FantLab ru

Все отзывы посетителя Nikonorov

Отзывы

Рейтинг отзыва


Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  4  ]  +

Эд Макдональд «Знак ворона»

Nikonorov, 9 ноября 21:20

Я начал читать этот роман сразу после «Великой Охоты» Роберта Джордана. И то ли на контрасте с «Колесом Времени», то ли Макдональд расписался, но второй том трилогии вышел куда более бойким и крутым. Напомню, первому роману я поставил 7 баллов, и то немногое, что понравилось в «Черных крыльях» — это визуальная составляющая и личная драма главного героя, переплетенная с любовной линией, за которую многие автора и ругали. А я — нет.

В «Знаке ворона» стало еще больше динамики, техника выровнялась, но не до конца, и о некоторых огрехах поговорим позже. Герои удались. Благо, почти все они нам знакомы, а новые вышли фактурными и интересными, хоть и не лишенными некой заскриптованности и однобокости.

Вообще, главная ассоциация с этим циклом — это зубодробительная динамика и визуал. Сам автор в интервью говорил, что для него эта самая динамика важна, и читателю ее нужно давать как можно быстрее. С этим Макдональд справился на пять с плюсом.

Это мрачное брутальное фэнтези с героем-здоровяком, он же офицер, алкоголик и быдло, но быдло благородный, не лишенный чести и светлых тонов в своих мотивах. Радует, что автор подстроил текст романа под характер героя, во многом благодаря повествованию от первого лица — но речь не только о соответствующем лексиконе, но и о ритмике написания: предложения короткие, рубленные, ситуации профильтровываются через призму восприятия главного героя и подаются его глазами максимально аутентично. Не могу не отметить грязный юмор Рихальта, который очень уместно вплетен в повествование и придает особой перчинки атмосфере и характеру.

Сюжет основан на развитии событий четырехлетней давности, закончившихся в 1-м томе. Лик Светлой Леди не дает покоя жителям города, война с глубинными королями продолжается, стычки никуда не делись, и в привычный постапокалиптический мир густо вмешивается религиозный культ этой самой Светлой Леди. На нем и построен второй роман: нас снова ждут детективная линия, камерность, передвижения по городу, расспросы, распутывания нитей, драки, неожиданные повороты, внезапные открытия и обманочки — по типу тех, что были в «Черных крыльях».

Приятным нововведением стали события, связанные с бомбардировкой города со стороны Морока огромными разрушающими снарядами — прям Вторая Мировая в антураже фэнтези. Разруха, смерти, пересиживания в подвалах и кажущаяся обречнность.

По настроению и декорациям это всё чем-то напоминает Пеховский цикл «Страж» — смурным темно-ироничным героем и мрачной детективной обстановкой под Европу.

Видно, что автор любит красивый визуал, вдохновленный играми (Малдон как взрослый в теле ребенка с повязкой на отсутствующих глазах ассоциируется с варкрафтовским Иллиданом), а расколотое небо с трещинами — вообще с очень и очень многим. Отдельные сцены, персонажи или постройки создадут в голове живую и компьютерную картину, будто играешь в экшн-рпг.

Тема больной любви (или больная тема любви) продолжается в усугубленном формате в связи с очередной утратой Рихальта. Но автор слишком часто и очень неумело упоминает это — герой каждые 50 страниц ноет либо про себя, либо в разговоре с кем-то, сетует, какой он несчастный и что ему не светит нормальной жизни, семьи, отношений.

Баланс между прямолинейным быдло-ветераном и имеющим рану на душе одиноким человеком не соблюден, и контраст вышел перекрученным, поэтому многие фразы и размышления Рихальта больше походили на блог какого-нибудь эмо. Всё плохо, жизнь тлен...

Да, этому есть место; утрата тяжела, но почти в каждой беседе с помощницей Валией эта его боль раздражала и выглядела неестественно кичливой, мол, гляди, какой я бедный и обделенный. Из-за этого позерства, которое не позерство, но ошибка автора, диалоги смотрелись по-детски, выпендрежно, и никакими каменьями на душе не оправдать иной раз ТУПЫЕ пируэты Рихальта. Слишком много пафоса, чтобы вызвать сочувствие.

Видимо, автор напугал первым романом тамошних, заморских, получил тыщу угроз, чек-лист актуалочки, и на выходе вышло упоминание об увлечении Рихальта в молодости, кхм, сексуальными экспериментами.

Причем, вышло ни с того ни с сего, внезапно и безосновательно. И дико неуместно. Но вынужденно. Отметился — и ок, дальше это всё равно не упоминалось. Но неприятно запомнилось.

Помимо города и его мрачных переулков, заведений и подземелий нам более детально показали Морок, который, однако, не особо впечатляет в силу какой-то вторичности как описаний, так и сути — место, где физика условна, где нет времени и пространства, где сходишь с ума и всё такое прочее. Сразу тонна ассоциаций с самыми различными произведениями, и это не в плюс.

А то, как автор показал путешествие Рихальта в Мороке, убило все хорошие впечатления. Вечно он идет на последнем издыхании, но находит в себе силы, вечно он погибает, но чудом остается в живых, сходит с ума от голода или жажды, не может пошевелить и пальцем, но потом идет, а потом снова изнемогает — и это так часто, что перестаешь верить, что с героем произойдет что-то плохое.

Такое ощущение, что вместе с Рихальтом по Мороку брели корректоры и редакторы (а были ли они вообще?). И насколько для героев внутри Сердца Морока была условна реальность, так и для редакторов буквы, пунктуация и внимательность были так же условны.

В какой-то момент я устал прерываться и делать фото косяков. Я посчитал — обнаружилось сто ошибок и опечаток всякого разного характера.

Кстати, призываю всех, кто читает, делать заметки и отправлять в издательства списки ошибок. Это поможет избежать досадных недоразумений при доптиражах и переизданиях. Внесем свою лепту в строительство светлого книжного грамматического коммунизма!

Концовка вышла перенасыщенной на действия, слишком быстрой и сумбурной. Мне снова не понравилось, как автор поигрался с эпиком, финальной схваткой и развязыванием всей интрижной заварухи — куда интереснее читать о последствиях через персонажей. Да, некоторые ружья выстреливают, что-то, наоборот, закручивается для финального тома трилогии, но приемы и финты сюжета почему-то не вызыввют вау-эффекта и должных эмоций.

По итогу — роман гораздо сильнее первого, но не без косяков, как стилистических и технических, так и композиционных.

Оценка: 8
–  [  2  ]  +

Роберт Джордан «Великая Охота»

Nikonorov, 16 октября 23:54

Думаю, обозревая 2-й том цикла «Колесо Времени» Роберта Джордана под названием «Великая Охота», следует ответить на главный вопрос: стало ли лучше или хуже?

Что ж, для себя (и, глядишь, не только для себя) отвечаю: да, стало лучше. Во всем.

За что спасибо в том числе и издательству «Азбука», что схватилось за переиздание и пока что реализует планы просто прекрасно.

• Вступление

Во втором томе прибавилось каждой составляющей литературной работы — действующих лиц, плотности сюжета, где-то водички, где-то деталей, магии, героизма, эпика, размаха. Короче, прямо всего. В том числе и эфирного времени у женщин (но опытный читатель предупрежден и подготовлен). При этом некоторые спорные моменты по типу малой динамики или скуки, как мне кажется, упразднены. Большое количество подробностей я до сих пор считаю уместным и играющим на атмосферу, а не перегрузом, и в этом «Колесо времени» похоже на «Темную Башню» Стивена Кинга.

И могу смело заявить — роман «Великая охота» стал на порядок интереснее как по событиям, так и по технике, и зачастую монотонный ритм повествования в ущерб не идет. Он с лихвой компенсируется персонажами, приподнятыми занавесами, сеттингом и вообще богатствами мира.

• Атмосфера

Это всё еще классическое фэнтези, хоть и с ощутимой примесью чуть ли не дарка — несколько сцен легко посоревнуются с фантазией Стивена Эриксона, славящегося той еще чернухой. И это меня, как новичка в цикле (и любителя «Малазана» Эриксона), воистину удивило самым приятным образом. Я думал, что стилистика первого тома сохранит некую сказочность, пасторальность и что-то более щадящее по сценам и происходящим событиям.

• Язык

При этом, той сказочности и церемониальности в языке поубавилось, а налет высокопарного изложения практически стерт и в основном есть только там, где это уместно. Есть, конечно, пара моментов не очень-то и уместных по языку, но это нивелируется контрастом от 1-го тома.

Да, не без тяжеловесных конструкций, да, написанных иной раз внезапно нелепо за счет подражания «Властелину Колец», с соблюдением словесных рамок приличия. Иногда это диссонировало, но особо сильно на впечатлениях не сказывалось.

На многие фразочки и выражения без улыбки не взглянешь — «шерстеголовый балбес», «шкуру спущу», «треклятый», «козлом целованный», «пригрозила кулаком» — всё это можно терпеть только в классическом фэнтези.

Очень забавны и определения врагов: «Друзья Темного», «Отец Лжи». А самое жесткое и грубое слово в этом романе — «задница». Ну это так, мелкое наблюдение.

И все равно язык заметно оживился, декорации и персонажи заиграли, всё стало динамичнее и ярче. Теперь мир и окрестности это не просто фон, не только инструмент для визуалки, а уже прям пышущие натуральщиной и правдоподобностью элементы.

• Сюжет

Сюжет (для классического-то фэнтези) классический — герой-замухрыга является главным, так сказать, центром пророчества и потихоньку, а иногда и довольно резво начинает обретать свой дар, о котором и не догадывался. Со всеми вытекающими.

Налицо — своего рода цикличность истории описываемого мира и эпохальная реинкарнация самой Вселенной. Герой — Ранд ал'Тор — фактически просто пешка, что ступает по заранее прописанному пути. Ружей и якорей хватает.

• Повествование

Повествование цельное, интерес не спадает, но, как и в первой книге, имеется некая проблема с нагнетанием. Не чувствуется эмоционального апогея. Всё слишком размеренно. Может, такой темп выбран нарочито, не знаю. Лишь в самом конце всё навалилось как-то ну слишком резко — сражения, подготовка к освобождению, планы, исходы завязавшихся сюжетов. И кааааак нахлынуло, как начало пичкать тебя динамикой и зрелищностью, не уступающим концовкам Брендона Сандерсона. Красота, мощь и эпик. Причем, сцены, скорее, фольклорного характера, нежели анимешно-экранного.

• Герои

С героями тоже повеселело: в жизнь каждого из основных и не очень персонажей всё плотнее входит магия, Сила, и этого в цикле становится всё больше.

Мне очень нравится, как развивается история вокруг Ранда — как фигуры значимой и набирающей могущества и влияния. Как на него начинают смотреть по-другому, как он сам обретает себя в иной ипостаси и пытается противиться этому, но цикличность эпох побеждает. Инициализация себя_но_не_себя передана богато и обширно. Через его ощущения, рефлексии и внутренние конфликты в полной мере показана вся вынужденная трансформация.

Вообще, тут все персонажи меняются, взрослеют и матереют, а личностные арки работают очень ярко и выпукло. Это касается как тройки героев-парней, так и компании девушек из Тар Валона и не только.

• Примочки

Джордан также органично вплетает пророчества различных народов и обыгрывает предсказания через факты. Буквально-таки виртуозно играется с древними текстами, реализуя в событиях отдельные строки, которые со временем складываются в цельную масштабную картину.

Причем, это не просто народности, а настоящие экосистемы со своими традициями, историями, акцентами, повадками, одеяниями, интерьерами, философией. И подается оно, что самое главное, ненавязчиво, через быт или диалоги, действия и восприятие. Честно, столь органичная ЧЕСТНОСТЬ в их описаниях выглядит так, будто Джордан сперва написал энциклопедию по миру и лишь потом начал реализовывать это столь дотошно и незапутанно.

• Итоги

По мере чтения становится все отчетливее видно, что как минимум Сандерсон, что вполне логично, Эриксон и Ротфусс вдохновлялись именно «Колесом». Это я уж молчу про несметные полчища типа-авторов в жанре фэнтези. Кстати, сейчас понимаю, что если бы Эриксон обогатил своих героев жизнью и внутренним миром, как Джордан, цикл про Малазан был бы раз в 5 круче (я считал).

Для меня роман вышел практически безупречным, и я не вижу причин не ставить ему 10 баллов. Сколько ж тут локаций, сколько фактур, пейзажей, городов, деревень, башен, замков, путешествий, рас, народов, каст и прочего, прочего, прочего...

Что ж, действительно мощная история только начинается, и я предвкушаю насыщенность, эпичность и гигантские масштабы, с которыми, уверен, автор справится более чем.

Оценка: 10
–  [  0  ]  +

Аластер Рейнольдс «Из цифры в аналог»

Nikonorov, 24 сентября 22:04

Рассказ мне не понравился.

Такое ощущение, что идея и реализация слишком надуманны. Да и сеттинг выбран не то чтобы неудачный — скорее, странноватый и трудновыполнимый в плане сюжета и истории.

Связать музыку с вирусом в голове, которым, вдобавок, можно заразиться, — не знаю, насколько это смело, ново и оправданно. Ни персонажи, ни диалоги, ни идея не впечатлили.

Оценка: 6
–  [  5  ]  +

Михаил Елизаров «Земля»

Nikonorov, 14 сентября 22:01

Свежий роман Михаила Елизарова, писавшийся 5 лет, выпущен в 2020-м году в издательстве «АСТ».

Начать обзор сразу же хотелось бы с цитаты из романа:

«В одной из постельных бесед Алина между делом помянула некую психологическую теорию, утверждающую, что любимая сказка из детства закладывает жизненный сценарий. Готов согласиться, но с небольшой поправкой: не сказка, а игра; и не любимая, а та, в которую принудили играть. Кому-то навсегда достались прятки, кому-то салочки, казаки-разбойники, дочки-матери. А мне пяти лет от роду выпало копать на игрушечном погосте маленькой харизматичной похоронщицы Лиды-Лизы. С той детсадовской поры заложенный в подкорку кладбищенский сценарий не отпускал меня, украдкой вёл по жизни прямо к месту моего предназначения.».

Собственно, этот отрывок максимально передаёт суть романа. Всё будет выстраиваться и крутиться вокруг кладбища: сюжетные повороты, перипетии, судьбы и события — будут связаны напрямую со всем вот этим.

Если кратко, то это история про пацанёнка, которого с детства преследовали кладбища. Он отслужил в стройбате, слонялся по мужским коллективам, после армии старший брат забрал его к себе в другой город и устроил в свою фирму по производству памятников. Потихонечку главный герой начинает вариться во всей этой сфере похоронного бизнеса, понимает процессы, изучает, мечется между, так сказать, «бизнес-кланами», участвуя то за одну сторону, то за другую. Похоронный бизнес, конечно же, не без доли криминала, и это понятно.

Параллельно же ГГ знакомится с девушкой, пассией своего брата (предугадать дальнейший поворот сюжета, кстати, не составит труда), и в жизнь Крота (именно так зовут нашего героя) приходит НЕКРОФИЛОСОФИЯ, идущая от Алины (именно так зовут девушку брата Крота). По сути своей, ничего более в романе и нет, но именно некрофилософия и является костяком, краеугольным камнем. Это если опускать прекрасный язык и очень фактурные описания.

Но хочется заметить, что с романом у меня произошел самообман, ибо во время чтения аннотации я ожидал тихий рутинно-бытовой роман о тяжких буднях копателя могил, а на деле получил плод от сериалов «Бригада» и «Бумер» с лютой пелевенщиной в конце. А помимо Пелевина вспоминается еще и «Степной волк» Германа Гессе (эпизод с абсурдным маскарадом).

Да, окей, это Елизаров, да, я читал некоторые его рассказы, и, конечно, я ожидал вкраплений философских штрихов, поразмыслить, поковырять те или иные эзотерические смыслы, но последние 200 страниц абсурдной концовки, состоящей из сцены оргий в сауне с большинством упомянутых персонажей, сопровождаются зубодробительными диалогами с зубодробительной ТАНОС-ТЕРМИНОЛОГИЕЙ, гротескными выражениями и макабрической википедией. И это то ли обманутые ожидания, то ли вау-эффект, то ли что-то своё, по-нормальному БОЛЬНОЕ и НАСУЩНОЕ... Не знаю. Будто автор ушел в себя — и не для нас, а, простите за тавтологию, для себя.

Почему так? Ведь 70 изначальных процентов романа — бытовой риал-лайф, не предвещающий выскопарных речей. Просто как будто смотришь наш российский сериал про одну из глубинок, снятый на плёнку, ты видишь VHS-помехи, а история мрачна, потому что ее снял либо Балабанов, либо Быков.

Скажу честно: я не проникся рассуждениями автора. Ну было тупо неинтересно. Благо, это тот НЕМНОГИЙ минус, который есть в романе.

Но минус, вытекающий из этого, донельзя прост: тьма философских и однотипных диалогов между Кротом (напоминаю: главный герой) и Алиной (ну вы поняли: девушка брата). И они слишком обильны и настолько же литературны, чтобы это обсуждали живые люди, которые, в общем-то, общаются совершенно без купюр и в иных ситуациях, более житейских, в выражениях не стесняются. И это диссонирует.

К тому же диалоги однотипны и постоянно повторяются, хоть и перемежаются с обыденностью Крота. Впрочем, это не спасает и не замыливает восприятие (особенно если ты быстро читаешь и буфер твоей оперативной памяти больше 1 мегабайта). Я бы понял, если бы Крот, не облажающий прямо-таки ВЫСОЧЕННЫМ интеллектом, требовал разжевываний и повторов. Но не так же часто и одинаково, чесслово!

Небольшое отступление: у меня в арсенале имеются несколько прочитанных рассказов Михаила Елизарова, и для себя я охарактеризовал его как русского Рэя Брэдбери. Он пишет так же чувственно, проникновенно, богато и доходчиво описывает природу и доносит о страхах и переживательных моментах. И роман рассказывает историю про маленького мальчика, который то и дело сталкивался с кладбищами на протяжении детства-отрочества-юности. И кладбище — это такая сквозная нить, на которую нанизана жизнь Крота.

И с таким авторским потенциалом я ждал чего-то душевного, рефлексирующего, рассказывающего, во что вылились эти взаимодействия и встречи с кладбищем — может, фобии, комплексы или страхи, но этого не было, и всё резко переросло в суровую мужицкую историю, полную матерщины и вульгарностей.

ВАЖНО: друзья, внизу оставлю ссылку на видео, в котором я подробно и в обилии демонстрирую самые показательные и говорящие примеры. Экономя ваше время: с 10:25. Не хочу перегружать отзыв скриншотами и грубостями.

Скажу лишь, что женщинам, пожалуй, будет тяжеловато читать такое, впитывая экосистему чисто мужицкой атмосферы.

Но что плохо одним, хорошо другим. И в этом плане что есть: есть в чем-то знакомые и фактурнейшие персонажи, поданные за счет мастерского слога Елизарова.

Но главный герой вышел пустышкой и просто костяком истории, вокруго которого нужно было выстроить историю и транслировать авторские философию и размышления. В голове Крота ничего такого и нет. Всё впитано в краткосрочный период, лишь бы впечатлить Алину. Но та, в ответ, пичкала его со своей стороны, и он, как ТРАНСЛЯТОР, просто пересказывал это. Своего рода рерайт.

То бишь, понятно, что герой — обычный чувак без интеллектуального багажа и культурной подушки. Но он, к своему достоинству, не стесняется сознаваться в этом, хоть и считает своей заслугой то, что он внезапно в беседе способен интерпретировать те или иные полученные знания УМЕСТНО и не теряться, так скажем.

С другой стороны, если рассматривать «Землю» не как что-то цельное в плане сюжета, а как срез глубинки и бизнеса, поведения 2000-х годов со всеми своими лексиконами и повадками, то становится энциклопедически, ностальгично и даже справочно, ретроспективно.

Похоже, что Елизаров много времени провел в таких коллективах, оттого так объемно и правдоподобно описал тамошний внутренний мир. С обилием мата, крылатых выражений и просто-напросто угарных фразочек. Однако тут есть и косяк: наверное, в связи с творческой деятельностью автора (песни, стихи) практически каждый персонаж знает те или иные фольклорные ЗАРИФМОВАННЫЕ фразочки и присказки, пословицы-поговорки, выражения, частушки, СМЕХРЕНОЧКИ. И это здорово, но иногда перебор. Потмоу что хоть начальник, хоть стройбатовец, хоть гендир — каждый имеет запас рифмулек на любой случай жизни. Это мило и красиво, но ненатурально, и во многих характерных моментах они одинаковы, что довольно странно для Елизарова с его умением преподносить совершенно ОТЛИЧНЫХ (от слова «отличие») героев.

В романе полно вкуснющих фраз, которые запоминаются и въедаются в подкорку — от политических высказываний до каких-то юморных и ВИРУСНЫХ (в видео — 16:50).

