FantLab ru

Все отзывы посетителя Хойти

Отзывы

Рейтинг отзыва


Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  5  ]  +

Борис Акунин «Весь мир театр»

Хойти, 28 апреля 2015 г. 10:39

Впервые прочитала эту книгу почти сразу после её появления в 2009 году, и особого впечатления она тогда не произвела. Перечитала три года спустя... и почему-то она понравилась мне гораздо больше.

Двенадцатый роман из цикла о приключениях Эраста Фандорина пришёлся на время смутное, тревожное и прекрасное: 1911 год, — на пространство колдовское и загадочное: театр. И «во втором чтении», когда уже можно было следить менее за интригой, а более — за атмосферой, она, эта атмосфера, меня просто очаровала. Ещё бы, всё моё любимое: Серебряный век, декаданс, российский театр начала ХХ века (самое интересное, пожалуй, время в истории театра). Антураж выдержан полностью: реально существовавшие театры и актёры, упоминание о рисунках Обри Бердслея и с чувством выполненные в стиле «модерн» виньетки на полях книги, «жапонизмы» и неожиданное приложение к роману в виде пьесы, «написанной» Эрастом Петровичем…

Многие читатели, разочарованные романом, сетуют на отсутствие стремительного и пугающего детективного сюжета, которого они привыкли ждать от каждой новой книжки «фандориады». И в самом деле, здесь нет ни леденящего ужаса «Коронации», ни лихого авантюризма «Любовника смерти», ни мрачного изящества «Декоратора», ни эпического размаха «Алмазной колесницы»… А что есть? Есть осенняя грусть («Как лист увядший падает на душу…»), предчувствие близкого конца великой эпохи и трепет последней любви. В таких мизансценах даже привычная жестокость, с которой автор расправляется со своими героями, не воспринимается остро: лужи крови выглядят скорее букетами пурпурных роз, брошенными на авансцену — нейтральную полосу между театром и жизнью.

Может быть, теперь я просто совпала по времени и состоянию души с господином Фандориным, который, в отличие от меня, знал, как стариться… да вот только что-то ничего у него не вышло.

Оценка: 7
–  [  4  ]  +

Джон Дж. Хемри «Сабли и сёдла»

Хойти, 29 декабря 2015 г. 18:52

Исторически-боевая фэнтези в поджанре «военные попаданцы». Кавалерийская рота армии США образца 1870 года под командованием капитана Улисса (sic!) Бентона в результате небольшого хроноклазма проваливается в альтернативный, но тоже воюющий мир. Да, и это тоже Америка; реки и даже города на своих местах, вот только города какие-то совсем другие, да и древнее гораздо; вместо шошонов, арапахо и шайенов американских солдат встречают астерийцы, викосийцы и теласийцы, а Аляска, как выясняется, плавно переходит в азиатский материк…

Янки, ещё не остывшие от войны Севера и Юга, благородно выражают протест рабовладельческим обычаям своих новых соседей… а вот примириться с тем, что в здешней армии воюют и командуют «амазонки», им намного сложнее.

Очень пристойная повесть, единственный недостаток которой — явная, безусловная вторичность.

Оценка: 7
–  [  3  ]  +

Грета Вайскопф «Железный буйволёнок»

Хойти, 31 октября 2021 г. 21:19

Действие повести происходит в Китайской Народной Республике буквально в первые месяцы её существования: с сентября 1949 по май 1950 года (даты восстановлены по историческим маркерам). Главный герой книги, двенадцатилетний Те-ню, живёт в небольшой деревне со своей тётушкой. Вскоре тётушка умирает, и односельчане соглашаются отправить сироту в самый что ни на есть Пекин — учиться, к чему и сам мальчик стремится всей душой. Но первый же день в большом городе омрачён: Те-ню ограблен, впоследствии становится беспризорником и оказывается втянут в банду. После многих злоключений он попадает в исправительную детскую школу, где тоже не всё и не сразу идёт гладко. Но заканчивается книга, конечно же, на мажорной ноте народного ликования, первомайской демонстрации, приёма в пионеры, встречи разлучённых...

«Железный Буйволёнок» напоминает последовательно книги: Перл Бак «Земля», Диккенс «Оливер Твист», Пантелеев и Белых «Республика ШКИД», Макаренко «Педагогическая поэма», Матвеев «Зелёные цепочки». Я не говорю, что Алекс Веддинг сознательно использовала какие-либо мотивы из этих книг, да и вряд ли они — за исключением разве что Диккенса — были ей знакомы... Зато Алекс Веддинг (псевдоним немки Греты Вайскопф, кстати уж) сама прожила в Китае с 1950 по 1952 год, то есть знала всё описываемое не понаслышке, присутствуя «здесь и сейчас», к тому же собирала материал, расспрашивала детей, которые прошли по тому же пути, что Железный Буйволёнок, Лянгэ-Вовотоу, Камешек и другие герои повести.

Текст достаточно простой (ведь повесть написана для детей), во многом «воспитательный» и пафосный, без этого никак, и мог бы восприниматься с некоторым скепсисом. Новая социалистическая мораль несколько гипертрофирована автором и сегодня вызывает неприятие, а превознесение (на грани с обожествлением) Мао Цзе-дуна и Сталина — кривую усмешку. И всё же это свидетельство времени, его точный в деталях слепок, сделанный современницей-очевидцем. Спасает текст и неоднозначность, неидеальность главного героя, сумятица в его душе и мыслях, драматичность его существования. Привлекают и образы друзей Те-ню, особенно плутоватый Камешек и несчастный по сути, скрывающий свою ранимость за грубостью Одноглазый. Симпатия же главного героя, беспризорница Лянгэ-Вовотоу, сумевшая в самых диких условиях сохранить нежность и человечность, обжившись в школе, вдруг начинает раздражать своим морализаторством. Маслица в огонь подбавляет и любовный треугольник, разумеется, в «детском» его варианте.

А вот что мне совсем напрасным и натужным показалось — предфинальная «шпионская» история с агентами Гоминьдана. Вероятно, автору для успокоения юных читателей потребовалось показать, что злодеи схвачены и побеждены.

И всё же сюжет не настолько ходулен, как можно было бы предположить по вышесказанному, он насыщен бытовыми подробностями, интересными моментами, показывает жизнь Китая: городскую и деревенскую, в банде и в детской школе, при японцах, гоминьдановцах и новом правительстве, безотрадную — и полную надежд. Ещё не окрашена мрачными тонами история величайшей в мире (на тот момент) площади Тяньаньмынь, а у юных героев книги всё впереди, и красный галстук на груди — как символ новой прекрасной жизни.

Подозреваю, что «Железный Буйволёнок» в силу охлаждения уже в шестидесятые годы советско-китайской дружбы больше не переиздавался, так что вряд ли его прочтут современные дети, да может, им эта старая книга будет неинтересна. А взрослые вполне могут прочесть, особенно те, кто интересуется и детской литературой, и историей — в частности, Китая.

Оценка: 7
–  [  2  ]  +

Дон Уинслоу «Зимняя гонка Фрэнки Машины»

Хойти, 28 октября 2019 г. 23:45

...а мне и аннотации было не надо, не говоря уж о других читательских рецензиях — просто потому, что давно уже прочитала и «Малавиту», и «Малавиту-2», и фильм посмотрела, поэтому никем иным, кроме Роберта де Ниро, Фрэнк Макьяно по прозвищу Машина просто не мог быть. Закрадывалась, правда, мысль, что Дон (Дон?!) Уинслоу — тоже немного Фред Блейк на пенсии и в программе защиты свидетелей: сидит себе, пописывает-графоманит, из мемуаров роман ваяет, сотнями имена бывших подельников, жертв и свидетелей вываливает.

Роман в первую очередь (и в первой своей половине) этим и тягомотен, потому что представляется безусловно вторичным плюс уснащённым даже не отсылками, а просто подражаниями к сонмищу других образцов жанра: тут и Хэммет, и Чейз, и Макбрайд, и даже немного «Мёртвой зоной» приперчено, не говоря уж о метках времени, наложении сюжета романа на реальные исторические события и (конечно!) фильмы.

Но автор по ходу дела преодолевает инерцию материала, и невзирая на некоторую сумбурность, ко второй половине роман становится более динамичным, захватывает, а к финишу и вовсе набирает скорость и несётся напролом через взбудораженное читательское воображение.

Сеть предательств накрывает Сан-Диего, жестокость мафии выплёскивается через край, фарт и расчёт мощной волной несут стареющего сёрфера Фрэнка Наживщика, не позволяющего себе ошибок — до тех пор, пока ему хватает фантазии, на что ещё окажутся способны окружающие его подлецы...

Стоп. Вот тут главная ловушка и кроется. Для читателя, имею в виду. Должны ли мы сочувствовать Фрэнки Машине (не отождествлять себя с главным героем, нет, не подумайте)? Он же, как ни крути, убийца, киллер, и множество раз на страницах нехуденького романа расправляется со своими жертвами — как правило, несколькими выстрелами в лицо. Очень гуманно, да? И бесполезно ссылаться на то, что эти жертвы — тоже преступники, тоже убийцы, насильники, сутенёры, далее по списку.

Я далека от идеи о том, что книга (любая) должна непременно чему-то учить и кого-то воспитывать. Но позиция автора, заставляющего _полюбить_ такого вот главгера, весьма сомнительной представляется. В следующий раз предпочту героев вышеупомянутого Хэммета, которые прекрасно знают, что они плохие, или какую-нибудь весёлую пикареску прочитаю/посмотрю.

Оценка: 7
–  [  2  ]  +

Ян Леншин «Турнир самоубийц»

Хойти, 3 июня 2019 г. 23:35

Главный герой «Турнира...» — фантастический невезун Ульрик Вайтфокс. Этот уникум настолько неудачлив, что ему не везёт даже в невезении — как раз тогда, когда оно ему профессионально необходимо.

Повесть Яна Леншина — это такая мрачная оперетта, стилизация под фэнтези в геймановском духе. Нечто среднее (если это только возможно) между «Приключениями Жихаря» и «Трупом невесты». Впрочем, «неприятностиметр», выданный герою, напомнил, на что это ещё похоже: на Джаспера Ффорде*, мир Четверг Нонетот, только чуть менее задорный и более меланхоличный, да и не в литературе он прописался, а похоже, в сети. Ну, в вирте. Здесь и тролли есть, и поклонение котикам, и граммар-наци, стыдливо именуемые грэмами — им по ходу дела достаётся, но как-то не очень убедительно...

*...а на 13% повествования и Джен появляется ;)

Ещё одно напоминание: лотоматон, определяющий судьбы героев этого невесёлого мира — и всплывает из глубин памяти фильм «Город Эмбер: Побег» с юной Сиршей Ронан в одной из главных ролей. Там тоже подростков припечатывали будущей судьбой/профессией. И я не говорю, что это плагиат, никоим образом. Просто логически доведённые до абсурда реально существующие тенденции :)

Так живёт Мехатония. Нашему вниманию представлены её города: Готтлиб vs. Блэткоч (он же Столица метеоритов**). Первый пасторально ностальгичен, второй гротескно, то есть до смешного, ужасен. Здесь зима в марте (нашли чем удивить, ахха), о чём автор неоднократно нам напоминает...

** Челябинск? :D

...и я, честно, каждый раз удивлялась. Ну не срасталось у меня происходящее в «Турнире самоубийц» с зимой. Может, из-за одежды персонажей.

И тут отдельная песня. Персонажей у автора довольно много, и значительная их часть — эпизодические, так вот, автор (видимо, памятуя классику описываемого будущего от АБС) каждому придаёт один-два предмета одежды — и это местами тоже на троллинг смахивает, я в нерешительности, клянусь. Но кое-где писатель перестарался (или недостарался), в результате один из персонажей появляется «в одних трусах и футболке» О_о а другой и вовсе вон чё: «К Ульрику, сняв шляпу, подошел верзила в клетчатых брюках и штанах на подтяжках». И в брюках, и в штанах, чего мелочиться :))

Немного позубоскалить не вредно, а достоинства у книги тоже имеются. Например, Блуждающая башня (сами прочтёте, в чём её прикол, нет, не в блуждании), лёгкий, ироничный язык:

«В эту секунду посмотреть, что случилось, из кондитерской вышел продавец в белом фартуке. Увидел Ульрика и попятился, а его румяное, будто свежеиспеченный хлеб, лицо приняло цвет выложенного на витрину безе — по 0.95 за штуку».

И конечно, Часовик, он же Механический человек — удачный «страшный» образ. Впечатляет.

Резюме: чтение совершенно не обязательное, но своеобразное и достаточно небанальное, чтобы следить за злоключениями героев с интересом и понимающей усмешкой.

Оценка: 7
–  [  2  ]  +

Стив Резник Тем «Подёнка»

Хойти, 31 октября 2012 г. 11:24

Комфортная антиутопия: Земля будущего, истерзанная пандемиями, законопатившаяся в стерильности, опутанная уже не Сетью, а _тканью_ информационного поля. Главные герои — Даниэль (отец), Лекс (сын) и Эшер… так и просится: «дух святой»… а он и в самом деле немного дух. Во-первых, дух прежнего мира: бывший преподаватель культурологи, коллекционер книг, букинист:

«Он всегда больше тратил на старые книги и бумаги, чем на одежду и еду…»

А во-вторых, он сумел выпасть из Системы: не только его дом, от подвала до чердака заваленный старыми и, о ужас, пыльными книгами, но даже улица, на которой этот дом находится, нигде не значатся…

Спор между Даниэлем и Эшером напоминает вечное нынешнее противостояние «электронщиков» и «бумажников» (остроконечников и тупоконечников, ага).

Лекс совсем юн, тревожен, рефлексирует, занимается странным искусством — однако предаёт Эшера именно он, а не его рациональный и суперсовременный папа.

О смысле названия, что такое «подёнка» (слово Эшеру):

«…Весьма интересная разновидность печати, правда. Это бумажные вещички, которые предназначались для относительно краткосрочного использования. Их не предполагалось хранить, тем более коллекционировать. Люди считали их мусором. Я полагаю, такие вещи сегодня полностью заменены электроникой, а?..»

Оценка: 7
–  [  1  ]  +

Фрэнсис Дункан «Убийство на Рождество»

Хойти, 9 февраля 2019 г. 15:14

Ещё один «новогодний» детектив :) На сей раз в роли проницательного детектива-любителя выступает шестидесятилетний сентиментальный дядечка, конечно же, совершенно случайно приглашённый на место будущего преступления. Есть в книге удачные моменты: например, жертва оказалась не той, что предполагалась; растерянность перед этим фактом действующих лиц и _огромная_ пауза между осознанием ими совершившегося убийства и возникновением вопроса, а где же «ожидаемая» жертва; то, что тем временем преступление _продолжается_... Но эти хорошие впечатления были порядком изгажены отвратительной манерой автора накручивать драматизм: «округа утонула в злобе и пороке» (wtf?!), «пряча своё злодейство», «пронзая его безумным взглядом», нет, это слишком. И за тридцать страниц до конца всё ещё ни хрена непонятно, и ключей к этому взять неоткуда :-/ К тому же слишком много (конкретно для детектива) действующих лиц, под конец у автора, похоже, закончились фамилии, и на сцену были приглашены Рубенс и Ньютон :))

Оценка: 7
–  [  20  ]  +

Станислав Лем «Эдем»

Хойти, 4 февраля 2014 г. 22:11

Одно из программных произведений классика фантастической литературы (которого я люблю и уважаю), к сожалению, оставило меня равнодушной.

Шестеро космонавтов терпят аварию на чужой и абсолютно чуждой планете. Параллельно ремонту космического корабля они, как могут, исследуют окружающую их инопланетную среду и…

«— Мы ничего не понимаем, — сказал он. — Слышите? Ничего. Ничего!!!»

Это говорит Доктор, самый здравомыслящий и самый человечный из этой утилитарной шестёрки.

Вот и с читателем (особенно в первых двух третях повествования) происходит то же самое. Мораль романа чеканно выражена в русской поговорке о чужом монастыре, а главный его смысл я бы свела к фразе Макса Фриша: «Есть вещи, которые происходят вовсе не для того, чтобы их понимали» (это из пьесы «Санта Крус», если что). Во всяком случае, моя понималка буксовала и натужно выла на холостых оборотах, пробираясь через бугры и провалы бесконечных лемовских описаний немыслимого и несуществующего.

Прочесть роман можно и должно, но полюбить его вряд ли получится.

Оценка: 6
–  [  14  ]  +

Гораций Уолпол «Замок Отранто»

Хойти, 28 ноября 2014 г. 23:55

Во время освоения этого крошечного романа я то читала, то вычитала: сколько там ещё страниц до конца осталось?..

Не открою Америку, если скажу, что книги мы читаем из достаточно разных соображений — пользы, удовольствия, азарта, необходимости. «Замок Отранто» прочитан мною из интереса к истории развития литературы — как первый опыт в жанре готического романа. Хотелось заодно узнать, как выглядит один из первоисточников пародий на эту ветвь литературы (например, «Нортенгерское аббатство» мне весьма понравилось, но оценить его в должной мере я не могла, не зная, так сказать, объекта насмешек).

Меня порядком сбивала с толку серия, в которой вышло попавшееся мне в руки издание романа: «Хоррор». Мало того, что она на обложке обозначена: это грозное слово торчало на каждой странице умилительно маленькой книжицы в качестве нижнего колонтитула и таким образом травмировало шаблон беспрерывно. Тут даже не в киношной терминологии дело (апарт: в этом плане саспенс предпочитаю триллеру и уж тем более хоррору, который вообще не мил), а в том, что произведение Уолпола никакого страха-ужаса не вызывает, скорее наоборот: в отдельных его местах трудно удержаться от смеха.

Конечно, следует иметь в виду, что на время создания этого романа (1764 — год рождения Анны Радклиф, кстати) его читатели наверняка ужасались в полной мере, особенно читая его поздним вечером, при свечах, в каком-нибудь всамделишном замке… Для нас же самое начало романа (не соспойлерю, потому что любая аннотация «Замка Отранто» — могучий спойлер) выглядит не хоррором, а гротеском. Ну что это такое, в самом деле: с неба рушится устрашающей величины рыцарский шлем и наповал убивает кандидата в главные герои. Дальше — больше: наивные средневековые дурачки, посадив молодого крестьянина, которого они сочли колдуном, под арест, намереваются не кормить его, полагая, что «колдовскими чарами он добудет себе пропитание», но мысль о том, что с помощью тех же чар он может освободиться из узилища (омг, я, кажется, заразилась отрантолексикой), даже не приходит им в голову.

Кстати, об отрантолексике, а конкретнее, о речевых характеристиках (моей большой слабости). Гораций Уолпол в предисловии ко второму изданию романа пишет:

«Какими бы глубокими, сильными или даже мучительными ни были душевные переживания монархов и героев, они не вызывают сходных чувств у слуг; по крайней мере, слуги никогда не выражают их с таким достоинством, как господа, и потому навязывать им такую манеру недопустимо. Позволю себе высказать суждение, что контраст между возвышенностью одних и naivete других лишь резче оттеняет патетический характер первых».

А слуги меж тем изъясняются не менее велеречиво, чем господа: «Если бы небу было угодно…» — и всё в таком духе. Напротив, князь Манфред вовсю пользуется выражениями «Короче говоря…», «Спокойно, дурачьё!» и даже «Будь хорошей девочкой» :Р

Речь героев зачастую изобилует двусмысленностями. Успевает ли слушающий понять говорящего, расшифровать все эти лукавые эвфемизмы, — учитывая общую медлительность персонажей, бесконечные предисловия к речам?.. В результате до того настраиваешься на эту «двойную бухгалтерию», что начинаешь видеть двусмысленности там, где автор их не предусматривал. Вот Ипполита, явившись ночью к гробнице Альфонсо, обращается к монаху Джерому: «Отец мой, располагаете ли вы сейчас временем для меня? Но почему здесь этот юноша и зачем он стоит на коленях?..» :[ извините.

Я уж не говорю о том, что автор иной раз и сам запутывается. Вот Манфред допрашивает Бьянку о Теодоре, и служанка ляпает следующее: «Мы все влюблены в него; нет ни одного человека в замке, кто не хотел бы видеть его нашим государем, — то есть, конечно, после того как господь призовёт вас к себе».

С какой стати?! На тот момент повествования известно лишь, что Теодор — не особо законный сын монаха Джерома, да и женитьба на дочери хозяина замка ему вовсе не светит…

Закругляюсь: «Замок Отранто» — произведение не столько «ужасное», сколько мистическое, безусловно готическое и с изрядной долей мелодрамы. А самое интересное в книге — это два авторских предисловия, доставившие лично мне наибольшее удовольствие: здесь и мистификация, и саморазоблачение, и наивный нарциссизм, и даже «внезапный срач в комментах»… да не с кем-нибудь, а с Вольтером, не мелочились в то время пишущие господа ;)

Оценка: 6
–  [  13  ]  +

Олег Дивов «Молодые и сильные выживут»

Хойти, 28 марта 2013 г. 21:55

Человечество поражено непонятным вирусом. Люди не ослепли, не покрылись язвами, не стали каннибалами, не взвинчены сексуально — они утратили память. Причём не целиком, а фрагментарно (как именно — об этом в книге). С трудом, через бесконечную войнушку, через потерю и обретение человеческого в себе выживает тот, кто сумел найти смелость вспоминать. Слезами умываются суровые мужики, когда прошлое возвращается к ним.

Скаля зубы в невесёлой усмешке, появляется среди них «герой из ниоткуда» — Гош, Георгий Дымов, обладающий странным запасом знаний (куда большим, чем у товарищей по несчастью), безжалостный, готовый к разрушению что на физическом, что на психологическом плане, манипулятор… Извините, цепляет меня эта тема уже не в первый раз: может быть, потому, что сама ведома, уговариваема и непростительно простодушна — не знаю…

Эх, Дымов…

«Эх, Дымов, сколько тебя жизнь ни ломает, а ты всё нормальный и нормальный… Порядочные люди давно шизофреники, а с тебя как с гуся вода».

Нерационально любимый мною Олег Дивов в этой книге вдарился в некую крузообразность. Не знаю, как читателям-мужчинам, а мне многовато оказалось касательных и направляющих, танков и патронов, а также другого бряцания оружием.

Огорчила претенциозная и в то же время не новая «обратная» композиция: конец — середина — начало. Причём середина получилась настолько перевешивающей, что после неё пришлось возвращаться к началу (то бишь к концу, кхм), чтобы понять: а что же, собственно, там происходило. Ну, а на-самом-деле-финал оказался и скомканным вдобавок, будто автору надоело это всё: «Да ну вас, ребята, выкарабкивайтесь сами, как знаете…»

Эх, Дивов…

Оценка: 6
–  [  12  ]  +

Стивен Кинг «Регуляторы»

Хойти, 8 августа 2014 г. 21:18

«...В наш «Корефан» подвезли свежую партию Стивена Кинга :)) и среди неё есть «Регуляторы». А я не так давно читала «Молодые и сильные выживут» (они же «Закон фронтира») Дивова, и там у ГГ присказка «Регуляторы, в седло!». И почему-то у меня впечатление создалось, что это отсылка к Кингу. Вот не знаю, брать-читать или нет. Советуешь? Поможет ли мне это в Дивове (и Дымове) разобраться?..»

(Из ЛС от 18.09.2013; «Корефан» — на самом деле «Корифей» — книжный магазин в том же здании, где я работаю; очень удобно)

И посоветовали (добавив, правда, что насчёт отсылок не в курсе). И взялась. И, в общем-то, лучше бы я этого не делала.

Стивен Кинг под псевдонимом Ричард Бахман (не знаю, зачем ему это потребовалось, знатокам виднее, но мне обычно эти кокетливые игрища с псевдонимами претят, — исключение составляют Фернандо Пессоа и АБС) создаёт локальный ад/кошмар в отдельно взятом крошечном американском городке, более (менее?) того: в одном его квартале. Два ряда домов, выстроившихся вдоль отрезка Тополиной улицы, замыкаются магазином и пустующим домом и вкупе с навалившейся по воле автора жарой подозрительно напоминают декорацию вестерна (магазин = салун).

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Демон, вселившийся в ребёнка, ребёнок, одержимый вестернами (в первую очередь, этими самыми «Регуляторами») и неким мультсериалом-космооперой, и с ними сам-третий автор от души дают провинциалам прикурить, уродуя, мордуя и изничтожая их всевозможными красочными способами.

Слабонервностью не страдаю, всякие ужасы на физическом уровне переношу нормально, но просто скучны они мне как литературный приём, тем более как сюжетный ход. И если сначала развитие событий в романе было интересным и интригующим, то потом страниц этак сто пятьдесят — двести приходилось «пережидать» очередные членовредительства, чтобы добраться до дальнейших поворотов сюжета. Знаете, даже для железнодорожного чтения (чем, собственно, и занималась) не слишком увлекательно оказалось.

И самих Регуляторов в книжке оказалось ничтожно мало (может, о них я с более выраженным интересом почитала бы), и источника дивовской отсылки не встретила :(( Возможно, Олег Игоревич на первоисточник ссылался?.. А он существует вообще? Попробуйте-ка на КП вбить в строку поиска «The Regulators», мвахахаха...

И вообще, мы здесь имеем дело с умелой мистификацией (хоть за это плюс мистеру Кингу-Бахману): например, актриса Карен Стил действительно существует, более того, играла в вестернах, в частности, в сериале «Бонанза», тоже упоминаемом в романе, а вот Рори Колхауна пришлось поискать — потому что он оказался Рори Кэлхуном... зато в его фильмографии, кроме вышеупомянутой «Бонанзы», значится сериал «The Young and the Brave»... Улавливаете связь? :)

Резюме: моё отношение к маэстро Кингу после прочтения данного романа не изменилось. Я по-прежнему считаю его автором одного шедевра — «Мёртвой зоны» — и несколько недоумеваю, в чём же выражается его королевское величие.

P.S. Забыла высказать своё раздражение некоторыми техническими редакторами, которые будто недавно в должности и до сих пор шрифтами не наигрались, рррррррр Фрагменты «писем» и «дневников», невзирая на их значительные размеры, отформатированы псевдорукописными шрифтами. И скажу я вам, прочитать 24 страницы текста, набранного таким шрифтом и кеглем чуть не семёркой — вот где настоящий ужас, Кинг с Бахманом отдыхают :-/

P.P.S. От книги избавилась — подкинула её одному из почитателей Кинга.

Оценка: 6
–  [  10  ]  +

Георгий Герцовский «Белое и чёрное»

Хойти, 26 мая 2019 г. 22:01

Ну не моё оно, не моё. Было время, с удовольствием всякую фэнтезятину читала, а потом наелась. А может, просто после «Властелина колец» уже не тянет вдаваться в подробности эльфийско-тролльских взаимоотношений, в которых и труба пониже, и дым пожиже.

В этом плане к книге претензий раз, два и обчёлся.

Например, объявление её «Заряженным оружием 1», в смысле, частью цикла, в котором (пока) больше никаких книг не наблюдается :) Возможно, у автора на «Легенды Лесогорья» какие-то далеко идущие планы есть.

Названия. Логунвост, Гровенгридль (покатайся головой по клавиатуре), Ригель.

Имечки. Тэфрамадур, Лоутарайтур (и буй Тур Хейердал), Фрост и Шгрихт.

Небрежность, авторская небрежность, чёрт побери, я просто плохо её переношу >_< Особенно когда писатель не может вспомнить нужное слово и втыкает на его место какое попало. Ну, там «незабвенную» вместо «беззаветную», «просыпания» вместо «пробуждения» и тому подобное. Я уж не говорю про бороду, которая «куцая, но довольно длинная» (?) и покрытые сеном крыши.

Кому книга понравится? Тому, кого, как Сэма Скромби, хлебом не корми, дай об эльфах поговорить-почитать (мне, в частности, понравился король Эккеворт, особенно со своей картиной; остальные представители лесного племени довольно схематичными показались, в первую очередь, женские персонажи).

А ещё тем, кто соскучился по джинну Бартимеусу за авторством Джонатана Страуда, поскольку один из главных героев «Белого и чёрного», демон Демьян, весьма его напоминает.

Демьянову уху, в смысле, часть читать наиболее интересно. Из кого эти демоны получились, какова их своеобразная иерархия, как они, словно скауты за значки, бьются за _полный_список_, даже из-за чего они периодически друг друга не понимают — всё это книге в плюс идёт. А борьба между ангелами и демонами напоминает американский футбол, нет, даже скорее пушбол, где на невесомую громаду человеческой души влияет броуновское движение белых и чёрных молекул :)

К сожалению, религиозно-философская составляющая этого мира оказалась довольно неаппетитным замесом из христианства, индуизма и почему-то солипсизма. Особенно раздражала елейная нравоучительность повествования; вторила ей и лубочность истории о «раскаявшемся разбойнике» (не буду говорить, о ком именно).

Концовка, где автор аккуратно увязывает сюжетные нити, сама по себе хороша. И была бы отлична, не будь предугадываема.

Но если без предвзятости к «Белому и чёрному» подходить, если вообразить себя жизнерадостным новичком, то книжка Герцовского — лёгкое и увлекательное чтение для рассеянного летнего досуга, книга для тех, кто за чтением не хочет страдать или душой трудиться, оставим это для мрачных ноябрей и слишком длинных (несмотря на их двадцативосьмидневность) февралей.

Оценка: 6
–  [  9  ]  +

Майк Гелприн «Путь Босяка»

Хойти, 5 декабря 2014 г. 23:21

Не понравился рассказ, вот честно.

Такое впечатление, что написан он то ли на спор, то ли в «горящий» сборник, то ли для конкурса какого-то скороспешного, но буквально за сутки, впопыхах, в панике даже — и вот эта паника, исподволь просочившаяся в текст, пропитывает поведение героев и придаёт им «настоящести» хоть какой-то. В остальном же...

ЗОМБИ! Свежий привоз!! Большой ассортимент!!! Не пропустите!!!!

Как-то так.

Отдельное спасибо автору за слова «Гиблятина» и «вытолпили». Есть хорошие «сценарные» находки, но они смазаны-подзабиты нелепостями и, я бы сказала, недопустимыми недоговорённостями. Недоговорённости (особенно в фантлитературе) прекрасны, когда «одно сказанное слово опирается на тысячу подразумеваемых» — да, это о Толкине сказано, но в той же мере применима эта характеристика к творчеству АБС, например, — да к любому произведению, где используется приём «пропущенного звена». Но начать и бросить без всяких объяснений и хотя бы прогнозируемого развития либо домысливания читателем — не комильфо.

А может, просто зомби-апокалипсис — не моя тема. Ладно. Читаю дальше.

Оценка: 6
–  [  9  ]  +

Марина и Сергей Дяченко «Мигрант, или Brevi finietur»

Хойти, 29 июня 2011 г. 16:09

Начала читать с увлечением, но по мере чтения недоумение моё возрастало. В неразберипоймиху (с) Кортасар «Игра в классики» сплелись голдинговский «Повелитель мух», «Маленькие дикари» Сетона-Томпсона, «Остров дельфинов» Кларка, ну и, конечно, «Обмен разумов» Шекли.

Сюжет пересказывать нет смысла (для этого есть описание, аннотации и пр.). Кстати, об аннотациях. Гениальная, на мой взгляд, «Вита ностра» была сама по себе. Бодрый и захватывающий «Цифровой» позиционировался как второй роман трилогии (!), начатой «Вита ностра». Занимательный же и не более «Мигрант» преподносится на всё согласному читателю как «продолжение цикла (!!!), начатого...» (см. выше). Так и будем спускаться по ступенькам?

Не могу не выразить своё лёгкое раздражение по поводу самопрозвания ГГ: это корявое ружьё бабахнуло только на странице, если не ошибаюсь, 385, да и то как-то бестолково, как в американских мультфильмах — флажок из дула выскочил, да и всё. То есть объяснение ничего не объясняло и никак не сработало.

Единственный интересный персонаж в книге — Айра, он же Махайрод: сержант, гуру, некромант и консультант всея планеты в одном лице. Наверное, если бы не он, я бы так и не догадалась, почему у меня с книгой не возникает взаимопонимания. Вононочо, Михалыч — надо было вспомнить фильм «Ван Хельсинг«!

Это кино про бесстрашного истребителя нечисти с арбалетом-пулемётом наперевес многие восприняли очень отрицательно — те, кто пытался смотреть его всерьёз: «Да ну, пятый класс, вторая четверть!..». Мне же и двум-трём моим друзьям фильм очень понравился — потому что мы сразу рассматривали его как пародию.

Так и тут (назовём это «синдром Ван Хельсинга» :smile:). «Мигрант» — это самая натуральная подростковая фантастика! Подросткам её и читать. И в этом качестве, и у этих читателей книга вполне заслуживает пяти звёздочек! А я, извините, буду читать Славочку Рыбакова. Вот «Звезду Полынь» только что прочитала — это же класс!

Оценка: 6
–  [  8  ]  +

Франк Шетцинг «Стая»

Хойти, 12 февраля 2020 г. 18:34

Пасть жертвой: а) обманутых ожиданий; б) стереотипов, — никому не пожелаю, а уж два в одном тем более счастья не доставили.

Оу, биологический технотриллер! — возрадовалась я, потирая ручонки (одну научно-фантастическую, другую биологическую, хех). Но после бодрого начала мне с каждой страницей становилось всё неинтереснее. Нет, я не зажралась. Просто у Шетцинга как-то так получилось, что правая рука не знала, что творит левая. И в этом плане книгу было бы прочитать куда лучше в двух частях: возможно, переворачивая на обратную сторону, как у Акунина в его «Квесте», возможно, с маргиналиями, как у не так давно прочитанного Сонькина («Здесь был Рим») — но не ПОДРЯД, где впечатляющий масштабами дизастер беспорядочно перемешан с журналом «Наука и жизнь». Всегда-то побешивает, когда персонажи с бейджиками-именами вместо полноценных личностей друг другу с умным видом научпоп излагают, а в «Стае» это было просто ни в какие ворота. Особенно когда надо рексом бежать-спасаться, а они «всё корни извлякают», как бабушка из полузабытого юмористического стихотворения.

Наибольшим минусом прочитанного для меня стал перевод. Я давно уже терпима к мелким огрехам не слишком твёрдо знающих русский язык толмачей, поэтому досадливо отмахиваюсь от всяких «затаил на нас зуб», «знобящий призрак», «он снял джинсы и верхнюю одежду» :)) сэр (леди) переводчик, верхняя одежда — это не та, что на верхней половине тела, а та, что снаружи...

НО! Сэр... ах, всё-таки леди, извините, переводчик так и не удосужилась показать свой труд специалисту. Или хотя бы беглым гуглингом пройтись. «Алкоголь» вместо «спирт», «окраина континента» вместо «свал», «детритус» вместо «детрит» и так далее, на «португальских галерах» (корабликах, о чём всем известно) меня просто порвало. Редактору сего издания руки открутить за ненадобностью предлагаю.

Вернёмся, однако же, к Шетцингу. И тут наступает время стереотипов. Мне автор представился классическим-преклассическим немцем, не избежавшим ни одной условно-характерной немецкой черты: 1) основательность; 2) добросовестность; 3) тяжеловесность; 4) любовь к переусложнённым конструкциям; 5) примитивный юмор (над чем остро и, надо признать, тоже довольно прямолинейно посмеивался ещё Марк Твен)...

И снова «но»: похоже, что автору биотехнотриллера вполне можно было бы спеть: «Ты хочешь быть американцем, американцем, американцем...» =^__^= (аббажаю этот вставной номер в «Талантливом мистере Рипли», простите за апарт), поскольку одним из главных недостатков романа мне показалась хейлеобразность (от Артура Хейли, поясню, типа меня тоже Шетцинг покусал). И если сначала всё было немного хейлевато, потом — очень хейлёво, то дальше пошла уже окончательная хейлета :D О не внушающих доверия персонажах принято говорить «картонные» — тут даже не картон, а папье-маше, которое Шетцинг добросовестно пережевал в гомогенную массу, из коей и вылепил потом свои полушахматные фигурки. Ну ёлки-палки, более-менее главгеров по пальцам перечесть, да и те особой индивидуальностью не обладают, второстепенным же автор выдаёт мини-набор примет (очки-борода-трубка, и хватит с тебя, генерат), остальных же даже по фамилиям различить затруднительно. И все они друг другу чего-нибудь рассказывают. Ну, я понимаю, в форме диалога не так стрёмно факты научно-медицинские излагать, чтобы читатель не заснул ненароком посреди полуторамильного абзаца.

Реально, документальное изложение было бы и честнее, и даже увлекательнее. Потому что, как я с огорчением подумываю, многие читатели в погоне за ужасами всемирной катастрофы, стремясь скорее добраться до волнующих подробностей и деталей, просто пропустят мимо ушей/глаз/внимания на самом деле важные и интересные вещи.

Примеры? Их есть у меня :) Например, о том, что индустрия оплачивает науку, когда государство отказывается либо не в состоянии это делать, вследствие чего результаты исследований аккуратно подгоняются под интересы промышленности. Да, это так. Это наша с вами печальная реальность, и всего несколько лет назад лично наш верховный заявил: мы, дескать, будем оплачивать только ту науку, которая даёт экономический результат в течение года О_о это конец. Конец, в первую очередь, для фундаментальной науки. А чем такое чревато — вот вам, пожалуйста.

Именно поэтому считаю, что «Стая» НЕ годится для экранизации: там всё уйдёт в приключалово и спецэффекты, а научная, особенно экологическая составляющая пропадёт практически бесследно, и вот это действительно будет потеря :(

Извините, если кого огорчила. Может, ещё и потому моя оценка роману Шетцинга невысока, что за плечами уже другое прочитанное, начиная с «Хозяина бухты» Гансовского в самом ещё детстве, а позже были и «Зодиак» Стивенсона, и нынешние «Канализация, Газ & Электричество» Раффа, и конечно, «Параграф 78» Андрея Лазарчука (книга! не фильм!! не ошибитесь!!!).

Оценка: 6
–  [  8  ]  +

Дж. М. Кутзее «Бесчестье»

Хойти, 21 сентября 2015 г. 00:24

Эта книга напомнила мне цемент — она такая же серая, плоская, невыразительная и неподатливая.

Эта книга напомнила мне пустырь — здесь так же безлюдно, уныло и загажено неаппетитными подробностями; так же бесполезно пытаться хоть что-то сделать; так же хочется со вздохом отвернуться.

Эта книга напомнила мне «маргаритку»… Нет, не тот скромный и милый цветок, который ассоциируется с полным обещаний ласковым маем и благонравной английской поэзией, а определённого сорта девушек: тех, что могут сидеть на столе, прихлёбывая пиво из горлышка, но будут оскорблены в лучших чувствах, если вы в их присутствии сядете, не спросив у них на то разрешения.

Эта книга напомнила мне невнятный музыкальный шум, доносящийся из оркестровой ямы, пока зрители, шурша программками, бродят по богато украшенному и скудно освещённому залу; музыканты вразнобой пробуют свои инструменты; эту тихую какофонию нет-нет, да прорежет чистая и точная музыкальная фраза — когда в воображении ГГ возникает Тереза, героиня его оперы, которая (я уверена в этом) так никогда и не будет написана. И ты встрепенёшься, обратив к этому фрагменту мелодии и слух, и душу, но она оборвётся «на полуслове»…

Простите, если не оправдала ваших ожиданий. Так же, как Кутзее — моих.

Оценка: 6
–  [  6  ]  +

Джон Мэттьюз «Легенда о короле Артуре»

Хойти, 14 июля 2017 г. 15:30

Лучшее, что есть в этой книге (указанное издание 2013 года) — это иллюстрации Павла Татарникова: колдовские, волнующие, загадочные, созданные художником, безупречно владеющим фактурой и многочисленными живописными техниками.

Перевод Григория Кружкова привычно хорош и естественен (за исключением некоторых не вписывающихся в контекст канцелярски-официальных слов).

Небезынтересно построение книги, в котором чередуются короткие исторические (и, так сказать, «легендарные») сведения — и собственно легенды. Приятный бонус — карта места действия и грамота для прочитавшего книгу «рыцаря» :) И даже гарнитура «Балтика» абсолютно к месту.

Само содержание... не знаю, как вас, а меня оставило равнодушной, разве что с некоторой долей удивления отсутствием логики в происходящих (когда-то давно или не взаправду) событиях.

Но что вывело из себя по полной программе — это так называемая «работа» корректора Л.А. Мухиной. Надеюсь, ей будет стыдно — хотя бы за то, что она позволила указать свою фамилию в выходных данных этого, подчёркиваю, литературно-художественного издания.

Примеров подброшу (далеко не исчерпывающий список):

«чего бы это ни стояло»

«карлик размахулся»

«борзую мой дамы»

«сватка была недолгой»

«сидит по деревом девица»

«не обращая внимания её жалобы и слёзы»

«подъехал с сражавшимся рыцарям»

«оба рыцаря опутили свои копья»

«смиреено опустился на колени»

«как приедешь туда, найти там меня»

«он оставливался на ночлег»

«на деревьях расспустились новые листья»

«с золотым кубком королевы, привязанном к седлу»

«многолетний поход, который стоял жизни многим рыцарям»

«трещина, прошедшая через чрез самое сердце королевства»

«король ещё попытался предотваратить братоубийственную схватку»

«много могучих воинов с обоих сторон»

«кто улышал этих птиц, тот не умрёт»

и напоследок:

«здесь _проишла_ Битва _одинадцати_ королей, в которой король Артур _одежал_ победу»

Три в одном :-/ Ну нельзя так. Тем более, что на книге выставлен значок «6+». То есть считается детской, прямо очень детской литературой. Алё, корректор, вы никогда не слышали о том, что для детей нужно всё делать так же, как для взрослых, только лучше?

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Тем более обидно, что цена у книги ой какая немаленькая, а халтура налицо :((

Оценка: 6
–  [  6  ]  +

Сет Грэм-Смит «Президент Линкольн: охотник на вампиров»

Хойти, 6 января 2016 г. 22:59

Страшно.

Очень страшно.

Невыразимо страшно мне было от того, что переводчиков с таким «знанием» русского языка не только допускают к работе, но и публикуют результаты их разрушительной деятельности.

При въедливом рассмотрении, правда, выяснилось, что мне попалась какая-то палёнка, и переводчик Н. Просунцова с редактором В. Горностаевой (в указанном издании) тут ни при чём. Издержки дикого интернета, мда.

Но к делу.

Сет Грэм-Смит берёт за основу святые для американцев биографию президента Линкольна и историю войны Севера и Юга — и наполняет их мистикой и хоррором, встраивая в известные исторические события и цитаты другие содержание, мотивацию, подоплеку. При такой богатой идее повествование в целом получилось довольно унылым и неравновесным. В нём произвольно чередуются скучный до зевоты быт очумелой деревенщины и внезапные, как ведро на голову, натуралистичные сцены взаимного крошилова людей и вампиров. Эту сыроватую конструкцию украшают нечастые, но трогательные вспышки чёрного юмора. И лучше бы их было побольше, а

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
снов главного героя
поменьше. Дурацкий приём, между нами говоря. И очень детский. И ничего, кроме очередной порции БУ!!! к сюжету не добавляющий.

Герои книги одержимы вампироманией, то есть часто видят своих заклятых врагов даже там, где их нет, в частности, принимают за вампиров друг друга.

Любопытно решение иллюстраций к книге: архивные фотографии, комментарии к которым Грэма-Смита представляют ситуацию в ином свете. Хотя в таком подходе к делу автор не новатор: напомню почтеннейшей публике немного архаичную (почти полувековой давности), но всё равно читабельную книгу Джека Финнея «Меж двух времён» — фантастический роман, богато проиллюстрированный реальными фотографиями. Вот это действительно было новое слово.

Что касается текста, то закономерно напрашиваются ассоциации с Акуниным, который в фандориаде искусно сращивал вымысел с историческими (и литературными!) событиями, тем самым придавая им совершенно другой смысл. Так что американец и тут не первооткрыватель. А если ещё Дюма вспомнить?.. :)

Ну, и ещё роман может послужить волшебным пенделем к изучению настоящей американской истории.

Оценка: 6
–  [  6  ]  +

Юрий Герман «Дело, которому ты служишь»

Хойти, 16 ноября 2014 г. 18:39

«Дело, которому ты служишь» — первая часть трилогии. Но я, пожалуй, этой первой частью и ограничусь, потому что дальше читать, вот честно, нет никакого желания.

Главный герой, в первом романе трилогии сначала старшеклассник, а к финалу «Дела…» — молодой дипломированный врач Владимир Устименко, считается воплощением преданности своему делу, примером патриотизма, самоотверженности и прочих прекрасных качеств. Он должен вдохновлять, служить образцом для подражания — в первую очередь, для молодёжи, которая немедля по прочтении романа просто обязана была кинуться в медицинские институты…

Простите. Глумливый мой тон объясняется крайним раздражением, которое вызвали у меня и главгерой, и роман в целом.

Начну всё-таки с романа. При его чтении возникло явное подозрение в том, что передо мной — так называемый «соцзаказ». Произведения, созданные в этом… хммм… жанре, иной раз получаются вполне читабельными и смотрибельными (первое, что вспоминается — фильм «Однажды двадцать лет спустя»), но роман Германа, возможно, стал в своё время бестселлером лишь по принципу «на безрыбье и рак рыба». Читать его было невыразимо скучно, и если бы не один из персонажей — Н.Е. Богословский, да последняя, «кхарская» часть романа — оценка моя была бы ещё ниже.

События «Дела…» разворачиваются с 1936 по 1941 год (датировку помогли определить политические и театральные временнЫе маркеры, что меня немного смутило: получается, что Володя Устименко как-то уж очень быстро мединститут окончил, буквально года за три), и поначалу автор тонет в массе каких-то мелких и занудных подробностей, которые он к тому же описывает на «одной ноте» с действительно значимыми событиями; а когда Герман наконец-то добирается до действительно интересных вещей — тут он будто спохватывается, что бумага вот-вот кончится или из издательства за рукописью придут, и марш-марш, галопом по европам (точнее, по монголиям), и вот уже — бах! — книжка кончилась :(

Что же до главного героя, то Владимир Устименко «заболел медициной» в тяжёлой и неизлечимой форме ещё будучи школьником. Его упорство в достижении цели (часто через «не могу»), его критичность, его стремление стать настоящим профессионалом своего дела, докопаться до истины, победить саму смерть, безусловно, внушают уважение. Должны внушать, иначе не полагается. Но по-человечески Владимир не только непонятен, но и неприятен (в том числе и от «не принимать»). Устименко — совершеннейший социопат (разве врач может быть таким?!). Ему глубоко наплевать даже на самых близких людей: родных и друзей, не говоря уж о соучениках, не говоря о Варе — девушке, которая его любит (в том, чтобы назвать её «любимой девушкой» главгероя, у меня лично сильнейшие сомнения). Ниспровергатель авторитетов, фанатик благороднейшего поприща человеческого, Володя во всём, что касается «нормального человеческого», глух и слеп, попросту бесчеловечен.

Я не отрицаю возможности существования такого литературного героя, даже его правомерности, что ли. Мне только непонятно, как это, извините, бревно в белом халате может быть любимым героем и примером для подражания. Прямой вред в этом вижу — к счастью, сейчас уже сглаженный и затуманенный прошедшими десятилетиями.

При том, что Герман пишет о своём главном герое много и подробно, тот остаётся достаточно условно-ходульным. Куда больше жизни в уже упомянутом здесь враче Богословском, упорным трудом создавшем свою больницу с подсобным хозяйством при ней. Действительно интересно было читать об этой крутой натуре, ругателе и энтузиасте, по-настоящему талантливом медике, которому, при всей его суровости, не чужда и настоящая человечность. Вот о его «больнице-аэроплане» я бы ещё с удовольствием почитала.

Любопытным получился и один из отрицательных персонажей романа — Женька, брат Варвары, юный и наглый приспособленец, заранее готовящий себя к карьере «врача-администратора». Чувствуется, что Герман пытался нарисовать его грубоватыми, почти карикатурными мазками, но образ оказался упрямее, став более выпуклым и живым, чем предусматривал автор. Может быть, это ещё и пролонгированное свидетельство живучести самого типажа.

Безусловно, книги-агитаторы за медицину нужны и важны. Но куда лучшие образцы жанра — «Цитадель» Кронина, «Записки юного врача» Булгакова, «Дом отважных трусишек» Ермолаева, «Записки врача» Вересаева.

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Ольга Рэйн «Просветление»

Хойти, 28 сентября 2017 г. 21:31

Самый слабый, по моему скромному мнению, из рассказов сборника. Он, конечно, из ранних у автора. Предлагаю считать, что всего за несколько лет Ольга Рэйн неплохо так накачала литературные мускулы :)

А так... ну, классическое фэнтези-средневековье с замками и разбойниками с большой дороги; случайные попутчики, которые становятся близкими людьми; слепой воин, побивающий всех зрячих... и развязка, которая даже у Теофиля Готье уже встречается в романе «Капитан Фракасс» (1863). Правда, с инверсией, но это положения не спасает. Да и ужасные натуралистичные сцены «Просветления» плохо вяжутся с возвышенной архитектурой легенды.

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Майк Гелприн «Вериль»

Хойти, 19 сентября 2017 г. 16:04

Рассказ не особо понравился, даже немного огорчена. Может, просто тема не моя: очень уж «чувствительно», будто для сборника романтической женской фэнтези написано. Любовь така любовь, что аж прямо до смерти. Но погибших героев почему-то не жалко. Вероятно, автор пробует себя в других направлениях (и были тому свидетельства; хоррор, к примеру). Но здесь, мне кажется, не очень получилось. Во всяком случае, интрига вериля угадывается уже с середины и без того небольшого рассказа.

А может, это потому, что похожая ситуация уже отыграна в замечательном рассказе М. Гелприна «Человеко-глухарский». Только там и юмор был, и необычная идея межрасовых коммуникаций. Возьму на себя смелость сказать, что «Верилю» пошёл бы на пользу хоть какой-то дополнительный компонент.

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Фред Варгас «Человек, рисующий синие круги»

Хойти, 23 ноября 2015 г. 14:31

Честно говоря, скучноватым показался мне этот современный (относительно) французский детектив. Почитала рецензии, особенно положительные и восторженные. Немного удивилась (например, похвалам языку: на мой взгляд, ничего особенного). В самой книге много лишнего, случайного и вовсе необязательного, а того, что в детективе желательно, а то и непременно, вовсе нет: ключей, например.

Комиссар Адамберг, успевший очаровать батальон читательниц, показался мне слегка пародийным образом, и я в сомнении: не ведёт ли писательница игру, которую она считает понятной только ей? У Агаты Кристи есть некий сквозной персонаж, автошарж: писательница-детективщица Ариадна Оливер, а у неё в свою очередь — сквозной персонаж-сыщик, швед с труднозапоминаемым именем, наделённый малоприятными привычками, в том числе и пародирующими привычки мисс Оливер (а вероятно, что и самой леди Агаты, вот такие связи второго порядка). И я вам скажу, что некоторые выходки Адамберга мне эту троицу напомнили, особенно во фразе о том, что Адамберг, дескать, ничего не может сказать Данглару, своему же инспектору О_о Это практически прямая цитата из мисс Оливер — насчёт того, почему девушка «не может сказать» (по-моему, это в «Вилле «Белая лошадь» фигурирует), — а то детектив слишком быстро закончится :))

Резюме: это далеко не Агата Кристи, но в то же время и не Дарья Донцова. А если воспользоваться этими двумя именами как точками отсчёта (абсолютный плюс и абсолютный ноль, хехе) и выстроить шкалу женского авторства детективов, то Фред Варгас на ней окажется чуть выше Найо Марш и порядком ниже Ф.Д. Джеймс.

Имхо, безусловное, стопроцентное имхо.

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Симона де Бовуар «Мандарины»

Хойти, 16 ноября 2014 г. 18:25

Давайте договоримся сразу: конкретно этот роман читаем-обсуждаем, а не всё то облако идей, биографий и библиографий, что его окружает. Встанем на уязвимую позицию неподготовленного читателя, дружно презираемого высокомудрыми ценителями и знатоками. Тем более, что не так это сложно: в то время, когда данный роман было бы актуально освоить, Симону де Бовуар советский читатель мог знать разве что по туманно-кулуарным намёкам, и не в феминизме дело, а в тех же «Мандаринах» 1954 года, в которых СССР выглядел очень и очень некрасиво. Сартр, Камю — да, публиковались, но… извините, руки не дошли. Так что с чистого листа.

Книга представляется мне помесью «Что делать?» и «Игры в классики». И ещё очень прозрачные ассоциации с «Правдолюбцами» напрашиваются, хоть это и позже, много позже. Одна из главных тем романа — противопоставление деятельности (политики) и творчества, «странного этого ремесла» (с) Примечательно, что для людей, оказавшихся по разные стороны альтернативного выбора, антитеза представляется пустой, лишённой настоящего смысла. А ведь и то, и другое суть варианты социальной жизни человека, обе они «нематериальны», из области идей. Ни разу никто из героев романа не предлагает окружающим бросить строчить газетные статьи или философские опусы и переключиться на строительство домов, посадку деревьев, ну не знаю, мясомолочное животноводство :) Нет, нет, «шесть здоровых мужиков ничего не делают, только пишут» (с)

Симона де Бовуар по этой книге представляется очень умной женщиной, как минимум хорошо разбирающейся в политике (что вообще большая редкость), только радости — в том числе и читательской — все эти изложения политических платформ, шатаний и зигзагов «генеральной линии» не доставляют никакой. Диалоги, в которых персонажи пересказывают друг другу позиции своих партий, групп и группочек, грешат повышенной концентрацией чернышевскости и выглядят в силу этого весьма фальшивыми.

На что обратила в этом плане особое внимание: на разницу в том, как де Бовуар описывает двух главных творцов и мыслителей романа — Анри Перрона и Робера Дюбрея. В случае Анри (Камю) читатель словно селится в его голове: все мысли Перрона, движения его души, смущения, метания и стремление к настоящей порядочности как на ладони; то, о чём он пишет, представлено хоть и конспективно, но достаточно внятно и подробно. Дюбрей же (Сартр) представлен нам практически везде только «снаружи»: мы словно заглядываем вместе с Анной в приоткрытую дверь его кабинета, где он сутулится над столом, прилежно царапая заострённой палочкой по белому листу. Что он думает, чего хочет, каковы его истинные стремления, о чём пишет, где он искренен, а где лукавит «в интересах дела» — почти везде в области догадок; что-то более-менее внятное по этому поводу появляется лишь в последней четверти объёмного текста. Как, почему так получилось у мадам Дюбрей-Симоны (вот тут уже см. биографию) — загадка.

Мне, разумеется, наиболее близок оказался Анри (и его деятельная работа в газете не последняя тому причина: ах, многое и близко, и знакомо, и порою больно; более чем к месту вспомнилась чья-то мудрая фраза: «Честный журналист продаётся один раз»). Буквально кожей воспринимаю отчаяние Анри — как бы это чувство-состояние ни называл сам Перрон — жизнь уходит меж пальцев, а времени нет ни на что, ты должен тому и этому, и ещё вон тем и этим; ты должен сделать такую гору дел, что толком не делаешь ни одного: всё второпях, наскоро, кое-как; ты не можешь жить для себя и заниматься главным делом жизни (для Перрона это писательство). То же и в ситуации с газетой и Дюбреем: злоупотребление дружбой, непоправимость разрыва, выбор не в пользу любимого дела — зато возможность остаться честным по отношению к себе. О да, у Анри многим ещё учиться и учиться. В то же время он не ангел, а живой человек, его ошибки, заблуждения, сознательное решение в чём-то пойти по неправедному пути делают его подлинным.

Отдельно упомяну ситуацию с Трарье, который за свои миллионы вроде бы не собирался ничего требовать. История о том, как меценаты превращаются в спонсоров (со всеми вытекающими), актуальна по сей день. Бойтесь данайцев, короче :)

Мужские интеллектуальные и общественно-политические вертикали романа пересекаются с женскими чувственными горизонталями ;) Автор представляет читателю некоторое количество стереотипов женского поведения, при этом отнюдь не заслуживающих подражания. «Все хороши», ни одна из женщин романа не вызывает симпатии. Если это феминизм — то по принципу «от противного»: не будьте такими, сёстры, посмотрите на себя, как вы глупы, мелочны, зависимы от мужиков — при этом не от их человеческих, творческих, душевных качеств, а от широких плеч, тёмных ресниц, кхм, мужских достоинств, степени готовности немедленно завалиться в койку и перманентной способности к повторению мантры «ялюблютебялюблютебя». Я вас умоляю, у мужчин и другие занятия имеются, только вот «мандариновые» женщины не желают с этим мириться, а себя извиняют единственным способом: «Ну я же женщина!..» *facepalm*

Наихудший вариант — это, конечно, Поль, ниспосланная Анри неизвестно за какие грехи. Реально бесит её странная уверенность, что «жить и любить» — вполне себе занятие и даже профессия. Её регулярные высказывания в стиле мадам Очевидность способны сделать мизогином ещё не определившегося читателя :)

«Врачу-исцелися-сам», психоаналитик Анна рассудочна и здрава (хотя и имеет довольно странные представления о личной свободе) ровно до тех пор, пока её не сражает наповал обыкновенная бабская страсть, тем более опасная, что наложена на возрастные искажения. Куда и делись её ледяной логики суждения — растаяли в пламени поздней даже не любви, а стремления урвать ещё кусочек жизни перед тем, как для неё опустится занавес и придётся ещё десять, двадцать, о ужас, а вдруг тридцать лет смиренно простоять в пыльных кулисах, с тоской дожидаясь конца представления.

Не буду подробно говорить о Надин, замечу лишь, что при всей её стервозности и противоречивости это, пожалуй, самый живой, яркий и правдоподобный из женских образов романа, так же, как и акмеизм посвящённой ей «португальской части» — в этих эпизодах истинная чувственность, а не в унылых, «от головы», совокуплениях в холодных парижских постелях и не в затянувшихся сценах лихорадочного американского траха.

Если сравнить между собой главных персонажей романа, то можно заметить: Поль живёт прошлым, Анри и Анна — настоящим, Дюбрей — будущим. Остальное (для каждого из них) не имеет значения. Они признают его существование, и тем не менее оно остаётся для них умозрительным. Узнаёте ли вы себя в ком-нибудь из них?

Оценка: 6
–  [  4  ]  +

Майк Гелприн «Там, на юго-востоке»

Хойти, 4 ноября 2014 г. 18:10

Упс. Перехвалила маленько. А ведь предупреждали меня, что из одних перлов состоит только перловая каша. А ведь намекали мне, что ранжированы должны быть рассказы в сборнике и нечего тут высшими баллами неэкономично разбрасываться. Вот вам, пожалуйста.

Была бы даже симпатична грустная притча о пасторальном постапе и главном герое, который словно телепортировался из стихотворения Шефнера об амнезии: «...и нет пути темней и безысходней — // Шагать, не зная завтра и вчера, // По лезвию всегдашнего сегодня». Была бы, не будь она собрана из лего-деталек, узнаваемость которых не привлекала, не умиляла, а наоборот, отталкивала: «она спала, волнистые золотые пряди разметались по подушке», имена эти утрированно патриархальные — Барри Садовник, Джерри Охранник и прочие, а на фоне их подозрительно безымянный Сказитель. Я бы даже сказала, вызывающе подозрительный.

И да: слезовыжималка входит в комплект, но...

«Я не плакал — слезозаменитель давно вытек».

Словом, хорошо!.. Хорошо то, что я этот рассказ ПОСЛЕ «Однажды в Беэр-Шеве» прочитала. Потому что при ином раскладе тот уже не произвёл бы такого впечатления. А он ещё как произвёл, о чём дальше.

Оценка: 6
–  [  3  ]  +

Александр Шалимов «Встреча на старой энергоцентрали»

Хойти, 1 февраля 2014 г. 11:23

Шалимов мне никогда особенно не нравился, и этот рассказ из ветхого уже сборника «Вахта «Арамиса» закономерно забылся начисто. Прочитала как в первый раз.

Ну, и ничего особенного. Заброшенная геотермальная электростанция на Камчатке, куда возвращается глубокий старик — сын основателя станции. Здесь его встречают девочка из близлежащего посёлка и её животные. Назначение девочки — внушить отчаявшемуся ветерану оптимизм и веру в то, что жизнь продолжается. Ох.

Нет, я этот рассказ совсем вычеркнула бы из своего читательского списка, но… написан он просто, тепло, с какой-то сквозящей грустью — и почему-то напоминает Брэдбери с его стариками, детьми и пониманием, что ничто не вечно.

А ещё там прекрасные пейзажи.

Оценка: 6
–  [  2  ]  +

Амели Нотомб «Серная кислота»

Хойти, 10 апреля 2014 г. 23:24

«Серная кислота» (2005) недвусмысленно напомнила мрачную американскую фантастику годов этак семидесятых. Вот тогда эта вещица наверняка шедевром показалась бы. А сейчас вторичность и очевидность её просто уныние наводят. Более-менее интересны лишь образ «главзлодейки» Здены (да и то финал всё впечатление испортил) и один парадоксальный ход: имена имеют лишь «безымянные» заключённые да несколько надзирателей, а вот все остальные — организаторы шоу «Концентрация», его зрители, журналисты, представители власти — действительно безымянны (за исключением желчных эпитетов вроде «пламенный трибун» или «образованный подонок»), чем автор настойчиво подталкивает читателя к мысли, что они-то и есть настоящие заключённые.

Оценка: 6
–  [  16  ]  +

Генри Лайон Олди «Дитя Ойкумены»

Хойти, 12 июня 2011 г. 02:04

Вспомнился далёкий уже 1997… а может быть, 1998 год. Друг дал почитать сборник, в котором среди прочего была повесть «Живущий в последний раз» — книга, взявшая нас в плен всерьёз и надолго. Плен был чёрный, серебряный, готический, суровый, симфонический, солёный, жестокий, прекрасный… Имя, стоявшее над заглавием — Генри Лайон Олди — звучало сдержанным рокотом барабана и волнующими нотами виолончели, обещало захватывающие дух новые страницы… «Он русский, понимаешь ты, русский! — горячилась я. — Не может иностранец так написать! А если даже напишет, то теперь уже никто так не переведёт!». «Да почему? — возражал друг. — Мало ли сейчас хороших зарубежных авторов…» — и начинал сыпать именами. «Ну, интересно, и кто ж из твоих иностранцев будет Бальмонта цитировать?» — выкладывала козырь я…

Давно это было. Взахлёб, параллельно и последовательно, были прочитаны «Витражи патриархов», «Восставшие из рая», «Мессия очищает диск», «Пасынки восьмой заповеди», «Дорога», «Войти в образ», «Герой должен быть один»… Мы с другом втягивали в круг поклонников сэра Олди всё больше неофитов… «Путь Меча», «Нопэрапон», «Чёрный баламут»… К этому времени уже ни для кого не был секретом один псевдоним на двоих — Дмитрия Громова и Олега Ладыженского.

А потом… друзья мои как-то охладели к этой бесконечной творческой карусели. «Мага в законе», «Выйти в тираж, или Орден святого Бестселлера», «Приют героев», «Шмагию» и «Гарпию» я уже читала, можно сказать, в одиночестве. Огорчительно. Не с кем было поделиться впечатлениями, радостью, да просто новой книгой.

И вот, боюсь я, настало и моё время. Глухое недовольство тем, как разбрасываются любимые авторы, становится всё отчётливей. Надолго выбил меня из колеи глумливый рассказ «Мы плывём на запад», опубликованный, по-моему, аж в двух сборниках.

Но я не сдаюсь :))

И вот новая книга в руках: «Urbi et orbi, или Городу и миру. Книга первая. Дитя Ойкумены». Последняя надежда, можно сказать. Сомневалась, правда: если я «Ойкумену» (аж в трёх книгах) не читала, может, не получится? Может, поэтому и не получилось.

«Urbi et orbi…» показалась мне холодной, бледной, насмешливой — как презрительная улыбка. Истории из раннего детства, подросткового времени и юности Регины Ван Фрассен, главной героини грядущей эпопеи, перемежаются её же «взрослыми» умозаключениями — или, скорее, рефлексиями на ещё неизвестное нам. Небогатый сюжет (а вернее, девять разрозненных сюжетов — каждый для рассказа) размазан тонким слоем по 350 страницам и ничего не обещает в конце. Персонажи набросаны небрежными штрихами и аляповатыми мазками, чем напоминают генератов — отнюдь не класса А (с) Джаспер Ффорде.

Ощущение потери — нет, старый друг не умер, просто уехал в далёкие-далёкие края — не помешало мне взяться ещё за одну книгу Олди. Но о ней — в следующий раз, ладно?

Оценка: 5
–  [  15  ]  +

Элинор Портер «Поллианна»

Хойти, 16 декабря 2014 г. 12:17

Чужую беду рукой разведу, или Ложечку дёгтя, мисс?..

Не понравилась мне «Поллианна». Совсем. И книга не понравилась, и девочка.

Начну с девочки. Круглая сиротка Поллианна, выпихнутая к тому же из родного города к дальней (в буквальном смысле слова) родственнице — сухой и чопорной тётке… Уже достали носовые платочки? Погодите. ...сияет ярче солнышка и трещит гуще сороки, намереваясь перезнакомиться со всеми, влезть в дела каждого и всех — ВСЕХ! ВСЕХ!!! — сделать счастливыми. Нет, она не Гарун-аль-Рашид и даже не практикующий джинн, — скорее самодеятельный вульгарный психолог, у которого на все проблемы один рецепт: «Не можешь изменить ситуацию — измени отношение к ней».

Нет, сам-то принцип неплох, но нельзя с ним одним, как с прокрустовой кушеткой, примеряться к любому человеку. А детка наша ещё и вкручивает его всем настырно, и от её бесконечного «рада!.. рада!.. рада!» у меня уже к середине книги скулы сводило. Кроме того, Поллианна феерически бестактна и попросту невнимательна к своим визави, в результате чего не раз и не два ставит их в неловкое, а то и дурацкое положение.

И вот она сама попала в драматическую ситуацию и вынуждена жалобно признаться, что, «...когда с ней случилась эта беда, всё стало как-то по-другому, чем раньше. Она, мол, теперь поняла, что одно дело учить других инвалидов на всю жизнь, как радоваться, и совсем другое — когда сама становишься инвалидом».

Сознаюсь: этот момент не слёзы у меня исторг (как, очевидно, задумывалось автором), а саркастический смешок.

Теперь немного о книге и о её оценке. Если бы не некоторые перемены в характерах нескольких персонажей, смело присвоила бы книге тег «мелодрама», поскольку все остальные признаки налицо, включая довольно картонный набор персонажей-статистов. Один балл накинула потому, что повесть написана ровно сто лет назад (сама периодически увещеваю других читателей, чтобы были поснисходительнее и учитывали время создания произведения). Вполне верю, что в своё время книга Элинор Портер произвела сильное впечатление. Но чего не понимаю — нынешней её непреходящей популярности, в том числе и у совершенно взрослых и даже разумных читателей. Может быть, недооцениваю процент сентиментальности в организмах современных читательниц, но…

Словом, безмерно благодарна родителям и их библиотеке, что абсолютно вовремя прочла и «Приключения Гекльберри Финна» (созданные, кстати, на тридцать лет раньше), и «Убить пересмешника» (на полвека младше «Поллианны»).

Оценка: 5
–  [  5  ]  +

Евгений Брандис, Владимир Дмитревский «Тема «предупреждения» в научной фантастике»

Хойти, 6 февраля 2014 г. 23:32

Сборник «Вахта «Арамиса» (1967 года идания), перечитанный мною совсем недавно, завершается статьёй Евгения Брандиса и Владимира Дмитревского «Тема предупреждения в научной фантастике». Здесь вполне уместен был бы тег «кунсткамера». Это внушающий лёгкий ужас (и такую же лёгкую брезгливость) экспонат: махровая политическая агитка о нашем прекрасном социалистическом на-тот-момент-настоящем и несомненном сияющем коммунистическом будущем — в отличие от «их» ужасной капиталистической перспективы, неизбежного тупика — как в жизни, так и в литературе. Единственное, за что следует сказать авторам спасибо — за отдельные проблески интересной информации.

По-настоящему насмешил вот этот фрагмент:

«Пальма первенства в создании человеконенавистнических чёрных антиутопий принадлежит известному английскому писателю Олдосу Хаксли. О его «Прекрасном новом мире» (1932), выдержавшем двадцать пять изданий общим тиражом около двух миллионов экземпляров, писалось у нас достаточно много…»

К этому приходится с чистосердечным ехидством добавить, что в СССР фрагменты из романа Хаксли были опубликованы в 1935 году, а полный текст — лишь в 1988, и то журналом «Иностранная литература», загадочным образом стоявшим, казалось, вне всяких запретов. Это явление, когда мы сколь угодно могли пережёвывать критику немилого советскому строю произведения, но не имели возможности ознакомиться с самим произведением, ещё в студенческие мои годы получило у нас ядовитую кличку «антидюринг». Надеюсь, вы понимаете, о чём я.

Оценка: 5
–  [  8  ]  +

Андрей Левицкий «Demo-сфера»

Хойти, 30 марта 2013 г. 12:35

«Данислав своим мозгом был доволен, хотя иногда не понимал, что происходит вокруг».

Бывает. Вот и я думаю: где был мой мозг, когда я решила, что это «неформатная фантастика» и на этом основании взялась читать? Зря, как выяснилось. По части «формата»: это антиутопия + технофэнтези + киберпанк. Буйная фантазия, мешанина имён. Автор явно не только писал, но и читал фантастику :)) По напору повествования и густоте антуража (особенно в первой части) напрашиваются ассоциации с бестеровским «Тигр! Тигр!» — это не считая других реминисценций, иногда практически цитат.

В книге три главгероя: собственно ГГ, уже упомянутый Данислав, Дан — сборщик инфы, полкниги разыскивающий свою девушку, затерявшуюся в начавшемся беспределе; протагонист Жиль Фнад — не просто мизантроп, а ненавидящий всю живую органику (о да, свежо!); и протагонистёнок, мелкий подзлобыш Шунды Одома. Вот вокруг их перемещений в босханическом зоодесаду «Демосферы» и строится весь квестошутеросюжет. И апокалиптическо-сакральные идеи ровно ничего к нему не прибавляют, увы.

Сюжета, кстати, ничтожно мало, зато по части деталей автор неуёмен: всё визуальное прописано столь подробно, что устаёшь его представлять. И всё это «видовое разнообразие» — ни зачем, разве что как пособие для разрабов будущей компьютерной игры. В этом плане книга «Демосфера» — кровная родственница фильма «Обитаемый остров», для которого была сфантазирована и понаделана чёртова уйма фантастических материальных объектов — лишь для того, чтобы они на секунду мелькнули на третьем плане :(

Для меня, безусловно вербального читателя, моментами отрады и передышки были редкие отступления автора в сторону игрищ слов: речь Кибервомбата в диалоге с Даном, шизофазия одичавших плакатов, моменты, когда Данислав «переводит» свою туповатую подружку Нату самому себе, ну, и некоторые «слова-бумажники», завещанные нам лично Кэрроллом: сенсолдаты, пиароботы, футурекс (последнее — это модо-собачки, чтобы было понятнее).

Бреда, в книге, увы, тоже хватает (не буду приводить примеры), кое-где создаётся впечатление, что автор, наверное, под конец уже устал.

Итак, чтение мною «Демосферы» считаю напрасно потраченным временем и своей большой ошибкой. Если же кому именно такая фантастика нравится, спорить абсолютно не собираюсь, более того: готова эту книгу подарить. Пишите в личку ;)

Оценка: 4
–  [  4  ]  +

Майкл Коннелли «Девять драконов»

Хойти, 29 июля 2019 г. 08:42

Детектив редкого занудства. Почти оксюморон, но, тем не менее, печальная реальность. Может быть, он подойдёт любителям экшна? Не знаю. Я экшн понимаю так: ворвался, выстрелил, упал, перекатился, вскочил, метнулся за угол. А если экшн выглядит вот так:

«Закрыв телефон, Бош повернулся к своему компьютеру и распечатал сделанную при оформлении ареста фотографию Чана, которую хотел взять с собой в Гонконг. / Затем позвонил Чу и сказал, что бумага подписана и суд он покидает. Чу сказал также, что поговорил с сотрудником ОАБ, получившим факс Боша. Тот подтвердил, что на обеих сторонах визитки напечатано одно и то же. Это карточка менеджера таксопарка, находящегося в Козвэй-Бэй. / Бош поблагодарил Чу и положил трубку как раз в тот миг, когда у входа в его отсек остановился уже покидавший здание Управления лейтенант Гэндл.»

— в гробу я видала такой экшн. Лучше уж Рекса Стаута почитать. Или Хэммета. Или Чендлера. Да мало ли хороших дядек, которым, в отличие от Майкла Коннелли, не изменяют ни вкус, ни юмор, ни чувство меры.

Итак, перед нами лос-анджелесский детектив Бош, весь по уши в работе, забывает поесть-поспать, а также то, что у него есть жена (бывшая) и дочь. Убийство в «цветном квартале» приводит служак порядка к сложной системе вымогательств, а Боша — к тому, что в Гонконге похищают его дочь. Ну, вы поняли… Персонажи картонные, язык суконный, занудство (повторюсь) редкостное, для красоты присыпанное сверху стразами «роскошной жизни» и розовенькими сердечками сентиментальности.

Поставила бы 2, но добавила баллов за deus ex machine:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
в конце два преступления оказываются никак не связаны друг с другом.
Освежает :))

Оценка: 4
–  [  2  ]  +

Джон Диксон Карр «Согнутая петля»

Хойти, 29 июля 2016 г. 10:02

Просто не верится, что эту бредовейшую книжку написал тот же Джон Диксон Карр, перу которого принадлежит изящная и небанальная «Табакерка императора». Ещё могла бы понять, если бы «Согнутая петля» оказалась авторским дебютом: обуреваемый жаждой творчества новобранец детективного фронта вполне мог напихать в своё первое детище всё, что под руку подвернулось: ложного и/или истинного двойника, мистику, цыган, механическую куклу, сатанизм, борьбу за наследство, цирк, хранившиеся четверть века в заначке отпечатки пальцев, лаф-лаф, фальсификацию улик, затеи сельской простоты, амнезию, ниндзя поневоле, преданного (в обоих смыслах) дворецкого и огромное, зашкаливающее количество «БУ!!!»…

В этом последнем плане роман — прямой родственник «Замку Отранто»: автор стремится поддерживать читателя перманентно в перепуганном состоянии, но читателю-мне не столько страшно, сколько смешно и досадно.

«Согнутая петля» в изрядной степени напомнила мне прекрасный роман Агаты Кристи «Вилла «Белая лошадь» (в других переводах — «Вилла «Белый конь», «Бледный конь» и, кажется, даже «Конь Блед»): тем, что мистические события получают вполне материалистическое объяснение, — и вторую (никуда не годную) половину фильма «Молодой Шерлок Холмс»: наверное, помпезностью злодеев и явной их психической неадекватностью.

Из недостатков произведения отмечу клочковатый, местами крайне неуклюжий текст и небрежную работу переводчика. Из достоинств, которые могут приглянуться другим читателям — атмосферу английского поместья с его старыми садами и запутанными тропинками, с домом-лабиринтом, где в шкафу обнаружится отнюдь не скелет, а неодушевлённый «соучастник» преступления. Из плюсов конкретно с моей точки зрения (удержавших меня от того, чтобы снизить оценку до минимальной) — иронические описания героев; любимые книги как доказательство и улика; то, что роман наполнен звуками и прямо просится в аудиокнигу или радиоспектакль, вот где звукооператорам раздолье.

Оценка: 4
–  [  2  ]  +

Аластер Рейнольдс «В «Будокане»

Хойти, 31 октября 2012 г. 11:29

Слегка вышедшие в тираж рок-музыканты, а позже рок-продюсеры для оживления своего шоубиза поставили себе на службу успехи генной инженерии и прочей замысловатой науки — и вырастили ГМО-тиранозавров для участия в рок-группе… Звучит, как бред? Ну, собственно, так оно и есть :)

«…вся проблема с рок-группами в том, что у музыкантов начинают появляться собственные идеи…»

Лучше всего в рассказе оказались названия песен новоявленной группы: «Вымирание» и «Восход млекопитающих» :)

Оценка: 4
–  [  2  ]  +

Фелисити Шоулдерс «Апокалипсис каждый день»

Хойти, 31 октября 2012 г. 11:27

Офиснопланктонный киберпанк. Главная героиня Катрина Вонг работает в корпорации компьютерных игр. «Апокалипсис каждый день», или «АКД» — одна из игр, в которую и сами разработчики должны регулярно поигрывать, параллельно придумывая всё новые способы изничтожения мира: что ни день — то «событие». Плюсики и очки, часы выживания… Узнаваемо. Узнаваемо и другое:

«— Как совещание? Всё в порядке?

— Я попробовала сделать так, как ты советовала. Подложила интригану свинью. Сейчас чувствую себя так, будто в грязи вывалялась.

— Ты так чувствуешь себя всё время, пока работаешь…»

И вот она, блестящая идея одного из разрабов АКД: добавить в командную игру тему предательства!

«— …Каждому хочется узнать, кто кого предаст. Каждый жаждет проверить, успеет ли продать своих друзей, прежде чем они продадут его…»

Босс Катрины прав: эта игра (и рассказ тоже, заметим в скобках) не столько о человечности, сколько о прагматичности.

Оценка: 4
–  [  0  ]  +

Амели Нотомб «Дневник Ласточки»

Хойти, 10 апреля 2014 г. 23:26

«Дневник Ласточки» (2006) вообще слова доброго не стоит. Фантастика — в том числе и социальная — может быть как угодно далека от реальности, но она должна быть правдоподобной, — в первую очередь психологически, чего здесь не наблюдается вовсе. Курьер-киллер, эмоциональный паралитик, гоняющий туда-сюда на мотоцикле и убивающий ближних попеременно то за деньги, то «из любви к искусству»… нет, хватит, лучше поскорее забыть эти зелёные сопли, ни с того ни с сего принимающие розовый оттенок. И опять же провальный финал. Это что, фишка у Нотомб такая? О_о

Оценка: 4
–  [  2  ]  +

Сесилия Ахерн «Люблю твои воспоминания»

Хойти, 13 ноября 2014 г. 19:36

Коротко: Ну, такой розовый романчик, заранее заточенный на массовый успех среди женской части населения и поспешную экранизацию. Первое знакомство с мисс Ахерн смело могу считать последним. Не моё.

Подробнее: Вместе с порцией донорской крови женщина получает от неизвестного ей мужчины воспоминания, сны, вкусы и даже знания. Ну, допустим. Только вот почему-то донор тоже начинает испытывать сродство-беспокойство. И понеслась душа в рай: случайные пересечения, догадки, поиски, недоразумения, милые находки и счастливые обретения. Стопудовый ромком. С заранее прописанным параллельным монтажом, чтобы сценаристы не очень напрягались.

Оценка: 3
–  [  3  ]  +

Джой Филдинг «Натюрморт»

Хойти, 5 июня 2015 г. 23:47

Имхо, этот до мозга костей (потому что мозга других сортов там не наблюдается) женский роман — некая современная комедия дель арте. Полный набор персонажей, о которых даже объяснять ничего не надо. Красивая, молодая, богатая, умная, талантливая, добрая, красивая (ах да, уже говорила) героиня. Красавец любящий муж. Подруга №1: неудовлетворённая стерва, с каждого слова яд ЧДА капает. Подруга №2: застенчивая обаяшка, пока не нашедшая своего постельного счастья в жизни. Мать-алкоголичка. Сестра — паршивая овца в стаде. Шлюховатая лисичка-медсестричка. Красавец (ах да, уже говорила) массажист. Злой-презлой злодей. Тупой-претупой детектив, который вообще незнамо зачем вставлен в сюжет, поскольку он так ничего и не выяснил, а просто пропал по мере обходимости.

И да: автокатастрофа, кома, лазарет. И отчаянное цепляние за остатки жизни милой-милой, бедной-бедной героини. И конечно, часики от Картье, блузка от Валентино, шарфик простите-забыла-от-кого, свежий номер «Вог» через каждые несколько страниц.

Я, знаете, до сих пор не оставляла попыток стать настоящей женщиной. И, например, читать иногда женские романы. Джой Филдинг окончательно убедила меня, что моё барахтание бессмысленно. В руки больше не возьму эту недолитературу.

Оценка: 2
–  [  12  ]  +

Сергей Т. Алексеев «Долина смерти»

Хойти, 3 марта 2015 г. 14:29

Всю жизнь благодарна своему папе, который ещё лет этак сорок назад научил меня отличать хорошую фантастику от плохой. Так вот, такого гэ я ещё в жизни своей не читала. Во всяком случае, целиком. Опус Алексеева просто за гранью плохой фантастики… и очень плохой. Или сразу по обе стороны этой грани. Такое впечатление, что у автора разъехались ноги, он с размаху сел на эту грань своими, как он сам выражается, «мужскими достоинствами» и издал сначала громкий нецензурный вопль — а потом эту книгу.

О сюжете говорить членораздельно и корректно вряд ли получится. Я начала неинтеллигентно гоготать уже с аннотации, где среди прочего, например: «…Сотрудник отдела по чрезвычайным ситуациям майор Поспелов под легендой вольного фермера поселяется в центре Бермудского треугольника, в народе называемого Долиной Смерти…»

Что же до логичности композиции, то для её описания лучше всего подойдёт фраза из отзыва muh7: «Много концов осталось обрубленными». Мои соболезнования.

Другое дело, что Сергей Т. Алексеев, этот Сидни Шелдон Крестецкого леспромхозу, похоже, сам не может решить: то ли это действительно злобные иноплатеняны, то ли вражецкие спецслужбы под них маскируются, то ли иноприлетяне есть, а коварный Запад их завербовал на корню и бросил в бой против матушки России... опять же: несут «скелетов», показывают или поднимают? Понимай как хочешь или вообще не понимай — главное, ужаснись.

У меня не получилось. Ни понять, ни ужаснуться.

В основном в книге происходят беготня по пересечённой местности («то за ними, то от них», по меткому выражению героя фильма «Утомлённые солнцем»), броски по ней же на убитых уазиках, кувырки с оружием меж карельских валунов, ба-бах, ба-бах, тратататата, всё засыпано корой… Кстати, убивает однообразие описаний. Если автоматные очереди — так непременно «густые» (иногда с интервалом в 5-7 строчек), и с той же неотвратимостью в результате стрельбы сыплется с ёлок и сосен кора (после боевых действий героев романа карельский лес, наверное, больше эвкалиптовую рощу напоминал).

*пригорюнившись* Это скольким же людям 90-е годы крышу снесли — и не сосчитаешь... У меня в голове не укладывается, как это можно прикладывать линейку к газете, чтобы определить даты будущих чернобылей.

Сергей Т. Алексеев, вероятно, хотел сделать из своей книги адскую напиханку, чтобы удовлетворить вкусам ЛЮБЫХ читателей. Поэтому «Долина смерти» включает в себя собственно фантастику (на уровне «пятый класс, вторая четверть»), шпионский боевик, политический детектив, мистику и, господи помилуй, эротику. И эта последняя получилась у автора такой же дремучей, как место действия.

«Наш Поспел везде пострел», — недвусмысленно сообщает один из персонажей в самом начале романа. Поспелов — это ладно, по-детски прозрачно. А я вдруг задумалась не над фамилией, а над именем главгера. Он же Георгий. Какая ассоциация напрашивается (ну, кроме «он же Жора, он же Гога»)? Правильно, Георгий-победоносец. И знаете ли, совпадений оказалось до… Нижних Сволочей :) Смотрите сами:

- Был командиром телохранителей императора.

- Подвергался многочисленным пыткам, оказывался в темнице и в яме.

- После многочисленных тяжких повреждений на другое утро чудесным образом исцелялся.

- Совершил несколько чудес, в том числе воскресил мёртвого.

- В истории св. Георгия неоднократно идёт речь об отсекании голов.

- «Вместе с Георгием приняла мученическую смерть царица Александра Римская, названная в житии супругой императора Диоклетиана». В «Долине смерти» трёх агентов Поспелова (женщин) зовут Рем, Ромул и Рим; у самого же него «фальшивая» жена — агент спецслужб, ставшая вдовой в результате одной из предыдущих секретных операций. Святой же Георгий некоторое время жил «у благочестивой вдовы».

- Ну и, наконец, самое очевидное: мы знаем святого Георгия как истребителя змея (змия, дракона). В «Долине смерти» Жора Поспелов неустанно бьётся с пришельцами, которые морды имеют зелёные, уродливые, а перемещаются зачастую на парашютах-крыльях. С лёгкой руки «витязя» Алёши Поповича *зачёркнуто* Ситникова, бывшего лётчика, этих летающих пришельцев называют… правильно, «драконами».

Так что не так прост господин Алексеев оказался, за что к нулевой поначалу оценке книги прибавляю один балл. Больше не могу, извините. Слишком сильна была изжога от языка, которым данное сочинение написано. Второго такого случая, когда редактор и корректор сложили бы оружие без боя, мне ещё не попадалось.

Оценка: 1
–  [  8  ]  +

Морис Эрцог «Аннапурна»

Хойти, 27 мая 2015 г. 21:51

Нет, не могу поставить книге оценку. Даже среднюю арифметическую, которая всё равно не стала бы равновесной между преклонением и негодованием. Будем разбираться.

К теме путешествий отношусь с восторгом, к путешественникам (разумеется, к исследователям и первооткрывателям) — с неизменным уважением. К экстремалам отношение не столь однозначно: часть из них — выпендрёжники, а часть — просто сумасшедшие, даже на мой толерантный взгляд. Альпинистов считаю экстремалами, если их цель — не исследовать доселе неизвестные уголки планеты, не проверить возможности человеческого организма, не найти новые способы преодоления трудных условий, а только лишь залезть выше всех и желательно самым первым.

В экспедиции, предпринятой французскими альпинистами в 1950 году, хватало и того, и другого. Главной целью было покорить восьмитысячник. Любой. Главное, первыми из людей перешагнуть эту высотную отметку. В экспедицию вошли покорители вершин, отобранные Французским альпинистским клубом — о да, из прекрасных побуждений, это были лучшие из лучших, но... некоторые из них даже не были знакомы друг с другом, не говоря уж о том, чтобы вместе побывать в альпинистских вылазках меньшей сложности либо в знакомых, практически родных Альпах. Сразу добавлю: «человеческого фактора» мне в книге не хватило: Эрцог в самом начале дал краткие характеристики своим соратникам по восхождению и этим, собственно, ограничился: их образы никак не дополняются в дальнейшем и остаются практически только именами на страницах.

На экспедицию было отведено три месяца: вместе с путешествием от Франции до Непала и достижением зоны, где в окружении семитысячников возносились к небу сверхвершины Дхаулагири (8167) и Аннапурна (8091, по данным Эрцога — 8075), — кстати, некоторый комизм положения заключался в том, что вторую из них французы никак не могли увидеть: при приближении к ней почти с любой стороны её закрывали окружающие горы, Аннапурна словно пряталась от людей... Так вот, дедлайн альпинистам проводил период муссонов, после наступления которого любые высокогорные упражнения из рискованных становились неосуществимыми. Что мешало сначала провести подробную разведку, обследовать все подходы к высотам, а на следующий год вернуться во всеоружии? Конечно же, то самое неуёмное желание стать первыми — а вдруг кто опередит? В результате куча времени была потрачена на разведку и собственно выбор объекта атаки: решение штурмовать Аннапурну приняли через полтора месяца после начала экспедиции!.. Две недели лезли. И месяц возвращались обратно — уже имея в коллективе тяжело пострадавших.

В число участников экспедиции входили девять французов и, насколько я смогла сосчитать по именам, восемь шерпов, а также постоянно меняющаяся по количеству и составу группа носильщиков. Не знаю, советское ли воспитание тому «виной» или элементарное чувство справедливости, но для меня неприемлемо отношение «сагибов» к коренным жителям, безропотным проводникам и помощникам, без которых амбициозные французы, возможно, и не достигли бы поставленной цели. Приведу цитату из Эрцога, руководителя экспедиции:

«К тому времени, когда последние носильщики, уставшие от трудного пути, все в поту появляются на лужайке, мы уже лежим с сигаретами во рту, выпуская замысловатые кольца дыма. /.../

Наверху мы снова останавливаемся и выкуриваем по сигарете, поджидая носильщиков. Высота, должно быть, около 4000 метров…

Подходят носильщики. До сих пор они шли очень хорошо, но чувствуется, что они устали. Дорога становится трудной, груз, удерживаемый на голове ремнями, тянет вниз, неровности скал ранят босые ноги, уверенность движений пропадает. Дальше приходится пересекать большой снежный участок. Мы стараемся топтать широкие и удобные ступени, и всё же носильщикам, согнувшимся под тяжестью ящиков, приходится очень тяжело. Я ощущаю смутные угрызения совести, шагая в удобных ботинках.»

Смутные, значит. Ладно хоть ощущает. А вот один из его компаньонов по восхождению (не будем показывать стволом автомата, по выражению только что прочитанного мною Евгения Лукина) прямо заявил, что не для того он приехал в Гималаи, чтобы таскать тяжести. Обожэ. Что ж ты, лапочка, не подождал, пока на Аннапурну фуникулёр проведут, чтобы не корячиться, ползя по льду и скалам?.. Поднялся бы с комфортом.

Итак, вершина достигнута 3 июня 1950 года (скоро 65 лет с того дня исполнится, надо поглядывать в программу ТВ, вдруг решат что интересное показать по этому случаю). Поднялись на Аннапурну Морис Эрцог и Луи Ляшеналь, не устававшие затем повторять, что это успех всей экспедиции, что все её участники являются покорителями первого в истории человечества восьмитысячника. А дальше начался натуральный кошмар, о котором даже читать тяжело (чувствительным же натурам и вовсе противопоказано, отдельные фрагменты им долго будут мерещиться). Автор книги за месяц потерял 20 кг живого веса, перенёс нечеловеческие страдания, лишился почти всех пальцев... Не кривитесь в усмешке, скептики: книгу он надиктовал в госпитале.

Вот такая невесёлая героическая история. Остаётся к ней добавить факты дня сегодняшнего: Морис Эрцог умер не так давно, в декабре 2012 года, в возрасте 93 лет, а Аннапурна после апрельского землетрясения этого года стала ещё на 20 сантиметров выше...

Оценка: нет
⇑ Наверх