Восстаньте, сыны Борогравии, на защиту Родины-Матери! (В очередной раз.) Злобные и вероломные соседи, только и мечтающие, как захватить Борогравию, снова у ее границ! Они просто обязаны быть злобными и вероломными — ибо мы — миролюбивый и честный народ, не так ли? Так что в том, что мы непрерывно воюем, просто обязана быть ИХ вина, не так ли? Но вот проблемка. Маленькая, но все же. Сыны у Борогравии вроде как, ну, того. Кончились. У тех, что остались, в общем, рук нет. Или ног. Или еще каких-нибудь важных для защиты Родины вещей. Тут не то, что воевать, тут и на полях-то не поработаешь. Так что картошка тоже заканчивается. Собственно, заканчивается уже кора с деревьев. И тут сами по себе в голову последним рекрутам начинают приходить вопросы. Например, такие. Да, мы, конечно, гордая страна, но чем именно мы гордимся? Мы, конечно, все до одного готовы умереть за Родину, но почему за нашей готовностью приходится неизменно следить специальному политическому корпусу? И за что, собственно, мы сражаемся, если все хорошие люди этой страны находятся в этом небольшом бараке рекрутов? Впрочем, все эти вопросы — лишь до момента появления врага. Война — это война. Думать в ней некогда, в ней надо убивать. Убивать людей, против которых ты ничего, собственно, не имеешь, и которые против тебя тоже ничего не умеют, и убивать без колебаний, быстро и четко. Иначе они убьют тебя. И не забывай следить за собственным офицером! Ибо если враги больше всего на свете хотят с тобой не встретиться, то именно твой собственный офицер хочет, чтобы ты умер за Родину-Мать.
Очень странноватая книжка для Пратчетта, то есть, обычно он — молодец, умница и шутник... И вдруг, словно начитавшись статей о домашнем насилии над женщинами, он попробовал приложить к своему мироощущению проблему жестокости... Но так как он мужчина — с «носком» ниже пояса — все же смотрит на женщин немножко со стороны... Чуть сбоку — так будет вернее. И вот что получается. Он не умеет утешать напрямую, это и претит его морали, потому что мораль — штука тонкая... Вот он и пробует утешить, как бы, женщин тем... Что предлагает им по роману быть круче, жестче, упертее и успешнее мужчин. В итоге получается — все, кто может и достигает цели — те и есть женщины. Даже на войне, даже в отношениях, сложных отношениях, которые человеку всегда и везде сопутствуют... Мужчины при этом кажутся просто дуреломами какими-то... То есть, они умеют рыгать, ходят расставив локти, умеют ругаться и еще, пожалуй, у них есть пунктик на приставании к женщинам... Как бы — и все. В общем, мужчина — не очень благозвучная пародия на... женщину... Как кто-то шутил, кажется, Образцов, наш замечательный кукольник, мужчину Господь сделал первым, потому что он — пробный вариант... Зато к женщине Он приступил, уже зная свои прежние ошибки.
В итоге у Пратчетта, получается, что он смеется и над женщинами, и над мужчинами (хотя почти и не участвует в их, гм... приключениях в этом романе), и все-равно, даже вырвавшись из-под власти мужчих, женщины... начинают жить той же жизнью, что и мужчины, Полли в конце-концов снова идет на войну, так же подбирает себе пару несмышленышей, чтобы за ними — приглядывать, и еще... она знает, что больше не позволит, ну скажем так — не позволит на себя наступать... Потому что сама в поведении способна наступить на другого.
Как всегда у Пратчетта — отлично решены и прописаны некоторые эпизоды, я не очень смешлив, но временами ржал так, что жена приходила из кухни посмотреть, чем я та-ак активно занимаюсь... Отлично и очень выигрышно предложены (чуть не сказал — сервированы) некоторые диалоги, как всегда у Пратчетта — все с ног на голову... И утверждается, что на голове для некоторых — даже удобнее... Только все же ощущается некая обездоленность именно у умных и решительных, и неслабых женщин. У тех, кто чуть слабее — все получается по-женски и счастливее... А вот с умными да крепкими?... Что делать? Вот этот вопрос и повисает в воздухе — что делать с умными и твердыми женщинами? У меня сложилось впечатление, что и сам автор с этим вопросом никак и ничего не может решить... Так он и остается — нерешенным, пожалуй, даже полузаданным... Увы.
Для начала — переводчик названия потряс. До глубины души. Учитывая, что название книги просто, прямо и несколько в лоб задает тему романа — перевести это, как Монстрячий взвод.... мда, талант. Полемический трактат Джона Нокса от 1558 года «О противоестественном правлении женщин» читать точно не обязательно, но можно же хоть погуглить оригинальное название! Тем более, что суперуслужливый Гугл выдает его одной из первых ссылок... Прэтчетт схохмил, объединив старое и новое значение слова «монструозный», но в переводе шутка была потеряна безвозвратно.
Прэтчетт, в своем фирменном стиле, умудрился написать одновременно феминистский роман, пародию на феминистский роман, военный роман, пародию на военный роман, авантюрную шутку с переодеваниями (переодевшиеся в мужчин дамы, которые, чтобы тайком пробраться в оккупированный замок, переодеваются «в женщин» — это нечто и сразу и восхитительно напоминает о замечательной комедии Виктор,Виктория ) и притворющееся авантюрной шуткой вполне серьезное размышление, что делать женщине в этом мире, коли природа подкинула ей мозги и характер, но забыла придать к этому набору «носок» :).
Отличная вещь — в очередной раз снимаю шляпу перед Сэром Терри, как никто умеющим смешать все имеющиеся жанры в одно гармоничное, смешное, глубокое и человечное целое.
Соглашусь с предыдущим отзывом о странности для Пратчетта этого произведения. Что он хотел сказать? Может он сам для себя исследовал вопрос о месте женщины в мире. Что остается делать, когда все мужчины или убиты или в плену? А старый безумный Бог отвергает камни и акардионистов, потому что все остальное уже отвергнуто. Роман о том как женщина в попытке вернуть брата с войны находит себя.
Мне у Пратчетта нравятся все произведения. Он мастер диологов и языка. А уж сколько цитат я у него вырезал- тьма. Пратчетт использует иронию и юмор как беспощадный инстррумент выдалбливать глупость и иллюзии из наших голов. Однозначно читать.
