Материалы с конвентов и ...


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Рубрика «Материалы с конвентов и литературных встреч» облако тэгов
Поиск статьи в этом блоге:
   расширенный поиск »

  

Материалы с конвентов и литературных встреч


Модераторы рубрики: iwan-san, suhan_ilich

Авторы рубрики: demihero, vvladimirsky, suhan_ilich, skaerman, Pouce, ДмитрийВладимиро, hobober, denshorin, Vladimir Puziy, gleb_chichikov, angels_chinese, SnowBall, Берендеев, Kons, iwan-san, Gelena, MiKat, Solnechnaja



Страницы: [1] 2  3  4  5  6  7  8  9 ... 27  28  29

Статья написана 6 августа 00:36
Размещена также в авторской колонке Solnechnaja

Приступая к чтению отчета о Евроконе 2018, вам необходимо запомнить две вещи. Первое: единственный конвент, на котором мне довелось раньше присутствовать – Ворлдкон 2017 в Хельсинки,  так что обо всяких таинственных мероприятиях вроде ESFS вам куда лучше расскажут Андрей и Ваня (про ESFS скажу только, что российский фэн №1  Люк, отсидев на сборище целый час, на вопрос «И что там обсуждают» устало вздохнул «I don’t know»), а этот отчет будет субъективным и оптимистичным отражением моего дилетантского взгляда на конвент, его организацию и некоторые мероприятия, которые мне довелось посетить. И второе. Каждый раз, когда вы будете сталкиваться со странными, не поддающимися объяснению событиями и стечениями обстоятельств, совершенно необходимо с видом полнейшей покорности судьбе разводить руками и трагическим голосом произносить: «се ля ви» (те, кто в теме, может просто пожимать плечами со словами «ну, это же французы»).


Итак, ДЕНЬ ПЕРВЫЙ.




Статья написана 18 мая 12:11
Размещена также в авторской колонке Kons


В этом году некоторые из фантлабовцев намерены посетить интересные конвенции, так что будут (надеюсь) другие отчёты, а пока застолблю первенство отчетов в этом году))


В этом году в мае проходил юбилейный конвент Sferakon в Загребе. Этот конвент стал уже 40 по счёту. Ну а кроме того, в этом году в Загребе отмечается полувека побратания города с Санкт-Петербургом. Благодаря такому стечению обстоятельств мне повезло получить приглашение от организаторов, чтобы приехать и поучаствовать в конвенте с докладом. Чем я с удовольствием и воспользовался.

Почетными гостями мероприятия были: британский писатель Адриан Чайковски, финский кинорежиссёр Тимо Вуоренсола, косплейерша из Венгрии Okkido, немецкий исследователь и художник Отун Пурсер и разработчик игр из Финляндии Микко Каллио. Ну а мне вроде как досталась роль почетного фэн-гостя.


Побывав уже на этом конвенте однажды, приятно возвращаться и видеть, что конвент жив и потихоньку растёт. Вот уже много лет конвент проходит в здании факультета электротехники и вычислительной техники университета Загреба. И этот год не стал исключением. Собственно конвент начинается в пятницу, когда заканчивается студенческая жизнь и продолжается два выходных дня. Так как сидят обычно допоздна, то и начинают не рано — в выходные начало программы после 12)).

Из того, что я вижу на наших конвентах всегда существует перекос в какую-либо сторону — либо преобладает визуал — косплей и прочее, либо что-то литературное. На Сфераконе это органично переплетается. Здесь можно видеть косплеера, который сидит на лекции по фантастике, а почетный гость запросто рассказывает молодым падаванам как правильно описывать и отыгрывать батальные сцены. Параллельно идёт много мероприятий, но как и положено на конвенте с гостями — существует нерперывная линейка мероприятий на английском языке.

Весьма порадовало, что конвент имеет серьёзную государственную поддержку и много спонсоров. Это реально помогает делать его лучше.


В этот раз собрались просто замечательные GoH, которые запросто зажигали на этом конвенте и это было весьма и весьма интересно и забавно.


В пятницу все началось довольно поздно. Пока суть да дело, пока отрабатывал своё прибывание делая заявленный доклад. Незаметно время и пролетело. Успел застать только доклад Тимо Вуоренсола, который рассказывал свою историю, как он пришел в кинематограф и что предшествовало созданию "Iron Sky". Но о главном, о 2 части разговор оставили на субботу.


Вообще презентации Тимо были просто огонь. Были небольшие технические неполадки, которые Тимо успешно заполнял юмористическими репризами. Представьте почти 2 метрового скандинава, который уморительно пародирует Удо Кира или стремительно признаётся в своей любви в творчеству Manowar.


Мы начинали вот с такой махонькой штучки...

.. и достигли вот таких результатов!


Потом просто бродил по конвенту и смотрел на всё что там было выставлено — книги, костюмы, косплееры, презентации конвентов и т.п.


А вечером довелось поучаствовать в местной командной забаве, вместе с другими приглашенными гостями, которую мы даже смогли выиграть у других команд.


