Армагед-дом

Первый раз прочитал три с половиной года назад, еще учась в университете, перечитал на днях. Пожалуй, наиболее яркий образец социальной фантастики и одна из лучших у Дяченко. Для меня лично — вторая после «Шрама».

О чем, собственно, эта книга? Думается мне, о том, что политические методы решения глобальных нравственных проблем тщетны. Политик мыслит общими категориями, и не видит за лесом деревьев.

Демократичное общество цикла, в котором родилась и выросла под угрозой всеобщей гибели погрузилось в анархический хаос, молодежные банды и тоталитарные секты стали самыми весомыми силами в обществе. И как результат — давка, бойня, гибель сотен людей, когда отрылись Ворота.

Примерному мальчику Рысюку пришла в голову идея — вымуштровать людей так, чтобы они в любое время могли бы организованно эвакуироваться. Рысюк — типичный пример инициативного, хитрого, но не умного человека, зубрилы и карьериста. Вырос он, стал журналистом — и твердо решил воплотить замысел. Вот только не все любят жить по линейке. Да и власть предержащие не спешили разделять судьбу подопечных. И вот результат — разучившиеся думать, запуганное и безвольное население и преждевременный «апокалипсис». Тысячи жертв вместо сотен, еще больший кошмар.

Многим показалось, что главная героиня, Лида, претендует на какую-то необычность и неординарность. Ничуть. Сила этого образа — именно в типичности. Она совершенно обычный человек в совершенно безумном мире. Боится и впадает в депрессию в преддверии первого «апокалипсиса», влюбляется в харизматичного и честного депутата Зарудного. И так же, как в душе каждого, в ее душе поднимается стихийный протест против бесчеловечной муштры. Как большинство людей, протестует против всего и вся, пока молода, и думает только о себе, как только у нее появляется то, что она может потерять — родной сын. Она самый обычный обыватель, не лучший и не худший человек в своем мире. Герои есть другие — депутат Зарудный, Максимов, инженер Костя, сын Лиды Андрей; антигерой — Рысюк. А Лида — дитя своего мира.

	Спойлер (раскрытие сюжета). Выделите мышью для просмотра.
	Главная мысль романа — хочешь изменить мир — начни с себя. Все, кто хотел спасти человечество от кошмарных плановых катастроф, так или иначе, в первую очередь, спасали себя. Никто так и не отменил специальное время для эвакуации VIP-персон, сокращали список, уменьшали время, ужесточали отбор — но в первую очередь уходили через Ворота сами. А нужно-то было, всего лишь — отказаться от жажды спастись, попытаться помочь другим — не детям, не родственникам, но просто людям, попавшим с тобой в беду. И одного праведника оказалось достаточно, чтобы прекратить кошмар.

Не вини общество в своих бедах — общество состоит в том числе и из тебя — вот урок этой книги. Не политики и социальные программы, а люди делают жизнь такой, какой она есть. Политические игры — серьезный размах, но любое широкое обобщение кого-то не берет в расчет, исключает из основной модели, списывает в расход. Каждому дана его собственная жизнь и в его власти не совершать конкретного, личного зла, однозначного и бытового, из которого складывается зло глобальное и абстрактное. А политические меры направлены именно против последнего — несуществующей философской абстракции. И тут либо всех казнить, либо всех миловать — и как люди могут осуждать конструкторов Ворот, которые руководствовались все теми же принципами глобального решения вопросов?

Нет «человечества», но есть люди, и каждый в ответе за свои поступки. А если нет — тогда нет смысла осуждать организаторов «апокалипсиса», устраивавших грандиозную прополку, обращаясь с людьми, как с травой.

В романе мне лично не понравилась одна мелочь. Регулярно повторяющиеся катастрофы называются словом «апокалипсис». По сути, это безобидное греческое слово, означающее «откровение» уже давно превратилось в поп-культуре в синоним «конца света», но тем не менее употребление его в таком значении на страницах серьезного произведения коробит.

Итог: по моему мнению — вторая после «Шрама» у Дяченко книга. Эту планку им преодолеть пока не удалось (хотя «Vita Nostra» претендует). Одна из лучших вещей в отечественной социальной фантастике.

Что-то не везет мне на мэтров. Читал на пробу Олди — не впечатлился, слушал — вообще скорее не понравилось. Вот, попробовал Дяченок. Разочарован.

Насколько хорошо вступление, насколько емко и захватывает, настолько же нудна вся остальная часть книги.

Плюсы:

- Роман написан в предвестье милленниума, в ажиотаже вероятных «ошибки 2000», «пророчеств о конце света» и пр.

- Отдельные детали повествования очень тонко подмечают реалии жизни.

- Впечатляющая проработка «по Лему» — статьи, книги, школьные сочинения, мемуары вымышленных персонажей описываемого места и времени.

- Оригинальная модель среды обитания: циклический конец света, чудовища, феномен ворот.

На таком материале можно создать книгу уровня Стругацких или Лема. Но... что мы имеем в итоге?

Сюжет вертится вокруг судьбы главной героини — Лидии Сотовой от ее пятнадцатилетия до глубокой старости: учеба в лицее, влюбленность в депутата Зарудного, первый апокалипсис, женитьба на сыне Зарудного, исследования Ворот, приход тоталитарного строя, любовь с учеником, второй апокалипсис, разрыв с Максимовым, искусственное зачатие ребенка, третий апокалипсис, исследования статистики смертей в апокалипсисе, обретение условного времени, последний апокалипсис. И? Если закрыть глаза на моральные качества героини, то по большому счету — это одна большая мелодрама, которой все детали апокалипсиса только мешают, создают лишние неясности, размывают возможную идею, а именно:

- Социальные системы сменяют друг друга бессистемно: из общества России 90-х гг (1) -> мы попадаем в тоталитарное общество, в котором читаются черты Социализма и фашизма (2) -> деградация и здесь же общество типа (1) вплоть до повторения событий, разница разве что в сектах. Спрашивается, а из чего вытекает именно такое развитие? И куда делась заявленная деградация?

Тут можно отметить, что тоталитарный режим Стужи после второго апокалипсиса — это дань фобиям 90-хх, тем же, что в «Выбраковке» Дивова, ну боялось общество опять в диктат вернуться, однако, после всех разрушений, т.е. после очередного апокалипсиса мы опять оказываемся в обществе 90хх. Это можно понять как метафору, мол, если общество опять нырнет в «тоталитарщину», то вернемся мы к тому же разбитому корыту. Бездоказательно. Тем более, кроме нашего «совка» были и другие социализмы и каждый из них закончился иначе.

- Мы знаем, что в мире не одна страна, а множество, а события развиваются в рамках одной страны; этот момент кажется совсем неубедительным; более вероятным представляется, что разные государства так или иначе объединятся перед лицом общей смертельной опасности; пример из истории — объединение против Гитлеровской коалиции стран с самыми противоречивыми социальными системами.

- Книга антинаучна: два раза мы видим ученых — недоученых, судя по их поведению и результатам исследований (результаты отсутствуют, не удается раскрыть тайну ворот, хотя по тексту и никаких предположений по этому поводу не высказывается, результаты острого эсперимента заминаются прекращением апокалипсисов), оба раза в тексте звучит мессадж, что исследовательная деятельность бессмысленна, а сам апокалипсис — непознаваем; что низводит роман с уровня НФ сразу на уровень какого-то фэнтези.

- В подтверждение мессаджа непознаваемости говорит и финал романа: апокалипсис проходит сам собой и даже дальфины исчезают с лица земли. куда? по каким причинам? что с воротами?

- Неясно отношение сюжета романа с религией. Согласно сюжету — действие происходит в будущем земли, однако, мы не видим никаких следов христианства, хотя имеются разные секты и даже церкви, однако, идея человека-Спасителя вызывает у священнослужителей отторжение, Официальная церковь объявляет такие идеи сектантством («Позиция официальной Церкви тверда и однозначна: сектанты, проповедующие о так называемом спасителе, суть еретики и раскольники…»), — и это на фоне того, что сам сюжет прекращения апокалипсиса хорошо укладывается в образ спасителя, искупляющего грехи человечества, а цифра 33 (Андрей, будучи врачом, умирает в 33 года) — явная аллюзия на Христа; В будущем земли все эти идеи должны быть, по крайней мере, ИЗВЕСТНЫ, а Дяченки заставляют  писателя Великова изобрести идею спасителя. Не для того ли христианство исключено из мира героев, чтобы с «вумным» видом туда ее придумать?

- В сюжете занято несколько десятков персонажей, большая часть из которых выполняет неясно какие функции; зачем нужен водолаз Саша? зачем писатель Великов? зачем Светка?

- В сложной архитектуре романа нет согласованности разных уровней: уровень Лиды, уровень города, уровень человечества, уровень дальфинов, уровень апокалипсиса; события разных уровней не запараллелены, сшиваются лоскутно, скачкообразно, не дополняя и не завершая друг друга. Например, экспедиция: а) обнаружены неоткрывшиеся ворота, б) дается намек на то, что все люди здесь были предатели, в) в тоталитарной системе Стужи тоже полно предателей -> ?, г) Лида обнаруживает странное свойство ворот, д) водолаз Саша пытается ее убить = Лидка психует, е) тут же разборки с мужем, его измены -> потеря девственности, ж) тут же отстрел Сашей дальфинов, «глаз», который Лидка запомнила навсегда -> где-то позже идеи о том, что дальфины — души съеденных глефами людей, з) в новой главе все эти намеки «забываются»

Общее впечатление от романа: сложная архитектурная конструкция из навешанных друг на дружку нестреляющих ружей, подрезанных до приобретения конструкцией формы идеального куба. Чисто, гладко, «вылизано», «профессионально», но вот по прочтении ничего особенно не вспоминается. Какой-то он перенасыщенный до пустоты:

- если я захочу почитать про самопожертвование ради спасения — почитаю Библию (книге по меньшей мере тысяча лет) или Чайку Джонатан Ливингстон (написана в 1970г);

- если захочу почитать, что люди умеют приспосабливаться к любым условиям или что люди по сути своей злы, эгоистичны — почитаю Достоевского (1821-1881).

А вот циклические апокалипсисы, вроде как придуманные авторами и хорошо придуманные, совсем не раскрыты. Например, тема объединения человечества перед лицом апокалипсиса. Объединение стран, темпы развития космической техники и бегство с планеты или выход на околоземную орбиту с целью обнаружить причину А. Встреча с Тем, кто надел этот «намордник» на чел-во. Опять вспоминаем историю: что дала гонка вооружений только двух стран — США и СССР за несколько десятков лет, а тут — глухо. Общество конца 90хх как подобие идеала, потому что с него все начинается и туда же возвращается в конце? Эксперимент социальный поставлен, эксперимент грандиозный, причем не только на Лидке, но и на других персонажах романа, а что он выявляет и зачем нужно было такой огород городить?

Также периодически возникает ощущение путаницы возрастов главной героини: если считать, что в первый апокалпсис ей было 15-16 лет и разница между двумя А. — 20 с лишком лет, то сразу после второго ей — 36-37, а перед третьим — 50-55, в тексте говорится — «за сорок» (когда она с Максимовым встречается), после третьего 56-57, а перед четвертым 70-75, учитывая условия, в которых люди обитают героиня какая-то уж слишком бойкая, разменявши седьмой десяток, опять же, Максимов к ней пробует вернуться. Пожалуй, роману бы помогло, если бы героиня была выведена этакой бессмертной метафорой, нестареющей и в конце превращающейся в кусок камня на берегу, но этого нет.

После первой главы слушалось крайне тяжело и нудно, несмотря на то, что начитано хорошо. Жаль потраченного времени.

Сразу и откровенно скажу: как-то «не зацепило» меня. Вернее зацепило, но не совсем так… То есть — совсем не так.

В общем, давайте по порядку.

Самоё фантастическое допущение, лежащее в основе книги, эскузи муа за тавтологию, крайне фантастично. Поэтому принимать близко к сердцу описываемый мир может только очень экзальтированная личность. Зато, какое же удовольствие я получал от самого процесса чтения-прослушивания.

Давненько не было у меня ничего подобного. Писательский талант украинских супругов-фантастов просто как квашня пёр со страниц книги. Тщательно и умело прописанные реалии книжного мира, сцены, многочисленные персонажи и их непростые взаимоотношения…

Впрочем, где-то с половины романа я начал подозревать, а на 2/3 — убедился с вероятностью 99,9%, что проблемы, стоящие перед Лидкой меня почти не задевают. После того, как 20 лет назад я прочитал «Унесенных ветром» и «Поющих в терновнике», меня крайне мало интересуют похождения, терзания и страдания дамочек, глубоко зацикленных исключительно на своём «необыкновенно оригинальном», а на самом деле — совершенно банальном (тому, кто понимает, о чём я говорю) внутреннем мире. Даже титанические усилия, прилагаемые Лидкой к гарантированному спасению сына — всего лишь результат внезапно, на старости лет, проснувшихся материнских чувств, по-прежнему крайне эгоистичных по своей сути. Они возведены в абсолют и подняты на пьедестал.

И что, в «Армагед-Доме» ничего кроме этого нет? Есть, конечно. Много чего там есть.

Масса линий для развития интереснейших конфликтных ситуаций: научно-исследовательские организации, превратившиеся в мощные спецслужбы, политтехнологии и психология толпы, космогония «ворот» и т.д., и т.п. А сколько было разбросано по тексту намёков, что линия дальфинов выльется во что-то неординарное? И что в результате из всего этого мы имеем в сухом остатке?

Ни-че-го!!! Пшик…

Создав столь проработанную, совершенно неординарную Вселенную, слить всё это единственно — в психологические проблемы самовлюблённой стареющей девицы со слабо подкреплёнными амбициями?

Нет, я не требую немедленного обоснования физических принципов функционирования ворот, обнаружения источников периодических планетарных катаклизмов, а также обязательное, немедленное, срочное и героическое их устранение… Это как раз было бы слишком дешёво и сердито. А вот нетривиальная, яркая и эффектная концовка могла бы решительно изменить уже вполне сформировавшееся у меня отношение к произведению. Но вместо этого я увидел якобы многозначительную, а на самом деле — бессильную — открытость финала, поставившую жирный крест на всех моих надеждах…

Дослушивал аудиокнигу, почти заставляя себя, подспудно ожидая провала.

«Предчувствия его не обманули» (с)

Если считать успехом, что книга не оставила меня равнодушным, то достигнутый результат можно считать вполне успешным. Хотя самым сильным чувством, овладевшим мной после того, как закончилась последняя дорожка аудиозаписи, была обида на авторов. Почти злость.

Как же так, а?

Отзыв — часть обзора, размещённого в АК http://fantlab.ru/blogarticle10393

Роман начинается жестко и буднично, как сводка ЧП из местной газеты: участник телешоу назвал в прямом эфире дату Армагеддона и устроил публичное самосожжение.

Поначалу кажется, что апокалипсис разразится в конце. Но время летит стремительно — он начнется уже через несколько десятков страниц. А жизнь продолжится... Дело в том, что в мире «Армагед-дома» апокалипсис стал обычным явлением — каждые двадцать лет на Земле гибнет все живое. Единственная возможность спастись — это переждать апокалипсис в загадочных Воротах, появляющихся неведомо откуда в разгар катастрофы. Уцелевшие возрождают цивилизацию, до следующего раза. Будто бы кто-то — то ли всемогущие инопланетяне, то ли сам Господь Бог — решил надеть намордник на нашу цивилизацию.

Это роман воспитания — но не отдельной личности, а всего общества в целом — где люди постепенно теряют свои лучшие качества и превращаются в эгоистов, готовых на все — только бы угодить в число счастливчиков, подлежащих первоочередной эвакуации.

«Армагед-дом» — книга, жуткая и притягательная одновременно. Книга, от которой не хочется отрываться, в которой все узнаваемо и знакомо. Но закрываешь последнюю страницу — и задаешься вдруг вопросом. А не живем ли мы в мире «Армагед-дома»?

Рекомендуется всем, кто предпочитает фантастику, затрагивающую серьезные нравственные проблемы.

«Однажды я свернул с дороги к океану — и с тех пор тянутся передо мной глухие окольные тропы…» Все пятьсот страниц романа укладываются без остатка в эту цитату из Стругацких. В молодости перед героиней стоял выбор: семья или наука, и она поступила неправильно. А все последующие неприятности, её метания-скитания от одного мужика к другому — последствия того неправильного шага. И оценить эту Лидку можно только на бррррррр… Неужели это и есть героиня нашего времени?

Еще удивило, что все второстепенные герои у авторов называются Яна и Тимур. На слух все они воспринимаются одинаково, и сложно разобраться, кто есть кто

В целом же книга скорее не понравилась. Долго, нудно, антинаучно. Уделено столько внимания проблемам этой дамочки — а нужно ли оно? Одно радует: понятно без объяснений, чем всё кончилось.

