 | Прочитав почти 600 страниц стихов Быкова, я пришла к неожиданному выводу. Быков нифига не поэт. Нет у него такого специального поэтического органа. Объяснюсь: его стихи выглядят как рифмованная проза, причем зачастую формата не рассказа, а эссе. Я не вижу в них какого-то важного тонкого качества, которое делает, собственно, поэзию поэзией. У Быкова есть: интересные темы и умный взгляд на них. Некоторая толика житейской мудрости. Изрядная толика самоуничижения вкупе с самолюбованием. Но при всем при том его темы и выводы из них — они слишком прозаические в прямом смысле этого слова. Слишком детальные и серьезные для стихов, что ли. У Быкова нету: красивого слога. От слова вообще. Ведь как мы обычно читаем и запоминаем поэзию — по звучанию нескольких слов, и то, что именно эти слова оказались в одном предложении вот в таком порядке, делает сами стихи хорошими или плохими, запоминающимися или скучными. Какой смысл в словах «ниоткуда с любовью, надцатого мартобря»? — в отрыве от контекста никакого, есть общее *ощущение*, которое они производят на читателя, внутренняя музыка. А у Быкова если какие-то фразы и запоминаются, то не потому, что это красивые или точные поэтические фразы, а потому, что в них облечены умные мысли. Ту же самую мысль можно было бы выразить иначе, и ничего бы не было потеряно. В его стихах нет, мне кажется, важного качества стихов в принципе: невозможности что-то изменить без утраты прелести текста. Когда каждое слово здесь именно потому, что здесь нужно именно оно, и стоит именно в том месте, в каком должно стоять. По стихам Быкова складывается впечатление, пожалуй, неряшливости. Такое чувство, что он подбирает слова под рифму, не заботясь особо о том, подходят они сюда или нет, не заботясь особо о звучании целого. Выходит более ли менее рифмованная проза, которая на самом деле ничего не потеряла бы, если бы она стала нерифмованной. Я не говорю при этом, что Быков плохой поэт — скорее, он слишком хороший прозаик, который может писать и так, и сяк. Непохоже, чтобы он хоть где-то готов был пожертвовать общим смыслом или общим посылом ради красоты строфы — скорее наоборот. Просто он невнимательно относится к форме как таковой. Еще довод за это — постоянные цитаты «из классиков» внутри текста, сходу не приведу примеров, но это несколько выбивает — когда в тягостном грязноватом описании какого-нибудь неказистого любовного приключения встречает три слова из Пушкина, которые выглядят там, мягко скажем, не к месту (как издевка одновременно и над Пушкиным, и над собой). В целом — Быкова интересно читать, и много раз за сборник я думала нечто вроде: как точно подмечено, как он прав и тд. Но при этом в голове на уровне «хожу и напеваю» ничего не отложилось, вообще ничего. Все-таки я запоминаю сначала на слух, а потом по смыслу, поэтому Быков для меня как был прозаиком, так и останется. Ей-богу, в Тургеневских зануднейших пяти несчастных стихотворениях в прозе поэзии куда больше, чем здесь. По-настоящему понравилось и зацепило именно «на слух» (по смыслу тоже, конечно): «Новая графология-2». |
