FantLab ru

Все отзывы посетителя С.Соболев

Отзывы

Рейтинг отзыва


Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  10  ]  +

Николай Яковлевич Данилевский «Россия и Европа»

С.Соболев, вчера в 11:40

В XIX веке жил в России биолог, немножко ихтиолог, Николай Яковлевич Данилевский. В 1850-60-е годы исследовал рыбные ресурсы Волги, Каспия, Азова, Белого моря. В 1860-е был директором ботанического сада в Ялте. В 1885 году, перед смертью, издал двухтомник «Дарвинизм», в котором пытался опровергнуть теорию эволюции. Интересно что когда высокоэрудированный, но в целом плохо образованный человек несет ерунду в строго научных областях, то его наивность очевидна сразу же его современникам. «Дарвинизм» (точнее было бы назвать конечно «Антидарвинизм») Данилевского высмеян сразу же после издания — Тимирязевым, Фаминцыным, Карпинским. Книга ушла в утиль, и не переиздавалась. В 2015 году московское издательство ФИВ (печатает книги по православию и монархизму) переиздало-таки «Дарвинизм» Данилевского, с аннотаций: На базе дарвинизма выросли многие разрушительные политические системы, такие как социализм, коммунизм, анархизм, национал-социализм, глобализм и т.д. Книга была плодом двадцатилетних размышлений, в результате которых «все здание теории» Дарвина, — как пишет Н.Я.Данилевский, — «развалилось в моих глазах в бессвязную кучу мусора».

Так бы и сгинул в чреве букинистических магазинов Данилевский, если б не написал он книжку... по истории — «Россия и Европа» (1871). Глава вторая книги называется «Почему Европа враждебна России?» В ней Данилевский пишет что России ведет войны только ради защиты своего существования, и никогда завоевательных войн не вела. А захват Финляндии 1808 года считать завоевательной войной нельзя, потому что в ходе захватнической войны уничтожается государственность захваченной территории, а так как финны просто бегали дикарями по тайге, то никакой государственности император Александр I не уничтожал. И далее иезуитский тезис: да полно те, русская народность такая могучая, что какой ей прок от захвата какой-то крохотной Финляндии?

Глава седьмая тоже ласкает слух славянофила: «Гниёт ли Запад?». Какая прелесть, через полвека термин взят на вооружение карикатуристами коммунистической партии, однако Данилевский коммунистов недолюбливал, но кто же против такого хлёсткого словечка для идеологической борьбы. В главе 14 обосновывает необходимость взятия Константинополя – а то славяне рассыплются исчезнут и вымрут, если у них не будет Царьграда. В XVI веке турки взяли Константинополь у греков, значит турки должны вернуть Константинополь грекам, но греки уже не те что в Древней Элладе второго века до нашей эры, грекам наследует Москва, значит турки обязаны вернуть Константинополь правильным грекам, москвичам девятнадцатого века. Это безусловно честно, иначе и быть не может. Тем более что юридически Константиполь «вещь, никому не принадлежащая», это доказано. Чтобы силой взять Константинополь, надо положить примерно 150-200 тысяч человек и эскадру в несколько десятков панцирных и других судов. Затраты составят 100 миллионов рублей, но это всё мелочь потому что выгоды, которые он бы принес ей, поистине неоценимы и неисчислимы. Кроме того, захватив Константинополь, России не придется его оборонять! Он так устроен и географически расположен, что другие страны его не смогут отбить и захватить! (Тут мне показалось что Данилевский забыл что на предыдущей странице сам же описал как легко и непринужденно можно захватить город).

Далее идут чудеса топографии: захватив Константинополь, произойдет «сокращение в одну точку 2500 верст пограничной линии и соединенная с этим экономия военных и финансовых сил». Вот так: граница станет маленькой, как корнишон, и оборонять ее можно будет небольшим казацким отрядом, что обойдется в очень маленькую сумму денег. Через 45 лет эта слабо обоснованная идея о необходимости Константинополя для Российской империи, послужила одним из аргументов для её вступления в Первую мировую войну. В 1914-1918 Российская империя потеряла на полях сражений и в госпиталях, по разным оценкам от 0,6 до 10 млн. человек. Страшно когда образовательный уровень царских сановников, принимающих решения, еще ниже чем у авторов идеи.

Там много такого жонглирования терминами, вольной арифметики «берем сто миллионов рублей и захватываем», интересно что книга «Россия и Европа» Данилевского поднята на щит славянофилами, этатистами, идеологами особого пути России, среди которых Леонтьев, Трубецкой, Достоевский. Данилевского начали причислять к историкам, философам, социологам, и даже записали в отцы геополитики. Данилевский стал звездой там где и не пахнет проверяемой наукой, а все достижения заключаются в словесной эквилибристике, балабольстве и мастерстве угождать вкусам платежеспособной публики, и чем толще напечатанный опус – тем солиднее «геополитик».

Короче всё полностью повторяется — лженаука против прогресса, недоученые против демократии.

Оценка: 1
–  [  6  ]  +

Александр Александрович Полещук «Вокруг света» и другие истории»

С.Соболев, вчера в 11:25

Александр Полещук начал свою журналистскую деятельность в 1958 году, сразу после школы, в районной газете «Трудовое знамя» Петуховского района Курганской области. Подробно описывает как устроился на работу, какой был круг обязанностей, как протекал рабочий день. Параллельно поступил на журфак Свердловского университета, и через три года начал работать уже в свердловских изданиях. Потом продолжил учебу в Москве, в аспирантуре, из аспирантуры попадает в помощники одного из секретарей ЦК ВЛКСМ.

Работая в газете «На смену!», участвовал в создании праздничного спец.номера по поводу пуска крупнейшей в мире фабрики по обогащению асбеста треста «Ураласбест» к 50-летию Октябрьской революции. Газеты должна была показать бурлеск трудового энтузиазма и слаженную работу подрядчиков при строительстве этого промышленного гиганта. Праздник готовился несколько недель, приближалась торжественная дата, однако стройка несколько затянулась, спецвыпуск не состоялся, завод запущен лишь через два года. (стр.106) Через два года — вместо планировавшихся двух месяцев. Полное фиаско плановой экономики.

Учась в московской аспирантуре, Полещук участвует в социологическом обследовании «Районная газета и пути ее развития». Цель исследования – выяснить как воспринимают районную газету ее читатели, и что им на самом деле хочется читать в районной газете. Заказчик исследования (государственный комитет по делам издательств) перечислил университету 50 000 рублей, аспиранты получают зарплату – но лишь для того чтобы тут же отдать ее своему руководителю, чтоб тот занимался печатанием документов и оплачивал машинное время для обработки данных. (стр. 144). (такая вот изворотливость и коррупция в самом простейшем примере).

Полевые исследования проходили в Шацке Рязанской области, опрошены сотни читателей. Результаты были настолько обескураживающими, что брошюра по итогам исследования вышла в свет лишь в 1977 году:

Между СМИ и реципиентами были обнаружены «языковые ножницы»: люди не могли объяснить смысл того газетного текста, что предъявляли им в ходе опроса, не знали значений слов из политического словаря. Знавших весь включенный в эксперимент словарь было менее 2% читателей, владевших менее чем его половиной – 9%. 39% не знали, что означает слово «диктатура», 42 – «суверенитет», 46 – «империализм», 48 – «гуманизм», 50-60% — «демократ», «оппозиция», милитаризация», 60-90% — «левые силы», реакционер», «либерал». (стр. 147).

По работе в Свердловской области Полещук общался с секретарем обкома ВЛКСМ Владимиром Житенёвым, Житенёв быстро дорос до секретаря ЦК комсомола, переехал в Москву, и ему потребовался референт. Осенью 1970 года Полещук получает предложение поработать референтом секретаря ЦК ВЛКСМ, учебу в аспирантуре прекращает. Далее следует работа по организации съездов, слётов, собраний, подготовка книг и т.п.

«Привилегии ответственного работника ЦК ВЛКСМ можно считать компенсацией того зависимого, отчасти даже бесправного положения, в каком он пребывал по сравнению с обычным гражданином СССР. На нас не распространялось действие кодекса законов о труде и защита профсоюзов» (стр. 174).

Такого изощрённого объяснения нахлебничества давненько я не читал.

В 1983 году Полещука назначают главным редактором журнала «Вокруг света». Хотя периоду работы в журнале отведено в книге колоссальное место (страницы 257-500), львиная доля этих страниц отдана под пересказ статей лучших журналистов, корреспондентов и приглашенных авторов журнала, рассказы о постоянных авторах и выдающихся путешественниках. (Любителям фантастики будет интересен рассказ о Льве Минце – прототипе Льва Христофоровича Минца, героя рассказов Кира Булычева «Гуслярского цикла», стр. 385-394)

Интересного по сути очень и очень мало, буквально крохи. Например небольшая история о том как был сохранен стол главного редактора В.Сапарина. Или сюжет о причинах небольшого тиража «Искателя».

Финансовая сторона освещена эпизодически, почему-то только за один год.

«В 80-е годы «ВС» выходил тиражом около 2 миллионов 800 тысяч экземпляров, столь же стабильно высокой была прибыль. Приведу для примера экономические показатели издания за 1986 год (без «Искателя»):

Разовый тираж – 2 801,0 тыс .экз.

Штаты – 24 ед.

Месячный фонд зарплаты – 5 092 руб.

Гонорар на номер – 4 325 руб.

Доходы – 26 837 000 руб.

Расходы – 11 376 000 руб

Результат (прибыль) – 15 471 100 руб.

Себестоимость 1 экз – 34 коп.

Номинал – 80 коп.»

(стр. 305)

По подписке и в киосках журнал продавался по 80 копеек, себестоимость его 34 коп.

ЦК ВЛКСМ получал миллионы рублей, но не делал капитальных вложений в издание. Полещук пишет что получили лишь фотоаппараты Nikon, магнитофоны Грюндиг, и пишущие машинки Ятрань. В типографии стояла устаревшая французская печатная машина 1960-х годов, которую с большим трудом чинили местные умельцы, и качество печати неуклонно снижалось, особенно это было заметно на цветных фотографиях. (стр. 306)

Период 1990-х тираж журнала неуклонно падал, цены на всё росли, экономические взаимоотношения постоянно менялись, после описания всех перипетий, чудом является что журнал вообще выжил и просуществовал все эти годы.

После смены собственника издания и ухода из «Вокруг света», Полещук 15 лет работал главным редактором журнала «Восточная коллекция» (издание Российской государственной библиотеки).

Среди рассказов о судьбе разных коллекций и собраний, Полещук повествует о такой истории:

В 1930-40-е годы в библиотеке МГУ работал Н.В.Скородумов, страстный знаток и собиратель книжных раритетов, библиофил. В его личной библиотеке было свыше 40 000 единиц хранения (книги, журналы, открытки и т.д.). Одной из собирательских тем у него была эротика и порнография. После смерти коллекционера оценочная комиссия библиотеки им. Ленина вывезла книги Скородумова из квартиры его вдовы, провела осмотр и оценку книг. Часть книг была куплена за 17 тысяч рублей. Однако эротическая часть коллекции (9426 единицы) «не представляет ни научной, ни исторической ценности для читателей Библиотеки и является сугубо вредным пережитком буржуазной идеологии». «Библиотека им. Ленина не сочла также возможным вернуть литературу столь вредного характера гр. Буровой, поскольку хранение ее на дому частным гражданином представляет определенную опасность. Находящаяся в настоящее время эротическая и бульварно-порнографическая литература из библиотеки Скородумова не может быть возвращена частному лицу, так как эта литература может храниться только в спецфонде». (стр. 567-568)

Интересен взгляд Полещука о месте России в мире:

«Быть может, ставшая в последнее время популярной идея российской (евразийской) цивилизации и распаляет национальная гордость, но серьёзных аргументов в ее пользу не могут привести. Да, Россию можно назвать евроазиатской страной, потому что она расположена на двух континентах и населяют ее народы европейские и азиатские, что отразилось в ее истории и культуре. Но все же у нас европейское образование и наука, европейское законодательство и политическая система; мы говорим на одном из славянских (то есть европейских) языков и пользуемся созданной на Балканах по образцу греческого алфавита азбукой.. … не будь окна в Европу, нам пришлось бы долго создавать собственную промышленность, армию и флот; наша наука и культура – плоть от плоти науки и культуры европейской; мы легко перенимаем европейские обычаи и моды. .. … При всём нашем своеобразии, при всей пресловутой «азиатчине» изобретать особую российскую цивилизацию – значит заранее признавать себя маргиналами, бредущими по мировой обочине» (стр. 492-493).

Оценка: 6
–  [  1  ]  +

Александр Ройфе «И сели они в ракету…»

С.Соболев, 6 ноября 2021 г. 21:52

Пародия на молодых талантливых авторов, показывающая что уровень знаний о мире чётко коррелирует с грамотностью.

Оценка: 7
–  [  0  ]  +

Софья Багдасарова «Воры, вандалы и идиоты: Криминальная история русского искусства»

С.Соболев, 27 августа 2021 г. 11:05

Прекрасная книжка о веселых приключениях на легальном и нелегальном рынке предметов искусства — как делают подделки, как перелицовывают картины малоизвестных живописцев в картины именитых мастеров, как обманывают экспертов и как обманываются сами эксперты. Особых подробностей нет и быть не может по причине того что многие участники событий не только живы, но и вес в обществе имеют.

Оценка: 7
–  [  7  ]  +

Аркадий и Борис Стругацкие «Улитка на склоне [Перец]»

С.Соболев, 25 августа 2021 г. 14:23

«Управление» — это аллюзии к Францу Кафке («Замок», «Процесс»). Такое же вязкое повествование про бюрократическую дурь и как регламентация развращает человека, а выжить в такой системе могут только пломбированные подонки либо совсем безмозглые и бессовестные типа шофера Тузика. Кажется что «Управление» кажется осталась в прошлом, и понять ее могут только жившие при СССР. Сейчас тоже есть забюрократизированные структуры, никуда это не делось. Но тут счастье наше в том что сейчас можно жить и расти вне тотальной бюрократии, и сводить общение с маразмом до минимума, а при советах человек так не мог, бюрократия и абсурдность обволакивала всё и всех.

Оценка: 10
–  [  1  ]  +

Шон Байтелл «Записки книготорговца»

С.Соболев, 15 декабря 2020 г. 22:20

Для книгоманов и книгочеев — приятное чтение, циничный и ёрнический взгляд на нас, простых покупателей, с той стороны прилавка. Описаны фрики и неадекватные посетители, требующие невозможного (книга с родным ценником в 20 фунтов продается за 4, и дама смеет еще просить скидку. Ступайте на заправку Шелл, попросите бесплатного бензину. Шелл и не заметит на фоне своих миллиардов потерю двух-трёх галлонов, но не уступит ни пении, так почему вы требуете скидку у нищего букиниста с протекающей крышей, обвалившейся печной трубой и живущего в неотапливаемом доме?).

Интересны подробности работы с Амазоном — как этот маркетплейс выкручивает руки маленьким торговцам и буквально заставляет продавать по цене ниже, чем хотел продавец.

