Исполнилось пророчество о трех розах, и стон и плач наполнили столицу. Погасло солнце, и опустились на город вечные сумерки. Из подземных глубин устремилась на поверхность всякая нечисть. Мертвые покинули могилы свои, и вслед за мертвецами пришла чума.
Хаиме Бофранк идет путем, предназначенным ему свыше. Вместе с товарищами, которых позвала в столицу зловещая тайна двух квадратов, он отправляется туда, где скрывается Люциус, и никто не знает, удастся ли четырем всадникам вернуться из этого путешествия живым...
Картина конца света разворачивается в полном масштабе. Возможно уже ничего нельзя сделать, и читатель вместе с героями может придаться полному унынию. Третья книга цикла — самая мрачная, но ведущая к ответам почти на все оставшиеся вопросы. Герой делает нелегкие шаги в перемене своего отношения к бывшему другу, ему приходится воспринимать под его личиной злейшего врага человечества. Автор описывает неожиданную довольно любовную сцену между героем и девушкой, которая ему очень нравилась, однако ж принадлежала другому. А завершающие строки как-то туманно намекают, что автор явно не хочет прощаться со своими героями и атмосферой описанного времени.
Ну что ж, достойная концовка цикла, великолепный язык, сочный, богатый, роскошные описания и любопытные герои — вот что такое «Четыре всадника».
Правда, концовка показалась немного скомканной. Слишком быстро все завершилось, слишком обыденно, что ли. И, если в первых книгах названия оправдывают содержание, то здесь не понятно, зачем нужны были именно четыре всадника. Впрочем, это могла быть отсылка к Апокалипсису.
Прекрасно описано чумное поветрие. Даже в 21 первом веке заставляет передернуть плечами. Люди выселятся, прожигают оставшиеся даже не дни, а часы жизни, чтобы назавтра упасть замертво или же слечь в смертельном недуге.
Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Ну, то, что Люциус — это Жеаль, можно было понять, когда он в первый раз отказался ехать с Бофранком на «Ледяной Палец», однако, к сожалению, автор решил не уточнять, когда и как именно Проктор стал Фруде. Да и смерть его была какой-то скомканной, скованной, хотя Бофранка он сжег. Все-таки Хаиме умер на костре — как иногда шутит судьба.
Непонятная ситуация с Бальдунгом — это как тонкий намек к продолжению, которого, увы, нет. Значит, через нюклиета просто показали сущность людей, всегда стремящихся к большему, даже если это большее способно разрушить мир.
В общем, книга оставляет массу вопросов открытыми, но это лишь делает повествование правдоподобным.
подробные результаты анализа >>
