В театре «Элизиум» готовится постановка «Двенадцатая ночь», последняя... Театр закрывают, а Диана — по совместительству любовница режиссёра — отвратительно играет главную роль. Однажды появляется неизвестный джентльмен, посочувствовать режиссёру и предложить услуги жены в качестве актрисы...
Не знаю, есть ли у Баркера аккаунт в Facebook или MySpace, но в случае положительного ответа буду очень удивлен, если слова «секс», «смерть» и «сияние звезд» не стоят у него на страничке в секции «Интересы». Впрочем, стоит добавить еще одно — «театр». Если вы не верите, что о живых мертвецах можно писать с теплотой и любовью, самое время отказаться от стереотипов. В рассказе Баркера всё восхитительно мило — от орального секса в гримерке до пары сотен невинных граждан, обреченных на смерть в пылающем зрительном зале. Право слово, чтобы сделать из куска гнилого мяса фарфоровую безделушку, которую приятно поставить на каминную полочку, не обязательно быть алхимиком — нужно лишь обожать театр, как этот человек с больным воображением и столь же здоровым чувством юмора.
Повёлся на многочисленные хвалебные отзывы и прочитал данный рассказ. Честно говоря, не впечатлило совершенно. Автор ли тому виной, или главная беда в том, что триллеры и ужасы — не мой жанр, но рассказ я читал отчаянно борясь со скукой. Бессмысленное убийство по ходу текста всех живых персонажей осталось мне совершенно непонятным. Ощущение театра, как храма искусства, места пропитанного возвышенными человеческими эмоциями, также не возникло. ИМХО, похожая история могла бы быть при закрытии старейшего в городе кабака, когда ради халявой кружки пива в последний день работы питейного заведения из гробов поднялись несколько поколений его завсегдатаев. Разница этих событий с тем, что описано в рассказе, была бы минимальной. Горе и печаль покойных пьянчуг были бы не менее (а возможно и более) сильны, чем эмоции театралов.
Итог: самый запоминающийся момент в произведении — сцена некрофилии (пускай даже и не осознанной). До этого как-то не встречал (видимо потому что не искал) в литературе описаний подобных сцен, но Клайв Баркер пополнил мой литературный опыт. Что ж и на том спасибо.
Театр — таинственное место, мы видим только актеров, играющих на сцене, а происходящее за кулисами скрывается от нас. Зритель не видит, как его любимый актер становится персонажем, не видит, как происходят репетиции, да и не нужно ему этого знать. Театр — тайна. И не удивительно, что многие писатели, работающие в жанре хоррора и мистики, выбирают его в качестве места действия своих произведений. Вот и Баркер решил «посетить» театр. Посещение можно назвать удачным, рассказ у него получился неплохой. Сюжет, например, несмотря на небольшую простоту, очень интересный и «красивый»; прорисовка персонажей тоже удалась, хотя, на мой взгляд, герои кажутся немного статичными. Мне не понравился только один момент: уж слишком рьяно автор, на примере Телльюлы, отстаивает преимущества смерти перед жизнью…
История в духе «Призрака Оперы», возможно, даже немного пародирующая это произведение. Жизнь театрального закулисья знакома Баркеру не понаслышке, так что о театре он пишет очень эмоционально. В современном мире преданы и проданы заветы высокого театрального искусства: даже приглашая актёров смотрят на имя, которое может принести деньги, а не на талант. Кто может восстановить доброе имя Театра, защитить его честь? Только великие актёры старой школы. Не беда, что они давно мертвы- они и не слишком стремяться быть живыми в мире, где правят деньги. Но их талант не потускнел. И он поможет сыграть самую сложную роль-роль живых. А ироничная концовка выглядит почти жизнеутверждающей , или ,может быть , уместнее сказать -«смертеутверждающей» ))
Прекрасный рассказ с отличной атмосферой. Хорошая смесь театральных интриг и сплетен, хоррора, и зачастую чёрного юмора. Гастон Леру, автор «Призрака Оперы», наверняка покусал все локти, завидуя такому размаху. Не один страшила, терроризирующий труппу, а целая армия мёртвых актёров, и не менее мёртвых благодарных зрителей. :) Несмотря на то, что концовку можно определить одной фразой — «Все умерли», выглядит она вполне оптимистично. Как так может быть? Прочитайте, и узнаете.