Оценка: 8
–  [  8  ]  +

Роман Арбитман «Корвус Коракс»

С.Соболев, 11 июня 2019 г. 19:17

Орнитологическая фантастика, добротная смесь «Запада Эдема» Гарри Гаррисона и «Сказок для идиотов» Б.Акунина — биологическая цивилизация в антураже замедленного, отставшего в развитии мира с сатирическими приправами из нашего скрепоносного настоящего.

«А под потолком, само собой, — пожарный биодатчик: такая же, как и в нашей школе, клетка с канарейкой и филином, разделенная сетчатой перегородкой. У на считалось особым шиком, слиняв с урока, обкурить табачным дымом бедную канарейку. Ее верещание выдергивало филина из спячки, а громкое, на всю школу, уханье было сигналом к срочной эвакуации» (с.98).

Оценка: 7
–  [  -2  ]  +

Михаил Назаренко «Настоящая жизнь Ивана Ильича»

С.Соболев, 26 апреля 2019 г. 18:45

Краткий сказ о попаданце в эпоху великого перелома, безуспешные попытки перестроить ход войны.

Оценка: 7
–  [  6  ]  +

Павел Поляков «Стругацкие: взгляд со стороны. Эволюция произведений при переиздании»

С.Соболев, 20 марта 2019 г. 00:08

Первый раздел книги под названием «Стругацкие: взгляд со стороны»– это исследование повестей Стругацких, «Пепла Бикини» и «Отеля «У погибшего альпиниста». Сравнивая три изданных варианта «Пепла..», Павел отдает предпочтение двум первым (журнальным) публикациям в силу их более документальности и романтичности.

«Отель «У погибшего альпиниста» разбирается по пяти изданиям – как дотошный редактор, Павел обкатывает вслух смысл и значения слов, эпитетов, прилагательных, выбирает из всех пяти вариантов издания повести наиболее точный и верный вариант. Эта двухсотстраничная работа наверное была бы интересна начинающим писателям для понимания как надо писать лучше и доходчивее, тут очень наглядно показано что синонимичные слова имеют оттенки смыслов и способны порой менять настрой от прочитанной фразы или иначе раскрыть ситуацию.

Особняком стоит статья «Дело о пришельцах» (стр. 76-110). Тщательно препарируя «Отель..» – с цитатами, с рассуждениями, с объяснениями мотивировок персонажей, Павел приход к неожиданным выводам, например что описываемый в книге отель содержится на средства инопланетян.

Второй раздел книги, «История советской фантастики», составлен из статей, опубликованных Павлом Поляковым в своём ЖЖ-блоге. Подобная фиксация на твердом энергонезависимом носителе не в новинку, известен например «Путь ёжика» Леонида Каганова, «Диалоги» Владимира Березина – когда наиболее интересные и ценные материалы, появившиеся в сети, дабы не сгинуть бесследно, фиксируются книжным изданием.

Про советскую фантастику 1960-70-х гг отмечает что резко увеличился возраст молодых писателей-фантастов: в 1960-е книжками дебютировало поколение рожденное в 1930е- первой половине 1940-х годов, то в 1970-е первые книжные издания заимели представители .. того же поколения 1930-х. Связано это обстоятельство с ухудшением политики в области книгоиздания, с разгоном редакции Жемайтиса в «Молодой гвардии», с общим экономическим положением в стране. В печать могли пробиться только очень настойчивые люди, со связями, знакомствами, опытом существования в административно-командном плановом хозяйстве, то есть люди с большим жизненным опытом.

Рассказывая об изданиях фантастики в семидесятых годах, Павел отмечает и переводные книги, не ограничивается одними лишь отечественными авторами.

Интересно послесловие Андрея Коломийца – на двадцати страницах он рассказывает историю омского фэндома, о КЛФ «Алькор», о свердловском конвенте «Аэлита», о ежегодном конкурсе «Великое Кольцо», о встречах с писателями (со встречи с Сергеем Павловым: «проявилось удивление по поводу неожиданной осведомлённости фэнов» в литературной жизни). Интересная деталь: выявление лучшего произведения года проходило в форме анкетирования читателей фантастики со всего СССР. Отпечатанные листочки со списком номинантов рассылались по всей стране по списку существовавших клубов любителей фантастики и по фэнам-одиночкам, но обратно приходило едва ли 10 процентов (с.381).

Оценка: 9
–  [  3  ]  +

Роман Арбитман «Альтернативная история литературы»

С.Соболев, 28 февраля 2019 г. 22:55

Сборник анекдотов на окололитературные темы — если бы Франц Кафка работал в СССР, какой роман о превращении он бы написал, почему Чадский вернулся из Африки с жирафом, какая экономическая подоплека в романе «Психо» Роберта Блоха, и в каком произведении Достоевского описан формат интернет-чата.

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Александр Панчин «Апофения»

С.Соболев, 15 февраля 2019 г. 14:19

Небольшая история о попытке спасения Европы от оспы в мире победившей лженауки, XXI век. Специалистам приходится прикидываться магами и колдунами, чтоб сварить зелье (на самом деле — достать из древнего хранилища-холодильника сыворотку вакцины).

Оценка: 7
–  [  12  ]  +

Линор Горалик, Сергей Кузнецов «Нет»

С.Соболев, 11 ноября 2017 г. 12:12

Действие романа происходит в самой середине XXI века. Соавторы просто пролонгировали нынешние «перегибы»: полностью легальное порно, биоморфизм человеческого тела как модные фенечки-бусинки, вымершие от болезней континенты (в данном случае не повезло Африке), индустрия развлечений помимо видеоряда обогатилась сенситивным наполнением, то есть наблюдатель помимо изображения и звука получает полный комплект других чувств (фантоматика Станислава Лема в действии).

Множество сюжетных линий, множество персонажей обоего пола и разных возрастов, разных стран и занятий, действуют там-сям, временами пересекаясь. Шокирующим выглядит новый вид экспорта, после полного истощения минеральных ресурсов — «дети вместо нефти». Это жестокий мир, Хаксли и не снилось.

Оценка: 9
–  [  18  ]  +

Дино Буццати «Татарская пустыня»

С.Соболев, 24 сентября 2017 г. 19:38

Есть в литературе романы жанра “экшн” — динамичный сюжет, сплошное напряжение повествовательного ряда, активная жизненная позиция персонажей, стремящаяся раскрутить пружину читательского внимания на максимальные обороты. «Татарская пустыня» — роман анти-экшн. Если вам понравилась новелла Дж.Р.Р.Мартина «Мистфаль приходит утром», то роман Буццати не оставит вас равнодушным: та же картина ожидания отложенного чуда, заволакивающая жалкий человеческий разум мощь вселенских просторов, и горькое осознание ничтожности, ненужности и одиночества человека. Военный формализм доведен Буццати до абсурдного совершенства, паранойя томится в ожидании повода для геройства, задолго до войны люди гибнут из-за мелочей с единственной целью — стать Героями. Неважно, как ты жил, главное — красиво умереть. Эта парадигма пронзает остро отточенным клинком весь маг.реализм, Буццати тут не исключение. Ведь жизнь зачастую — это однообразная серая череда банальностей, доводящая своей монотонностью до полного и бесповоротного отупения кого угодно, будь он хоть семи пядей во лбу. Выжить человеку помогает только призрачная «иллюзия, что самое главное у него еще впереди».

Оценка: 9
–  [  4  ]  +

Айзек Азимов «В памяти по-прежнему молод: Автобиография, 1920-1954»

С.Соболев, 10 апреля 2017 г. 22:16

In memory yet green, in joy still felt,

The scenes of life rise sharply into view.

We triumph; Life's disasters are undealt,

And while all else is old, the world is new.

Название двухтомника — в первых строках стихотворения Азимова.

Оценка: 10
–  [  5  ]  +

Джеффри Лэндис «Человек в зеркале»

С.Соболев, 24 марта 2017 г. 18:20

Поразительно, но это пересказ рассказа Росс Роклин «The Men and the Mirror» (1938 год издания).

Оценка: нет
–  [  15  ]  +

Арлен Блюм «От неолита до Главлита»

С.Соболев, 18 ноября 2016 г. 10:08

«Если кто-нибудь из писателей задумал бы доказывать, что свобода ему не нужна, он уподобился бы рыбе, публично уверяющей что ей не нужна вода»

М.А. Булгаков

.

Есть расхожее мнение, что цензура помогает творцам творить под гнётом лучше, сильнее использовать аллегории, выкрутасничать с метафорами.

Еще польза цензуры видится в том что умные мудрые специалисты будут ограничивать людей от пошлости и скабрезности

Примеры из истории показывают что всё это совсем не так. Ретивые исполнители начнут гоняться за фантомами, и стараться назапрещать как можно больше чтоб показать свою важность. В книжке Арлена Блюма кратенько рассказывается история становления цензуры в стране, она просто таки изобилует вопиющими примерами.

1701 — монахам в кельях запрещено иметь чернила и бумаги, писать разрешено только с разрешения начальства монастыря.

В 1721 году введена цензура печатных гравюр, портретов и лубочных листков.

В 1735 году за рукописную копию официальной оды Тредиаковского в честь дня коронации Анны Ионановны, посадили в острог двух священников Костромской губернии — ретивые исполнители просто не поняли латинское слово «императрикс», и на всякий случай арестовали смутьянов.

Павел I в Высочайшем повелении 1797 года предписывал вместо слова врач писать лекарь, вместо граждане — жители и обыватели, вместо отечество — государство, а слово «общество» вообще было запрещено, как и «республика».

С 1830 печатать сочинения можно только с подписью автора, анонимные публикации не допускались к печати.

В 1834 году московский митрополит Филарет жаловался Бенкендорфу на строку из Евгения Онегина

«и стая галок на крестах»

увидев в этом оскорбление святыни.

С 1837 года каждая журнальная статья рассматривалась двумя цензорами. Сверх того устанавливался контролер над цензорами.

За пропущенную крамолу цензора сажали на гауптвахту для разбирательства.

При попытке снять с себя обязанности цензора человеку грозили преследования в дальнейшей жизни.

Порой цензоры не пропускали в газеты заметки, одобренные к печати самим Николаем I.

Екатерина II на досуге писали пьесы под псевдонимом, и уже при Николае I в Симбирском театре запрещены были две ее пьесы — как пошлые и содержащие ругательные слова.

В 1847 Мусин-Пушкин, председатель СПб цензурного комитета, на собрании цензоров предложил им «совсем вывести романы в России, чтобы никто не читал романов».

1853 цензор Елагин не поверил что в Сибири ездят на собачьих упряжках и запретил книгу.

Цензор Ахматов запретил печатание учебника арифметики потому что в одной из задач помещен ряд точек — Ахматов подозревает какой-то умысел составителя.

Про советскую цензуру и так давно и все ясно, любопытны списки запретных тем, которые Главлит (основан в 1922) не пускал в печать. Списки были ежемесячными и ежегодными, как циркуляры. В 1920е запрещалось публиковать статистику о безработных, беспризорниках, сведения о санитарном состоянии тюрем, сведения об экспорте зерна, о самоубийствах на почве голода, сведения о партийном составе уголовных преступников, запрещено раскрывать само существование Главлита, и — sic! — не допускать в печать заметок о ремонте Большого Театра в Москве. Это вообще каким боком??

В 1922 «Конёк-Горбунок» запрещен как порнография.

На с.112-113 цитируется переписка подкомитетов Главлита по поводу запрета двух детских сказок в коих описываются классовые противоречия в пользу буржуазии. Одна сказочка — «Курочка-Ряба», вторая — «Белочка». Судя по тому что про белочку я не помню, ее таки успешно и наглухо запретили?

Диафильм 1941 года «Галоши и мороженое» (по рассказу М.Зощенко) изъять потому что в нём родители занимаются торговлей в присутствии детей.

В монографии Л.Добровольского «Запрещенная книга в России. 1825-1904» (М., 1962) зарегистрировано 248 названий. Плюс 14 названий не позволила включить в список цензура советская.

Для сравнения: за время существования СССР русских изданий, прошедших официальную цензуру но потом запрещенных, составляет около 5 тыс художественных произведений и десятки тысяч наименований книг общественно-политического характера.

Так как общий культурный уровень цензоров был крайне невысок (приводятся образцы записок с лютыми смысловыми ошибками), и самообразованием цензоры занимались из-под палки, то цензура в СССР работала по простейшему техническому принципу: изымались печатные издания в которых упоминались фамилии репрессированных — в любом контексте, в хвалебном, нейтральном, ругательном или просто в перечислении персонажей через запятую. Изымались даже книги, в выходных данных которых указывались типографии имени репрессированных лиц — например книга отпечатана в типографии имени Бухарина — всё, кранты, изъять. Таким образом счет шел на десятки тысяч брошюр любой разнообразной тематики.

Поэтому смешно и наивно выглядят мечты деятелей культуры о благоприятном воздействии цензуры на творчество — мол, «на оселке цензуры они оттачивали и совершенствовали своё мастерство, прибегая к эзопову языку и другим ухищрениям, цензура помогала воспитывать в читательской среде искусство метафорического чтения».

Ну да, а потом оказывается что корректор — однофамилец Берии, и весь тираж изымается.

В книжке есть немножко и про «Космическую Одиссею» Кларка (и про мировское издание 1970, и про Техинку-Молодеж 1984), есть и про переписку Джорджа Оруэлла с редактором журнала «Интернациональная литература» в 1937 году — из главлита пришла справка что Оруэлл троцкист(!) и печатать его нельзя. Этот ярлык троцкиста фигурирует за Оруэллом в секретных циркулярах до 1960х гг.

Радищев про цензуру очень хорошо написал еще в 1790 году:

«Ценсура сделана нянькою рассудка, остроумия, воображения, всего великого и изящного. Но где есть няньки, то следует, что есть ребята, ходят на помочах, от чего нередко бывают кривые ноги; где есть опекуны, следует, что есть малолетные, незрелые разумы, которые собою править не могут. Если же всегда пребудут няньки и опекуны, то ребенок долго ходить будет на помочах и совершенный на возрасте будет каляка. Недоросль будет всегда Митрофанушка, без дядьки не ступит, без опекуна не может править своим наследием. Таковы бывают везде следствия обыкновенной ценсуры, и чем она строже, тем следствия ее пагубнее».

Оценка: 9
–  [  2  ]  +

Михаил Менделеевич Климов «Записки антикварного дилера»

С.Соболев, 14 ноября 2016 г. 13:32

Мемуары книжного дилера, занимавшегося торговлей и обменом книгами в Москве в 1970-2010 гг. Хотя предмет интересов автора — книга антикварная, от инкунабул XV века, и до прижизненных изданий классиков XIX века, общую картину жизни книжных коллекционеров и собирателей эти воспоминания дают очень интересную. В книге множество анекдотических ситуаций и вдумчивых жизненных наблюдений.

Оценка: 8
–  [  5  ]  +

Сергей Жарковский, Елена Афанасьева «Сказка PRO»

С.Соболев, 11 марта 2015 г. 14:44

Когда технология непостижима умом и неописуема словами, она воспринимается как магия.

