FantLab ru

Татьяна Толстая «Кысь»

Рейтинг
Средняя оценка:
7.47
Голосов:
1006
Моя оценка:
-

подробнее

Кысь

Роман, год

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 91
Аннотация:

Мышь — она всему голова. Ведь, казалось бы, что это такое — мышь? Маленький серый комочек? Пищит под полом, а ловишь её — она только вжик хвостом, и нету её? Ан нет. Ведь мышь — она основа жизни. Всё она даёт человеку. И мясо для похлёбки, и шкурку, да и хвостикам сушёным применение есть всегда. Мышь — и валюта самая крепкая. За связку мышей на торжище много чего можно выменять. Даже книги. И тогда, когда завьюжит, и кричит тёмными ночами в лесу страшная кысь, принесёшь в избу уголёк, затопишь печь, нальёшь похлёбки мышиной, и читаешь книги, Фёдор Кузьмичём, Слава ему, написаные. И забываешь на время о мамане, от огнецов помершей, о Васюке Ушастом, у которого ушей видимо-невидимо, о Варваре Лукинишне, у которой сотня гребней петушиных, и даже об Оленьке-красавице тоже забываешь. Одна печаль — мало книг хороших. А читать — страх как охота...

Примечание:

Роман писался 14 лет, с 1986 по 2000 год. Из этих 14 лет, по словам Толстой, четыре года она не писала ни строчки.


Входит в:

— сборник «Кысь. Зверотур. Рассказы», 2009 г.

— антологию «The Big Book of Science Fiction», 2016 г.


Лингвистический анализ текста:


Приблизительно страниц: 223

Активный словарный запас: средний (2902 уникальных слова на 10000 слов текста)

Средняя длина предложения: 48 знаков — на редкость ниже среднего (81)!

Доля диалогов в тексте: 24%, что гораздо ниже среднего (37%)

подробные результаты анализа >>


Награды и премии:


лауреат
Мраморный фавн, 2000 // Роман

Номинации на премии:


номинант
Русский Букер, 2001 // Русский Букер

номинант
Бронзовая Улитка, 2001 // Крупная форма

номинант
Интерпресскон, 2001 // Крупная форма (роман)

Похожие произведения:

 

 


Кысь
2000 г.
Кысь
2001 г.
Кысь
2003 г.
Кысь
2003 г.
Кысь
2007 г.
Кысь
2007 г.
Кысь. Зверотур. Рассказы
2009 г.
Кысь
2009 г.
Кысь
2011 г.
Кысь
2015 г.
Кысь
2016 г.

Аудиокниги:

Кысь
2001 г.
Кысь
2009 г.
Кысь
2011 г.
Кысь
2012 г.

Издания на иностранных языках:

Le Slynx
2002 г.
(французский)
Kys
2003 г.
(немецкий)
The Slynx
2007 г.
(английский)
The Big Book of Science Fiction
2016 г.
(английский)





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Кысь это НЕ фантастика. По детски наивно пытаться определить жанр этого произведения как постапокалипсис. Приблизительно так же как заявлять, что «Преступление и наказание» это детектив. Да и для той и для другой книги это верно. Формально. Но и там и там, внешние атрибуты жанра не более чем рамка для картины. Вы ведь не ходите в Третьяковку любоваться рамами вывешенных там полотен?

Кысь это прежде всего психология. Психология главных и второстепенных персонажей и ее выражение во внешний мир. Вот здесь как раз и нужны эти странные декорации утрированно убогого и лишенного даже минимальной логичности мира. Автор, гиперболизируя внешнюю среду создает условия для изучения внутреннего мира персонажей. А персонажи то сплошь знакомые и именно это и пытается донести до нас Татьяна Толстая — оглянитесь, вы уже веками живете в мире «Кыси». Именно так — «вы».

Но это так, в пределах полемики с предыдущими ораторами. Нельзя философское по своей сути произведение загонять в шаблоны. Тесно ему там.

А что касается оценки книги. Язык великолепный, яркая стилизация под текст конца 18 начала 19 века. Эдакие повести Белкина в фантастическом антураже. Не зря автор так долго «вылизывала» обороты и подбирала слова. Это, пожалуй самое лучшее в книге. Что касается остального, то мое мнение — книга получилась сильная, но ровно в такой же степени книга получилась поганая. В том смысле, который вкладывали в это слово на средневековой Руси. Это чуждое, откровенно нечистое и малоприятное прочтение человеческой сути от весьма своеобразного человека. Буквально с каждой строчки сочится презрение к людям и снобизм к беспросветности их бытия. Причем, текст оставляет ощущение, что автор себя позиционирует «над» своим миром. Разделяя себя и их — своих героев и их прототипов. Причем сострадания к героям вы здесь не найдете. Скорее какая то беззубая ненависть автора к собственным персонажам.

