Списанные

Новый роман Дм. Быкова «Списанные» о нулевых. Нулевые — это наше с вами время, первое десятилетие 21 века, главным брэндом которого стало магическое слово «стабильность». Нулевые — это миддл-класс и гламур, вертикаль власти и торжество философии потребления, суверенная демократия и аполитичность, Дима Билан как предмет национальной гордости и движение Наши... Про все про это и «Списанные» (кроме, разве что Димы Билана, который случится позже — время действия быковского романа — 2006-2007 гг.).

...Преуспеващего сценариста Свиридова  перед поездкой в Артек, на детский кинофестиваль, задерживают в аэропорту. Задерживают ненадолго, зато Свиридов узнает, что стал фигурантом некоего загадочного списка. Что за список, зачем — сказать Свиридову никто чисто по-кафкиански не хочет, да и не может. В кратчайшие сроки жизнь Свиридова круто меняется: на него начинают сыпаться  разнообразные неприятности.  Что это за список, в который он попал? Кто и для чего его создал? По какому принципу включили в него других фигурантов? Над всеми этими вопросами главный герой будет  биться на протяжении всего романа, пытаясь одновременно  осмыслить как свою жизнь, так и в запутанную историю Отечества.

Свиридов у Быкова — не просто номинальный главный герой, он  настоящий смысловой центр романа, своеобразная ось, вокруг которой вращаются все остальные персонажи — целый калейдоскоп лиц, масок, представляющих все социальные типажи современной путинской России. Фээсбэшники, политики, артисты, журналисты, ветераны спецслужб, социологи, милиционеры, стукачи, простые обыватели — голоса, надежды, страхи десятков различных персонажей материализуются на страницах романа.

У Д. Быкова получился странный и ядреный коктейль из «городской прозы» (не случайно на страницах романа всплывают фамилия писателя Ю. Трифонова и его повесть «Обмен»), сатирического памфлета (за многими персонажами отчетливо проглядывают прототипы: клипмейкер и режиссер Федор Бондарчук, неудавшийся оппозиционер Касьянов, молодой издатель и создатель «падонкаффского» языка Рыков...), социального гротеска, интимной лирики... Диагноз, поставленный писателем Быковым путинской России выглядит неутешительно: «Все существовали в промежутке...время прощать тех, кто привлек внимание уже прошло, но время сажать без причины...еще не настало». Или вот еще одно остроумное замечание: «Инвентаризация страны при ЧКГБ — это капитализация курятника лисой». Вообще, Быков как всегда остроумен и язвителен. Многие реплики, остроты из романа хочется немедленно растащить на цитаты. По глубине анализа «нулевых»  «Списанных» можно сравнивать с пелевинским «Ампиром» и «ивановской «Блудой». Но и Пелевину, и А. Иванову Быков безоговорочно проигрывает именно поле художественности.

Иногда мне кажется, что Быков-журналист, публицист буквально придушивает Быкова-писателя.

Именно перекосом в журналистско-публицистическую сторону можно объяснить неожиданные провисания сюжета, и, главное, одномерность подавляющего большинства персонажей.  Герои романа Быкова отличаются друг от друга лишь внешними признаками и по сути являются функциями, транслирующими различные вариации авторского альтер-эго.

Тем не менее, роман Быкова — событие в бедной на достижения литературе «нулевых». И очевидный (для меня) шаг вперед по сравнению с предыдущим романом «ЖД».

Странный получился роман. Как это сделано, вроде, совершенно понятно: берется скелетик кафкианского «Процесса» — в качестве затравки — и погружается в насыщенный раствор быковской публицистики. Постепенно скелетик обрастает интеллектуальными кристалликами, которые, если не приглядываться, могут сойти за сочное мясо реальности. Но реальность в романе отсутствует — есть только механически опредмеченные в ситуациях и персонажах мысли автора (порой очень любопытные) по поводу этой реальности.

Автор, как та лисица, знает много вещей и щедро делится своими познаниями с персонажами-марионетками. Получается этакая пластмассовая полифония, начисто лишенная диалогичности. Одновременно те же марионетки кто бочком, кто ползком пробираются на закрепленные за ними места в галерее типов современной России. А куда им болезным деваться? 186 персонажей в поисках автора… Хорош главный герой (Быкову вообще удаются параноики), но — здесь это уже отмечали — зачем было делать его двадцативосьмилетним? Сергей Свиридов представляет поколение, к которому принадлежит сам Дмитрий Львович (р. 1967); у людей 1980 года выпуска уже совершенно другое отношение к спискам, кровавой гэбне, поискам смысла… да и к тому, кто список санкционировал, наверное, тоже.

Однако прочитать роман, несомненно, стоит: не ради монотонно горестных замет сердца, но ради холодных наблюдений ума. В романе читатель найдет и хорошо сделанные эпизоды, и точные формулировки, и неглупый пафос. Авторов, способных к интересному анализу социальной действительности, в нынешней русской литературе слишком мало, чтобы пройти мимо нового цикла Дмитрия Быкова.

Не устаю восторгаться Быковым — публицистом. Но Быков — писатель для меня пока не однозначен.

Этот роман, по-моему, слишком идеологизирован и политичен, слишком плотно заполнен мыслями и рассуждениями, логическими построениями и теориями автора, которые они щедро раздал многочисленным героям повествования. Здесь нет места для художественных описаний, лирики и прочих красивостей. Только события, факты и теории. Хороши описания/характеристики многих действующих лиц, спору нет, сделаны они мастерски, но сухости изложения это не меняет.

Ассоциативно: вспоминались «Жиды города Питера» АБС...

К концу романа плотность теоретических умозаключений возросла, и читать стало утомительнее. Ну, вот как-то не настраивается восприятие на такой стиль, требует большей описательности, индивидуальной психологичности, и все тут.

