интима. Вспомните хотя бы самый яркий пример – . Я, кстати, опупею ж еще не дочитала и не знаю, чем там дело кончилось, но персонаж ведь чуть ли не интереснее своего антагониста. Хотя бы потому, что , ИМХО, излишне спорен. Конечно, можно объяснить происхождением и амнезией, но это уже будет поиском оправданий. А антигерой понятен и омерзителен ярко и безнадежно.
В Первом законе автор умудрился сделать главного героя из антигероя. И пусть бы просто палач – тут, кстати, Олдей с их Мастером все равно никто не переплюнет, - но он такой палач, правильный, даже когда поступает неправильно. Мы понимаем, чем он руководствуется, а оттого можем простить. И пусть щекочет нервы идентификация себя с жертвой, на самом-то деле мы всегда по эту сторону баррикад. И понимаем в первую очередь палача. Тем более такого, как Глокта. Гениальный персонаж, просто интересный человек. Такой, с которым сядешь выпить и не пожалеешь ни о потерянном времени, ни о страданиях печени. )))
Ну он вроде как главный, раз самый яркий. Но другие рецензенты считают главным Логена Девятипалого – книга начинается с него. Это вариации на тему Конана, но Конана думающего, даже рефлексирующего. И в нем есть очарование Волкодава, который всего лишь ищет свой теплый угол, понимая, что не найдет. Дуристика и идеализация, но сердцу близкая и понятная – особенно дамскому. И пусть от воинов, даже в отставке, меня подташнивает, но все равно – рефлексия, замешанная на силе – это рулез. Зацепило.
Будет еще пара человек народу: уставший маг, который настолько не любит демонстрировать свое могущество, что сильно смахивает на местного шарлатана, девочка-стрелок, изломанная вдоль и поперек, которая хочет выжить и отомстить, герой-любовник, которого автор с удовольствием будет по чуть-чуть обламывать… Сюжетных линий масса и, как справедливо заметил Dark Andrew, он же : «Если бы не было уверенности, что у трилогии имеется полностью завершённый финал, автора следовало бы за подобное отдать в руки Глокты.»
Так что остается только ждать, стыдливо опускаясь до всякой нечитабельной на фоне Аберкромби разности. Да, и за героев десять – конечно же!
5. Идей много, но они не поверхностны. Пока что, в первых двух томах, не обнаружила ничего такого, что специально было бы поверху текста размазано. Может, в третьем томе?
Есть много мыслей у персонажей, естественно. Разных и толковых, двусмысленных. Даже герой-любовник думает по чуть-чуть. :) То есть герои тщательно обдумывают все, что с ними случается. И, если по правде, в литературе это нечастое явление. Таким образом автор может выражать свои мысли по поводу различных событий, которые сам же и моделирует. Думается мне, это правильно. И даже более того – это может и должно быть одной из целей написания книг. Развлекать нас и телевизор может, а вот заставлять думать даже тех, кто ищет в литературе развлечений (ну как я ;)) – это подлинная ее цель.
6. Душевность на десятку на одном калеке-инквизиторе. Вот у Буджолд, допустим, ее вечные уродцы-ГГ вполне себе чувствуют себя полноценными членами общества. И это, господа, туфта полная. Вот запросто пример: я вешу сейчас пятьдесят семь кэге при росте метр шестьдесят семь – и это при том, что кормлю , - но, блин, чувствую себя уродом. Потому что привыкла быть на шесть килограмм меньше и все эти килограммы обычно подтянуты спортзалом. И мне хреново. Конечно, можно поспорить, что будучи уродом с детства, это ощущаешь не столь ярко, но что-то я сильно сомневаюсь. И пусть сильная гениальная личность, опять же – капиталистическое общество с культом уродств, но все же, все же… Глокте я верю больше.