Эта книга из тех, после которых хочется помыть свой мозг с мылом, из тех, после прочтения которых возникает стойкая антипатия к автору, как личности. Это же как надо ненавидеть окружающих тебя, что бы «выстрадать за 14 лет» такое... Прямо какая то фабрика по производству желчи.

З.ы. Осталось ощущение, что автора просто корежит, потому как все единогласно и подспудно в ее адрес отзываются: «Как-то большего я ждала от представителя Толстовского семейства» (с). А самое страшное, что и автор похоже понимает, что от нее «кровопролитиев ждали, а она чижика съела». Вот и мучает ее, гнетет слава предков, в черную депрессию загоняет... ну а дальше, применяется классический для русской интеллигенции способ выхода из депрессии — «обосри все вокруг — на коричневом фоне собственная серость лучше выделяться будет».

Оценка: 8
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Какое-то двойственное впечатление остается после прочтения первого романического опыта Татьяны Никитичны.

С одной стороны, «Кысь» писалась 14 лет. И где-то к середине происходит полное погружение в языковую среду романа. Даже ловишь себя на мысли, что начинаешь невольно использовать его языковые конструкции в своей речи.

Но вот с архитектурой постъядерного мира как-то не получилось. Не ведомо Татьяне Никитичне конструкторское ремесло, увы. Отсюда множество нестыковок в сюжете и мотивации героев.

К примеру, если некоторым героям по 200-300 лет, и они прекрасно помнят доядерную эпоху, то почему же современное им общество никак не может выбраться из неолита и даже не в силах зажечь огонь, сохраняя его посредством угольков?

***

Действие «Кыси» разворачивается через несколько столетий после атомной войны, на развалинах бывшей Москвы. Мутанты и перерожденцы пытаются выжить в чуждом для них мире, где водятся летучие зайцы, курицы улетают на юг, а главный веселитель и наркотик – ржа. Вновь проходя все стадии развития человечества – каменный век, рабовладение, средневековье и далее, наверное, к очередному Взрыву.

Движущий мотив главного героя – чтение книг. Причем, важен именно сам процесс, содержание вторично. На одной полке соседствуют и стихи Пастернака, и журнал по коневодству, и даже таблицы Брадиса. Именно книги приведут Бенедикта в опричники-санитары и подвигнут на революцию местного масштаба.

Весь вопрос – насколько убедительна такая мотивация. И даже шестипалый Пушкин не спасает повествование.

***

«Кысь» невольно сравниваешь с «Метро 2033». Та же исходная позиция, но в мир, описываемый Глуховским, почему-то веришь. Веришь, что все шесть лет, в течение которых писался роман, Дмитрий сам провел в подземелье. А к Толстой доверия, увы, не возникает. Получилось такая интеллигентская рефлексия на воображаемый мир со множеством аллюзий на Платонова, Замятина и прочих антиутопистов начала 20 века.

Но, тем не менее, книгу надо прочесть обязательно.

Все-таки, веха в русской литературе 2000-х.

Оценка: 7
–  [  -2  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Глубоко и довольно умно написано. Вкусный, стилизованный язык. Уже неоднократно возвращался к этой вещи. 10/10

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Ох, долго шёл к этому роману… Впервые услышал его по радио, чуть не двадцать лет назад, в пору, которую ещё вправе назвать детством. Это, помнится, была монопьеса Алексея Дубровского, но выпуски её были до обидного короткими, да и слушать регулярно не всегда получалось – так что в памяти она осталась какими-т о мутноватыми, но атмосферными, тоскливыми, а иной раз страшными, но тут же весёлыми отрывками. Позже я, кстати, нашёл запись в интернете, хотел послушать, но слушать целиком было тяжело, из-за частых (очень уж частых) вставок – мяуканья, охов, ахов, скрипов и т.д. и т.п. – впрочем, как оказалось, передающих атмосферу романа очень верно. Позже, когда стал работать в библиотеке, специально выписал эту книгу, что б прочитать самому – а она постоянно оказывалась на руках! Причём были такие товарищи что только и делали, что её перечитывали! И вот, наконец, я умудрился её перехватить…