Сильно далёкое будущее. Люди научились закупоривать свои планеты от внешних угроз и проблем, чтобы спокойно заниматься спокойными делами. Продвинутые ученые дошли-таки до реализации идей Николая Фёдорова об оживлении всех ранее умерших.

Оценка: 10
–  [  10  ]  +

Антон Первушин «Звезда»

С.Соболев, 3 февраля 2015 г. 17:21

Книжка чётко разделена на три части. В части первой — «Спасите «Колумбию»!» — дотошно описан полёт американского челнока. Подготовка корабля, старт, полётный график экспериментов, общение с ЦУПом, выявление признаков аварии, расчеты возможных последствий, попытки залатать дыру – практически ничего тут не выдумано, или могло бы быть именно так, как описано Антоном Первушиным, случись у американцев больше возможностей для взаимодействия между разными службами. Но даже при таком удачном стечении обстоятельств (когда про аварию знают на Земле и в космосе, когда все службы скоординированы на самом высшем уровне и задача спасения корабля стала решаться агентством национальной безопасности под личным контролем президента), шаттл «Колумбия» всё равно обречён на гибель. Никакая помощь невозможна.

И только тут, со 150-ой страницы, начинается фантастика.

Часть вторая, «Красная «Звезда»», сюжетно решена элементарно – описывая детально жизнь Юры Москаленко, юного гражданина Советского Союза, автор описывает историю обновления и всей страны. Вместе с Юрой страна растёт, вместе с Юрой страна тянется к новым высотам в политике, вместе со страной Юра осваивает новую технику и покоряет космос.

Альтернативная история с развилкой в 1983 году. Не умер Андропов, природа дала-таки ему ещё десять лет на эксперименты. Но не всё так явно, и не только смерть/не смерть генсека явилась причиной появления обновленного СССР. Я люблю произведения альтернативной истории, где развилки не показаны топорно – типа вот, не умер Андропов. У Первушина как раз очень тонкий случай, развилку очень сложно уловить, в мире его романа «Звезда» какие-то радикальные изменения произошли явно ДО 1983 года.

Какие-то странные изменения произошли и в США. Вот интересная цитата, дающая повод для некоторых раздумий. Идёт внутреннее рабочее совещание пресс-службы Центра имени Кеннеди:

« — Да, и еще очень важный момент, — вмешался вдруг глава пресс-службы. – Тех, кто работает с иностранными изданиями, я прошу быть особенно осторожными. Прошу так же докладывать обо всех странных вопросах и гипотезах, которые могут высказать иностранцы.. Особенно это вас касается, господин Адамски!

Дэйва словно ударили наотмашь по лицу. Он вздрогнул, вперив изумлённый взгляд в своего начальника. Неужели он знает об утренней встрече с Марининым? Неужели телефоны на Мысе действительно прослушиваются?

- Да-да, господин Адамски. Вы работаете с русскими, и вам нужно быть очень внимательным. Я даже попросил бы вас.. – глава пресс-службы как-то странно сморгнул и оглянулся на Бриджеса (Рой Бриджес – директор Центра им.Кеннеди, прим .С.С.), — я бы попросил вас присылать мне ежедневный отчет о контактах с русскими.

Адамски окончательно растерялся. За все время его работы в Центре имени Кеннеди, глава пресс-службы впервые обратил внимание на молодого сотрудника, отвечавшего за русских журналистов, и от этого внимания отчетливо попахивало временами маккартизма и охоты на коммунистических «ведьм».

Поскольку обращались к нему, он приподнялся и, почувствовав, что краснеет, промямлил:

-Да, безусловно.. Я буду информировать вас, сэр!» (с.89-90).

В мире «Звезды» Первушина СССР обновился, но продолжает таки существовать в прежней роли супердержавы. Не вопрос, отчего на столь важном направлении, как работа с представителями первейшего конкурента, оказался зелёный и практически неопытный рядовой пресс-секратарь со стажем примерно год или два. В тексте неоднократно отмечалось, что пресс-секретарь сугубо гражданский, и никакой связи с конторами не имеет – в отличие от советских «журналистов», про которых все (в том числе и наш молодой Дэйв Адамски) вокруг догадываются, что они из конторы глубокого бурения. Адамски не назвать дурачком — про маккартизм он что-то знает. Но чего это он принял стойку и с величайшей готовностью согласился-таки докладывать обо всём? Судя по этому эпизоду, Соединенные Штаты Америки становятся в романе эдакими Социалистическими Штатами Америки. Не противоречит этому предположению и эпизод с американскими астронавтами на орбите, когда они загибают речуги о славе русского оружия и несокрушимости советской техники на примере автомата Калашникова и .. электрочайника (с.111-117). И если про АКМы сомнений нет, то с замечательными советскими алюминиевыми электрочайниками со спиралью опыт общения тоже кое-какой имеется, и более гадкого и быстроживущего бытового прибора я что-то не припомню. Автор ещё раз напомнит нам об этом вечноживущем советском электрочайнике, уже ближе к финалу, и мы вернёмся к этому нехитрому бытовому прибору.

Впрочем, главные конструкции лежат на страницах, посвященных СССР.

Как поражение в Крымской войне 1856 года подтолкнуло Александра II на реформы, так и военные учения осени 1983 года подтолкнули СССР к “перестройке по Первушину” (на тех злополучных учениях “Запад-83” в нашей реальности дошло до дичайших случаев бомбёжки собственных наблюдательных пунктов). Непосредственным видимым инициатором реформ в мире романа “Звезда” стал маршалл Николай Васильевич Огарков (с.164), хотя кто и что там на самом деле двигал партию технократов – нам не ведомо, ибо китайский вариант модернизации не предполагает прозрачности ни в чём. В обновлённом Первушиным СССР даже гласность строго дозирована: вот подбили южнокорейский пассажариский самолёт (Антон Первушин писатель добрый, он и пассажиров злополучного рейса KAL-007 спас, и машину посадил), и все газеты-журналы опубликовали снимки, рассказы пилота истребителя, провели пресс-конференцию. Вот началась кампания по поводу дедовщины в армии – и вот вам дискуссия в газетах и на ТВ, и повесть “Сто дней до приказа” Ю.Полякова миллионным тиражом вышла, и лежит во всех киосках.. Как результат обсуждения проблемы, отныне в СССР за дедовщину в армии рядовым солдатам стали давать по десять лет срока, а офицерам – расстрел. (с.214). Сказали сверху: “в мае 1986 года обсуждаем сталинизм” – и целый месяц вся страна от политинформаций в школах до специальных сессий Верховного Совета – обсуждает сталинизм. Но накрыли мощнейшую банду автоспекулянтов – и тишина, и ни одной строчки в газетах. Цензура? Несомненно. Давно замечено, что гласность – это всего лишь когда СВЕРХУ разрешают голосить о том или ином предмете; к свободе слова гласность никогда не имела отношения, это ещё во времена Александра II люди поняли, мы не первые на этом тернистом пути.

Кстати, дозированная гласность началась отчего-то не после военных учений, на которых маршал Огарков понял недостатки системы, а за пару месяцев ДО учений. С чем это связано — не понятно, автор не дает указаний на это странное обстоятельство. Какие именно этические или эстетические преобразования произошли в умах высшего партийного руководства страны? Отчего ареопаг решил не советоваться даже с народом, — а всего лишь начать информировать подчиненных о своих действиях? В прагматизм верится слабо, в благотворном воздействии произведений культуры – ещё меньше. Ведь не в фильмах же Михалкова и не в публицистике Проханова искать корни нравственного возрождения партийной и военной элиты..

Технократ – это человек, которому важно Дело, а не идеология. Утопический роман Антона Первушина – это именно утопия технократа. Между прочим, это ключик к пониманию всего романа и авторского замысла: не важно, какой строй, не важно, что за партия у власти, главное – целесообразность, практичность и прагматизм. Так новые власти СССР пришли к идее реформировать марксизм, обновить ленинизм, и повернуться от идеи мировой революции – к индивидуальному благу отдельного человека.

Но всё равно надежда на умных руководителей и вера в честных аппаратчиков у автора перевешивает весь исторический опыт человечества: все равно все здравые мысли по поводу экономики и обустройства страны в романе появляются только «наверху», в «правительстве»; там же и принимаются все решения, всенепременно оказывающиеся «здравыми» (с.208). Однако теория управления, даже в простейшем приближении, говорит о принципиальной невозможности видеть с одной точки все связи системы. Тем более невозможно адекватно управлять такой системой. Что подвигло невентилируемый десятилетиями партаппарат на реформы – непонятно. Начальник генштаба Николай Огарков (1917-1994) — феноменальная личность, малоизвестная вне военной инфраструктуры, но не мог же он один отчистить политбюро ЦК КПСС образца 1983 года от геронтологической плесени?

Кстати, в настоящей истории как раз в 1984 году Огарков перестал быть начальником генштаба – не связано ли это действительно с имевшим место быть закрытым докладом о развале в советской армии?

Если совсем лаконично, Огарков предлагал сделать упор на высокоточное компьютеризированное оружие и на повышение мобильности, на постоянной связке между разведкой, командованием и исполнителями, чтобы в превентивных наступательных действиях всегда иметь несомненное преимущество. Огарков предлагал ввести в арсенал вооруженных сил СССР мобильные атомные бомбы для превентивных ядерных ударов – это, между прочим, к вопросу «хотят ли русские войны».

Военная доктрина Огаркова, если бы её приняли как руководство к немедленному действию, действительно сильно изменила бы советскую армию. Реформа армии подтянула бы реформу ВПК, и так далее, вплоть до сельского хозяйства, почты и автодорог.

Однако концепцию не приняли вовсе. Ибо иметь два миллиона необученных призывников дешевле, чем сотню тысяч умных специалистов. Кому они нужны, умные исполнители? Так и забыли у нас маршала – в справочниках даже дату смерти путают, то январь, то февраль пишут, и фамилию иногда пишут как «Агарков».

Итак, пошли реформы.

В рамках экономии средств СССР вывел войска из Афганистана, сократил группировку войск в Восточной Европе, и согласился в перспективе на объединение ФРГ и ГДР в обмен на полную их демилитаризацию.

Уже в 1986 году в СССР делают клоны «Макинтошей», начинают развивать компьютерные сети, в Ленинграде кооператив Жореса Алфёрова начинает серийно и массово штамповать лазерные диски «ЛЕД» (привет Гибсону!).

Советский «Эппл Макинтош» – это ровно то же самое, что и самодельный автомобиль «Лаура» из передачи «Это вы можете» – цельнотянутый корпус a la «Дьябло» с кое-какерской начинкой.

Несомненно, мы видим рождение нового стиля, появившегося из тех же ностальгических зёрен, что и паропанк; стиль этот -- new sovock, электросовок, Electrosovok — вырос из тоски по упущенным возможностям, из рецидивов имперского мышления и из веры в чудеса и диковины, разработанные советской оборонкой.

Я не мастер выдумывать называния ярлычкам, но нечто вроде «советского электропанка» в головах наших народных умельцев-фантазёров уже народилось.

«Чтобы оставаться на связи – вдруг госпиталь вызовет, — Москаленко подумал и купил радиотелефон компании «Радиотехника». Это была довольно дорогая и массивная игрушка (в карман не спрячешь!), однако средства позволяли, а плюсы этой новинки советской торговли были очевидны: теперь Юрий мог звонить и принимать звонки в любом месте и в любое время, не бегая в поисках будки с телефоном-автоматом» (с.352 книги А.Первушина).

Вернемся же к карте мира. Год эдак 1990-й.

«Немцы в ГДР, в основном жители Восточного Берлина, устроили самое настоящее восстание в стремлении объединить две Германии. Очевидно, кто-то в ФРГ решил, что сокращение советского военного пребывания дает возможность к изменению политического строя в германской Демократической Республике. .. .. .. Ночью сто тысяч берлинцев вышли на улицу и двинулись к стене, отделяющей Западный Берлин от Восточного. На одном из пограничных пунктов толпа смела ограждение, и берлинцы побежали на западную сторону. Подобное могло произойти и в других местах, что в условиях взаимного сдерживания в Европе было бы воспринято как начало вторжения. Чтобы предотвратить войну, пришлось вмешаться советским войскам, которые остановили разгоряченную толпу, не дав ей разрушить пограничные укрепления. К счастью, обошлось без жертв» (с.315-316).

Ночь, сто тысяч человек, неуправляемая толпа, войска маневрируют, никто даже не попал под колёса? Никто не кинул пивную бутылку о броню?

Любопытно, что СССР принимал участие в войне в Персидском заливе. Мы играли на вместе с США против Саддама Хусейна: однажды ночью советские десантники на экранопланах пересекли Черное море, прошли насквозь всю Турцию, и ударили по Багдаду с севера. За сутки – марш в тысячу километров. Встречали советских воинов-освободителей в Багдаде с распростёртыми объятиями. Даже никто партизанить не вздумал.

Через пару лет в Вильнюсе националисты движения «Саюдис» устроили захват телецентра и начали призывать к вооруженному восстанию. С литовцами Антон Первушин поступил круче, чем с немцами. Сначала телецентр бескровно взяли бойцы «Альфы». Потом было «арестовано свыше десяти тысяч человек, около тысячи приговорены к высшей мере наказания», но следом же «руководство страны проявило гуманизм. Тем, кто получил самый страшный приговор, расстрел заменили на длительное тюремное заключение», остальных просто отправили в колонии общего режима (с.337).

Очень просто решена проблема с преступностью в обновленном СССР: милиционеры стали получать фиксированный процент от выявленной суммы похищенного. Так, например, после раскрытия бензиновой банды Чубайса, Сергей Москаленко (старший брат нашего главного персонажа) купил шестикомнатную квартиру в центре Москвы (с.362-363).

Жизнь удалась, жизнь наладилась.

Тем не менее, не все товары научились хорошо делать в обновлённом СССР: по прежнему пиво лучшее – немецкое либо чешское, телевизоры – польские, джинсы – американские, т.д. (с.364). Самое лучшее, что научились делать в СССР – это электрочайники, которые нахваливают даже американские астронавты. Антон Первушин нафантазировал такой чайник, что мне даже захотелось его купить, если кто вдруг начнёт его производить.

«Немцы, в отличие от нас, делают очень красивые электрочайники. Из огнеупорного пластика, прозрачные, видно, как вода кипит. Но в том-то и дело, что по соотношению цена-качество немецкий чайник – предмет роскоши. Он стоит сто долларов, а радует глаз потребителя два-три года. Потом прогорает. Наш чайник стоит пять долларов, но может работать десять-пятнадцать лет в самых диких условиях. Его можно даже в лесу над костром повесить и использовать как обычный походный чайник, а потом вернуться домой и снова воткнуть в розетку» (с.419).

Так вот, если кто вдруг забыл или не видел: не было в СССР таких чайников в продаже. Были плоскодонные с пластмассовыми ножками и заменяемой (теоретически) спиралью. Была еще модификация с одноразовым предохранителем – в случае выкипания воды срабатывал нехитрый механизм, выбивающий электрошнур из гнезда в чайнике. От пожара спасало, но чайник приходил в полную негодность. Эти рудименты социалистического «качества» маргинальные фабрики производят до сих пор, и при желании их можно найти на задворках бытовых магазинов. Стоит такой чайник меньше, чем импортный пластмассовый – но не в двадцать, а в два-три раза. Очень знатно этот чайник прогорает, фактический срок службы не более полугода, а уж использовать его над костром – верное вредительство, ибо ручку ему делали из пластмассы, а собственно алюминиевый корпус был слишком хилым.

Вместо прямой обратной связи повсеместно используется анкетирование покупателей. Мысль хорошая, но любой вменяемый маркетолог скажет, что доля соглашающихся ответить на вопросы анкеты колеблется от полпроцента до полутора. Краткосрочные ожидания можно удовлетворить по таким опросам, но планировать на перспективу, затевать новое производство, опираясь на ответы «чтобы вы еще хотели купить?» — бессмысленно, и печальный опыт американского автомобилестроения конца XX века показал это со всей ясностью. Прорыв может совершить только идеология консюмеризма – изобретение принципиально новых групп товаров.

Первушин рассказывает о неприглядном быте (спекуляция, подпольные видеосалоны) времен позднего застоя с ностальгией, но без восторга, каким сейчас наполнены произведения интеллигентов, плачущих по империи. Этим автор выгодно отличается наших государственников, потому что за внешней ширмой нищеты видит отнюдь не стабильность и защищённость, но реально умирающую административно-командную систему. Тем не менее, именно в руки АКС автор отдаёт залог благополучия обновлённой страны.

Кстати, роль видеомагнитофонов и их влияние на массовое сознание населения тоталитарных стран явно ещё недооценена. Из современных исследователей, наверное, только А.Ланьков отмечал, что просмотр неподцензурных иностранных фильмов влияет на деидеологизацию населения Северной Кореи примерно так же, как прослушивание радио «Свобода» во времена СССР (см.например по ссылке).

АИ не обходится без мелких эпизодов с кАмео (известной персоной, играющей саму себя) – в ясном и честном мире «Звезды» даже Сергей Мавроди занимается не перепродажей импортных компьютеров, а ремонтом и изготовлением электроники: МММ – «Мастера и мастерские Мавроди» (с.202).

А.Д.Сахаров в этой книге стал прикормленным государственным жандармом и грозой правозащитников.

Влад Листьев вел там не общественно-политический «Взгляд», а программу про половое воспитание и СПИД (с.228). Аркадий Натанович Стругацкий возглавил редакцию «Молодой гвардии» и завалил страну отличной фантастикой, Эдвард Радзинский с чего-то вдруг стал дотошным исследователем и написал книжку про «Архипелаг ГУЛАГ», в которой пенял Солженицына за многочисленные ошибки и передёргивания. Сериал «Бригада» тоже есть – но он про кооперативных строителей. Березовский завалил всю страну доступными автомобилями и стал-таки самым богатейшим предпринимателем в мире. Приватизации, кстати, не было: все предприниматели должны были начинать именно с нуля. Подпитка экономики нефтедолларами тоже скоро прекратится: в 2003 году правительство СССР решило-таки свернуть добычу углеводородного сырья.

Юра Москаленко всё свое время проводит в закрытом учебном центре, на полном государственном обеспечении. И всё у него хорошо, однако выйдя в отпуск, он прогулялся по гражданке, и мы видим (сквозь его розовые очки, конечно же), что хрен там в стране хорошо: в стране алкоголизм есть, левый спирт есть, водку продают круглосуточно, есть беспризорники и приюты для них, есть наркомафия, есть киллеры, куда ж без них. Вот так, побывав в краткосрочном отпуске, летчик-космонавт увидел только малую толику социальных язв обновлённого СССР.

Оценка: 5
–  [  4  ]  +

Антология «Лучшая зарубежная научная фантастика»

С.Соболев, 8 ноября 2014 г. 13:34

Очередная межиздательская реинкарнация великолепного проекта Гарднера Дозуа. Томик как всегда получился обширным по охвату направлений жанра НФ, глубоки по смыслу и неожиданным в некоторых своих проявлениях. Рассказы предсатвлены разные, но все они неизменно высокого уровня. И как это Дозуа удается держать планку год от года — ума не приложу.

Оценка: 10
–  [  12  ]  +

Виктор Гончаров «Межпланетный путешественник»

С.Соболев, 22 апреля 2014 г. 20:43

Первая книга «Психо-машина» представлена как найденный проф.Зэнэлем дневник девятнадцатилетнего комсомольца Андрея, приехавшего в деревню к товарищу в отпуск по причине болезни, да столкнувшегося там с крайне любопытными происшествиями. На хуторе неподалеку обосновался учёный психиатр Вепрев, проводящий опыты с телепатией («читает мысли как вывески на улицах», с.17), и привлекает он комсомольца к своим экспериментам. Тут на хуторе помирают все собаки, а в следующую ночь – пять человек. Но людей не жалко, ибо они все из коммунистов (с.35), причем не из настоящих коммунистов, а из кулаков, притворяющихся коммунистами.

Вепрев отмахивается от мрачных вестей, ему некогда, он строит поразительную машину, которая специальным магнитом собирает из эфира радиоволны и перерабатывает их обратно в электричество.

Но не таким уж простачком оказывается психиатр Вепрев – он оказался злостным вредителем, мечтающим уничтожить советскую республику посредством своей психо-машины: надо зарядить ее мозгом коммуниста и тогда психомагнит притянет к себе всю психоэнергию сходного свойства из всех людей в определенном радиусе. На Земле не получается, надобно подняться на Луну и с её поверхности высосать весь мозг коммунистов Земли. Психомашина способна еще и транспортом работать, будучи встроенной в цельнометаллический герметический сигарообразный аппарат. На одном аппарате летит на Луну преступник Вепрев, на втором след за ним – Андрей, узнавший правду о замыслах злодея. На Луне оказывается что кратеры – это вентиляционные шахты с заслонками, а под поверхностью вполне привычный земной воздух, и вот Андрей уже планирует переселить туда людей с Земли. Планам не суждено сбыться, потому что Луна всё-таки заселена разумными существами, разбитыми на класса – небезы и везы (видимо, первый класс получил свое название от пролетарского небездельничанья, а класс эксплуататоров – просто везунчики). На Луне была социалистическая республика, но многие тысячи лет назад она пала после переворота и власть опять захватили везы. Психомашина не только дистанционным убийцей работает и транспортным средством, её еще используют для облучения небезов с целью сделать их покорными, медлительными и некритичными: революция в таких условиях практически невозможна. Этой же психомашиной объясняется и застой в истории Земли – везам требовалось много психоэнергии для своих нужд, и они истощали человеческое мышление на протяжении многих веков; этим же объясняется лунатизм и нелюбовь собак к спутнику Земли.

Обратная сторона Луны накрыта хрустальным сводом, под которым живут 200 млн жителей, похожих на мелких слонов с хоботами. Андрей и его товарищ Никодим все равно устраивают революцию на луне – зарядили психомашину мозгом эксплуататора веза, и усыпили все 8 млн начальства. Пока в тюрьмы их перераспределяли 2 млн убили, но это не беда, зато с жильем теперь никаких проблем на планете.

Вторая часть («Комбинации вселенной») написана от третьего лица, и разительным образом отличается от дневника туповатого комсомольца.

Андрей и Никодим исследуют дом, доставшийся им после смены власти, и обнаруживают что принадлежал он Айрани, крупному ученому. Соорудившему ещё более мощную психомашину, способную пролететь всю вселенную. Земляне вызволяют из тюрьмы Айрани, но не для того чтобы он продолжал свои исследования, а только чтобы он рассказал о достигнутом и отправился опять назад в тюрьму. Зачем он нужен, какой-то ученый, ведь небезов 200 млн, и среди них наверняка найдутся такие же умные, будут на досуге проблемы мироздания решать да и порешают чего-нибудь еще, а этот Айрани старенький, ему уже всё равно. Тем не менее ученый-вез поведал землянам о том, что все планеты в космосе развиваются одинаково, и в космосе существуют планеты-дубли, на которых развитие пошло еще дальше, и, слетав туда, можно посмотреть чем дело дальше обернется. Айрани набросал карту звездного неба и указал где есть земля, отстоящая от 1922 года на пять лет, где есть следующая земля, опережающая нашу на 100 лет, и земля, прожившая еще 500.000 лет. Андрей садится в аппарат и мчится вперед, в будущее. На Земле-2, Земле 1927 года, идет всепланетная революция, только Америка еще сопротивляется. Голода нигде нет, потому что все электрофицировали, а продукты распределяют по карточкам (с.205), без которых лучше на улице не появляться – сразу же арестуют (с.208).

Земля 2022 года спокойнее и тише, там красивые города-парки, там монорельсовая железная дорога, там голубой хлеб и голубое масло (потому что вся еда проходит антимикробную очистку), и живут люди долго-долго, «таким образом, почти все участники революционной борьбы живы и посейчас» (с.223). Эх, нежильцами они стали гораздо раньше и не по своей воле.. Но и на этой Земле-3 сидят где-то в подземельях враги в рясах и с револьверами, которые замышляют диверсии против честных коммунистов.

Летит Андрей дальше, на Землю, ушедшую на полмиллиона лет вперед. Там коммуна, социализм, люди лишились пола и размножаются химическим делением, люди разобрали Луну на запчасти, провели трубопровод на Венеру, прорыли колодец через земной шар и установили внутри планеты часовой механизм, чтобы вращение планеты всегда составляло ровно 24 часа.. Но и там остались недобитые капиталисты. Андрей еще издевается: «коммуна-коммуной, но зачем вы с револьверами ходите?» (с.257). Сбежал он от того что его попытались насильно принудить к половому акту с бесполым коммунистом.

Вот прилетает он на новую Землю, осматривается, и все равно сбегает – а ведь везде это миры победившего коммунизма.

Третий том («Ком-са») написан от лица профессора Зэнэля, и это совершенно иная история – профессор хоть и сочувствует новой красной власти, но еще не отошел от буржуазных привычек, готов за две тысячи фунтов стерлингов помогать иностранцам, беспокоится как отнесутся власти к его семье, когда он временно исчезнет на время тайного полета на Луну.

События летят вокруг читателя как стенки колодца в свободном падении, то одно, то другое, наворотил Гончаров с три короба, а на Венере еще и в палеозойскую эру попали и там автор развернулся. Живность всякую архаическую нагнал смеха ради.

(Ссылки на страницы даны по изданию 2010 года).

Оценка: нет
–  [  10  ]  +

Александр Громов «Вопрос права»

С.Соболев, 23 февраля 2014 г. 11:22

Рассказы, собранные под одной обложкой, настолько разные и неожиданные, что порой даже не верится, что их написал один и тот автор — уж больно сильно разнятся и манера письма, и настроение, и затронутые в них темы.

Доисторический рассказ «Багровые пятна» рисует совершенно фантастическую ситуацию: бактериологическое оружие времен финального палеолита, распространяемое половым путем среди охотников на мамонтов. То ли над любителями промискуитета автор хотел посмеяться, то ли предостеречь от беспорядочных связей — кто его знает.

Притча «Счастливая звезда Агафокла-младшего», стилизованная под жизнеописания эллинского времени, рассказывает о том, как бездарно можно профукать одно-единственное волшебное желание, бережно хранимый и передаваемый из поколения в поколение подарок Богов, использовав его для удовлетворения глупого чувства мести.

В повести «Уступчивые» смоделирована интересная ситуация: целое население отсталой, всеми заброшенной планеты живет на узких каменных уступах — карнизах, опоясывающих по периметру длинные глубокие каньоны. Выжить в таком мире можно лишь только постоянно уступая друг другу в мелочах. Попросили дать на время теплое одеяло для больного ребенка — изволь отдать, иначе столкнут в пропасть. Но и больше положенного никто просить не рискнет, иначе сам улетит в каньон. Повесть может служить гипертрофированно-наглядным примером для иллюстрации концепции географического влияния среды на развитие менталитета народа.

Заглавный рассказ сборника, «Вопрос права», в шуточной форме развивает мысль Карела Чапека о том, что истинный коллекционер ради своего хобби может пойти на любое прегрешение — кражу, разбой, или даже убийство. Что будет, если в замкнутом пространстве столкнутся два таких одержимых субъекта?

Пародия на жанр фэнтези «Я, камень» переполнена шутками и завуалированными издевками. Например, на карте этого мира соседствуют страны Гиперборея и Диарея, для осады крепостей используют стенобитных единорогов и огнеметных драконов, по периферии бегает «северный гопник», в котором мы без труда узнаем говардского Конана, а страна, в которой происходит действие, называется Копролит — тоже, между прочим, окаменелое дерьмо. Какой-то устойчивый анальный вау-фактор, пользуясь терминологией В.Пелевина…

Оценка: 6
–  [  23  ]  +

Василий Щепетнёв «Седьмая часть тьмы»

С.Соболев, 13 февраля 2014 г. 14:37

Петр Аркадьевич Столыпин идеализирован в последние годы чуть ли не как святой и мудрый правитель. Однако этот «саратовский душитель» стал причиной начала массового кровопролития. В России за весь девятнадцатый век было казнено людей меньше, чем в первый год внедрения трибуналов (19 августа 1906 года, закон о военно-полевых судах).

С 1826 по 1906 гг казнено 984 человека.

С 1906 по 1909 — 2353.

Россия, жалеющая каждого преступника, скорбящая о любом убиенном, вдруг захлебнулась потоками крестьянской крови. На виселицу попадали за такие провинности, за которые во времена более спокойные можно было получить все-го лишь несколько лет тюрьмы. “Столыпинский галстук” не такая штука, которая может окупиться “успехами” в экономике. В.Г.Короленко скупо и со злостью описал этот судебный террор в рассказе «Бытовая ошибка». Первая мировая война и последующий большевистский переворот вкупе с войной гражданской — лишь продолжение бессмысленной резни, начатой Столыпиным: вкусившие крови хотят пить ее досыта. В ХХ веке именно Петр Аркадьевич ввел в жизнь россиян легитимный массовый террор — после относительно спокойных десятилетий тихого девятнадцатого века.

На этом фоне злорадный оттенок приобретает крылатая фраза П.А.Столыпина, сказанная с трибуны Государственной Думы: «Дайте нам двадцать лет, и вы получите другую Россию».

Василий Щепетнев дал Столыпину двадцать лет — это в его власти, он — писатель-фантаст.

Что же мы получаем?

1933 год.

Вот уже девять лет идет война с Германией, где правят коммунисты. Вице-директором радио «Свобода» работает Троцкий, а посредственные пропагандистские передачи пишет муж Надежды Константиновны.