» Что вам делать? Играйте жизнь, конечно же! И улыбайтесь! «
Да... Над этими словами невольно задумываешься... А я смогу сыграть жизнь как эти мертвые актеры. Ведь современное общество так занято делами и деньгами, что у него нет времени на искусство( Любви, Сострадание,и т.д). А вот герои настолько любят свою профессию, что готовы играть и после смерти, создавая новую труппу. А что будет дальше...
Казалось бы, не так просто представить, что в рассказе, в названии которого одновременно присутствуют «секс» и «смерть» (а в тексте и того, и другого предостаточно) можно будет назвать красивым. Удивительно, но это — театральная история, Шекспир, кулисы, рампа, премьера… Все эти штуки заставляют замирать и ощущать красоту. Театр — это место, в котором невозможно фальшивить. Потому и игра в театре считается высшим пилотажем для актера. Потому пространство театра — это некая особая зона, которая живет по своим мистическим законам. Здесь творится искусство и потому поверить в то, что описал Баркер в этом рассказе как-то особенно просто.
Неповторимый и непревзойденный рассказ. В нем есть все: жестокость современного мира, неповторимый юмор автора и мысль о том, что все течет и все меняется (к сожалению не в лучшую сторону)...
Странное впечатление. Нескромно (первый раз читаю Баркера), забавно, кроваво. Идея мне очень понравилась — мертвецы как актеры, играют живых людей. Несут искусство в мертвые массы. Но интересней было наблюдать за отношениями героев, а не за каким-то мистическим элементом. В рассказе бузусловно есть что-то противное, отталкивающее (сцена, где мертвая Диана делает минет своему ухажеру-режиссеру)
По правде сказать интерес, развивающийся с первых строк как-то резко угас после середины и даже концовка в виде пожара не раздула его. Посещали мысли о том, чтобы быстрей закончить чтение, что не хорошо.
Несмотря на сцену некрофилии и еще пары достаточно неприятных моментов, рассказ показался мне самым красивым и поэтичным в первой «Книге Крови». Все: и то, что мертвые играют «жизнь» лучше живых, и то, что последнее представление смотрят только мертвецы (видно, аллюзия на то, что сейчас театральное искусство постпенно умирает), и сама сцена «закрытия» театра, наполнено смыслом и является пропущенной через искаженную призму баркеровского воображения изображением реальности.
А последнее предложение рассказа и вовсе западает в душу: ведь это мы — играем жизнь... Играем жизнь и улыбаемся. В предыдущем рассказе Баркер сравнивал нас со скотом, а теперь же — с живыми мертвецами...
А вообще, как всегда у Баркера — ярко, со смыслом, кое-где омерзительно, но красиво и с большой долей иронии.
В первую очередь в этой истории чувствуется профессиональное владение автора театральной темой. Сцена и закулисье для него хорошо знакомый и любимый мир, это чувствуется. Видимо, поэтому он и не допускает в этом мире сильных негативных эмоций: мертвецы талантливы и элегантны, они настоящие театралы и благодарные зрители; смерти, случившиеся (жанр обязывает!) в стенах театра не пугают потоками крови и прочим натурализмом, а свежеумершие отнюдь не сожалеют о потере жизни.
Даже сгоревший театр воспринимается не без оптимизма: он тоже ушел из этого мира благородно и даже пафосно.
Все это выглядит даже несколько наивно... Но написано традиционно хорошо, эмоционально, потому читается с удовольствием.
Театр — мёртв, трупы пережёвывают в который уже раз разложившегося давным давно Шекспира, играют жизнь, страсть, искренность. И любуются их игрой — другие мертвецы, аплодируют костяшками. Сколько раз ни был в театре, не мог избавиться от этого ощущения, поэтому Баркеру не удалось меня особо удивить или увлечь. Зато бредущие на спектакль восставшие мертвецы напомнили «Гробовщика» из повестей Белкина.