Ну а потом был основной день конвента — суббота.

Было много интересного. Не помню порядка событий, поэтому буду перечислять всё кучей.


Одно из приятных знакомств этого конвента это знакомство с Отуном Пурсером. Впервые мы с ним познакомились ещё в прошлом году в Дортумнде, где он выставлял свои художественные работы, но увы его лекции на немецком я посетить не смог. А вот здесь мне представилась возможность и послушать, и посмотреть, и узнать его поближе.

Отун оказался очень жизнерадостным и интересным собеседником

Я побывал на 2 его лекциях. Первая была посвящена его основной работе — морской биологии и он рассказывал о необычных созданиях, которые были найдены на морском дне в районе Северного полюса. А второе мероприятие было совместно с Адрианом Чайковски и было посвящено Чужим — "Drawing and Describing the Truly Alien".

Именно он нарисовал один из рекламных постеров к конвенту в уже узнаваемой мной манере. Ну и часть его работ уехала в Питер))


На второй день Тимо продолжал юморить и рассказывал о том, что вот-вот выйдёт "Iron Sky 2", а также о проекте "Iron Sky Universe", который пока состоит в основном из идей и что получится — неизвестно. Он в частности показал тизер китайского фильма "The Ark", создающегося в рамках этого проекта.


Из других мероприятий ещё зашел на интервью с Адрианом Чайковски


А также весьма впечатляющую лекцию Петра Деркача (Piotr Derkacz) о Пырконе, который проходит в настоящий момент.


Празднование юбилея началось с официального разрезания юбилейного торта.


А потом началось самая главная часть конвента — вручение всего.

Первыми вручали награды косплеерам


Вручались дипломы детям различных возрастов за участие в конкурсе фантастических рассказов. Их было на удивление много.

Наверное главным в церемонии награждения было чествование "сферозавров", и эта церемония, на мой взгляд, превзошла церемонию вручения наград "SFera". "SFerosurs" — это звание, дань уважения к старому фэндому, который все это начинал когда-то.


Вручались дипломы признания деятельности в фантастике Милене Бенини и Александару Жиляку



Ну а дальше вручали саму премию "SFera". Каждый победитель саморучно вносил своё имя на пьедестал награды

Все счастливые обладатели награды

Сама награда

Ну и большая часть победителей на общем фото


И уж под конец дня (обсуждение записано на 23.00) состоялась моё второе программное выступление. Вместе с Александаром Жиляком мы обсуждали основные мотивы в фильмы Фрица Ланга "Метрополис"


Увы в воскресенье я уже не смог попасть на конвент, так как надо было улетать. А там тоже было много интересного, включаю dead-dog party.


Все, кто делал этот конвент — СПАСИБО!!!



Большую часть моих фотографий с конвента можно найти — https://www.facebook.com/pg/SFeraKon/phot...

Также использовались фото Flickr канала SFerakon.


Статья написана 4 декабря 2017 г. 09:18
Размещена также в рубрике «Рецензии» и в авторской колонке vvladimirsky

И, наконец, лауреат премии "Новые горизонты" 2017 года:


Эдуард Веркин. ЧЯП. –  М.: Э, 2016.


Номинировал Сергей Шикарев: «Лето… Время есть, а денег нету», пел Майк Науменко. Именно деньги, отсутствующие и наличные, становятся видимым катализатором событий, происходящих в провинциальном городке Гривске во время летних каникул.

Скрываясь за личиной вполне традиционной истории – кстати, интонационно очень меткой – о подростках и для подростков, повествование исподволь пробирается на территорию фантастического. В отображении автора деньги предстают субстанцией, едва ли не магической. Упоминает Веркин и чахнущего над златом Кащея, и легенду о тридцати сребрениках. А некоторая назидательность, присущая повести, не дает забыть о том, к какой аудитории обращается писатель.

Между тем мелькают в тексте и Рэй Брэдбери, и Харлан Эллисон, и даже инопланетяне, а важная роль в сюжете и вовсе отводится архангелу Михаилу («Лайтсайбер в деснице, в шуйце ковчежец предпоследнего завета, в сверкающих адамантиевых наплечниках, в сияющей мифриловой броне, верный скорчер за спиной»).

Впрочем, едва лишь схлынет полуденный летний морок, а главный герой вернётся из Гривска в большой город, как окажется, что волшба и чудо существовали только в воображении персонажей и читателей книги.

Или нет.



ОТЗЫВЫ ЖЮРИ



Андрей Василевский:


цитата

Формат — повесть для подростков (что многое объясняет), не фантастическая, но с фантастической… аурой что-ли. Хорошая интонация, хорошо прописанный текст. Просто хочется цитировать, что я уже и делал в своем FB: «Еще недавно, буквально несколько дней назад, он страдал от отсутствия Интернета, а сегодня уже любит толокно и ночует в свежих опилках». Мне и с познавательной точки зрения было интересно — про нумизматику, коллекционирование вообще.

Константина Фрумкина «обескураживает — это странная взрослость героев, являющихся по сюжету вроде бы как шестнадцатилетними школьниками». Да, в каких-то отношениях они очень взрослые, а в других весьма не. Условности жанра и требования российского законодательства приводят к тому, что шестнадцатилетние (!) герои не только не говорят и не думают о сексе, но и совершают свои поступки в необыкновенно целомудренном окружающем мире. И это гораздо фантастичнее звука телефонного звонка в лесу.


Валерий Иванченко:


цитата

Даже у лучших наших писателей «про подростков» есть такая беда: они не умеют нетривиально начать. Как учительница на автомате выдаёт классу вбитые формулы начала урока, так и писатели для школьников пускаются повторять давно затверженные зачины. И непременно им надо подпустить снисходительности к возрасту персонажей и своих номинальных читателей. Олейников в прошлогодней «Левой руке Бога» отпугнул экспертов, с ходу отправив их на урок по истории. Веркин в «ЧЯПе» начинает детской страшилкой про заколдованный лес, которая никак не связана с дальнейшим действием, зато сразу задаёт к нему несерьёзное отношение. Веркину – этому инфантильному Достоевскому к кривой ухмылкой второгодника – точнее, его персонажам – вообще свойственно ёрничание по любому поводу, у него и в рассказе о самых мрачных вещах редко без шуточек обойдётся. Хотя нужный тон он, как никто, умеет найти и выдержать, и «ЧЯП» потом читателя удивит. Но критик – такое существо: как вобьёт что себе в голову с первых страниц, так потом под пытками от своего мнения не откажется.

«ЧЯП» местами дико смешон, но происходят в нём события жутковатые и невесёлые. Это книга о вундеркинде, историю которого можно трактовать как угодно. Например, как евангелие, свидетельство о сыне божьем, рождённом среди людей и мучительно ищущем связи с настоящим отцом (так понял книгу писатель Василий Щепетнёв). Или как фантастику о мутации, выводящей человека на иной уровень (здесь видим перекличку с романом Михаила Савеличева). В «Железном паре» Павла Крусанова братья Грошевы, каждый по-своему, мечтают о будущем человеке. У Веркина вундеркинд Грошев такой посланец будущего и есть. Он изучает и покоряет, как может, стихию денег и вообще человеческих фетишей, попутно отыскивая заложенную в них возможность выхода за пределы обыденного. Рассказчик здесь смотрит со стороны, и он не семи пядей во лбу, так что о подоплёке происходящего мы можем только гадать. Этические и вообще жизненные уроки, полученные рассказчиком, не выходят за пределы принятого в детской литературе. Но за простеньким внешним сюжетом зияет бездна, детям вряд ли доступная.

Роман имеет хитро устроенную структуру, которую кто-то когда-нибудь разберёт до деталей, прояснив роль и значение каждого персонажа. Пока что он многим кажется слабым, упустившим очевидные возможности и допустившим тактические провалы. Меня лично не оставляет интуитивное ощущение цельности и законченности романа. Любой провал можно впоследствии объяснить как блестящий, единственно возможный ход, для этого нужно лишь, чтобы вещь обрела культовый статус. Потенциал для последнего у «ЧЯПа» есть.


Константин Мильчин:


цитата

Симпатичная подростковая проза автора, уже достаточно известного, с хорошо уловимыми булычевскими и стругацкими интонациями. Правда, не очень понятно, что именно в повести фантастическое. Зато читать одно удовольствие.


Константин Фрумкин:


цитата

Роман опубликован в серии произведений для подростков, и это идеальный роман для подростков. Увлекательный, с дразнящими тайнами, с житейской и общечеловеческой мудростью, с тонким, почти  неуловимым юмором, с блестками эрудиции  и ловко подсовываемыми литературными реминисценциями.

Единственное, что несколько обескураживает —  это странная взрослость героев, являющихся по сюжету вроде бы как шестнадцатилетними школьниками. Сами их роли взрослые: Сумасшедший Нумизмат, Сумасшедшая Поэтесса и «Доктор Ватсон» при нумизмате. И дела, которыми они занимаются взрослые: наживают деньги, общаются с бандитами и мэрами, защищают исторические усадьбы.

И речевая характеристика героев, особенно главного героя неправдоподобна: он и философ, и рассказчик историй, и чуть ли не голос автора.

Во «взрослой» литературе превращение монологов героя в философские трактаты никого не беспокоит, это законный прием, но в произведениях для юношества в этом пункте обычно соблюдают осторожность. Но ведь никаких писаных правил нет, да и само отнесение литературы к тому или другому читательскому возрасту крайне условно, а  если текст хороший — он легко перешагнет любые границы. А роман Веркина – хороший текст.

Еще немаловажное обстоятельство: «Новые горизонты» вроде бы как рассчитаны на фантастику, а «ЧЯП» к фантастике, строго говоря, не относится. Но зато он точно укладывается в определение фантастического, данное Цветаном Тодоровым: таинственные феномены в романе Веркина  — например, звук телефонного звонка  в лесу или страшный сон — с равной вероятностью можно считать и сверхъестественными и нет, и окончательного ответа автор не дает.