Придушенный капитализмом социальный дарвинизм все равно поднимает голову в отдельно взятых случаях. Например, ощущать себя альфа-самцом человеку, который по лестнице толком подняться не может, как минимум тяжело. И понятны зависть и мизантропия, и сопереживательны борьба с ними и победа духа над телом. Это, блин, не инквизитор Глокта, это . Да ладно, это каждый из нас, кто идет на работу «после вчерашнего». Это все мигрени и прочие мелкие, по сравнению с описанными, недомогания. Это просто преувеличенная версия тебя. Плюс необходимое зло, плюс глупое/жестокое/поверхностное начальство, плюс всякие более удачливые, плюс вообще жизнь – фигня… Да что тут говорить, это просто зеркало. И не кривое, а просто чуть-чуть преувеличенное. Десять.
7. Погружение, как я уже говорила, неподражаемое. Причем это случай той подлой книжки, которая еще долго тебя не отпустит. Я закрыла последнюю страницу две недели назад и до сих пор не могу вернуться обратно. Десять.
Синопсис.
Дальше перечитала Булычевскую Золушку на рынке, но не уверена что отпишусь, мелочь ведь, повестерассказ. Еще читаю с телефона Пайперовского Маленького пушистика. Хорошая штука, один из примеров древних, но неплохих книг. Поделюсь обязательно. Да, и Агату Кристи с бумаги, Убийство в доме викария – это первая книга про . Не уверена, что имеет смысл рассказывать о том, о чем и без меня уже говорено тыщу раз. Подумаю.
2010-06-06
Книга 3
Ну вот он, праздник, который не прошел мимо нашей улицы. Я, видимо, старею и к книгам отношусь все более критично. И правда, слишком много у них конкурентов. А я – человек множества увлечений, и про все написано в сети. Плюс фильмы, плюс сериалы, плюс всякий мелкий хэндмейд… У книг очень немыслимо конкурентов. Потому остаются лучшие. Ну и те, которые хвалю и буду хвалить из ностальгических соображений.
Кроме буквально горсточки избранных, к которым принадлежит и Аберкромби. Его книги практически не имеют недостатков. Ну разве что некоторые сетуют на «воду», которую не мешало бы отжать… Но, по сравнению с большинством современных циклов, это не вода, а так – налет атмосферной влажности. Роса.
А то открываю на фантлабе колонку с еженедельными новинками, а там – цикл, цикл, цикл… Вот это – вода. Без воды столько мути не намешаешь. Я понимаю, почему люди это читают. И даже не из соображений встретить знакомую морду лица, а просто чтоб заново не напрягать мозги, знакомясь с новыми персонажами, мирами, мыслями. Эта лень в голове у нормальных людей поселяется с возрастом, а у электората присутствует с младенчества. Мне тоже сейчас уже влом в рассказы вникать. Думаешь, соображаешь, а тут бац – и все уже кончилось. Пусть даже хорошо, душевно и интересно, но столько ж было петтинга… а тут бац – и все. Маловато будет.
Так что я пребываю в убеждении, что с размером у Аберкромби как раз в порядке – ни прибавить, ни убавить. Интриги же одна на другой – ничего из песни не выкинешь. А выкинешь, оно окажется ружьями и тут же набегут толпы критиков заявлять про рояли в кустах.
Очень многие жалуются на предсказуемость. Но пардон, господа, оргазм – тоже сильно предсказуемая штука. А никто не жалуется…
У текст построен похожим образом – автор очень долго и обстоятельно подводит к развязке. Чтоб уже точно дошло. А не чтоб как у - вроде интересно, и видно, что автор старался, а как-то и непонятно: была ли та развязка или не было ее… Начинаешь задумываться – это ты такой недалекий, или автору таки надо поучиться излагать мысли?
Аберкромби этого недостатка полностью лишен. Видишь каждое ружьишко, слышишь каждый выстрел, все части мозаики идеально подогнаны и четко выложены. Браво мастеру!
Лично мне было многовато битв, но это же эпик, мать его, никуда не денешься. И в целом тоже все понятно. Хотя в финальной битве Логена и Бетода с предварительными ласками явный перебор: я двадцать раз заглядывала вперед, чтоб узнать, когда и чем все закончится. Но! Я так давно не заглядываю на последние страницы книг, что автору, принудившему меня к этому, можно поставить памятник. Интересно, господа, весьма интересно.
