# Рудольфио

Валентин Григорьевич Распутин

Адаптированный текст рассказа В. Г. Распутина (2300 слов с опорой на лексический минимум первого сертификационного уровня (В1)). Ударения, вопросы и задания, ключи, франко-англо-русский словарь, иллюстрации.

2-е издание.

Подготовка текста:

А. Л. Максимова

Иллюстрации: М. А. Пермякова

Предлагаем Вашему вниманию книгу из серии «Библиотека Златоуста». Серия включает адаптированные тексты для 5 уровней владения русским языком: произведения классиков русской литературы, современных писателей, публицистов, журналистов, а также киносценарии. I, II и IV уровни ориентируются на лексические минимумы, разработанные для Российской государственной системы тестирования по русскому языку. Каждый выпуск снабжен вопросами, заданиями и словарем, в котором даны слова, выходящие за пределы минимума.

I – 760 слов

II – 1300 слов

III – 1500 слов

IV – 2300 слов

V – 3000 слов

## Валентин Григорьевич Распутин (р. 1937)

Известный современный русский писатель. Автор многочисленных рассказов на актуальные темы: «Век живи – век учись», «Что передать вороне?», «Рудольфио» и др., психологических, с нравственной проблематикой повестей: «Деньги для Марии» (1967), «Последний срок» (1970), «Живи и помни» (1974), «Прощание с Матёрой» (1975). Активно выступает в прессе в защиту окружающей среды.

## 1


Пе́рвая встре́ча состоя́лась в трамва́е. Она́ тро́нула его́ за плечо́ и, когда́ он откры́л глаза́, сказа́ла, пока́зывая на окно́:

– Вам сходи́ть.

Трамва́й уже́ останови́лся, и он пры́гнул за ней. Она́ была́ совсе́м молода́я, лет пятна́дцати – шестна́дцати, не бо́льше, он по́нял э́то тут же, уви́дев её кру́глое лицо́, кото́рое она́ поверну́ла к нему́, ожида́я благода́рности.

– Спаси́бо, – сказа́л он, – я мог прое́хать.

Он почу́вствовал, что ей э́того недоста́точно, и доба́вил:

– Сего́дня был сумасше́дший день, я уста́л. А в во́семь мне должны́ позвони́ть. Ты меня́ вы́ручила.

Ка́жется, она́ обра́довалась, и они́ вме́сте побежа́ли через доро́гу, огля́дываясь на мча́щуюся маши́ну. Шёл снег, и он заме́тил, что на ветрово́м стекле́ маши́ны рабо́тали дво́рники. Когда́ идёт снег, не о́чень-то хо́чется идти́ домо́й. «Подожду́ звонка́ и сно́ва вы́йду», – реши́л он, обора́чиваясь к ней. Но он поня́тия не име́л, о чём мо́жно с ней говори́ть и о чём нельзя́, и всё ещё разду́мывал, когда́ она́ сама́ сказа́ла:

– А я вас зна́ю.

– Вот как?! – удиви́лся он.

– А вы живёте в сто двена́дцатом, а я в сто четы́рнадцатом. В сре́днем два ра́за в неде́лю мы вме́сте е́здим в трамва́е. То́лько вы, коне́чно, меня́ не замеча́ете.

– Э́то интере́сно.

– А что тут интере́сного? Ничего́ интере́сного не́ту. Вы, взро́слые, обраща́ете внима́ние то́лько на взро́слых, вы все ужа́сные эгои́сты. Ска́жете, нет?