FantLab ru

Лайон Спрэг де Камп, Лин Картер «Алая луна Зембабве»

Рейтинг
Средняя оценка:
6.97
Голосов:
225
Моя оценка:
-

подробнее

Алая луна Зембабве

Red Moon of Zembabwei

Другие названия: Алая луна Зимбабве

Рассказ, год; цикл «Конан»

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 35
Аннотация:

Тот-Амон категорически не согласен с Конаном и в последний момент ускользает на драконе. Конан упорно настаивает на своей версии событий.

Входит в:

— сборник «Conan of Aquilonia», 1977 г.



Конан и Меч Колдуна
1993 г.
Конан и Меч Колдуна
1993 г.
Корона кобры
1996 г.
Конан Бессмертный
2003 г.

Издания на иностранных языках:

Conan of Aquilonia
1977 г.
(английский)
Conan l'Aquilonien
1983 г.
(французский)




 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  2  ]  +

Ссылка на сообщение , 20 июня 2009 г.

На мой взгляд — «Алая луна Зембабве» отличная повесть. Особенно понравился момент когда Конана неожиданно спасает его 13-летний сын. А Тот-Амон вызывает симпатию. И вообще читается легко. Камп и Картер все-таки молодцы.

Оценка: 10
–  [  1  ]  +

Ссылка на сообщение , 16 декабря 2010 г.

На этот раз приключения Конана вместе с сыном получились несколько пресные: мало динамики, напряжения... И что самое удивительное, практически нет крови, драк и резни. Этакая быстрая описательная вещица, имеющая множество подзаголовков, содержание которых раскрывается очень кратко.

Оценка: 6
–  [  1  ]  +

Ссылка на сообщение , 15 июня 2006 г.

А Тот- Амон вызывает симпатию. Так стараться и мало чего добиться, зато какая целеустремленность!:haha:

Оценка: 7
–  [  -4  ]  +

Ссылка на сообщение , 7 июля 2013 г.

«Алая луна Зимбабве» (RED MOON OF ZEMBABWEI)

Да простят мне подлинные знатоки и ценители Саги, но сверять или проверять этот очередной и альтернативный Говарду текст с английским исходником нет ни малейшего желания, ни потребности. Поэтому проведу анализ официально изданного перевода на русский.

Сразу отмечу — вновь объёмный текст в основном посвящён чему (и кому) угодно, только не Конану – варвару, королю Аквилонии.

— Как же так? — Могут удивиться некоторые, не знакомые с «де-камповским» подходам к некоторым текстам Саги. — Он же вроде бы основной герой?

— Как бы не так! — Вынужден грубо ответить я, поскольку «связан» авторским текстом Де Кампа (хоть внутренне и разделяю недоумение).

Вынужденная небольшая цитата для объяснения дальнейшего:

«Поход длился уже больше месяца. Вначале войско шло вдоль восточных границ Стигии, следуя вверх по Стиксу. Затем река резко повернула на юг и они оказались на равнинах, населенных шемскими кочевниками заугирами, перегонявшими с места на место огромные стада овец и верблюдов.

Покинув пределы Стигии, войско оказалось меж землями Кешана и Пунта. Пустыня сменилась поросшими буйными травами саваннами; стали появляться и деревья. На юге Пунта берега Стикса обратились в непроходимые топи, и войску пришлось забирать далеко влево, чтобы обойти их. Теперь же они приближались к границам таинственного Зимбабве.

Тросеро то и дело поминал Белого Друида Дивиатрикса, хотя был человеком образованным и в чудеса не верил. Там, в древней стигийской столице, этот старый пропойца смог справиться с доброй сотней магов. Если бы не он, песенка аквилонцев уже была бы спета. Черного Кольца больше не существовало, хотя Тот-Амону и удалось бежать в покрытое непроходимыми джунглями Зимбабве. Граф никак не мог взять в толк, чего ради Конан с таким остервенением преследует стигийца, — маг есть маг и совладать с ним могут только маги...

И все же Конан решил положиться на собственные силы, словно забыв о том, что там, в Нептху, его спасли от смерти Белый Друид и Сердце Ахримана.

Впрочем, Тросеро знал и о том, почему Конан отпустил Дивиатрикса.

Деканаватха, вождь суровых пиктов, погиб в сражении. Преемник же его Сагояга был полон честолюбивых замыслов, — он решил собрать племена пиктов и лигурийцев, дабы захватить западные провинции Аквилонии. Единственным человеком, способным остановить Сагоягу, был Белый Друид.

Дивиатрикс покинул аквилонское воинство еще в Стигии. С собою он захватил и Сердце Ахримана, с тем, чтобы отвезти его в Тарантию и вернуть жрецам великого Митраэума. Конан волшебником не был, и потому талисман этот вряд ли смог бы помочь ему.

Прежде чем покинуть аквилонцев, друид с помощью волшебства смог узнать, где же скрывается Тот-Амон. Северные союзники мага — гиперборейское братство Белой Руки — были уничтожены аквилонцами за год до этого. Восточный Алый Круг со смертью своего правителя Пра-Юна, царствовавшего в легендарном Ангкоре, также распался.

Заповедный Град Зимбабве был единственным местом на Земле, куда мог отправиться Тот-Амон. Городом этим правил страшный Ненаунир, жрец Дамбаллы, под началом которого было три миллиона черных варваров. Туда-то и бежал Тот-Амон. Туда же направлялся и Конан.»

— То есть роль то самого Конана вообще не ясна, даже не вторична? Где ж ему без друида-то (неведомого самому Р.И.Говарду!!) справиться?..

— Не мешайте барду!.. — Что ЩАС начнётся…

«Конан предложил сыну пройтись. Король хотел увериться в том, что воинству его ничто не угрожает… Прямо же над их головами кружили огромные крылатые тени, похожие на гигантских летучих мышей.

Конан замер от изумления. Лучники, стоявшие рядом с ним, целили в небо. Прямо на них неслось черное чудовище с телом большим как у льва, изогнутой длинной шеей и змеиной головой. Чудище раскрыло пасть усеянную острыми как иглы зубами; глаза его полыхали адским пламенем…С именем киммерийского бога на устах король Аквилонии принял командование на себя. Но не успел он отдать и пары команд, как что-то налетело на него сзади. Драконьи лапы сомкнулись у него на спине и оторвали его от земли.

Удар был столь сильным и неожиданным, что Конан выронил меч из рук. Он попробовал нащупать рукой кинжал, обычно висевший у него на поясе, но тут же вспомнил о том, что тот так и остался на столе в его шатре. В спешке он и не вспомнил о нем.»

— Стоп-стоп! — возопят скептики, как это вечно недоверчивый, настороженный дикарь, находясь на враждебной территории и отправляясь проверить — нет ли опасности, забыл (!!) оружие?..

— Смолкните, вы недостойны постигнуть замысел сказочника.

« Оставалось благодарить Крома хотя бы за то, что он не забыл надеть кольчугу.»

— Тут оно конечно, — по неволе соглашусь с автором, — как же без кольчуги-то? Не голышом же бродить… Не нудистский пляж… Да и солдаты не поймут…

— Чем же ещё ошарашит автор? — начнёт подозревать недоброе подозрительный читатель.

— О-о-о! — Вы даже подозревать подобное не смели!

«Драконы летели все дальше и дальше. Похоже, чудовище, сжимавшее в своих когтях Конана, стало выбиваться из сил, — несколько раз оно пыталось спланировать на землю. Но каждый раз раздавался громкий окрик его седока, и дракон вновь послушно взмывал ввысь.

Конана стало клонить в сон. Разумеется, драконьи лапы были не лучшим местом для отдыха, однако нельзя было сказать и того, что они уж слишком досаждали киммерийцу.»

— Как это?... — потеряно удивится неподготовленный к приёмам и изыскам Де Кампа человек. — «Конана стало клонить в сон.»?

— Да старый он уже, видите — оружие забывает…— Да вообще: кто ты таков, чтоб с автора спрашивать?..

Опустим несколько фрагментов…

«Верховный колдун Зимбабве перевел взгляд на Конана. Аквилонский король стоял, сложив на груди свои могучие руки; рядом с ним, гордо подняв голову, стоял его старший сын.

— Белый пес, — прохрипел черный колдун, — как ты посмел ступить на мою землю? Мы уже встречались с тобой в замке Лахи. Тогда ты смог спастись лишь потому, что Лахи хотела одолеть с твоей помощью стигийца и, тем самым, захватить черный престол. Она просчиталась и погибла от твоей руки. Затем ты лишил сил стигийца, уничтожив его великое братство. Если ты думаешь, что я буду повторять их ошибки, то ты заблуждаешься. Тот-Амон мне не страшен, более того — он мне даже не нужен. Здесь все решаю я. Бежать же отсюда тебе не удастся.»

То есть, «рулит» тут всем вовсе не Тот Амон, за коим гнался Конан. Ну да ладно…

«Конан молча смотрел в ледяные глаза черного мага.

— Последняя наша встреча состоится в Ночь Алой Луны, — продолжил Ненаунир. — Когда твоя кровь потечет к подножью алтаря Великого Змея, она напитает, собою луну, душа же твоя исчезнет в пасти великого Дамбаллы!»

А далее?

«Темницы древнего Зимбабве находились глубоко под землей. Отряд черных воинов вел Конана и мальчика бесконечными коридорами, тускло освещенными чадящими промасленными факелами.»

— И что, варвар не противился, покорно идя подобно барану на бойню? — Явно не выдержит знающий киммерийца по произведениям Говарда, а не де Кампа.

— Держи карман шире! — цинично оборвут приверженцы сказилы-исказилы.

«Конн прошептал:

— Они хотят принести нас в жертву Сету?

— Да, им этого очень уж хочется, — ответил Конан. — Но эти черные скоты забывают, что это не в их власти, — подобные дела решаются богами или, как утверждают некоторые философы, всемогущей Судьбой, равно повелевающей и богами, и людьми. Что касается меня...

— Что ты хотел сказать, отец?

— Что касается меня, то сейчас я хочу спать, — что-то я прошлой ночью не выспался. — Конан зевнул и улегся поудобнее.»

— Как, опять спать? — встрепенётся обозлённо-разачарованный скептик. — Он что в лапах (когтях) дракона не выдрыхся?!

— «Король устал, король хочет спать.» — миролюбиво, в тон с Папой Марсианским из комедии «Тор: Принц и Лишний», — попытаются притушить гнев некоторые.

Далее (апосля сна!) идёт знакомство с ещё одним пленником — Мбега, королём Зимбабве, и пересказ истории его жизни.

«Опустив голову, Конан мерил камеру шагами. Принц Конн задумчиво смотрел на своего отца. Он тоже вел счет дням и ночам, проведенным ими в застенке. Стигийское воинство погибло в ночь новолуния. С той поры прошло почти полтора месяца или, если быть точным, сорок один день. Настала ночь полнолуния. Рассчитывать фазы Луны Конна научили его наставники, хорошо понимавшие, что будущему королю знать такие вещи просто необходимо. Отец же говорил ему о том, что лунные затмения могут происходить лишь в такие ночи.

Этой ночью их должны были принести в жертву Дамбалле.»

— Что за бред! — сорвутся и знатоки Говарда и любители экшена. — Конан внезапно утратил все приобретённые в юности воровские навыки и даже не попытался вырваться из темницы? С чего это ему понадобились знания лунных циклов?

— Да к чему лишние напряги? — Читайте де Кампа —поймёте…

«Конан увидел какую-то тень. Он замер и стал вглядываться во тьму. Прямо перед ним появилось лицо, — знакомое лицо.

— Мурзио, — неужели это ты? — прошептал Конан.

— Конечно я, мой господин, — ответил ему зингарец.

— Именем Крома, — скажи, — откуда ты взялся? Что с нашими людьми? Где они? И почему от тебя так скверно пахнет?

Зингарец устало улыбнулся и рассказал о том, как он попал в подземелье.

— Трубы оказались столь узкими, — печально добавил он, — что мне пришлось ползти по ним. В нескольких местах они заканчивались колодцами, выходящими на городские улицы. Однако оказалось, что все эти колодцы охраняются. Я нашел вас, но не сумел выполнить приказа. Открыть городские ворота я так и не смог...»

— Получили, скептики! — Спасение пришло само собой, не надо варвару прилагать для этого усилий!

— Нет, постойте ка… Что-то тут в этот раз «не срослось»!

— Не уж автор отступил от своих привычных приёмчиков?

— Ага, «Всё ещё впереди, надейся и жди!» — как некогда пелось в одной советской песне.

Перейдём сразу к финалу.

«Конан едва заметно вздрогнул. Сет или Дамбалла с незапамятных времен был олицетворением зла и мрака. Киммериец стал бормотать молитву. Равнодушный киммерийский бог Кром редко вмешивался в дела людей и не требовал от них поклоненья; но теперь, когда на Конана взирали налитые кровью глаза демона Адской Бездны, надеяться ему было больше не на кого.»

— Что-что?!! — возопят почитающие творчество Говарда люди. — Молитва Конана? Молитва Крому? — разъяряясь на тупость и абсурдность подобного.

(Не уж опять русский перевод — врёт?

— Мне уже как-то всё равно…)

«Ужас охватил Конана. Теперь он понимал и то, почему алтарь имел форму чаши, и то, почему жертвы должны были стоять прямо. Его тела коснулось ледяное кольцо вихря.

На Землю низошел сам Дамбалла.»

«Сознание Конана помрачилось, лишь воля к жизни заставляла его бороться с мороком, затягивавшим его все глубже и глубже в пучину, исполненную пустоты. Послышался громкий смех Ненаунира. Конан вздрогнул и ухнул в темную бездну.»

— То есть как?..— изумятся незнакомые с приёмчиками автора

(один раз меня всё ж поправили — авторов, ибо в соавторах к Л.С.де Кампу указывается ещё Л.Картер.

— Не буду спорить — это не принципиально.)

«Внезапно смертельный холод, сжимавший в своих объятиях его тело, отступил. Исчезло и ощущение тяжести. Конан медленно приходил в себя. Он лежал в мраморной чаше, глядя на небо. Площадь была залита серебристым светом луны.

Киммериец попробовал подняться на ноги, но тут же упал. Он был еще слишком слаб. Он поднял голову, и глазам его предстала удивительная картина. В нескольких десятках метров от мраморной чаши лежало тело поверженного Ненаунира. Рядом с ним лежал кинжал Мурзио, которым Конан пытался поразить демона. Здесь же стоял и убийца колдуна, — насмерть перепуганные нефы держали его за руки.

Это был принц Конн, растрепанный и взъерошенный. Мальчик смотрел на своих стражей зверем. Он не послушался своего отца и не покинул площади, — вместо этого, схватив выроненный отцом кинжал, он понесся к торжествующему Ненауниру. Все присутствующие были слишком увлечены борьбой, происходившей в чаше, для того чтобы обращать внимание на мальчишку. Лишь Тот-Амон смотрел на него во все глаза.

Благоразумие боролось в нем с гордыней. Этого мгновенного замешательства стигийского мага было достаточно для того, чтобы Конн вонзил свой кинжал в черное сердце Ненаунира, земного наместника Дам-баллы. Истекая кровью, колдун рухнул наземь. Чары, удерживавшие на земле Дамбаллу, мгновенно распались, и Великий Змей вновь превратился в облачко тумана, выпустив Конана из своих объятий.»

— А-а-а! — вскрикнут некоторые обалдевшие от подобного неискушённые читатели. — Сам варвар то оказывается ни на что не годен! То его пьяный друид спасает, то солнышко (свет Митры), то — мальчишка (хоть и сын).

— Уймитесь, завистники! — так наскребал Сам единственный правильный саго-продолжатель.

— Или всё же — искажатель?

Судить вам.

Осталось ли хоть что-то от Говардовского Конана-варвара — не ждущего спасения со стороны, вечно сражающегося и несгибаемого человека, не покоряющегося врагам воина, не вымаливающего пощады или милости ни у богов, ни у колдунов, ни у неприятелей ? — поинтересуется, возможно, кто-то.

— А как же! — Издевательски придётся воскликнуть, ибо находимся «внутри» — «в рамках» текста «великого» и «непревзойдённого» сказителя-исказителя де Кампа.

Вот ведь, пожалуйста: а разве сами имена — «Конан», «Троцеро», «Паллантид», «Тот Амон»?.. И слова «король Аквилонии»?.. — Что уже ничего не значат? Этого что — мало?..

— Да куда уж…— Остаётся только пессимистично-возражающе хмыкнуть.

Оценка: 1


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх