Пикник на обочине

К написанию этого отзыва я подступался уже 5 раз , и каждый из них заканчивался одинаково: вместо того, чтобы расписывать свои эмоции от стократного прочтения этой повести или очередной попытки продемонстрировать кому-то широту ума, вскрыв весь ее потаенный смысл, я просто смотрел в прямоугольник этого белого поля, не в силах выдавить из себя ни единого слова... Наверное, для того, чтобы адекватно  оценить многогранность этого творения, нужно обладать хотя бы частичкой таланта, присущего его создателям, что автоматически обрекает автора отзыва о нем на практически танталовы муки.

Это одна из тех книг, которые полностью перевернули мое личное представление о смысловом наполнении не только фантастики, но и литературы вообще. Часто бывает так: берешь в руки книгу модного автора, получившую целую охапку премий, и вроде все при ней — и литературный язык, и сюжет, и герои, и попытки реализовать какую-никакую, а  идею.... Но в то же время что-то настораживает и мешает присоединиться к напечатанным на обложке восторженным отзывам. И лишь потом буквально просыпаешься посреди очередного сна сознания, а глаза автоматически находят на самой заветной книжной полке знакомый зеленоватый том... Тогда то ты и понимаешь: это ведь просто не «Пикник».

«Пикник на обочине» по своему объему — произведение небольшое, оно занимает всего 178 страниц. Но ответить на вопрос о том, что на самом деле сокрыто на этих 178 страницах, почти невозможно. Вариантов ответа — великое множество, и каждый из них соответствует особому смысловому уровню повести. Можно сузить их до пророческой истории про Зону, на 15 лет опередившую подлинную трагедию Чернобыльской АЭС, и это будет отчасти правильно. Можно трактовать, как историю неудавшегося космического контакта; пессимистическое эссе о возможном закате человеческой цивилизации, удел которой, в перспективе — лишь собирать объедки, оставшиеся с чужого пикника на обочине Вселенной, которая так трагически совпадает с их собственным домом.... Есть здесь и почти по-лемовски холодная констатация невозможности оценить и понять Вселенский Разум, человеческие попытки с применением непонятных артефактов которого, напоминают детскую игру в песочнице с использованием вместо совочка заряженного автомата со снятым предохранителем....

Но вместе со всем этим, повесть Стругацких — одна из самых пронзительных в мировой литературе историй об одиночестве человека сразу на всех уровнях мироздания: во Вселенной, в  обществе, в семье и даже,  казалось бы, в  родной, но такой непостижимой собственной же душе.... Отчаяние, полная пустота внутреннего мира человека, которая подобно озарению, выливается в этот последний страждущий вопль, дарующий счастье всем тем, кто населяет этот мрачный и жестокий мир.... Конечный покой и поздно пришедшее осознание того, что и это стремление не дать никому уйти обиженным, как и все лучшее на этом свете, было омыто чужой человеческой кровью... И даже прекрасно понимая, что от окружающих за всю жизнь не получал ничего, кроме безразличия, смешанного с презрением, все же именно им посвятить свой последний, жертвенный вздох.

Может быть, этот мир действительно заслуживает того, чтобы ему дали еще один шанс? Может быть, мы действительно заслуживаем того, чтобы счастливо прожить дарованную нам  жизнь?

Как ни удивительно, но это произведение (возможно, самое известное из всех произведений русской фантастики) я впервые  прочитал только полгода назад. Но лучше поздно, чем никогда. А может,оно даже и лучше, что познакомился с повестью я приблизившись по возрасту к главному герои книги. А книга, без сомнений, выдающаяся; экранизация Тарковского в какой-то степени более знаменита, чем повесть, но это совершенно разные произведения, разные и в образе главного героя и в сюжете и во внутренней философии. Так что: о «Сталкере» больше ни слова. Что же касается повести, то удивляет, как она вообще появилась в Советском Союзе  в начале 70-х, здесь всё настолько необычно, нехарактерно для советской фантастики того времени: мрачная и безысходная атмосфера, без морализаторства и дифирамбов; необычны описания Зоны, наконец, почти кощунственная для героизированной  советской литературы мысль о ничтожности человечества в масштабах Вселенной. «Пикник» — просто симфония человеческих чувств, переживаний, мыслей; высшая философия, которая рождается не в абстрактных фантазиях философа, а в душе человека, прошедшего через боль, унижение, предательство, гибель и страдания близких. Редкая по глубине и силе воздействия книга.

