Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «Zivitas» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »

1903, 1907, 1909, 1910, 1911, 1913, 1919, 1922, 1923, 1925, 1926, 1928, 1929, 1933, 1934, 1935, 1936, 1937, 1938, 1940, 1942, 1943, 1945, 1946, 1947, 1948, 1949, 1950, 1951, 1952, 1953, 1954, 1955, 1958, 1959, 1960, 1961, 1962, 1963, 1964, 1965, 1966, 1967, 1968, 1969, 1970, 1971, 1972, 1973, 1974, 1975, 1976, 1977, 1978, 1979, 1980, 1981, 1982, 1983, 1984, 1985, 1986, 1987, 1988, 1989, 1990, 1991, 1992, 1993, 1994, 1995, 1996, 1997, 1998, 1999, 2002, 2004, 2005, 2007, 2008, 2009, 2010, 2011, 2012, 2013, 2014, 2015, 2016, 2017, 2018, 2019, Eichenberg, Аземша, Алекс А., Алексеев А.А., Алексеев Н., Алексеев Н.В., Алякринский, Андреева А., Андриевич, Аникеев, Антокольская, Антоненков, Анчар, Арзамасцев, Арсенин, Артюшенко, Багин, Багина, Баданина, Бажов, Бакулевский, Басманов, Бастрыкин, Баюскин, Белюкин, Белюкин А., Белюкин Д., Бенуа, Берштейн, Бехтеев, Билибин, Бокарев, Бордюг, Браташевский, Бретт, Брюханов Н., Булатов/Васильев, Бунин П., Буреев Г., Бухарев, Бычков, Вагин, Ванециан, Васильев В., Васильева Т., Васнецов Ю., Ващенко, Вересковый мед, Веселов, Вийральт, Владимирский, Власова А., Волович, Выстрел, Гавриилиада, Гапей, Гельмерсен, Герасимов А., Головаш, Гольц Н., Гончаров, Гордеева, Горяев, Граф Нулин, Гурьев, Гюзелев, Делла-Вос-Кардовская, Демидова, Дехтерев, Диодоров, Добрицын, Добужинский, Дозорец, Домик в Коломне, Дувидов, Дудоров, Евгений Онегин, Египетские ночи, Елисеев, Емельянова, Епифанов, Жолткевич, Жужнев, Забирохин, Зворыкин, Золушка, Зотов, Иванов Ю., Иванюк И., Игнатьев, Ильин, Ионайтис, Иткин, Кайрамбаева, Канторов, Капустина Т., Кардовский, Карпенко, Кент, Кибрик, Клаве, Клементьева, Ковалев А., Ковалев Ст., Козлова, Козлова Г., Коковкин, Кокорин, Комаров А., Конашевич, Коновалов, Коноплев, Константинов, Коровин О., Коротаева, Костин, Косульников, Кочергин, Кошкин, Кравченко, Кузнецов И., Кузнецов К., Кузнецов Л., Кузьмин, Кукулиев, Кукулиева, Купманс, Куркин, Курчевский, Кустодиев, Лагуна, Ладягин, Ларская, Левшичин, Леда, Лемкуль, Лопата В., Лосенко, Лось, Лукина, Лышко, Маврина, Майофис, Маркелов, Марочкова, Маршак, Масютин, Мезерницкий, Мельников, Метель, Микешин, Милашевский, Минкина, Митурич, Михайлов А., Могилевский А., Монина, Морковкина, Мосин, Мосягина, Назарук, Нарбут, Насибулин, Нахова, Ненов, Непомнящий Д., Непомнящий Л., Непринцев, Никитин, Никитина Т., Николаев А., Николаев Ю., Никольский, Носков, Огородников, Озаринская, Олейников, Ольшанский, Орданьян, Оринянский, Орленко, Остров, Панин А., Панов, Парилов, Пашков, Перебатов, Перевезенцев, Перро, Перцов, Пиков, Пиковая дама, Пир Петра Первого, Пискарев, Пихлер, Плаксин А., Плаксин Д., Плехан, Повести Белкина, Подивилов, Полтава, Поляков, Понамарёва, Попкова, Поплавская Н., Попугаева, Правдин, Правосудович, Пушкин, Пшинка, Рачев, Рейндорф, Рейпольский, Рейхет, Репин, Рибейрон, Родионов, Рожков, Ростова, Рудаков, Рушева, Рыжков, Рязанцев, Самокиш-Судковская, Самохвалов, Свешников, Свитальский, Селещук, Серебряное копытце, Серебряное копытце, Серов Вл., Сказка о золотом петушке, Сказки, Слаук, Смирнов, Соколов П., Соловьева Г., Соловьева Т., Сомов, Спасский, Стивенсон, Стихотворения, Стопа, Суриков, Тауберг, Таюткино зеркальце, Теремок, Тесаржикова, Тимошенко, Тихомиров В., Тишина, Токмаков, Траугот, Туманов, Тырса, Тяпина, У Лукоморья, Успенская, Устинов, Фаворский, Фандерфлит, Фатеева, Федоров М., Федоров С., Филиппова, Фильчаков, Харшак, Хижинский, Хлебникова, Чапля, Чарушин Е., Чеботарев, Чернышков, Шаймарданов, Шаповалова Л., Шефер, Шишмарева, Шмаринов, Шурлапова, Шухаев, Юдин В., Юдина Д., Юкина, Якобсон, Яковлев А., Яковлев С., Якутович, Яр-Кравченко, Яровой, детская литература, ксилография
либо поиск по названию статьи или автору: 


Статья написана 30 июля 2018 г. 18:47
Размещена:

Продолжим обзор отдельных изданий "Пиковой дамы". Вернёмся в довоенное время. После Бенуа (в дореволюционной России в 1911 году) и Шухаева (в эмиграции в 1923 году) отдельные иллюстрированные издания "Пиковой дамы" стали появляться в СССР ближе к пушкинскому юбилею. Сегодня — издание 1935 года. Книжечка уменьшенного формата. Картинок немного. Два художника: неизвестный широкой публике Яр-Кравченко (одна иллюстрация) и очень известный Юрий Непринцев (все остальные иллюстрации).

А известен Непринцев своей станковой живописью — картиной "Отдых после боя (Василий Тёркин)". Эту картину все видели (репродукцию раньше помещали в школьных учебниках по литературе). Но это будет потом (вместе со Сталинской премией), а пока Непринцев — простой график.

Оба художника на Фантлабе представлены, причём Непринцев очень скудно (https://fantlab.ru/art9026), а Яр-Кравченко — пополнее (https://fantlab.ru/art4690). А вот их "Пиковая дама" на Фантлабе не представлена.

Это — книга из моей коллекции. Предусмотрена суперобложка (у меня в ненадлежащем виде, даю чужую фотографию). Даю также библиографическое описание (где расписана принадлежность иллюстраций каждому художнику) из каталога-справочника.

Верхняя крышка переплёта
Верхняя крышка переплёта
Образец суперобложки
Образец суперобложки
Библиография
Библиография

Дополнения к библиографии. Тираж 15.300 экз. Цена 1 руб. 75 коп. (1 руб. + 75 коп. переплёт).




Иллюстрации по технике исполнения очень хорошего уровня, техника обычная для того времени — понятная и простая. Вроде бы не должно быть проблем и с пониманием: вот это Германн, это Лиза... Но содержание цикла показалось мне странным — это содержание то ли небрежно, то ли загадочно.

Смутила первая же картинка в тексте Первой главы. В этой главе только сцены с игроками (мужское общество) и рассказ о молодости графини (XVIII век). На картинке — светская сцена: дамы и кавалеры. Но они одеты по моде XIX века. То есть к содержанию главы картинка никакого отношения не имеет! Что же это тогда? Решил сначала, что советских художников первой волны подвело образование, но быстро разобрался.

Странная картинка к Первой главе
Странная картинка к Первой главе

В каталоге-справочнике эта иллюстрация — единственная, принадлежащая Яр-Кравченко — названа "На балу". В Первой главе никакого бала нет. Но бал есть в Четвёртой главе: там Лиза танцует "бесконечную мазурку" с Томским (он кавалерийский офицер, пока ещё не ротмистр) и предаётся "мазурочной болтовне" (стулья сюда вписываются — во время мазурки пары чередовали собственно танец и сидение на стульях). На картинке на первом плане — две пары, но Лизы и Томского там нет (Томский был бы в военной форме, а Лиза ещё не танцует — она, видимо, на заднем плане только-только вводит старую графиню). То есть эта зарисовка далеко на периферии сюжета, но всё равно из Четвёртой главы! Скорее всего, поместил эту иллюстрацию в Первую главу редактор.

Становится ясно: в этом издании расположение картинок может быть весьма произвольным.




Издание появилось в переломное время — переломное для восприятия "Пиковой дамы". Ю.Молох пишет, что в 1930-е годы "В книжной иконографии "Пиковой дамы" произошла полная смена декораций..."Пиковую даму" читали не как романтическую прозу, а как еще одну повесть Ивана Петровича Белкина... Новым читателям Пушкина демонизм Германна казался чуждым..." (из книги "Пушкин в 1937 году"). И вот наша "Пиковая дама", сделанная двумя студентами Академии художеств, оказалась очень созвучна этим настроениям. Вот с этой точки зрения — нового отношения к повести — и надо оценить первый (из числа опубликованных) советский цикл иллюстраций к "Пиковой даме".

Придерживаться выработанных нами ключевых "точек" в этом издании смысла нет: слишком мало иллюстраций, и с "точками" они практически не совпадают. Посмотрим подряд четыре оставшиеся иллюстрации, которые сделал Непринцев.

Фронтиспис

Германн проигрался
Германн проигрался

Этой иллюстрацией открывается книга. Спойлер, конечно, но так многие делают... Что нарисовано? Германн ошеломлённый отшатывается от игорного стола, а все зрители издевательски хохочут. Этакое противопоставление: Германн и светская чернь. Студент-художник как-то на автомате это изобразил в соответствии с обрывочными сведениями из советского вульгарно-социологического пушкиноведения — у Пушкина нет ни противопоставления Германна завсегдатаям игорного дома, ни глумления завсегдатаев над Германном. Напротив, в повести совсем другая концепция: "Германн стоял неподвижно. Когда отошел он от стола, поднялся шумный говор.— Славно спонтировал! — говорили игроки.— Чекалинский снова стасовал карты: игра пошла своим чередом". Получается, Непринцев не очень внимательный читатель. Само по себе это вполне простительно: ведь почти все выдающиеся художники рисуют театральные жесты проигравшего Германна, а он у Пушкина, оказывается, стоял неподвижно, а потом просто отошёл.

Но важно отметить: Непринцев вольно обращается с материалом.

Вторая глава

Лиза крупным планом
Лиза крупным планом

Лиза наблюдает из окна за Германном, верит, что она любима и сама уже влюблена. Эта картинка тоже вписывается в новую тенденцию прочтения "Пиковой дамы". Ю.Молок пишет: "Иллюстраторы еще дальше уйдут в петербургский пейзаж, портрет, в партию Лизы и Германна, разыгрывая ее как некое подобие партии Татьяны и Онегина".

Третья глава

Германн с... кем?
Германн с... кем?

Очень необычная композиция. По расположению иллюстрации в тексте — это первая встреча Германна с графиней. Графиня у Пушкина в ужасной форме сидит в креслах "вся желтая, шевеля отвислыми губами, качаясь направо и налево". Не сказано, что она вставала, беседуя с Германном; в критический момент "черты ее изобразили сильное движение души, но она скоро впала в прежнюю бесчувственность". Все художники её и рисуют в кресле (и мёртвую тоже в кресле). Но на этой иллюстрации графиня стоит, и отнюдь не в состоянии старческого маразма. Что же нарисовал художник здесь, в Третьей главе?

Структурный анализ (расположение в тексте) однозначно указывает на то, что это первая встреча Германна с живой графиней. В каталоге-справочнике картинка прямо названа "В спальне графини". Но то, как художник изобразил графиню — как она горда, надменна — свидетельствует в пользу того, что это встреча Германна с призраком из Пятой главы (в самой Пятой главе, где все рисуют призрака, у Непринцева другая тема).

Я выше отметил, что и редактор в книге был странный, и сам художник текст вольно трактовал. Значит, есть две версии. Первая: Непринцев нарисовал встречу Германна с живой графиней, но поскольку показал себя не очень внимательным читателем, то изобразил графиню не в соответствии с пушкинским замыслом. Вторая: Непринцев проявил большую оригинальность, изобразив призрак графини без атрибутов привидения (что не противоречит пушкинскому замыслу), но поскольку у него был редактор, который произвольно распределял иллюстрации, картинка была помещена не туда, и величайшее прозрение молодого художника осталось незамеченным. Какая версия больше нравится?

Прямых доказательств у меня нет. Всё внимательно рассмотрел: не нашёл зацепок, которые однозначно подтвердили бы вариант с призраком. Вот фрагмент настольных часов есть на картинке. На часах — три часа или самое начало четвёртого. Но эта деталь ничего не даёт — в три часа ночи произошли обе встречи Германна с графиней (первая встреча: пробило двенадцать, "первый и второй час утра", подъехала карета, Лиза прошла, графиню раздели, пока все разошлись — как раз беседа состоялась около трёх; вторая встреча: Германн проснулся без четверти три, в это время кто-то заглянул в окно, призрак долго шаркал ногами — к трём часам и разговорился).

Пятая глава

Германн идёт... куда?
Германн идёт... куда?

Традиционно шагающего по улицам Германна (правда, шагающего не так энергично) художники изображают во Второй главе. Но у нас-то картинка в Пятой главе: по тексту Германн всего-навсего спешит на отпевание графини в собор. Такая иллюстрация очень хорошо укладывалось в новое прочтение "Пиковой дамы" как бытовой повести: простая картинка с гуляющим Германном в главе, где есть и сцены над гробом графини, и явление призрака! Да уж... Если Непринцев сознательно дал к фантастической главе такую картинку, то он — один из самых глубоких интерпретаторов "Пиковой дамы". Всё напряжение Пятой главы передано в напряженной фигуре Германна. Художник мастерски применяет "стратегию непрямых действий", что подвластно только гению.

А может быть и так: Непринцев, как и все, изобразил гуляющего Германна в рамках Второй главы, но редактор сунул эту иллюстрацию в Пятую главу, ориентируясь исключительно на пустые места.




Все же не оставляет чувство, что картинки в этом издании могли перепутаться. Предлагаю реконструкцию.

Вот существующий порядок иллюстраций в книге. Достоинство в том, что иллюстрации равномерно распределены по книге.

Германн проигрался
Германн проигрался
Безграмотный Версаль XVIII в.
Безграмотный Версаль XVIII в.
Влюблённая Лиза
Влюблённая Лиза
Германн в спальне у графини
Германн в спальне у графини
Германн спешит на отпевание
Германн спешит на отпевание

А можно было бы пофантазировать и вот такой порядок иллюстраций предположить.

Германн мечется по городу
Германн мечется по городу
Германн манипулирует Лизой
Германн манипулирует Лизой
Лиза на балу
Лиза на балу
Призрак графини явился Германну
Призрак графини явился Германну
Германн проигрался
Германн проигрался





  Подписка

Количество подписчиков: 31

⇑ Наверх