# И тогда ты берёшь меч

Святослав Логинов

…и тогда ты берёшь меч и отправляешься спасать мир от какой-нибудь напасти. Меч, собственно, не обязателен, сгодится любое оружие, но следует помнить, что битие определяет сознание. И если ты вооружишься суковатой дубиной, то и вид у тебя будет соответствующий, и задача. К тому же, обладатель большой суковатой дубины не только разбивает вражеские черепа, но и сам частенько получает по башке. А получать по башке не хочется даже в те минуты, когда ты берёшь меч и отправляешься спасать мир от какой-нибудь напасти.

Разумеется, твой подвиг будет совершён не здесь. Мир, в котором ты имел несчастье родиться, беден и скучен. В нём нет места герою, и даже злодейства мелки и случайны. Твоя дорога лежит за его пределы. Путешественник, покидающий тусклый мир ради борьбы и захватывающих приключений, знает, что он никогда не вернётся. Таков закон дороги – ты можешь остановиться, но никогда не сумеешь повернуть назад.

Но именно здесь, где всё надоело и стоит поперёк глотки, ты должен найти оружие – обрести свой меч. Ты не кузнец и не оружейник, ты не сможешь сам выковать волшебный клинок. Впрочем, волшебные клинки тем и хороши, что их вовсе не обязательно ковать. Их можно найти или получить в подарок. Купить их – нельзя. Поэтому ты с презрительным равнодушием проходишь мимо универмагов и дорогих бутиков, где продают сувенирные кинжалы и сабли. Там, куда ты отправляешься, они останутся той же сувенирной дрянью. Они тебе не нужны. А вот кривая рябиновая палка, валяющаяся на газоне, представляет интерес. Когда-то рябинка росла перед домом, но потом помешала паркующимся на газоне автолюбителям или скучающим тинэйджерам, которым хотелось показать силу, и они превратили деревце в палку. Палка и теперь при деле: гуляющие собачники развлекают ею зажиревших питомцев. Коры на палке почти не осталось, древесина излохмачена острыми зубами. Если взять эту палку с собой, она обратится в посох мага, и трудно сказать, какие свойства проявятся в рябине. Вот только и сам ты изменишься, обратившись в мага с белоснежной бородой, что вовсе не входит в твои планы.

Дурацкое слово «белоснежный» в настоящем мире имеет смысл. Здесь снег обычно серый, а то и вовсе чёрный. А когда на металлическом заводе загружают шихту, снег становится бежевым или рыжим. Любопытно было бы обратиться в мага со снежно-рыжей бородой… если постричь её покороче, может получиться довольно пикантно.

Рябиновый жезл остаётся позади. Ты идёшь через бежево-снежный двор и ищешь меч. Меч – самое лучшее оружие, им может владеть любой герой, и он никогда тебя не подведёт. Нет ничего лучше доброго меча.

Девчонка лет шести, укрывшись за кустами, увлечённо строит секретик в подмёрзшем газоне. Может быть она даст тебе то, что станет мечом?

– Мне нужен меч.

Девчонка вздрагивает и поспешно отбегает. Осколки стекла валяются на разрытом газоне. Из-за кустов выскакивают две гладкошерстных таксы и начинают облаивать тебя не по росту басистыми голосами.

Толстощёкий мальчишка лет трёх, круглый из-за намотанных шарфов, топчется посреди песочницы. В одной руке – лопатка, равно непригодная ни к песку, ни к слежавшемуся снегу, в другой – замусоленный, надкушенный пряник. Растоптанные черно-снежные холмики бугрятся по углам песочницы. Давным-давно, когда снег ещё был белым, здесь слепили крепость. Поговорить бы с её строителями… а у нынешнего обитателя и сладких слюней не выпросишь. И всё же ты говоришь:

– Мне нужен меч.

Мальчишка молча замахивается лопаткой. Сразу видно, что он готов защищать свой пряник до последней капли вражеской крови. А если силы окажутся неравны, на помощь всегда придёт бабушка и две гладкошерстных таксы.

– Мне нужен меч.

На этот раз ты обращаешься к существу убогому даже по меркам этого убогого мира. Олигофрен, зачатый по пьянке и выросший в интернате для умственно неполноценных, неожиданно для всех сумел стать полезным членом общества. Он работает плотником в жилконторе и с безнадёжным упорством чинит почтовые ящики и разбитые двери парадных. Иногда его зовут в квартиры, вставить форточку или исправить иную мелкую столярку. Он безотказно выполняет всё, а потом, справившись по ветхому прейскуранту, выставляет счёт, размеры которого вызывают разве что ностальгические чувства. Вид олигофрена предельно серьёзен, движения замедлены, но каждое дышит осознанием своей нужности. Хороший человек, такие даже среди идиотов встречаются не часто.

Выслушав твою просьбу он молча кивает и, повернувшись, неторопливо идёт к подвалу, где обустроена жэковская мастерская. Замерев, ты следуешь за ним, и от странного сочетания: шагать замерев – всякое твоё движение исполняется особой олигофренической значимости. Ну и пусть, лишь бы он дал меч. Он может, убогим многое доступно в том и этом мирах.