FantLab ru

Фёдор Достоевский «Бесы»

Рейтинг
Средняя оценка:
8.72
Голосов:
779
Моя оценка:
-

подробнее

Бесы

Роман, год

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 81
Аннотация:

«Бесы» — один из самых спорных романов Достоевского. Одни видят в нем пророческий памфлет. Другие — эдакий литературный полигон для испытания различных философских идей. Третьи — изощренный психологический триллер.

В основе сюжета лежит реальное событие — всколыхнувшее всю интеллектуальную Россию 70-х годов «дело Нечаева». Революционеры, члены небольшого законспирированного кружка, убили своего товарища, решившего «отойти от дел». Впрочем, Достоевский отнюдь не стремится изложить фактически достоверную картину произошедшего. Его творение куда глубже; в частной, единичной, русской трагедии он находит общемировое и общечеловеческое.

В «Бесах» появляется, пожалуй, рекордное для одного романа число персонажей, ставших вехами мировой литературы и философии. Это и Николай Ставрогин, над которым впоследствии так тщательно размышляли Ницше и Фрейд. И Кириллов, чьи идеи повлияли на А.Камю и философию экзистенциалистов. И Петр Верховенский с товарищами по «ячейке», чьи образы переосмысляют Л. Висконти и другие деятели культуры XX века, исследуя уже новую «бесовщину» — фашизм.

Примечание:

Роман «Бесы» впервые опубликован в журнале «Русский вестник» (1871, № 1, 2, 4, 7, 9—11, 1872, № 11, 12) с подписью: Ф. М. Достоевский. Отдельным изданием роман вышел в Петербурге в 1873 г.

Роман «Бесы» имеет 9 главу II части под названием «У Тихона», которая не вошла в первые издания, поскольку была забракована редакцией «Руского вестника». Ф.М. Достоевским было сделано три правки главы (до нас дошли две), ни одна из которых не была принята издательством. При жизни Достоевского данная глава ни разу не была напечатана.

Впервые глава «У Тихона» была издана в 1922 году издательством Центрархива РСФСР, М.

В последующих изданиях глава «У Тихона» также периодически печатается отдельно от основного текста романа.


В произведение входит:

  • У Тихона

Обозначения:   циклы   романы   повести   графические произведения   рассказы и пр.


Входит в:


Лингвистический анализ текста:


Приблизительно страниц: 626

Активный словарный запас: очень низкий (2355 уникальных слов на 10000 слов текста)

Средняя длина предложения: 79 знаков, что близко к среднему (81)

Доля диалогов в тексте: 50%, что гораздо выше среднего (37%)

подробные результаты анализа >>


Экранизации:

«Бесы» / «Les possédés» 1987, Франция, реж: Анджей Вайда

«Бесы» 1992, Россия, реж: Дмитрий Таланкин, Игорь Таланкин

«Бесы» 2006, Россия, реж: Валерий Ахадов, Геннадий Карюк

«Бесы» 2014, Россия, реж: Владимир Хотиненко

«Бесы» 2014, Россия, реж: Роман Шаляпин



Похожие произведения:

 

 


Бесы. Часть вторая
1873 г.
Бесы. Часть первая
1873 г.
Бесы. Часть третья
1873 г.
Полное собрание сочинений в шести томах. Том 4
1885 г.
Полное собрание сочинений в 12 томах. Том 7
1888 г.
Полное собрание сочинений в 12 томах (А.Ф. Маркс). Том 7
1895 г.
Бесы
1905 г.
Бесы
1910 г.
Полное собрание сочинений Ф.М. Достоевскаго. Том 12
1911 г.
Полное собрание сочинений Ф.М. Достоевскаго. Том 13
1911 г.
Бесы. I
1921 г.
Бесы. II
1921 г.
Полное собрание художественных произведений. Том 7
1927 г.
Бесы. Том 1
1935 г.
Собрание сочинений в десяти томах. Том 7
1957 г.
Полное собрание сочинений в 30 томах. Том 10
1974 г.
Полное собрание сочинений в 30 томах. Том 11
1974 г.
Собрание сочинений в 17 томах. Том 10
1974 г.
Собрание сочинений в 17 томах. Том 11
1974 г.
Собрание сочинений в 17 томах. Том 12
1975 г.
Собрание сочинений в двенадцати томах. Том 8
1982 г.
Собрание сочинений в двенадцати томах. Том 9
1982 г.
Бесы
1989 г.
Бесы
1989 г.
Бесы
1989 г.
Бесы
1990 г.
Бесы
1990 г.
Бесы
1990 г.
Бесы
1990 г.
Бесы
1990 г.
Бесы
1990 г.
Собрание сочинений в пятнадцати томах. Том 7
1990 г.
Бесы
1991 г.
Бесы
1993 г.
Бесы
1993 г.
Бесы
1993 г.
Бесы
1993 г.
Бесы
1994 г.
Бесы
1994 г.
Бесы
1994 г.
Бесы
1994 г.
Бесы
1994 г.
Бесы. Записки из подполья
1994 г.
Собрание сочинений в семи томах. Том 4
1994 г.
Бесы
1995 г.
«Бесы»: антология русской критики
1996 г.
Бесы
1998 г.
Собрание сочинений в 20 томах. Том 10
1998 г.
Собрание сочинений в 20 томах. Том 9
1998 г.
Бесы
1999 г.
Ф. М. Достоевский. Собрание сочинений в четырех томах. Том IV. Бесы
1999 г.
Бесы
2000 г.
Бесы
2001 г.
Бесы
2001 г.
Федор Достоевский. Сочинения
2001 г.
Собрание сочинений в пяти томах. Том 5
2003 г.
Бесы
2004 г.
Бесы
2004 г.
Собрание сочинений в пяти томах. Том 4
2004 г.
 Собрание сочинений в 10 томах. Том 6. Игрок. Крокодил. Вечный муж. Бесы. Часть 1
2005 г.
Бесы
2005 г.
Бесы
2005 г.
Бесы
2005 г.
Бесы
2005 г.
Бесы
2005 г.
Полное собрание сочинений: 18 томов в 20 книгах. Том 9
2005 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 7. Бесы. Часть 2
2005 г.
Собрание сочинений в 9 томах. Том 5. Бесы
2005 г.
Бесы
2006 г.
Бесы. В 2 частях. Том 1
2006 г.
Бесы. В 2 частях. Том 2
2006 г.
Полное собрание сочинений: 18 томов в 20 книгах. Том 9
2006 г.
Бесы
2007 г.
Бесы
2007 г.
Бесы. В 3 частях. Части 1 и 2
2007 г.
Бесы. В 3 частях. Часть 3
2007 г.
Бесы
2008 г.
Бесы
2008 г.
Бесы
2008 г.
Идиот. Бесы (эксклюзивное подарочное издание)
2008 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 7
2008 г.
Бесы
2009 г.
Бесы
2010 г.
Бесы
2010 г.
Бесы
2010 г.
Полное собрание сочинений. Канонические тексты. Том 9. Книга 1
2010 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 6
2010 г.
Федор Достоевский. Полное собрание романов в 2 томах. Том 1
2010 г.
Бесы
2011 г.
Бесы
2012 г.
Бесы
2012 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 7
2012 г.
Бесы
2013 г.
Бесы
2013 г.
Бесы
2013 г.
Бесы
2013 г.
Бесы
2014 г.
Бесы
2014 г.
Бесы
2015 г.
Бесы
2015 г.
Бесы
2015 г.
Бесы
2015 г.
Бесы. Том 1
2015 г.
Бесы. Том 2
2015 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 6
2015 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 7
2015 г.
Бесы
2016 г.
Бесы
2016 г.
Бесы
2017 г.
Бесы
2017 г.
Бесы
2018 г.
Бесы
2019 г.
Бесы
2019 г.
Бесы
2019 г.
Бесы
2020 г.

Аудиокниги:

Бесы
1991 г.
Бесы
2004 г.
Бесы
2005 г.
Бесы
2005 г.
Бесы
2006 г.
Бесы
2007 г.
Бесы
2007 г.
Бесы. Подросток
2007 г.
Бесы
2008 г.
Бесы
2009 г.
Бесы. Идиот. Преступление и наказание. Братья Карамазовы
2010 г.
Бесы
2013 г.
Бесы
2014 г.

Издания на иностранных языках:

Die Damonen
1997 г.
(немецкий)
The Devils
2004 г.
(английский)
Devils
2005 г.
(английский)
Devils
2005 г.
(английский)
Devils
2005 г.
(английский)
Los demonios, 1
2007 г.
(испанский)
Los demonios, 2
2007 г.
(испанский)
Devils
2008 г.
(английский)
I demoni
2012 г.
(итальянский)
Д'яблы
2013 г.
(белорусский)





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  23  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Роман — один из перечитываемых мной систематически. Есть в нём загадка, которую пытаюсь разгадать с каждым разом. А может разглядеть все грани этого многопланового произведения. До того интимного, что порой кажется, что подглядываешь за реальными людьми. Это касательно Ставрогина и всей его бедовой жизни.

Что до заговоров, подстрекательства, убийства студента — это воспринимаю как завещание атора потомкам (которому таки суждено было сбыться): волнения начинаются в голове, а «дурная голова — ногам покоя не даёт», да и окружающих мутит-баламутит. Так и разрослось движение, перевернувшее страну вверх ногами.

Бесы разгулялись в душах и умах. Не столько вера, сколько духовность в помощь (чистота души и помыслов). Так для Фёдора Михайловича.

Оценка: 10
–  [  21  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Нейтрального отношения к Достоевскому не бывает: либо обожают, либо не любят. Я не люблю его за вязкость, тяжеловесный язык. Но мыслит, а посему интересен. Поймала себя на том, что за некоторые произведения (вроде «Белых ночей») поставила ему по 10 баллов. «Бесы» — самый отвратительный роман по документальным историческим материалам. Автору было необходимо подтянуть факты под свою теорию о единственно правильной жизненной позиции — христианском смирении. Поэтому всё многоликое явление русского революционного движения он свёл к нечаевщине, проигнорировав наличие таких светлых и романтических фигур как Кропоткин и Герцен и таких безобидных добряков как Чернышевский. «Надо не бунтовать против власть имеющих, а бездействовать». Толстая книжка написана ради одной идеи. Для меня маловато. Преследует ощущение, что автор не потрудился собрать разноплановый материал. Я сказала «Не верю», читая «Плаху» Айтматова, не соприкасавшегося с реалиями наркоторговли и не знающего жаргонных обозначений травы, именуемой у него единственным термином. «Не верю» я говорила и читая «Бесы», но плевалась в последнем случае чаще. Достоевский знал кружок Петрашевцев и жизнь ссылки, а потом посчитал, что можно написать книгу, осуждающую революционное движение, не ознакомившись с идеями и буднями и других революционно настроенных кружков. По отношению к таким как Бакунин это было настоящее предательство, льющее воду на мельницу тенденциозной проправительственной пропаганды. Главное требование к автору исторического произведения — он обязан быть объективным, собрать максимум разнообразных данных и не навешивать ярлыков. Нельзя судить обо всём народничестве по парочке лидеров из кружка Нечаева, поскольку я, например, сильно сомневаюсь в психическом здоровье последних. Ишутин в крепости сошел с ума, а значит, революционную программу составлял человек с уже подмоченной психикой, и не надо ссылаться на таких, желая выставить в черном свете всю прогрессивную русскую интеллигенцию. Шизоидная холодность Нечаева (как и Пестеля, кстати) тоже наводит на определенные размышления. Еще меня удивляло, что, затронув темы страданий народа и свободы личности, Достоевский в «Бесах» погряз в какой-то бытовухе, читая которую, я неизменно задавалась вопросом, зачем он мне всё это рассказывает. Убийство студента-отступника для острастки других заговорщиков — да, ужасно. Но при чем здесь типичное для объединений именно бунтовщиков? Скорее такие события характерны для уголовного мира. Ставрогин не похож на Бакунина, которого Достоевский пытался под этой фамилией показать в романе. Известие об убийстве студента в масонском гроте парка Петровско-Разумовское и разговоры о причастности к нему Нечаева, которому Герцен дал денег на революционную деятельность, было полной неожиданностью для Бакунина, осудившего криминальные нечаевские методы. Бакунин (в отличие от Ставрогина) не только не задумался о самоубийстве, но оставался таким же доброжелательным и гостеприимным, несмотря на тяжелый диабет. Последняя моя претензия к Достоевскому касается замалчивания подробностей пребывания Нечаева в заключении. Его довели до цинги, лишили возможности писать, держали в ручных кандалах, из-за которых образовались незаживающие язвы. Один такой штрих чего стоит: официальное заявление о его побеге, сфальсифицированное для того, чтобы никто не пытался передать ему письмо или лекарства с воли и чтобы он считал себя всеми забытым. Держался он фантастически мужественно, чем вызвал моё уважение и сострадание. Он долго боролся за право получать журналы и книги на интересующие его темы. Народовольцы предложили ему выбрать, будут ли их силы брошены на его освобождение или на устранение царя. Нечаев в шифрованной записке просил их сосредоточиться на подготовке покушения, а отсрочка побега стоила ему жизни. Было бы порядочно в романе не только предавать анафеме такого человека, но и упомянуть, какую страшную цену он заплатил за свои жестокие теоретические построения и каким героическим было его поведение в застенках.

Оценка: 2
–  [  18  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Одна из лучших (если не лучшая) книг, которую я прочитал за все время. Просто потрясен. Даже писать что-то сложно по этому поводу. Да и надо ли? Все произведения русской классики (в частности — Достоевского) уже миллион раз разобраны вдоль и поперек, так что я этого еще раз делать не буду. Скажу только о некоторых личных впечатлениях.

Это моя первая прочитанная книга Федора Михайловича. Когда садился читать, то ожидал чего-то тяжеловесного, затянутого и скучного. И как же я ошибался!

«Бесы» читаются влет. Просто оторваться невозможно. И да, это тот случай, когда еще страничек 100 не помешало бы. Но что есть, то есть.

Еще удивило то, что Достоевскому не чуждо чувство юмора. Да, в «Бесах» есть шутки, причем весьма недурные и забавные. Всегда слышал, что книги Достоевского очень мрачные, но на деле это оказалось не совсем так. Правда, последняя треть книги — самый настоящий триллер, а некоторые сцены так просто могут в кошмарах сниться.

Что касается сюжета, то он здесь настолько закручен, что скучать просто некогда. И это я молчу про саму идею книги и обилие интересных мыслей.

Мартин и «Игра престолов», говорите? Читайте Достоевского, тут вообще не хуже. И я серьезно.

Оценка: 10
–  [  18  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Прочитал этот роман так давно — первое прочитанное мною произведение Федора Достоевского.

Что же касается самих «Бесов», они мне очень понравились. Много героев с различными характерами и идеями, иногда полностью противоречащими друг другу, сложные отношения между ними. Очень хорошо описана сама эта предреволюционная ситуация в тогдашней России, которая, слава Судьбе или Богу, кому как нравится, не состоялась. Но, это политическо-историческая сторона романа, которая мне вполне понятна (так же хорошо мне была эта же сторона произведения в «Докторе Живаго», весь ужасный переходный процесс, ужасы Первой и Гражданской войн), а вот межличностные отношения, или, если точнее, некоторые внутренние стороны героев остались для меня не совсем ясными. Например, причины поведения Ставрогина, все причины, от которых он совершал такие парадоксальные и неясные поступки, включая и прививания двум его друзьям совершенно противоположных мнениях о Боге и Жизни, его псевдо-женитьба, любовные истории... Может, это объясняется тем, что Николай Ставрогин олицетворение индивидуалистической цивилизации в самом ее ужасном лике, или же, действительно, бесы?..

Роман следует прочесть, но и перечитать будет необходимо, уже позже.

Оценка: 10
–  [  17  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Достоевскому было 27 лет, когда в конце 1849 года он был арестован вместе с другими членами кружка Петрашевского. Впереди было четыре года ссылки, но перед этим осужденным еще пришлось пережить одну из самых известных инсценировок приготовлений к казни, когда смертельный приговор был отменен в последнюю минуту. Трудно представить, каким испытанием это стало для молодого писателя, особенно если вспомнить, что один из петрашевцев в результате сошел с ума (сам Достоевский вложил впечатления от произошедшего в уста князя Мышкина, главного героя романа «Идиот»). Эти события неизбежно оказали влияние на мировоззрение Достоевского, заставили его не только отвернуться от социалистических идей, но и обратиться к христианскому учению.

Спустя двадцать лет, в 1869 году прогремело громкое судебное дело об убийстве студента Иванова членами революционного кружка «Народная расправа» под руководством С.Г. Нечаева, которое было затеяно с тем, чтобы сплотить группу с помощью убийства.

Роман «Бесы» вышел в 1871-1872 годах и изначально планировался как небольшое произведение, но в процессе создания замысел, как видно, углубился, а событие, послужившее толчком к написанию отодвинулось на второй план. Это, на мой скромный взгляд, минимум из того, что необходимо знать, чтобы воспринимать и понимать роман было легче, но этого отнюдь не достаточно. Есть, в книге, к примеру, некий «великий писатель» Кармазинов, настолько карикатурный, что трудно не заметить, что в нем изображен реальный человек, но чтобы иметь представление о том, что это за персонаж и почему изображен именно таким, полезно ознакомится с историей взаимоотношений И.С. Тургенева и Достоевского.

Как бы лучше охарактеризовать ощущения после прочтения романа. Разочарование? Не совсем. Раздражение? Немного. Страдание! Вот оно. «Бесы» – книга, которая заставляет читателя, в моём лице по крайней мере, страдать, причем сразу на нескольких уровнях.

Во-первых, действительность в ней, как и, похоже, во всем творчестве Достоевского, изображается исключительно в серо-черных тонах. Бедный Степан Трофимович воспринимается как некий островок спокойствия, на котором утомленный читатель может слегка перевести дух, несмотря на то, что сам автор (если быть совсем точной, рассказчик, а не сам Достоевский) открыто презирает его. И нет, эпизод с рождением ребенка не считается, потому что вставлен исключительно ради того, чтобы потом можно было побольше драмы нагнать. До самой концовки, в которой градус всеобщей «несчастности» доводится до предела и всем персонажем, которым не повезло оказаться в фокусе внимания Достоевского, достается от души.

Во-вторых, чтение «Бесов» само по себе литературный мазохизм. Текст не предназначен для того, чтобы им наслаждались, сквозь громоздкие, вязкие конструкции приходиться продираться. Монологи некоторых персонажей порой настолько путанные и лихорадочно-обрывочные, что я выпадала из них прямо во время чтения, приходя в себя под конец речи персонажа и понимая, что текст совершенно не воспринимается.

В-третьих, специфичность персонажей. Набоков в своих «Лекциях о русской литературе» приводит весьма занимательную классификацию героев Достоевского, пытаясь разделить их по психическим заболеваниям, от которых те страдают. Не хочу заходить настолько далеко, однако сложно не заметить, что поведение и речь персонажей далеки от естественности.

Не понимаю также, почему такой огромный акцент сделан на Степане Трофимовиче и почему так поверхностно раскрыты главные герои, те самые бесы – и я говорю именно о персонажах как о личностях, потому что на их идеях Достоевский напротив останавливается с дотошным вниманием. До мельчайших подробностей раскрывается биография Верховенского-старшего, а этапы формирования персонажей, о которых больше всего и хотелось бы узнать, подаются как можно более размыто, по кусочкам. Это можно сказать и о сюжете. На первом плане долгое время находится губернская жизнь, с её доходящими до нелепости героями, отчего роман порой напоминает водевильную комедию, а «бесовская» – происходит где-то на фоне, на втором плане, и только после кульминации события начинают разворачиваться во все более трагическом ключе. Может это и отвечает задумке автора, однако у меня складывается впечатление, что я читаю два разных романа.

Центральная идея романа, характеры персонажей, затронутые темы тем не менее требуют более глубокого, тщательного разбора, нежели тот, который я могу себе здесь позволить. Со своей стороны могу заметить, что мне уловить настроение, суть книги в большей степени помогли именно личные письма Достоевского, вероятно, во многом потому что они раскрывают убеждения и взгляды писателя; только после них мне стала ясна очевидность многих деталей, в которых я почему-то пыталась увидеть какую-то иносказательность и метафору. И это при том что в названии и эпиграфе к роману Достоевский чуть ли не прямым текстом раскрывает замысел романа: о том, что «все эти гнусные новые идеи нечто заразное, вредное, бесовское – всё это временное, нечто, должное вымереть со временем само собой, а стремиться нужно к почвенничеству, народности и православию» и всё в таком духе. Или словами самого Достоевского: «Точь-в-точь случилось так и у нас. Бесы вышли из русского человека и вошли в стадо свиней, то есть в Нечаевых, в Серно-Соловьевичей и проч. Те потонули или потонут наверно, а исцелившийся человек, из которого вышли бесы, сидит у ног Иисусовых. Так и должно было быть. Россия выблевала вон эту пакость, которою ее окормили, и, уж конечно, в этих выблеванных мерзавцах не осталось ничего русского. И заметьте себе, дорогой друг: кто теряет свой народ и народность, тот теряет и веру отеческую и Бога. Ну, если хотите знать, — вот эта-то и есть тема моего романа»(из письма A. H. Майкову, 1870 г.).

Именно поэтому мне кажется, что роману очень не хватает вырезанной главы «у Тихона», в которой Достоевский сводит героя, которого считал центральным, с «величавой, положительной, святой фигурой» (по его собственным словам) в лице архиерея, прототипом которого был реальным человек, пользовавшийся большим уважением Фёдора Михайловича – Тихон Задонский. И даже если опустить то, что в этой главе, по сути, сталкивают персонажи, воплощающие идеи, противопоставление которые происходит в романе, глава просто-напросто помогает читателю лучше понять Ставрогина и лишает его мистического флера недосказанности.

Но пару слов о персонажах заметить всё же хочу. Чисто субъективно, главным героем Ставрогина не вижу. В моих глазах он упорно рисуется мающимся от безделья барчонком, не знающим куда направить свою энергию, поэтому ввязывающимся в авантюры, испытывающий грани дозволенного, от скуки играющего людьми. Понятия «духовного растления», к которому якобы причастен Николай Всеволодович остается для меня чем-то туманным, в отличии от вполне себе самого что ни на есть натурального совращения несовершеннолетнего ребенка (если принять во внимания главу «У Тихона» и поверить в то, что Николай не врал в своей исповеди).

В заключении только хочу добавить, что было бы крайне глупо с моей стороны отрицать талант Достоевского, сложность его персонажей, значимость романа в целом, да мне этого и не хочется. Но я не могу наслаждаться им с литературной точки зрения, сюжет и его подача вызывают у меня неприятие, а поднятые темы слишком сильно связаны с временными рамками, в которых роман был написан, и личностью писателя, поэтому книгу сложно воспринимать без глубокого погружения в исторический контекст. Я верю, что если однажды вернусь к этому роману спустя некоторое время, то благодаря расширившемуся (смею надеяться) багажу знаний, смогу прочитать его по-новому и вычерпну для себя еще больше интересных деталей.

Вот только опыт первого прочтения внушает мне такое стойкое отвращение, что боюсь что мне еще долго не захочется возвращаться к Ф.М. Достоевскому в целом, не говоря уже о его «Бесах».

Оценка: 4
–  [  16  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Колоссальная книга!

Невероятна актуальный для сегодняшней российской действительности конфликт между «патриотами» и «либералами» между сторонниками западного шаблона развития России и идеей «особого пути» отличного и от западного и от восточного. Конфликт между радикалами и консерваторами.

Напряженное полудетективное действие романа «Бесы», великолепные диалоги и ощущение документальности событий делают это произведение Достоевского чрезвычайно интересным, как для беглого интенсивного чтения, так и для вдумчивого, скрупулезного разбирательства в подоплеке всех интриг, недосказанностей и умолчаний.

Феноменально то, что идеи и образы раскрытые в романе написанном почти 150 лет тому назад, до сего дня востребованы и узнаваемы.

Книга конечно совсем НЕ ФАНТАСТИКА и по моему мнению не для юного читателя. Вот скажем с 25-28 лет уже можно браться.

«Бесы» Достоевского обязательно нужно перечитать, как об этом упоминали предыдущие комментаторы.

Федор Михайлович жжет!

Оценка: 10
–  [  16  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Скажем честно: это далеко не из простых романов Фёдора Михайловича (впрочем, а были ли они у него, простые-то?). Однако, несмотря на крайнюю тяжесть повествования, лично я умудрился прочитать «Бесов» чуть менее чем за неделю. Безусловно, роман гениален. Нельзя в нём видеть только «пророческий памфлет» или «психологический триллер». Здесь, пожалуй, присутствует и то, и другое сразу. Писать панегирик Достоевскому в своём отзыве я, конечно, не намерен, поэтому пройдусь по нескольким частным вопросам.

Во-первых, тут до меня обвиняли Достоевского в том, что всю пестроту русского революционного движения он свёл к нечаевщине. Могу только посоветовать перечитать роман заново, ибо это далеко не так. Ну неужели вы и вправду думаете, что Верховенский, Кириллов, Ставрогин и проч. — это только нечаевщина? Нет, нет и ещё раз нет. Это и есть разные лики русской революции. И объединяет их всех только одно: стремление к царству не Богочеловека, а человекобога. Путь к тому или к другому — суть ядро философии Достоевского, без понимания оной, я думаю, читать романы Фёдора Михайловича бессмысленно. И не надо искать в Верховенском или Ставрогине прототипы реальных исторических лиц, «Бесы» — вовсе не исторический роман.

Во-вторых, что касаемо « безобидных добряков». Так с них и их «безобидных» идеек всё и начинается.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Образ такого «безобидного добряка» в романе — Степан Трофимович Верховенский

Когда «безобидные» идейки от «безобидных добряков» воплощаются в реальность, они уже не кажутся такими безобидными. Вот что, на мой взгляд, хотел сказать Достоевский.

В-третьих, я думаю, нельзя видеть в образах бунтовщиков всего-навсего людей, стремящихся к разрушению. Достоевский не был бы Достоевским, если бы он революционеров вот так и представил. Эти люди не просто стремятся к разрушению, но к установлению своего собственного порядка и своей собственной религии — религии уже упоминаемого человекобога. И, устанавливая сей порядок, они ни с чем не будут считаться, даже с жизнями «ста миллионов». Здесь Фёдор Михайлович как нельзя правдивее отображает суть любого революционного движения. Вспомним тот же «Интернационал»:

»...до основания, а затем

Мы наш, мы новый мир построим, —

Кто был ничем, тот станет всем».

Можно, конечно, поговорить ещё и о языке романа. Но тут мне сказать нечего. Сложнее с этим делом обстоит, наверное, только у Льва Николаевича Толстого.

В общем, относительно «Бесов» я сказал всё, что хотел сказать. И поставить ниже десяти мне просто совесть не позволит.

Оценка: 10
–  [  15  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Писать отзывы на такие книги — дело заведомо неблагодарное. Но я попробую.

Что же у нас обычно ассоциируется с Федором Михайловичем? Правильно, бессмертное «Преступление и наказание». Когда нашему классу дали прочесть его «на лето», я, с детства любящий читать, промучился целый месяц, проклиная все и вся. Но на третьем десятке все же осмелился перечитать и — получил несравненное удовольствие.

К чему это я — до любой книги нужно дорасти — своевременно прочесть что попроще, расширить кругозор и набраться некоторого опыта. Вот только у иных книг планка воистину высока и расти приходится долго. И если до «Преступления» я все-таки дорос, то касательно «Бесов» меня несколько терзают сомнения.

Начнем с того, что идееобразующей «закавыкой» была реакция на политическое событие, за что Достоевского критиковали уже тогда, да и приняли роман гораздо хуже остальных, если верить статьям. Сам же Великий и Ужасный предстает пред нами ярым противником любых революционных течений, сторонником монархии и православия. Не то чтобы лично мне это претит, но явный крен в самом произведении очень уж бросается в глаза. Поэтому хотелось бы сразу отбросить политическую подоплеку, не ища правых и виновных в этом отношении, а разобрать остальное.

Собственно, обстановкой, «Бесы» неожиданно напоминают... «кинговщину». Да-да, вы не ослышались. Камерность небольшого городка, пара десятков персонажей, нагнетаемая атмосфера — получается типичный триллер. И даже персонажи в духе товарища Стивена, но об этом чуть позже.

