# Приключение в воздушном море

Джек Лондон

«Я отставной капитан воздушных морей. Иными словами, когда я был помоложе (а с тех пор прошло не так уж много лет), я был аэронавтом и плавал в воздушном океане, какой окружает нас и протекает над нашими головами. Конечно, это опасная профессия, и, разумеется, я пережил немало страшных приключений, и вот о самом жутком или, во всяком случае, самом мучительном я собираюсь сейчас рассказать…»

An Adventure in the Upper Sea (1899)


* * *

Я отставной капитан воздушных морей. Иными словами, когда я был помоложе (а с тех пор прошло не так уж много лет), я был аэронавтом и плавал в воздушном океане, какой окружает нас и протекает над нашими головами. Конечно, это опасная профессия, и, разумеется, я пережил немало страшных приключений, и вот о самом жутком или, во всяком случае, самом мучительном я собираюсь сейчас рассказать.

Случилось это еще до того, как я стал работать с баллонами, наполнявшимися водородом, с двойной оболочкой из блестящего шелка с подшивкой, – баллонами, приспособленными для путешествия в несколько дней, а не часов. В те дни я поднимался на воздушном шаре «Маленький Нассау», названном так в память «Великого Нассау», который был у меня много лет назад. Шар был приличных размеров, наполнявшийся нагретым воздухом, с одной оболочкой. Он держался в воздухе около часу и мог подняться на высоту одной мили или больше. Это вполне отвечало моим целям, так как в те дни я занимался прыжками на парашютах с высоты полумили в увеселительных парках и на деревенских ярмарках. Я жил в Окленде, калифорнийском городе, заключив на лето контракт с городской железнодорожной компанией. Этой компании принадлежал большой загородный парк, и в их интересах было устроить там приманки для привлечения горожан, отправлявшихся подышать свежим воздухом. По контракту я должен был подниматься два раза в неделю, и мой номер служил главной приманкой; в дни полетов парк бывал набит битком.

Для того чтобы вам стали понятны дальнейшие события, я должен объяснить устройство шара, наполненного нагретым воздухом и употреблявшегося для прыжков с парашютом. Если когда-нибудь вам приходилось наблюдать такие прыжки, вы вспомните, что сейчас же после того, как парашют отрезан, шар переворачивается вверх дном, освобождается от дыма и нагретого воздуха, сплющивается и падает вниз, прямо на лежащий на земле парашют. Таким образом, не приходится покрывать мили в погоне за брошенным шаром – вы экономите время и избавляетесь от хлопот. Это достигается грузом, который привешивается на конце длинной веревки к верхушке шара. Аэронавт со своим парашютом и трапецией висит у дна шара и удерживает его в равновесии, так как перевешивает тяжесть груза. Когда же он прыгает, груз, привязанный к верхушке, немедленно тащит верхушку вниз, а дно, с открывшимся отверстием, поднимается вверх и извергает нагретый воздух. Для этой цели на «Маленьком Нассау» грузом служил мешок с песком.

В тот день, о каком я говорю, в парке собралось на редкость много народу, и полиции, удерживавшей напор людей, много пришлось поработать. Мужчины, женщины и дети протискивались вперед, толкались и напирали на веревки, служившие оградой. Выйдя из уборной, я заметил двух девочек лет четырнадцати и шестнадцати по ту сторону веревки, а внутри веревочного ограждения стоял мальчуган лет восьми или девяти. Они держали его за руки, а он, смеясь, отчаянно боролся, стараясь вырваться. Тогда я не обратил на это внимания – просто детская игра; и только в свете последующих событий эта сцена отчетливо мне вспомнилась.