Эта книга редко кого может оставить равнодушной. После её почтения в душе море чувств и множество вопросов. Но вопросы эти не к авторам. В первую очередь — к самому себе.

Я — из неофитов. Когда читал книгу, конечно же, знал, ЧТО читаю. Но для меня даже масса восторженных отзывов о книге — не повод для пиетета перед ней ещё до прочтения. Нет, лучше я примерю её на себя, да при этом буду особенно требовательным и разборчивым, а уж только потом пусть и мой голос зазвучит среди других голосов — в унисон ли с ними, или же диссонансом.

Да сколько их было и будет — книг о Контакте! И смешных, наивных, несерьёзных, пафосных, просто глупых, но и глубоких, продуманных, многосторонних. Но эта, по моему скромному мнению — просто лучшая из всех. И не в том дело, что авторы — наши с вами соотечественники, и даже не в том, что книга совсем нехарактерна для времени и мест, где и когда она появилась.

Просто тут ведь в чём дело: очень часто в Пришельцах, изображённых авторами книг — слишком много человеческого. В чешуйчатом или лохматом теле (а может — крылатом) — совсем человеческая душа, обуреваемая нашими же страстями, в маленькой головке с огромными чёрными глазами (или большой, покрытой роговыми пластинами) — исконные человеческие мысли и устремления. В результате в книге Контакта с Иным разумом-то и нету. Какой же он Иной? Всё то же, только декорации более пёстрые.

Но здесь — совсем другое.

В мире случилось нечто странное, страшное, по-настоящему удивительное, может быть, судьбоносное для Человека, а может — губительное. Кто знает? Никто из людей — это уж точно. А думаете, авторы знали, как оно на самом деле? Сам ли это Контакт, подготовка к нему — некий тест на пригодность человечества, или же в самом деле только «пикник на обочине»? Если бы так, то не написалась бы такая книга. Тут нельзя знать, иначе не удастся создать атмосферу тайны, загадки, чего-то непознанного и, возможно, непознаваемого человеческим Знанием. Думаете, все эти артефакты, которыми полна Зона, нарушения законов физики и статистики, про которые упоминается в книге, выдуманы авторами лишь для того, чтоб напустить туману, добавить загадочности книге? Нет, они показаны для того, чтоб объяснить, насколько иным может быть этот самый Иной разум, насколько может отличаться Их Знание от Нашего.

Добро и Зло — не категории Абсолюта. Это — чисто человеческое. Поэтому даже не стоит задумываться, добро или зло — этот Контакт. Такими мерками его не измерить. И не стоит пытаться.

Блестящий учёный Валентин Пильман в разговоре с Ричардом Нунаном скрывает свою растерянность и беспомощность (читай — растерянность и беспомощность науки) за цинизмом и напускной веселостью. Ведь задача науки — понять, объяснить, повторить, усовершенствовать — остаётся невыполненной и скорей всего — невыполнимой. Неприятно? Но почему мы думаем, что должно быть иначе?

Вот таков Контакт в этой книге. Но в любом, самом удивительном и продуманном мире книги, нельзя жертвовать одним — человеком. Это именно то, что никак не должно раствориться и обезличиться в самых причудливых обстоятельствах. Ведь именно глазами человека мы должны увидеть изображённый мир, и его мысли и чувства помогут нам его понять, увидеть во всех красках, добраться до сути.