А вот провинциальная обстановка со своей атмосферой напомнила «Текст» Дмитрия Глуховского, но последний справился получше, поскольку восприятие серой унылой действительности на душе главного героя отображалось сильнее и влияло на его настроение всё-таки именно у автора «Метро 2033» и прочих. Мог Елизаров «срифмовать» треснутый асфальт и обшарпанные фасады с главным героем, но не сделал. Хоть и позволял язык.

В конце, как и писал в начале, нас, наподобие масштабного сражения, присущего фэнтезийным и фантастическим произведения, ожидает длиннющий и мощный по своей задумке диалог (наверное, из-за него-то врядл ли этот роман будет подвержен экранизации, если только не переиграют как-то более удобоваримо и динамично).

Но если сделать разговорный фильм в духе «Человека с Земли» — было бы круто, хотя бригадосоставляющие вкрапления, конечно, ломают задумку и вносят СМУТУ.

Язык у Елизарова живой, ёмкий и актуальный, но очень много мата. Даже для тех слоёв, которые были нам продемонстрированы.

Для меня этот роман на 7 баллов.

Если бы автор не заигрывал чересчкр с кладбищенской тематикой, если бы показал героев-переживанцем в духе Брэдбери или Кинга, было бы гораздо круче. Но Елизарова затянуло именно кладбище и всё с ним связанное.

Но, мне кажется, ЧЕСТНЫЙ роман, без всякой мистики, был бы лучше. А то вышло как у Симмонса в «Терроре» и «Лето ночи».

Обидненько.

Ссылка на видео: https://youtu.be/MsJN4JWpPfY.

Оценка: 7
–  [  9  ]  +

Курт Воннегут «Бойня номер пять, или Крестовый поход детей»

Nikonorov, 13 сентября 19:39

Самое классное, что может случиться с книгами, это когда тебе внезапно хочется прочесть какую-то конкретную, и ты, блин, берешь и читаешь. Еще круче, когда это уже знакомая книга, читанная ранее, и ты уверен, что всё будет офигенно. Пожалуй, именно так и познается культовость и мощь произведений — когда тебя тянет вернуться к тому или иному творению. Сегодняшний случай такой.

Роман этот я читал около 10 или 11 лет назад, и тогда он очень меня впечатлил необычным стилем написания и дикой нелинейностью.

Собственно, он даже начинается максимально нестандартно (особенно по меркам времен, когда это было написано):

«Послушайте:

Билли Пилигрим отключился от времени.

Билли лег спать пожилым вдовцом, а проснулся в день свадьбы. Он вошел в дверь в 1955 году, а вышел из другой двери в 1941-м. Потом вернулся через ту же дверь и очутился в 1964 году. Он говорит, что много раз видел и свое рождение, и свою смерть и то и дело попадал в разные другие события своей жизни между рождением и смертью.

Так говорил Билли.».

Это история о человеке, который знает, где, когда и во сколько он умрет. И ему вполне себе норм. Об этом способе видения времени главному герою — Билли Пилигриму — рассказывают похитившие его пришельцы с планеты Тральфамадор. Для них время не поток, как видят его люди, а череда самостоятельно существующих событий, и в то время как мы видим сиюсекундный миг, тральфамадорцы способны охватывать всю жизнь целиком и проживать самые кайфовые и радостные моменты.

"«Самое важное, что я узнал на Тральфамадоре, — это то, что, когда человек умирает, нам это только кажется. Он все еще жив в прошлом, так что очень глупо плакать на его похоронах. Все моменты прошлого, настоящего и будущего всегда существовали и всегда будут существовать. Тральфамадорцы умеют видеть разные моменты совершенно так же, как мы можем видеть всю цепь Скалистых гор. Они видят, насколько все эти моменты постоянны, и могут рассматривать тот момент, который их сейчас интересует. Только у нас, на Земле, существует иллюзия, что моменты идут один за другим, как бусы на нитке, и что если мгновение прошло, оно прошло бесповоротно.

Когда тральфамадорец видит мертвое тело, он думает, что этот человек в данный момент просто в плохом виде, но он же вполне благополучен во многие другие моменты. Теперь, когда я слышу, что кто-то умер, я только пожимаю плечами и говорю, как сами тральфамадорцы говорят о покойниках: „Такие дела“».».

То есть, книга уже учит нас жить хорошими эмоциями и наслаждаться приятностями. А еще эта книга антивоенная, хоть в названии и присутствуют «бойня» и «крестовый поход», а в самом начале автор сообщает, что книга будет про то, как разбомбили Дрездена. Вот что передает нам автор через роман:

«Я по вечерам проходил по тюрьме со свечкой, сделанной из жира человеческих существ, убитых отцами и братьями тех сожженных заживо школьниц. Наверно, вся Вселенная с ужасом смотрит на землян! И если другим планетам Земля пока еще не угрожает, то скоро эта угроза может появиться. Так что откройте мне вашу тайну, и я отнесу ее на Землю и спасу нас всех. Как планета может жить в мире?»

Так главный герой видит нашу планету и преподносит ее инопланетянам как очаг вечной воинственности и жестокости.

А еще был эпизод, как Билли Пилигрим смотрел фильм про войну, но задом наперед.

Казалось бы, просто описание эпизода про фильм задом-наперед, но ведь углядеть смысл и зов к миру и демилитаризации — вот он, перед нами!

Наверное, есть что-то символичное в том, что автор позиционирует книгу как роман о важном военном событии, которое коренным образом влияет на и без того чудного героя, но самой войны и ее ужасов прямо не касается. После нападения на Пёрл-Харбор Воннегут сам записался добровольцем в войска и был направлен в Дрезден, где и пережил описываемые в книге события, и тогда понял всю бессмысленность и дебильность войны. И ее жуть. Пожалуй, оттого мы и не увидели дотошных описаний тех кошмаров.

Немалый шарм произведению придает главный герой и его манера общения — Воннегут сообщает, что роман написан в «телеграфически-шизофреническом стиле», и именно благодаря нему язык произведения очень уместно инфантильный, исполненный наивности и будто бы легкого слабоумия в восприятии мира в самом хорошем смысле этого слова (насколько возможно). Текст очень такой, ну, милый, детский. Вот один пример:

«Пальто, которое получил Билли, и без того совсем короткое, так съежилось и обледенело, что походило на огромную черную треуголку. Оно все было в клейких пятнах цвета ржавчины или скисшего клубничного варенья. К пальто примерзло что-то вроде дохлого мохнатого зверька. На самом деле это был меховой воротничок.»

И есть там совершенно очаровательный разговор между матерью Билли и его товарища по больнице (ровно в середине романа). Его даже цитировать бессмысленно — надо читать и улыбаться.

В общем, если вы любите нетипичную структуру повествования и манеры написания, если любите людей с чудинкой и отрицаете насилие — читайте роман, вам, думаю, понравится. Билли Пилигрим напоминает Аури из цикла произведений Патрика Ротфусса. И, может, немного Чарли из «Цветов для Элджернона» Киза.

А я поставил роману 8 баллов. А стояло 10. Такие дела.

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Аластер Рейнольдс «Зима. Голубой период»

Nikonorov, 2 сентября 12:47

Стало быть, это первое произведение, с которым я начинаю знакомство с автором.

Конечно же, я выбрал самый хайповый рассказ из сборника «Медленные пули» — «Голубой период Зимы», по мотивам которого сделали одну из серий антологии «Любовь, смерть и роботы».

И знаете — круто. Очень круто и трагично. Кстати говоря, ЗИМА БЛЮ — одна из немногих понравившихся серий антологии. Спрашивал у многих, и им она тоже вкатила довольно-таки ОЩУТИМО.

Так вот, рассказ видится мне таким же трагичным, но при этом по-своему счастливым, однако философии и смыслов в нем заложено больше, чем в экранизации. Здесь больше глубины, рефлексии и внутреннего мира героя. Затронуты темы впечатлений и воспоминаний, затронута тема шероховатостей и неточностей, которые делают восприятие лучше и краше, и прелесть, собственно, вся — именно в несовершенстве.

Как сама история о Зиме, так и диалоги героев, коих в рассказе всего два, на высоте.

Оценка: 10
–  [  6  ]  +

Николай Островский «Как закалялась сталь»

Nikonorov, 14 августа 20:05

Доводилось ли вам читать книги, которые впечатляли настолько, что трансофрмировали ваше сознание?

Честно, я давно не читал такого. Последний раз — в далеком 2009-м году, когда ознакомился с романом «1984» Джорджа Оруэлла.

«Как закалялась сталь» писался с 1930 по 1934 годы, и это роман не о гражданской войне, войне на Украине, не об оккупации и не о комсомоле, хотя, по сути, только об этом там и говорится. Нет, этот роман о Человеке. О наборе качеств и характеристик, которыми должен обладать каждый, чтобы мир был правильным и прогрессирующим.

Мой друг, который подарил мне книгу, назвал ее русским «Мартином Иденом», которым я тоже восхищался и поставил 10 баллов роману. Однако другу было непонятно мое восхищение героем Лондона, и, прочитав «Как закалялась сталь», я понял, почему. Да, у героев есть общее — тяга к самообразованию, к личностному росту, некий социальный карьеризм, но концовки их судеб и вправду разительно отличаются, причем, не в лучшую сторону для Идена, но это другой разговор.

На фоне исторических событий автор знакомит нас с Павкой Корчагиным — молодым пареньком, пробивным, полным энергии и общественного запала. Сквозь бунтарства, драки, споры с социальными классами и неприятие иных приоритетов Павка профильтровывается в Павла — советского гражданина, бравого солдата и сильную личность, лидера, который примыкает к движению социализма и успешно вербует в партию новых людей. Со временем он зарабатывает авторитет благодаря самоотверженности, труду, призыву к действиям. Он не боится быть примером и идти во главе, заряжая тех, кто пошел следом за ним.

Корчагин — это такое зарядное устройство. У него была настолько же короткая, насколько насыщенная жизнь. Читая о его приключениях и злоключениях, остается только восхищаться силой его характера. Иногда этот характер, на мой взгляд, заводил его немного не туда, если припомнить одну из любовных линий Павки.

Мне очень запомнилось, как он с высокой температурой и дырявым сапогом все равно не отлынивал и выходил на работу в мороз и слякоть, командуя бригадой, чтобы не сбавлять темп в прокладывании рельсов, которые были нужны для перевозки дров до ближайшего городка, замерзающего от холода.

Запомнилось, что даже теряя способность трудиться как ломовая лошадь, потом ходить, а потом и вовсе видеть, он не сидел без дела и работал как мог, адаптируясь под новые условия. Его не интересовали деньги, и всё, что было дня Павла приоритетом — это люди, наставление их и внесение своего вклада в сколачивание правильного общества.

Некоторые критики ругали роман за невозможность образов, но без такого героя роман не получился бы. Остроты добавляет то, что роман во многом автобиографичен, и, читая биографию Островского, понимаешь, что с Корчагиным у него полным полно общего.

Автор умер в 32 года. Его болезнь была кошмарной и постепенно лишила его всех физических возможностей. Островский писал этот роман практически ослепшим, при помощи транспоранта, чтобы строка не заезжала на строку, но когда отказала и рука, стал надиктовывать своим ассистенткам. Что это, если не мотивация?

Островский писал: «Книга издана, значит признана! Значит — есть для чего жить!» Он был фанатиком, но фанатиком правильным, каким не стыдно быть. Книга сильная, а если учесть, что начинал ее писать прикованный к кровати 26 летний паренек, у которого событий в жизни хватило бы на пять таких книг, то проникаешься уважением как к самому роману, так и к автору.

Отдельного акцента заслуживает внимание персонажей романа к труду, способность видеть старания и усердие народа, сплотившегося во благо своих соотечественников. Вместе с этим то, каким языком это написано и как передано, превращает простой народ, ну, едва ли не в святых.

Роман учит расставлять приритеты. Не ныть, не искать послаблений, а бросаться в работу с головой и доводить дело до конца, гореть идеей и никогда не сдаваться, даже если всё уже кончено.

Конечно, здесь полно агитаций и восхвалений социализма. Например, фраза: «Молодец, Павлуша, что не умер. Ну, какая тогда была бы с тебя польза пролетариату?». Но это обусловлено временем. И вообще, речь не про это. Просто такая выбрана обертка. Для себя я вычленял совсем другое — более людское и психологичное.

Сила характера Павла Корчагина блещет в каждой сцене. В некоторых местах, скромно признаюсь, видел себя, как, например, в эпизоде с сигаретами, где вообще узнавал едва ли не целые свои фразы, которые говорил несколько лет назад. Например, в сцене с сигаретами и отказом от курения.

В СССР я успел прожить первый год своей жизни. Возможно, я падок на красивые отзывы, возможно, ту эпоху сильно романтизировали, возможно, я родился не в то время, возможно, книги в духе этой как раз и призваны выстраивать в голове особые идеалы, но мне, например, иной раз при прочтении бывало горестно и как-то тоскливо, особенно в это время.

«Как закалялась сталь» — роман о людях и про людей. Это роман-характер, роман-коллектив и роман-личность. На примере Корчагина пересматриваешь взгляд на вещи и в тех или иных ситуациях за какие-то поступки или мысли становится стыдно, особенно если сравнивать с героями Островского.

Хочется восхищаться и друзьями Павла, его однопартийцами, его учениками, его любовью. А можно просто быть таким же, и это будет лучшая дань уважения автору.

Даже оценку ставить как-то неправильно, но это, несомненно, высший балл.

Оценка: 10
–  [  5  ]  +

Ричард Морган «Сталь остаётся»

Nikonorov, 2 июня 15:03

Обычно, готовя обзор, я стараюсь заполнять в голове важные для меня блоки: герои, мир, атмосфера, язык написания, сама стилистика, сюжет. Когда ты не забываешь про эти компоненты, отзыв получается относительно полным и охватывает почти всё, из чего, собственно, и состоит произведение. Так вот, каждый из этих компонентов заставил меня выть от неприятия.

В этом ничего страшного — подобное бывает у всех. И кто-то просто закрывает книгу, ценя свое время, а кто-то дает ей шанс в попытке реабилитироваться и раскрыться.

Хочется начать с героев: они никакие. Им не сочувствуешь, они не вызывают эмоций, эмпатические нити обрываются, и как бы персонажи ни страдали, ты не проникаешься и толикой боли или усталости, которые нам хотят навязать. Из похожих мрачных и жестких по своей стилистике произведений мне вспоминается Стивен Эриксон с «Малазанской Книгой Павших», у которого вообще при наличии едва ли не сотен персонажей основным героем был крутой, богатый, глубокий мир. Но, несмотря на схематику обилия действующих лиц, те же Колтейн, например, или отдельно взятые персонажи или отряды из армии Малазана вызывали волнения, тревогу и сочувствие, когда сражались на последнем издыхании или переживали смерть близких людей.

У Моргана этого нет. Есть 3 заклишированных героя: Рингил — молодой красивый длинноволосый боец-гомосексуалист, который крошит всё на своём пути; Эгар — кочевник-варвар а-ля монгол или что-то около того; Арчет — чернокожая женщина-лесбиянка, советник при императоре. Каждый из них — что-то типа отщепенца или лишнего в обществе: Рингил — из-за ориентации и дебильного задиристого характера, хоть и на слуху у многих людей за счет заслуг в сражениях прошлого; под Эгара копает собственное племя и пытается изгнать его, покушается; а народ Арчет вообще свалил с планеты, и она тут осталась одна.

Некоторые из героев не против попринимать запрещенные вещества и поогрызаться в стиле рисующихся перед одноклассниками пубертатных подростков. Казалось бы, каждого из них потрепала жизнь и сейчас они не очень довольны тем, что у них есть, но их раздражение и обусловленность характеров не передаются так, как сделал тот же Майкл Флетчер в романе «Без надежды на искупление», где герои были такими же мрачными циниками, эмо и готами. Но там ты проникаешься характерами, видишь психологическую предысторию и согласно киваешь словам героев и их отношению к миру. А тут... Эмоции не переданы вообще, хотя жанр обширный и позволяет разгуляться — разные народы, разные слои общества, разные судьбы и уголки мира. Почему-то Аберкромби смог преподнести тех же северян, сильных мира сего, солдат, магов или офицеров так, чтобы они пестрили и фактурничали. У Моргана же три главных героя — это сплошной комок негатива, это один язык, то есть, это разные народности, разные расы, но они все разговаривают как один, ругаются как один, в обиходе постоянное МАТЬ ТВОЮ, кто бы ни говорил. Никаких местечковых изысков и личностных ухищрений в выборе и генерации ругательств.

ИНТЕРЕСНЫЙ ФАКТ: словосочетание «мать твою» в романе встречается 44 раза, а «твою мать» — еще 8. Итого — 52 раза. В романе 570 страниц, а это значит, что почти на каждой десятой странице фигурирует эта прекрасная связка. На деле всё гораздо, гораздо хуже — бывают светлые моменты, когда это словосочетание отсутствует, зато, как только наступают диалоги, едва ли не на каждой странице, а то и по два раза на страницу, ты видишь это чертово «мать твою». Я заглядывал в оригинал, и там, конечно, ругательства не чета нашим — одни факи и факинги, но это у них, там, а русский язык изобилует бойкостью фраз, особенно бранных, и подобрать что-то менее тривиальное для разбавки частоколов из «матьтвоих» можно было легко. А «мать твою» тут говорят примерно все — от кочевника до иноземки, от императора до божеств.

И здесь хочется подойти к следующему блоку, а именно — стиль и язык написания. У меня очень много претензий к языку, потому что я никак не мог войти в роман. Скрипел, пыхтел (хе-хе), но постоянно спотыкался. Я не хочу винить ни автора, ни переводчика, ни редакторов, но язык романа мне абсолютно не понравился. Помимо вышеуказанного бранного косноязычия в русском издании присутствуют омерзительный мне знак препинания — «!!!».

ИНТЕРЕСНЫЙ ФАКТ: этого знака в тексте встречается больше 15. В оригинале его нет нигде.

По этому поводу у меня даже произошла небольшая перебранка в моей группе вк непосредственно с переводчиком романа, отреагировавшим на мой пост негодования об этих самых восклицательных знаках. Да, они употреблялись там, где кто-то кричал, вопил или визжал. Да, этот знак, увы, имеет место быть в русском языке, но, господи боже, насколько же он ужасен! Тебе показывают крик, а он превращается в истерические визжания, после которых ожидаешь расцарапанных рук, перекошенного лица и звуков бьющейся посуды. Короче, сугубо такой женский знак, который и встречается в основном в женских же произведениях.

Я считаю, что просто восклицательный знак выглядит более брутально и представительно, а степень ора можно определить из имеющихся событий и личностей. В ходе спора переводчик привел в пример отрывок-оригинал, и всё встало на свои места. Из деликатности я ругал автора, не зная, что там в оригинале. На деле же — это огрех русского издания. И тогда у меня знатно бомбануло.

Да, можно отругать в комментариях, мол, совсем уже читатели зажрались, докапываются до трех восклицательных, но, простите, у каждого свой порог чувствительности. Я, например, неравнодушен к эстетике знаков препинания и написанию в принципе, особенно если это вина не автора. Спрашивается, чем плох был курсив, который вполне себе внятно передает эмоции? Почему не оставить так, как в оригинале? Имеющейся диалоговой атрибуции в стиле «прокричал» и прочего здесь хватает, зачем портить прямую речь истеричными воплями? Я как будто читаю комментарии в соцсети.

ИНТЕРЕСНЫЙ ФАКТ: за мнение об этом знаке переводчик удалил меня их друзей и вышел из группы. Примерно так и выглядят три восклицательных знака.

Курсив в принципе потерян во многих местах, где ему следует быть по авторской задумке. Мысли, какие-то акценты на словах, эмоциональные внутренние обсуждения... Зачем нужно было от этого избавляться — для меня загадка. Курсив — очень выразительное средство, гораздо опрятнее, чем восклицательные знаки. Не могу сказать, что это прям подмена авторского стиля, но вот эти два момента как минимум искажают исконную стилистику. У нас есть Кинг с курсивом на каждой странице, есть вышеупомянутый Стивен Эриксон с курсивными мыслями. Вряд ли, конечно, сохранение пунктуации и прочего сделало бы меня лояльнее к роману, но, во всяком случае, лишний раз точно не бесило бы.

Еще, что касается стиля, это отвратительная подача характеров и попытка воспользоваться приемом детских страшилок: «В черной-черной комнате стоял черный-черный гроб». Так любил писать Лавкрафт: «Омерзительное создание вселяло кошмарный ужас и жуткий страх». Так и здесь: чтобы создать темное брутальное фэнтези, примерно каждый ругается, причем, ругается неумело, как школьник, нелепо, всё у него грёбаное и долбаное.

ИНТЕРЕСНЫЙ ФАКТ: «грёбаные» в романе встречаются 74 раза, «долбаные» всего 13, «хрены» и хренообразующие — 80.

