Плывущие в небо Одиссей не пошёл на Троянскую войну — и ход лошадью не состоялся. Боги передрались под стенами приамовой крепости, Крон-Хронос и титаны вырвались на свободу. Цепь времён не то чтобы распалась, но изрядно перепуталась. «Арго» трансформировался в ржавую канонерку, Ахилл раздаёт автографы в городе мёртвых, величественная Афина превратилась в нечто жалкое и потасканное. Чтобы восстановить равновесие, кому-то придётся пожертвовать… всем. На голубиный «манок» прилетят ангелы, и будут петь в послевоенном московском дворе. Но кто-то слегка сжульничает, кто-то проявит бессмысленную жестокость, и они вернуться на небо, невольно унеся с собой чью-то душу. Это считается фантастикой — но это недвусмысленная и тривиальная правда. Мир странно хрупок — и при этом страшно жесток… в том числе своей хрупкостью, хотя, увы, не только. Лишь один шаг отделяет нас от альтернативной реальности. Не вовремя сказанная глупость… вовремя не сказанная глупость, не от особенно большого ума влепленная затрещина, случайно попавший в руки журнал — и реальность… инвертируется. Мир становится другим. Странно изменяются люди, странно изменяешься ты Секундная слабость может стоить страшно дорого — поддайся ей, и рухнут башни хрустального города. Где-то в полушаге плещется бездна боли и унижений — и осколки канут в неё, и на это придётся смотреть… В чёрном нечеловеческом ужасе. И нити, связывающие нас с теми, кого мы любим — тончайшая паутина, готовая разорваться от неосторожного прикосновения. Быть всегда вместе можно только там, высоко в небе — где летят превратившиеся в голубей влюблённые из разрывающего сердце рассказа. Такова реальность. Такова она и в книге. Но из бездны смотрят в небо — туда, где светло. Где мир улыбается — хотя это может оказаться всего лишь иллюзией и ложной памятью. Мифом. Но иллюзии, мифы могут воплотиться в реальность, придав этой реальности относительно человеческий облик. Мир можно собрать из осколков — и восстанут башни хрустального города, рухнет башня из мёртвых, боги и герои снова станут самими собой, и можно будет навсегда остаться с любимой. Проблема в том, что это будет… дорого стоить. Может быть, разрушения СВОЕГО мира, может — смертной муки. Древний мотив жертвы, почти забытый в нашей реальности — та самая нить, которая способна связать всё обратно. Собрать звенья цепи времён, остановить марширующих на небо демонов или просто собирающихся наложить лапу на планету грубо-материальных товарищей, дать крылья, нужные, чтобы улететь в небо за той, кого любишь. Чтобы вернуться — придётся уйти. И это тоже альтернатива в полушаге. Как правило — можно, хотя очень не хочется. Но мы живём другими иллюзиями и иными мифами — бесконечно более далёкими от действительности, чем древние. Парадокс в том, что из фантастических, обыденно-странных миров в наш мир смотрит бесстрастное лицо объективно существующего миропорядка. Который напомнит о себе ещё неоднократно. По сути, тексты Зонис — осколок другого мира. Давно забытого в нашей реальности. Гораздо более сурового — и безжалостно поворачивающего голову к небу. «Смотри!». http://www.chaskor.ru/article/plyvushchie_v_nebo_27470 | 