И авторы не пошли на такую жертву. Более того, именно характер, мысли, поступки Редрика Шухарта видятся мне самым главным в книге. Тем, ради чего в первую очередь и стОит читать. Зона, чудеса, загадки — да, но человек — неизмеримо важнее. А ведь авторы многочисленных «Сталкеров» взяли первое, но напрочь позабыли про второе.

Герой меняет мир, а мир меняет героя. Кто кого сильнее? Задумайтесь об этом по отношению к себе. Вспомните — такими ли вы были в молодости, как сейчас?

Первая глава — особенная. Только в ней повествование идёт от первого лица, от лица Редрика Шухарта. И что же? Перед нами не хитрец, не мудрец и тем более не пророк. Перед нами — простой и немного наивный парень, такой, которого ни у кого не повернётся язык назвать плохим человеком, способный на настоящую дружбу и настоящую любовь. И этому веришь, ведь рассказывают об этом его собственные мысли. К главному герою невольно начинаешь испытывать симпатию.

Мир, показанный в книге, конечно, известным образом отличается от нашего, но всё же не искусственный, не высосанный из пальца. Ну что вы, разве мир так жесток, циничен и бессердечен, каким показан в книге? — спросят многие. А именно в таких точках, где пересекаются многие интересы, где возможна большая выгода, но и грозит немалая опасность, как раз и проявляются худшие стороны отношений между людьми, именно тут мир и поворачивается к нам самыми уродливыми сторонами. Что поделать, если Редрик изначально и на протяжении всей изображённой в книге жизни оказывается в таких точках, на таком пределе. Конечно же, мир принимается за него со всей силой, и вот человеку остаётся только защищаться от обстоятельств, раз за разом принимая удары судьбы и сдавая всё новые позиции, постепенно утопая в цинизме и безразличии ко всему, кроме своих близких, а значит, становясь способным на любой проступок, если только будет казаться, что он во благо для близких.

И всё же кульминация книги — её последние страницы. Те, где Редрик делится с нами сокровенными мыслями, где прорывается плотина его души, где он осмысливает свою жизнь перед свиданием с Золотым шаром, только что принесший ему жертву и даже ни на миг не задумавшийся, имеет ли на это право, судящий мир и людей в нём, что явили ему, Шухарту, так мало хорошего в жизни, но всё же не осудивший их. И последние фразы книги, с одной стороны, — гимн Человеку, победившему в душе обиду и боль, но с другой — вопрос: в чём же заключается счастье для каждого и можно ли его выразить, понять, примерить на всех? Очень легко приносить горе, а вот счастье — намного трудней.

На мой вкус, у АБС есть два совершенно удивительных таланта.

Первый — это придумывать великолепные названия для своих книг. Не буду перечислять, но ведь они и вправду идеальны.

Второй — это писать под этими названиями совершенно удивительные, ни на что не похожие книги. Мне кажется, узнать Стругацких можно по первой же странице. И полюбить их тоже можно с первой же страницы.

В «Пикнике» же меня больше всего поразила вот какая тема... Ведь по сути все люди, попадающиеся там — мягко говоря с изьяном. И все равно Стругацкие их любят и желают им счастья — несмотря ни на что. Никто не должен уйти обделенным. Вот эта самая любовь к миру и любовь к людям всегда меня поражала в их творчестве. Так любить людей — это же какое большое сердце надо иметь и как хотеть им поделиться, хотеть, чтобы все увидели и приняли...

Только 10 конечно. Никак по-другому...

Сложно писать о книге, которую люди и умней, и начитаннее меня отрецензировали не одну сотню раз. И тем не менее, попробую выдать пару личных ощущений.

Во-первых, лично для меня «Пикник» — это книга, сформировавшая мой вкус (с точки зрения предпочтений в фантастике). До сих пор любым экшнам предпочитаю произведения, в которых во главу угла ставится психологическое преобразование героев, а внешний антураж — наличие Зоны, нашествие инопланетян, магия или взрыв звезды — всего лишь служит основной цели: взять героя за уши, встряхнуть хорошенько, чтоб мозги перемешались, и посмотреть, как же теперь он станет реагировать.

Главный критерий качества любой книги — сопереживание. Желание читателя встать рядом с героем, подставить плечо или предупредить о засаде. «Пикник» — вершина эволюции по данному критерию. Ее герой не нуждается в подпорках, Рыжий как тот кот, гуляет в одиночестве. Но при всем том возникает удивительное чувство: ты, читатель, даже не стоишь рядом с героем, ты и есть герой. Полнейшее слияние твоих эмоций с переживаниями выдуманного персонажа. Это ли не высшее достижение любого творчества?

Есть и объективный фактор, позволяющий безбоязненно петь дифирамбы «Пикнику». Это — огромнейшее количество клонов, порожденных различными авторами в подражание или в «раскрутку» темы. Увы, ни один из них не дотянулся даже до колен «Пикника». Достаточно прочитать эту единственную книгу плюс посмотреть совершенно самостоятельного «Сталкера» Тарковского — и тему «Зоны» для себя можно смело закрывать. Поскольку вряд ли кому-то удастся рассказать про нее что-то новое.

ВЫВОД: культовая книга, читать которую нужно всем, даже нелюбителям фантастики, наравне с Толстым, Достоевским и т.п.

Ох... Вот это книга! Хотя нет, — это КНИЖИЩЕ! Первое произведение Стругацких, которое я прочитал. И теперь страшно читать другие их творения, чтобы не разочароваться.

Отличная книга. Лучшее, что я читал из фантастики. Написано интересно, увлекательно и неподражаемо. Хочется читать не переставая, не обращая ни на что внимания, не отвлекаясь на суету этого бренного мира.Это хоть и фантастическое произведение, но в тоже время и очень реалистичное, с точки зрения эмоций, чувств, переживаний и принятых решений главного героя. Для меня фантастика была только во время чтения, а после, от нее не осталось и следа. В голове были только вопросы, а вот ответов авторы не оставили. И это очень приятно. Книга заставляет задуматься о многих основополагающих вещах. Я бы включил это произведение в курс лекций по философии. Прошло уже почти сорок лет, а актуальность вопросов нисколько не изменилась, а возможно и возросла, но это каждый решит сам для себя, эта книга, написана на века.

До этого я прочитал пару книг из серии «S.T.A.L.K.E.R.» И теперь понятно откуда там все содрали (причем очень откровенно). Хотелось бы узнать, авторы этого цикла вообще читали первоисточник? Эти книги не то что рядом не стояли, а по логике вещей, вообще не должны существовать, чтобы не оскорблять прародителя. Люди!, не тратте время на те 20 или 30 книжек, а просто прочтите «Пикник на обочине».

Очень впечатлили интервью учёного, коим начинается повесть. Учёный просто и обыденно рассказал о своём очень простом наблюдении, языком понятным слушателю. Дар учёного, к сожалению, очень редко сочетается с даром просветителя. Умение объяснить всё сложное простым языком, понятным обывателю — редкий и очень ценный дар.

Впечатлила сама идея того, что иные цивилизации, о встрече с которыми мы так мечтаем, могут оказаться существенно выше нас по уровню своего развития. Ведь какова избитая тема ксенофантастики: инопланетяне либо доброжелательные человекообразные, либо напоминают собой нечто вроде агрессивных противных большие тараканов :) И тут два исхода — либо пытаться найти с ними общий язык, либо отстоять право человечества на собственное существование.

Писатели разрывают привычный шаблон и представляют первый контакт с инопланетянами другим. Инопланетяне прилетают на Землю и... просто не замечают на ней ничего стоящего. Примерно как люди, обладающие возможностью перемещаться на огромные расстояния по поверхности Земли. Прилетели куда-то на вертолёте, вышвырнули какие-то ящики, разбили палаточный лагерь, решили свои проблемы, свернулись и улетели. И совершенно не заметили, что разбили свой лагерь прямо на муравейнике. Муравьи так давно мечтали повстречать братьев по разуму, но братья по разуму оказались вовсе не братьями, а, если так можно выразиться, богами по разуму. Муравьи может быть считают, что они достигли вершин социальной организации, высот архитектуры, исследовали огромный кусок окружающего пространства в радиусе 100 метров, хорошо разбираются в веществе. Но все их ценные знания для пришельцев оказываются ничтожными: ползает там что-то под ногами, копошится, вроде даже и _любопытно_ понаблюдать, но вот _интереса_ заниматься этой мелочью нет никакого.

Вот и остались на Земле похожие следы от стоянки пришельцев. Осталось очень много непонятного и очень опасного мусора. Мусор манит своими чудесными свойствами, но одновременно пугает опасностями. Контакт вроде бы состоялся, но не был удачен: контактировавшие оказались на разных уровнях существования. Произошло пересечение, односторонний обмен технологиями, но не общение на равных. По большому счёту пришельцы остались не интересны большинству людей, а пришельцам остались не интересны люди.

Именно эти идеи и затронули меня наиболее сильно. Особняком стоит социальный аспект повести: «золотой шар», исполняющий желания. Эта часть заставляет задуматься о том, а может ли человек точно знать, чего он хочет на самом деле? А может ли он даже осознав своё желание, последовательно его достигать? Ведь даже осознанная цель неизбежно будет ускользать, если всё существо человека, его бессознательная суть, желает совсем другого. Осознанно человек не может достигать определённой цели, которая противоречит его бессознательным целям. Сознание что-нибудь да упустит, где-нибудь да не углядит и даст волю подсознанию. А уж подсознание всегда готово воспользоваться любым сомнением в своих целях. Не знаешь как поступить? А подсознание знает! Так что, возможно, человек в меньшей мере определяет свою судьбу, нежели его животная, бессознательная, сущность.

Вот и желание сталкера, дошедшего до «золотого шара» конечно же не сбылось: «счастье для всех и пусть никто не уйдёт обиженным». Он шёл к «золотому шару», ещё даже не зная, что у него попросит. Дошёл и растерялся, начал быстро и беспорядочно перебирать мысли и назвал то желание, которое услышал от своего только-только погибшего товарища: «счастье для всех и пусть никто не уйдёт обиженным». Лицемер! Да разве за чужим счастьем он пришёл на Зону? Он загубил своего товарища, плевать он хотел на счастье этого паренька. Не смотря на постоянные протесты жены, не смотря на её мучения и мучения дочери, он вновь и вновь уходил на Зону. Не для них он хотел счастья, на них ему было наплевать. Он хотел счастья для себя! Я думаю он просто вернулся домой и ничего в его жизни и в жизни окружающих не изменилось. Всё, что ему было нужно на самом деле, чего он желал подсознательно, так это вновь и вновь уходить на Зону.

Пожалуй, из всех шедевров братьев Стругацких — самое сильное произведение. Удивительная история о Зоне, оказавшаяся пророческой. Сильнейшее описание судьбы Рэдрика Шухарта — очень жесткое и чрезвычайно правдивое. Блестяще описанные персонажи, и главные герои и совсем эпизодические,  которых представляешь себе как живых. Очень жестко и жизненно описаны все те, кто паразитирует на сталкерах. Описания событий в Зоне выполнены так, что словно ползешь по ней сам вместе с главным героем, обходя ловушки и прячась от пуль. Сама Зона для сталкеров — своеобразный наркотик, который калечит их тела и души, но без которого их существование становится невозможным и бессмысленным. Шаг за шагом главный герой опускается все ниже, до тех пор, пока ради спасения своей семьи не оказывается способен на подлость и убийство. И у него остается одна, самая последняя надежда на чудо, чудо для всех.