В монархической России Константин Фадеев живет как барин — на процентах с изобретения противогаза; Карл Густав Юнг перебрался в Москву. Босфор и Дарданеллы наконец-то российские, но за них приходится платить ежегодный налог кровью. Открыта вакцина от простуды, кори, коклюша и насморка [мечта Алисы Селезневой сбылась!], но аэроплавание по прежнему “плавание”: самолетов нет, а дирижабли наполняют не взрывоопасным водородом, а безопасным гелием. Трагедии «Цеппелина» не будет, но и в США президентом стал спортсмен-здоровяк Франклин Делано Рузвельт, больше пекущийся о своей внешности, нежели о национальной безопасности вверенной ему страны. А опасаться есть чего: Россия в союзе с Японией одолела гоминдановский Китай, теперь же запускает атомарную бомбу на Нью-Йорк.

Что же делает российский монарх? Как и положено, страдает гемофилией (несворачиваемостью крови), устал от политики и готов уступить все права на трон серым кардиналам.

Однако и эту сюжетообразующую развилку некоторые исследователи не склонны считать бифуркационной точкой российской истории, потому что к сентябрю 1911 года Столыпин уже успел истощить и свой реформаторский пыл, и доверие царской семьи. А в условиях политической смерти смерть физическая не играет значения. Сохранение всей полноты власти в руках Столыпина возможно при небольшом дворцовом перевороте, упоминания о котором отголосками встречаются в повести Щепетнева.

Оценка: 10
–  [  11  ]  +

Джо Р. Лансдэйл «Преподобный Джебидайя Мерсер»

С.Соболев, 29 января 2014 г. 12:52

За более чем вековую историю вестерн прошел долгий путь в литературе и кинематографе, выработал тему до суха и начали появляться необычные и порой гениальные произведения, созданные на стыке нескольких жанров и выворачивающих традиции вестерна до неузнаваемости. В кинематографе к таковым можно отнести «Человек с бульвара Капуцинов» (когда дикие мачо перевоспитываются силой искусства), «Джанго освобожденный» (овеществленное правосудие руками угнетенных классов), а в литературе к таковым экспериментам можно отнести «Кони, кони» Кормака Маккарти (показывающего как буквально за полвека мир изменил аграрную экономичмскую составляющую ковбойского уклада жизни, но не смог изменить душу), а теперь вот еще и книжку Джо Р. Лансдейла «Дорога мертвеца». Неспешно начинается повествование о блуждающем пастыре позапрошлого века, странствующего на передовой Фронтира Западных штатов США. Нестандартно автор рассказывает о прошлом героя — во сне он умирает и несется по реке Стикс, по берегам которой проносятся наиболее значимые, важные в формирования личности героя сцены, строго по гештальт-психологии, модному в США направлению в психологии. Потеряв семью, любовь, смысл жизни, главный герой проходит через суровые испытания с нечистью чтобы обрести новый смысл существования, и этот закаленный в боях с потусторонним миром внутренний стержень героя не дает ему опуститься до уровня мародера, и он снова обретает своё окружение близких ему людей. Ведь книга-то по большому счету не о мастерстве уничтожения зомби, книга — о базовых ценностях, на которых построена культура. Духоподъёмная приключенческая книжка, как старый добрый вестерн.

Оценка: нет
–  [  17  ]  +

Джо Р. Лансдэйл «Дорога мертвеца»

С.Соболев, 14 января 2014 г. 18:48

За более чем вековую историю вестерн прошел долгий путь в литературе и кинематографе, выработал тему до суха и начали появляться необычные и порой гениальные произведения, созданные на стыке нескольких жанров и выворачивающих традиции вестерна до неузнаваемости. В кинематографе к таковым можно отнести «Человек с бульвара Капуцинов» (когда дикие мачо перевоспитываются силой искусства), «Джанго освобожденный» (овеществленное правосудие руками угнетенных классов), а в литературе к таковым экспериментам можно отнести «Кони, кони» Кормака Маккарти (показывающего как буквально за полвека мир изменил аграрную экономичмскую составляющую ковбойского уклада жизни, но не смог изменить душу), а теперь вот еще и книжку Джо Р. Лансдейла «Дорога мертвеца». Неспешно начинается повествование о блуждающем пастыре позапрошлого века, странствующего на передовой Фронтира Западных штатов США. Нестандартно автор рассказывает о прошлом героя — во сне он умирает и несется по реке Стикс, по берегам которой проносятся наиболее значимые, важные в формирования личности героя сцены, строго по гештальт-психологии, модному в США направлению в психологии. Потеряв семью, любовь, смысл жизни, главный герой проходит через суровые испытания с нечистью чтобы обрести новый смысл существования, и этот закаленный в боях с потусторонним миром внутренний стержень героя не дает ему опуститься до уровня мародера, и он снова обретает своё окружение близких ему людей. Ведь книга-то по большому счету не о мастерстве уничтожения зомби, книга — о базовых ценностях, на которых построена культура. Духоподъёмная приключенческая книжка, как старый добрый вестерн.

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Айн Рэнд «Гимн»

С.Соболев, 18 октября 2013 г. 12:36

Далёкое мрачное будущее времен THX-1138, по-замятински называющие себя персонажи и по-оруэлловски уничтожившие всю историю.

Равенство 7-2521 проводит пять лет в Доме Детей, как и жители «Прекрасного нового мира» Хаксли, потом десять лет в Школе, где весьма успешно схватывает учение и стремится с любопытством проникнуть в устройство всех вещей: Как устроены свечи для освещения? Как мы выглядим? Что под поверхностью Земли? Круглый или квадратный наш плоский мир?

За эти и другие вопросы часто бывает бит учителями.

Интересен язык будущего. В нём нет местоимений единственного числа, и таким нехитрым образом отражается коллективизм мира, единство и целостность общины, монолитность в мыслях, суждениях, действиях и поступках. Мыслить одному никак невозможно, работать одному невозможно, только бригадой, они и спят небольшими группками по сто двадцать человек в бараке, и еду принимают совместно, за длиннющим столом, и плановое весеннее совокупление происходит только совместно, и уже будучи глубокими дряхлыми стариками, в сорок лет отправляются в Дом Стариков строем.

В пятнадцать лет всем ученикам Совет по Труду выдаёт пожизненные мандаты на работу: кто будет плотник, кто повар, кто переписчик манускриптов, кто Начальник, а наш Равенство 7-2521 мечтал (не без оснований) попасть в службу Учёных. Но стал Подметальщиком, как и его дебиловатый соученик Союз 5-3992 – потому что физически сильнее рядового гражданина, а умные и так не особо нужны в плановом обществе, где всё распланировано на века вперед и проинтегрировано до конца существования мира.

Но жажду знаний утолять можно и работая Подметальщиком: по ночам он спускается в заброшенное Подземелье, где с неведомых доисторических времён остались чудо-машины прежнего человечества.

Через два года изысканий Равенство 7-2521 открыл электричество, и с этим осветительным прибором врывается на Всемирный Совет Ученых.

Но сразу же его осаживают:

«Пятьдесят лет ушло на одобрение Свечей всеми Советами, на то, чтобы определить их необходимое количество, на то, чтобы изменить планы в связи с заменой свечами факелов».

Как же так, мы же облегчим труд людей?

А вот этого делать никак невозможно, потому что в коллективном обществе люди «существуют только для того, чтобы работать для других» (с.72)

Равенство 7-2521 бросается бежать в Дикий Лес, кормится какими-то случайными зверушками и птицами, ночует под открытым небом, пересекает горный перевал, и попадает в давным-давно заброшенный дом, дом из прошлого: удивительные цветные стены поражают его, подружку его Свободу 5-3000 поражают Зеркала, и вместе они остаются жить в этом бастионе прошлого человечества.

И тут-то Равенство 7-2521 прорывает барьер коллективизма, осознает ценность единоличного, единственного «Я», и распирает от понимания ценности своей личностии и любой личности вообще, его осеняет озарение, его несёт, и несёт несколько последних страниц, с экскурсами в историю рабства, феодализма, расизма и социализма – все эти институты обобществления личности отвергаются ради EGO. В апофеозном прославлении разумного эгоцентризма и заключается «Гимн» Айн Рэнд.

Оценка: 7
–  [  16  ]  +

Роберт Хайнлайн «Нам, живущим»

С.Соболев, 18 октября 2013 г. 01:33

Книга написана Хайнлайном в 1938-39 гг., отвергнута для публикации парой издателей, и при жизни автора к печати более не предлагалась, вышла на английском только в январе 2004 году. В тридцатых годах двадцатого века увлечение конструированием моделей будущего мироустройства имело определенную популярность в большой литературе. Олаф Стэплдон в книге «Последние и первые люди» (1930) тезисно набросал историю развития человечества на 800 млн лет вперед, причем первые главы книги достаточно подробно рассказывают о политических дорогах ведущих государств планеты — именно по этим рельсам мир двигался и движется в XX-XXI веках. Олдос Хаксли издал роман «О дивный новый мир» (1932; любопытно что первая попытка издания русского перевода была предпринята журналом «Иностранная литература» в 1935 году), Герберт Уэллс сделал сценарий к фильму «Облик грядущего» (1936, реж. Уильям Мензес), Айн Рэнд написала короткую антиутопию «Гимн» (1938). В ожидании очередной грозной войны лучшие умы мира пытались что-то там раскроить на глобальной шахматной доске, переделать воспитание, экономику, мораль и нравственность человечество так, чтобы оно не скатывалось в очередную бойню.

Ровно так же молодой военный инженер Хайнлайн, не состоявшийся на политическом поприще (об этом подробнее сказано в замечательном двадцатистраничном послесловии Роберта Джеймса), сделал попытку высказать свои мысли о переустройстве мира в форме трактата, лишь слегка рядившегося в одежды художественного произведения:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

Сорвался на машине с крутого берега в обрыв да на камни лейтенант Перри Нельсон в 1939 году, а очнулся в 2086м. Детали межвременного переноса сознания из тела в тело опускаются автором, и Перри оказывается в утопическом прекрасном мире, где люди ходят полуодетыми, процветают науки и искусства, где газеты печатают не светские сплетни а новости техники и разъяснения последних научных открытий, где нет войн и социальной напряженности (по крайне мере в Америке — Европа-то почитай вся вымерла от голода после продолжительной Сорокалетней войны, устроенной самими же европейцами промеж себя), где религия признана антисоциальной доктриной, где распространены полигамные семьи, и каждый обеспечен неплохим прожиточным уровнем по праву рождения. Экскурсоводом по миру будущего становится прекрасная девушка Диана, живущая в собственном коттедже и выступающая по телевизору с необычными танцевальными номерами.

Историю и экономику нового американского общества Перри изучил по видеокурсам, тонкости политики разъяснил учитель из Беркли, тогда как технические новшества в транспорте, строительстве и быте путешественнику из прошлого разъясняет его спасительница и проводник Диана.

Для танцовщицы с гуманитарным образованием Диана слишком подробно объясняет технологию передачи данных на расстоянии и записи телепередач, устройство вертолета с электродвигателем и строительные сложности возведения стеклянных куполов для оранжерей. Но это и к лучшему, такая неназидательная дидактичность как раз уместна для менторского тона книги. Вдвойне приятнее герою книги, он ведь еще и спит с этой своей учительницей, моложе его в несколько раз. Это пикантное обстоятельство можно было бы счесть фантастикой вдвойне, если б не встречалось в жизни на самом деле.

И вот ровно на середине романа, когда действие (вернее, полное бездействие) начинает утомлять, атавизмы воспитания двадцатого века дают уголовный рецидив и утопия превращается для Перри Нельсона в дистопию, причем эдакого Пелевинского разлива:

Цитата:

«Побуждают человека действовать очень сложные мотиваторы, обозначенные как долг, грех и так далее. Тебя самого они побуждают действовать, и при этом ты неспособен определить, что имеешь в виду, пользуясь этими словами. Ты принял соответствующие понятия более-менее бессознательно и так мало знаешь о них, что не сможешь предсказать, приведут они тебя к желаемому результату или к катастрофе. Попытайся ты пилотировать самолет, имея столь же ограниченные представления о его приборах, ты наверняка разбил бы его. Здесь (в исправительном учреждении) ты оказался потому, что вот так неумело пилотировал собственную жизнь» ...

Любопытны точные предсказания Хайнлайна — например, предсказанная вторая европейская война, развязанная фашистами, оканчивается самоубийством Гитлера, а послепобедная эйфория в США закономерно скатывается к преследованиям коммунистов.

На стр. 110-121 весьма подробные объяснения отчего и почему право голоса должны иметь только люди, готовые воевать — критика слева часто ёрничает над этим пунктиком Хайнлайна, но в предложенных обстоятельствах политического устройства США XXI века с ним легко соглашаешься. Обширные экономические лекции, которые читают друг другу персонажи, могут быть восприняты читателем только при условии знакомства с общей историей экономических учений, и тогда теория социальных дисконтов Дугласа будет просто одной из вариаций описания развития экономики, в противном случае пропагандируемые Хайнлайном идеи индустриальной приватизации и национализации банков могут быть восприняты частью читателей как признак социализма у РЭХа, хотя РЭХ в этой же книге грамотно критикует Маркса (собственно, экономистом Маркс никогда и не являлся, его даже современники XIX века ученым-то и не считали).

Цитата:

«Экономические системы ничто, кодексы обычаев ничто, если они не помогают человеку следовать за своим сердцем в поисках самореализации, искать смысл вещей, создавать красоту, находить любовь».

И даже среди всего этого трёхсотстраничного антропологического, экономического, политологического и технического лектория нашлось-таки место для живого одноухого кота, путающегося там и сям на страницах книги.

Оценка: 9
–  [  7  ]  +

Александр Зорич, Сергей Жарковский «Очень мужская работа»

С.Соболев, 2 августа 2012 г. 00:20

Это не боевик и не новеллизация, это «роман-допрос». Множество загадок, несколько героев, одна тюрьма, ни одной разгадки.

Оценка: нет
–  [  11  ]  +

Юрий Некрасов «Брандлькаст»

С.Соболев, 1 мая 2012 г. 23:06

«Можешь представить мир где главные — помойные тряпки?»

«Лишь в самых верхних окнах до сих пор тлело по лучине.»

«Догорала решимость. Солнце из тех, что жгут грешников изнутри, строгое, кубическое.»

«Колоколом своим позвени подольше, глядишь хоть одна мысль о края звякнет.»

Мало написать талантливую фразу, а их там есть ворох, и это как пучок зелени на базаре — радует, веселят специи, но это должна быть добавка к блюду, просто так есть петрушку .. чревато. Поэтом повесть занимает ровно половину книги, а с хулиганского двести шестой страницы начинается глоссарий с объяснением терминов и разъяснением событий, как упоминающихся в повести, так и выпавших вовсе из неё.

Поздравлю русских фанатов Келли Линк, им есть теперь чего почитать: фрик-фэнтези про помойных эльфов, ведущих свою генеалогию скорее от домовёнка Кузи из известного мультфильма и Гоги и Магоги Михаила Успенского, нежели от изысканных созданий Профессора. Веселое, а в равной степени и грустное повествование о пути двух помойных эльфов через сказочную страну. А самый мощный эпизод в книге — это гибель военной сторожевой городской Мухоморной башни. Долг честь отвага верность рушится под гомерический хохотливый глум глав геров-трансгендеров, и не понятно кто прав, но выживет не крепость а гибкость, ровно как и завещал Лао Дзы.