Роман посвящен такой важнейшей философской теме как власть вещей, власть денег как ее разновидность и коллекционирование как ее проявление. Тема это в русской литературе задана еще Гоголем с его Плюшкиным, и с тех пор разрасталась. У Веркина она еще усилена темой «мистики провинции» —  мотивом, получившим большую популярность среди современных романистов, достаточно называть имена Александра Иличевского, Алексея Иванова  и Марии Галиной. Но даже на фоне таких конкурентов у Веркина имеется свой голос — и прежде всего потому, что он очень серьезно относится к взаимоотношениям человека и вещи, и иногда кажется, что эта книга о монетах и жетонах не менее опасна, чем «пропаганда наркотиков среди несовершеннолетних».


Галина Юзефович:


цитата

Хорошая, очень симпатично написанная подростковая проза про лето и приключения (не вполне, правда, понятно, при чем тут фантастика). Я бы хотела, чтобы производство таких книг (не великих и даже, пожалуй, не выдающихся, но увлекательных, неглупых и – ненавижу это слово — качественных) у нас было поставлено на поток, но почему-то делать их в России умеет только Веркин – создатель замечательного «Облачного полка». Единственная, пожалуй, претензия – это возраст героев: автор так увлекся дистилляцией своего романа, что либо его персонажи серьезно отстают в развитии, либо им никак не шестнадцать, а в лучшем случае тринадцать лет.




Отзывы на другие произведения, номинированные на "Новые горизонты" см. на официальном сайте премии.


Статья написана 30 ноября 2017 г. 07:35
Размещена также в рубрике «Рецензии» и в авторской колонке vvladimirsky

Николай Горнов. Антивирус // Горнов Н. Убей в себе космонавта. – Омск: Сорокин Д.Н., 2016.


Номинировал Владимир Ларионов: Повесть «Антивирус» – жесткая и реалистичная антиутопия. Автор пишет в ней о будущем, которое трудно спрогнозировать, потому что оно обязательно будет сложнее, чем мы можем выдумать, и одновременно – будет проще, чем нам кажется из сегодня.

Армейские нейропрограммисты работают над созданием боевого ментального вируса (ударного мемокомплекса), который позволит не только корректировать личность носителя, но и сделает этот процесс контролируемым. В ходе тестовой проверки коды «сырых» прототипов непонятным образом оказываются в свободном доступе на популярном портале тестировщиков Sharashka и распространяются по всему миру, реплицируясь по собственной логике. Спецслужбы уничтожают следы, ведущие к авторам проекта, исчезают и сами нейропрограммисты.  События повести развиваются полвека спустя. Руководитель оперативного отдела в «Лаборатории Касперского», одной из самых профессиональных спецслужб, занимающейся борьбой с нелегальным оборотом вредоносного медиаконтента в Южной Сибири, случайно выходит на след неуловимого поставщика ментальных вирусов. Опытный оперативник Дмитрий Шестаков выясняет, что автором лучших мемокомплексов является некая Искра Милецкая, известная в среде нейропрограммистов под псевдонимом Гюрза. Поиски Гюрзы ставят под удар самого Шестакова, которому предъявляют обвинение в государственной измене. Оперативник,  воспользовавшись помощью контрабандистов,  успевает сбежать от коллег из спецслужб и находит тайное убежище на территории, неподконтрольной федеральным властям. К нему начинают поступать зашифрованные послания, автором которых, по мнению китайских спецслужб, является Искра Милецкая, официально считающаяся умершей. Шестаков понимает, что должен продолжать свои поиски.

Писатель постепенно выводит своего героя на мысль, что  затуманенные мозги россиян хорошо бы прочистить от накопившегося там мусора с помощью мощного антивирусного комплекса «Чингиз». Идея вроде бы славная, но вот что в ней и автора, и номинатора, смущает: если каким-то образом вычистить весь хлам, которым наполнено сознание соотечественников, очень высока вероятность, что в мозгах подавляющего большинства  из них вообще ничего не останется…



ОТЗЫВЫ ЖЮРИ


Андрей Василевский:


цитата

«Шестаков махнул рукой и через секунду из откинувшейся задней аппарели вывалился подполковник Седой в полном тактическом обмундировании, а за ним следом посыпались горохом его бойцы, лязгая затворами тяжелых штурмовых винтовок “Гром” и поправляя на бегу защитные сферы из светлосерого композита. (…) Шестаков нацепил поверх плаща оранжевую накидку с логотипом “Лаборатории Касперского”, прикрепил к уху клипсу корпоративного бифона и переключился на защищенную линию».

Вот собственно такая литература. С вкраплениями художества: «Небо набухло на глазах и провисло уже почти до земли. Порывистый ветер, разгоняясь от реки, набрасывался на редких прохожих, от избытка энергии закручивался в мелкие спирали и растаскивал цветную упаковочную пленку по полупустой автостоянке на крыше многоярусной парковки молла “Фестиваль”».