А может, просто читать надо медленно, раздумчиво... но вот не получается, автор сам задает высокий «темпоритм» своего произведения. А в итоге — в памяти остаются разрозненные моменты: яркие элементы сюжета, выразительные образы. Но — и только.

Очень слабо, начало неплохое, сюжет начинает развиваться, а дальше все хуже и хуже.Задав неплохой почин (Главный герой, в меру успешный телевизионный журналист, узнает на границе, что он попал в какой-то список, потом он выясняет, что таких как он уже две сотни, они организовывают встречи, где рассуждают и выдвигают теории, что это за список).Быков начинает описывать одно и тоже, шедро добавляя филосовские размышления о Путинской России, очень подробно описывает взаимоотношения «списочников», подает идею, что в России времена и нравы Союза никуда не ушли, а только была еще одна оттепель, а сейчас , как сказал один из героев. У нас все есть, за президента не стыдно, поэтому и тебя могут вызвать к доске и спросить соответствуешь  ли ты? Производственный роман, изложенный сухим и неинтересным языком. Да, люди по своей сути не меняются, им бы скучковаться, сходить в поход, нажраться, потрахаться и порассуждать за тяжелую жизнь.Люди из списка незаметно подчинили себя ему, он стал их смыслом, да ведь это и было главным событием в их жизни, серых, ни чем ни примечательных людей.

И каково же было удивление главного героя, когда он решил внутренне отказаться от этого списка и на утро его действительно там не было. Еще один недостаток- смазанная концовка.

Итог- первое мое знакомство с писателем Быковым , и наверное последнее.

Моя оценка:5.

Тревожная книга с достаточно неожиданным финалом, увы, не оставляющим надежд. Смесь «Процесса» Кафки и публицистики самого Быкова, с перевесом в пользу (в пользу ли?) публицистики. Хотя сам автор еще в эпиграфе, похожем на таковой только по оформлению, расставил все точки над «i» по поводу упреков в журнализме. Возможно, он прав: не стоит усугублять и без того кафкианскую атмосферу периода «кризиса смыслов» излишней абстрагированностью. Есть риск задохнуться сразу.

Читать было сложно, но бросить, не дочитав? Не тот случай.

Писал я вот это четыре года назад, но актуально по-прежнему. Всего лишь нужно изменить «осенние выборы 2007-го» на «зимние выборы 2011-го».

ИММАТРИКУЛЯЦИЯ

Роман Быкова надо было бы прочесть до выборов осени 2007, но ведь книга тогда ещё не вышла (подписана к печати 5 мая 2008).  Наше сегодняшнее будущее, которого можно было тогда опасаться, казалось не совсем понятным лесом Стругацких. К тому же осенью прошлого года было намного заметнее неодолимое желание самых вёртких вовремя попасть в нужный, правильный списке. «...некоторым казалось, что если не будет никакой идеи, то не будет списков ради идеи. А теперь оказалось,  что идеи нет, а список есть». В настоящий момент всё это выражено не так ярко, неловкости не вызывает, многие уже стратифицировались соответствующим образом.

Я, конечно, снизу мало что вижу, но списки, конечно, и сейчас составляются. Разные.

И будущее по-прежнему, как у АБС  - тёмный лес.

Огорчительно бессюжетная вещь, на мой взгляд. В тексте есть фабула, в тексте есть персонажи, множество метких умных наблюдений, ситуаций, но нет движения-сюжета: следом за завязкой не обнаруживаются ни развитие, ни финал. Монолитно-неизменный герой проходит сквозь гротескную кафкианскую ситуацию... как нож сквозь масло. В результате «Списанные» воспринимаются как череда интересных репортажей о современной России, энергетически не связанных между собой. Возможно, трилогия целиком даст другое ощущение, но тогда уж не стоило акцентировать внимание на том, что тексты могут читаться по отдельности.

«Списанные» послабее прежде прочтённых мной романов, не скрою. Но в целом написано приятно и красиво, по-быковски, да. Молодой человек попадает в некий список (из 180 человек), из-за которого у него появляется туча неприятностей. Просто туча. И приятностей — тоже. Что за список — так до конца и не понятно, его в итоге вычёркивают, но ничего, ничего не изменяется. Вообще ничего. У меня создалось ощущение, что это искромётный и остроумный роман о пустоте и бессмысленности. Или, наоборот, о наполненности и смысле. Сложно сказать. В целом, приятно, но следа не оставляет.

В своем романе Быков попытался изобразить всеобъемлющую модель современного общества с уклоном в сторону недостатков. На мой взгляд, недостатки получились через чур гипертрофированными, хотя это все таки художественная литература, и автор волен выбирать способ донесения мысли до читателя.

Так как главный герой практически мой ровесник и периодически рассуждает на тему «поколения», примеряла все его рассуждения на себя и знакомых. Получилось, что с Быковым я абсолютно не согласна. Ну нет в нас такой боязни «списков» и желания оправдывать сам факт своего существования. Неприменима личная «робость» и неустроенность к целому поколению.

Написано прекрасно. Живой быковский язык, с кучей отсылок на известные всем афоризмы, народные выражения, цитаты из книг. Хорошее, точное описание действительности, современности.

Читается легко и с интересом — с самого начала романа, где герой узнаёт про то, что он находится в неком таинственном списке, и до самого конца. И в конце пропадает всё: и фамилия Свиридова из списка, и интрига романа, которая удерживала эту заинтересованность. Чувствуешь себя обманутым — тебе на протяжении трёхсот страниц обещали что-то невероятное, раскрытие какой-то тайны, а в конце обманули, не дав ничего, даже конфетки в утешение.

Может, конечно, следующие части трилогии расставят всё по местам, но от этого романа испытала некое разочарование.