А читать начал со страхом – ведь так оно бывает: что-то оставило впечатление в детстве, а потом, перечитываешь, и разочарование, будто холодным дождём окатывает. А тут нет – покатился роман сразу! Вчитался я в него с первых строк! И полюбил его с первых строк, так как иначе-то и нельзя, весь он чудесен, и язык его – это просто пиршество, блюдо изысканное, но при этом родное до восторга. И мир прекрасен – пожалуй, впервые вижу столь обаятельный постапокалипсис! – расписанный запоминающимися диковинными красками, такой вот свой, удивительный, забавный, с какой-то невероятной почти мультипликационной гипертрофией, но сочно, густо живой, правдивый в чувствах, иногда до сосущего ощущения невесть откуда взявшейся, пронизывающий душу тревоги, чего-то невыразимого словами… Да что там, одним этим можно наслаждаться – миром, языком; смеяться, тревожиться, удивляться яркой авторской выдумкой.

Но, а дальше пошло. И превратился роман не просто в набор чудных брейгелевских, но при этом таких родных русских картинок, а в литературу – ту самую, высокую, что иной раз жжёт и во всём веселье выдаёт муку, бьет по глазам жестоко горячей рукой правды. И стало понятно, что как настоящая, да притом именно наша, русская литература, это всё не про будущее, не про мир после ядерной войны, а про настоящее, если не сказать вечное. И вечное сквозит в этой блистательной сатире, в искажённых забавных картинках – вечное и, сквозь смех, горьковатое. И страшно становиться за Бенедикта, ибо он действительно Кысь, и путь его это взлёт вверх по властным ступеням и падение вниз по ступеням духовным; а, казалось бы, оторвался от глупого мира, от себя как от дурака, прочитал сотни книг, стал «одухотворён», да только читаючи ничего не понял – и оттого-то кажется, что от книг этих не добро, а скорее зло, а если брать шире, если человек пуст в душе, костный, то и «искусство» и знания ему не помогут, а только наворотят бед. Да за мир страшно, мир, в котором карлик-глава выдаёт всё, от изобретений до стихов, за своё; в котором революция (а бунт и очищающий финальный всполох – это уж как водится в великой русской литературе) приводит к тирании большей, в которой даже самый а-ля Шариков скотина своё место найдёт и правит с кровью; да и Прежние с их столетней мудростью и памятью о прошедших до Взрыва временах только и могут, что своим кругом воздыхать о нравственности, но при этом ни-ни передать свои знания или изменить этот мир… Горчит всё это веселье. И сатира эта – нет, не кажется оскорбительной (как например мерзкая сатира Войновича), а именно горькой, так как правда не оскорбляет; а тут за этим всем – правда, и её чувствуешь душёй, её видишь вокруг, и знаешь, что всё это действительно наши, русские, национальные черты, всё это у нас в душе есть, в народе есть, в обществе есть. И потому я считаю, что роман этот – настоящая русская литература, большая литература. И настоящая сатира, большая, исконная (и в то же время яркая, авторская, новая, свежая) – из тех над которой и насмеёшься вволю, и позже, пусть про себя, в тайне, но и нагорюешься тоже вволю, ибо жизненная правда тоже в ней, под ядреной коркой чудаковатого, уморительного постапокалипсиса и кремовой пеной тонкой литературной игры. Удивительная книга, которую, мне кажется, я прочитаю ещё не раз!

Оценка: 10
–  [  11  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Пожалуй, «Кысь» — одно из самых любимых моих произведений. Глубокое, умное, необычное, тревожное.

Кто главный герой книги? Бенедикт, трансформирующийся из глуповатого простака (даром, что сын «прежней») в злого и опасного (но от этого не менее несчастного) санитара? Или невидимая, но вездесущая Кысь? Или все жители городка Федоркузьмичска (слава ему!)? Нет, гораздо шире: все мы, российское общество, сама страна наша, большая, но бестолковая. Именно о нас и о ней ведет своё удивительное повествование Татьяна Толстая. Это все мы, голубчики, виноваты в том, что наша Россия как-то исподволь, незаметно превращается в тот самый Федоркузьмичск, где обладание книгой (читай: знанием) становится опасно для жизни: разве наши попы уже не начинают сжигать на кострах неугодные православию книги, громить выставки, засуживать инакомыслящих? Это наш недосмотр, что балом правят ограниченные умом и ростом хитрованы и ворюги Федоры Кузьмичи и все его мурзы. Это наше будущее талантливо описано в книге.

Кто-то скажет: это гнусный сарказм на Отечество. Нет, патриотам «Кысь» читать явно не стоит — во избежание баттхерта. Для них есть куча другой, менее интеллектуальной фантастики. «Кысь» — для людей думающих, адекватных, критически мыслящих.

Ну и отдельных слов заслуживает язык книги. Это — настоящий пир для лингвистически озабоченных читателей: что ни фраза — то жемчужина, что ни слово — то изумруд!

Огромное спасибо автору за чудесное произведение, заслуживающее самых высоких оценок!!!

Оценка: 9
–  [  15  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Ох и любят всяческие авторы-изобличители кинуть в народ «Кто виноват?», а затем начать просторно отвечать на ими же заданный вопрос. «Кысь» — ответ, несомненно, ехидный и в чем-то талантливый, но только лично мне такие ответы уже не особо интересны, да и не нужны по-хорошему, и оценивать их как-то взвешенно даже уже не хочется. Надоело. У нас тут в кого ни ткни, каждый второй виноват. Вы лучше, господа и дамы извлекатели людских пороков, написали бы что-нибудь про другое извечное «Что делать?», а может и, неровен час, выдали бы какое бойкое «Есть такая партия». А то плачь о том, как все плохо на Руси-Матушке уже века в нашей литературной традиции раздается. Каюсь, сам грешен, иногда повыть люблю. Но все же цветы произрастают даже в самых засушливых пустынях, и их можно найти, если конечно искать, а не перемалывать без конца песок в одних и тех же местах.

Оценка: нет
–  [  25  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Тяжело оценивать это произведение, поскольку оно — сатира, насмешка над русским обществом, даже не так, над русским народом. Ни постапокалипсис, ни странный говор, ни повествование, этим странным говором написанное, ни фантастические твари не скрывают высмеивания автором проблем России, а так же непомерное раздувание этих самых проблем. Все мысли главного героя, его реакция на такие вещи как слепое повиновение власти, отсутствие и подавление инициативы, стукачество, нелюбовь к ближнему, неуважение старшего поколения говорят о том, что это нормально. Более того, не следует выделяться из толпы и даже если что-то тебе не по вкусу, прикуси язык и делай как велено.

То, что автор написала (по крайней мере пыталась) это произведение языком простым, можно сказать, языком российской глубинки, чем пыталась достучаться до масс, вызывает только отторжение.

Итог: это не антиутопия, это сатира. Но сатира обычно высмеивает конкретные пороки человека или общества, в этом же произведении автор не высмеивает, а раздувает свое недовольство русским обществом. Нельзя так, свою Родину надо любить.

Внимание!: отзыв написан под влиянием патриотически чувств.

Оценка: 3
–  [  6  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Роман написан в популярном для ХХ века жанра антиутопия и рассказывает о жизни общества в эпоху постъядерного апокалипсиса.

Выжившие представители человеческого рода по крупицам собирают предметы, оставшиеся от прежнего мира, хотя далеко не всегда понимают как ими пользоваться. Общество уже опять успело расслоиться на «простых смертных» и правящий класс. Отдельно стоят так называемые «перерожденцы», которых и к людям то не относят. В центре повествования находится судьба Бенедикта- сына выжившей интеллигентной женщины. Из наивного и добродушного человека он постепенно превращается в преуспевающего зятя власть имущего чиновника, который использует его в своих целях в борьбе за абсолютную власть. По сути это грустные размышления автора о роли и судьбе интеллигенции в эпоху исторических перемен и переворотов.

Книга насыщена тонким юмором, языковой игрой, неожиданной образностью.

Очень рекомендую к прочтению.

Оценка: 9
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Сатирический этнографический роман-антиутопия. Хочется определить его «славянским стим-панком», но уж больно мало там механизации, а все мутации, да деградация.

Главный герой романа Бенедикт («собачье имя») живет через 200 лет после ядерного взрыва. Кто и что взорвал — история умалчивает, и как бы дает шанс и нам лицом не ударить, и Загранице нам помочь. Живет себе голубчик — мать-отца схоронил, писарем трудится (три поколения интеллигенции в семье все же), радуется, что Последствий никаких у него нет... А поди ж ты! Женился мезальянсом. К жене в терем переселился. Тесть его своему ремеслу обучил, книги старопечатные показал... Вот житуха пошла! Читай! Толстей! А все на душе Кысь скребет. Все волнуется.

