Информация об издании предоставлена произведении Роджера Желязны «24 вида горы Фудзи кисти Хокусая»: аннотация, издания, оценки и отзывы читателей, награды и премии.
... Один из основных аспектов книг Желязны — взаимоотношения человека и машины, реальности и Другого Мира. Вспомним хотя бы незабвенное Янтарное Королевство. В этой же книге «Другим Миром» является компьютерная реальность. На моей памяти, у Желязного есть три произведения на эту тему — «24 вида...», «Витки», совместно с Саберхайгеном и «Доннерджек» с Линдскольд. Итак, умирающая женщина совершает паломничество к Фудзи, руководствуясь гравюрами Хокусаи. Она идет по стопам Художника, сравнивая его картины с существующей реальностью. Мэри-Марьюшка (так зовут главную героиню) не ищет ответов, у нее есть цель. Она знает, что впереди ее ждет смерть, она не боится ее, вся ее сущность подчинена одному — Цели. Она преднамеренно не исполняет всех ритуалов паломничества, как бы подчеркивая этим различие своих целей и целей других паломников. Поначалу мы не замечаем, что читаем фантастику. Будушее здесь близко к нашему настоящему, разница почти незаметна. 24 картины — 24 главы. Начало каждой главы — мы видим рисунок глазами Мэри и сравниваем его с реальностью. Она как бы пытается разглядеть в новом, урбанизированном мире частицы прошлого, почувствовать дух прошлого, ускользаюший от нее как легкий вечерний ветерок...
Повесть великолепна, что и говорить. Думаю, не ошибусь, если скажу, что «24 вида горы Фудзи кисти Хокусая» — это вершина творчества великого Мастера, восхождение на которую надо совершать после особой настройки на сам мир Фудзи, на восприятие автора (помните, какой Лабиринт в Амбере надо пройти, чтобы настроиться на Карты?). Можно взглянуть на гравюры Хокусая — ведь именно они стали началом и вдохновением Мастера. В произведении много отсылок к книгам японских писателей, признаюсь, я их не читала, возможно, действительно много смысла для меня осталось сокрыто, но… восхищаюсь не меньше. Как сказал автор устами Мэри: «Восхищение всегда содержит в себе недостаток понимания». И ещё он сказал в одном из интервью: «Я осознал, что могу быть счастлив, любуясь одними образами, если они созданы человеком с исключительно чутким восприятием мира, личностью, которая проникает в сущность вещей способом, в чем-то созвучным моему».
Эта вещь созвучна мне...
Все нижесказанное исключительно имхо.
Многие не видят в этом шедевре смысла, а мне увиделось здесь противостояние двух сил, не просто человека и машины, более — противостояние между силами природы и техники. Между сакральной сутью первого и прогрессирующей материализацией второго. Мэри и Кит — это всего лишь их персонификации.
Что послужило причиной этой борьбы? Человек — или точнее, то, что делает человека человеком — его чувства, эмоции, осознание своей личности. Желязны не случайно рисует это противостояние через призму японской философии. Японцы — одна из немногих наций, которая до сих пор поклоняется богам природы, стихий. Синто — национальная религия японцев, культивирует поклонение духам, которые живут в деревьях, потоках, скалах, озерах, в горах. Буддизм, который позже проник в Японию, ещё более усилил поклонение Фудзи-сан, считается, что восхождение к вершине символизирует движение к просветлению. Поэтому японцы близки к природе духовно. Хокусай в серии гравюр о Фудзи с наибольшей силой выразил идею извечного единства человека и природы. Это устами Мэри и передал нам автор: «человечность должна окрашивать наши отношения со вселенной, и это не только необходимость, но и благо, и только поэтому еще светит солнце.». Думаю, понятно, что имеется в виду не просто проявление обыденных эмоций (смех,слезы- этим все мы одинаковы), а нечто самое сокровенное, которое называют душой, высшим «Я», Атманом — т.е. проекцией Абсолюта в точку. Поскольку все живое в природе содержит в себе эту божественную проекцию, то все взаимосвязано, и погружаясь в него, человек черпает оттуда силы и энергию. Эта сторона окрашена автором в светлое. В отличие от погружения в коллективное бессознательное компьютерной сети.
Вот и вторая сторона — техника. Желязны не рисует ее явным злом, это скорее предупреждение человечеству. В погоне за глобальными истинами, высшими целями никогда не забывать о том, что делает нас людьми. Это предупреждение очень тревожное, и становится зловещим, потому что автор ассоциирует его с мифами Лавкрафта — миром первобытного зла. Когда Мэри рассказывает себе страшную сказку о затонувшем городе Р’лие, она как бы говорит нам — помните, что случилось со жрецами, которые возжелали вернуть чужих богов, установить чужие истины — они отвергли свою человечность ради этого, и природа-мать им не простила… Жуткий эпизод, но один из любимых.
Намеками, полутонами автор показал, к чему могут привести действия Кита. Он, как и древний жрец, замахнулся на нечто чуждое природе человека. Только на мгновение представьте, что история закончилась по-другому, и Кит остался существовать. Несомненно через какое-то время он и стал бы причиной того пресловутого кризиса всемирной компьютерной сети, который разделил мир на Вирту и Веритэ в «Доннерджеке». Я говорю — разделил, а не сотворил, потому что в Доннерджеке так до конца и не ясно, есть ли Вирту результатом труда человека, или этот древний мир существовал задолго до, а люди просто случайно открыли в него дверь...
Поражает язык произведения — это пронзительно тонкая лирика, так способна говорить безмолвная акварель, остановившая прекрасные мгновения этого мира, вечно текущего из прошлого в будущее.