Многие сетуют на судьбу Джезаля. Да, дядечку жалко. Многие говорят, что страдания Глокты чуточку достали. Но пусть сетующие попробуют поменяться с ним местами. В том-то и талант мастера персонажей, чтобы создавать их разными – отличными друг от друга и от читателя. Чтобы каждый мог думать: а я бы так не поступил, я бы поступил эдак. Или задавался вопросом: а как бы я поступил на его месте? И это хорошо и правильно. Это и есть основная задача литературы: заставить человека оценивать и взвешивать слова, действия, мысли… Сначала чужие, потом, авось, и до своих дело дойдет.
Да, читала жалобы на недостоверность мотивации Байаза. А судьи кто? Судьи мотивации колдуна-властолюбца с многотысячелетним стажем. Кто? Вах-вах, какие мы все важные… Джезаль, кстати, тоже так считал. И в этом фишка, ага.
Основное же число жалоб на то, что автор закончил не так, как надо бы. Да, ничто не ново под луной. Авторам свойственно писать неправильно. До сих пор вспоминаю, как же неправильно закончилась Черная Башня! Просто слов нет, как неправильно! Надо по-другому! Так в чем бы проблема? Садись и пиши. Свое пиши, фанфики пиши в конце концов!
Я понимаю критику, которая или говорит по сути, или говорит около – ну выложить собственный ассоциативный ряд и пару баек рядышком. Ну так, для интересу. Многие мои друзья умеют говорить за жизнь. У меня так не получается, мне нужна точка отсчета. И этой точкой может служить книга. Такое основание для досужего трепа дает возможность поумничать, а заодно - порассуждать за о вечном.
Но елки, какой же смысл рассусоливать о том, что история могла бы закончиться не так, а эдак. Это только издатель вправе такие номера откалывать, да и то – сомнительно. Если человек дочитал до финала, человек книгу купил. А если он ее украл, то тем более без разницы – доволен он финалом или нет.
Я понимаю, что недовольство исходом любой ситуации заложено в человеческой природе. И, если в жизни выражать недовольство без толку, ибо автор вряд учтет наши пожелания, на просторах сети его можно попинать. Оттого радует, что Аберкромби – не русский. )) Уж не знаю, чего ему сограждане навешали, но хоть не прочтет наших недовольств. Потому что на самом деле дядька сильно рулезный. Умный, интересный и неимоверно талантливый. Очень надеюсь, что его нам еще переведут.
Оценки.
1. Мир обалденный – реальный и фантастический одновременно. Как и у Мартина, он жесток и несправедлив ровно настолько, чтоб оставаться реальным и красив ровно настолько, чтобы быль фантастическим.
Тем не менее, осталось чувство, что с атомной бомбой автор переборщил. Зачем это было? Чтобы победить? Атомной бомбой? При обороне собственной столицы? Хм… Сильно смахивает на харакири. Действенно, конечно, но смысл?
И все равно девять. Мир до неприличия хорош и обстоятелен. Для меня даже избыточно обстоятелен – все-таки я терпеть не могу эпики.
Хотя вот любимый чуть не два дня убеждал меня в том, что бомба если и не нужна, то в целом оправдана. Но я остаюсь при своих: режет глаз, и все тут.
2. Читабельность для меня начиналось не особенно – я читала его хоть и после , но все еще под впечатлением от непревзойденной Ауэл. Так что вникнуть было тяжело. Совершенно разные манеры, стиль, цели в конце концов. Но зато когда вникла… Оторваться невозможно, вечером лучше не читать в принципе – даже если волевым усилием заставить себя оторваться от книги (у меня получилось), заснуть все равно не удается, прокручиваешь в голове прочитанное, анализируешь, прогнозируешь… Затягивает, зараза. Десять.
3. Про интригу я уже говорила, но повторюсь: очень обстоятельно уложены все нити сюжета, переплетены в немыслимый клубок и запутаны ровно до той степени, чтобы у читателя появилось не только желание распутать этот клубок самому, но и уверенность в успехе. Можно называть это предсказуемостью. А можно – грамотно развешанными ружьями. Я предпочитаю второе. Десять.
4. Персонажи – это основная, но не единственная фишка Аберкромби. Даже недоделанная Арди, которая, за неимением других женских персонажей (Ферро явно не в счет), вызывала нежные чувства у мужской аудитории, получила по заслугам. А то – ах, какая она честная, какая настоящая, какая замечательная! И несправедливо обиженная! Ага, а также грубая невменяемая алкоголичка, оправдываемая дядьками исключительно в силу своего нежного возраста и приятной наружности. Судьба ее сложилась вполне логично, как мне думается.
Глокта, при всей своей увечности, не создает такого впечатления, как Сюзанна Кинга. Он хреново, но ходит на своих двоих, он побеждает сам себя и реально смотрит на вещи. Это делает его настоящим. Сюзанна – она тоже настоящая. Но я все равно не верю в безногого Стрелка. Хрен бы толку с того характера, если ты можешь только ползать. Нужны как минимум подпорки в лице социума и специальных приспособлений. Глокта же самодостаточен. Возможно, что именно в этом его очарование.
Ну и Джезаль, судьба которого многих разочаровала. А как для меня, так его личность впервые за всю трилогию вызвала у меня положительные эмоции. Ибо получил не только по носу, но и по заслугам. Очаровательно!
С Логеном сложнее: он персонаж в целом трагичный, так что его судьбу тоже можно считать закономерной.
Конечно же, десять.
5. Идеи круто замешаны на персонажах, как я уже говорила. Огромную ценность книги представляет именно противопоставление персонажей читателю, долженствующее подталкивать последнего к раздумьям. Не знаю, может с кем-то и не сработало, а мне понравилось. Десять.
6. Душевность – основная заслуга Глокты. А многим Логен понравился. Некоторым даже Джезаль… Вот оно – преимущество множества сюжетных линий! Я предпочитаю как можно более сложных и неоднозначных персонажей, обладающий тяжелым, но сильным характером. Ну, близнецов себе ищу, чего греха таить? Ферро еще ничего, но глупа избыточно… И, тем не менее, все эти копания в таких разных людях, заставляющие удивляться их мыслям, характерам и поступкам, но все равно сопереживать… и более того – сопереживать тем сильнее, чем больше различие и чем больше непонимание их мотивов… Это высший пилотаж. Десять.
7. Погружение не то что затягивает, а просто не выпускает ни на секунду. Читаешь ли, нет ли – ты внутри книги. Мои лично мысли носили характер: «А как он тут!», «Ух ты!», «Это ж надо!» ну и далее в том же духе. Кроме того же атомного взрыва, который не пойми куда пришей, оттого балл сниму – девять. Не, я не против всяких уранов с плутониями и прочих изотопов, но – зачем?!! Давайте в детективе жертву не зарежем на кухне, а взорвем вместе с пароходом. А лучше – сразу с Ноевым ковчегом, и проблема с человечками решена. Смысл?!
Цитаты:
«Порой не имеет большого значения, что ты выбираешь, если ты делаешь это быстро и неуклонно следуешь этому выбору.»
«Человек притворяется, будто ему нравятся какие-то люди, чтобы сделать жизнь сносной, - это и называется «друзья».»
«Ты знаешь, кто хуже злодея? Злодей, который думает, что он герой. Такой человек находит оправдание для любого своего поступка.»
Ассоциации: таки, мать его, Толкиен. Не похоже совершенно, но так же эпично. И ощущение величия не покидает.
Синопсис.
Дальше – Час волка Маккаммоновский. Средняя книга, так скажем.
Прелесть импрессионизма в том, что зрительское воображение само дорисовывает картину, будто угадывает мелочи. Если этого нет, то цветные пятна просто пачкают холст.
Проблема, которую ставит перед читателем «Кетополис» — есть несколько уровней догадки.
Роман-мозаика добротен в мелочах, которые где гуще, а где совсем редко рассыпаны по тексту. Там действует множество живых персонажей. А каждый новый эпизод обещает, манит очередной загадкой. Но когда читаешь последнюю строчку романа, понимаешь, что объемистый том — как кувшин с вином. Он обещал открыть истину на своем дне, а вместо этого намекает на второе прочтение. Однако же вторая дегустация почему-то даёт куда худшие результаты. Старые разгадки больше не интересны, а новые отчего-то не обнаруживаются.
В чем же дело, отчего пряный привкус на языке не оборачивается легкостью мысли?
Присмотримся к городу поближе.
Разные читатели указывают на разные города-прототипы. Для меня это условный Порт-Артур образца 1904-го с некоторой примесью Сингапура из 1941-го (чтобы объяснить чересчур современные технические детали). Совсем скоро города не станет, вихрь перемен — порой страшных — сокрушит привычный образ жизни и заставит забыть вчерашние хитроумные планы. Но пока самые чуднЫе вещи могут твориться на причалах и в переулках. Здесь и смешение народов, и механическая кальмары, и почти волшебные сети, и подземники-морлоки. Аристократы, вставшие на путь исправления, соседствуют с непробиваемо честными таможенниками и отчаявшимися дуэлянтами. Но когда читаешь главу за главой — ждешь описания причин падения Кетополиса.
Это важно. Это невидимая пуповина, которой вымышленный мир текста связывается с нашей реальностью.
Простые ответы - гордыня, отсталость, жажда власти — не подходят. Они слишком универсальны, буквально к любой бочке затычка. Равно не подходит и бесконечная паутина намеков. Можно сотню раз навести тень на плетень, но не лучше ли показать калитку?
Есть ощущение узнавания выдумок, ведь, кажется, что-то похожее читалось в прошлом... Есть ощущение отгадывания целой пригоршни загадок — разъясняются судьбы персонажей. Есть ощущение эпохи, пусть и самые передовые технические разработки соседствуют со страннейшей архаикой.
Но что будет завтра?
«Большая бойня» — расплывчатая метафора и даже киты тут мало что проясняют. А Кетополис населяют слишком живые люди, чтобы сами для себя они отделывались метафорами о завтрашнем дне. В истории одного дня отражаются судьбы множества людей, является призрак эпохи — но часы, которые должны отбивать ход исторического времени, будто отключены.
Этот недостаток (?) романа застревает в сознании, как гарпун. Ждешь, что вот, наконец, все фантдопущения сложатся в единую картину некоей цивилизации, придет понимание — но приходит лишь очередной намёк.
Конечно, будь мозаика чуть беднее, чуть монохромнее, недостаток (пожалуй все-таки он) так бы не проявлялся. Но от толстенной книги, от без пяти минут эпопеи — ждешь чуть большей проясненности. Получается созерцание индийского храма — сотни скульптур не дают рассмотреть строгие очертания постройки.
Это ощущение можно изрядно притупить, если читать роман маленькими порциями. Тогда разгадки судеб персонажей будут вполне достаточной компенсацией за терпение. Сюжет оправдает свою запутанность. Роман хорош для длинного зимнего вечера или для дальней дороги, когда хочется убаюкать себя. Но ясный рассудок противится лабиринту, из которого нет выхода.
Возможно, второй том расскажет нам не просто историю одного дня, но историю эпохи.
облако тегов
Всевозможные сценарии переигровки Второй Мировой появляются с завидной регулярностью, с каждым разом становясь все более и более сумасшедшими. Дарта Вейдера не желаете? Или супер спецназовца, который одним махом тысячу побивахом? Но на фоне подобных измышлений порой встречаются крайне серьезные и качественные произведения, в которых допущения невелики, а главное они лишь средство, а не цель.
Проходной роман сильного автора.
), а если проще, то объяснение. Как почтенный детектив после поимки злодея рассказывает всем участникам драмы, как он вычислил негодяя, так и здесь, после погони вдруг выясняется, что фонд, который послал троицу в деревню - не такой простой. И охранник на крутой даче - совсем не простой. Он объясняет главному герою, что тот выступил в качестве "дэнжеролога", изъял опаснейшую культурную реликвию. В эксперименте поучаствовал. И даже зримое наличие оборотней - значимо только для героя. А для остальных может и совсем не значимо. Потому как субъективное и объективное порой сочетаются в самых причудливых пропорциях.
. Получился отличный ужастик (кстати, весьма подходящий для экранизации), однако ни до "Золота бунта", ни до "Сердца Пармы" роман не дотягивает.