Этим не придать серьезности, брутальщины и аутентичности. У того же Аберкромби северяне были и то менее цивилизованными, но как же там не резали слух и взгляд их сквернословия, которые даже после издательской цензуры смотрелись органичнее и уместнее. Здесь же от обилия однотипного и стилистически упраздненного унифицированного языка, на котором говорят все, «хрени», «гребаные» и «долбаные» просто начинают мозолить глаза. Ну правда, будто подросток выучил услышанные за углом школы фразы старшеклассников и стал постоянно их говорить. Если авторы или локализаторы думали, что это утяжелит атмосферу или будет как-то нагнетать, то... НЕТ.

И это я молчу про мат, который настолько неумело использован, настолько нелогичные ситуации провоцировали настолько смешные, ничем не обоснованные грязнющие слова, которым куда больше подошло бы смотреться в более острых сценах, что хочется забыть их и пожалеть, что эти слова не были отцензурированы до более вменяемых, хоть и ОСЛАБЛЕННЫХ, выражений. Мат детский, неуклюжий, топорный и без особенности подачи, как у того же Уоллеса или Кинга. Там хоть ты понимаешь, что этот герой — да, вот ему под стать так ругаться. У Моргана с этим не получилось.

ИНТЕРЕСНЫЙ ФАКТ: я не хейтер и не питаю злости к роману, автору или переводчику. Никаких планомерных предвзятых отношений. Просто... Просто так иногда бывает. НУ НЕ ПОШЛО.

Далее про стиль: сравнения. Что действительно может загубить язык и ритм повествования, так это абсолютно никчемные и псевдопоэтичные псевдокрасивости, которым уместнее смотреться у Ротфусса, Джордана или Толкина. Несколько примеров:

1. «Хейл рывком высвободил лицо из рук Рингила. Гнев от столь интимного прикосновения или, возможно, просто осознание того, что перспектива смерти отдалилась, будто разожгли в нем новое пламя».

2. «Джелим забился в крепких руках, издавая вопли, которые через равные промежутки времени прерывались нечеловеческими звуками, словно кто-то пытался вдохнуть густую грязь, когда он медленно вытянулся, будто непристойная пародия на солдата, встающего по стойке смирно перед толпой».

3. «...замер у дальней стены разрушенного склада, будто нерешительный покупатель у входа в лавку».

4. «Фрагменты головоломки мгновенно сложились, как в цирке из дюжины ухмыляющихся клоунов с размалеванными физиономиями складывается живая башня».

И эти до нелепости смешные сравнения стоят рядом с «гребаными», «долбаными», «мать твою» и прочими красивостями ТЕМНОГО ФЭНТЕЗИ.

Еще один раздражитель в тексте — система флешбэков. Это не отбивки энтером и звездочками, не выведенные в отдельный фрагмент кусочек иного времени. Нет, это всё наступает внезапно, иногда даже вклинивается между диалогами, и давай расписывать тебе, что было, да еще и с внутренними «кавычковыми диалогами». Ты переключаешься на флешбэк, а потом выныриваешь оттуда, потому что он закончился. Такое себе. Пример:

1. Эгар сжал губы. Пересчитал их по головам. Семь или восемь, идут вереницей. Шансов маловато, и время на исходе. Всадники двигались не быстро, но в том, как они ехали, и какую дорогу выбрали, ощущалась целеустремленность. Не требовалось долго наблюдать, чтобы понять: едут к дереву и могиле Эркана.

Костер беззаботно потрескивал, набирая силу.

«Ублюдки вероломные …»

На миг он слепо уставился поверх головы коня, и вместо силуэтов всадников увидел перед собой лицо Эргунда.

«Я поеду с ним, Эг. Ты же знаешь, каким становится Алраг, когда думает про отца и пьет. Глазом моргнуть не успеешь, как он полез в драку, и мне надо быть рядом, чтобы его удержать».

«Ага, – ответил Эгар, вспоминая собственную пьяную драку с молчаливым имперцем почти двадцать лет назад. – Староват он уже для такого дерьма, да?»

Эргунд бросил на него странный взгляд.

«Каждый развлекается по-своему, Эг. Кто сказал, что твой способ – лучший?»

«Я не это имел в виду».

«Нет, но…»

«Ладно, забыли. Какая разница. Присмотри за ним».

И он отправился на собрание скотоводов, с которым надеялся покончить за пару часов – к тому моменту Сула должна была разобраться с домашними делами, и в юрте его ждало бы горячее юное тело. К тому же она успела бы налюбоваться собой в высоком кириатском зеркале, что там стояло. Он подкрался бы к ней и…

Теперь, глядя на всадников, Эгар вспоминал, как от этих мыслей ощутил приятное напряжение в животе и, довольный, проследил взглядом за Эргундом, поехавшим в Ишлин-ичан.

2. «– Ваша главная проблема, – предупредил Милакар, – пройти мимо беспризорников.

Это не стало сюрпризом, по крайней мере, для Рингила. Милакар обрисовал ситуацию еще в ту первую ночь в особняке. Миляга стоял рядом с ним на балконе, и его голос звучал удрученно, с легким намеком на зависть.

«В любом другом месте ты переживал бы только из-за Стражи, а их можно купить за минет в порту. После Либерализации все изменилось. Работорговцы устроили так, что Стража в Эттеркаль не суется – заплатили всем, вплоть до Канцелярии».

Рингил ухмыльнулся.

«Это ж сколько раз пришлось отсосать».

«Ну да, ну да… – с кислым видом ответил Милакар. – Насколько я слышал...»

И далее диалоги из флешбэка, бесцеремонно воткнутые в текст. Как единичные приемы — это хорошо, но тут такое постоянно. А понимая, что границ жанр не имеет, иногда не понятно, где тебе описывают неведомую хрень, а где — переход к флешбэку.

И еще кое-что про стиль: слишком киношно и пафосно. Вместо дорогой картинки получается дешевый боевичок средней руки. Напыщенные фразы, сказанные не в тему, жесты, реакции. Всё ради красивой обёртки. Вообще, поведение у героев зачастую неадекватное — все ругаются, огрызаются, хамят, дерутся. Про битвы тоже хочется добавить: насколько обстоятельными они были у обыкавшихся уже Аберкромби и Эриксона, насколько практично действовали тамошние бойцы, экономя силы и дыхание, настолько голливудски поступают герои в сражениях Моргана. Ну прямо очередной фильм киновселенной Marvel.

Очередной триггер — это диалоги. Примерно то, что написал чуть раньше: настолько же киношно-красивые, насколько неестественные. Зачитаю пару примеров. Судите сами:

1. «– Гинг! Рингил!

При звуке отцовского голоса оба замерли в центре гостиной, на расстоянии вытянутой руки, сверля друг друга взглядами. Рингил смотрел в яростное лицо брата, смутно осознавая, что его собственное выглядит иначе – оно застыло как маска. Может, его слабая улыбка обещает насилие, и только.

– Ну? – мягко спросил он.

Гинг отвернулся.

– Она меня не просила.

– Интересно, почему.

– Эй… да пошел ты! – Опущенные руки Гинга сжались в кулаки, он неосознанно вторил гневу отца. Рингил уже видел, как такое случалось в юности. – Я пришел, чтобы узнать, не понадобится ли моя помощь.

– Ты не сможешь мне помочь, Гинг, и никогда не мог. Ты, мать твою, всегда был чересчур покорным.»

2. Из беседы императора и Арчет:

"– Наверняка он и теперь будет придерживаться той же роли.

– Ага. Будет как с Братством Памяти Девятого Племени, чтоб его… – Джирал бросил на нее мрачный взгляд. – Помнишь этих ребят, да? Я хочу сказать, ты же их застала.

– Да. Ваш дед приказал их всех казнить.

– Не искушай меня, мать твою.»

3. «– Замечательно. Знаешь, я лишь мелкий человечишка, прожил чуть больше трех десятков лет, но даже мне известно, что в мире нет существ, достойных именоваться богами. И во что же вы, уебки, так отчаянно верите, раз затеяли кровавый ритуал?

Двенда поморщился.

– Ты правда хочешь, чтобы я ответил на твою тираду?

– Мы тут, блядь, беседуем или как?!»

4. «– Рингил! – завопил Эгар прямо ему в ухо. – Убираемся отсюда на хуй!

Он судорожно втянул воздух.

– С радостью. Хватай…

– Схватил ее уже! Просто уходим, мать твою!»

И это я уж молчу про то, что это ругательство с определенным маршрутом следует писать слитно, дабы высказывание не воспринималось буквально и не с тем ударением, которое должно подразумеваться. Но тут не лекция о правилах написания матерщины.

Также неестественно и косо поданы мысли героев и их внутренняя речь:

1. – Гребаные воронакские воришки, – пробормотал он.

«Ага, но так далеко на Юго-Запад забираются еще и скаранакские изгои или какие-нибудь помешанные исследователи с Юга». Он видел скаранакские погребальные амулеты в имперских музеях, однако не смог никому объяснить, почему это вызвало у него ярость. В Ихельтете – по крайней мере, в самом городе – неплохо относились к другим верованиям, но свысока, предполагая, что Откровение превосходит их все, и это его бесило. На самом деле, имперцам было все равно, что они задевают чьи-то чувства.

«Давай-ка не будем отвлекаться, а?»

2. – Несомненно, Хангсет атаковала некая сила, имеющая в своем распоряжении технологии, которых нет у нас, и Элит считает, будто помогла ее призвать. Но ее участие в случившемся – самое большее, совпадение. Я уговорила ее повторить ритуалы, которые, как она думает, позволяют связываться с нападавшими, и, конечно, ничего не произошло.

«Это если не считать то, как у тебя мурашки по спине побежали, когда Элит стояла, прямая будто палка, перед грубым каменным изваянием на краю утеса в час перед рассветом, раскинув руки в подражание его терпеливой распятой позе, и звала, пела неистовое, неритмичное заклинание. И текучие северные слоги превращались в вопли, которые уносил яростный морской ветер, пока ты не перестала понимать, кто и какие звуки производит. Там ты услышала, как в песню вложили целую жизнь из страданий и скорби, Арчиди, и на секунду-другую – ведь правда? – тебе показалось, что холодная и жестокая сила может и впрямь ответить из-за завесы мрака и штормового ветра».

– Арчет, хватит уже. – Джирал покачал головой.

Как бы понятно, что никто никогда в жизни не будет так изъясняться, тем более — в собственных мыслях. Когда читаешь такие нелепые сравнения и канцелярщину, призванную передать атмосферу, описать какое-то событие, чью-то внешность, сообщить о том или ином факте, на ум приходят МТА, которые только-только учатся писать и совершенно не умеют использовать приемы для раскрытия лора и неких свершенных деяний.

Самое интересное в романе — эту путешествие Рингила и двенд по болотам — довольно атмосферно, эмоционально, сюрреалистично, с хорошим описанием внутреннего мира. Остальное вообще прошло мимо меня. Сам сюжет — про трех изгоев со своими миссиями, три героя, которые в конце объединятся в Великой Битве и, конечно же, дают всем звездюлей. Без каких-либо страшных последствий и потерь. Драки скудные, будто подобраны из файтингов, драчуны постоянно перекидываются нелепыми фразами, отчего накал убивается напрочь.

По итогу: заслуженные 5 баллов. Продолжение я читать не буду ни за что. «Стальные останки» — главное разочарование за последний год (вместе с «Ранней пташкой» Ффорде). Такое ощущение, что над книгой никто толком и не работал. Тьма ошибок, потерянный стиль автора, абсолютно кошмарная верстка. Какое-то наплевательское отношение к изданию, честное слово.

Оценка: 5
–  [  2  ]  +

Роберт Чарльз Уилсон «Слепое озеро»

Nikonorov, 31 мая 20:53

Роман не блещет многогранностью, пятью смыслами, огромным миром и хитросплетениями судеб множества героев, начиная с их детства с рассказом о последствиях. Здесь нет сложных формул, зубодробительного научного языка, занудных простынок о структурах города, иерархических лестницах и бла-бла-бла.

Здесь есть несколько героев: от юной девочки до старого писателя; здесь есть городишко (уютный такой, в стиле Кинга), национальная обсерватория, нехитрая психология и довольно бойкий сюжет.

Вообще, книгу для чтения я выбрал достаточно метко: небольшой городок, основанный вокруг научной обсерватории, закрывают на карантин. Никому не говорят, сколько он продлится, никому не объясняют, по какой причине. Связь с внешним миром оборвана.

Благодаря тому, что в романе несколько корреспондентов, мы можем взглянуть на проблемы шире и глубже: здесь есть группа журналистов, что прибыла в городок «Слепое озеро», чтобы сделать сюжет и набрать данных для новой статьи, есть группа ученых из лаборатории (от секретарши до главного руководителя), есть и дочка одного из главных героев, вокруг которой-то и заплетены основные события. Взгляд на проблему самый разный, со своим мироощущением, с тем или иным отношением и заботами, которые предстают в данных условиях — кто-то переживает, что так и не смог дать денег любовнице на аборт, а кто-то грустит, что из сети не скачать новых мультфильмов.

Мне очень понравился бытовой аспект романа: автор не забыл о таких вещах, как завоз еды раз в неделю с минимум контактов, размещение пребывающих в городе сторонних лиц, которым сперва предоставляют спортзал, а впоследствии расселяют к жителям, у которых есть свободная жилплощадь. Так, например, образуются несколько «служебных» романов, с вытекающими последствиями в виде простых житейских вопросов: а это эпизодические отношения или нечто большее и перспективное?

И тут странно: вроде бы роман относится к жанру научной фантастики, но ее тут настолько мало, она настолько условно, что я рассматриваю «Озеро», скорее, как мелодраму или триллер с необычным элементом в виде этой самой лаборатории. Потому-то и останавливаюсь подробно не на научной стороне романа, а именно на героях.

Не могу сказать, что психология здесь глубокая. Скорее, насущная, бытовая, честная. И этим подкупает.

А за счет большого количества персонажей, которых около десяти, автор умело разворачивает события, поэтапно нагнетая именно от того лица, которое сможет передать обстановку максимально ёмко. Это круто. Происходит такой эффект попрыгунчика.

Любопытно видение автора того, как карантин и изоляция изменят всякие общественные службы.

Сидя дома на изоляции почти два месяца, атмосферой проникаешься как никогда, чувствуешь себя немножко причастным к тем или иным героям.

Теперь к огромному минусу романа: научная составляющая. Если кратко и без спойлеров, то всё завязано на наблюдении за конкретно взятым инопланетянином на далекой планете. Изучение его повадок, выявление закономерностей и всё такое. Невнятная мораль о невозможности полного взаимопонимания, пространные диалоги о множестве разумных видов, о том, что все любознательны, но по-своему глупы.

Всё это смешивается с резкой метаморфозой в поведении главного антагониста и накладывает не самое лучшее впечатление от развязки. Минус у этого романа такой же, как у «Террора» Дэна Симмонса — ненужная фантастическая концовка, которая смотрелась бы лучше, имей она более рациональный и физический вид. Но я успел кайфануть и вычленил для себя самое вкусное из романа.

По итогу: замаскированная под научную фантастику социальная драма с кривоватой концовкой и нелепым представлением о разумных расах и их общих недостатках, которая очень вяло накладывается на представленные типажи героев и их мотивы.

Оценка: 8
–  [  10  ]  +

Роберт Джордан «Око мира»

Nikonorov, 10 мая 02:10

Я очень долго присматривался к «Колесу Времени», читал здесь, на ФантЛабе, отзывы, даже в 2015-м начал читать в электронке первый том, но быстро свернул лавочку, потому что захотелось читать КНИГУ. Были мысли, что однажды «Колесо Времени» переиздадут, как была уверенность в том, что я обязательно куплю все тома и прочитаю.

Я делал заметки по потоковым впечатлениям при чтении, и вот одна из них: на второй сотне страниц я отметил, что мне очень и очень нравится, несмотря на неторопливую динамику. НО: современный мир вынуждает авторов писать сжато и быстро, иначе интерес публики быстро гасится. Твитты, тик-точные видео по 10 секунд, новости одной строкой в виде картинки. И после всех этих сжатостей хочется прочесть что-то КОНДОВОЕ, такое, знаете, натуральное, изначальное, классическое, каноничное, чтобы как «Властелин колец», но круче.

Да, многие ругают 1-й том за кальку «Властелина колец» как по событиям, так и по персонажам, но Джордан в одном из интервью сам и говорил, что сделал так целенаправленно. Для более комфортного, так сказать, вхождения. Но, несмотря на толкиновский коллективный зачин, имеющий в последствиях распад, наряду с братством кольца, «Око мира» отличается большей жестокостью, всё-таки. Это осовремененный метод Толкина.

При этом, «Око» мне показалось гораздо лучше Толкиновского произведения. Но те чувства 11-летнего пацаненка, которому отец в 2001-м году купил по пути с работы в киоске метро трехтомник «Властелина колец» в серии «Шедевры фэнтези» пробудились с чтением «Ока» вновь, и это, черт побери, весьма приятно. Лампово, мило и в ретро-стиле. Словно я опять лежу на диване, по телевизору мультики уже прошли, ни о каком компьютере и речи быть не может, лимит времени на просмотр видео-кассет исчерпан, и остается только читать, потому что друзья разъехались по дачам.

И для полного обеспечения погружения и визуализации собственного мира Роберт Джордан прибегает к дотошности. Это обилие подробностей и деталей, которые, как минимум в начале, не раздражают. Наоборот — знаете, возникает такой эффект, будто на обычное произведение наложили HDR-текстуры или выпустили РЕМАСТЕР-версию. Тут вам и платьица, и прически, и цвет глаз, и фактура стен, и особенности оружия, и рельеф окружения. В общем, всего и много. Любители неторопливостей определенно кайфанут, но я в свое время трижды бросал «Властелин колец» как раз из-за этого, да и тут, признаюсь, были моменты, когда действие за счет подробностей стопорилось, и это было не к месту. Дисбаланс в подробностях, которые можно опустить.

Сейчас же как — искушенный читатель считает, что если автор подробно на чем-то останавливается и прописывает, то это обязательно должно выстрелить. Уверен, многие из расписанных элементов выстрелят в будущих томах, но явно не покрой платья и не особенность прически. Да и надо помнить, что роман издан в начале 90-х, когда писатели еще не умели делать динамично, но чтобы фактурно и не плоско, без разжевываний.

При этом, в такой дотошности есть и плюсы — после описаний всё представляется максимально подробно, в соответствии с тем, что хочет автор и как желает преподнести. Уверен, ему виднее. По итогу: целостная красочная картинка, а не условные пятно.

И это классика-преклассика: тут вам сотни гостиниц, таверн, трактиров, повозок, что подвозят путников, вяленое мясо, сыры и хлеб на завтрак-обед-ужин, обилие природы, злой дядька, орда приспешников Темного Властелина, преследования, сражения, ночевки где попало. И здесь хочется остановиться и похвалить автора за честность.

Это особенно применимо к скитаниям Ранда и Мэта во второй половине романа — странствия натуральные и честные. Ничего сказочного и легкого: денег нет, есть надо. Имеются флейта и шарики для жонглирования. Есть умения владеть этим. Что делать? Правильно: давать представления в тавернах в обмен на комнату и ужин. Промок? Заболей. Ярко вспыхнула молния? Походи полуослепшим. До деревни далеко? Ночуй в поле, зарывшись в стог сена.

Джордан вносит реализм за счет того, что не подыгрывает персонажам: у них гудят ноги, сено покалывает им кожу, плащи не успевают высохнуть, влажные воротники рубах натирают шею.

Еще из того, что заметил: Джордан не боится приёма «Бога из машины». Как и в случае с «ка» в «Темной башне» Стивена Кинга у него есть замечательная отмазка в виде фразы «Колесо плетет узор так, как пожелает». Мне кажется, что даже в тех моментах, где он упоминает Создателя, автор может скромно иметь в виду себя.

Еще по визуалу: помимо просто каких-то природ и городов нас подкармливают гигантизмами в виде огромных статуй, фундаментов и прочих пережитков далеких, более прогрессивных эпох. По сути, в самом начале нас ставят перед фактом, что мир «Колеса» — это постапокалипсис, и раньше в небе летали самолеты, были выходы в космос и прочие радости. Чувствуется, что это аутентичная штука со своей многотысячной историей, пусть и не такой распростертой по временному периоду, как у Стивена Эриксона в «МКП», но зато более живая и настоящая, что ли.

Я читал «Око мира» разными темпами: иногда ловил ритм Джордана, иногда откровенно буксовал. Читал, с перерывами на что-то более легкое и короткое, полтора месяца. И если в плане описаний деталей я еще могу подрубить лояльность и прикрыть глаза, то, что касается ритма, мне не хватило ускорения ближе к концу. А то, видите ли, события нагнетаются, всё стягивается, но этого не чувствуешь. Автор забывает играть с ритмом и эмоциями читателя. Это очень подпортило эффект от последних страниц.

Если сжато, то это стандартное классическое героическое фэнтези с налетом эпика — каждый город несет свою историю, народу и культуры в обилии, в наличии магия, крутые воины и мистические области. Всё по канонам. Есть условный конец истории, который просит продолжения.

За счет излишних описаний, малой динамики и не выверенного ритма я ставлю роману 8 баллов в надежде, что автор разгонится, привнесет побольше экшена (хотя, как говорят, дальше читать будет только тяжелее).

Оценка: 8
–  [  -3  ]  +

Джаспер Ффорде «Ранняя пташка»

Nikonorov, 5 мая 17:10

В этой книге ужасно практически всё. Тупоголовые герои, сплошная атмосфера абсурдного дебилизма, ужаснейшие диалоги, которые уничтожают всю психологию и худо-бедно построенного персонажа, отчего последние просто-напросто унифицируются. Все говорят как один, различий нет, невпопад брошенные фразы, СМЕХРЕНОЧКИ, отсутствие элементарной бытовой логики, неприятнейший фантдоп про отращивание шерсти и наедание жира, чтобы пережить зиму, повсюду сладости, слово ЖИРОК, какие-то физиологические баги с глазами (искусственное и нет), которые ПЕРЕКАТЫВАЮТСЯ туда-обратно вследствие подмены личности (их две у одной персонажихи). Закос под фильм «Начало» Нолана, никому переживать не хочется, нелепейшие неологизмы по типу «аэраубица», «морозокуция», «морфелей», «зимсонники». Культ еды, сладкого, какой-то недопродакт плейсмент в стиле Кинга, но хуже.

Ненавижу такие придурковатые книги, где акцент идет именно на придурочность и недоюморок, сугубо такой плохо-британский, забивая и уничтожая всё остальное.

Оценка: 6
–  [  2  ]  +

Анджей Сапковский «Ведьмак»

Nikonorov, 7 апреля 00:48

Хех. «Ведьмак». Первый сборник рассказов. Первый рассказ.

В 16 лет, а это почти 14 лет назад, а это 2006-й год, у меня только-только появился компуктер. И не было никаких «Ведьмаков» от CD Project RED, ни Морровиндов, ни Скайримов. А была фантазия. Еще куцая фантазия с малюсенькой базой данных/знаний. С соответствующей визуализацией. К чему я? К благодарности за игры, которые я успел опробовать за эти неполные 14 лет.

Ведь сегодня я перечитал первый рассказ и, благодаря играм и многим качественным фильмам, всё представляю четко, но с четкостью и не было проблем, но еще и, хм, пожалуй, КАЧЕСТВЕННО и ДОСТОВЕРНО. Залы, замки, склепы, трактиры.

Первый рассказ крут своей спорой и молчаливой брутальностью, бойким экшеном и очерчивающимся, назревающим сеттингом приятного околославянского колорита. Геральт у Сапковского более вежлив пока, общается на «вы», сдержан в беседах. Чем-то напоминает, кстати, Роланда из «Темной Башни» Кинга. И как же тут не вспомнить о «Страже» Пехова, который был прочитан позже и в более-менее зрелом возрасте. «Страже», который, конечно, проигрывает за счет своей схематичности. В «Ведьмаке» же чувствуются мощь и порыв. Достоверность. И погружение. Отлично.

Залез на ФантЛаб, а тут стоит 8. Смело исправляю на 10.

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Стивен Кинг «Тёмная Башня»

Nikonorov, 5 апреля 14:49

Друзья, в данном обзоре я старался быть максимально внимательным и дотошным, посему не мог не коснуться каких-то важных моментов цикла. Уверен, почти все уже читали «Темную Башню», и обзор, скорее, для сравнения мнений, но, пожалуйста, имейте в виду, что в моей простыне ЕСТЬ СПОЙЛЕРЫ!

Что мы знаем о «Темной Башне»? Это очень известный фэнтези-цикл короля ужасов. При этом, как к таковому фэнтези отнести этот роман-эпопею сложно. Мне кажется, если сопоставить часы в Срединном Мире и часы во множестве альтернативных вселенных Нью-Йорка и окрестностей, то эфирное время всяко будет в пользу «нашей» реальности. Здесь и фантастика, и фэнтези, и что-то новое, особое, не то чтобы альтернативная история, но какой-то самооммаж, перекрещивание сюжета с десятками своих произведений и персонажей. Что здорово, ведь даже невовлеченному в творчество Кинга будет всё ясно и понятно, без дискомфорта. Это, к слову, камушек в огород Брендона Сандерсона, который в каждом романе нахлобучивает собственные фишки своей вселенной, понятные, такое чувство, что ему одному и совсем уж ярым фанам. В этом плане у Кинга порог вхождения и знакомства с отсылками гораздо мягче, комфортнее и не вызывает чувства, хм, такой, знаете, ущемленности, ущербности, неосведомленности.

И здесь хочется начать с разбора минусов серии. Сразу.

МИНУС № 1: отсылки к своим произведениям.

Я не знаю, почему этот минус фигурирует довольно часто. В цикле всё доходчиво поясняется в сносках, а если что-то непонятно, то, поверьте, на качестве «Темной Башни» и сюжете это не скажется ни коим образом. А учитывая размах Кинга и то, как он гремел/гремит, как обсуждаем в интернетах, вы так или иначе поймете отсылки про супергрипп из романа «Противостояние»; про отца Каллагэна и его войны с вампирами из «Жребия Салема», скорее всего, тоже заметите, а если нет, то и не беда. Я не читал львиную долю того, что можно встретить в качестве пасхалок, и ничего, выжил, доволен и рад.

МИНУС № 2: ВОДА.

Эта претензия мелькает в каждом первом отзыве о цикле. Вода. Вода-вода-вода-вода. Но посмотрите под другим углом: что для одного вода, для другого — подробности, работа на атмосферу, приятные детальки, кинематографичность (а автор в этом, безусловно, мастак). По Кингу очень клёво изучать быт и нравы Америки, исторические срезы разных периодов, какие-то урбанистические детальки или что-то такое, характерное только для американцев. Здесь нет провисаний. Каждая сцена подчеркивает какое-то событие, усиливает персонажа, оправдывает где-то нелогичное поведение, влияет на достоверность психологии, приоткрывает мир или какую-то изюминку, аспект или интересную деталь. Просто уберите предвзятость. Я не увидел ни копейки лишнего во всей истории. Даже в 4-й книге — «Колдун и кристалл», — которая служит флеш-бэком, историей о юности стрелка Роланда, о его друзьях и первой и единственной любви.

МИНУС № 3: появление в цикле самого Стивена Кинга.

Тоже странно, ведь это очень крутой и смелый ход, который, конечно, несколько натянут, но выглядит органично. Кинг здорово обыграл свою биографию, в частности — аварию (чтобы понять некоторые фишки, надо иметь представление о библиографии, о том, в каком году какая книга была выпущена, а если вы не в курсе, то в конце 6-го тома — «Песнь Сюзанны» — любезно представлен дневник автора). И вообще, «Темная Башня» — это роман-переплетение, и более насыщенного на дежавю, на совпадения, на тесную взаимосвязь произведение попросту не найти! Появление Кинга — максимально закономерное явление. Вы вспомните, какую роль для автора играет этот цикл. Это важнейшая работа, очень значимая. И появление Кинга там нужно как никогда. Учитывая, что он «пришел» только в последних книгах, которые были написаны очень оперативно после того, как автора сбил автомобиль. И автор чудом выжил. И, осознав тонкую грань жизни и смерти, одним рывком дописал три оставшихся романа. Они вышли за два года.

Для справки: 1-я часть была опубликована в 1982-м году, вторая — в 1987-м, третья — в 1991-м, 4-я — в 1997-м. Оставшиеся три — в 2003 и 2004.

И спасибо Кингу за то, что в каждой книге он вставляет в предисловия и послесловия биографические моменты и интересности, связанные с написанием. И если вы не читали некоторых интервью, где автор рассказывает, ЧТО для него «Темная Башня», то предисловий, послесловий и дневника хватит для понимания вопроса. После 5-й книги замечаешь, насколько важен цикл для Кинга: в романах стало больше духа, что ли, больше нюансов, больше чего-то высокого, экзистенциального. Чувствуется, что, несмотря на сумбур, появилось больше дыхания души, скажем так.

МИНУС № 4: заимствования.

Много ОТЗОВИКОВ сетуют, что у Кинга есть в цикле те же снитчи из вселенной «Гарри Поттера», но ни слова не говорят про медведя Шардика из романа Ричарда Адамса, про «Страну Оз», про детские сказки, да про массу чего прочего! Но за снитчи — оружие волков, нападающих на деревню — Кинга прям ругают особо яро. В то время как автор прямым текстом указывает, что это отсылка к «Гарри Поттеру», на шильдике завода-изготовителя указано имя Джоан Кэтлин Роулинг, и автор сам едва ли не кричит, насколько абсурден его цикл в сплетениях реальностей нашей и Срединного Мира, который тоже является альтернативным ответвлением нашего с вами мира. Почему к этому докапываются, я не знаю. Там таких совпадений — вагон и маленькая тележка. Про ту же Калью Кинг говорит, что она является локальной точкой совпадений и заимствований, а отсылка к Гарри Поттеру и Роулинг подается с юмором. Цикл в принципе построен на совпадениях, и в этом одна из главных его фишек.

МИНУС № 5: пропавшая атмосфера.

С этим минусом отчасти соглашусь. Если первый роман, «Стрелок», задаёт нам тон мрачного сурового фэнтези в антураже Дикого Запада, угрюмого и беспросветного, то дальнейшие книги совсем о другом:

Много Нью-Йорка, много нашего мира, мало интересных кусочков мира фэнтезийного. И это была одна из причин, почему в 2012-м году я бросил этот цикл на середине 2-го романа — «Извлечение троих». Да, люди надеялись на одно, и автор как будто наметил совсем иной путь, но уже во второй книге масштаб расширился до беспредельных границ, к одному главному герою прибавилось еще три, размах позволил охватить несколько миров, и произошло закономерное явление: повествование из камерного интересного мирочка перешло на мультивселенную, с акцентом на современность, на что вовсе и не было намеков в 1-й части. А той самой угрюмости «Стрелка» и вправду не хватало. Кстати говоря, эта особая атмосфера — то, за что многие любят именно первый роман, который в некоторый степени способен восприниматься как самостоятельное произведение.

МИНУС № 6: почему герои ничему не удивляются или говорят, мол, мне кажется, что надо сделать так-то и так.

Но и это всё объяснимо благодаря мозголомной временной петле. Герои возвращались в прошлое, понимая, что они — плод воображения Кинга, все их жизни уже написаны автором. И, чтобы довести собственное дело до конца, герои просят Кинга дописать цикл. Соответственно, они уже как бы загодя знали, что и как. Это тонкая штука, которую тяжело понять, но ее надо понять. У героев уже имелся весь отрезок пути и, как следствие, сознания, потому на потаённых уровнях они что-то да знали, поскольку история их прописана. И если я сам сперва бомбил от постоянных упоминаний, что «так велит ка», или потому что кому-то что-то кажется, или потому что во сне увидели то-то и то-то, то в пятом томе — «Волки Кальи», — а уж тем более в шестом, всё встает на свои места. Там Кинг ого-го как обыгрывает прием «бога из машины». Прямо-таки едва ли не нагло. Он сам же вносит подсказки для своих героев в своем же романе, описывая путь этих героев, их решения и судьбы. Это довольно смело. То есть, сперва были герои, которые поняли, что их создал/создаст Кинг. Потом они его спасли. И на первые позиции (в качестве демиурга) вышел Кинг, который, печатая романы, стал творить жизнь героев. Создаёт их, в общем. Так, в 7-м романе — «Темная Башня» — он вносит подсказку по поводу личности Данделло в доме на краю Белых Земель (на правах одного из примеров кинговского вмешательства). И, если честно, от этого башка ну просто разваливается. Не могу по-нормальному охватить, что было раньше — курица или яйцо. Сплошь противоречия и наслоения. Ощущения, что автор из эпопеи и герои взаимодополняют друг друга — и не встретить той лидирующей стороны, которая являлась бы прародителем всего сущего в разрезе рассматриваемой истории. Это потому, что в цикле теснейшим образом переплелись времена и события, нити взаимосвязи и эффекты бабочки. Кажется, что Роланд и Эдди такие же живые и взаправду приходили к Кингу и просили его дописать цикл.

И из этого вытекает мое недоумение того, что многих раздражает: когда герои внезапно что-то осознают или видят, а когда их спрашивают, откуда они узнали то-то и то-то, те отвечают, что просто знают и все. Ведь понятное же дело, что они уже являются носителями будущего и настоящего сюжета, потому что ВОТ ОН КИНГ, который пишет это и втюхивает вам, героям, в голову все данные. Странно только то, что сами герои это понимают, но при этом не могут обосновать частые озарения как именно руку писателя, от которого полностью зависим ка-тет и все события.

К слову, я сам так же психовал, пока в цикле не появился Кинг.

МИНУС № 7: мало информации о мире.

Не особо значимый для меня минус, но все же: да, возможно, хотелось бы больше механики и закономерностей, но в этом, как и в случае с личностью Роланда, о котором я скажу ниже, есть свой плюс. Некая имеющаяся недосказанность как будто подстрекает и служит той неуловимой ноткой блюда, которая делает его вкуснее. Мне не хотелось понимать мир Башни, да и давайте будем честными — при обилии тамошних абсурдов и парадоксов запаковать всё в логику было бы трудновато. На протяжении цикла хватает историй и фактов, чтобы более-менее составить представление о природе Срединного Мира и его судьбе. Конечно, иногда хочется прямых ответов, но таково было усмотрение автора, который, не будем забывать, писал эту историю потоково, без проработки. За счет чего персонажи и вышли честнее и более самостоятельными.

Последний минус — концовка — будет обговорен мной в конце перечня плюсов.

ТЕПЕРЬ ПО САМИМ ПЛЮСАМ.

ПЛЮС № 1: абсолютно магическое, волшебное и невообразимо особенное очарование и шарм от цикла в этой своей переплетенности.

Для меня это один из главных плюсов. Например, в третьей части имеется блестящая параллель прошлого-настоящего и настоящего-настоящего в линиях Эдди Дина и Джейка, где каждое действие находит отклик или влечет за собой последствие. И это здорово, когда каждый шаг прошлого резонирует с будущим или настоящим. Разбросанные полунамеки в виде цветов, названий, роз, фамилий «Тауэр», животных, олицетворяющих Хранителей Лучей Темной Башни. Где тут можно видеть воду, я всё еще не понимаю. Внимательный взгляд едва ли не на каждой странице нашего альтернативного мира увидит отсылки, намеки и пасхалки, что вдвойне подогревает интерес к чтению и изучению.

ПЛЮС № 2: показ вариативности параллельных миров.

Тоже один из главных плюсов. Особенно меня пробрало по прочтении пятого романа, в частности, приключений отца Каллагэна. Я в очередной раз утвердился, что мне безумно нравится то, что кинг вытворяет с реальностью, как вертит ей так и эдак. Причем, это касается как «нашей» реальности, так и реальности, связанной с реальностью «той», где Калья Брин Стерджис и прочие Тандерклепы. Мне очень близко это чувство, та тонкая грань совпаденческого и заёмного абсурда, переплетения всяких штучек и их взаимообмен, межпространственный бартер, что ли. И я понимаю, что Кинг хотел показать — это отзывается внутри какой-то неясной тревогой, бешеным беспокойством. Неуютно. Ну просто представьте: вы приезжаете в любой российский город, или открываете глаза после ночи, а вокруг вместо популярной «Волги» — «Енисей», а вместо «Лады» — «Бара» (по аналогии с «ладья — барка»), например, а на пятитысячной купюре изображен «Москва-Сити», какая-нибудь мечеть в Казани или Крымский Мост, а по первому каналу в девять вечера идет не «Время», а «Веха». В общем, есть в этой подмене мелочей, ставших обыденностью и не вызывающих у других чувства чего-то не того, что-то безумное, нервное и жуткое. Мне такое вообще страшно до одури (не знаю, почему), и тем сильнее я впечатляюсь Америкой Кинга, где слои тасуются ежедневно, а портреты президентов на купюрах скачут туда-сюда по номиналам. И тем понятнее становится личностный период Каллагэна, когда он спокойно принимает, что каждый день название штата, где он остановился, меняется, как меняются названия газет и всё те же лица на купюрах. В общем, для меня в романе эта атмосфера — самое сильное, что почерпнул. Эта нотка альтернативности и подмечания несостыковок кем-то из героев — невероятная тревожная прелесть цикла.

ПЛЮС № 3: зрелищность.

Кинг очень метко подбирает декорации, которые будут интересны читателю: вдруг в фэнтези-мире в баре поют «Эй, Джуд» группы Beatles, вот мы видим рельсы, будку с охранником, истлевшим до состояния мумии, заброшенные станции. В общем, кусочки нашего мира, известные штуковины, которым, на первый взгляд, вообще не место в мире Башни. Но они есть и это подкупает: почему они там, откуда взялись, как это попало туда? За самим миром в этом плане очень интересно следить. Интеграция средневекового мира, крестьян и фермеров, с нефтяными вышками, генераторами и электричеством, может, и не вышло чем-то СВЕЖИМ или НОВЫМ, но — смешение цивилизаций и миров вышло вау-эффектно.

ПЛЮС № 4: Роланд.

Да, он так до конца и не открывается, он так и не понят, но именно это дистанцирование порождает оксюморон в виде привязанности к главному герою, особенно когда ты знаешь некоторые его личные драмы и можешь для себя обосновать его повадки или поведение. Но он по-прежнему закрыт как от своей команды, ка-тета, так и от читателя, несмотря на приоткрытые занавесы.

ПЛЮС № 5: фантазия автора.

Кинг мастер не только по механической стороне писательского ремесла, но он еще и мастер фантазии. Парадоксы раздвоенного сознания, свихнувшийся поезд, слияние двух личностей одного человека в новую, третью. Это всё реально необычно и ново, что ли, а потому и интересно. И эта необычность гармонична и не выпирает, как, скажет, у Чайны Мьевиля, у которого прямо видно, как он хочет исхитриться и сделать не как у всех. У Кинга в этом плане всё гладко, спокойно и как будто так и надо. Правда, стоит отметить привязанность автора к раздвоениям и помутнениям сознания. Это и связка Одетты-Детты, и Блейн Моно, и Роланд с Джейком, но с последними двумя понятно: их угнетает парадокс двух прожитых моментов, в одном из которых Джейк умер, в другом — остался жив, а сознание помнит и то, и это.

ПЛЮС № 6: невозможность определить и конкретизировать жанр.

И этой вот неопределенностью цикл и подкупает. Кинг как будто взял жанр фэнтези и не то чтобы вывернул наизнанку или совершил прыжок вверх — он, скорее, шагнул вбок, подарив читателю жанр «иного фэнтези».

ПЛЮС № 7: отсутствие провисаний.

Многих удивлю этим заявлением, конечно. Но, может, это я предвзят, как предвзяты и хейтеры цикла, но всё же. Повествование динамично и постепенно подводится к развязке. Да, про Башню ближе к концу немного подзабывают, но виной тому — локальные проблемы, которые необходимо решить. А там, где нет динамики, есть приятные диалоги, интересные квесты, детальки, опять же, атмосфера.

Про язык, психологию, героев даже говорить не хочу. Кинг умеет каким-то методом рассказывать так, что даже только что встреченный герой будет интересен и вызовет сочувствие или, как минимум, эмоциональный отклик в душе. За счет этого он может вносить в цикл сколько угодно персонажей: с точки зрения качества текста вы точно не будете разочарованы. Герои — живее живых, фактурные, логичные, обоснованные. Не придраться. Он за одну страницу способен сроднить тебя с кем угодно. Его язык — ёмкий, образный, выпуклый, и за счет этого вкупе с богатыми метафорами за короткое время может рассказать о многом. Нормальным честным языком, хоть и разговорным, но по-житейским мудрым, с наработанными сравнениями и аналогиями.

И самая спорная вещь цикла: концовка.

Как же Кинга за нее ругали, ужас! Почему такая, где развитие, где мощный финал? Нас кинули, обманули, так нельзя!

Как по мне, это самая закономерная, правильная и логичная концовка. Я тот, кто читал эпопею именно кайфуя от процесса. И имеющаяся петля — это супер! Не надо требовать от романа звенящего и шокирующего завершения. Просто читайте и кайфуйте — в конце концов, с точки зрения времени, дарующего удовольствие от чтения, сам процесс займет больше времени, чем финал.

А еще, хотелось бы порассуждать о цикле в целом. Зачем он был написан, почему он такой, какой есть, что там делает Кинг? Ощущение, что автор одновременно мотивировал и корил себя. Может даже наказал себя за ту женщину, больную раком, что писала ему письмо с просьбой рассказать, чем всё закончится, но так и не дождалась, потому что Кинг сам не знал. И заплатил за это своими героями, искупая вину.

Что если история о Башне — история жизненного пути? Поиск смысла жизни, мысли о ребенке, которому еще рано приходить в жизнь, поиск друзей, крепкая дружба, взаимопомощь, затем наркотики, политика, дети, а потом — неизменное увядание и самокопание.

Почему концовка зациклена? Возможно, потому что это путь вечного движения. Неугасаемая искорка творца. Постоянный голод художника. Или это смысл, который предстоит постигнуть не раз и не два? Я не знаю, говорил ли что-нибудь Кинг про такую концовку, но она видится мне единственно возможной. И в этом, конечно, трагичность цикла и его мощь, поскольку осадок после такого завершения остаётся тяжелым и значимым. Уверен, истинная концовка во всех ее гранях известна одному лишь автору. А может, неизвестна и ему.

ЧТО КАСАЕТСЯ ОЦЕНОК, ТО:

• 1-й роман — 10.

• 2-й роман — 10.

• 3-й роман — 9.

• 4-й роман — 8.

• 5-й роман — 9.

• 6-й роман — 10.

• 7-й роман — 10.

Этот цикл невероятно богат, самопереплетен, как запутавшийся в своих щупальцах спрут, тем и прекрасен. Читайте и получайте удовольствие прямо в процессе, без ожиданий чего-то в будущем. Благо, Кинг способен подарить это удовольствие.

И, несмотря на несколько ПОДСЛИТЫХ судеб и концовок в финальном томе, я с легкой душой ставлю всему циклу 10 баллов.

Видеообзор с демонстрацией издания, с картинками, эмоциями, стеной с кирпичиками и всякими примочками вот тут: https://youtu.be/dPkeD5YXMeU.

Оценка: 10
–  [  3  ]  +

Владислав Крапивин «Баркентина с именем звезды»

Nikonorov, 15 марта 17:58

До чего же Крапивин мастер в передаче атмосферы, настроения, окружения. Вся эта тёплая ламповость иного, уже ушедшего мира, эти мысли, снедаемые детскими мечтами, стремления, в данном случае еще и борьба за свои стремления (постоянный уход к реке). Читаешь — и словно смотришь добрый советский фильм. Приморским городком проникаешься, видишь воду, видишь мачты кораблей, видишь прогуливающихся по набережной вдоль реки людей. Чувствуешь запах моря, слышишь обрывки разговоров.

И однако повесть — очень грустная. Тому есть два фактора: лягушонок Чип и, собственно, Мартыныч. В голосе Чипа, в тоне, в подборе слов и тревоге, в такой же тяге к морским просторам, аналогичной Мальчику, слышится некая несбыточность и смирение, что ли. А Мартыныч — вот его какую-то безысходность я и поймал сильнее всего. Жаль старика. И добило его письмо в конце. И как-то не остается радостного и лёгкого послевкусия. Ну совсем.

Так и напрашивается продолжение про судьбу Чипа и Мальчика, как они приедут к Мартынычу, возьмут его с собой и всё вот это вот.

Но — очень сильная эмоциональная повесть. И грустная.

Оценка: 9
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Очередной пример проницаемости некоторых границ (XXIV)»

Nikonorov, 9 марта 13:08

Очередной пример того, сколь богат и фактурен Уоллес. Поэт-прозаик, способный выдать глубогозапоминающиеся и въедливые образы.

Но — маловато для полноценного произведения.

Оценка: 6
–  [  -1  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Короткие интервью с подонками»

Nikonorov, 9 марта 13:01

Вот это интервью — какой-то образцовый пример самотоптания и кружения по одному месту с повторами и минимальной динамикой. Трудно было читать. И совсем не интересно.

Оценка: 5
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Самоубийство как некий подарок»

Nikonorov, 9 марта 12:52

Рассказ-самоедство о матери, привыкшей во всём винить себя — плохие поступки сына, его поведения, какие-то жизненные моменты. И мать страдала и глодала себя. Ненавидела, презирала.

Концовку я сперва не понял, потом еще раз не понял. И еще раз. А потом перечитал название рассказа, а потом перечитал начало-середину-конец, а потом КАК ПОНЯЛ!

И стало странновато-жутковато.

Однако, как бы то ни было, развязка и сей исход не лишен логики.

Оценка: 10
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «На смертном одре, держа тебя за руку, отец знаменитого нового молодого внебродвейского драматурга просит о милости»

Nikonorov, 9 марта 12:47

Очень мрачная, трагичная и тяжелая история. Гнетущая и какая-то дотошно противная в своих подробностях. Хирургически меткая и жизненно-шокирующая.

Откровения умирающего отца, чей сын был неполноценен в некоторых физиологических моментах. Его признания и честный взгляд на то, с чем он жил столько лет.

Мурашки по телу.

Оценка: 9
–  [  1  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «"Три-стан" и сальдо»

Nikonorov, 9 марта 12:43

Перебор с иносказательностью и тем, что зовется «сам себе на уме». Было попросту неинтересно, потому что автор столько всего нахлобучил, что я просто не смог перебороть себя, чтобы разобраться во всём этом.

Оценка: 5
–  [  1  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Короткие интервью с подонками»

Nikonorov, 9 марта 12:40

Первое интервью из очередной подборки — нечто гениальное и большее, чем может показаться на первый взгляд. Это нужно читать, чтобы реально кайфануть от задумки и масштабов.

Это размышления на тему того, к чему приводят фантазии подростка перед онанизмом, фантазии с ФАНТДОПОМ, и к чему могут привести эти фантазии.

Рассказ о подростке, который периодически занимается пубертатным рукоприкладством, при этом визуализируя понравившуюся актрису из одного известного сериала. Его фантазия заключается в том, что она входит в зал, и время останавливается. В один момент пареньку это доставляет хлопоты — а время останавливается только в рамках зала или везде? В городе или на всей планете? А если на планете, то перестает ли она вращаться? А замирает ли солнце? А что будет со Вселенной? Короче, с виду незатейливая фантазия парня приводят к абсолютно ученым мыслям, исследованиям и изысканиям, в силу чего желание осуществить акт онанизма откладывается, поскольку надо высчитывать, строить графики и ковыряться в формулах, чтобы понять, насколько реалистична и реализуема его фантазия и как бы она сказалась на законах мироздания, осуществись она. Это история о точке невозврата — от желания справить половую потребность до побуждения учиться и изучать новые сферы. Волшебнейший юмор, прекрасная дотошность, абсурд и кропотливость. Бесподобно.

Это то, как работает писательское мастерство как таковое — одно следует за другим, цепочка всё длиннее и длиннее. Это рассказ о том, как пубертатные фантазии побуждают учиться.

Это что-то охренительное.

Остальные интервью не впечатлили.

Оценка: 8
–  [  -1  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Очередной пример проницаемости некоторых границ (VI)»

Nikonorov, 9 марта 12:36

А здесь, считайте, просто анекдот на тему «Диалог семейной пары за пару секунд до развода». Миленько, колко, едко, но ничего более.

Оценка: 7
–  [  1  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Церковь, возведенная не руками»

Nikonorov, 9 марта 12:28

Мне тяжело писать отзыв на этот рассказ, потому что здесь уже Уоллес увлекся стихотворениями в прозе, сделал упор на поэтичность, красоту и образность. Да, имеется трагичная история, красной нитью проведенная через все эпизоды рассказа, но, как мне кажется, автора слишком уносило в красоты и метафоричность, отчего повествование вышло мыльно-размытым и не возымело должного эффекта.

Оценка: 6
–  [  1  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Дьявол — человек занятой»

Nikonorov, 9 марта 12:24

Очаровательный рассказ в стиле Брэдбери, берущий какой-то психологический аспект и разматывающий его по всем фронтам. В данном случае — человек совершил добро и хочет рассказать об этом, но не желает вдаваться в подробности и бахвалиться, ибо, как он считает, такой расклад приведет к тому, что он скорее хвастанул, нежели совершил добро в чистых помыслах. Сбивки, самозапутывания, плутания и закономерный итог. Шикарно.

Оценка: 9
–  [  1  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Взрослый мир (II)»

Nikonorov, 9 марта 12:19

Грустновато от того, что Уоллес самую мякотку рассказа трансформировал в ФОРМУ, несколько упустив содержание, точнее, из-за формы сделал всё, чтобы это содержание впитывалось совсем уж тяжело. Так-то да, рассказ, добивающий основной зачин из первой части, сделан в виде схемы всё с теми же разделами-подразделами, с описанием структуры, показом, какие применены выражения и приемы, и как находка это интересно, но я, как читатель, чувствовал себя несколько обманутым, ибо писатель решил поставить упражнение и селф-челленж выше ожиданий читателя.

Оценка: 7
–  [  1  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Взрослый мир (I)»

Nikonorov, 9 марта 12:17

Отличная семейная драма, дотошно расписанная от лица переживающей жены, думающей, что она как-то неправильно занимается сексом со своим мужем, вследствие чего тот избегает контактов и ведет себя максимально отстраненно.

Прекрасный психоанализ, с подробностями, достоверный, психологичный, во всё это веришь. И также интересно наблюдать за прологом перед катарсисом — изменением личности самой жены на фоне всех этих переживательных событий. Развязка ждет во второй части этого рассказа.

Первая же часть понравилась.

Оценка: 9
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Октет»

Nikonorov, 9 марта 00:46

Самое забавное в этом «рассказе» — последний блок, где писатель начинает общаться сам с собой и с аудиторией, размышляет, а как ему надо написать, а вот тут использован такой прием, а там — такой, а тут — обратили внимание? И всё это через сноски, в которых идет обсуждение внесносочного текста как попутки литературного подхода к текстостроению.

Необычная штуковина.

Остальное из содержания, увы, средненько.

Оценка: 7
–  [  2  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Datum Centurio»

Nikonorov, 9 марта 00:40

Тот момент, когда слишком хотелось показать — «глянь, как я могу заигрывать с формой«! И сквозь эту форму очень тяжело залезть в содержание.

Зарисовка подана в виде толкового словаря, каких-то выдержек оттуда, с кучей сносок, подсносок, разделов, подразделов... Удаётся составить какое-то отдаленно-общее мнение, но вышло как-то размыто.

Но как явление такой формы и попытки что-то донести — интересно, да. У Павича в «Хазарском словаре», по идее, было что-то похожее, но у Уоллеса вышло мудрёнее.

Оценка: 4
–  [  2  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Короткие интервью с подонками»

Nikonorov, 9 марта 00:35

Самое первое интервью из очередной подборки — блеск и восторг! Чувак рассказывает о своей руке-плавнике с жирнющей самоиронией, дикой образностью и крутыми образными выражениями. С тем же спорным, но лично мне очень нравящимся приемом концовки, где всё то ли обрывается, то ли так и надо.

Следующее интервью — про человека, работающего таким, знаете, незаметным слугой в богатейшем отеле. Его взгляд на то, что происходит по ту сторону входа в мужской туалет. Какие там люди, какие там, хм, звуки, какие рутинно-житейские наблюдения. И история подана почти что от первого лица, но через другого рассказчика, но своего какого-то странного шарма не теряет совершенно. Тоже отличный эпизод из отдельно взятой жизни. Очень понравилось.

И понравилось последнее интервью — о том, что случается или может случиться в сознании человека, произойди с ним нечто страшное, нечто, что сделает из него жертву, но не убьет. Возможно, это даже плюс?

Прочие интервьюхи из этой подборки показались излишне затянутыми и занудными.

Оценка: 9
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Но смысла нет»

Nikonorov, 28 февраля 00:33

Блин, один из лучших рассказов сборника.

Максимально смешной и абсурдный в своих дотошности, анализе ситуации, каких-то повторах и прокручивания в голове случившихся в детстве событий. Я бы тут пересказал кратко, но это отпугнет читателей, ибо работа, ну, слишком интимная, и лучше бы не полениться и ознакомиться, благо, что то небольшое время, что будет затрачено, окупится сполна.

Оценка: 10
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Думай»

Nikonorov, 28 февраля 00:29

Очень и очень странный рассказ с непонятной концовкой, к которому я еще пока не понял, как относиться.

Стиль Уоллеса — это американские горки. От вершины и вниз, через мертвые петли и извивы трассы. А то и свернуть с нее можно. Не исключено, что он так и сделал тут.

Оценка: 7
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Дьявол - человек занятой»

Nikonorov, 28 февраля 00:27

Изумительнейший рассказ с абсолютно крутецкой концовкой. Хитроватый, с имеющимся ЛАЙФХАКОМ (конечно, не таким внезапным, ибо это суть психология), однако на контрасте дотошного подхода в желании продать ненужные вещи концовка выглядит как выстрел из хлопушки обилием конфетти прямо тебе в морду.

Я, так сказать, хихикал в конце. Побольше бы такого!

Оценка: 10
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Личность в депрессии»

Nikonorov, 28 февраля 00:24

Здесь уже пошли обильные муторности с километровыми сносками, коих более чем в достатке. Затянул и ПЕРЕЖАЛ, как по мне. Не шибко хочется проникнуться личностью Личности в депрессии. Чего-то не хватило. При словоохотливости — всё равно пустовато.

Оценка: 6
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Очередной пример проницаемости некоторых границ (XI)»

Nikonorov, 28 февраля 00:20

Небольшой рассказ, больше похожий будто бы на оммаж творчеству Брэдбери — высокопсихологичный, приправленный фобией, выкрученной до верхних пределов, рефлексии, переживания, всё такое. Особо говорить нечего, но как упражнение, разминка или интерлюдия — почему бы и нет.

Оценка: 7
–  [  2  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Короткие интервью с подонками»

Nikonorov, 28 февраля 00:18

Тот самый изюм, давший название сборнику. Его украшение. Пачка интервьюшек, а в большинстве своём — монологи-зарисовки, где-то похожие на сатирическую сценку, где-то — на запись в блоге. В этом блоке автор знакомит нас со своим приемом, который использует еще не раз, а именно: синдром обманутых ожиданий. Когда нагнетаешь-нагнетаешь, а потом БАЦ! И всё совсем не так или внезапный ФИГ ТЕБЕ А НЕ КОНЦОВКА АХАХАХАХА. Мне такое нравится, потому что юмор у Уоллеса прекрасен, как и эти внезапные ШОКОВЫЕ развязки.

Отличный любовный монолог с оксюморонистой развязкой, отличный монолог-в-диалоге про мужиков, где рассказчик в конце ну лично меня удивил, диалог двух мужчин про знакомство с девушкой и дальнейшее — блеск просто, особенно взаимодействие этих самых мужчин во время диалога между собой. Очень яркие личности, выпуклые и фактурные образы, очень комичные и жизненные типажи, которые автор тоненько высмеивает.

Крутейший монолог длиной в абзац про женитьбу на женщине, которая родила. Просто охренительно.

Оценка: 8
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Вечно над головой»

Nikonorov, 28 февраля 00:08

Вот здесь уже начинает прорисовываться поэтичность автора. Поэзия в прозе. Красота, образность, настоящий time warp внутри рассказа. Так растянуть момент, так подать его, так подробно обсказать — блестяще, хоть и с толикой сумбура.

Оценка: 9
–  [  0  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Смерть - это еще не конец»

Nikonorov, 28 февраля 00:01

Опять-таки, зарисовка с макро-фокусом. Множество подробностей, крупных планов, деталей и... Всё, пожалуй.

Рассказ похож на какое-то упражнение или РАЗМИНКУ перед чем-то бОльшим (а оно там и вправду будет, да). Но порог вхождения увеличивается, и предвзятых или прохладно настроенных читателей уже второе САМО СЕБЕ НА УМЕ произведение может отпугнуть. Ну или нет.

Оценка: 6
–  [  1  ]  +

Дэвид Фостер Уоллес «Радикально сжатая история постиндустриальной жизни»

Nikonorov, 27 февраля 23:56

Микрорассказ, состоящий из двух абзацев. Есть микрозавязка, но нет ни микроконцовки, ни концовки. Увы, понять что-то, что в нем заложено — если заложено, — мне не удалось.

Самое примечательное в рассказе — это то, что он напечатан на нулевой (пронумерованной) странице, что я вижу впервые, например.

Но рассказ расположен стратегически верно, ибо он как раз в чем-то и являет собой суть всего творчества Уоллеса, и как маленькая ступень на пути к ВОСХОДУ по длиннющей лестницы — это самое то. Подготовься, так сказать, сударь ты мой читатель.

Оценка: 5
–  [  3  ]  +

Стивен Кинг «Тёмная Башня»

Nikonorov, 27 февраля 22:54

Ну что, пока собираюсь с силами и мыслями, чтобы выдать длиннющий отзыв на всю эпопею, потому что ее и вправду следует рассматривать как целиковое произведение, несмотря на раздробленность, прошедшую между 4-м и 5-м и последующими томами, попробую оформить некую сумбурщину в какой-то якорь восприятия, дабы потом ухватиться за него и оттолкнуться, размазывая мысль о цикле-романе.

Что по седьмому тому, если более-менее сжато, но ГОВОРЯЩЕ?

Да практически всё то же, что было применимо к предыдущим томам. Я по-прежнему восхищен языком, мастерским переплетением судеб-времен-отсылок-мелких_моментов-и_еще_тьмы_прочего, я по-прежнему не считаю многословность водой. Да, чуть затянуто путешествие, но можно же позволить чуть оттянуть момент удовольствия в виде развязки посредством некой монотонщины, ведущей к цели.

В 7-м романе Кинг ого-го как обыгрывает прием «бога из машины». Прямо-таки едва ли не НАГЛО. Он сам же вносит подсказки для своих героев в своем же романе, описывая путь этих героев, их решения и судьбы. Это довольно СМЕЛО. То есть, сперва были герои, которые поняли, что их создал/создаст Кинг. Потом они его спасли. И на первые позиции (в качестве ДЕМИУРГА) вышел Кинг, который, печатая романы, стал творить жизнь героев. Башка ломается, короче. Создаёт, в общем. И внёс подсказку по поводу личности Данделло в доме на краю Белых Земель (на правах одного из примеров кинговского ВМЕШАТЕЛЬСТВА). И, если честно, от этого башка ну просто разваливается. Не могу по-нормальному охватить, что было раньше — курица или яйцо. Сплошь противоречия и наслоения. Ощущения, что автор из эпопеи и герои взаимодополняют друг друга — и не встретить той лидирующей стороны, которая являлась бы прародителем всего сущего в разрезе рассматриваемой истории. Это потому, что в цикле теснейшим образом переплелись времена и события, нити взаимосвязи и эффекты бабочки.

Из НЕПРИЯТНОГО еще кое-что:

— грустно СЛИТЫЙ человек в черном, который имел бешеную харизму и свой шарм в «Стрелке». Как-то канул в лету;

— Мордред, который хрен его знает для чего нужен (наверное, чтобы убить сами знаете кого);

— какая-то неуместная смерть и вообще ВЕТОЧКА СЮЖЕТА, связанная с Алым Королем.

Понравилась концовка про спутников Роланда. Она очень грустная, но с улыбкой. Но жутковато.

КОНЦОВКА: чего тут докапываться? Прекрасная, отличная и логичная концовка. Я тот, кто читал эпопею именно кайфуя от процесса. И имеющаяся петля — это супер!

От этого романа веет мрачной стылой безнадежностью, атмосферой ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО АПОКАЛИПСИСА, по уровню ТЬМЫ и МРАКА схожими с атмосферой из «Стрелка», но там больше было физических негативов, а тут, когда знаешь, что членам ка-тета суждено погибнуть, и автор этого не скрывает, ты следишь, ну, как будто смотришь видео с умершими родственниками, что ли, как-то так. И ждешь, когда ж там он умрет и от чего. Это та фишка, в чем Кинг крут — при всех рояльчиках и очевидностях не всегда угадаешь (точнее, почти никогда (ну лично для меня)), кто как умрет (и умрет ли).

В общем, шикарно. Я доволен полностью.

Не просите от романа ЗВЕНЯЩЕЙ и ШОКИРУЮЩЕЙ концовки. Читайте и кайфуйте, чесслово.

Оценка: 10
–  [  12  ]  +

Аркадий и Борис Стругацкие «Улитка на склоне»

Nikonorov, 27 февраля 00:11

Произведение структурно поделено на две ветки: одна про лес, вторая про Управление, которое и изучает этот самый лес на отдельно взятой планете.

Лес этот и вправду достоин изучения: странная и непохожая на земную флора и фауна, всё живое, всё копошится, земля где-то похожа на сыр и ее можно есть, а члены экспедиции в лесу пропадают и не возвращаются.

