# Доспех короля

Алексей Игоревич Бессонов

«Жос сплюнул на мостовую и повертел головой. Уж сколько лет я тут живу, хмыкнул он про себя, а никак не привыкнуть к столичным модам – не говорят здешние «в храм Эльта», не дождешься. Все у них по-простому, к богам на стаканчик заходят…».

– На проповедь-то к Эльту ходили? – поинтересовался лысый старый Керх, когда-то – столичный книготорговец, а ныне вежливый пьянчуга, доживающий свой век на процент с давно заработанного.

Жос сплюнул на мостовую и повертел головой. Уж сколько лет я тут живу, хмыкнул он про себя, а никак не привыкнуть к столичным модам – не говорят здешние «в храм Эльта», не дождешься. Все у них по-простому, к богам на стаканчик заходят…

– Моя семья искони поклонялась богу Прибоя два раза в год, по праздникам, – сообщил он.

– А вот зря, – неодобрительно поднял палец Керх и тоже плюнул. – Отец-проповедник у них там новый, слыхали? Говорили мне, мудрец изрядный.

– И как?

– Образованный юноша… не из последних, я бы сказал.

– Ну, – Жос шевельнул бровями, – если не доверять вашему мнению, то тогда мне уж и сказать нечего. Так образованный, говорите?

– Думаю, не в монастырях учился. Жизнь видел. Аристократ к тому же.

Керх закашлялся и нерешительно глянул в распахнутую дверь лавки: оттуда тянуло теплом и сложным ароматом пряностей.

– Я вижу, – Жос посмотрел на старика сверху вниз, – у вас в сумке, кажется, именно то, что я просил?

Книготорговец кивнул.

– Не хотел говорить о деле сразу, досточтимый Тролленбок. Не стану скрывать – пришлось ездить в столицу, однако ваш аванс вполне покрыл все расходы. У меня тут, – он отстегнул пряжку некогда элегантной кожаной сумки через плечо, до сих сохранившей серебряные уголки по швам, – мемуары адмирала Банту-Армиира, издание пятидесятилетней давности, но и не только. Если вам будет угодно, я нашел «Странствия» малоизвестного королевского корсара барона Майлена. Эта книга стоит дорого, но я не слишком стеснен в средствах и потому вполне готов отпустить ее вам в кредит.

– Ваша любезность переходит все видимые мною границы, – заулыбался Жос. – Идемте в лавку, утро нынче не жаркое…

Он провел гостя через просторный, отделанный черным деревом торговый зал с высоким сводчатым потолком: старший приказчик, готовящийся к экзаменам в Торговую академию Его Величества, сидел в углу за учебником, а двое помощников уныло протирали пыль с рядов бутылок, налитых экзотическими заморскими напитками. Под ногами Керха скрипнули ступени старой лестницы, ведущей наверх, в контору.

Отперев свой кабинет, Тролленбок усадил гостя в кожаное кресло и поставил на свой письменный стол бутыль темного стекла.

– Привезли мне, – сказал он, – отличную тростниковую уасаку, и издалека, скажу я вам. Не желаете приобрести несколько бутылочек?

С этими словами Жос налил пару тяжелых глиняных стаканчиков и придвинул один из них гостю.

Книготорговец с любопытством понюхал предложенное.

– Дорого, наверное, – вздохнул он.

– Для вас мы можем решить вопрос со значительной скидкой, – улыбнулся Жос. – Впрочем, ладно! Давайте-ка, – он выдвинул верхний ящик стола, – я рассчитаюсь за нашего адмирала, а потом посмотрю и на корсара.

Вторая книга оказалась ничуть не менее ценной, чем первая, заказанная заранее, – Керх отлично знал вкус хозяина лавки пряностей. Поторговавшись для соблюдения приличий, Тролленбок налил старику еще порцию заморского напитка и принялся отсчитывать монеты.

– Пока заказов не будет, – сказал он, – я подожду выхода нового каталога Ленайра, а потом, возможно, попрошу вас появиться на кое-каких аукционах.

Керх с готовностью закивал и поднялся. Жос дернул за шнурок колокольчика, вызывая младшего приказчика, однако тот, к его удивлению, распахнул дверь раньше, чем внизу звякнуло:

– Простите, хозяин, но к вам гость. По виду – аристократ с Юга. Требует именно вас, как хозяина оружейной мастерской.

У прилавка мялся с ноги на ногу высокий юноша с бледным лицом, обрамленным короткой, редкой пока бородкой, наверняка выращенной в течение морского путешествия. Одежда незнакомца выдавала собой недавние еще претензии семьи.

– Весь внимание, – коротко поклонился Тролленбок.

– Мне рекомендовали вас, – моргнул юноша, – как владельца оружейной лавки, способного произвести самый сложный ремонт…

– Лестная рекомендация, – кивнул Жос. – Сломался замок?

– Что-то вроде, – молодой человек закашлялся, приложил руку к груди своего дорогого, но порядком истрепанного плаща и огляделся по сторонам: приказчики не проявляли ни малейшего внимания. – Мне нужно восстановить одну вещицу… родовой орел. Очень старый.

Из-под полы плаща появилась сумка с какими-то серебряными вензелями. Юноша осторожно размотал небольшой сверток из коричневой промасленной бумаги и положил на прилавок орла с отломанным левым крылом.

Вещица и в самом деле отличалась немалым возрастом. Жос протер руки влажной тряпицей, потянул из кармана мощную лупу, с которой не расставался: да, не меньше четырехсот лет, один из самых ранних орлов в традиции. И не южный «сокол» с характерно загнутыми крыльями, нет-нет, это была северная семья. Бронза слегка с прозеленью, но похоже, что в земле орел не лежал – скорее, его хранили смазанным… и в то же время не пользовались им уже очень, очень давно.

По крайней мере, с тех самых пор, как кто-то отломал орлу крыло.

– Это вопрос небольшой и недорогой, – сообщил Жос, возвращая реликвию юноше. – Изделие было симметричным. Мастер сделает слепок и изготовит недостающее крыло по образцу имеющегося. Конечно, в итоге работ вы потеряете патину, налет древности, но я не думаю, что это так важно.

– Я хочу, чтобы это сделали при мне, – глаза юноши блеснули, и он снова закашлялся.

– Невозможно, сударь, – развел руками Тролленбок. – Работа займет довольно много времени – это раз. Ни один из моих мастеров не потерпит, чтобы заказчик торчал у него за плечом, – это два. Да и к тому же, скажу вам по совести, работы у них сейчас очень много. Если хотите – конечно, я приму вашу вещь, и думаю, что к послезавтрашнему утру все будет готово. Но только так – уж вы, сударь, простите.

Юноша побледнел настолько, что Жос, подняв брови, решил приказать подать горячего вина:

– Да что с вами, сударь?

– Не ваше дело, – хрупкая ладонь сгребла орла с прилавка. – Есть у вас тут приличные, э-э-э, ювелиры?

– Вы найдете их на площади возле храма младшей богини Айнул, покровительницы кузнецов. Но я не думаю, что…

– Это мне безразлично!

Плащ хлопнул на прощанье, и Жос остался наедине со своим недоумением.

– С бронзой работают только оружейники, – успел сказать он вслед.

* * *

Воэн, крепость у моря, строился когда-то как главная база юного тогда пеллийского военного флота. Это было давно – так давно, что даже башня королевского наместника, серым клинком воздетая над бухтой, мало что о тех веках помнит.

Когда-то, говорили старики, и трон казался далеким.

Время меняет все. Королевская столица, неутомимая в своем росте, оказалась вдруг совсем рядом, флот давно покинул уютную подковообразную бухту; ветры и приливы разрушили древние причалы, а на их месте возникли новые, куда как менее прочные. От старинных фортов остались только руины, на которых любят играть мальчишки.

От древних фамилий, строивших Воэн и получивших здесь земли, осталось еще меньше. Сыновья их традиционно уходили в море. В прежние, овеянные легендами времена многие возвращались капитанами, а то и королевскими адмиралами. Прекрасные, увитые виноградом особняки видали балы, оставшиеся в воспоминаниях знаменитых поэтов.

Но эпохи и судьбы непостоянны. Королевские линкоры, великолепные парусные гиганты нового поколения стали слишком велики, чтобы толпиться в небольшой акватории. Флот ушел на север, но это не было трагедией. Офицеры, отслужив свое, все так же возвращались в Воэн, и все так же шумели балы, грохотали на свадьбах столичные оркестры. А столетие спустя начались новые войны. Они казались не столь уж значительными, но линкоры вдруг стали сгорать вместе с экипажами…

И сыновья, ушедшие служить короне, не вернулись домой: виноград, столетиями цеплявшийся за шершавый камень, одичал навсегда.

Гордая крепость превратилась в маленький городок. Пара текстильных фабрик, на которые нанимались дочери самых бедных поденщиков из окрестных селений, несколько семей рыбаков-судовладельцев, поставляющих свой улов в столичные пригороды, да небогатые торговцы – вот, собственно, и все, что осталось от шумного когда-то Воэна.

Храмы оказались на самом деле маленькими церквушками, стоящими на проросших сквозь булыжник травой площадях. Старинные семьи? Нет, кое-кто остался… в тот год, когда Жос Тролленбок остановил свой выбор именно на древней крепости Воэн, аристократических семей с приличной родословной там было ровно три…

Осторожное – словно котенок скребется – постукивание дверного молотка Жос услышал раньше служанки Фильвы, которая как раз резала запеченную свинину, и поднялся из-за стола, махнув ей рукой: занимайся, я сам. В этот вечер Жос ужинал в кухне своего просторного двухэтажного дома – гостей он не ждал, и подниматься в кабинет не было причин.

Тролленбок промокнул губы влажной полотняной салфеткой, вышел из кухни, прошагал по старинному ковру, привезенному из далекого – навсегда уже! – прадедова дома, и отбросил засов окованной железом двери. Оружия при нем не было.

На пороге стоял жрец в темно-синем облачении.

– Простите, хозяин Тролленбок, – мягко произнес он, – я не прошу подаяний и вовсе не напрашиваюсь на ужин. Если позволите, у меня к вам дело.

Капюшон полетел на спину, и Жос увидел тонкое молодое лицо с аккуратно завитыми черными усами. Миндалевидные, влажно блестящие глаза смотрели на него без тени укора, всего лишь вопросительно.

– Ваша святость, отец-проповедник Аствиц, – выдохнул Жос. – Прошу вас, святых всех ради. Мне стыдно, что я до сих пор ни разу не был в храме на ваших служениях, но клянусь вам…

– Лучше отец Лейф, – все так же мягко проговорил жрец, расстегивая застежки своего легкого плаща. – Нам нужно поговорить, хозяин Жос.

– Быть может, вы все же не откажетесь слегка перекусить? Дело к зиме, и вечера стали холодны.

– Глупо прийти к хозяину знаменитой лавки пряностей и отказаться от вин, – усмехнулся жрец. – Прошу только – без церемоний. Вы, я чую, ужинали в кухне? Вот и пойдемте.

Тролленбок почтительно склонил голову: тот самый «образованный юноша», новый жрец храма Прибоя, был одного с ним роста. Жос уже видел его пару раз в городе и ошибиться, конечно, не мог.

Фильва, закончившая возню со свининой, прекрасно слышала слова хозяина, а потому убралась к себе раньше, чем Жос с гостем переступили стертый порог кухни.

Тролленбок разжег еще одну керосиновую лампу, достал пару бутылок старого вина, вытащил из буфета хлеб, поставил на стол блюдо с ломтями свинины:

– Сегодня у меня и вправду без церемоний. Дочка в столице у одной из родственниц, сын там же, в Морской школе Его Величества, так что пиры закатывать повода не было.

– Спасибо вам, – улыбнулся отец Лейф, глядя, как вино льется в его серебряный бокал. – Решительно не вижу, что могло помешать вам вытолкать меня взашей. Вы ведь дворянин по рождению, не так ли?

– Дворянин? – обернулся Жос, увлеченный нарезкой засахаренных фруктов. – Да что вы, отче! Дворянин… Мой прадед выслужил титул, но мы – «однодворцы», вам ли не знать…

– Получив назначение сюда, я долго рылся в архивах, – тихо засмеялся отец Лейф. – Это моя обязанность, как вы знаете. Про вас там буквально два слова.

– Так сложилось. – Жос вернулся за стол, поднял свой бокал: – Я действительно очень рад вашему визиту, отец Лейф. Мне отчего-то кажется, что я найду в вашем лице достойного собеседника. Выпьем! Вечер, повторяю, холоден, так что это вино будет в самый раз. Готов спорить, что такого вы еще не пробовали. Это вино из Машибута.

Жрец отпил из своего бокала и поспешил закусить ломтиком свинины.

– Я не ошибусь, – заговорил он, – если скажу, что вы не слишком стремились общаться с местной знатью?

– Кто я для них? – дернул плечом Тролленбок. – Это раз, не так ли? И для чего мне они?..

– Это два, – кивнул отец Лейф. – Но я слышал, что с покойным бароном Дестаффом вы периодически встречались и даже бывали у него в замке.

– Старик был единственным знающим человеком среди всей этой публики. Тридцать лет в море, к тому же его предки собрали прекрасную библиотеку… извините, отец Лейф, но давайте без околичностей: вы из-за него, что ли, ко мне? Из-за того, что я помог Вейре с похоронами?

– Нет-нет-нет! – протестующе поднял руки жрец. – Чем я так обидел вас, хозяин Жос? Вы вдовеете десять без малого лет, вы, как я уже сказал, дворянин, и какой закон может помешать вам помочь внучке старого барона? Нет, – он склонил голову, – я совсем по другому поводу.

– Я весь внимание, – приподнял брови Жос. – И признаюсь сразу – изрядно удивлен.

Жрец провел пальцами по своим усам.

– Думаю, да, вы будете удивлены. Возможно, вы вспомните – десять дней назад к вам в лавку пришел некий юноша, выглядящий как обычный южный аристократ из числа обедневших в… гх-мм… последние годы?

– Да, я помню такого гостя, – согласился Тролленбок. – Он просил восстановить родового орла – изделие было из старых, и я честно сказал ему, что работа займет некоторое время. Парень в ответ психанул и убежал. Думаю, он пытался обратиться к местным ювелирам… заранее знаю, чем это закончилось.

– А вот и не знаете, – отец Аствиц вздохнул, отчего Жос поспешил снова наполнить его бокал. – Отчаявшись, ваш гость сунулся ко мне, так как его семья много столетий принадлежала Эльту, о чем он не преминул мне сообщить. В здешнем храме раньше существовало нечто вроде приюта для паломников – нынче приют заброшен и находится в не самом лучшем виде, однако ж я смог растопить печку, принес нашему «паломнику» тюфяк и белье – в общем, обустроил его, как мог. Но это было все – под утро у него начался приступ, и юноша скончался. Вы видели, что у него ю-ю, хозяин Жос?