Как сырье для кинематографа это было бы вполне терпимо. Но для кино все диалоги должен был бы переписать специально обученный человек. «Сама знаешь, некоторых офисных девушек, у которых в бренную оболочку заключена тонкая ранимая субстанция, после знакомства с методами работы нашей техподдержки еще неделю одолевают внутренние вибрации», — это так в «Антивирусе» люди разговаривают.

Как целое — очень схематично. Как проза — по-моему, невкусно. Читать необязательно.


Валерий Иванченко:


цитата

Вялое пунктирное повествование, которое даже историей не назовёшь. Малосвязная нарезка набросков и заготовок. Замысел в целом ясен, но ни художественно, ни как развлечение текст не состоялся, не был доведён до ума. Положенные в основу «идеи» – совершенная ересь. Зачем фантазировать о нейропаразитах, когда всегда существовало и существует реальное психическое заражение и манипуляция массами – и механизмы их в целом известны? Конечно, сложные вещи проще объяснить волшебством, используя внушительные заклинания типа «мемокомплекс» или там «когнитивный вирус». Но это ведь жульничество. Адепты НЛП или последователи Кастанеды горы книг наваяли и то слывут шарлатанами, а Горнов прогнал телегу про «эволюционные матрицы» на пару абзацев и считает, что дело сделано. Не продумывая толком сюжет и концепцию, автор пошёл лёгким путём и ожидаемо провалился. Получилось нечто вроде прошлогоднего «Колокола», только гораздо слабее в событийном и зрелищном плане. Выдуманные Горновым и Фарбом мозговые эпидемии по научной части не правдоподобнее обычного зомби-апокалипсиса, но тот хоть эффектнее и эффективнее для сюжетостроения. У Горнова ещё и проблемы с прямой речью персонажей, витиеватой и сложносочинённой, невозможной ни при каких обстоятельствах. Так ведь вроде умеет автор писать, но стоит кому-то заговорить – всё, туши свет.


Константин Мильчин:


цитата

Антиутопия с любовной интригой  и всевластной IT-корпорацией, причем в привычной роли Гугла или Эпла, у нас выступает Касперский. В общем, русская «Сфера», только несколько скучная.


Артём Рондарев:


цитата

Действие данной повеcти разворачивается в уже довольно привычной среде, а именно в будущей России, которая живет авторитарным режимом под пятой очередного большого брата и вездесущей корпорации «Лаборатория Касперского» (не знаю, как тут дело обстоит с защитой торговых марок), потому что контроль за населением тут осуществляется с помощью какой-то довольно сложной системы промывки мозгов, сильно напоминающей те страшные утопии, которые рисуют с трибун наши женщины-депутаты насчет бесконтрольного интернета, где «наши дети» перестают отличать подлинную реальность от виртуальной и полностью растворяются в последней. Принцип этот мне представляется не вполне понятным и несколько сомнительным, тем более что излагается он тут по преимуществу в речах (и мыслях) героев, отчего, в силу попытки автора передавать речевые характеристики, дело окончательно запутывается. Жить в стране, судя по всему, довольно погано, благоустройств особых, связанных с будущим, нет, во всех домах и машинах принудительно, насколько я понял, включается постоянно радио и телевизор и поливает граждан рекламой и пропагандой (да, мы все это уже где-то читали). Помимо всего прочего, данное устройство мира произвело какое-то не слишком приятное воздействие на русский язык и умственные способности молодых родителей, так как действующих лиц тут зовут Искра Сергеевна, Мефодий Данилович, Жорес Андреевич, Вилен Аркадьевич и так далее, — возможно, это была попытка проиллюстрировать компилятивную идеологию будущей России, в которой, наконец, архаика смешалась с модерном советского образца, как того чают многие наши патриоты, но все-таки сильно режет слух.

Разумеется, при такой системе госустройства (и при наличии «Лаборатории Касперского») самым главным врагом государства являются хакеры, которые с помощью неких «мемокомплкесов» запускают в благостную картину мира вирусы, смысл деятельности которых я тоже не очень уяснил, но явно, что они делают что-то подрывное, постоянно реплицируясь и так далее (оригинальная теория мемов Докинза тут тоже, разумеется, изложена, причем одним из героев как бы от себя). Главный герой тут – довольно высокий чин силовых структур, представляющийся «главным государственным инспектором в сфере массовых коммуникаций территориального управления «Лаборатории Касперского» по вашему федеральному округу», который, провалив важную операцию, внезапно подвергается гонениям, начинает мотаться по покрытой революционными отрядами и бандитами стране, а также в эмиграции, с тоже весьма революционными целями, которые я вам тут рассказывать не буду, чтобы уж совсем не получился спойлер; есть тут и довольно запутанная система родственных отношений основных участников действия, которая под конец немного начинает напоминать индийское кино.