Почему «Кысь»? Кысь — это русская тоска, она же пушкинский сплин, она же неприкаянность. Я даже думаю, что не было у них такого зверя. Он просто в каждом свой живет — и гнетет, и гонит. И перерождение Бенедиктово — оно тоже не физическое было, а скорее эмоциональное, метафизическое. У него на душе камень тянет, следит, не отпускает, так и он в чьей-то душе стал камнем! А как описывается «муза» поиска книг? Да это же страшный сон, геноцид и все такое!

Книга для тех, кто любит читать о читателях и книги о книгах. Но красной строкой через весь роман идет мысль, что мало читать, нужно осмысливать. И что не список прочтенного формирует личность. И личность сама читает в книгах только то, что хочет читать (наш голубчик вот все про баб вычитывал, а морали не извлек ни на грамм).

И еще здесь о зависимостях. И самые ужасные зависимости те, что питают души власть имущих слоев, ведь с их молчаливого согласия творятся многие беззакония...

Чего больше в романе: взгляда в будущее или обиды за прошлое? Не знаю. Но то, что детство Никиты (отца автора Татьяны Никитичны Толстой звали Толстой Никита Алексеевич) отличалось от детства Никитичны так же сильно, как наша жизнь и жизнь Федор-Кузьминичска — однозначно. Зато есть точный ответ, что жизни за МКАДом нет, что на жизнь вечную, да с бонусами, может рассчитывать только образованная часть общества. А обычные люди годны либо в перерождение, либо на мутации, и влачить им жизнь бедную, беспросветную, пока очередной взрыв не бабахнет.

К издательству претензий нет. Книга приятная на ощупь, плотные страницы, достаточный размер шрифта. А вот к автору... Ох, но какое ей дело... Она была в Париже, ей сама Марсель-Марсо чего-то говорил... 14 лет писать роман, да все по заграницам. Слова колкие, речь не льется, а крошится... К каждому сеансу «мата» проведена тщательная подготовка... Нет... Так в деревне не выражаются! Там либо так живую и щедро плещут, либо вообще не пользуются.

В общем, книга рафинированное, эстетская. Наверное я многого не поняла из-за недостаточности образования. Наверное, со временем она выстрелит, раскроет новые смыслы, будет обязательна к прочтению школьникам. Да и мне она в принципе понравилась, но чего-то не хватило... С детьми Бениными вопрос мутный, финал какой-то куций, стиль в последних главах подкачал. Как-то большего я ждала от представителя Толстовского семейства.

Оценка: 6
–  [  2  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Изумительная книга! Именно таким должно быть юмористическое фэнтези. Острым, умным, написанным замечательным языком. А ещё книга предлагает о многом задуматься. Роман получился многослойным, его хорошо перечитывать в разном настроении, каждый раз открывается что-то новое.

У автора причудливая фантазия, и созданный мир получился ярким, выпуклым. Мне очень понравились образы, каждая деталь прекрасна, а супчик из мышей вообще выше всяких похвал. А главное, как вкусно описано.

Отдельно хочется отметить «перерожденцев».

Оценка: 10
–  [  14  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Я пыталась, честное слово пыталась, но не вышло. Меня подкупили неотталкивающая аннтоция и хорошая оценка книги, у меня совершенно нет предрассудков, что современную русскую литературу нельзя читать. Но с этой книгой не сложилось.

Во-первых, она совсем не попала в мое настроение. Точнее, она коррелировала с моим не шибко хорошим настроением и самочувствием, но мне надо было что-то диаметрально другое для выправления эмоционального фона. Читать же про чужие Последствия (а по простому, увечья и мутации) вот совсем тошно было.

Во-вторых, мне сложно продираться через такой язык повествования. Бывает, что изобилие слов под старину делают книгу более лиричной, а бывает — более задористой. Тут же не вышл ни того, ни другого.

В-третьих, сам сюжет. Он не динамичный, тут почти нет развития сюжета (по крайней мере в начале), он просто описывает жизнь поселения людей. Я не люблю читать про этаких быдловатых местами людей, мне и в жизни хватает подобных зрелищ.

А о чем вообще книга? Когда-то где-то на земле случилась катастрофа, которая уничтожила цивилизации. Некоторые люди пережили это, но почему-то мир все-равно скатился в дремучие века, где чуть ли не колесо приходится изобретать заново. Меня просто дико мучает вопрос: остались же люди — и таких не мало, — знавшие прежнюю, высокоразвитую жизнь, неужели они не смогли перенести и адаптировать свои знания на новую жизнь? Или они забыли о самых простых понятиях, что им даже коромысло пришлось вводить в оборот через много лет после катастрофы? (Я книгу не дочитала, может там дальше это как-то разъяснялось?)

Оценка: 3
–  [  12  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Кысь» — роман-антиутопия о жизни в России через пару сотен лет после некого Взрыва. Будущее обрисовано так: захолустная деревня без связи с миром и культурного наследия; население и природа — сплошь мутанты; новый фольклор в отголосках старого; особый диалект; о прошлом — слухи, догадки, домыслы.

В центре сюжета — Бенедикт, переписчик книг для их продажи в пользу государства. Ведёт ничем не примечательное существование, и на первых парах роман строится на введении читателя в реалии художественного мира: политический строй, досуг, кулинарные предпочтения людей нового времени. Постепенно, ближе к середине, когда обрисовывается основной пласт героев и мотивов произведения, бытописание перемежается промежуточными целями, сперва простыми — подготовка к празднику, любовная интрижка; позже серьёзней — свадьба, знакомство с тёстем и тёщей; а ближе к концу проявляется основная фабула. О ней подробней.

Роман затрагивает множество тем, но одна из ведущих — государство довлеет над индивидуум, даже не столько над самим человеком, сколько над его духовностью, культурными интересами, мировоззрением — словом: что можно царю, червю не полагается. Хотя формулировка эта универсальная, она, тем не менее, описывает не абстрактную, а конкретную ситуацию, имевшуюся в СССР — и трудно не заметить в красных одеждах и образе Генерального Санитара знакомую атрибутику. Тут и выходит на первый план сатира, коей в романе предостаточно, причём юмор отличный, действительно способный смешить, и зиждется он вовсе не на банальном желании «осмеять», а на по-настоящему качественных авторских находках.

Тем не менее, «Кысь» не скатывается в пародию, сохраняет самобытность и независимость фабулы, способной не подвергнуться вторичности по отношению к прототипу. То есть, перед читателем — именно роман; увлекательный, яркий, необычный. А уже потом, довеском для желающих — аллюзия, сатира, иллюстрация. Исходя из этого, затрагивать дальнейший сюжет не стоит, дабы не раскрывать неожиданных поворотов. Он есть, оправдан желаниями героя, ведёт к кульминации, развязке, сохраняет художественную целостность — и достаточно.

Антураж произведения выписан с необычайным талантом. Жизнь деревушки наполнена колоритными деталями, зачастую неожиданными, но всегда уместными, оправданными, сообразными созданному мироустройству. По началу может отдалённо напомнить «100 лет одиночества» Маркеса — так же всё необычно, присутствуют долгожители, общий контекст первых частей будто бы не предвещает внятного сюжета, но ситуация меняется — «Кысь» даёт сотни ярких побегов, всерьёз задавая новый тон повествованию. Немаловажно, атмосфера — пусть это и звучит коряво — очень русская, знакомая отечественному читателю по всему, что окружает в течение жизни. Тот же досуг, те же взгляды, то же отношение к власти, и конечно, духовность, мистицизм лесов, красота природы — куда без этого.

Словарь произведения ошеломляет. Толстая — мастер литературного разговорного стиля, но здесь он не просто разговорный, а ещё насыщен диалектизмами, благодаря чему выходит стройный, уникальный в своём роде язык, коим изложен весь роман. Причём, важно понимать — дело не только в нашпигованности текста красочными словами с деревенским уклоном, а, что важнее — строение предложений, их смысловое наполнение, синонимические решения — всё это, как нельзя точнее передаёт образ мышления героев «Кыси».

Персонажи разнообразны. Проработаны интересы, взгляды, поведение и даже особенности речи — это притом, что текст заключён в узкие рамки диалектной стилизации. Особенно любопытен внутренний мир протагониста, не смотря на скудоумие героя. Тут уместно вспомнить «ружья» — если в обычном романе эти самые «ружья» — детали повествования, вроде предмета, коим затем воспользуются, то в «Кыси» — это брошенные вскользь слова и фраза, чьи неверные интерпретации имеют катастрофические последствия в формировании мировоззрения Бенедикта, а стало быть — влияют на внешние события.

Особо стоит отметить, что «Кысь» — то редкое произведение, которое не восхваляет книги, не создаёт лишнего пафоса вокруг людей читающих, а разделяет простую истину — плохому уму и мудрая книга — во вред. Идея не уникальная, но в смуте всеобщей истерии и благоговения перед чтением, слепой вере в его безусловную пользу, по сей день свежая.

К слову, если возник вопрос, что же такое Кысь, — это легендарный зверь, якобы тоскливо воющий в лесах и наводящий ужас на округу. В романе всплывает редко, почти всегда в ассоциациях протагониста. Символизм тут глубже, нежели просто созвучие «рысь — брысь — кыш — кис». В описании Кыси регулярно присутствует «вытянув шею», иногда действие сопровождается прижатыми ушами. Те же ужимки приписываются и герою, а так же тестю когда те лишают народ книг (иначе говоря, «рвут жилку»), ту единственную, что соединяет тело с головой. Кысь — вымышленное обобщение Санитаров, прерывающих культурную жилу, что ведёт общество к безумию. Их крюки — когти, не спроста же ощущаются как части тела! Однако даже как часть суеверий среди жителей деревни — картина живописная, если не сказать, сильная.

Из достоинств романа: стиль, герои, проработка мира, юмор, здоровые мысли, яркая образность, приятная подача и увлекательный сюжет.

Недостатки так же имеются. Среди прочих — отдельные места, где с сатирой явный перегиб, и художественная ткань рвётся, обнажая едва ли не назидательное авторское: вот тут я ругаю этих, а здесь — вот тех. И вроде как уже не книгу читаешь, а проповедь.Концовка, точнее последние несколько абзацев, начиная с «воспарим», роман так же не красят: нет почвы для трактовок, нет предпосылок для заключительной сцены.

Таким образом, «Кысь» — роман с множеством достоинств: автор явно дружит и с языком и с головой. Можно смело сказать, что не только в русской, но и вообще в литературе не легко найти соответствующие по качеству работы: чтобы и стиль хороший, и развитие героев, да при этом смешно, да ещё и с хорошими мыслями. Если опять говорить о параллелях, то фабульно напоминает «Скотный двор», по подаче с идеей — «Собачьей сердце», но всё не то; всё по-своему. Тем не менее, читать или не читать? — советовать сложно, всё-таки история специфичная: не всем по нутру книга, где ядовитые чёрные зайцы гнездятся на дереве; варят суп из мышей; запрягают в сани гопников. Да и юмор — вещь тоже, сугубо индивидуальная: у кого-то данное произведение может вызвать недоумение. И всё же — это литература, причём, в лучшем своём проявлении, ибо талант Толстой очевиден. Но если начинать знакомство с автором, то лучше предпочесть рассказы. Из лучшего:

«Свидание с птицей» — сильный рассказ, с привлечением детской мифологии. Устрашающий мир взрослых через мировоззрение ребёнка. Много лирики, блестящий стиль, эмоциональная проза.

«Окошко» — ярчайший юмористический рассказ с весомым фантастическим допущением. Остроумно, лёгко, если не сказать задорно.

«Соня» — трогательная жизненная картина с интересными героинями. Из разряда «может случиться с каждым», от того ещё грустнее.

«Милая Шура» — короткий рассказ, а внутри — целая жизнь одной старушки.

«Ночь» — невероятно точное проникновение в голову не совсем обычного человека.

Оценка: 9
–  [  6  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Рад, что перечитал. Впечатление совсем иные и гораздо острее, чем 6 лет назад. Толстая заключила фабулу в стишки, а я стишки не люблю, посему и пропускал таковые. А тут читал все, так мало того что концовку понял, дык еще и там похихикать есть где, ежели сопоставить мысли героя и прочитанные им строчки. Ну и язык. Язык очень крутой. Прям такой контраст, что я наслаждался и вкушал.

Атмосферность на высоте, роман угнетал меня на протяжении всех страниц. Концовка хороша, понравились метаморфозы героев. Вообще, не хотел бы я оказаться в таком мирке. От него веет холодом.

Оценка: 9
–  [  23  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Бичевать пороки нашего родного общества — завсегда тема, притягивающая различные премии. «Ах, как верно опять описали всю скотскую сущность нашу» — воскликнет критик, и поставит плюсик. Потому что если не поставишь — значит, человек невысокого интеллекта, загнобил автора за то, что режет правду-матку.

Оно может и правду-то резать и не вредно, но у меня от таких книг всё же злость поднимается в душе. Потому что автор как бы говорит нам — «вот, я вижу кучу дерьма, и все мы в ней, а как из неё выбираться — это дело не моё, я вот вам показал, какие вы все скоты и гады, а теперь берите — и становитесь лучше». На мой взгляд, как фантастике, то есть, литературе будущего, зовущей и направляющей — цена такой книжке ноль. Но, конечно, ноль я тут не поставлю, потому что написано-то неплохо, только не про то, что я считаю нужным. Ну, и человеком невысокого интеллекта прослыть тоже нельзя.

Оценка: 5
–  [  12  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Если кто-то полагает, что открыв роман Толстой «Кысь», будет иметь дело с круто сваренной постапокалиптикой и антиутопией, он жестоко ошибется. Автор использует жанровые оболочки для завертывания в них не интересной идеи, и даже не сюжета. Автора в принципе не особенно интересует сама история как таковая. Гораздо важнее для автора — сатира/пародия на прошлую/нынешнюю/будущую действительность русского человека, умело вплетенная в контекст происходящего.

Главный герой романа — писарь Бенедикт, живущий спустя двести лет после некой техногенной катастрофы, которая откинула российскую цивилизацию в махровое, сусальное средневековье со всеми вытекающими: народ погружен в пучину невежества, бедности, живет мифическими байками о чудовищах и чеченцах, повсюду мат и пьянство, бесправные слои населения вроде перерожденцев, а власть – в руках обюрократившихся шишек. Культура почти утрачена, технологии потеряны, немногие крупицы знаний извращены, основной вопрос повестки дня – выживание.

Автор отлично поработала над миром – завитушками нарисованы разные сорта животных и растений, мутировавших под воздействием радиации, изложены основы государственного и социально-экономического устройства, ментальность, быт, нравы. Мы видим ленивых, тупых, деградировавших людей, на которых катастрофа поставила свое клеймо. Им некуда идти и не к чему стремиться, искусство для них вроде магии, подчинение власти возведено в форму религии, а основное развлечение – это прыжки с печи друг другу на головы. Извращение здесь – норма, а нормальное – бесовщина. Кролики здесь порхают по деревьям, а мышь – основа экономики, универсальная обменная единица.

Практически весь роман состоит из таких расписанных подробностей. Написан текст отменно, стилизация под старорусское письмо блестящая. Что касается неизбежной эволюции главгероя – выглядит она искусственно; автору понадобилось продвинуться в исследовании мира дальше, и ровно по этой причине Бенедикт поднимается в социальной иерархии. Он в принципе пассивен, хоть и не лишен природного ума. В романе вообще нет ярких, запоминающихся персонажей – вся народная масса рамазана по строчкам клейкой, комковатой массой, в которой проглядывают глаза, хвосты, рты, наросты и гребешки. А иногда – душа.

Если сюжет статичен, герои неинтересны, возникает резонный вопрос: для чего автору понадобилось излагать историю, и какую она имеет цель?

Ответ довольно простой: цель иллюстративна, показать, во что может превратиться русское общество, если отключить опцию «разум». А катастрофа здесь – всего лишь причина, необходимое художественное допущение. Инструмент, который сработал. Толстая через призму постапокалиптики дает нам проекцию нашего сегодняшнего общества. В современной ситуации это особенно актуально: названия разные, а механика одинакова. Что в романе, что у нас сейчас можно наблюдать процесс оболванивания народа, что там что там, у власти стоят дураки и воры, в обществе царит озлобление и зависть.

Поэтому неслучайно над всем происходящим фоном выделяется образ кыси – невидимого чудовища, которое нагоняет на человека тоску и заставляет впадать в безотчетный ужас. Кысь – это чистый страх, страх быть разумным, горе от ума, которое наступает рано или поздно, в момент, когда разум пробудится от отупляющей спячки, когда человек откроет глаза, посмотрит на царящую кругом разруху, на копошащихся в грязи соплеменников, на самого себя, осознает свою ничтожность и мерзость своего положения, поймет, что сам стал архитектором этого хаоса, поймет всю безысходность происходящего и в ужасе завопит.

Потому что нарисованная автором картинка – зрелище действительно жуткое.

Потому что кысь – это не снаружи.

Кысь – она внутри, она причина и следствие, альфа и омега этого заскорузлого унылого мирка, который однажды – упаси боже – может стать нашей суровой реальностью.

Нет, нет, нет, тьфу, тьфу, тьфу.

Оценка: 8


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх