Это Плоский мир — мир в себе и зеркало всех прочих миров.
Опрокинутая тарелка диаметром 10 000 миль, тридцати миль в толщину у Края и значительно толще в центре; диск, который покоится на спинах четырех слонов, которые, в свою очередь, стоят на спине черепахи, Великого А'Туина (или Великой А'Туин — космозоологи не вполне уверены).
Мир, управляемый метафорами, верой и «повествовательной причиннностью».
Мир, где найдется место всем — богам и людям, троллям и гномам; трусливому волшебнику, который регулярно спасает мир; ведьмам, наделенным твердокаменной уверенностью в своей правоте; Смерти (мужеска полу), у которого развилось сочувствие человечеству; и, разумеется, городу Анк-Морпорку, великому плавильному котлу, в котором творится будущее.
И то, что начиналось как пародия на классиков фэнтези и штампы жанра, постепенно перерастает в человеческую комедию — собрание ироничных и мудрых наблюдений, галерею гротескных, симпатичных и сложных характеров.
Начнем с того, что я очень люблю «Плоский мир» Пратчетта, и читая отзывы на некоторые его, на мой взгляд, очень интересные и глубокие романы, часто обращаю внимание на разброс оценок от 10 (которая кстати преобладает) до 2. Я попытался разобраться, почему же все таки люди ставят такие низкие оценки на ряду с такими высокими, сопровождающимися восхищенными отзывами. И вот что я заметил: те люди, которые ставят «десятку» восторгаются не только юмором ( который, как мне кажется, специально излагается в просторечной форме ), но еще и философией произведений, незаметной и тонкой, в которой и заключается суть романа, но люди же, ставившие низкие оценки, говорили лишь о том, что юмор слишком плоский и однообразный, не вглядываясь в подтекст произведений ( «Уважаемые, вы же не книгу с анекдотами купили! Это же РОМАН!» — кричал мой внутренний голос. )
Написав это, я надеюсь хоть как то повлиять на читателя, который еще не знаком с творчеством Пратчетта, и, насмотревшись поверхностных оценок и отзывов, передумает начинать чтение его произведений.
Хочется верить, что все таки в Плоский мир в скором будущем хлынет поток восторженных приезжих из мира «Шарообразного»
Спрашивается, чего ради писать о Пратчетте, о котором до меня уже сказали множество правильных и умных слов? И всё-таки я попробую. Только начну не с Пратчетта, а с тех добрых людей, которые, работая в издательствах, пишут аннотации к книгам. Складывается впечатление, что все они объединены в тайный орден читателененавистников. Они делают всё для того, чтобы человек, прочтя аннотацию, либо с отвращением отложил книгу, либо начал её читать в ожидании чего-то того, чем она на самом деле ни коим образом не является. Именно это и произошло с Пратчеттом. Дело в том, что Пратчетт — не Петросян. и не Задорнов. Он вообще не юморист. Да, он в какой-то мере сатирик, но это тоже лишь одна грань его произведений. Ближе всех к нему, пожалуй, Свифт. Но никак не Белянин и прочие авторы «ржаки». Кроме того, Пратчетт — не автор фэнтези. Это не Перумов, не Толкиен и даже не Зыков. Он не в большей степени автор «юмористического фэнтези», чем баснописец Крылов — автор рассказов о животных. Тогда кто же он? В первую очередь Пратчетт — мыслитель. Философ. Гуманист. Классик. А юмор, фэнтези — это лишь инструмент, позволяющий донести сложные философские концепции до нормального человека, который на лекциях по философии немедленно погружается в здоровый сон. В этом и состоит гениальность Пратчетта: он умудрился сделать увлекательными и вкусными сложные вещи. Не раздувая щек, не нагромождая сложных, надуманных конструкций. Его рецепт прост до, повторюсь, гениальности. Берется фэнтезийный антураж. В нем придумывается несложная фабула для ряда постоянных героев. Тут и там рассыпаются пригоршни английского юмора... а дальше начитается волшебство. Философия, подобно октарину — восьмому цвету радуги — пронизывает произведение, сияя в коротких авторских отступлениях, сверкая перлами в устах героев. И в результате получаются две органично связанные между собой книги: одна — приятное развлечение, другая — повод для раздумий, средство воспитания читателя.
Давайте не будем голословны. Возьмем несколько вещей Пратчетта и посмотрим, о чем они.
Мелкие боги. Это по сути трактат о происхождении и свойствах религиозности в человеческом обществе.
Пирамиды. Взаимоотношения религии и государства, судьба теократии.
Патриот. Настольная книга о ксенофобии, расизме и мировой «политике государственных интересов».
Интересные времена. Психология гражданина тоталитартного общества.
Правда, Движущиеся картинки, серия о страже — это все серьезные и мудрые книги.
Фэнтези и юмор в творчестве Пратчетта — лишь бонус. И поэтому если вы ждете от его книг только смеха или только размахивания мечами — можете смело откладывать их в сторону, они вам не понравятся.
Но Пратчетт — это ещё и ответ чванливым «официальным» ученым-философам, закостеневшим в своих абстрактных, надуманных мирах, выпендривающихся друг перед другом заумностью фраз и логических выкладок. Никого не напоминает? Это же Незримый университет во всей своей красе, в котором занимаются делом только юные энтузиасты под руководством Думминга Тупса и Библиотекарь (только не называйте его обезьяной!).
Так что с моей точки зрения Пратчетт — это чтение для тех, кто держит фигу в кармане, пролистывая труды Бертрана Рассела.
P.S. А вот в том, что Смерть — существительное женского рода, меня теперь не убедит и полк филологов. )))
Тонкость юмора, достигает заоблачных высот. Перечитал много зарубежной юмористической литературы, но данный автор является уникальным мастером иронии и шутки. Уникальность заключается в том, что все произведения автора захватывают и не оставляют равнодушными читателя. Глубокая философия жизни, разыгрывается как по нотам и образует из не понятных нам подчас житейских хитросплетений, простую, но очень ясную правду, которая постоянно мелькает перед нашими глазами, но остается незамеченной. Хотите посмеяться очень громко, прочитайте Цвет волшебства, хотите подумать, читайте Мрачный Жнец, изволите приобрести себе новых знакомых, с которыми будет весело и интересно провести время, ЧИТАЙТЕ ВЕСЬ «ПЛОСКИЙ МИР».
Мдяяяяя. В общем, представим такую картину. Человек берет ручку, закрывает глаза и начинает писать на бумаге все, что приходит ему в голову. Потом он, не прерываясь, только открыв глаза, разумеется, выходит на улицу и записывает все ,что видит там. А потом приходит домой, садится за стол, сдабривает все это своим автопортретом, парой-тройкой шаржей на своих друзей, несколькими пародиями на известных политиков, ну и, конечно, собственной неповторимой философией и чувством юмора и в таком виде отдает в издательство... А мы потом ночей не спим, читаем и оторваться не можем. Нехорошо, господин Пратчетт!
Прочитать цикл «Плоский мир» мне посоветовали друзья. Они с упоением рассказывали ничего не понимающему мне, про какого- то безумного варвара и мага неудачника, а я думал «Что за..?» но потом, после долгих уговоров я все-таки решился взять в библиотеке одну из книг этой серии.
И вот я начал ее читать. На второй странице я уже еле сдерживал улыбку. На третьей — открыто смеялся. На где-то пятой странице я потерял счет этим самым страницам. Очнулся я после того, как понял, что читаю аннотацию на корочке книги...
Никогда до этого момента я не читал ничего более интересного. С тех самых пор эти книги я считаю одними из самых мной любимых. Поэтому моя оценка — 10.
Наверное единственный автор, написавший столько книг, находящихся в моем личном списке на самом верху. Открыл Пратчетта для себя случайно. Много лет проходил мимо его книг, бросал беглый взгляд, и шел дальше (до сих пор с ужасом впоминаю это время :)). А потом это случилось — я прочитал свою первую книгу Пратчетта. Читал на работе, с монитора, сослуживцы, наверное, решили, что я сошел с ума. Такой вывод нетрудно сделать исходя из ежеминутных приступов смеха, попыток сквозь слезы процитировать вызвавшую дикое веселье фразу, и новые приступы смеха в ответ на недоуменные взгляды. После этого пришлось читать только дома.
Описать книги Пратчетта кратко невозможно, в них есть все. В них сама Жизнь, показанная с юмором, а именно так к жизни и надо относиться.
Для меня так и останется загадкой то, как он умудряется на протяжении вот уже более 30 книг создавать легкие, свежие и невероятно смешные произведения, раз за разом превосходя самого себя. Он при помощи тонкого, поистине английского чувстсва юмора смог перенести на страницы своих книг наш мир во всем его многообразии. А затем дал нам возможность заглянуть туда, как в кривое зеркало, и увидеть всю несуразность окружающей нас действительности. Увидеть, посмеяться и, быть может, понять. Понять насколько мы подчас смешны. А смех над собой есть высшая форма комедии. Искусство.
Говорят, что смех продлевает жизнь. Лично я после знакомства с творчеством этого великого писателя продлил свою жизнь в разы.
Плоский Мир оттого так популярен, что это не только отличный юмор, но и чёткая авторская позиция. КАЖДУЮ книгу Пратчетт использует для того, что бы передать читателю свои мысли языком юмора и фэнтези. В цикле нашли отражение размышления автора о самых различных аспектах современной культуры. Причем Пратчетт не сноб и не утопист, он рассказывает и о Власти, и о Супермаркетах. Он не отделяет себя от поп-культуры, он предлагает вместе с ним посмеяться над нашими общими пороками/недостатками..
Гениальный писатель! Море фантазии и юмора, и всегда есть о чем подумать. Один из любимейших авторов! Наши переводчики наславу потрудились, переводя тонкие каламбуры, не потеряв в качестве.
Безумно длинная мыльная опера эпохи сериалов. Если пара-тройка книг в одних и тех же декорациях смотрелась бы прилично, то для обнаружения разницы в десятках томов с однообразными шутками чувствительности моего восприятия явно недостаточно. Кто-нибудь, наподобие Каттнера, ограничился бы циклом рассказов при таком «разнообразии» материала. Автор явно сэкономил на декорациях, чтобы не выйти за «бюджет» собственных способностей фантазировать. Хотя книги добрые, спокойные, и изобретательности автора в каждом романе с лихвой хватает на рассказ.
С творчеством Пратчетта я познакомился совсем недавно, но с первой же книги ( Безумная звезда ) его Плоский мир запал мне в душу. Я перечитал много весьма серьезной литературы, но мира ближе, чем пратчеттовский не нашел.
А какие тут персонажи! Каждый просто поражает глубиной и неповторимостью характера, и это все с минимальным описанием.
В общем, комплиментов можно выразить много, но главное, что я все таки открыл для себя Плоский мир и иногда убегаю в него от мира «Шарообразного».
Удивительная серия фэнтези. Легко, ненавязчиво, юмористично и философски.
В этом мире действуют свои законы физики: например, свет движется медленнее звука, магия материальна, а в радуге восемь цветов, а шанс один из миллиона выпадает девять раз из десяти. Этот мир населен различными расами, каждая из которых не просто сосуществует с другой, но и борется за свои права и равенство при приеме на работу.
Рассказы изобилуют легкой пародией на современных, исторических деятелей; на события, традиции и обычаи; на памятники и артефакты культуры — и находить их в тексте чрезвычайно увлекательно и необычно. Добавьте к этому великолепный и шикарный язык, приправленный необычными сравнениями, метафорами и эпитетами — и наслаждайтесь чтением!
Решила взяться за это цикл лишь потому, что имя автора часто мелькало на форуме. И ни разу не пожалела об этом. Это Плоский мир, но юмор здесь совсем не плоский. Да, шутки неоднократно повторяются, и это немного раздражает. Но лишь немного. Спасибо автору за таких его героев, как Ринсвинд, Двацветок и Маграт. И за многих других. В них часто начинаешь видеть те или иные черты своего характера и это смешно. Книги Пратчетта не просто повышали настроение, но и заряжали позитивной энергией.
Пародия и юмор являются главными литературными инструментами Т. Пратчетта. В своих романах Пратчетт пародирует буквально все — от романов Толкиена и фильмов Бергмана до современных политиических коллизий. Надо признаться, пародирует мастерски. Однако, когда количество романов о «Плоском мире» перевалило за третий десяток, тотальное пародирование и однообразие литературных приемов автора начинают сначала угнетать, а потом уже и просто раздражать. «Кризис жанра», — как говаривал один литературный персонаж, тоже, кстати, юмористического происхождения.