Несколько неожиданно был подан тут «русский народ», и сложившееся «загадочная русская душа» мне кажется тут либо не к месту, либо «душа» эта оказалось совсем не такой, как мы привыкли — не помню у наших классиков, в том числе у самого ФМД (хотя не все романы я у него пока что прочел, но наверстаю, честное слово) настолько неприятных крестьян, мещан, и прочих представителей отчизны. Лизу на пожарище затоптать — запросто, сорвать праздник — пожалуйста, вытереть ноги о вчера еще уважаемого человека — нет ничего проще, восславить мерзавца — никаких сомнений. Действительно, в некоторых пунктах часто встречаются «некие неизвестные сомнительные личности», но никак невозможно списывать весь творящийся в городе беспредел исключительно на заезжих. Горожане сами рады плюнуть в колодец, а уж главные действующие лица... Вообще удивительно порой, читаешь себе Лавкрафта, встречаешь в тексте электрический фонарь — и оторопь берет от внезапного осознания того, что события-то происходят где-нибудь в 20-е годы прошлого века, а сам Говард творил тогда же, когда и, например, Ремарк и Хэмингуэй. Но и язык, и атмосфера его рассказов словно покрыты толстым-толстым слоем пыли, который окутывает и читателя, перенося его век в 18-й, например. Так вот у Достоевского, напротив, кажется (особенно в «Бесах»), что и события эти как-то не вяжутся с глубокой стариной, и люди отнюдь не таковы, какими мы привыкли их считать — все мрачные, угрюмые и заблудшие какие-то. Современные.

В целом, персонажи по большей части у нас тут либо «избивающие», либо «избиваемые». И если первые вызывают неприязнь по понятным причинам, то вторые — своим откровенным, раздражающим даже читателя малодушием. Возможно, тут как раз сказываются полтораста лет, разделяющие нас и их, или ваш покорный слуга внезапно заразился человеконенавистничеством, факт остается фактом — и коленнопреклоненный Маврикий, и стоящий на сцене пред залом Верховенский-старший, наравне с уважением (пусть и по разным причинам), вызывают некое раздражение, некий стыд за них самих, ибо выглядит это не самоотверженным, но глупым, унизительным, и напрасным мученичеством.

Впрочем, Маврикий, едва ли не единственный в полной мере положительный герой. Остальные — сплошь кунсткамера:

Деспотичная, жестокая Варвара Петровна;

Дарья Шатова, которую непросто охарактеризовать, тут некий сплав великодушия и подсознательного мазохизма;

Лиза, которая сама себя не понимает, бросается из огня да в полымя и величайшее терпение Маврикия с ней я могу списать лишь на всепоглощающую одержимость;

Лебядников — просто человек карикатура, в котором откровенная глупость сочетается со значительным хитроумием;

Марья Тимофеевна, его сестра — пожалуй, тоже персонаж положительный, интересный, но, само собой, вызывающий крайнюю жалость своим положением;

Шатов и Кириллов, интересные, сильные личности, но буквально «одержимые» своими идеями, вплоть до того, что раздражают читателя;

Кармазинов — неприятный, высокомерный, манерный и чванливый тип;

Юлия Михайловна — глупая, доверчивая, но амбициозная женщина, которую действительно жаль. Еще большего сожаления достоин ее супруг-губернатор. Вот такой вот парадокс — мы видим человека, развлекающегося в гимназии разнообразными глупостями, казалось бы недалекого, но с другой стороны — ранимого, страдающего, абсолютно неподходящего для своей должности. Этого маленького глупого писательствующего чиновника действительно жаль.

Революционеры представлены крайне неприятными людьми:

Липутин — умный, двуличный, мерзкий тип;

Виргинский — из всей пятерки, пожалуй, наиболее симпатичен, ибо в нем все-таки просыпается совесть;

Толкаченко — как образ даже не запомнился, увы;

Шигалев — социалист, чьи идеи по мироустройству — откровенный геноцид;

Лямшин — слабый, трусливый, двуличный, неприятный персонаж.

Эркель — вот, пожалуй, удачный, неоднозначный образ человека без цели, хватающегося за первый попавшийся идол, оттого чрезвычайно опасного. А ведь мог стать «во всех смыслах положительным» человеком, вот только, думаю, не менее фанатичным и оттого — страшным.

Главные герои все же хороши, как ни крути.

Вот только Петр Верховенский при ближайшем рассмотрении оказывается отнюдь не идеалистом, а обыкновенным интриганом. Распространяя идеи о смене мирового порядка, он просто напросто борется за власть. Хитрый, ловкий, втирающийся в доверие, но... и вот тут я не совсем понимаю Федора Михайловича — либо Петр Степанович оказывается не таким уж хитроумным (внезапно), чтобы не видеть, каких людей он выбрал в свою «пятерку», либо так было необходимо для «правильного» финала... Не знаю. Не менее странным кажется то, что подобную авантюру он решился провести не где бы то ни было, а практически у себя дома.

Верховенский-старший — интереснейший и симпатичнейший человек, неглупый, обаятельный, но слабый и жутко непрактичный. Русско-французские диалоги были весьма утомительны, а несколько попыток «бунта» этого витающего в облаках человека, неизменно обращались в глупое сотрясание воздуха и слезы. Даже последняя, самая серьезная попытка, все равно получилась карикатурной и нелепой. Однако персонаж Степана Трофимовича, пожалуй, один из наиболее важных, ибо именно через него раскрывается моя «любимая» тема художественных произведений — тема ответственности. Ведь если копнуть поглубже, становится ясно, что во всех бедах косвенно виновен именно этот добрейший человек. Неправильное, недостаточное воспитание Ставрогина, наплевательское отношение к сыну — все это вылилось в настоящую трагедию для целого города. Не отошли Верховенский Петрушу, займись его воспитанием всерьез — и не увлекся бы юноша «неправильными» идеями. То же касается Ставрогина, которому старик привил широту взглядов, но не удосужился задать некие рамки, направления.

Ну и, конечно, Николай Всеволодович Ставрогин. Персонаж центральный, загадочный и даже после прочтения не до конца понятный. Этакий «Печорин «на максималках». Крайне сложная и даже странная личность — человек без целей, приоритетов, как сам признается, не видящий разницы между добром и злом. И если, например, Раскольников периодически вызывал то симпатию, то неприязнь, Ставрогин практически всегда неприятен. Все без исключения приступы великодушия его обращались еще большим малодушием — хотел признать Лебядкину женой, а в итоге совсем загубил. Хотел спасти Шатова — уехал, просто уехал. Относительно заговорщиков его позиция так же до конца не ясна — не поддерживает, не препятствует, потом вдруг присутствует на собрании и громко уходит. И вот тут мне кажется, снова прокол Достоевского — великий Ставрогин, от которого без ума и матушка, и Лизавета, и практически все горожане, которого едва ли не боготворит Верховенский-младший, настолько он всем нужен, настолько все жаждут его общения, Петр Степанович не видит смысла в революции без образа своего «Ивана-царевича», который посвящен во все тайны общества, но в то же время формально Ставрогин (создатель сообщества) с ним не связан и ничем не рискует. Как такое возможно? Разве что в силу одержимости Верховенского-младшего Ставрогиным, но не совсем это все, на мой взгляд, правдоподобно. И ведь понимает Ставрогин собственную калечность, но продолжает, продолжает губить окружающих. Он, ученик Степана Трофимовича, сам предстает учителем сразу нескольким — младшему Верховенскому, Шатову и Кириллову, и что же мы видим — каждого он учил иначе, порой даже противоположному, и тут очередная загадка — не то Ставрогин просто играл этими людьми, проводя эксперимент, не то его собственные взгляды настолько переменялись буквально за несколько лет. И дополнительная глава «У Тихона» значительно раскрывает нам его, без нее (а ведь она неканонична) образ кажется совсем неполным и даже несколько иным. И что же мы видим? Ставрогин страдает от праздности, от нехватки чувств и ощущений, его внутренний компас не работает, у него нет деления на хорошо и плохо, есть только сильные, острые ощущения, и слабые, тщетные. Заблудший, неприкаянный, он и покаяться не может, а его попытка написать признание скорее похожа на вызов. Мечущиеся души всегда интересны, часто читатель ловит себя на неком сходстве с ними (тут так же), но в данном случае ощущается заведомо некая даже обреченность. Как оказывается, не напрасно.

На самом деле, помимо политики и ответственности, роман затрагивает множество иных тем разной степени важности, одно только освобождение крепостных и его последствия дают повод для размышлений.

Кроме того, не могу не упомянуть характерый язык — несколько витиеватый, но приятный, в меру сочный. А вот «живописательства» в «Бесах» очень мало, описаны, конечно, особняки Ставрогиных, Лембке, сам городок, но описания эти очень быстро теряются за нагромождениями образов и событий. Впрочем, это сомнительный недостаток.

И сам роман есть сочетание некоторых вышеупомянутых неправдоподобностей с потрясающе сложными, смутными образами героев.

Конечно, позже, необходимо будет перечитать, переосмыслить, да и сейчас я не претендую на истину в последней инстанции, но из-за однобокости и чернушности роман все-таки несколько страдает. Так уж мне кажется. Даже само прочтение было странным — тяжелым, но доставляющим удовольствие.

Крайне неоднозначная вещь.

Оценка: 8
–  [  15  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Бесы», безусловно, были задуманы как памфлет против людей, которые несколько позже стали называть себя демократической интеллигенцией. Хотя мало кто из них понимает, что такое демократия, и не каждого можно назвать интеллигентом. Но роман почти сразу же сломал рамки памфлета. Одни герои отказались исполнять свои роли, другие остались в их рамках, но постарались показать себя с разных сторон. Даже самый поганенький из персонажей, Верховенский-младший, и тот оказался явно сложнее, чем было задумано изначально. О Ставрогине я уже не говорю. Он не только сразу же вырвался из основной сюжетной линии, но и постоянно отодвигает её на второй план. Да и вся толпа разрушителей оставляет впечатление мелких бесов, только пока остаётся толпой. Как только толпа делится на лица, впечатление существенно меняется.

А вообще, люди, подобные Петру Степановичу, были скорее исключением, чем правилом. В большинстве своём оппозиция тех лет состояло из людей порядочных или, по крайней мере, честных. К активности их толкало, с одной стороны, стремление отмежеваться от занудной и консервативной системы, с другой, понятное и при этом бестолковое желание изменить всё и сразу. Кто-то опускался до террора, то есть до убийства безоружных людей. Для большинства же общественная деятельность превращалась в умеренно опасную игру длиною в жизнь. С реальными проблемами России эта деятельность соотносилась очень приблизительно.

«Говорили об уничтожении цензуры и буквы ять, о заменении русских букв латинскими, о вчерашней ссылке такого-то, о каком-то скандале в Пассаже, о полезности раздробления России по народностям с вольною федеративною связью, об уничтожении армии и флота, о восстановлении Польши по Днепр, о крестьянской реформе и прокламациях, об уничтожении наследства, семейства, детей и священников, о правах женщины, о доме Краевского, которого никто и никогда не мог простить господину Краевскому, и пр., и пр.»

Знакомо? В худшем случае за это можно было попасть в ссылку, то есть пожить какое-то время в провинции. И они всю жизнь продолжали игру. И дети их играли, и внуки. Пока не доигрались.

Оценка: 10
–  [  14  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Для меня, воспитывавшегося на революционных традициях, это была шок-книга. Мощная и безжалостная. Она заставила меня по другому взглянуть на окружающий мир, да и на Достоевского тоже. При всей медлительности повествования, подробных описаниях провинциального мирка, нудной бесноватости персонажей роман читается, как увлекательная авантюра, но авантюра опасная, бесчеловечная, смертельная. Возможно, это даже роман предупреждение о темных уровнях человеческой психики, способной поглотить светлый, обыденный мир. Сильная книга!

Оценка: 10
–  [  13  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Я не побоюсь встать и заявить, что роман «Бесы» вышел у Достоевского... скучноватым. Да, именно так. Да, бездны психологизма на месте, тщательно прорисованы персонажи, но... Очень затянуто. Слишком затянуто. Описание быта маленького провинциального городка не очень-то впечатляет, хотя несёт на себе и довольно важную роль — погружение в эту эпоху, в умонастроение, царящее в обществе. Но Достоевского сложно назвать здесь блестящим стилистом, поэтому в этом плане роман не слишком силён.

Чем хорош роман? Отдельными эпизодами, яркими, продуманными образами Ставрогина, Верховенских, прочих членов ячейки. Достоевский изображает это новое поколение либералов, нигилистов, революционеров довольно отталкивающе — как некую стаю... действительно бесов — метущихся, отчаявшихся существ. Но если Ставрогин и Кириллов — это именно такие существа, стремящиеся разрушить всё вокруг себя, так и не нашедшие места в этом мире, то Пётр Верховенский — хладнокровный и расчётливый негодяй, просто воплощающий в жизнь свои чудовищные идеи.

В какой-то степени роман действительно пророческий. Именно такие люди делали в революцию — в той или иной степени. Их историческая роль — это спорный вопрос, а суть раскрыта Достоевским в этом самом романе. И такие люди никуда не исчезли, они всё равно стремятся разрушать всё вокруг себя. Читайте «Бесов», пусть даже это и трудно — это роман-предостережение для всех нас. Мы и так слишком многим расплатились за то, что так и не послушали этого грустного философа, чьё воззвание так и осталось практически неуслышанным.

Оценка: 8
–  [  9  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Роман действительно удивительно пророческий. В нем автор, с одной стороны, показывает уже сгнившее буржуазное общество, а с другой, уже зародившихся, как червей, на его останках — революционеров. И все они, первые — пассивно, вторые — активно, ведут к уничтожению и разложению страны и нации. Как всегда у автора, море психологии и идеально прорисованные герои. Повествование и стиль несколько неровные, обрывается произведение как-то резко, и кажется (редчайший случай!), еще страниц 100-150 объема здесь бы не помешали.

Оценка: 7
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Роман произвел на меня огромное впечатление.

Во-первых, чего никак не ожидала, так это то, что роман будет читаться с таким упоением. Так легко. И так быстро.

Во-вторых: то, что многое из написанного окажется пророческим.

Удивительно, как читая, я узнавала и наше прошлое и наше настоящее.

В третьих: это ЛИТЕРАТУРА. Литература с большой буквы. Настоящее произведение искусства.

Мне очень понравилось.

Многое меня шокировало (например, сцена с самоубийцей и поедание винограда), над многим я задумывалась (идеи революции и атеизма. Как однако, все оказалось вскоре правдивым. К сожалению.)

Читая роман, словно читаешь судьбу нашей страны. И мира в какой-то степени.

Из героев очень понравился Шатов, очень его было жаль в конце.

Немного не поняла про Ставрогина. (если перечитаю в будущем, может пойму лучше)

О характере героев можно говорить долго и очень долго. Они очень живые, все разные. Великолепные.

Я нахожусь под таким впечатлением, что и не знаю, что же теперь читать дальше?

Очень понимаю людей, которые ничего кроме классики не читают.

Просто не нахожу слов — это потрясающе.

Оценка: 10
–  [  7  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Один из двух романов Великого автора, которые понравились мне чуть меньше остальных. Вообще ставить оценки классикам (тем более какие-то восьмерки) — это дурной тон, но учитывая, что эта восьмерка ставится относительно других произведений автора и что это всего лишь только моё мнение, позволю себе такой проступок.

Что мне не понравилось: вся эта революционно-контрреволюционная философия, социальный анализ и прогнозы. Это все мне не близко и никогда ближе не станет (надеюсь!). Обычно Федор Михайлович брал более универсальные и этим был и интересен.

Что понравилось: характеры. Ради этих характеров (особенно ради Петра Верховенского) стоит читать эту книгу. И за любой удавшийся в книге характер можно было бы поставить ей десятку. Но не будем. Восьмерка!

Резюме: конечно читать. Хотя Вы, Вы, наверное, уже и так прочли. Вы же русские люди.

Оценка: 8
–  [  6  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Это была третья моя попытка понять гениальность творчества Федора Михайловича. Моё знакомство с этим автором началось с произведения «Униженные и оскорбленные» в возрасте где-то 20 лет, но мне не понравился язык данного произведения и я осилил около 100-150 страниц, лет через 5 был взят в руки «Идиот» — прочитан полностью, но опять же осталось чувство, что я что-то упустил или чего-то не понял. И вот спустя еще 8 лет взял «Бесы».

Меня именно привлекло название и мое представление, что может быть в книге с таким названием, но после знакомства с аннотацией — оптимизм поугас, тем не менее книгу не отложил и планомерно продвигался по сюжету. Где-то к странице 100-150 меня начало немного захватывать и далее все больше и больше. И в процессе чтения уже к середине произведения начало приходить ощущение и понимание всей гениальности Ф.М. Достоевского.

Поражает конечно понимание автора и умение описать глубину души и переживаний человека и передать это читателю. Так же насколько актуальна описанная в произведении проблематика для нашего времени и общества, те же процессы, те же мысли и это несмотря на то, что уже прошло почти 150 лет с тех пор и сменилось не одно поколение и конечно пророчество революции. И на ряду с этим очень интересный сюжет.

В общем лучшего и пожелать нельзя.

Раньше не был настроен на творчество Достоевского, но после прочтения «Бесы» уже сейчас планирую прочитать «Братья Карамазовы», «Записки из мертвого дома» и... как говорится: «чем черт не шутит» «Преступление и наказание» хотя сюжет известен и мне довольно тяжело читать книги зная развитие сюжета и финал, но надеюсь попробую.)

Всем рекомендую!

Оценка: 10


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх