54 Иллюстрированный Пушкин


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «Zivitas» > 54. Иллюстрированный Пушкин: Пиковая дама (худ. А.Кравченко)
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

54. Иллюстрированный Пушкин: Пиковая дама (худ. А.Кравченко)

Статья написана 19 августа 2018 г. 19:40

Алексей Кравченко — блистательный довоенный мастер ксилографии. Мы с ним уже встречались (тут). И эту книжку я показывал. Это не отдельное издание «Пиковой дамы», но издание с отдельной сюитой иллюстраций к «Пиковой даме».

К этому циклу иллюстраций — особое отношение. Здесь времена перепутались. Сделаны гравюры были в 1939-1940 гг. (вроде как для английского издания), но в те годы книга не была издана. А впервые напечатаны были в 1981 году в том томике, что есть у меня. Так что эти иллюстрации, наверное, культурное событие начала восьмидесятых, а не конца тридцатых. Но очень уважаемый искусствовед Ю.Молок пишет что к юбилею 1937 года «в книжной иконографии «Пиковой дамы» произошла полная смена декораций и даже в гравюре на дереве, изъяснявшейся обычно на языке символов и аллегорий. Неудивительно, что романтическая гравюрная реплика Алексея Кравченко к пушкинской повести выглядела в конце 30-х годов запоздалой (Молок Ю. Пушкин в 1937 году: https://profilib.net/chtenie/130372/yuriy...). Означает ли это, что какой-то круг лиц был знаком с этим циклом в конце тридцатых (на выставке, например)?

Помимо полного цикла иллюстраций 1940 года имеется первый вариант (видимо, неполный) 1937 года. В 1981 году для книги были использованы гравюры из окончательного варианта 1940 года, но пара картинок помещена из варианта 1937 года. То есть книжка сделана не по авторскому макету (его, видать, и не было). Ну тогда и у меня руки развязаны — появляется возможность посмотреть (иногда в сравнении) оба варианта. А это совсем разные иллюстрации.

Так что несколько пластов: смотрим гравюры тридцатых годов, которые впервые все увидели в восьмидесятых. Кравченко великолепен. Меня не покидает ощущение, что эти иллюстрации по времени более пришлись к закату, а не к апогею советских времён. То есть, продолжая мысль Ю.Молока, к концу 30-х годов иллюстрации запоздали, а к началу 80-х годов вовремя успели. Получилось, что Кравченко спорил не с Тырсой и не с Непринцевым, а... С кем он мог спорить в 1981 году, через сорок лет после смерти? С Бенуа, наверное (не хочется думать, что с Ильёй Глазуновым).




Помимо картинок из томика с сочинениями Пушкина, буду пользоваться материалами из вот этого большущего альбома. Кеменов В.С. Алексей Кравченко. Живопись. Станковая гравюра. Книжная иллюстрация. — Л.: Аврора, 1986.

Этот цикл иллюстраций сделан по канонам, поэтому можем следовать нашему установленному плану (хотя и очень приблизительно).

1) Молодая графиня в Версале (XVIII век). Первая глава

Это иллюстрация из первого варианта цикла 1937 года, но она вошла в книгу. Видимо, в 1940 году аналога не было — второй вариант Кравченко не стал делать (может, действительно, посчитал, что первый сойдёт).

2) Германн бродит по городу / караулит у дома графини. Вторая глава

Не то, чтобы бродит или караулит — скорее подкараулил, и не во Второй главе, а уже в самом начале Третьей. Кравченко изобразил первую встречу Германна с Лизой на улице перед тем, как Лиза села в карету к графине, а Германн передал ей письмо. Но эту сцену Кравченко изобразил дважды: в 1937 году и в 1940 году. Редакторы книжки поместили оба варианта: первый (ранний) вариант помещён перед первой главой (играет ту же роль, что и фронтиспис), а второй (поздний) — непосредственно в тексте второй главы. Но мы посмотрим обе картинки рядышком друг с другом.

Ранний вариант 1937 г.
Ранний вариант 1937 г.
Окончательный вариант 1940 г.
Окончательный вариант 1940 г.

Я редакторов отлично понимаю. Нельзя было сделать выбор между двумя гравюрами: красота необыкновенная, уровень техники потрясающий (хотя по моим фото этого не видно). Невероятно: как можно было вырезать такую метель какой-то там стамеской?

3) Раздевание графини перед сном. Третья глава

Не то, чтобы раздевание, и не то, чтобы в третьей главе... Редакторы поместили картинку во вторую главу — то есть посчитали это одеванием. Но суть одна — парик почти налез, чепец готов для надевания. А можно и так представить: чепец уже снят, парик начали снимать...

Профиль у графини странный — кого-то смутно напоминает.

4) Германн с пистолетом. Третья глава

А вот это нечто. В книге помещён вариант 1940 года (и это правильно). А есть первый вариант. Посмотрим обе картинки рядышком.

Ранний вариант 1937 г.
Ранний вариант 1937 г.
Окончательный вариант 1940 г.
Окончательный вариант 1940 г.

Ну что? Ранний вариант вполне благопристоен, и скорее в духе переоценки повести к юбилею. Но во втором-то варианте! Такой провинциальной театральности в 1940 году точно никто не мог ожидать. А профиль графини? Тут уже сомнений нет — сходство очевидное. Искусствовед в тексте Альбома растерянно пишет: «Лицу графини Кравченко напрасно придал сходство с Пушкиным». Да, интересно, кого хотел Кравченко эпатировать? Неужели действительно для англичан рисовал?

5) Германн и Лиза. Четвёртая глава

Этой сцены в иллюстрациях нет — Кравченко, как мы видели, увлёкся мимолётной встречей героев на улице гораздо раньше.

6) Привидение (мёртвая графиня является Германну). Пятая глава

Этой сцены тоже нет у Кравченко. Очень жаль!

7) Игра Германна. Шестая (последняя) глава

Здесь тоже посмотрим рядышком два варианта: ранний (как я считаю, хотя в Альбоме он датирован 1940 годом) и поздний (попавший в нигу). В общем-то уже понятно, что ранний вариант поспокойнее, а поздний отрисован со всей страстью.

Ранний вариант 1937 г.
Ранний вариант 1937 г.
Окончательный вариант 1940 г.
Окончательный вариант 1940 г.

В последней картинке окончательного варианта важно то, что сцена символическая (карты в воздухе нависают над Германном). Вот именно это было нетипично для конца тридцатых. Ю.Молок именно про это писал: «Тема рока, судьбы, фортуны, тема карт и карточной игры — «тройка, семерка, туз», — по существу, надолго исчезнет с зеленого сукна русской графики». Ну а у Кравченко все эти темы бунтарски и проявились — хотя получается, что это было необычно и для начала восьмидесятых.




Ну что тут скажешь? Мелодрамы, нарисованные Кравченко, немного смешны. Но ведь это настоящая страсть, пусть не пушкинская, но шекспировская — почему бы и нет? Это ведь последнее такое искреннее и романтическое прочтение «Пиковой дамы».





204
просмотры





  Комментарии
нет комментариев




Внимание! Администрация Лаборатории Фантастики не имеет отношения к частным мнениям и высказываниям, публикуемым посетителями сайта в авторских колонках.
⇑ Наверх