Было время, в конце девяностых — начале двухтысячных, когда я зачитывался литературой на паранормальную тематику. То есть это были инопланетяне, снежные люди, круги на полях, экстрасенсы и прочее  извороты человеческого разума. И, конечно, конец света, зловещие предсказания Нострадамуса, Ванги, менее известных «пророков» — без апокалипсиса никуда. Прекрасно помню статьи, чьи авторы пылкими словами пересказывали нам, простым людям, предостережения пришельцев, святых и даже домашних животных; помню то, как Судный День постепенно, месяц за месяцем, отодвигался все дальше и дальше — середина 98-ого, декабрь 98-го, май 99-ого, 2000-й (о, этот страшный миллениум!), 2001-й. Впрочем, и отвлеченный от сверхъестественного человек так же прекрасно помнит все эти разговоры из телевизионных передач и статей в, казалось бы, даже серьезных изданиях. И вот сейчас, спустя десять лет, пытаюсь вспомнить себя того, из прошлого, и представить, как бы я отнесся тогда к «Армагед-дому». Скорее всего, многое просто бы из романа прошло мимо меня. Наверное, все внимание обратил бы только на череду апокалипсисов, которые происходя во «вселенной» романа. А потом бы долго рассказывал родителям и друзьям, что нас ожидает в скором времени: немыслящие толпы народа, смерти, разруха. Забавно.

Хорошо, что сегодня на «Армагед-дом» я могу взглянуть трезвым взглядом. Хорошая книга. Очень интересный социальный эксперимент. Очень интересная модель мира, где апокалипсис происходит каждые двадцать лет с небольшим уже в течение нескольких столетий. Очень интересно наблюдать за тем, как живет человеческое общество в таких сложных и необычных условиях. Не живет, выживает — так правильнее. Сродни обитателям засушливой местности: по-быстрому подняться в дождливый период, расцвести, оставить потомство, а после «закуклиться», чтобы после засухи все начать сначала. Все процессы в этом мире ускорены, всего за двадцать лет может изменить социальный строй, поменяться правительство в стране; возникнуть новые Идеи в обществе, чтобы потом через несколько лет забыться и уйти из памяти. Все кипит, бурлит… и при этом остается на одном месте, сложно продвинуться далеко вперед, когда раз за разом движение приходится начинать заново. Тут Дяченко надо сказать спасибо за то, что они не ограничились только одним периодом благополучия, а провели своих героев через несколько мрыг (так в книге называют катастрофы),  благодаря чему можно показать жизнь этого мира более подробно, с большим количеством мелких нюансов.

Очень интересны персонажи. Самая сильная сторона «Армагед-дома». Впрочем, у Дяченко редкая книга (я припоминаю только одну) обходится без этого, так что об этом можно даже и не говорить. Я каждый раз удивляюсь, как Марина и Сергей умудряются совместить свои необычные фантастические допущения с такими жизненными героями, словно вот взяли твоего соседа и запихнули в свою книгу. Так бросишь взгляд, вроде бы все и просто, банально: забота матери о своем сыне, переживания молодой девушки — ну, что здесь особенного, удивительного? Чего мы не видели? А вот в целом картина получается просто потрясающая. Вот и Лидка из «Армагед-дома» меня вновь удивила. Эта книга — история ее жизни, начиная с подросткового возраста и заканчивая глубокой старостью. Неоднозначный человек, сложный. Отношение к нему у меня не раз менялось, от презрения к уважению, от злости до понимания. Это хорошо.

Много в «Армагед-доме» интересного, есть за что похвалить, но в тоже время возникает и ряд вопросов, причем достаточно серьезных, обойти их стороной при всем желании вряд ли получится. Вот по мнению авторов общество, оказавшись в таких условиях повторяющегося апокалипсиса, не сможет развиваться в научном плане. У него для этого не будет просто ни сил, ни возможностей. Тем не менее после каждой мрыги страна, о которой идет речь в романе, воссоздает себя буквально за пару лет. Почти сразу же начинают работать фабрики-заводы, воссоздается структура власти, работают предприятия. Почему же тоже самое не происходит с наукой? Почему генетика, о которой зашла речь ближе к концу романа, оказывается в стагнации? Научные лаборатории с университетами не могут пережить катастрофу? Так почему же тогда прочая инфраструктура остается на том уровне, что позволяет по-быстрому вернуть ее в строй? Допустим, проблема в людях, специалистах. Но для этого ведь есть «условное время». И что это за странная всепланетная ужасающая катастрофа, которая уничтожила бы все живое, если бы не Врата, но при этом оставляет в целости и сохранности многие дома? Почему человечество не озаботилось решением проблем с мрыгой? Изучают, наблюдают, но не решают. Космос, подземные укрепления, бункеры — много способов можно изобрести, если поразмышлять. А ведь в «Армагед-доме» нам рассказывают аж о пятом десятке циклов, то есть со времени первой катастрофы прошло больше тысячи (!) лет. И что? И ничего. Тишина…

К сожалению, все перечисленное в предыдущем абзаце это только одно из. Если присмотреться повнимательнее, то можно найти и еще целую прорву вопросов. Но книга все-таки хорошая, да. Стоит прочесть.

Роман я слушал. А это несколько отличается от привычного бумажного чтения. Отдельное спасибо человеку, с любовью озвучившему текст.

А теперь по содержанию.

Впечатляющий социальный эксперимент, на фоне которого показана жизнь главной героини. И как в обычной (не придуманной, нашей с вами) жизни, в ней есть линии, приведшие в никуда, есть радости, горе, любовь и разлука. Стремления, победы и крахи. И человеческая усталость.

Данную вещь, слава богу, нельзя отнести к научной фантастике, но предпосылки имеются. Причины апокалипсисов так и не раскрыты, хотя главная героиня и посвятила этому какую-то часть своей жизни. Да знать причины и не нужно. Это не главное в романе.

Главное — как обстоятельства и устройство собственной жизни способны нас изменить? На что мы готовы, какие апокалипсисы можем сами сотворить, дабы достигнуть желаемой цели? Скольких надо оттолкнуть, чтобы выжить самим? И сможем ли мы сами, хватит ли у нас благородства оттолкнуть самого себя, чтобы выжили другие?

Невнятная мысль об избранности Андрея, сына гг, так и осталась невнятной, не сделав роман дешевым. Вопросы так и останутся риторическими. Ответы на них должен определить каждый сам для себя. И никто другой.

Книга понравилась замыслом, идеей, но если честно реализация как-то не понравилась. Идея такого мира неправдопобдна по многим параметрам. Общество при таком частом апокалипсисе не могло бы восстанавливаться и это ясно. Поэтому ненаучность — это первая моя, но не главная претензия, так как авторов мы знаем интересуют совсем другие вещи, нежели вопросы науки.

Второе и наверно самое главное, что не понравилось — история женщины, стервы, феминистки (каждый выберет свое). Книга буквально напоминает в этом аспекте «Как закалялась сталь». Гвозди бы делать из таких людей. Эта смена партнеров, эта любовь детства, это замужество, эта связь со школьником и тяжба с желтой прессой. Все это меня очень измотало.

Понятно, что Дяченко хотели написать истрию жизни женщины в условиях, а мне бы хотелось бы меньше женщины и больше условий. В остальном претензий никаких, авторы как всегда выбрали очень интересную тему, своеобразно ее развили, книгу буквально проглотил, как в общем-то все из творчества любимых писателей.

«...Человечество, спешащее к «Воротам», подобно амебе. Простейшему существу. Реализуя инстинкт самосохранения, оно реагирует только на элементарные раздражители. Даже если кто-то сумеет сохранить в этой толпе трезвую голову и человеческий облик — он все равно не сможет ничего изменить, оставаясь в подавленном меньшинстве, подавленном и придавленном. Самое гуманное, что может сделать этот смельчак, — дать затоптать себя, чтобы самому не топтать других…»

Рысюк, а это именно его слова, оказался прав. Толпа — это сила, которой нельзя противостоять. Образовавшаяся из сходных или идентичных эмоций и импульсов, вызванных одним и тем же стимулом, толпа не обладает установленными организационными нормами, она не знает никаких моральных норм. В толпе проявляется примитивные, но сильные импульсы и эмоции, не сдерживаемые никакими этическими или организационными нормами. Один человек не способен противостоять толпе. Для этого ему нужно оружие сильнее — такая же толпа. Такая же неудержимая, управляемая только желанием и целью.

Я не знаю как, но авторы смогли создать такую атмосферу, что я даже поверил в этот нереальный, несуществующий мир. Я смог почувствовать все то, что чувствовала Лида.  

Сначала я не мог понять Лидиных поступков. А потом осознал. Я не знаю, как это описать словами. Это нужно прочесть и понять. Вы уж меня простите.

Этот роман напомнил мне знаменитый фильм «День сурка». В книге все повторяется точно так же. Только если там изо дня в день, то тут от цикла к циклу.  Апокалипсис. Восстановление разрушенного и потерянного. Снова Апокалипсис... И снова восстановление…

Все-таки не зря Армагед-дом является одним из сильнейших произведений данных авторов. Браво!

Каждому из нас в жизни приходилось делать выбор. И как же трудно бывает его сделать, понимая, что ты не владеешь всей информацией, что с самыми лучшими намерениями ты можешь нанести огромный вред. Или сделать выбор, зная, что идеального решения нет, и в любом варианте будут несправедливо обойдённые и обиженные.

Кажется, эта тема выбора присутствует во всех романах Дяченко. И силой своего таланта они вовлекают нас, читателей, в этот процесс, мы не просто наблюдаем за переживаниями героев, а примеряем их выбор на себя.

Авторы как всегда лаконичны и сдержанны, избегая как излишнего накручивания фантастического антуража, так и неоправданного украшательства текста. Цикличность «концов света», порталы, дальфины-глефы — всё работает на сюжет, создаёт и формирует его, а не присутствует для создания фантастических декораций.

«Чудо, тайна, достоверность» — такую формулу фантастики я встретил у Стругацких, и таков и этот удивительный роман  Дяченко.

Прекрасный фантастический роман без видимых слабостей и, что особенно радует, без единой нотки фальши. Практически реальный мир, читая про который забываешь, что он всего лишь плод воображения авторов, очень интересная, оригинальная (и плодотворная к слову) идея о регулярных апокалипсисах, тормозящих развитие человечества, глубокое проникновение в психологию человека и в психологию взаимоотношений между людьми, увлекательный сюжет, держащий в напряжении реально до последней страницы, небывалая легкость чтения. Умная книга. И, ко всему прочему, в ней нет «фантастики ради фантастики», чем грешат многое авторы — любой вводимый в роман фантастический элемент (а их не так и много) необходим для раскрытия идеи или для развития сюжета. Одна из лучших книг Дяченок

Уникальная книга. Апокалипсис по расписанию, идея как минимум нетипичная. Жизнь между апокалипсисами представляет собой пир на бочке с порохом. Но все привыкли и относятся к этому как к данности, что переносится и на читателя. Начинаешь воспринимать его как нечто предопределённое, что не изменить. Но пока он не настал, то и не страшно. Будем радоваться, пока мир не затрясётся, пока не выйдут глефы и не поднимется красное зарево. У певца Даниэля Лавуа есть знаменитая песня «Ils s'aiment», речь идёт примерно на ту же тему. Оптимизм- вещь великая, и он может быть разным, то есть может проявляться когда всё хорошо, а может- когда всё настолько плохо, что хуже не будет, робко выглядывать из-за слоёв пессимизма. Надежда, что кончатся когда-нибудь тренировки, придуманные Рысюком- разве не оптимизм? Что прекратятся мрыги? Бессмысленно надеяться, что это произойдёт, но все об этом мечтают.

ОТдельный вопрос о непознаваемости апокалипсисов- это намордник для цивилизации, возможно, он устроен некими высшими силами. Почему? Чтобы человечество в своих исследованиях космоса и прочего не подобралось слишком близко к этим самым силам и не свергло их, пусть и гипотетически? Версий много, но ни одна не оправдывается. Этот намордник ждал лишь появления праведников. Готовил цивилизацию к новому типа людей?

Кстати, отдельный вопрос касается этих репетиций конца света: идея неплохая, что толпа должна выработать рефлекс прохода в Ворота, но такие, как Лидка, не понимающие необходимости предлагаемых реформ, портят всё дело (достаточно вспомнить эпизод, когда она с Максимовым сидит в башенке). Тяжело в учёбе- легко в бою, разве не так? А связь с Максимовым вообще ни к селу ни к городу, смысловой нагрузки у неё нет. Если этот момент убрать- суть не изменится. Кроме того, чего ради ему понадобилось возвращаться через столько лет? Наверняка по заданию газеты.

Героев довольно много, но в большинстве случаев их присутствие погоду не делает. Взять хотя бы подводника Сашу- сначала казалось, что его линия будет развита, что он повлияет на развитие событий. Нет, линия угасла и затерялась.

Смутил такой «ляп» — Славку Зарудного постоянно зовут Ярослав Игоревич, хотя его отец — Андрей Зарудный. И, как было отмечено до меня, наличествует путаница с возратом Лидки. Она должна была быть значительно старше.

Вопрос создания семьи освещён с разных позиций, каждая из которых заслуживает внимания. Общепринятая точка зрения- надо создать семью, завести детей. И все слепо следуют этой «традиции». Пародия на нашу жизнь: люди женятся, размножаются, разводятся, сами не зная чего ради. Так принято, и точка. Этот момент перекликается с «Ритуалом».

При описании её сына Андрея картина складывается такая, что он просто ангел во плоти, «белый и пушистый», весь из себя хороший и не имеет ни одного недостатка. Где вы видели идеальных людей? Нет, спаситель, конечно, так и должен выглядеть, но не надо на это намекать столь усердно с самого его рождения. Ну, и финал... слишком большое поле для читательской фантазии.

наверное, из всего, что читал у Дяченок, Армагед-дом — это лучшее. После прочтения этой книги никогда не соглашусь с теми, кто утверждает, что Дяченки не пишут НФ — это самая настоящая НФ, причем во всех отношениях. Лишь немного портит картину абсолютная непродуманность технического аспекта апокалипсисов — если везде землетрясения и вулканы, маловероятно, что вышедшим из Ворот людям вообще будет где жить; в таких условиях хоть с Воротами, хоть без оных — каменный век наступит. так что есть некоторые нестыковки.

есть ляп очень бльшой (и это вполне можно поставить в вину редактору — куда смотрели его глаза?): в начале книге дальфины сбрасывают кожу, превращаясь в глеф (та история про девочку, которую не съела глефа, потому что вспомнила ее). а потом появляется совершенно иной (более вразумительный, кстати) жизненный цикл этих существ, при котором глефа никак никого помнить не может, ибо вылупилась из яйца, а не «сбросила шкуру».

в книге поднято множество аспектов человеческой психологии, человеческой, если хотите, натуры. и все это на самом деле сообщается не с позиции «обсуждения на лавочке у подъезда», а действительно по-научному. при этом — читать очень интересно и роман вполне себе не лишен сентиментальности и мелодраматичности.

что вызывает некоторые сомнения — это концовка. слишком уж сложно предположить, что за тысячелетие приходов апокалипсиса, подобной истории (банальной-то, в общем) ни разу не случалось. не поверил я в жертву «исуса».

и, как обычно у Дяченок, странные и какие-то непонятные ляпы: например, фразы типа «в лицо ударил яркий свет и она увидела, как его зрачки расширились» — расширились они типа от испуга (что само по себе лажа), но на ярком свете у людей без опухоли мозга зрачки обычно сужаются. особенно странно видеть этот ляп в книге с авторством врача по образованию (хотя, похоже, что эту книгу писала Марина). или при болях в сердце ГГ ощущала боль в левой половине груди — общеизвестно, что сердце болит посередине и боли называются загрудинными. странно, странно...

но в остальном — отличное произведение, достойное занять место в списке лучших фантастических книг.

Написано очень здорово. Идея прекрасная. К сожалению, меня заклинило на евангельских параллелях: женщина рожает ребенка, который приносит себя в жертву ради спасения мира. А женщина-то — лучше бы с такой не встречаться, когда ей больше сорока, а о сыне-то мы ничего толком и не знаем, кроме того, что он хороший человек где-то там за горизонтом. В общем, ощущение после прочтения — «как хорошо, что я там не живу». При этом понимаю, что книга замечательная, хотя и депрессивная. Так что девять баллов — только потому что не для меня.

А что если в мире будет каждые 20 лет происходить конец света? По расписанию, так сказать. Как изменится психология людей? Природа? Социальные институты? Оношение к браку и к детям, в конце концов? Безусловно, все это инстересно. Но интересно с лабораторной точки зрения. История же героини меня, если честно, не зацепила. Ну совсем никак. Нет, я не хочу утвержадть, что это авторская неудача или прокол. Их вещи всегда очень сильные и качественные во сех отношения. Просто «Армагедом» — не моя книга.