Блог


Вы здесь: Авторские колонки FantLab.ru > Авторская колонка «be_nt_all» облако тэгов
Поиск статьи:
   расширенный поиск »


Страницы: [1] 2  3

Статья написана 5 января 2018 г. 01:52
Размещена:

Или о фантастике, предвидящей будущее и боллитре пребывающей вне гетто

почти ответ на Иллюзию пути

Прочитал я намедни «На мохнатой спине» Рыбакова и «Июнь» Быкова. Вторая книга начинается там, где начинается первая. Это я и про сентябрь 1939, и по степени вживания в «предчувствие мировой войны». Быков к «боллитре» вроде как ближе, но вот почему-то это начинает восприниматься как преимущество. Потому-что все эти постмодернисткие игры Рыбакова начинают ассоциироваться с профессором-историком, который пришёл на работу в костюме клоуна. Грубо. Смена имён главных персонажей и неназывание (почти) никаких фамилий у Быкова вкупе с лёгким налётам магреализма читается куда как лучше.

По крайней мере если сначала я хотел читать эти книги параллельно, Рыбаков быстро ушёл во вторую очередь, да и послевкусие после Быкова было куда сильнее и дольше. И рыбаковские анахронизмы, видимо призванные привязать 1939 год к нашему времени для тех, кто без такой грубой привязки не поймёт, откровенно сбивали «погружение» в роман.




Статья написана 9 мая 2013 г. 07:02
Размещена:

И ещё вспомнилось. Впрочем из старого тут не более половины -- самые яркие обазы, остальное сочинено заново. В оригинале четверостиший было больше, но краткость, как известно, сестра таланта.

цитата

Я проснулся так рано, поэтому сплю,

Всю дорогу: от слова до судного дня,

Я в холодной воде свои сны утоплю,

Чтобы разум, уснув, не тревожил меня.


Кое-как умываюсь... Забрезживший свет,

Ляжет на потолок из проёма окна.

Выхожу... Начинаю сходится на нет.

И шершавится серым квадратом стена.


За углом проплывает свинцовый трамвай,

Что так странно похож цветом на катафалк,

Я несу на ладони потеряный рай,

По дороге в засыпанный осенью парк.


Совершенно неважно, кого я люблю,

В этом призрачном свете неяркого дня.

Я в холодной воде свои сны утоплю,

Чтобы разум, уснув, не тревожил меня.


Тэги: моё, стихи
Статья написана 9 мая 2013 г. 00:41
Размещена:

Старая моя песенка в стиле около hip-hop. Была даже импровизированная запись, но всё lost in space. Текст вспоминал по памяти, но почти дословно (кроме последней строки)

Очень может быть ты пока

останешься жив,

Возможно даже

сделашь ещё один шаг,

Но петлёю на шее рванет

судьбы твоей нить

Веть на каждом шагу притаился

твой злейший враг --

ТЫ САМ!

И ты молишься Богу,

Чёрту или кому-то ещё,

Крестам и звёздам

и всё это, возможно, не зря.

Но в чёрной книге зла

ведёт делам твоим счёт

Злобный и беспощадный

твой личный дьявол --

ТЫ САМ!

Вера безверье,

в конце-концов ни всё ли одно:

Ты мечтал о свободе,

но Он дал лишь чашу боли

Ну а выпив до дна

ты увидел это самое дно

То, к чему ты стремился,

лишив себя воли --

ТЫ САМ!


Тэги: моё, стихи
Статья написана 5 января 2013 г. 01:19
Размещена:

Этот роман-эпопея стал плодом соавторства двух (точнее трёх) достаточно разных писателей. Я хочу начать говорить о нём с нескольких слов о людях «сотворивщих сиё».

Итак, Андрей Валентинов — прежде всего служитель музы Клио, очарованный историей человеческой цивилизации он пишет, по сути, исторические романы, вот только не следуя в фарватере литературного реализма. Привлекают его и мистические толкования течений истории (нередко совершенно органичные для описываемой им эпохи) и просто любопытные версии исторических событий (впрочем тон тут задал ещё Александр Дюма, который отец не только своему небезызвестному сыну). Делает ли он это из соображения привлекательности для читателя, как намекнул в одной из статей (кажется, в этой), или просто из любви к искусству — Бог весь. Так или иначе литературное блюдо, которое получается у Валентинова он называет криптоисторией.

Олди же (для простоты будем считать их за единого автора, это прочный литературный дуэт, как и, к глубокому нашему сожалению покойные ныне, братья Стругацкие, работающий свои книги, что называется, «двуручной пилой») пишут в несколько ином жанре, который они определили в своё время как «философский боевик». И корни этого жанра следует искать у тех же Стругацких (что, как не философские боевики, представляют собой такие вещи А.Б.С. как «Трудно быть богом», «Обитаемый остров», «Жук в муравейнике» или «Пикник на обочине»?). Как и Стругацкие, Олди — моралисты (в хорошем смысле слова) и рассматривают фантастическое допущение, прежде всего как инструмент исследования человека.

Что же получилось в результате сотрудничества таких не слишком похожих авторов, какой вышла она, эта «земная опера»?

Из всех перечисленных в начале книги «гигантов, на плечах которых» прежде всего вспоминался именно Александр Дюма-отец, недаром ставший одним из достаточно заметных героев книги (впрочем личность колоритная, грех было бы пройти мимо). То есть мы имеем стилизованный под позапрошлый (уже позапрошлый) век авантюрный роман на околоисторическом материале. Который, несмотря на его немалый объём, при желании, вполне можно было бы уложить в одно-трёхсерийный художественный фильм.

Видимо это предопределило недоумение многих читателей, не заметивших ничего, кроме внешней фабулы: криптоисторической мозаики где мистика сплетается с наукой, а Восток — с Западом, жанр путевых заметок — с жанром готического романа где всё увязано в причудливое макраме «линейно-параллельного сюжет с экскурсами», построенного по законам симфонической музыки. И как это часто бывает в симфониях использованы тут вариации на тему нескольких народных песен, ставших чем-то вроде музыкальной визитной карточкой героев. (Олди — вообще умелые стилисты). Всё это поёт (мощным тенором польского князя и бывшего вампира Волмонтовича), пляшет и сверкает и кого-то, наверное, могло и несколько оглушить. (В ходе творения данного фантасмагорического полотна авторам, действительно, пару раз изменяла чувство меры и несколько «юрийникитинских» шуточек таки присутствует)

Поэтому на этот раз, судя хотя-бы по здешним отзывам на трилогию, Олди-стилисты (помноженные на историка Валентинова) для многих заслонили Олди-моралистов. Хотя, честно говоря, я не представляю, как надо было читать, чтобы не заметить хотя бы основнй темы: конфликта настоящего с будущим (здесь Олди по-прежнему верны школе Стругацких, достаточно вспомнить такие их вещи, как «Улитка на склоне», «За миллиард лет до конца света» и «Волны гасят ветер».) Книга эта — прежде всего комплексное лекарство от футуршока, она учит видеть нас в откровениях (греч. ἀποκάλυψις) грядущего не картины конца света, но нечто куда более оптимистичное. Не прошли авторы и мимо традиционных для литературы тем любви и смерти, дружбы и предательства, цели и средств.

Я бы обратил внимание коллег-читателей на ещё одну диалектическую пару, вплетённую в идейную ткань эпопеи — это вынесенное в аннотацию противопоставление мистика и наука. На этот раз тема, характерная именно для наших современников Олди, обитателей эпохи перемен, а не для ставших уже классикой Стругацких, сохранявших верность научной фантастике. Позволю себе процитировать маленький кусочек эпилога, в котором выводы из данного противостояния (точнее — «единства и борьбы противоположностей») озвучиваются напрямую:

цитата

«— <...> Вам не кажется, что мы сами себя заводим в тупик? Всё таки должна быть грань между наукой и шаманством <...>

— <...> Знаете, Огюст, в таком случае я предпоситаю остаться романтиком. Мир сложнее, чем это кажется нам. Жизнь не описать математическим методом, не разложить по пробиркам. Служить прогрессу — не значит замкнуться в границах сиюминутного Познания. Иначе мы возведём не Храм Науки, а очередное капище с фанатиками жрецами и идолами, вымазанными кровью».

Обрываю цитату, далее следует блестящая отсылка к воспетому Камю мифе о Сизифе, и, право, три тома этого романа стоит прочитать хотя бы для того, чтобы оценить её блеск.

Dixi.


Статья написана 29 мая 2012 г. 00:35
Размещена:

Вспомнилось вот в полночь в одном чате по случаю. Писал лет двадцать назад. Универ, 90-е, холодно, голодно, порой похмельно, но всё больше как-то влюблённо. И всё это перемножено на «мировую скорбь» и ощущение хрупкости бытия. Пишу по памяти, так что пару строчек где-то заново сочинил.


Мы стоим у подножья стеклянной стены,

По прозрачной поверхности ползают мухи.

Увядают виденья их дни сочтены,

Перезревшие сны превращаются в глюки;


В три свечи на алтарь неизвестно кого,

В бесконечный кошмар ожидания лета.

Это странная сказка, где нет ничего,

Нет добра, нету зла, полутень полусвета


На развалинах славы властителей дум

Поспевают обитые скукой гробы.

Замерзает любовь, распаляется ум,

Безуспешно пытаясь уйти от судьбы.


Проносясь мимо тюрем и жёлтых домов,

Казематов, трущоб, и солдатских казарм,

Мимо храмов давно позабытых богов,

Мимо, мимо… приказ был «ни шагу назад»


…А на разбитых цепях запекается кровь,

Козыря на руках — только нечего крыть.

Несудьба, немечта, недобро, нелюбовь,

Пепелище надежд не успело остыть.


Только азбукой Морзе в висках слышен стук:

«Всё дойдёт до конца и закончит свой бег,

Ну а если порвётся сцепление рук,

Время станет совсем, опадая на снег».


Тэги: моё, стихи

Страницы: [1] 2  3




  Подписка

Количество подписчиков: 23

⇑ Наверх