Героев тут тоже два — Кандид, который работал микробиологом до того, как его вертолет потерпел крушение, и Перец — филолог, непонятно что делающий в Управлении. Этого не знает ни он, ни мы. И в то время как Перец мечется как загнанная под ведро крыса, пытается найти способ свалить обратно домой, потому что чувствует себя отчужденно, Кандид погружается в диалогово-аборигенистый абсурд жителей деревеньки, в которой он остался после аварии. Диалоги — это жесть. Оксюморон на оксюмороне, оксюмороном погоняет. По пять противоречий на квадратный сантиметр фразы. Мозголомщина, в общем. Кандид, равно как и Перец, испытывает позывы к уходу, к возвращению на исходную позицию, но ни у того, ни у другого не получается. Жители леса аморфны, вечно пребывают в каком-то бреду, по повадкам и общению напоминают то ли наркоманов, то ли алкоголиков, то ли слабоумных. У Перца также всё не очень гладко — он мечется по петле бюрократического абсурда и всё того же оксюморона (а это слово — ну прямо-таки АВАТАР для этого произведения), не может просочиться через все иерархические фильтры, чтобы попасть на утреннюю машину и уехать из Управления. Всё это сопровождается максимально странными штуками, например: каждый из сотрудников обсуждает директора, и у каждого внешность этого директора разнится; ученые ведут подсчеты на заведомо неисправных ЭВМ, о чем сотрудники знают; телефонная белиберда, слышимая в трубке, аргументация которой проста — «вы ничего не разобрали, потому что подняли не свой телефон». И такого много. Начиная от говорящих имен второстепенных персонажей, заканчивая их гипертрофированными повадками и поведенческими скриптами.

Одним словом — сюрреализм. Во всём. И как бы понятно, что авторы затеяли аллюзию, своего рода памфлет на саму суть власти, на бестолковость многоступенчатого законодательства на всех уровнях и прочее, прочее, но, честно говоря, иногда они переходили на такой тонкий слой, что всё читанное воспринималось как набор предложений. Какие-то вещи угадываются легко, какие-то сложно, что-то не угадывается вообще, как это бывает у Стругацких, но пусть уж каждый воспринимает эту повесть так, как ему захочется. Тем более что в сети полно рецензий, есть выдержки из интервью самих авторов, и составить своё мнение можно легко.

Я же скажу, что мне повесть понравилась фрагментарно. Я не из тех, кто кайфует, когда то, что написано излишне и чересчур аллюзийно, надо раскрывать, как луковицу, копаясь во всей нутрянке. Я не хочу сказать, что это плохо, но мне бы хотелось немного большей очевидности и меньшей витиеватости в подборе визуальных синонимов тому или иному явлению.

Атмосфера здесь великолепна — это богатый набор образов, особенно главы, касающиеся леса. Кафкианский абсурд в бюрократической катастрофе станции тоже красив, но что касается дальнейшей динамики с грузовиками и беременными женщинами, отрицающими надобность мужчин в продолжении рода, то это уже за гранью моего понимания. Воспринимать повесть как нечто цельное я совсем не могу. Возможно, поспособствовала бы встреча героев, но сюжетные ветки у них, к сожалению, обособлены.

А по глобальной сути про «Улитку» мне особо и нечего сказать. Бывает, что какие-то вещи у Стругацких оставляют такой почвенный осадок, в котором по прошествии времени начинают прорастать семена догадок, раздумий и гипотез, что способны дать плоды, а в данном случае я не столько размышлял над прочитанным, сколько радовался тому, что это закончилось.

Как-то так. Сами авторы считали это лучшей своей работой. А я ставлю ей 7 баллов. И то преимущественно за атмосферу. Такие дела.

Оценка: 7
–  [  4  ]  +

Джо Аберкромби «Немного ненависти»

Nikonorov, 1 февраля 18:14

Ну да, это всё тот же Джо Аберкромби, где-то значительно прокачавшийся, где-то излишне увлёкшийся, где-то чересчур разбежавшийся по героям.

Начало не то чтобы эпатажное, скорее, смелое, откровенное, такое, какое, пожалуй, хотели бы увидеть фанаты Джо. Ну, во всяком случае, они точно не удивятся, узнав, что:

— одна из главных героинь на второй странице сразу же обделывается (при определенных обстоятельствах околоволшебного характера);

— на третьей она рыгает;

— на четвертой она неумело сплевывает, и на ее подбородке оказывается слюна.

И еще тысяча мелочей и «приятностей», которые уже идут как неотъемлемая часть стиля автора. В этом его манера, в этом его подача — в реализме и физиологических подробностях. Правдивые зацепки этой самой физиологии затрагивают всех: от красивых девушек до величавых господ, зачастую сотрясая их образ и переворачивая его. Пару шок-ударов я точно словил. И в качестве вау-фактора это, безусловно, плюс.

Джо в этом, определенно, хорош, но с оговоркой: только тогда, когда не выкручивает рукоятку ПОДРОБНОСТЕЙ до максимума. Увы, в этом романе такое случается частенько, и выглядит это уже не как часть стиля, а попытка навязать что-то такое, что никак не может встать органично и занять свое место.

А еще Аберкромби всё так же силен в метких и точных выражениях, сильных и запоминающихся. Под спойлером небольшой список:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
1. Для стрелы нет разницы, кто что заслужил.

2. Жди, пока люди покажутся тебе плохими, и ты поймешь, что ждала слишком долго.

3. Шляпка Савин, вероятно, стоила больше, чем все это заведение вместе с собравшимися посетителями. Которые, на предварительный взгляд, только уменьшали его стоимость.

4. Если поразмыслить, я предпочитаю неожиданно столкнуться с мертвыми, чем с живыми.

5. Последовал легкий вздох, и струя слегка дымящейся мочи с журчанием устремилась в воду в каком-то шаге от лица Рикке. Как ни печально это признавать, она испытала искушение подставить голову под брызги, просто чтобы хоть немного согреться.

6. Не Савин превратила светское общество в клубок змей; она просто была исполнена решимости заползти на самый верх и оставаться там. Если для этого требовалось стать самой ядовитой рептилией в Адуе — что ж, ничего не поделаешь.

7. Прелесть обещаний, которые даешь себе, в том, что никто не жалуется, когда ты их нарушаешь.

8. Ты расположена ставить людей так высоко, что потом им ничего не остается, кроме как падать.

9. Его щеки болели от ответных лучезарных улыбок, от обещаний бесконечной дружбы, кончавшейся уже со следующим вздохом.

Давным-давно Джо запомнился мне именно этим — меткими фразами. Они, подобно канцелярским кнопкам, пришпиливали внимание к повествованию, отчего оторваться было трудновато. И этих кнопок по мере чтения становится всё больше.

Тут и богатые образы, сразу же дающие представление о том или ином герое, и высокоэмоциональные моменты, которые пробирают, и просто околофилософские выражения, которые годятся для пословиц и поговорок.

Но вместе с этим богатством приходит и недостаток: излишняя театральность происходящего и прямо-таки бьющая в глаза вычурность. В некоторых моментах можно и, наверное, нужно было написать пусть и попроще, зато почестнее. А так, из-за обилия высокопарных фразочек, кажется, что диалоги похожи на сцены из спектакля. Причем, такого, не всегда ЛАДНОГО.

Кроме того, увлекаясь образностью и метафорами (зачастую заваренными на туалетных темах), автор забывал о ритме повествования, а в сотый раз читать про, условно, «теплый как моча» — надоедает, да и без этих регулярных напоминаний читатели знают, что автор не церемонится и не ищет эвфемизмов для выражений.

И если в первой трилогии все эти словесные красивости подкупали, то в новой трилогии хотелось бы чего-то нового, дополнительного, такого же фишечного, чего-то, что зарекомендуется за Аберкромби. Однако тут лишь те же приемы, закоренившиеся и немного усовершенствованные.

Да, их стало больше. И иногда — зря. Причины указаны выше.

Юмор всё на том же отличном уровне: не сказать, что будешь ржать в голос, но частенько ухмыляться — определенно.

Он сквозит во всех диалогах, а еще его можно найти даже в описании действующих лиц: 

1. Лорд Пармгальт — Вальбекский мэр. Главным образом спит.

2. Скейл Железнорукий — король Севера. Брат Черного Кальдера и дядя Стура Сумрака. Прежде великий воин и военный вождь, а теперь... нет.

3. Риттер — друг Лео дан Брока. Легко поддается чужому влиянию; имеет жену с безвольным подбородком.

Главных героев тут несколько: богатая  светская дива Савин дан Глокта, дочка инквизитора Глокты из первой трилогии; дочка северянина Ищейки по имени Рикке, которая обладает даром смотреть в будущее и прошлое; Лео дан Брок — сын лорда-губернатора, отважный, но зашоренный боец, всегда рвется вперед на поле боя, пафосный и любитель покрасоваться; и самый интересный — принц Орсо — необычный и не такой простой чувак, как кажется. С виду обычный бабник-алкоголик, лентяй и олицетворение аморфности, но на деле проявляет себя с интересных сторон. Самоирония прекрасна и ее уровень примерно подходит к уровню самоиронии инквизитора Глокты.

При этом, типажи не новые, они слишком яркие, контрастные, противоречивые, со своими странными надуманными тараканами, а характеры и причины становления нравов, на мой вкус, часто переиграны, отчего не особо веришь в тот или иной штрих психологического портрета.

На голову каждого из главных героев падает тяжкое бремя, испытание, душевные терзания и метания, за 700 страниц встрясти успеет каждого, и кто-то поменяется, а кто-то останется таким же упертым и закостенелым в своем образе. Именно сломы натур, например, или смена взглядов удались на ура.

С репрезентом этих самых персонажей всё по-прежнему без проблем.

Например, про Савин говорят так: «Чрезвычайно язвительная, надменная и нелюбезная молодая особа. Воплощение алчности современных эксплуататоров. Пожалуй, я бы даже предпочел ее отца в качестве застольного собеседника».

А характер Лео можно заключить вот в этом абзаце: «Лео был слишком занят, воображая грядущую победу. Два холма станут челюстями ловушки. Большой Волк, загнанный собственной спесью в долину между ними, окруженный возле моста и раздавленный о текущую воду! Какую песню об этом можно будет сложить! Лео уже прикидывал, как назовут эту битву в будущем, когда станут писать об этом в исторических книгах».

Что касается Орсо и его самоиронии, то будет очень показательным следующий диалог Лео и непосредственно принца:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
— Но вы, ваше высочество, освободили Вальбек. Вы подавили кровавое восстание.

— Я окружил город, после чего плотно позавтракал. Потом обсудил с повстанцами условия сдачи, после чего плотно пообедал. Принял их капитуляцию, после чего плотно поужинал. А на следующее утро, поднявшись с постели, обнаружил, что большинство моих пленников уже повешено. Сам виноват: надо вставать пораньше.

Про Рикке было в примерах из списка в начале.

Помимо главных героев автор ввел очень, ну очень много второстепенных. Причем, не только приоткрывает персонажей и события с той стороны поля, так сказать, из логова врага, но и просто берет отдельно взятых людей и подвязывает их к основной нити повествования.

Джо взял дотошность Сандерсона и эпичность Эриксона. Размах и обилие персонажей в лучших традициях этой парочки. Конкретно у Аберкромби мне это не очень понравилось, потому что автор, во-первых, силен вот в таких сольных персонажах или небольших компашках, во-вторых, разбежавшись по дорожкам описания множества людей, Джо ушел в некую схематичность и поверхностное повествование. И это очень бросается в глаза на фоне относительно узкого ПУЛА корреспондентов из предыдущих книг.

Но вот эта связка (Эриксон + Сандерсон) иногда проглядывала с очень хорошей стороны, можно сказать, с их фирменной, детальной и богатой подачей экшена и происходящего. 

Сюжет схож с первыми книгами: есть угроза с одной стороны и с другой. В данном случае снова выступает Север, а вот с другой — не гурки, а недовольные жители королевства, которые устраивают революцию, пожар которой придется загасить, дабы не распылять силы по фронтам. Что по правде удивило, так это ВНЕЗАПНЫЙ дипломатический ход в конце.

По атмосфере роман напомнил «Колдун и кристалл» Стивена Кинга, что, наверное, странно и нетипично, но уж как есть. В частности, за счет камерности событий в городе, за счет тамошних движух и нагнетающихся событий. В то же время, благодаря схожести декораций и обширному размаху с погружением не только в частных героев, но и в толпы, массы, очень сильно повеяло циклом про «Двурожденных» того же Брендона Сандерсона. Сравнение с последним также возникло в момент, так сказать, служебного перевоплощения одного из героев. Такие твисты — в лучших традициях Брендона — взять и ошарашить, говоря, мол, чувак, я умею удивлять, всё не так, как ты думал. И таких финтов в романе хватает. Какие-то легко угадываются, какие-то удивляют.

Для меня это крепкий и очень хороший роман на твердую восьмерку. Не хватило целостности в повествовании, хотелось бы поменьше героев, поменьше актерских фраз, поменьше неестественных диалогов побольше всякой детализации и, пожалуй, художественной глубины.

Резюмируя для ленивых: 8 из 10.

Оценка: 8
–  [  8  ]  +

Стивен Кинг «Песнь Сюзанны»

Nikonorov, 26 января 16:51

В общем-то, пока на ФантЛабе ставят не самые высокие оценки (средний балл ниже 8, в отличие от остальных частей цикла), я смело леплю 10 баллов и недоумеваю.

Народ ругает затянутость и водянистость, но беда тех, кто ставит низкий балл, в том, что они не понимают, похоже, необходимости и самой сути этой воды — атмосфера и детали. Атмосфера, сеттинг, погружение. В далекие времена я тоже считал Кинга лютым графоманом на ровном месте, который обмазывается подробностями всего и вся, а про персонажа, которому суждено погибнуть через 4 страницы, он расписывает подробнее и шире, чем про жизнь, например, Роланда. Но прошло время, и я распробовал. И, глядя на «Темную Башню» с вершины опыта, равного шести книгам этого цикла, понимаю, что без НЕОБХОДИМОЙ ВОДЫ не обойтись. Никак. Потому что Кинг кинематографичен (это не новость), и ЭТОТ цикл только выигрывает. В частности, этот роман.

У Кинга много нюансов, а «Темная Башня» заточена на мелочах, зачастую повторяющихся, на мультивселенных, на тоненькой фишке с версиями реальностей, где имеют место быть совсем мелкие различия. И Кинг преподносит их круто.

Еще ругают за появления в книге самого Кинга. Ну и зря. Очень крутой и смелый ход, который, конечно, несколько натянут, но выглядит органично. Кинг здорово обыграл свою биографию (чтобы понять некоторые фишки, надо иметь представление о библиографии, о том, в каком году какая книга была выпущена, а если вы не в курсе, то в конце любезно представлен дневник автора), в частности — аварию.

Вообще, действительно видно, сколь много значит для автора этот цикл. Особенно — после этого инцидента с аварией в жизни Кинга. В книгах стало больше ДУХА, что ли, больше НЮАНСОВ, больше чего-то ВЫСОКОГО, ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОГО. В общем, чувствуется, что появилось больше, хм, дыхания души, что ли.

Не хочу говорить про сюжет, детально рассматривать, скажу лишь, что всё динамично и постепенно подводится к развязке. Да, про башню немного подзабыли, но виной тому — локальные проблемы, которые необходимо решить. А там, где нет динамики, есть приятные диалоги, интересные квесты, детальки, опять же, атмосфера. Нет у меня придирок.

Кинг очень талантлив в переплетении времен, в том, как он пронзает своими книгами НАШУ реальность, грамотно вплетает какие-то факты, обыгрывает их, обосновывает, компонует.

Я с большим интересом читал эту часть и следил за параллельными линиями — беременность Миа-Сюзанны и подготовка к спасению ее ка-тетом.

С радостью ныряю в последний томик.

Оценка: 10
–  [  2  ]  +

Михаил Елизаров «Меняла»

Nikonorov, 21 ноября 2019 г. 23:14

Прекрасным языком написанная зарисовка из детства с адаптацией под настоящее — со всей передачей восприятия и чувств как тогда, так и на сегодняшний день. Автор пишет прекрасно. Но концовка слишком, слишком проста в своей метафоричности. Так сказать, прямолинейная косвенность.

Оценка: 7
–  [  4  ]  +

Стивен Эриксон «Радость, словно нож у сердца»

Nikonorov, 20 ноября 2019 г. 00:12

Я приступал к роману с полной уверенностью в умениях и мастерстве автора, поскольку успел ознакомиться с его полотном про «Малазанскую книгу павших» — очень масштабный и эпический цикл темного фэнтези.

Прочесть что-то вне жанра от одного из любимых авторов было заманчиво, а тут на горизонте свежеизданный Фанзоном роман — «Радость, словно нож у сердца», который обещает рассказать историю про первый контакт людей и инопланетян.

Причем, предварительные анонсы сулят нам новый взгляд на тему первого контакта, наличие социального посыла, к тому же всё это сдобрено восторженными отзывами западных критиков.

Получилось ли у Эриксона создать новое мощное произведение? Давайте разбираться.

Роман берет разгон очень быстро — на первых же страницах главную героиню — писательницу-фантаста Саманту Август — средь бела дня прямо в городе похищают инопланетяне. Нормальная такая завязка.

Саманта оказывается на космическом корабле и вступает в диалог с инопланетянами — точнее, с их представителем, который даже и не показывается. Только голос. И этот самый голос заявляет, что хочет, чтобы Саманта выступала переговорщиком между людьми и ими, попутно рассказывая, что начинается первая стадия Протокола Вмешательства. Вообще, этот Протокол, равно как и сам роман, поделен на пять стадий. Затем автор рассказывает о Первой Стадии: мы видим сценки-вырезки из жизни разных слоев общества, довольно динамичные и дающие представление о том, что же из себя представляет Первая Стадия — устранение насилия. Муж хочет ударить жену, но сталкивается с невидимой преградой. Покупатель оружия хочет застрелить продавца, но пуля не долетает, жена хочет дать отпор тирану-мужу и выплескивает на него раскаленное масло, но то стекает с незримой стенки, возникшей между ними, война прекращается, поскольку все люди ограждены барьером. Помимо прочего, затрагивается не только людское насилие — например, у одного фермера силовые поля посносили загоны, в которых паслись бизоны, и те разбежались, счастливые и довольные. Потому что насилие — прекратилось. Вообще. Над кем бы то ни было. Об этом заявляют инопланетяне, добавляя, что их роль — спасти планету и не дать людям ее разрушить.

Затем нам показывают, как на это реагируют лидеры разных стран. И первый минус Эриксону — это абсолютная плоскость, тупость, картонность и карикатурность персонажей. Да, тут замешаны аллюзии, всё читается без проблем, да, может, он намекает на их недалекость и однобокость мышления, но лидеры стран показаны какими-то школьниками и неучами. При всей возможной нелюбви Эриксона к тому или иному президенту, выставлять их совсем голливудскими дурачками — неправильно.

В обсуждениях политиков, в докладах ученых и министерств мы узнаём, что прекращена добыча газа путем гидроразрыва пластов, добыча нефти, песка. Короче говоря, упразднили любое негативно-силовое вмешательство в природу — охота, вырубка лесов и далее по списку.

Наверное, Эриксон решил высмеять богатеев, которых не заботит ничто, кроме финансов, потому что парочка из множества линий (а их тут, в лучших традициях Эриксона, и вправду много) посвящена медиамагнату и братьям-миллиардерам, которые реагируют на всё происходящее со своей однополярной колокольни: всё пропало, фондовый рынок рушится, как они будут зарабатывать, всё плохо.

Попутно, перелистывая сюжетные линии как каналы по телевизору, мы видим, что инопланетяне не только оградили природу от человеческого насилия, но и принялись ее восстанавливать.

Я нарочито рассказываю с таким же эффектом листания, потому что роман предстает перед нами именно таким — лоскутным, где общий прогресс и течение действий демонстрируются сперва через манипуляции одних лиц, потом через диалоги других, после — через обсуждение третьих. По крупицам собирая информацию из самых разных источников — от имама и блогера до космонавта и президента Российской Федерации, мы складываем картину в общее полотно.

Приятно, что Эриксон для большего впечатления вдается в интересные детали. Например, в одном из диалогов говорится, что, несмотря на отключенную возможность насилия, лазейка осталась — самоубийство. И, мол, смертник проник в одну из мечетей и подорвал себя, но никто, кроме него, не погиб. Цитирую: «Сквозь окруживший его кокон силового поля даже звук не просочился. Просто вспышка, а потом на его месте — клочья мяса, кости да волосы». Такие детальки вносят свою пикантность в довольно занудное при всем своем разнообразии повествование, 95 процентов которого заключается в диалогах и обсуждениях. Обсуждениях как лидеров стран, так и заурядных и до зевоты скучных бесед Саманты и инопланетян. Все поднятые темы тысячу раз перемолоты и обсосаны, чтобы их подавать в таком обилии. К тому же Саманта Август вышла не слишком естественной и больше похожа на искусственный интеллект, говорящую нейросеть. Изредка ситуацию спасают ее колкие вставочки, язвительности и шуточки, но этого мало. Куда больше длинных конструкций и неестественности речи. Ну да, это уже взрослая женщина-фантаст на шестом десятке лет, но где человечность?

Вторая Стадия более радикальная: происходит терраформирование Венеры, тасовка космических объектов, прям как Сейзед у Сандерсона развлекался, перестает работать оружие, ядерные боеголовки, баллистические ракеты не стартуют. Народ переживает, что инопланетяне, лишив их сил, превратят в рабов или уничтожат. Стандартные людские страхи. Кто-то же восторгается технологиями инопланетян, способных мгновенно реагировать на резкие проявления насилия — их технологии приравнивают к богу и предполагают использование квантовых вычислений. Вдобавок на компьютеры крупнейших производств планеты попадают чертежи двигателей, которые может разработать буквально любой у себя в гараже. Они безопасны, не вредят природе и работают от магнитного поля Земли. Чертежи патентованию не подлежат, и тут всё четче и четче прослеживается желание автора показать свои мечты о каком-то альтернативном коммунистическом обществе, в котором нет насилия, но есть сверхтехнологии, где все чувствуют себя в безопасности, могут позволить себе машины и прочие штуки, поскольку в связи с отсутствием конкуренции не будет задранных цен. Земля, где все вредные вещества и элементы, отравляющие природу, рассосались и исчезли. В общем, Эриксон внедряет свои фантазии в общество посредством романа через инопланетян, смело презирая те вещи, к которым у него, по всей видимости, не лежит душа.

Но здесь-то его мечты сталкиваются с его же размышлениями о последствиях: наркоман начинает страдать, что наркотики больше его не берут, отсутствие насилия приводит к тому, что некоторые банально не могут спустить пар, алкоголикам тоже грустно. Внезапно лишенные значительной части жизни, люди почувствовали себя угнетенными и под конкретным колпаком. Образуются секты, происходят массовые самоубийства, и в общем и целом многие общества просто не согласны жить в условиях сжатых рамок.

В Третьей Стадии мы встречаемся с тем, как по всему миру начинают вырастать необычные здания, окруженные силовыми полями. Появляются они зачастую в отдаленных регионах.

В Четвертой Стадии инопланетяне сообщают Саманте, что они готовят для людей комплекты личной диагностики и терапии, а это значит, что вскоре все медики лишатся работы. Снова светлые мечты о розовом мире с воздушными замками. Компьютеры продолжают снабжаться файлами с чертежами продвинутых технологий самых разных направленностей, а те самые здания из Третьей Стадии — это тренировочные центры по обучению людей для грядущих, скажем так, мероприятий.

Попутно Саманту просят готовиться ко встрече с землянами, чтобы она подготовила речь о том, какую в действительности миссию несут инопланетяне. Венера в скором времени будет готова для заселения, двигатели скоро будут отлажены в массовом производстве, так что возможная для заселения людьми география значительно расширяется.

Пятая Стадия больше похожа на эпилог, она короткая и довольно загадочная — в ней присутствуют наводки на что-то необычное по части сюжетных твистов, красивые киношные фразы, подведение итогов, некоторая доля пафоса, завершение Протокола Вмешательства.

Что ж, по итогу могу сказать вот что: роману я поставлю 6 баллов. Всё же фантдоп показался мне слишком уж обширным, что ли, и вольным. Герои здесь выступают как двигатели глобальных событий и корреспонденты, они абсолютно не запоминаются и ничем не выделяются. Сквозной линией сюжет пронизывают длинные и довольно скучные диалоги между инопланетянами и Самантой. Диалоги же больших людей из руководящих звеньев страны если и не скучны, то ставят в ступор слишком дурашливыми героями. Еще один минус: чересчур мелькающее повествование, слишком много POVов. Ну и при, казалось бы, теме первого контакта видно, что автору было интереснее поругать Штаты, высмеять корпорации, финансистов, оружейников. Я, конечно, не думаю, что этот роман — призыв задуматься, но становится понятно, о каком обществе мечтает автор. При всей своей идеальности оно не будет лишено изъянов и негативных моментов.

Если это твердый научно-фантастический роман, то он вышел слабоватым на технические детали. Если это гуманитарная фантастика, то автор слишком пренебрег персонажами. Если это призыв задуматься и что-то поменять в своей голове — то вышло слишком вяло.

Видеообзор можно глянуть вот тут: https://youtu.be/sQjiipFYUoY.

Оценка: 6
–  [  5  ]  +

Джо Аберкромби «Прежде чем их повесят»

Nikonorov, 7 ноября 2019 г. 21:36

Писать про последующие романы циклов сложнее, чем про первый том — потому как все дифирамбы пропеты. В дальнейшем можно лишь коротко сказать о том, сберег ли автор силы для поддержания планки, перепрыгнул ли ее, не появилось ли каких-то косяков и провисаний. Хм.

Что ж, Аберкромби сохранил все свои достоинства. Он немного сместил фокус: с прекрасного юмора и акцента на диалогах перешел на глубокую и детальную проработку персонажей, ввел самоковыряния в душе, привнес взломы привычных персонажам СКРЕП, появились личностные конфликты, появились взаимодействия — не те театрализованные из «Крови и железа», призванные впечатлить нового читателя и показать героя, но гораздо более серьезные, пошатывающие натуры, заставляющие персонажей анализировать себя и мир, открывать его новые грани и так далее. Это, пожалуй, самое интересное, что присутствует во втором томе — слежка за персонажами и смена их личностных рамок. И таких тут — несколько арок:

— Джезаль из холеного сибарита становится суровым мужем, огребшим и осознавшим цену элементарного тепла и спокойствия.

— Логен демонстрирует блестящие дипломатические способности и по-прежнему фонтанирует коронными фразами — от мудрых до философских или чертовски простых.

— Ферро по-прежнему ненавидит всех и вся, но уже не так радикально. Глокта прислушивается к себе и удивляется, что порой способен на поступки, на которые он, по его же мнению, способен не был.

— Коллем Вест познает трудности некоторых моральных выборов и по-простецки презирает свое служебное окружение — сплошь родовитых показушников, ничего не сведущих в войне и политике.

— Тусовка северян, разношерстных и таких забавных в своих диалогах, с кучей стычек и курьезных ситуаций.

Короче, скучно не будет.

Сюжет расширяет локации:

— Глокту отправляют в южный городок Дагоску расследовать убийство местного инквизитора, вскрывать заговор городского совета и противостоять осаде гурков при общем плачевном состоянии Дагоски: ни денег, ни воинов, ни боевого духа.

— Байяз с Логеном, Ферро, Джезалем, Ки и навигатором Длинноногим идут на край мира за таинственным Семенем, с помощью которого можно будет противостоять Кхалюлю.

— Вест вовсю погружается в военные дела и противостоит северянам, а иногда — и шанка. Леса, засады, длинные и изнуряющие переходы, сражения, холода.

Автор также приоткрывает информацию о мире, рассказывает через персонажей легенды и истории о первоисточниках тех же едоков и шанка. Увы, в погоне за необходимостью подать большие блоки сведений, разговоры затягиваются, ритм чуть проседает, отчего линия Байяза и КО показалась самой скучной. Самая интересная — это, конечно, Глокта, который не теряет рвения к служебным исполнениям, невзирая на извечные физические НЕУРЯДИЦЫ. Фактурный, выпуклый, предприимчивый, он обладает как знанием прошлого (война и тактика), так и навыками нынешнего (пытки, вытягивание информации, переговоры). Его линия самая разнообразная. К тому же там есть сочащийся харизмой наемник Никомо Коска. А как его вообще можно не любить? Очаровательный забулдыга, который, получив деньги, до неузнаваемости перевоплощается в военного командира.

Джо дотошно относится к характерам, живо реагирующим на окружение: от холодной зимы до раздражительных личностей. Одним штрихом он дает представление как о героях, так и о ситуации. Это отличное умение, когда каждое предложение несет несколько пластов информации.

История нагнетается, война на носу, Глокта погружен в политические распри, компания путешественников измотана и результатами приключения не шибко-то и удовлетворена, на Веста сваливается много задач и ответственности.

И как здорово, что впереди третий том, который распутает все завязавшиеся узлы и нажмет на спусковые крючки ранее развешенных ружей.

9 из 10.

П. С. Исправил оценку с 10 до 9. Всё-таки в 2012-м году я воспринимал многие вещи полояльнее и еще не было такого багажа прочитанного за душой. А щас убеждаю себя, что немного ШАРЮ, потому и.:-)

П. П. С. А вот тут (https://youtu.be/P1pCe0zctoA), при желании, можно посмотреть видео-версию потокового мнения, скачущего галопом по свежим впечатлениям. Такой-то ВИДЕОПОДКАСТ, все дела.

Оценка: 9
–  [  7  ]  +

Джо Аберкромби «Кровь и железо»

Nikonorov, 7 октября 2019 г. 01:40

Итак, что по старине Джо и его дебютному роману?

Ну, читается всё так же легко, увлекательно и с широкой улыбкой. Это всё те же харизматичные герои, это всё те же блестящие диалоги, это всё тот же лёгкий троллинг на фэнтези, который иногда выплескивается иронией с привкусом Пратчетта. Но вообще — довольно смелая штуковина.

Герои здесь — люди поломанные, с богатой судьбой и с крутыми поворотами в жизни. Многие сочетают в себе несочетаемое, иные, как, например, Ферро Малджин, несут в себе монопольный заряд ярости и ненависти ко всему, но тем интереснее и в какой-то степени приятнее читать про таковых, ибо при напускной ОДНОТИПНОСТИ и СКУПОСТИ они способны себя проявлять и ВПЕЧАТЛЯТЬ. О героях подробнее я поделился в видео. Обсасывать косточки можно каждому из них, но, поверьте (те, кто еще не читал) — на героях держится весь цикл.

Не, не так. На героях держится первый роман. Потому что в первом томе трилогии события только ЗАМЕШИВАЮТСЯ, причем, Джо взял не только стороны света и тамошние угрозы в виде варваров сверху и гурков снизу, но и разбросал плоскоголовых шанка по периферии Союза (королевство, внутри которого происходит действие). Ну и вроде уже круто, но НЕТ: Аберкромби сеет настоящие темные зерна алчности и коррупции внутри правящего совета столицы (да и не только столицы). Здесь полно предательств, ложных убийств, заказух и прочей человечно-властной чернухи. Короче, пипец со всех сторон. И каша вся потихоньку заваривается и возбухает. Джо подает нагнетание очень метко, четко, жирными штрихами, чтобы наглядно продемонстрировать грядущие масштаб и эпик (ага, они будут).

Чем хорош приём Аберкромби? Харизматичные герои позволяют не только радовать непосредственно набором персонажей. Это еще и возможность сталкивать их, проявляя их новые качества или усиливая старые. Это и рождающиеся в связи со столкновениями диалоги, которых ждешь и с интересом «смотришь», будто долгожданный бой или футбольный матч. Помимо прочего, наличие 4-5 активных и главных сюжетных линий позволяют не только взглянуть на мир и точки зрения шире, но также это и прекрасный чит-способ (в хорошем смысле слова) для поддержания хорошей динамики — смена POVов позволяет возвращаться к оставленному 3-4 главы назад герою и начать оную с действий, а о промежуточных периодах, не интересных для читателя, упомянуть вскользь и по ходу дела.

Язык написания по-хорошему прост, не грузит, читается легко, за всеми героями следишь с одинаковым интересом. На фоне них мир, конечно, чуть блекнет, но он и не первопричина ни цикла, ни сюжета — с такими ребятами как-то забываешь о декорациях, хе-хе.

Я не знаю, какие недостатки тут найти. Для меня это всё та же твёрдая десятка и образчик интересного фэнтези, к написанию которого подошли С УМОМ. Это не ремесло в духе творчества Сандерсона, где все романы схематичны и сделаны по лекалам (привет, Кинг). Я вижу душу в каждом персонаже, вижу продуманную концепцию, вижу, что сами характеры — это ружья сами по себе, которые, помимо крючков, навешанных в первом томе, еще сыграют своё в будущих книгах.

И знаете, всё это как-то прям радует.

А более эмоциональный обзор с подробным рассмотрением героев можно глянуть тут, например: https://youtu.be/69hVo3H0QT4.

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Дэн Симмонс «Лето ночи»

Nikonorov, 18 сентября 2019 г. 21:25

Хм, так получилось, что рисовать оценку пришлось только по прошествии всех умозаключений и разглагольствований (которые, кстати, проходили вот тут: https://youtu.be/xfCnwX20ICk), поскольку без детальных размышлений я не мог понять, что поставить.

В багаже прочитанного от этого автора — только «Террор», который мне безумно понравился чуть менее, чем всем (привет, ненужная слабенькая мистическая концовка). Приятный флёр, витающий вокруг выхода этого романа, лишь подогревал: дескать, в стиле «Оно» и «Очень странных дел». Что ж, с этим я соглашусь, некоторые вещи и вправду перекликаются и параллелятся. Тут у нас подростки, маленький провинциальный городишко, всякая нечисть и Зло. Стандартный набор для создания хорошей истории. Ну, может, немного избитый, но уж ладно. Конкретно у меня в списке есть мало прочитанного в таком сеттинге, так что я не особо и жалуюсь.

Название в меру зловещее, настраивает на мрачный лад, чувствуется интрига, которая, к слову, сразу же и всплывает в первой главе. И далее Симмонс очень умело и круто поддерживает интерес, подогревает какими-то ВНЕЗАПНЫМИ поворотами и событиями, зачастую происходящими прямо на последней паре страниц каждой главы. Своего рода перевалочные пункты темпо-ритма. Меня такой подход не отторгнул, а только завлек. Главы представлялись мне длинным крутым спуском с крутым же трамплинов в конце. Почему длинный спуск? Потому что Симмонс нетороплив, где-то монотонен, где-то гипнотически детален, что не в упрек, и, пускаясь в череду всяких там бытописаний, рутины мальчишек и так далее ты как раз и попадаешь на крючок внезапной концовки главы, подливающей масла в огонь сюжета.

В видео я рассказал, что мне понравилось то, как автор описал летнюю каникулярную жизнь мальчишек — работа в огороде, помощь по дому, ухаживание за парализованной бабушкой. Это честно и по-своему подкупает. Как бы у некоторых героев и без того нелегкая жизнь, а тут тебе еще и встреча с мистическими событиями. А оные, между прочим, здорово передаются через POV этих самых мальчишек. Ребята сами накручивают себя, выводят какие-то предположения в абсолют, предполагают, сами себя запугивают, и в какой-то момент я почувствовал у себя мурашки. Давно не испытывал такого классного чувства; наверное, со времен массового чтения «Ужастиков» Р. Л. Стайна. Зловещая атмосфера, с нагнетанием и страхом неведомого, удалась автору безукоризненно.

Зло в романе является основным двигателем сюжета. Труповоз, ХОДЯЧИЕ ЛИЧНОСТИ (не буду спойлерить и писать слишком уж явно) и туннели придавали главам динамики, подогревали интерес и какое-то время держали внимание на крючке. Какое-то время. Мне показалось, что Симмонс перетянул тетиву, и та если и не лопнула, то немного, хм, подраспустилась и частично пришла в негодность, отчего полет вышел не таким сильным, каким мог бы быть при всех имеющихся инструментах. Гонения героев со стороны «злодеев» затянулись, приняли форму однообразности, и надо было ускоряться в плане развития событий либо вводить что-то новое, некий катализатор. Но фигуры на доске стоят уже все, и приходится как-то ДОЖИМАТЬ. Ну ок, в принципе, но вот эти вот пляски вокруг школы и колокола в ней с мини-легендой внутри романа — не знаю, немного комично. Равно как и преследование детей огромным грузовиком-труповозом. Другие штуковины (не спойлерю) вышли пободрее и более залихватскими.

В общем, часть текста, что выше, служит долгой подводкой к минусу романа: концовка. Снова не та, что я ожидал, и не такая уместная, как мне кажется, потому что Симмонс взял курс больше на триллер, натуральный, реалистичный, и одеяло этот жанр перетянул на себя, не давая особо место развернуться чему-то еще. В качестве второго минуса — немного смазанные герои. Пара мальчишек при всех моих стараниях к их делению, «слилась».

Из плюсов:

1. Язык — хороший, ровный, без неуклюжестей, читается быстро, несмотря на словообильность автора.

2. Атмосфера — без претензий. Городок, страх, свои заботы, детство, ностальгия, пацанские взаимоотношения — всё как надо.

3. Психология — достоверна. Ребята не совершают каких-то прям вопиюще дурацких и неразумных поступков. А если и совершают, то всегда можно вспомнить, что им 11-12 лет, хе-хе (многоходовочка). Психозы, срывы, драки. В общем, персонажи ведут себя так, как и должны. Да, не без клише и чуть выкрученных образов, но в качестве специй к тем или иным ситуациям это вполне себе и не огрех.

По итогу: хороший подростковый роман, ладно скроенный ужастик в начале-середине, но ПЕРЕДЕРЖАННЫЙ к концовке.

Моя оценка: 8 из 10.

В планах, само собой, «Песни Гипериона», для большего понимания стиля автора.

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Дэниел Киз «Множественные умы Билли Миллигана»

Nikonorov, 11 августа 2019 г. 23:43

При многих достоинствах есть некоторые моменты, которые не позволяют докрутить оценку до максимума. Например, чересчур документальная первая часть. Да, казалось бы, чего ты ожидал, чувак, это просто летопись жизни Миллигана в расширенном варианте. Ну, может, большей сжатости, раз уж не избежать докладной официальности, чтобы побыстрее подступиться ко второй части романа.

Во главе истории — Билли Миллиган, молодой парень двадцати двух лет, которого полиция обвиняет в изнасиловании, а он заявляет, что не совершал их. Его арестовывают и так, потихоньку следователи и полицейские выясняют, что преступник довольно странен — внезапно может изменить поведение, акценты, речь, мимику. А читатель уже и по аннотации, и по заранее известному факту (вряд ли бы он решил прочитать роман, ничего не ведая о Билли Миллигане) знает, что у этого преступника синдром множественной личности, и в голове у него аж 24 таковых — от маленького трехлетнего напуганного мальчика до девушки-лесбиянки или югославского коммуниста. Набор, прямо скажем, богатый.

Адвокаты пытаются отстоять позицию невиновности своего подзащитного, заявляя, что он не в состоянии принимать участие в собственной защите по причине отсутствия фрагментов памяти о тех событиях, в которых его обвиняют.

Я не буду проходиться по первой части, это просто описание всех формальных судебных процедур — перегонка Билли от суда в тюрьму, из тюрьмы в больницу, и далее все перемещения просто напоминают пинг-понг. Если честно, ничего особо интересного. С Миллиганом работают психологи, которые пытаются собрать его личности воедино, а из-за постоянных стрессов эти самые личности постоянно распадаются.

Вообще, к герою проникаешься сочувствием — мало того что ситуация у него довольно серьезная и тяжелая, так еще и он показан ранимым, несчастным, запуганным и запутавшимся человеком, которого просто жаль.

В один из дней к Билли приходит некий писатель (понятно кто) и предлагает написать о нем роман. К тому же врачам и Миллигану удается соединить личности в одну — этот симбиоз представляет собой еще одну личность, которая зовет себя Учителем и помнит все, что происходило с Билли с самого детства в той или иной ипостаси.

По сути, первая часть романа встречает нас уже известными фактами, которые любой заинтересовавшийся личностью Миллигана может прочесть в википедии и других информационных ресурсах, не вдающихся в подробности и аспекты психологии и психиатрии. А вот вторая часть, про детство Билли, выглядит гораздо интереснее, шире и глубже. В этом самая прелесть романа. Хотел сказать «находка», но не будем забывать, что автор просто записал слова других людей, с должным ему талантом переложив все в удобоваримую форму.

Так вот, вторая часть, про детски годы, его становление и распад, это самое крутое и интересное. И если в первой части я довольно сильно буксовал в этом бюрократическо-канцелярском языке, то здесь все пошло бодрее и только набирало разгон от страницы к странице.

С помощью Учителя (напомню — сборной личности из всех осколков) удается приоткрыть завесу тайны и памяти и выяснить, что происходило с Билли и его личностями с самых ранних лет.

Мы знакомимся с зарождением первых людей в его голове, и каждое зарождение связано со значимым событием. Истории преподносятся органично и без потери логики. Надо сказать, что роман предваряет список всех личностей Миллигана с полным их описанием, повадками и привычками, и предугадывать, о ком заговорят в следующей микроистории, особенно занятно.

Значит, о зарождении.

Например, внутри Билли существует маленький глухой мальчик — он жужжит, чтобы ощутить в голове вибрацию и наладить какой-то дополнительный контакт с миром через новые ощущения. А поскольку Билли живет в одной комнате с братом, то тот тоже слышит жужжание и спрашивает, зачем он это делает. Но на момент вопроса это уже не тот глухой мальчик, а непосредственно сам Билли. Ну а он-то, хитрец, хоть и ничего не помнит, но старается быстро подыскать какой-то ответ, сочинить так, чтобы было как-то логично, не понимая, что за него жужжал совсем другой человек.

Или еще случай: в образе трехлетней девочки Билли шел в школу и решил (или решила) для своей учительницы нарвать цветов. А потом увидел яблоню и подумал, что принести яблоки будет лучше. Но те были высоко, и Билли-девочка расстроилась. Тогда на помощь пришел Билли-югослав, тот самый коммунист, о котором я уже упоминал, ярый защитник детей. Он забрался на дерево, отломал толстую ветку с яблоками и «спустил» ее девочке. Ситуация довольна экстравагантна — не забываем, что это один человек, а не отряд персонажей с разными характеристиками.

Кстати говоря, именно на этом моменте мне вспомнилась игра The lost vikings (мне постоянно на каждое произведение приходят какие-то ассоциации), где надо было играть за одного из трех персонажей, которые действовали в кооперативе — один прыгал, второй был со щитом и защищал остальных, третий — оружейник с луком и мечом. И они как бы представляли один отряд, но каждый из них был самостоятельной единицей.

А смена личностей Миллигана происходила так: Билли засыпал, и на его место приходил кто-то другой. И когда каждая из дробей сознания входила в так называемое пятно света, становясь активной, получалось, что та будто телепортировалась из одного места в другое, помня последний эпизод перед «засыпанием».

Чтобы не сойти с ума, Билли, как пишется в книге, начал сочинять, подгонять факты, выдумывать какие-то объяснения и заполнять лакуны сознания с единственной целью — скрыть от всех, что большую часть времени он не помнит, что было несколько дней, часов или минут назад. Соответственно, со стороны замечают, что Билли будто впадает в транс, и считают его странным. Немудрено.

Однажды Билли ударяет током. Вместо него «просыпается» другой человек, он изучает розетку, смотрит, куда ведет кабель, идет по линиям электропередач, доходит до электростанции, а потом и вовсе самостоятельно в библиотеке изучает это самое электричество.

Так родился Томми — человек, шарящий в электрике.

Личности Билли имели нездоровый информационный голод в определенных сегментах базы знаний и кропотливо изучали те или иные области, формируя себя как личность и становясь самостоятельнее и целостнее. И в то же время — полезнее.

Интересно читать о сторонних людях — его приятелях и родне, сталкивающихся с ним в быту и, в отличие от тебя, не понимающих, что с ним происходит.

Устав от постоянной чехарды, Артур — главный над личностями — наводит порядок в голове и составляет свод правил. Ему надоедает, что личности берутся за какое-то дело, не заканчивают его, уходят, а пришедшие на смену по незнанке попадают в какие-то передряги. Артур делает упор на то, что все свободное время надо самосовершенствоваться. Никакого досуга — только образование, оттачивание своих ключевых навыков, чтобы быть взаимополезными.

Иногда ему удается держать личности под контролем и жить в мире, как это было, например, в квартире, которую он снял в Ланкастере.

Говорить об их взаимодействии и всяких случаях можно долго, но, помимо грусти и сочувствия к человеку, у меня пробивались лучи не то чтобы сомнений, а, скорее, размышлений. И главный вопрос, который, как мне кажется, встает вокруг истории с Миллиганом, один — был ли он действительно болен или искусно врал?

Хорошо, мы рассмотрели случай со стороны врачей, со всеми заключениями, беседами и методиками. Но что если всё проще, но в то же время гораздо запутаннее? Что если расслоение личности — это овеществленное одиночество? А как насчет версии, что это нечто эзотерическое — а-ля один сосуд для множества душ? Ведь в Билли жили и югославы, и британцы, и австралийцы, и выходцы разных концов Америки, разного возраста, разнополые, наконец! А может, это что-то взрощенное внутри себя, обустроенное, как осознанный сон, где персонажи так же выстроены и основаны на каких-то обрывках памяти, из компиляции по совокупным впечатлениям от книг, фильмов и прочих источников информации, которые были впитаны сознанием, но исторглись наружу не прямо, а секционно, структурированно, в виде того или иного персонажа. НЕЯСНО.

Однако против эзотерической версии свидетельствует то, что, несмотря на разность интересов личностей, они выполнялись одним человеком, и увлечение у всех одно — рисование. Да и вообще, если поковыряться, то физиологических ляпов можно накопать порядочно. Один из них — это девушка Адалана, которая решает сбрить усы, мотивировав тем, что они ей никогда не нравились. То есть что, она смотрит в зеркало и видит густые мужские усы и не смущается или что? Скорее всего, личностные качества выражались в Билли через других людей в его голове, а сам он был целиковым, но надумывающим и мнительным. Потому что личности «заезжали» одна на другую, и никаких фактологических конфликтов по той же внешности не возникало.

Я думаю, что это все не виделось отдельными личностями Миллигана, а придумывалось сиюсекундно, на ходу, с помощью сверхбыстрой фантазии с отлично запрограммированной логикой. Но тогда Миллигана можно считать гением, что, однако, все равно не исключит его отклонения и наличия болезни.

Может, он просто эскапист высшей формы, заигравшийся в персоналии и несуществующих людей. Все говорят, что раскол личности начался после того, как его изнасиловал отчим, но надо помнить, что первый воображаемый друг у Билли появился в три года и восемь месяцев, когда ему не с кем было поиграть.

Версий у меня много, какая из них правдива — нам уж не понять. Могу сказать одно, что прочитать этот роман стоит хотя бы ради столкновения с необычным заболеванием, внутрь которого, к тому же, нам позволяют взглянуть. Если это, конечно, заболевание. Но и как, так сказать, произведение с нестандартным фантдопом это читается бодро и цепляет необычностью.

Если бы я не знал судьбу Билли, о котором читал еще давным-давно, подумал бы, что ему уготован финал как у героя «Над кукушкиным гнездом» Кена Кизи. Здесь она иная, но не сказал бы, что с менее горькой концовкой. Киз прекрасно показал страдающего человека, уставшего от безвыходной ситуации, то и дело стремящегося покончить с собой. Миллигану и вправду сочувствуешь и сожалеешь, что с ним произошло такое несчастье.

Вот только природа всего этого так и не ясна.

Подробнее — в моем видеообзоре: https://youtu.be/Gt23vAhWHss.

Оценка: 8
–  [  3  ]  +

Цугуми Ооба «Книга 4. Любовь»

Nikonorov, 4 августа 2019 г. 16:52

Читал одним омнибусом, включающим 3-ю и 4-ю книги, так что пишу общий отзыв.

История продолжается и набирает обороты — Эл поступает в тот же универ, что и Лайт. Противостояние накаляется. Оба присматриваются друг к другу и в душе понимают, подозревают, что они — те, кем являются (Эл и Кира соответственно). А тут еще и сам Эл в открытую признается, подсаживая Лайта на крючок своего расследования. Получается интересная логическая вилка — либо детектив выживает и продолжает расследование, либо умирает, и тогда становится ясно, что Кира — это Лайт. Играют оба виртуозно, потому что доказательства-то хоть и витают на орбите сознания, но напрямую ничего не заявить. И мы снова наблюдаем за виртуозной и тонкой политической партией в шахматы. Круто.

Но в процессе расследований на поле внезапно появляется Кира номер 2. Как полиция, так и сам Лайт начинают поиски новой фигуры. Лайту это особенно важно, ибо новая персона причиняет массу неудобств и в силу особых причин действует часто неосмотрительно.

Всё это приправляется еще и тем, что Эл привлекает Лайта к расследованию, и теперь он вынужден бок о бок работать с детективом, филигранно удерживая равновесие на тонкой черте между увиливанием и «обнажением».

Кира номер два обнаруживается быстро, выясняется, что это девушка, которая, к тому же, тоже владеет тетрадью смерти и имеет в «друзьях» своего бога смерти. А еще она, хе-хе, слепо влюбляется в Лайта, полная восхищения его действиями и мотивами, и всячески ищет способы для встречи с ним. Ну и вскоре для Лайта наступает сложный этап — следить не только за собой, но и за этой девушкой. Имитировать отношения, диктовать ей, как действовать, чтобы сохранить инкогнито и прочие инструкции. Вообще, очень здорово передано всё НЕУДОБСТВО и даже БЕЗВЫХОДНОСТЬ, которые испытывает Лайт. Дров наломано много, обратной дороги нет, проблемы только копятся.

Интерес продолжает тлеть, и в продолжение окунусь уже скоро.

Оценка: 10
–  [  4  ]  +

Эд Макдональд «Чёрные крылья»

Nikonorov, 22 июля 2019 г. 02:09

Это дебютный роман автора, у нас выпущен «АСТом» в серии «Шедевры фэнтези» в 2018-м году. Всего в цикле, который называется «Печать ворона», планируются три книги, и второй, вроде как, в переводе.

И да, то, что это дебют, видно сразу. Как и то, что книге явно не хватает редактуры. Пропущенные знаки препинания, тавтологии и прочие несуразицы так и пестрят. Тут у нас имеются: «Я вспомнил, где я уже видел эту коренастую фигуру на фоне огня», «я уписал еду, пиво помогло улечься в желудке, я услал Ненн» и «мои руки начали трястись».

Да и сам роман подан достаточно в лоб, без нескольких слоев, в очень прямолинейной киношной манере, которая забрала на себя часть логики и здравого смысла.

Мне изначально было трудно вчитываться в текст — не только из-за перевода и редактуры, но и из-за манеры письма автора. Текст стилизован под грубую речь наемника, не церемонящегося в подборе фраз и их благозвучия. В этом роман перекликается с «Черным отрядом» Глена Кука, который я, кстати, недавно обозревал, и здесь у меня точно так же рассеивалось внимание.

Такой текст для меня — на грани фола, когда иной раз думаешь, что написано так плохо, что как будто бы нарочито, адаптированно под типаж действующего лица.

Главный герой, кстати, Рихальт Галхэрроу. Он капитан отряда «Черные крылья» и служит напрямую Вороньей Лапе — одному из Безымянных, которые ведут войну с Глубинными Королями. И те, и эти, надо сказать, могущественные маги и чуть ли не боги.

Нам показана часть мира, а именно — граница, своеобразное ожерелье из станций, которые тянутся вдоль территории Морока, и жители станций следят за тем, чтобы оттуда не лезли на города всякие твари.

Морок — это главная фишка романа. Это болезненная территория, которая образовалась в результате относительно давнего сражения между Безымянными и Глубинными Королями. При помощи заклинания были уничтожены два города, и на их месте возник здоровый кусок пустыни, пронзенный магией и всякой жутью. Там не властны законы природы, и вообще люди опасаются этого места и стараются избегать.

При описании Морока автор явно вдохновился миром, который сдвинулся, из «Темной башни» Кинга. В нем тоже стандартные законы физики не работают, все сдвигается и не поддается объяснению. Над ним даже небо свое, расколотое и периодически воющее от боли. Круто. Это подкупает. Необычные флора и фауна, рельефы, небо и так далее. Место это довольно нервное, тревожное, беспокойное. Ему не доверяешь, оно вызывает подозрение и опаску. Благодаря метким фразам и отработанному поведению и привычкам отряда главного героя это передается максимально обширно и полно. Морока вообще хотелось бы побольше — при некоторой схожести с Кингом он все-таки самобытен и видно, что автору было по кайфу писать про него.

Сюжет складывается из того, что на одной из станций главный герой встречает свою давнюю возлюбленную Эзабет, и с этого момента начинаются их совместные приключения. Квест строится вокруг Машины Нолла — огромного мощного устройства, созданного Безымянным для пресечения атак армий Глубинных Королей. Ее-то герои и попытаются активировать и завести, ведь Эзабет провела исследования и утверждает, что эта самая машина не работает. К ней не поступает нужное количество энергии, и вообще эту энергию похищают городские власти для своих целей.

Из-за этих громких высказываний за Эзабет и, соответственно, Рихальтом, начинается слежка, их преследуют, они становится не в милости, и князья города делают все, чтобы помешать их расследованию и не оглашать довольно палевную информацию.

Кое-кому явно не выгодно, чтобы народ узнал, что главное оружие человечества— попросту бутафория, и героям пытаются закрыть рот.

Здесь у нас будут и заточения в психушку, и покушения, и уничтожение улик, блокировка банковских счетов, и персонажам придется здорово попотеть, чтобы достичь своей цели — выяснить, работоспособна ли Машина Нолла в принципе и сможет ли она отразить надвигающееся вторжение.

Часть сюжета заключается в банальном выживании, но изрядное время уходит на поиски концов, ведущих к информации о том, как заставить Машину работать, используя выявленный одним из Безымянных парадокс, который, несмотря на недопоставку энергии, сможет заставить машину работать как надо.

Всё, вроде бы, здорово — городское фэнтези с вылазками в таинственный Морок и приключениями в нем, но никакого масштаба истории и захватывающих поворотов и движений сюжета здесь не чувствуется. Может, это вызвано восприятием главного героя — на первый взгляд черствого сухаря и пьяницы, но я не поверил в это, поскольку отсутствие масштаба — не единственное слабое место романа.

Здесь не чувствуется размаха мира и я до сих пор не понимаю его масштаба. Сперва я думал, что он сосредоточен только в этом приграничном анклаве и за его пределами ничего нет, но пару раз упоминался океан и какие-то далекие города. Хотелось бы больше ясности и простора.

Сама структура и идея противостояния людей против Глубинных Королей незамысловата и подана без ухищрений. Вся ситуация с нападениями напоминает компьютерные игры в духе Tower Defence или Доты — две базы (с одной стороны Морок, с другой — город), промежуточные посты и башни, пустыня и пушки, регулярная отправка воинов. Абсолютно прямая война без ответвлений, союзников и интриг.

Роман мог бы остаться плосковатым и слабым, если бы не сильнейшая линия Рихальта и Эзабет — их взаимодействия. Я вообще готов поставить этот роман в ранг мелодрамы в антураже темного фэнтези. На протяжении всех событий мы наблюдаем за судьбой некогда возлюбленных, разделенных перипетиями судьбы, которые через тяжелые двадцать лет встретились, но, став иными, прошлого не забыли. Приятно видеть, что здоровая солдатская детина, постоянно пьющая, не утратил чувств и подвержен страданиям и рефлексиям. В это веришь и за это переживаешь. Но сам он закрывается от прошлого и говорит:

Как бы Рихальт ни уходил от осознания давней влюбленности, у него ничего не получается. Ему здорово досталось по жизни, произошло много кошмарных событий, он превратился практически в алкоголика (в свободное от выполнения обязанностей время). Автор удачно показал мысли пьяного человека, и иногда повествование пускалось прямо в микромодернизмы, демонстрируя поток сознания выпившего человека. Это интересно и уместно разбавляет грубоватый тон солдата-наемника.

А любовная линия тем острее, чем чаще главный герой топит воспоминания о прошлом в алкоголе.

Я с удовольствием следил за отношениями Рихальта и Эзабет. Могу сказать лишь, что автор довольно жесток и бессердечен к главному герою, это очень видно, и, к сожалению, часть вещей, которыми должен закончиться роман, угадываются довольно легко. Спойлерить не буду, но очевидные подводки к некоторым событиям оказались слишком явными, и это подпортило впечатление. Автор поставил киношную драму выше логики и здравого смысла, и это совсем не плюс.

Но, опять же, то, как поданы отношения, оставило самые приятные эмоции. Конечно, в угоду чувств и трагики они чуть выкручены и я не всегда понимал, что же им мешает в романтическом раскрытии, но у героев на этот счет слова находились.

Повторюсь, события не имеют должного накала и катарсиса — отчасти потому, что это все-таки дебют автора и тут много шероховатостей, отчасти потому, что опытный читатель все предугадает, но, как бы то ни было, концовка удалась — она необычайно горькая и депрессивная, с тяжким осадком и с не менее грустной и беспросветной завязкой на следующие части.

Подробнее — в моём видео-обзоре по ссылке: https://youtu.be/xlPQ84BCyIs.

Оценка: 7
–  [  11  ]  +

Аркадий и Борис Стругацкие «Трудно быть богом»

Nikonorov, 14 июля 2019 г. 15:15

Абсолютно прекрасная повесть, которая оставила самые приятные и глубокие впечатления.

Сюжет заключается вот в чем: есть некая планета, на которую с Земли будущего высланы двести с небольшим разведчиков-исследователей, сотрудников института экспериментальной истории. Отправлены они туда для того, чтобы наблюдать за обществом средневековья и в нужные моменты подталкивать его в правильное русло, особо не вмешиваясь, лишь направляя на путь очеловечивания. Действовать надо скрыто, не явно, чтобы не лишить людей самостоятельного развития — все-таки исследователи здесь в роли наблюдателей.

Чтобы взаимодействовать с обитателями планеты, они выдумывают себе легенды, берут вымышленные имена и внедряются в глубины средневекового строя, аккуратно привнося всякого рода новшества по типу использования носовых платков или упоминаний о необходимости регулярного мытья.

У нас есть главный герой по имени Антон, который для местных жителей известен как дон Румата. Будучи на службе у короля одного из государств, он сталкивается с главным антагонистом повести — доном Рэбой — министром, который пользуется старческой дряхлостью короля и методом интриг и хитрых инсинуаций подрывает общественный строй. Благодаря этому человеку начинаются гонения грамотных: стихотворения поэтов выворачивают наизнанку, и те внезапно превращаются в высмеивателей власти, ученых нарекают помешанными, знахарей выставляют отравителями, короче говоря, искореняют и обесценивают культуру и образование как могут, трансформируя общество в безликий холодный механизм.

Попутно дон Рэба создает армию серых — слепую и верную тупую массу людей, готовых прирезать любого грамотного человека, вплоть до своего родственника. Румата понимает мотивы, но понимает, что без науки и искусства государству не стать доминантным.

И в один момент происходит убийство короля, его место занимает дон Рэба, который уже подготовил армию для распространения щупальцев своей власти. Приходит эпоха репрессий и окончательного дожевывания останков образованности и культуры.

Грусть в том, что Румата не может вмешаться и прекратить бесчинства, отчего страдает и проклинает свою работу. Светлое пятнышко во всем этом — девушка по имени Кира, в которую он влюбляется. Надо сказать, что Кира и вправду подана очень чисто, приятно, и можно посетовать лишь на то, что ее в повести оказалось маловато.

На мой взгляд, соль произведения в демонстрации смены общественного строя, в показе его упадка и деградации. Размышления Руматы напоминают нам о самом важном: о необходимости знаний, культуры и искусства, и это разительно контрастирует на фоне тирана Рэбы, который напрямую заявляет, что при помощи всяких пыточных устройств можно заставить человека верить во что угодно.

Вообще, эта работа невероятно глубока и полна философии. При помощи грамотно выстроенного и продемонстрированного общества, его отдельных элементов или же масс, авторы через детали, эмоции и фразы рассказывают нам... О нас самих. Абсолютно достоверная психология смогла оживить каждого собеседника, с которым приходилось разговаривать главному герою. Частенько авторы пускались в карикатуры, немного гиперболизируя, но тем печальнее было видеть, что от правды это ушло недалеко.

Здесь почти в каждом эпизоде можно увидеть отсылку на тот или иной пласт или типаж людей. И это настолько же жутко, насколько высоко мастерство Стругацких.

Мне очень грустно, что текст на сегодняшний день, спустя полвека, не теряет актуальности и по-своему в тренде. Во всяком случае, отклик он найдет у любого, в этом я уверен.

Знаете, я не очень переживаю о том, что излишне приоткрыл сюжет. Я воспринимаю повесть как философский доклад и повод поразмышлять. И тем для размышлений в небольшом произведении хватит на долгое время. Со своей стороны могу сказать, что вижу некое противоречие в стремлениях дона Руматы. Недаром местный революционер в сердцах сказал ему, чтобы тот уходил обратно и не дарил надежд и не забирал веру в собственные силы.

В этих словах чувствуется боль людей, привыкших надеяться на себя, отрицающих бога и любые надежды на нечто высшее, ведь это ослабляет их натуру и делает личность хрупкой. Мощь диалогов возводит роман в ранг исследований человечества и его несовершенства.

В чем я готов согласиться с этим революционером и к чему я упомянул противоречия: на той же странице, где Румата рассуждает о необходимости государства в науке и культуре, он говорит, что процесс «оцивилизовывания» государства необратим, и рано или поздно правителю осознают потребность в искусстве и прочем.

То есть, получается, что они прилетели наблюдать, а по факту, понимая, что рано или поздно варварские законы и тирания будут искоренены более интеллектуальными подходами, все равно не сдерживаются и бросаются менять то, что им не нравится.

Вряд ли это какой-то там ляп. Скорее, желание показать порывы человеческой души избавиться от проблем быстро и разрешить их как можно оперативнее. Это стремления к лучшему, демонстрация жажды наладить прям здесь и сейчас, и эти стремления, по сути, и могли привести к ослаблению революционной силы местных обитателей планеты, которые, как и говорилось, в надежде на высшее вмешательство теряют хватку и действуют не в полную силу. Так что пылкая речь в адрес Руматы в какой-то степени оправдана.

По итогу мы имеем грустный философский очерк о человечности и ее потери. О надежде и смирении. О серой массе и ярких личностях. Это прекрасный многогранный роман, который, конечно же, надо перечитывать и каждый раз задумываться и открывать что-то новое. Как и всё у Стругацких.

Подробнее — в моём видео-обзоре по ссылке: https://youtu.be/N-3gAUrUYjU.

Оценка: 10
⇑ Наверх