А последний вид — Большая волна Хокусая... накрыла меня с головой...
Повесть понравилась. Акцент на форме (суть по капле накапливается от главы к главе), стиле (намёки, образы, сопоставления, цитаты), гравюрах Хокусая (центр мира японцев — гора Фудзи. Она повсюду вокруг и в душе) делает чтение затягивающим, интригующим. При этом содержание: без малого спасение мира — изложена максимально просто, лаконично, сквозь мироощущение Мари. Однако её мир не прост: он богат, близок природе (а значит естественен), самодостаточен. Мы встречаем её в конце земного пути рядом со священной для японцев горой («ад внизу, рай наверху, а посередине — Фудзи), она созерцает её, она стремится к ней, она несёт её в душе. За время паломничества многое становится яснее, а что-то остаётся скрыто. Однако Мари достойна восхищения и подражания. Она знала, куда идёт и для чего. А этим не каждый может похвастаться.
Подобно Блуму, Мэри совершает грустную Одиссею по пейзажам, кисти Хокусая. Одиссея в один конец...
Желязны выложился по-максимуму... 24 способа созерцания Фудзи...(почему не 36?) Наверно, больше ни в какой другой его работе нет столько смысла, философии, ассоциации, намека НА КВАДРАТНЫЙ ДЮЙМ текста.
Мне жаль, что я мало знаком с восточной философией и исскуством — большинство ассоциаций из этих краев...
...я их ТОЛЬКО замечаю, чувствую, но не могу идентифицировать, они проходят мимо подобно ТЕНИ...
Финал меня просто ДОБИЛ, ОПУСТОШИЛ, ВЫЖАЛ...
Я ЖДАЛ этого, но ТО, что произошло, все равно оказалось неожиданным, я НАДЕЯЛСЯ, МЕЧТАЛ... но нет, все СОЧТЕНО, ВЗВЕШЕНО, РАЗРЕШЕНО...
Эта вещь, как никакая другая, для ОЧЕНЬ подготовленного читателя. Мой личный уровень слишком низок... к сожалению...НО, я надеюсь, что отголоски меня достигли...
Эта повесть квинтессенция японской философии, её отражение в уме одного из интереснейших писателей XX в. На мой взгляд, сюжет здесь не играет такой уж большой роли — уда более важны мелкие стилистисческие нюансы, которые иногда ускользают во время прочтения. Я не слишком хорошо разбираюсь в философии синто и дзэн, однако что-то заметил — касательно оружия, восприятия природы и прочих важнейших оттенках жизни. Поразительно, как всё-таки Желязны мастерски смог вплести их в сюжет, не отличающийся большим интересом, и сказать в малом объёме о многом.
Вершина творчества Мастера в средней форме. По прочтении ходил под впечатлением несколько дней и до сих пор уверен, что лучше создать повесть с примесями мифов, намеками на сюрреализм на основе восточной философии, просто невозможно. Ни Желязны, ни кому-либо другому.
Прочитал. Возникла мысль что это редкий случай когда в книге нужны картинки. А так если не обращать внимания на описание картин, которых не видишь, получается довольно неплохой киберпанк.
Совершенно сюрреалистичный какой-то изматывающий трип на Фудзи. В процессе чтения устал так, будто сам шел в гору. Только вот удовольствия особого и катарсиса не испытал. Да, написано мастерски — но это же Желязны. От него как-то и не ждешь примитивизма и корявости (обязательный реверанс переводчику. Не идеально, но вполне читабельно). Но на душу не легло и Бог с ним. Может, просто я чего не понимаю в японской философии?)
МНе очень понравилось. ПОтрясающе:) А как великолепна идея провести главного героя по «видам Фудзи от..» Или последний бой героини и ее прежнего возлюбленного? или легенда о монаха и Р'лие? Великолепно:)
Для меня эта работа Желязны осталась раздвоенной: не срослись воедино две ее составляющие — сюрреалистичное путешествие по пейзажам с видом на Фудзияму и фантастическое преследование героини ее ирреальным супругом.
Путь по сюжетам картин — сначала совершенно непонятный, но очень атмосферный, мастерски создающий настроение напряженности, усталости и при этом высокой (хотя и, повторяю, сначала непонятной) мотивации и нацеленности — занятен. А как только появилось объяснение
Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
При чтении этой повести как будто смотришь картину, но ты ее не смотришь а читаешь ) И как хороше эта картина вписалась в повествование в самом конце в 24 виде :)
Вам не кажется, что если книгу не просто проглатывать, как энное количество байт информации, а пропускать через себя, то близкие вам эмоции, передаваемые автором, обязательно срезонируют в душе... сорри за оффтопик, это я к тому, что вполне понимаю некоторых респондентов ниже. Согласитесь, что фантастическая линия здесь только для мебели. Вся повесть заточена под некие эфемерные ощущения мистической связи красот Японии. Унутренне я ощущаю, что написано все очень круто, но фактически не цепляет. К сожалению.. наверное толстокожий больно.
Для меня же не столько был важен смысл, хотя вещь очень глубокомысленна и есть над чем задуматься... мне было просто приятно читать это, строчку за строчкой. Это как классическая японская литература...Очень красиво написано...прочту еще, и не один раз.
Sorry, не понимаю восторгов по поводу этой повести. Хотя в своё время она и «Хьюгу» отхватила... Прочитал не то чтобы с трудом, а как-то безразлично. Не зацепило, да и идеи никакой не увидел. Хотя, IMHO, поздний Желязны будет послабее раннего.