Последний раз был настолько возбуждён во время чтения книги лет 11 назад, когда в руки попался «Сильмариллион». «Пикник» — несомненный шедевр. Роман поглощает и не отпускает не столько развитием сюжета, мастерскими описаниями и всепроникающей атмосферы страшной и коварной Зоны, сколько огромным количеством материала для размышления, который остаётся после прочтения. Поражает патологическая смелость идей Стругацких и невообразимый реализм повествования — как будто братья сами побывали в Зоне, испытав на себе все «прелести» непредсказуемой территории Посещения.

Очень глубокомысленный, чрезвычайно сильный роман. Жаль, что нельзя поставить более 10.

Благодарю Братьев за потрясающе проведённое время!

Я бич  рабов моих земных,

Я царь познанья и свободы,

Я враг небес, я зло природы,

И, видишь,- я у ног твоих!

Таким мог бы быть эпиграф к «Пикнику на обочине». В торжественный и печальный миг земной истории с небес спустился лермонтовский Демон, воплотившись в обличье Рэдрика Шухарта. Вот он как есть: щетинистый, неуступчивый, резкий, презирающий всё вокруг, кроме своей семьи. Плоть от плоти дьявольской Зоны. Я никогда не любил таких людей. И пусть моё отношение к Шухарту пристрастно, но он мне неприятен. Никому он не принёс добра, даже своей семье. Да и способен ли он на это? Ему кажется, что да, но жизнь его от начала до конца — свидетельство обратного. Его никто не любит, кроме жены, но именно она — самый несчастный персонаж романа. Что дал ей Шухарт? Деньги, уверенность в завтрашнем дне, выводок здоровых детей? Нет. Одни лишь тревоги, обречённую дочь и полную неясность с будущим. Но в том-то и суть Демона — он необоримо прельстителен, однако всяк прикоснувшийся к нему обречён. Он покоряет своей загадочностью, хотя за ней скрывается однобокость. Ему не дано достичь своей цели, не дано вырваться из замкнутого круга ада, ибо это — естественная среда его обитания. Покинув её, он погибнет.  Барахтаясь во зле, он мечтает о новой жизни, и мечта эта мучает его своей недостижимостью. Он не знает, что такое добро, и способен лишь твердить за другими фразы о благородстве, не понимая их смысла. Тот же Шухарт без смущения взирает на смерть своего подопечного, а потом — вот ирония судьбы! — повторяет за ним лозунги о счастье, ибо даже в одиночестве не смеет озвучить свои затаённые мысли. Да и не может сделать этого, ибо Демону чуждо стремление к добру, а степень собственной злобы его пугает. Шухарт боится того, что даст ему Зона, хотя получить это — его самая заветная мечта. И в этом проявился гений Тарковского, который за навороченным сюжетом увидел одну простую и чёткую мысль: мечта привлекает нас не своим воплощением, а именно тем, что она — мечта.

Кабы не инопланетяне, быть бы Шухарту заурядным бандитом-костоломом, «заплечных дел мастером», который на досуге, возможно, и полистывает Паланика с Селинджером, но ремесла своего не бросает. А так — прилетели представители иного разума, раскидали кругом остатки своего «пикника», не заметив наличия другой цивилизации, и вот Шухарт выходит в свой поход к жуткой Зоне словно Язон, гонимый страстью к золотому руну. И течёт повествование: злое, полное сдавленной ярости, иногда — дёрганое, иногда — плавное, но всегда — чрезвычайно рельефное и запоминающееся. Герои отражаются в нём как в линзе: вот пропыхтел деловитый толстячок Нунан, вот захрипел что-то старый стервятник Барбридж, вот томным голосом обронила пару слов коварная сирена Дина — всё это слышится, чувствуется, живёт! А кругом рассыпаны магические артефакты этого колдовского мира — этаки, чёрные брызги, гремучие салфетки, рачьи глаза... А ещё где-то упрятаны смерть-лампы, комариные плеши, золотые шары, мясокрутки... Чем не страшная сказка? Бесприютен и холоден этот мир. И обитатели под стать ему — жадные и жестокие муравьишки, шныряющие по остаткам человеческого пикника. Самое подходящее место для Демона. Хотя сам он, возможно, и считает иначе..

