С некоторых пор я обращаю на переводчиков особо пристальное внимание. И, пожалуй, Анатолий Гелескул - как раз такой переводчик, который достоен этого внимания более, чем кто-либо. Им остается только восхищаться, потому что на таком уровне не переводят поэзию даже люди, которые сами - поэты. А Верлен, Бодлер, Лорка, Рильке, мой любимый Хименес, Галчинский, Шимборская - они все нам известны прежде всего в переводах Гелескула. Если вы видите чужие стихи, звучащие более естетственно и плавно, чем если бы они были изначально написаны на русском, - это перевод Гелескула.

Вообще, мне кажется, более всего его отличает эта ритмичность и плавность, удивительная способность подобрать слова так, что они идеально сочатаются друг с другом, нигде не то что торчащих углов - стыков не видно. Действительно тот случай, когда поэзия льется рекой. Большинство стихов в переводе Гелескула хочется не просто читать, а речитативом, половину вполне можно петь. В его переводах, особенно в испанской поэзии, есть нечто настолько переснное, что они изумительно ложатся на музыку - Лайма Вайкуле и Светлана Сурганова тому подтверждение. Не надо сдвигать никакие слоги, не надо по-уродски переносить ударение, бери стих как есть и пой. Просто восхитительно. И кажется, действительно, так просто, но я не знаю других таких переводчиков поэзии, которым удавалось бы добиться такой простоты и плавности.

Дальше не буду восторгаться, все меня уже поняли :) Круче Гелескула в переводах поэзии нет никого. Дальше буду просто цитировать.

Франсиско де Кеведо

Пещерой горбясь, горная громада

певучих слез рассыпала каскады,

и обратила каменные скаты

в цевницы влага песенного лада.

Таится нелюдимая прохлада,

немилы ей восходы и закаты -

лишь ты, отшельник, плакальщик пернатый,

единственный, кому бывает рада.

И образ твой и голос, что вначале

был голосом разлуки, а не птицы,

всех одиноких плачу обучали.

Теснины гор и влажные цевницы

ты научил выплакивать печали -

и боль мою возьмешь ты в ученицы.

Райнер Мария Рильке

СЛОВА НА СОН

Найти бы кого бессонного,

присесть на его кровать,

и в детство перенесенного

баюкать и согревать.

И знать одному, как ночь холодна,

когда впереди ни огня.

И вслушиваться, пока тишина

не вслушается в меня.

Хуан Рамон Хименес

Бродят души цветов тпод вечерним дождем.

О ростки желтоцвета по кровельным скатам,

вы опять отогрели заброшенный дом

нездоровым и стойким своим ароматом!

Он как голос, который заплакать готов,

или сказка лесная, с лачугой в низине,

где невеселы краски, и много цветов,

и большие глаза нелюдимы и сини...

Привкус горя навек с этим запахом слит

и возник в незапамятно-давние годы...

Крыша пахнет цветами, а сердце болит,

словно эти цветы - его желтые всходы.

Федерико Гарсиа Лорка

СОМНАМБУЛИЧЕСКИЙ РОМАНС

Любовь моя, цвет зеленый.

Зеленого моря всплески.

Далекий парусник в море,

далекий конь в перелеске.

Ночами, по грудь в тумане,

она у перил сидела -

серебряный иней взгляда

и зелень волос и тела.

Любовь моя, цвет зеленый.

Лишь месяц цыганский выйдет,

весь мир с нее глаз не сводит -

и только она не видит.

Сесар Вальехо

ДЕВЯТИГЛАВЫЙ ЗВЕРЬ

Никогда, человечные люди,

никогда еще столько боли

не таили сердца, стаканы,

буквари, бумажники, бойни!

Никогда так не ранила нежность,

горизонт не стягивал туже!

Никогда огонь так умело

не рядился смертною стужей!