Оценка: нет
–  [  23  ]  +

Иэн Бэнкс «Игрок»

С.Соболев, 3 декабря 2011 г. 13:02

Игра в крестики-нолики подразумевает всего двадцать семь вариантов комбинаций.

Правила игры в шахматы позволяют сделать на стандартной доске сорок три тысячи различных ходов.

Современный человек живёт на планете где семь миллиардов индивидуумов группируются в двести государствах. Люди живут по установленным социологическим законам, и это тоже можно рассматривать как сложную игру с невероятным числом комбинаций.

Физика нашей вселенной сам состоит из набора законов и правил, что является с определенной точки зрения тоже игрой.

В такой системе мнить себя мастером Игр — опасная самонадеянность, выкрутиться из которой невозможно.

Оценка: 10
–  [  2  ]  +

Михаил Кривич, Ольгерт Ольгин «Товарищ убийца (Ростовское дело: Андрей Чикатило и его жертвы)»

С.Соболев, 3 октября 2011 г. 22:19

Книга о жутком преступнике. Исследование психологии маньяка и его окружения, причем роль окружения наиболее удивительна.

Оценка: нет
–  [  6  ]  +

Алан Лайтман «Друг Бенито»

С.Соболев, 17 мая 2011 г. 16:25

В романе «Друг Бенито» Алан Лайтман пристально, словно под микроскопом, рассматривает продольный срез жизни Беннета Ланга, одного физика-теоретика, выросшего в послевоенной Америке. Взгляд писателя скользит по стеблю жизни профессора от зрелых лет – к студенческой юности, от детских увлечений техникой – к увлечению первой женщиной, и т.д. Наиболее интересные листья жизни Лайтман пересказывает читателям, остальное – не входит в поле зрения писателя, да так и пропадает за пределами видимости. Писатель – профессиональный физик, и он знает о чем пишет.

Наверное, это даже полуавтобиографический роман о своем поколении, о своей научной субкультуре – рассказ о том, как мальчик, увлекавшийся в детстве всякими физическими опытами, мастерил радиоприборы, самодельные ракеты и т.п., а потом поступил в колледж и «заболел» теоретической физикой.

Может, станет немного понятным из романа, почему американские подростки, пережив нервозную апокалипсическую депрессию с перманентным ожиданием атомной войны времен Карибского кризиса, чуть повзрослев, кинулись в студенческих кампусах оттягиваться на марихуане. Впрочем, наш герой одержим только одной идеей: познать окружающий мир. Рассчитать движение разнокалиберных звезд в скоплении – вот высший кайф для молодого ученого. Физики работают как одержимые, у них тоже понедельник начинается в субботу: «Любой профессиональный физик моложе сорока лет наукой дышит и наукой питается. После сорока теорфизик может себе позволить немножко двигаться по инерции и завести хобби или проводить время с семьей». Вся жизнь Бенито – это череда тихих математических расчетов и молчаливых открытий, смысл которых способны оценить несколько сотен человек на всей планете, и которым наверняка не найдется практического применения в ближайшие сто лет. Все радости Бенито — это радости познания, все огорчения — от ошибок в расчетах. Все у него выверено по логическим схемам, все идет как по расписанию, но только не в личной жизни. «Слова неоднозначны, только математические формулы точны». Беннету трудно найти общий язык с людьми. Друзья остались далеко в детстве, а сейчас его верные товарищи – стопка листов бумаги и компьютер. Но любовь плохо поддается матанализу, а чувства – формализации, поэтому в поздно начавшейся личной жизни все идет у него наперекосяк и шиворот-навыворот. Отчаявшаяся жена пытается покончить с собой, лишь бы муж хоть чуточку уделял ей внимание, а не занимался целыми днями чистой наукой. «Говорят, что музыканты самый циничный народ» пел ЧИЖ. Физики тоже.

Оценка: 5
–  [  19  ]  +

Алан Лайтман «Сны Эйнштейна»

С.Соболев, 17 мая 2011 г. 16:24

Алан Лайтман – ученый-физик, работает в престижном Массачусетском Технологическом Институте и преподает там две, казалось бы, несовместимые дисциплины: физику и литературную стилистику. Еще Шкловский говорил, что у писателя должна быть настоящая профессия, через призму которой будет преломляться окружающий мир. Книжка Лайтмана в таком случае — очень показательный, положительный пример влияния профессии на художественный текст, так как первый роман сборника целиком построен на вольном изложении, интерпретации некоторых физических концепций, а роман второй – словно списан из жизни ученых.

Конечно, «Сны Эйнштена» – это не роман и не повесть в классическом смысле слова, а сборник сюжетных моделей различного восприятия времени представителями разных культур. Как будут вести себя люди в мире, где причинно-следственная связь не имеет значения? Как будет устроен мир, где каждый день повторяется снова и снова? Возможна ли жизнь на планете, где времени вообще нет ни под каким соусом или оно остановилось? Как начнет развиваться цивилизация, если каждый час будет иметь собственную протяженность? А если время потечет вспять, какую прибыль можно из этого извлечь?

Если нормально отвечать на все эти заковыристые вопросы, получится любопытная научно-популярная книжка о детерминизме темпорального восприятия, с необходимыми формулами и схемами. Лайтман пошел своей дорогой и описал все это в виде лаконичных художественных зарисовок, пейзажей «с натуры», делая доступным восприятию сложные идеи.

Один из описанных вариантов нелинейного, закольцованного, течения времени уже проэксплуатирован в масскультуре: кинофильмы «День Сурка», «Зеркало для героя», роман А.Столярова «Монахи под луной», но остальная дюжина вариантов настолько необычна, что даже у современных фантастов тяжело найти подобающие им аналогии. Сюжеты еще ждут своего художника.

Оценка: 9
–  [  17  ]  +

Альфред Дёблин «Горы моря и гиганты»

С.Соболев, 3 мая 2011 г. 15:27

Написанный восемьдесят лет назад под влиянием отгремевшей мировой войны (да-да, тогда она еще ни имела порядкового номура) и опуса «Заката Европы» Шпенглера роман немецкого естествоиспытателя и врача-невропатолога Альфреда Дёблина наконец-то дошёл до российского читателя в обстоятельно комментированном переводе. Дёблин не рассказывает историю одного отдельно взятого человека, семьи, народа или страны, Дёблин замахнулся с эпическим размахом на многовековую историю целого земного шара, и поэтому равноправными персонажами его повествования, наряду с гражданами Европы, народами Америки и племенами Африки являются океанические течения Атлантики, ледники Гренландии, вулканы Исландии, степи Поволжья, а так же растения, птицы, звери и технические изобретения, неминуемо меняющие жизненный уклад человеческого общества на протяжении XXIII-XXVII веков. И будет грандиозная Уральская война, уничтожившая Восточную Европу, и романтические истории, и одного тирана даже намотает на колёса любви, но это всё обрамление для мегаистории.

Заселение Европы беженцами из Африки и Ближнего Востока, ассимиляция и растворение белых в «цветном десерте» толкает правителей-технократов, озабоченных своей безграничной властью, данной им машинами, под видом обеспечения безопасности (полукровки не разбираются в железе и ломают его случайно) ограничивают доступ к машинами, образованию и наукам. Закономерно происходит стагнация в развитии, и с этого момента незаметно прогресс меняется на регресс. Следующие поколения технократов-властителей уже не совсем понимают что и как устроено, и даже начинают уничтожение «излишних машин».

Какие-то изобретения вовсе не попадают до всеобщего пользования, например костюм-невидимка оставлен властьимущими исключительно для служебных, полицейских функций. Впрочем, элита уже на полном серьёзе задумывается о введении рабства. Идеологически это подкрепляется «учением о вегетативном существовании людей»: всё равно счастье недостижимо, давайте упрощаться и оглупляться. Словно поддерживая чаяния народа, власти начинают способствовать этому движению биологическим путём, через синтезированные продукты питания.

Наибольшей деградации социальный строй достиг в германских градшафтах (Дёблин так называет города-государства): консул Берлина Мардук разрушил промышленность под корень, сократил фабрики синтетической пищи, выгнал всех горожан в поле – заниматься сельским хозяйством. Вообще это очень показательный момент. Как только власти выгоняют горожан заниматься самообеспечением продуктами питания, так это однозначно свидетельствует о падении экономического развития до уровня неолитического хозяйства, ведь только на самой заре развития агробизнеса максимальное количество населения обеспечивало производство продуктов питания; чем более развита экономика, тем меньший процент населения занят в сельскохозяйственном производстве. Дёблин таким образом предсказал путь решения продовольственной проблемы в СССР, Камбодже и некоторых других странах соц.лагеря с неестественным экономическим укладом. Когда тирану Мардуку указывают на огрехи в управлении, он выдает вечную отговорку «Пусть я плохой, но всё же есть много такого, что гораздо хуже меня», забывая что все другие катаклизмы – не человеческого происхождения, а природные.

Когда Мардук решает расширить территорию за счет соседних градшафтов Гамбург и Ганновер, там на эти захваты пахотных земель смотрят сквозь пальцы, потому что все развитые страны имеют свои фабрики по производству синтетической пищи, и продовольственной проблемы у них нет вообще. Когда же немцы находят заброшенные угольные шахты, Мардук отказывается от электричества и становится эдакой самодостаточной энергетической сверхдержавой двадцать пятого века. Вот тут-то и начинаются массовые бегства по Европе, люди скитаются, пытаются вернуться в пасторальные времена и к древним способам ведения хозяйства, не у всех это получается, и властители Европы ищут место для переселения опасных неуправляемых народных масс, среди которых появляются то новые религиоэротические культы змеи, то секты молчунов, то обожествляются транссексуалы, то еще что-то странное и непонятное происходит в этих неуправляемых свободных общинах, само независимое существование которых намекает о ненужности традиционной верховной власти консулов и сенаторов. (Поразительно, но рецепт спасения Дёблин обозначил очень чётко: никакой узурпации власти, никакого ограничения в области информации и всеобщее образование спасут человечество как вид).

И вот чтобы слиться с природой и не отвечать за её землетрясения, засухи, наводнения, цунами и извержения вулканов, правители градшафтов решили на терраформирование: растопить ледяной щит Гренландии с целью отселения лишних людей на новый материк. Экспедиция из сотен кораблей и самолетов движется к Исландии. Планомерно специалисты взрывают все вулканы этого северного острова – Лейрхукр, Свальбард, Крабла, Трёлла-дюнгйа и разумеется всем нам известный по прошлогоднему несчастью Эйяфьядла-йокуль. Дёблин не предсказал цельнокрытых самолётов с герметичными кабинами, но предсказал невозможность ведения полётов в таких экстремальных ситуациях: миллионы тонн пепла застилают небо, день превращается в ночь, мешает летать – но не от того что моторы засоряются, а от того что кожа и носоглотка пилотов быстро забиваются острым вулканическим пеплом.

Исландия горит, остров расколот, магма вырывается фонтанами. Используя «турмалиновые полотнища» (аккумулятор, вбирающий в себя энергетику земного ядра), люди собирают мощности для грядущего оттаивания ледяной Гренландии.

Но проблемы образования дают о себе знать: всё идёт не так как запланировано, и горе-специалисты не справляются: гибнут тысячи моряков, гибнут лётчики, разбуженные земные силы пробуждают хтонических чудовищ мелового периода. Оживают древние окаменелости, обрастают плотью, которую генерируют из глины, оживают насекомые, птицы, мелкие зверушки. Оживают и динозавры. На спинах динозавров, выросших под действием турмалиновой энергии до километровых размеров, росли леса, там резвились животные поменьше, иногда леса горели от переизбытка энергии и динозавры валялись по земле, круша под собой города Скандинавии.

В страхе перед динозаврами градшафты уходят под землю и теряют всякую связь с наземным миром. Чем больше правящие семейства прятали технику, тем пышнее произрастали в народе суеверия. Монотеизм давно ушёл, вернулась вера в духов, гадания по сновидениям, рассыпанному песку и прочий мистицизм самого примитивного, первобытного толка. В строго соответствии с укладом подземной общины. Так люди и вернулись к рабству – причём на совершенно добровольной основе.

Так, рассматривая планету как живое существо, которое дышит, материки опускаются и поднимаются, вулканы выбрасывают отходы, на этом пепле растут деревья, леса собирают влагу в реки по берегам которых траву едят коровы а мясо ест человек, Дёблин встраивает человека в экосистему планеты и подчиняет людей неумолимым геологическим законам. В романе множество любопытных изобретений и предвидений, от межконтинентальных телетрансляций до оживления мёртвых, от хиппи до тектонического оружия, от спутников связи до биоморфов, от туристических шагоходов до сверхлёгких домов, но, будучи подчинённым процессу энергообмена, всё это обратится в тлен.

Все там будем.

Оценка: 9
–  [  9  ]  +

Артур Кларк «Песни далёкой Земли»

С.Соболев, 28 апреля 2011 г. 14:38

Регистраторы нейтрино зафиксировали снижение потока, исходящего из термоядерной топки, сидящей внтури нашего Солнца. Звезда закономерно эволюционирует и вот-вот, к 3600 году, превратится в сверхновую. Человечество всё ещё не вышло в дальний космос, но примерно с 2500 года начинает запускать корабли-сеятели: генетический материал людей и некоторых растений и животных, техника на первое время, компьютеризированные школы для обучения первого поколения, библитека знаний. «Тысячу лет назад гении, желавшие лишь добра, переписали историю. Они прошлись по библиотекам Земли, решая что сохранить, а что оставить огню. Критерий был прост, но применять его оказалось не так легко. В память кораблей-сеятелей загружали только способствующие выживанию и стабильности новых миров произведения литературы и сведения о прошлом. Практически невыполнимая, терзающая душу задача. Со слезами отборочная группа отвергла Веды, Библию, трипитаку, Коран и основанный на них необъятный пласт текстов — художественных и нехудожественных. Несмотря на красоту и мудрость этих трудов, следовало оградить девсвтенные плаенты от их влияни. Древние яды религиозной ненависти, набожной чуши и веры в сверхъестественное, утешавшие бесчисленные миллиарды мужчин и женщин ценой их разума, оставили погибать на Земле» (с.100). «Почти все здравомыслящие люди согласились с жёстким вердиктом великого философа лукреция: все религии аморальны. Суеверия, порождаемые ими, приносят намного больше зла, чем добра» (с.175).

(Однако Мормоны и Дочери Пророка построили свои собственные корабли-сеятели, о судьбе которых ничего неизвестно).

Корабль-сеятель на планете новой зведзной системы разворачивает строительство и оживляет материал. Трагизм первых поколений благоразумно опущен Кларком в этой утопии, но намёки на нечто ужасное оставлены. Под самый занавес существования человечества под лучами угасающего Солнца отркыт-таки принцип квантового двигателя и построен единственный корабль с миллионом человек, ждущих в анабиозе пока «Магеллан» доставит их к планете Саган-2. По пути у космического автобуса прохудилась фронтальная защита (сделанная в виде щита изо льда и закрелпенная перед кораблем). Для ремонта и пополнения запаса льда «Магеллан» делает остановку на Талассе — малонаселенной водной планете, заселенной семьсот лет назад. Первая встреча наопоминает контакт-лайт: те же размышления о границах культурного и научного вмешательства, о разнице культур, о моральности и аморальности секса с инопланетными существами пусть и одного биологического рода. Кларк аккуратно всё это показывает по ходу дела, ведь надо морозильный заводик по производству экрана строить, и блоки транспортировать на орбиту, и некстати выясняется что шельф Талассы занят разумными омарами (привет доктору Зойдбергу ((Dr. John Zoidberg) из Футурамы), и еще неясно, как эти два вида будут конкурировать за дары моря — ресурс-то ограничен, столкновение возможно, и неизвестно, выживет ли стотысячная микроколония землян, пребывающая в эротическо-утопической пасторальной неге, будет сметена этими членистоногими или будет погребена лавой взорвавшихся вулканов — ведь острова в океане, занятые землянами — это просто часть молодой вулканической гряды. (Всё это остаётся за скобками восприятия, роман-то утопический, о том как построен небольшой мир на безрелигозных началах).

Оценка: 9
–  [  5  ]  +

Борис Фрадкин «Отрицание отрицания»

С.Соболев, 21 апреля 2011 г. 09:17

В городе Радужный есть Биохимический институт по проблемам старения, который целиком занят производством препарата, возвращающего молодость. Идея проста: чистый фосфор, со степенью чистоты в пятнадцать девяток после запятой (99,99999...), способен обращать старение клеток... в омоложение. Доказательства этого открытия просчитаны на компьютере, ну и собственно какое дело что это выдумка, есть открытие, его и пытаются внедрить. Но не в этой химии засада, засада в организации. Так как во главе учреждения, по советской традиции, стоят некомпетентные профаны (основатель и первый директор — металлург, второй директор биолог, но ярый противник идей омолаживания), ничего из этой благородной затеи выйти не может. Безысходность осознания невозможности переиграть природу оттеняется невозможностью пересилить социальные лабиринты жизни — молодая сотрудница института (собственно, открывшая этот химический метод омолаживания и проводящая часы за «окулярами позитронного микроскопа») выходит замуж не по любви, а ради карьеры, за своего административного руководителя, начальника учреждения. Так печаль от краха научной идеи усиливается разбитой любовной историей.

Оценка: 6
–  [  13  ]  +

Филип Дик «Время, назад»

С.Соболев, 10 апреля 2011 г. 16:54

В июне 1986 года начался хобартовский разворот течения времени, мир стал неспеша схлопываться назад. Но жизнь продолжается, продолжается бизнес, продолжается политика, продолжается любовь я всякое такое прочее. Диак пытается вывернуться и создать непротиворечивую систему, в которой еду надо отрыгивать назад, сигарету вкуривать из дыма, и тут же одноврменно делать что-то, чего до того еще не было — устраивать личные дела, политические заговоры, водить аэромобиль, писать новости и т.п. Хобартовский реверс попрал привычные законы бытия и привычки: вместо «привет» говорят «пока», люди молодеют, мёртвые пытаются встать из могил и им помогают частные витальные фирмы устроиться в новом неприваычном обществе, где, например, Библиотеки заняты не накоплением, а искоренением информации. С оживлением одной из персон и начинается закрутовка романа — на небольшом кладбище просыпается Томас Пик, основатель секты юдитов, ставшей в описываемом 1998 году мощной религиозно-наркотической организацией той части Америки, что осталась под властью негритянского населения.

Оценка: 10
–  [  17  ]  +

Дэрил Грегори «Пандемоний»

С.Соболев, 28 марта 2011 г. 10:38

Параллельная вселенная, реализованное пространство оживших комиксов и супергероев, наверное понравится поклонникам фильма «Хранители». С середины 1940х архетипы овладевают массами, демоны-герои вселяются в тела обычных людей и начинают творить свои прямоллинейные бесхитростные дела, прям как в комиксах — честно, открыто, всесильно. По описаниям действия «одержимых героями» напоминают случаи берсеркизма, и в книге есть десяток вставных рассказов о подобных историях — то Капитан Америка вселится в раненого и поможет вырваться из засады морпехам в Кашмире, то Джонни Дымовая Труба проведет железнодорожный состав на скорости сто миль в час, то Художник нарисует странную картину на полу аэропорта из подручных средств — рассыпанных кукурузных хлопьев и разлитого кетчупа, отнятого у продавца хотдогов.

Архетипы не меняются, но их конкретное воплощение в тот или иной момент пронизано культурой общества. Капитан — вечный герой, Дудочник — сатир и трикстер, и так далее. Президент Эйзенхауэр был убит демоном «японский камикадзе», «девочки-ангелочки» убивают стариков, железнодорожник пускает под отксо поезда.. Влияние демонов из комиксов на общественную, политическую и даже экономическую жизнь столь велико, что в связи с насущной практической потребностью познания архетипов развилась юнгианская ветвь психоанализа, и главный персонаж книги периодически наблюдается у тех или иных юнгианских психиатров. Есть даже демон ВАЛИС, вселившийся в марте 1982 года в Филипа Дика и благополучно живущий в нём вот уже третий десяток лет на радость многочисленных фанатов и поклонников.

Юнг в 1912 году вывел теорию Четверного существования Бога (Отец, Сын, Святой дух и Дьявол), Никсон пришёл к власти значительно раньше, и другие некоторые отличия от нашего мира имеются, но самое главное конечно же отличие — это демоны, овладевающие телами людей, и это чересчур вольное допущение не дает нам возможности отнести эту книгу к жанру «альтернативной истории», даже не смотря на то что проблемы демонологии персонажи пытаются решить с помощью вполне здравых естественно-научных методов — анализируют случаи одержимости, выискивают статистические закономерности чтобы отделить простое сумасшествие от подлинного «вселения героя», проводят томографию мозга, микрохирурги-нервопатологи пытаются отсекать «заряженные участки мозга», а методы экзорцизма (к которым от безуспешности пытаются прибегать пациенты) всерёз в книге никем не воспринимаются. «Наши методы представлялись ей недостаточно быстродействующими. Мы ученые. Церковь пообещала — вжик! — вон отсюда, кому говорят, проказник! Оно, конечно, не работает, зато быстро действует. Мы же могли предложить лишь долгие годы исследований» (с.261)

Впрочем, некоторые сектанты считают что слэны из романа Ван Вогта захватили власть над Землёй: одержимости придуманы и реализованы слэнами для развлечения, создан некий театр для сверхчелвоеков. Слэны пришли к власти в 1940е годы и живы до сих пор, и именно поэтому демоны имеют старомодное обличье из радиоспектаклей и книжек-комиксов военных лет (с. 142). Именно поэтому, кстати, аннотация на книжном издании вводит в заблуждение:

«Америку охватила пандемия. В тысячи и тысячи взрослых и детей вселились демоны, принимающие известные каждому американцу с детства образы персонажей из фильмов, книг и комиксов. В душе у кого-то поселился Индиана Джонс, а у кого-то — Росомаха... Кто-то стал Люком Скайуокером, а кто-то — Суперменом...»

Нету там их. Вообще никого из этих медийных новоделов.

Оценка: 6
–  [  1  ]  +

Жан де ля Ир «Тайна XV»

С.Соболев, 14 марта 2011 г. 12:58

Действие романа происходит через десять лет после вторжения марсиан Уэллса на Землю. Среди действующих лиц — Камилл Фламмарион.

Оценка: 6
–  [  37  ]  +

Иэн Бэнкс «Алгебраист»

С.Соболев, 4 марта 2011 г. 16:54

Галактика населена десятками цивилизаций, живших на разных планетах — водоплавающие из кремниевых миров покрытых водой, гуманоидные и насекомообразные с сухопутных миров, поплавочные с газовых гигантов, какими-то разумными пылевыми облачниками и т.д. Межзвездная правительственная структура под именем Меркатория монопольно владеет в описываемый период сетью телепортационных порталов в звездных системах и продолжает расширять сеть, в обмен на установление своей власти в звездных системах, подключаемых к всегалактическому «телепортационному метрополитену». Для поддержания статус кво, Меркатория тормозит прогресс, запрещает искусственный разум, работы по исследованию телепортации, нанотехнологии, единственно только работы биологов легитимны и приносят здоровье с долголетием подопечным гражданам Меркатории.

В эту существующую миллионы лет барочно-избыточную и усложненную бюрократическую структуру вступает земное человечество и оказывается просто одной цивилизацией среди многих; никакого особенного толка от неё нет и быть не может, никаких необычных свойств эти вертикально передвигающиеся приматы не имеют и просто вливаются в галактическую семью рас и народов, так что никаким гелиоцентризмом тут не пахнет и антропофилам лелеять свои комплексы нет возможности.

На территории Меркатории периодически налетют с перифирии корабли запредельцев, да еще и религиозное тоталитарное Отъединение запланировало крестовый поход на неверных.

В звездной системе Юлюбиса через 300 дней конец света, захват мира мракобесами и ордами анархистов, а бюрократы Меркатории сваливают проблемы друг на друга, отмазываются от своей вины и ошибок, спорят какой метод разведки безопаснее и соответствует ли новая эффективная методика традициям клана наблюдателей..

На газовом гиганте Наскерон, который входит в солнечную систему Юлюбиса, миллиарды лет живут представители всегалактической цивилизации насельников – практически вечные, со сроком жизни с миллионы лет, странно- веселые юмористические существа со своеобразным чувством жизни и истинно аристократическим отношением к быстроживущим разумным культурам, к коим относятся почти все цивилизации населяющие Галактику, за исключением разумеется самих насельников, обживших за десять миллиардов лет 90% газовых гигантов всех звездных систем.

Книжка – про эту странную, нестандартную цивилизацию насельников, в которой войнами занимаются любители, нечто вроде симбиоза ВИФовцев и добровольных пожарных команд (а кто у вас воюет? Добровольцы. А кто командует ими? Никто, они сами как только почуют военную угрозу достают свои корабли и воюют. А кто содержит космофлот? Да сами они и содержат, им нравятся всякие блестящие хромированные пушечки), в которой инфантицид никого не удивляет по причине долгоживучести взрослых особей, в которой внеденежная экономика основана на рейтинговой системе уважения и одолжения, и в которой собирательство разнообразной информации от вымерших за миллиарды лет «быстрых цивилизаций» превратилось в манию сродни поголосного библиофильства. В одной из таких случайных библиотек в книжке «Алгебраист» человеком-наблюдателем Фессином Тааком найден намек на существование потайной сети никем не контролируемых телепортационных колодцев, и это ставит под угрозу существования сначала монополию Меркатории на межзвездные перевозки, это же интересует религиозных мракобесов для возможной взрывной своей экспансии по всему миру – но война ради этой информации только фон и оживляж для более углубленного описания мира насельников.

Книжка полезна еще и гуманистическим, правильным зарядом: толково описана природа жестокой власти Архимандрита Люсеферуса, предводителя воинствующего Отъединения (только победы, только завоевания, оправдывающее насилие с которым проводится индустриализация-модернизация угнетаемого общества), разъясняется важность судебного разбирательства над самосудом, а так же ставится примат науки над деструктивными не-культурными практиками.

Интересно как Бэнкс подогревает сюжет, откровенно волюнтаристки но изящно, с выдумкой и непременный юмором: каждые тридцать-сорок страниц то вводит нового живого инопланетного игрока, то расскажет интереснейшую историю из жизни галактики, то вытащит туза из рукава, то трём игрокам команды покажет красную карточку, а потом выдаст лотерейный билет с джек-потом, запустит кондуктора в переполненный автобус и отнимет проездные, и тут еще бог из машины а сверху вишенка. По карнавальной веселости и калейдоскопичности проносящихся мимо событий «Алгебраист» напомнил мне недавно читанную трилогию В.Гончарова «Психо-машина» (1924), по проработанности — Вернора Винджа книжку, и я не пойму отчего бы не переиздать смеха ради Гончарова сейчас..

Оценка: 10
–  [  16  ]  +

Ширли Джексон «Призрак дома на холме»

С.Соболев, 26 февраля 2011 г. 17:43

Антрополог Джон Монтегю увлекался домами с привидениями. Найдя дом с призраками, дом с паршивой репутацией, он завлёк небольшую кампанию незнакомых людей с целью изучения паранормальных явлений так сказать в полевых условиях, с ловлей привидений на живца. Рационализм рационализмом, а в эксперименте согласились участвовать из двух десятков ассистентов только две молодые женщины, Теодора и Элинор, да еще Люк, племенник хозяйки Хилл-хауса. События развиваются неспешно, медленно и тягуче, средства для запугивания выбраны классические, первый страх и ужас появлется где-то на сто шестьдесят восьмой старнице, но эффект от этого получается никак не шуточный, можно даже сравнить с недавним фильмом Орена Пели «Паранормальное явление» (2007), в котором бег мурашек по спине зрителя обеспечивался весьма скудными средствами, которые, однако, в руках хорошего мастера добивались своего.

Совершенно неожиданно готический роман ужасов превращается в юмористический — когда к доктору Монтгю приезжает на выходные дни его супруга, чрезвычайно увлеченная общением с духами умерших. Ситуация, когда эта экзальтированная особа пытается учить вежливому общению с привидениями постояльцев дома (которые на своей собственной шкуре УЖЕ испытали общение с привиденями) вызывает при чтении улыбку и здоровый скепсис в адрес любителей мистики — примерно так же вышучивал Вуди Аллен любителей спиритизма в свежей киноленте «Ты встретишь высокого незнакомца» (2010).

В книге есть отсылка к странным домам Орсона Фоулера, который в середине XIX века построил несколько восьмиугольных жилых домов. Фоулер был френологом, то есть считал, что кора головного мозга состоит из ряда центров, каждый из которых отвечает за определенные способности человека, и, при сильном развитии этих способностей соответствующий участок мозга будет развит, и это отражается на форме черепа. Не прибегая к методикам трансформации черепа времен катакомбной культуры бронзового века, архитектор менял окружение, искусственную среду человека, то есть строил нестандартный восьмигранный дом, и таким сопособом думал добиться некоего изменения психики человека. В книжном Хилл-хаусе таким образом добились только появления некоего духа дома, вселившегося в сознание Элинор Венс, одной из наименее психически устойчивой ассистентки доктора Монтегю — ей, несчастной и гонимой родственниками девушке, было комофртно в этом необычном доме и она стала домом. Со всеми вытекающими паранормальными явлениями, лунатизмом и полтергейстом.

Проблема проектирования комфортного устройства быта слабо освещена в фантастике, и любые отклонения от прямоугольно-параллелепипедного стандарта почему-то приводят к ужасным помешательствам — см. «И построил он скрюченный домишко» (1941) Р.Хайнлайна, где не просто жилой восьмигранник построен, а целый тессеракт.

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Артур Кларк «Колыбель на орбите»

С.Соболев, 7 февраля 2011 г. 19:32

Ретроспективный сборник научно-фантастических рассказов, охватывающий период от первой пробы перы в 1937 году до вполне мастеровитых, интеллектуально нагруженных рассказов, вплотную подошедших к великолепным неувядающим повестям «Конец детства» и «Город и звезды», в своём полёте фантазии балансирующих на грани между здравым смыслом и визионерством. Очень любопытно наблюдать, читая сборник подряд, как росло мастерство Артура Кларка — от робких инженерных рассказов «Путешествие по проводам» и «Как мы летали на Марс» до чудесных ситуаций, описанных в «Девять миллиардов имен бога» и «Юпитер Пять», в которых на ординарные вопросы существования Бога и внеземного разума даются неординарные ответы.

Оценка: 7
–  [  16  ]  +

Пол Ди Филиппо «Рот, полный языков»

С.Соболев, 6 декабря 2010 г. 09:40

Керри Хэкетт, секретарь Питера Джариуса, возглавляющего парабиологическую корпорацию «Диаверде», бежит от домогательств шефа, завладевает новой разработкой своей фирмы и прячется в Южной Америке. Чудесное изобретение трансформирует тело своего владельца в любое животное существо, которое можно вообразить, и перестраивает органы тела для любых прикладных задач. Носитель этого биодевайса, в случае контакта с иностранцем, становится еще и полиглотом, отсюда и название романа. Не трудно представить, как именно улучшает своё тело сексуально озабоченная Керри, какие именно дополнительные органы она отращивает в неожиданных местах во время полового акта с многочисленными партнёрами во время своих скитаний по Баии (один из штатов Бразилии на побережье). Иной климат диктует соответствующую этику и тип поведения, поэтому распущенность в Бразилии превосходит европейские нормы, но даже на этом фоне приключения Керри Хэкетт нельзя не назвать экстравагантными. Например, разделываясь со своими мучителями, она отращивает себе фаллос отнюдь не для декоративных целей. Расправившись с местным мафиози-золотодобытчиком Реймоа, Керри под видом его дочери проникает в местный элитный бордель где и поглощает (в буквальном смысле этого плотоядного слова) всю местную развратную элиту — от преступников до полицейских, от католических клириков до казнокрадов-чиновников.

Написанный в жанре эротического рибофанка роман напоминает вывернутую наизнанку книгу «Жюстин, или несчастная судьба добродетели» маркиза де Сада, где привлекательная женщина проходит поочередно, по нарастающей, все круги извращений, причем всегда сама становится насильником. В финале роман неожиданно превращается в «Клон» Теодора Томаса и Кейта Вильгельма, впрочем, с оптимистическим финалом «Музыки, звучащей в крови» Грега Бира – с медленным, но неуклонным превращением каменных городов земли в зеленые экогенные джунгли.

Оценка: 9
–  [  9  ]  +

Артур Кларк «Фонтаны рая»

С.Соболев, 20 июня 2010 г. 11:09

Лучший роман всемирно признанного классика научной фантастики, в котором изящно переплетаются средневековая история цивилизаций Индостана, инженерный гений XXI века и вечная тяга человека к прекрасному звездному небу. Ни грана фальши, все изобретения либо нашли свое воплощение в реальной жизни (поисковые системы в компьютерных сетях, нанонити), либо будут воплощены в ближайшие десятилетия.

Оценка: 10
–  [  9  ]  +

Федерико Андахази «Фламандский секрет»

С.Соболев, 31 мая 2010 г. 19:13

Федерико Андахази отличает особенная холодная, отстраненная манера письма стороннего наблюдателя. С другой стороны, автор хочет заинтриговать читателя процессом раскрытия тайны. В результате мы имеем вычурное повествование, в котором следствие появляется раньше причин.

Отлично передано мироощущение Возрождения: эпоха открытий, со всем присущим ей блеском, расцветом ремесел, зарождением наук и пиком могущества Церкви.

Если роман «Анатом» рассказывал о жизни европейских медиков в XVI веке, то во «Фламандском секрете» нам повествуют о жизни живописцев XV столетия. «Он решил для себя, что живопись — это просто ремесло и что его занятия не сильно отличаются от работы плотника или каменщика». Мастера, считавшие так, создавали шикарнейшие, непревзойденные картины, которыми до сих пор восторгаются благодарные потомки.

Вернее даже, роман о противостоянии, противоборстве двух живописцев: Франческо Монтерга из Флоренции и Дирка ван Мандера из Брюгге. Так же, как и в «Престиже» Кристофера Приста, противостояние только приводит к улучшению результатов работы друг друга. Так же, как и у Приста, у Андахази присутствует линия «промышленного шпионажа» (в «Престиже» один фокусник подсылал другому слугу для работы ассистенткой, во «Фламандском секрете» — ученик художника под предлогом переезда меняет учителя). Так же все планы рушит любовь. Однако постепенно состязание превращается в истязание.

Закрутовка романа вертится вокруг идеи, закономерно проистекающей из алхимических воззрений своего времени: чтобы добиться идеальной передачи цвета на картине, писать изображение надо с помощью пигментов, которыми окрашен настоящий объект. Травку рисовать с помощью выжимки из травки, горы — измельченной скальной породой, а человека... Вот тут-то и начинаются самые настоящие сатанинские ужасы.

Но это у Андахази описана тупиковая ветвь развития лакокрасочной промышленности.

Настоящие художники пользуются древней рукописью с зашифрованным секретом получения наилучшего пигмента для создания полотен. Изображения, сделанные этой краской, будут как живые.

Однако и за этот секрет приходится платить дорогой ценой: художник, добывший чудесную краску согласно древнему рецепту, сразу слепнет. Так что и это направление можно считать тупиковым.

...Зато потомки скажут: «казалось, портреты их дышат тем же воздухом, что и люди, на них изображенные».

Оценка: 7
–  [  1  ]  +

Александр Сивинских «Открытие Индии»

С.Соболев, 2 апреля 2010 г. 01:31

Если экранизировать данную небольшую повесть, получится сатанинский НФ-BSDM снаф с зомби-транссексуалами и уклоном в советскую некроэстетику имперского стиля.

Оценка: 5
–  [  7  ]  +

Сергей Снегов «Книга бытия»

С.Соболев, 12 января 2010 г. 22:53

Подробный мемуар про жизнь до революции, и до 1935 года. Много странных деталей, выпадающих из привычной истории — государственное изъятие золотых укаршений из могил, насильственная работа под угрозой расстрела в начале тридцатых, чекисткий рэкет в конце 1920х, тотальный голод тридцатых, и прочее, и прочее. С удивлением узнал, что впервые в тюрьме в ЧК Снегов оказался .. в восемь лет. Сразу после революции, между прочим.

Оценка: 6
–  [  6  ]  +

Илья Бояшов «Армада»

С.Соболев, 18 ноября 2009 г. 21:00

Некая сверхдержава (в которой, впрочем, без труда угадывается Россия) посылает к берегам Америки флот из суперновых кораблей и авианосцев – с целью превентивного уничтожения ненавистной вражины – страны потенциального противника. Флот выдвинулся поистине глобальный: осадка авианосца 60 метров, скорость бомбардировщика 27 звуковых, экипаж одного корабля 20 тысяч человек, ядерного оружия пятьсот вагонов..

Описания техники заведомо гипертрофированы и настраивают на несерьёзный лад, однако за этой карнавальностью Бояшов пытается показать что-то серьёзное.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

Но в пути случилась заминка, и нашим морячкам не суждено стать героями: неведомо каким образом вся суша на Земле исчезла, и единственные оставшиеся люди на планете оказались обречены вечно бороздить просторы мирового океана на своих военных судёнышках. Если в «альтернативно-географическом» романе В.Васильева и А.Громова «Антарктида Online» всего лишь перемещается ледяной материк, то у Бояшова исчезают все материки и острова – без малейших попыток объяснить эту воистину сказочную ситуацию.

Сначала под предлогом благовидной цели (не допустить паники младшего состава по поводу потери Родины и всех родственников, оставшихся на суше) на кораблях Армады устанавливается авторитарное государство во главе с Адмиралом, возомнившим себя верховным правителем всего человечества, а пару месяцев спустя – и вселенским Богом. Однако высшие морские чины Армады горюют не столько по утраченным детям и жёнам, сколько по отсутствию мишени для своих баллистических ракет. Именно эта утрата цели и невозможность шарахнуть изо всех орудий по супостату в виду отсутствия супостата – делает из них озлобленных психопатов, канализирующих свою агрессию на окружающих в форме обыкновеннейшего террора и репрессий, одобренных Адмиралом.

На кораблях Армады на сто тысяч человек нет ни одной женщины – и эта ситуация весьма взрывоопасна для нормального человека, находящегося в длительном воздержании. Любопытны коллизии, при которых священники военно-морского флота видение в небе Девы Марии объясняют не божественным проявлением, а облаками и ссылками на обычное атмосферное явление. А потом всё равно всё скатывается к зоофилии с обезьянками.

Оценка: 3
–  [  7  ]  +

Андрей Рубанов «Хлорофилия»

С.Соболев, 25 октября 2009 г. 16:17

Начало 22 века, на Земле льды растаяли, прибрежные города погрузились под воду, но на материках всё спокойно, Европа в бедности, Африка нищая, россияне в масле катаются, потому что сдали китайцам Сибирь в аренду и живут с этой природной ренты. Почему арендную плату распределяют по всем гражданм, как в патерналистком каком-нибудь Бутане, а не хапает единолично правительство — не понятно, да об этом и не задумывается автор, пишущий нарочито в стиле «я тут ни при чем, шутка это всё, вот смотрите, и фамилии у всех говорящие — активист Пружинов, миллионер Пушков-Рыльцев, депрессивный Деготь»... Год примерно 2220, а молодёжь ради форсу бандитского ездит на раритетных каких-то «шевроле» — автомобилях с бензиновыми двигателями. Это всё равно что сейчас выкатиться вечерком не в карете, а на бричке. Или в телеге. Или пройтись по улице с кассетником под мышкой. Совершенно всё прошлым живёт, вернее не живёт, у автора фантазия есть, но перестроить под нее мир он не хочет. А то что фантазия у Рубанова есть, свидетельствуют микроплюшки, иногда появляющиеся в рассказе: певички с синтетическими голосовыми связками и гортанями сделанными под известных певцов прошлого, поговорки, отражающие изменение климата и дефицит ультрафиолета («не загораживай мне солнце»), какие-то «двадцать пять конкурирующих полиций»... Но вот эти постоянные восторги актёрами 20 века, певцами 20 века, автомобилями 20 века — это странно и очень инородно. Впрочем, не в этом причина неинтересности книги — будучи заявленной как «книга взорвет ваш мозг», внтури наличествует очередной рассказ про жизнь минетджеров: журналист успешного издания становится его главным редактором а потом низвергается на самое дно. Что же до размышлений о тяжкой судьбе народа, вымерающего от того что все стали думать только о себе и своих аппетитах, то вышло всё это моралите неубедительно по причине .. по причине неубедительности.

Книжку лестно сравнивали с «Хищными вещами века» Стругацких и ранним Войновичем — но нет в ней загадки фантастов и нет бурлеска сатирика — сюжетные повороты предсказуемы за полста страниц, а посмеялся я только над одной удачной шуткой только в середине рассказа. Усё.

Оценка: 5
–  [  15  ]  +

Бернард Беккет «Генезис-2075»

С.Соболев, 23 октября 2009 г. 12:37

Описан мир 21 века – катастрофы экономические, экологические и политические приводят олигарха Платона (не Лебедева!) к мысли сделать запасной аэродром. Он покупает Новую Зеландию и устраивает на ней ковчег спасения. Возомнив себя Ноем, переустраивает быт, мораль и нравы новой Утопии под схему, описанную своим великим тёзкой 25 веков назад: строит идеальное государство с четырьмя кастами (философы, солдаты и прочие рабочие). Мир кое-как барахтается вокруг, но гибнет, а выживших счастливцев отстреливают при попытке доплыть к Острову. Нечего заражать нас таких прогрессивных своими отсталыми вирусами чумы. Эти первые страниц сто можно смело не читать, они пусты совершенно. Лакомый кусочек показывается потом: экстраординарного нарушителя порядка вместо обычной в таком случае смертной казни (сами понимаете, самая гуманная и человечная Утопия ведь на дворе построена Платоном) запирают в камеру с обучающимся и самопрограммирующимся роботом. Наивность автора ли, героев ли – просто поражает. Преступник этот, человек с именем Адам, описывался как интеллектуально изворотливый и въедливый тип (например, сумел уговорить своего старшего(!) боевого товарища на грубейшее нарушение воинской дисциплины!) – и тут такое «наказание». Да это же ему просто отмычку подарили! Наивность высшего руководства Утопии вообще вызывает сомнения: например, показательный судебный процесс над Адамом проводили в прямом эфире. Он им и выдал разумеется в эфир.. Прямо как у наивных Вачовски в их комиксе. Ладно, не все знают о предсудебной обработке политических преступников в 1930е годы в далёкой стране Россия (тут у нас и свои-то сограждане забывают об этом ежедневно), но Оруэлла-то хоть почитать можно, коли берешься сказать хоть что-то про тоталитаризм?

Когда робот с человеком заперты в одной камере, вот тут-то и начинаются интересненькие беседочки о мышлении, разуме и эволюции.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)

- Ты всего лишь кусок кремния

- А ты кусок углерода. С каких пор таблица Менделеева стала основанием для дискрминации? (с.139)

главная особенность мышления – оно виртуозно вводит мыслителя в заблуждение (с.145)

Общество, которое боится знания, страшится самого себя (с. 179 – о необходимости свободного доступа к любой информации)

Разговор человека с роботом о сознании и жизни идёт кое-как, пунктиром, но все как-то вяло, а пример с шифровальной китайской комнатой так и вовсе интерпретирован кое-как, Анатолий Королев двадцать лет назад в «Блюстителях неба» отыграл диалог по тесту Тьюринга куда как лучше. Бернард Беккет вывернулся-таки, и у него робот убедил человека что как раз таки человек разумом и не обладает (но самой этой беседы в книге нет, увы).

Самое же поразительное в книге – это мысль о том, что создатель думающего робота создал не только «разум», но и попутно создал «животное» — робот возжелал размножаться, для чего смог убедить себя убивать любых других разумных существ, мешающих размножению (с.217).

Проблема появления «разума» на границе ума, сознания и чувств (сенсорного восприятия) так и осталась только намёком.

Но совсем по-иному выглядит вся предыстория машинной цивилизации: все, что нам рассказывалось о 21 веке устами выживших роботов – всё это тоже фальсификация (ага, Государство Платона кто-то решил строить, как же – да заколбасили всё человечество сами же машины, а потом задним числом придумали кое-какую историю, путем перебора тех немногих данных, что сохранились о человечестве).

Общая оценка – книга детская, но выше среднего уровня по палате.

Оценка: 6
⇑ Наверх