Вместе с пониманием, что человечество не одиноко во Вселенной, люди получили возможность посмотреть на себя как бы со стороны. Какими их видит иной разум, если и вправду изучает? Именно существами «с обочины»: для кого-то Зона — место научных поисков; для кого-то  - дьявольское искушение; для сталкеров — источник дохода с риском для жизни; а для Хрипатых — великолепный шанс в виде «ведьминого студня». Что же такое этот Золотой шар для самих пришельцев, если для людей он становится исполнителем желаний, и к нему идут чуть ли не с молитвой?..

Размышления Рэда в финале лично для меня совсем не оказались сюрпризом. Он ведь говорит с нами на протяжении всей книги, и виден поэтому как на ладони. Кого мы видим? Мужчину, ответственного перед любимой, готового на все ради своей семьи, спасающего приятеля — пусть даже такого негодяя, как этот хрыч Барбридж... Любой, даже самый страшный выбор, он делает сам, полностью отдавая себе отчет в своих действиях: меняет законную работу на опасное сталкерство; зная, что больше никто не позаботится о близких, сообщает место, где спрятал контейнер с «ведьминым студнем»; ведет Артура на верную смерть. Но все время ему вспоминается Кирилл, который видел в нем, Рэде, такого же Человека, рожденного для добра, только постепенно, по дороге, это добро понемногу растерявшего. И там, перед всемогущим Золотым шаром, эта суть его души возрождается так просто и естественно, что остается только прослезиться — и кое-какие вопросы задать себе...

И не зря у Тарковского Сталкер становится чуть ли не Мессией, проводником людей к Богу, которого можно просить о Заветном...

26 апреля 1986 года произошла крупнейшая за всю историю человечества авария, авария Чернобыльской АЭС, которая носила катастрофический характер. Реактор был полностью разрушен и в атмосферу выбросились огромное количество радиоактивных веществ. Они осели на территории современной Украины, России, Белоруссии и Европы. Погибло около сотни человек, было эвакуировано свыше 115 тысяч людей в радиусе 30-километровой зоны. Впоследствии она была оцеплена. На этом наши беды не заканчиваются. У многих людей обнаружили лучевую болезнь, обычный зелёный лес вокруг Чернобыля , превратился в рыжий, а радиация попала в Припять. Города вокруг АЭС стоят заброшенные...

И, вот тогда вспомнили люди книжку — одних из самых известных русских фантастов — Братьев Стругацких. Братьев расхваливали за их точное предсказание, давали премии и всячески подлизывались. И пытались выпытать секрет, как им это удалось? Секрет до сих пор.

Первая аллюзия, отсылка, хоть и не преднамеренная — Зона. Стругацкие рисуют перед нами жуткую картину города Хармонта, а точнее не сам город, а его часть, где побывали инопланетяне, устроили «пикник». После непродолжительного отпуска, инопланетяне ретировались и оставили после себя много барахла и полезных вещичек. Стругацким удалось запечатлеть ту ужасную, безжизненную и опасную пустыню, до боли напоминающую Чернобыль.

Книга построена весьма любопытна. Как и в Гиперионе, или в Марсианских Хрониках она состоит из нескольких историй сшитых в месте. Всего их четыре. И все абсолютно разные. Три из них рассказывает Рэдрик Шухарт — сталкер, человек, который занимается вынесением из Зоны различных артефактов. Первая, рассказывается собственно самим Рэдриком, от первого лица. В остальных он является лишь главным лицом. Четвёртая повесть, которая по внутренней хронологии идёт третья, ведётся от лица Ричарда Нунана, друга Рэдрика. Эта часть пронизана философией и именно в ней показывается две из трёх основных идей книги — идея «пикника» и идея мутаций. «Пикник» подразумевает в себе мысль эксплуатирования вещей, оставленных пришельцами для дальнейшего развития человечества. Мутации же, ещё одна дальновидная отсылка Стругацких к Чернобылю, в частности к лучевой болезни и деформации тела.