Написано это все довольно нейтральным, с некоторыми, правда, покушениями на стиль, языком кибербоевика, вполне развернутым и даже обильным, что, собственно, и составляет основную мою претензию к повествованию. Я недаром выше говорил об устройстве здешнего мира с определенной уклончивостью: у меня нет ощущения, что я его понял или правильно запомнил, так как описан он, с одной стороны, многословно, а с другой – как-то неопределимо невнятно, с каким-то нарративными разрывами, фигурами умолчания, потоками мысли героя и явным желанием забраться на территорию философии сознания и все в ней там разом прояснить. Бог с ним, что описанный здесь мир вторичен даже по отношению даже не к Оруэллу, а сотням послеоруэлловских антиутопий; хорошо, что автор попытался осмыслить феномен медиатизации реальности; жалко, что он не удержался от желания прикрутить техническое решение к этой социокультурной проблеме; но все это претензии и комплименты второго порядка: самое тут главное, что ты решительно не можешь разобраться до конца в том, что тут происходит, и постоянно вязнешь в описаниях, которые ничего не проясняют, а только все больше тебя запутывают. Самой большой добродетелью человека, вымышляющего мир, является ясное собственное представление об этом мире и обо всех его деталях, физических, географических, культурных и политических: судя по всему, у автора с этим не то чтобы совсем плохо, но как-то все-таки не сильно хорошо.


Константин Фрумкин:


цитата

В этой повести мне очень понравились придуманные автором фантастические идеи: что с «вредоносными мемами», спрятанными внутри идеологий и рекламных роликов, борются как с компьютерными вирусами (только заражающими мозги, а не компьютеры), что для них разрабатывают антивирусы, что вокруг этого создана целая индустрия, и что в связи с этим «Лаборатория Касперского» превратилась в могущественную спецслужбу, а финальное торжество добра выражается в запуске антивируса, который должен очистить мозги людей от засорения в мировом масштабе, при этом низведя многих до уровня детей. Из этого мог бы получиться прекрасный рассказ, но только при двух условиях: если автор возьмется эти идеи додумывать и прорабатывать, и если при этом он не будет относится к ним с убийственной серьезностью — поскольку идеи совершенно пародийны и являются прекрасной иллюстрацией к нашей доморощенной конспирологии с ее «окнами Овертона». Увы, оба этих условия не выполнены, а автор вместо рассказа замахнулся на повесть. В итоге мы имеем: идеи плохо проработаны, у персонажей нет не только определенного характера, но даже сколько-то угадываемого образа, их поступки слабо мотивировны и не кажутся логичными, сам мир будущего, в котором происходит действие, предстает не объемным, не прописанным до конца, сюжет кажется рыхлым, слабо проработанным, смонтированным из необязательных и при этом предельно стереотипных эпизодов, большая часть повествования вообще кажется излишней, не нужной, не решающей каких бы то ни было художественных задач, зато многие, на первый взгляд интересные линии оказываются оборванными без всякой компенсации.


Галина Юзефович:


цитата

Предсказуемый и поучительный киберпанк с шутками и прибаутками про опасность тотальной зависимости от искусственного интеллекта.  Главный герой проходит путь от преданного служителя технологического Молоха до луддита, этот самый Молох разрушающего. Шутки местами смешные, но в целом мы такое – только веселее, энергичнее и неожиданнее – читали многократно. И вообще, как-то это не очень, когда мало-мальски тренированный читатель способен после прочтения первых пяти страниц предсказать сюжет во всех подробностях – включая как бы парадоксальный финал.




Отзывы на другие произведения, номинированные на "Новые горизонты" см. на официальном сайте премии.


Статья написана 26 ноября 2017 г. 15:26
Размещена также в рубрике «Рецензии» и в авторской колонке vvladimirsky

Яна Дубинянская. Своё время. –  М.: Время, 2016.


Номинировал Владимир Борисов: Мы лукавим, когда называем Время четвёртым измерением. Всё-таки оно решительно отличается от трёх пространственных измерений. Яна Дубинянская предприняла смелую, я бы сказал, отчаянную попытку разобраться с течением времени. С этим сталкивался каждый в жизни: ведь индивидуальное восприятие течения времени глубоко субъективно, несмотря на точные хронометры и настенные календари, в разных условиях, в разном возрасте, в разных ситуациях время у каждого течёт то быстро, то медленно. И вопросы, затрагиваемые в книге, насущны и глубоки. Можно ли ускорить или замедлить течение своего времени? Как при этом не выпасть из общего времени или, наоборот, попытаться обособиться, закуклиться в отдельном временном коконе, как общаться с окружающими, тянуть их за собой или притормаживать? А ещё ведь есть риск провалиться в безвременье. И как оттуда потом выбираться?



ОТЗЫВЫ ЖЮРИ


Андрей Василевский:


цитата

В романе Дубинянской есть свои фишки, но до них ведь надо добраться, дочитать. Допустим, у меня есть внешняя мотивация — работа в жюри. Допустим, у книжного обозревателя она есть и тоже внешняя по отношению к тексту. Допустим, есть n-ое количество читателей Дубинянской, которые прочтут потому, что это книга Дубинянской, но и это мотивация внешняя по отношению к данному тексту, она основана на литературной репутации, которая наработана другими, прежними произведениями. А так… читаю, читаю — и никакой тяги, желания перевернуть скорее страницу и узнать…. Возможно, дело во мне, таком как я есть. Но и в свойствах данного текста тоже. Но я упорный. Что мне сказать о книге? Что оказалась длинной.


Валерий Иванченко:


цитата

В романе перемежаются два повествования в двух мирах – фантастическом-фантастическом и как бы реальном. Фантастическая-фантастическая история про мир, овладевший скоростью времени, окажется текстом в тексте, и нам даже представят его автора, плохо кончившего в финале, а как бы реальность начнёт сближение с фантастическим и обернётся сложносочинённой фантазией с непонятными хранителями и прочими мистическими вещами. Очень хорошо, когда автор показывает эти странные вещи околичностями и намёками. Плохо, когда реальность, в которую мы почти поверили, начинает ломаться. Вообще, умение пройти по грани, интриговать, не говорить прямо, мистифицировать привычное – сильнейшая черта Яны Дубинянской как сочинителя. Эта черта роднит её с Марией Галиной. Жалко, что ей часто не хватает последовательности и ловкости (изящества) сохранить умолчание. Фантастика её забавна, но заурядна, писательство как таковое (как фиксация и эмоциональная трансляция жизни) – незаурядно и любопытно. Меньше фантастики, больше жизни – с таким пожеланием хотелось бы обратиться к автору, чья проза для фантастики одновременно и чрезмерна и недостаточна. Надо ещё отметить важную в данном случае проблему ума. Он, как известно, бывает мужским и женским, и Дубинянская, по нашему мнению, залезает на чужую гендерную территорию. Это смело, но безрассудно. Меньше ума, больше женских достоинств – таким будет второе наше пожелание к ней.


Константин Мильчин:


цитата

Написанный с большим размахом роман с действиями в нескольких планах и нескольких мирах. Написано бодро, особенно реалистическая часть. Впрочем, она, видимо, «с ключом», а ключ есть только у тех, кто разбирается в киевской литературной жизни. Впрочем, зачем все это все, как про дольний, так и про горний мир, до конца так и не понятно.


Константин Фрумкин:


цитата

Произведения Яны Дубинянской чрезвычайно уязвимы для критики, и не потому, что они низкого качества, а потому, что они слишком амбициозны.

Причем амбициозны и с точки зрения темы, и с точки зрения способа письма.

В качестве темы для своих романов Яна Дубинянская берет самые сложные философские категории. В прошлых своих текстах она уже, например, говорила об удаче и свободе, а в «Своем времени», как видно из названия, замахнулась даже на «время». И разумеется, столкнулась с вызовами, которые не всем по зубам. Ведь время — тема одновременно и чрезвычайно сложная и при этом и блистательно разработанная лучшими умами человечества, достаточно называть имена Баргсона, Гуссерля и Эйнштена, которые действительно расширили наше понимание времени. Если же говорить о литературе: Яна Дубинянская пишет о персональном времени и его скорости – но именно этому вопросу посвятил Томас Манн самые сложные и самые глубокие страницы своей «Волшебной горы». В фантастике тема времени прежде всего исследовалась через осмысления парадоксов путешествий во времени, и тут недосягаемой интеллектуальной вершиной видится «Конец Вечности» Айзека Азимова.

Выходить на такую арену всегда надо с осторожностью, и прежде всего, глубоко осознавая, что ты собственно хочешь сообщить городу и миру. Между тем, не обладая в запасе достаточным количеством идей, Яна Дубинянская прибегает к своему излюбленному приему: превращает время в навязчивый лейтмотив (так же, как в романе Дубинянской «H2O» таким лейтмотивом была «свобода»). О времени говорится все время, о нем говорят персонажи, оно поминается к месту и не к месту, но искры высечь этими многочисленными чирканиями не удается. Если у вас нет какого-то особого понимания времени, если вам нечего о нем сказать нового — то количество слов компенсацией не является, даже если снабдить повествование большим числом касающихся времени житейских мудростей и банальных метафор.  Порою неуместность бросается в глаза: в эпизоде, когда, барышня, привыкшая к одинокому, «атомизированному» существованию сталкивается с жизнью вместе с большим числом людей в коммуне – то очевидно, это ясно из текста, встает проблема личного пространства. Однако и автор и персонаж, ради верности лейтмотиву, называют его личным временем. В других местах «время» заменяет такие понятия как «жизнь» или «судьба». Но частота употребления слова не может компенсировать отсутствие месседжа — писателю, к сожалению иногда просто нечего сказать сверх общеизвестного.

При всем том — Яна Дубинянская обладает талантом, который необходим всякому фантасту, и которого добрая половина отечественных авторов фантастики лишена: у нее сильное воображение. Она придумывает прекрасные фантастические идеи, но их разработка всегда не отрабатывается до конца. В «Своем времени» фантастическое допущение – возможность людей устанавливать для себя индивидуальную скорость течения времени. В отечественной фантастике идея разных скоростей времени уже разрабатывалась – прежде всего в «Темпограде» Георгия Гуревича и в «Должности во вселенной» Владимира Савченко. Последний роман, на мой взгляд — выдающееся произведение фантастической литературы, но и у Савченко, и у Гуревича аномальное течение времени происходит в некой особой, контролируемой обществом зоне, между тем как Дубинянская изобретает общество, в котором скорость времени – приватна, и у каждого своя. Эта идея совершенно великолепна, и в те моменты, когда Яна Дубинянская начинает ее обдумывать, изображать ее последствия – она оказывается в когорте первоклассных фантастов.  Но любитель фантастики не сможет насладиться этим на протяжении всего пятисотстраничного романа, ибо писатель ставит перед собой куда более сложные задачи, и тут мы подходим к амбициозности письма Дубинянской.

Яна Дубинянская не заботится о развертывании сюжета, акцентируясь более на драматизме отдельных эпизодов.

Ей мало быть просто хорошим фантастом, ей хочется быть еще и писателем «мейнстрима», писатель отдает обильную дань «традиционному литературному», размывая внимания читателя,   усложняя повествование многочисленными лирическими и любовными линиями, а заодно зарисовками из жизни писателей. Роман распадается на два, на сюжет из будущего времени – и из настоящего, второй сюжет «мейнстримовский» и его действие, как и действие «Автохтонов» Марии Галиной, происходит в не называемом, но узнаваемом Львове.

При этом писатель трудолюбиво утяжеляет текст работой со словом и с деталью – и мы имеем сложную риторику, нанизывание эпитетов, словесные красивости, усложненные конструкции, элементы постмодернизма (появление автора среди персонажей) и загромождение картины подробностями. Тут случаются прямо-таки набоковские удачи — например «внутренний таймер, который, тикая, маскировался под сердце», но случается и что-то сомнительное – например «внутренний порыв… во время которого».

Автор сам наставил перед собой высоких барьеров, которые ему пришлось перепрыгивать. Ведь чтобы заставить деталь заиграть в тексте, нужны наблюдательность, остроумие, чувство меры, нужен, в конце концов, труд по осмыслению окружающей реальности. Нагромождение словесных красивостей не может искупить отсутствие в тексте интеллектуальной или эмоциональной нагруженности (раз уж автор отказался от сюжетного динамизма). Боюсь, что Яна Дубинянская просто не справляется с теми задачами, которые перед собою ставит. Вместо хорошего фантаста перед нами предстает очень средний писатель-реалист, который не различает сильные и слабые стороны своего таланта, распыляется между множеством художественных целей и не может в полной мере достичь большинства из них. Гениально задуманный роман оказывается плохо воплощенным из-за того, что автор хочет одновременно быть философом, социальным критиком, гениальным стилистом, лириком и бытописателем. Может быть, тут не хватает только одного: чувства меры.


Галина Юзефович:


цитата

В одном повествовательном слое романа люди научились контролировать – замедлять или, наоборот, предельно ускорять собственное время, в результате чего жизнь расслоилась и атомизировалась: каждый человек живет в своем темпе и с другими встречается лишь в силу крайней необходимости. Эти новые люди существуют в обособленных флаерах, носят обтягивающие хроносы, платят виртуальной валютой экво и уже мало похожи на нас как биологически, так и психологически. На другом уровне романа, в реальности, как бы похожей на нашу (а на самом деле очень похожей на реальность из романа Марии Галиной «Автохтоны») юноша томится по девушке, а писатели и писательницы (в этом мире они суперзвезды) вальяжно перетекают из одного кафе в другое, ведут бесконечные разговоры и читают друг другу стихи собственного сочинения. В первом мире не все спокойно (похоже, назревает социальная революция), да и во втором тоже, две линии начинают понемногу сближаться, на пелевинский манер вкладываясь друг в друга (одна реальность оказывается порождением другой), но так никогда и не сходятся по-настоящему. Сюжет крошится и разваливается, а все попытки свести две линии воедино выглядят неуклюжими подпорками, призванными чисто механически обеспечить конструкции хоть какую-то устойчивость. Словом, много остроумия, лихости и изящной выдумки на микроуровне и совершеннейшая невнятица на уровне целого. Кажется, автору было очень приятно и интересно писать свой текст (что всегда подкупает), но сказать то же о читателе будет некоторым преувеличением.


Отзывы на другие произведения, номинированные на "Новые горизонты" см. на официальном сайте премии.


Страницы: [1] 2  3  4  5  6  7  8  9 ... 27  28  29




  Подписка

RSS-подписка на авторскую колонку

Количество подписчиков: 63

⇑ Наверх