Есть ещё третья идея — смысл жизни. Именно этой идее мы обязаны тем что финал у книги открытый. Но над этой мыслью вам придётся поломать голову уже самим.

Хочу также вставить слово о так называемой «магии Братьев». Стругацкие умеют писать. Книга читается легко, иногда буквально поражаешься резкой и рваной красоте слога. Да, не зря Тургенев говорил о русском языке, как о «великом и могучем».

Итог — очень умная, много пластовая книга. Одна из жемчужин, как мировой так и отечественной фантастики.

Оценка: 10 (шедевр, коих ныне мало).

Потрясающая идея: пришельцы погостили, выбросили мусор и уехали. А по мусору ползают паразиты-людишки, спорят между собой из-за барахла. грызут друг другу глотки. Тянут разную дрянь в свой мир, убивая себе подобных, для того, чтоб выжить самим. А на других плевать. Здесь только падальщики. Хороших Зона не любит. Она их убивает. иногда — сама, но чаще — руками Шухарта, Бэрбриджа и им подобных. Хорош ГГ, готовый перегрызть глотку ближнему своему, чтобы выжить самому и прокормить семью — как по-человечески! Только в конце не остается ничего, кроме недоумения (что-то не так, но что?) и ощущения боли и пустоты в душе, съеденной совестью, проданной за кредитки, но все-таки живой... И, положив руки на теплый бок Золотого Шара, ты не можешь сказать ничего, кроме как: «счастье для всех и пусть никто не уйдёт обиженным». Но кто знает, будут ли эти слова правдой?

Потрясающе, шедеврально, пронзительно-больно. Более чем классика.

Очень мрачное произведение, ввергающее в угрюмое безысходное уныние, и ни одного светлого пятнышка. Здесь всего два положительных героя, и оба погибают. Это Кирилл Панов — бескорыстный человек со светлой душой, живший лишь наукой, и Артур — мальчишка, хотевший одарить счастьем всех людей. Вот они умирают, а такие как Шухарт, Барбридж и остальные из этой своры — продолжают жить. Где же справедливость? Ещё есть Гута с Мартышкой, судьба которой вызывает глубокое сочувствие и сострадание, что ещё более усиливает негативное впечатление от прочитанного. А мне хотелось бы хоть немного оптимизма. После прочтения этой книги требуется немало времени, чтобы вытащить своё сознание из той депрессивной трясины, в которую его окунули авторы. Серая угнетающая действительность, и я не вижу даже намёка на изменение в лучшую сторону.

Первый раз я читал этот роман много лет назад, в далёком детстве, и тогда впечатления были совсем другие. Всё безумно понравилось: и идея появления аномальных зон после посещения Земли пришельцами, и предположение о пикнике, устроенном этими существами, и путешествия по «зоне», и необычные ловушки, поджидающие сталкеров... Но, наверное, это свойственно только детству, когда читаешь книгу и видишь только то, что нравится, а остальное проглатывается, не оставляя никакого следа в мозгу. И сейчас мне заметны в «Пикнике на обочине» только социальные язвы человечества и отсутствие выхода из этой страшной действительности.

Это книга про которую можно говорить только в восторженных тонах. Ее читаешь и создается эффект присуствия. Когда я читал, то у меня складывалось ощущение, что постоянно моросит дождь, не ливень, а именно небольшой дождь. Небо затянуто тучами, под стать жизни главного героя, и лишь изредка выглядывает солнце, когда происходит , хоть что то хорошее. Читаешь и на собственных плечах ощущаешь моральную и психологическую усталость от работы сталкером, от общения с людьми, у которых на первом месте нажива, а ты тот, кто ее может обеспечить, а главное безвыходность своего положения — обреченность. И только в конце чувствуется, что жизнь может измениться к лучшему, и ты вэто веришь, к этому стремишься. И когда я прочитал эту книгу, то в моем представлении Сталкер сумел выбраться из этой черной, всепоглощающей ямы