FantLab ru

Макс Далин «Лестница из терновника»

Рейтинг
Средняя оценка:
8.18
Голосов:
154
Моя оценка:
-

подробнее

Лестница из терновника

Роман-эпопея

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 9
Аннотация:

В фантастическом цикле описывается мир биологических гермафродитов. Изначально обладающие как мужскими, так и (подавленными) женскими признаками, достигая зрелости, особи определяют свою принадлежность в индивидуальной схватке: сильнейший утверждается доминантной мужской особью, а побежденный теряет мужскую, но посредством гормональной революции, развивает полноценную женскую природу.

Так происходит со всеми видами животных. Так происходит и с видом разумных антропоморфных, который становится предметом исследования для ксенологических этнографов с Земли. Уникальный ход эволюции порождает сильнейшее любопытство, внешнее сходство с homo sapiens местных разумных – и их красота – дезориентируют, а уклад и психология – вызывают шок, и настоящую фобию.

Землянину Николаю, этнографу, предстоит разгадать тайны этого невозможного мира. Его дело – наблюдать, избегая вмешательства, за бытом и психологией «людей» в период средневекового феодализма. Он должен стать почти «своим», но, в конечном счете, лишенным сопереживания; быть в центре событий – оставаясь в стороне. По плечу ли эта задача ему, окруженному «людьми», так похожими на него самого? Поймет ли он мотивы и мысли тех, для кого понятие пол значит меньше, а любовь – много больше, чем для представителей его расы?

Лестница из терновника — яркое, талантливо написанное, глубоко эмоциональное произведение неформатного, пишущего в основном в стол автора.

Содержание цикла:

8.24 (195)
-
7 отз.
8.01 (146)
-
3 отз.
7.71 (142)
-
2 отз.

Обозначения:   циклы   романы   повести   графические произведения   рассказы и пр.


Похожие произведения:

 

 



 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  21  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Книга разочаровала.

Основная фантастическая идея книги весьма интересна и увлекательна. Мир чужой планеты с ее специфическими жителями описывался хорошо и подробно. Автор умело подавал информацию, постепенно раскрывая все новые и новые подробности уклада жизни аборигенов, перемежая это динамикой действий и рассуждениями землянина-резидента, так что бы у читателя не возникало зевоты от сухого энциклопедического перечисления фактов или непонимания от описания запутанных внутренних противоречий персонажей. И все бы в принципе было хорошо, но только чем дальше, тем больше автор не справлялся с достоверностью описываемых событий, с точки зрения побудительных мотивов основных действующих лиц.

Где-то с момента, когда главный герой получает место при дворе и спасает приговоренного за воровство юношу, так и хочется, наследуя Станиславского, воскликнуть: «Не верю», и чем дальше по сюжету, тем больше набираются таких вот «Не верю».

Политика и интриги при дворе находятся на уровне детского сада. Все такие из себя честные и благородные, никакого тебе цинизма или прагматизма в интересах короны. Послы из Лянчина, которых автор поначалу пытался изобразить этакими монструозными фанатиками-садистами, вдруг резко прозревают, внезапно понимая, что их жизнь на родине (несмотря на высокое положение) была несчастливой, а вот северяне то показали им свет в окошке и теперь они исправятся, рабов бить не будут, на веру отцов наплюют, да и вообще поедут назад в Лянчин и устроят там гос. переворот, сделав все по справедливости.

Ну не бывает такого, не происходит ломка сознания и переоценка ценностей вот так легко, сходу, без длительных депрессий и глубокого внутреннего кризиса. Автор совершенно не смог показать такой переход.

Ну да ладно, все эти непонятки еще можно (хоть и с большой натяжкой) списать на инопланетную психологию местных, мол мозги у них совершенно по другому устроены, а логика не поддается нашему пониманию, но земляне то наши родные! И как же они себя ведут? Резидент-разведчик (которого несомненно долго и тщательно готовили) показывает высочайший «профессионализм» поминутно нарушая собственный устав, не умея дистанцироваться от аборигенов, рассматривая их не как научный материал, а как собственных близких, принимая их проблемы как свои. Может он ошибся профессией и ему все же надо было в прогрессоры идти? Но и доблестные Комконовцы тоже показаны во всей «красе». Создается впечатление, что описываемые земные высокие чины только вчера на работу поступили и вообще ни в зуб ногой в понимании азов работы (а как иначе объяснить эпизод с предложением «напарницы» для «Ника»?). Ну а уж эпизод с попыткой отозвать «своевольного» агента с планеты вообще смехотворен, лишь прочитав строку с обвинениями в работорговле, я уже наперед знал какие доводы приведет главный герой в свое оправдание и тем более кажется странным, что глава этнографов не мог предвидеть такого очевидного ответа, который для него стал прям каким то откровением, что он аж решил оставить «Ника» на планете. Да... если уровень прагматичности и проженности высших чинов в важных службах земли именно таков как описывается, то не завидую я геополитическому положению нашей планеты.

Дочитывать третью часть романа желания уже не возникло.

В сумме: великолепная идея романа была значительно подпорчена весьма наивным стилем исполнения.

Оценка: 5
–  [  14  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Начало, заданное первой книгой, было интересно. Наш землянин, учёный-этнограф, приступая к изучению местной цивилизации, «спускается с гор» и пытается ассимилироваться в среде аборигенов, находящихся по уровню развития в конце позднего средневековья. Но со второй книги цикла, автор погружает повествование в психологические глубины героев (они без конца говорят, размышляют, испытывают внутренние терзания), практически напрочь останавливая дальнейшее развитие сюжета. С этого момента наш землянин напоминает тень самого себя, некую условную фигуру (мы его теряем). Он, по большей части, превращается в бесплотный закадровый ретранслятор событий, сводя своё физическое воплощение к нечастым сеансам врачевания. В его присутствии аборигены ссорятся, мирятся, просто болтают, в упор не замечая столь влиятельной и габаритной личности (хотя точных габаритов читателю так и не суждено узнать — характерный для стиля автора штришок), словно его и нет рядом. Надо заметить: местные поголовно очень красноречивы. Вот и получается: лица вроде бы разные, а герой один – автор. Его стиль гладок и цветист, язык насыщен красками и метафорами. Но сюжет-то вязнет, тонет во всём этом эстетствующем многословии. В общем, автор направляет читателя путём раскрытия сущности местной цивилизации через внутренний мир Нги-Унг-Лянцев. А путь этот изощрён и мучителен. К сожалению, я не столь утончён, чтобы по достоинству оценить эти безрадостные блуждания среди сияющих высот.

Оценка: 6
–  [  14  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Тебе больно идти, тебе трудно дышать

У тебя вместо сердца – открытая рана

Но ты все-таки делаешь еще один шаг

Сквозь полынь и терновник к небесам долгожданным

Но однажды проснутся все ангелы

И откроются двери

для того, кто умел верить…

И ненастным январским утром

В горах расцветет миндаль

для того, кто умел ждать...

Fleur, Для того, кто умел верить

Невероятно сильная, цельная и завершённая вещь, пожалуй, одна из лучших эпопей, встреченных мне на бескрайних просторах русскоязычного, да и вообще мирового фэнтези. Эта трилогия — настоящий шедевр и огромное достижение для Макса. Наконец-то Далину, долго ходившему у меня в списках перспективных и многообещающих, удалось в полной мере раскрыть свой талант и сделать всё практически идеально. По-прежнему честная, эмоциональная и выстраданная, трилогия при этом не производит того гнетущего мрачного впечатления, каким отличались ранние работы Макса. Болезненно-драматичная декадентская эстетика уступила место милым романтическим историям со счастливым концом. Но, разумеется, нельзя назвать «Лестницу» розовой сказкой. На страницах трилогии довольно и жестокости, и испытаний, и непростых моральных выборов, перед которым раз за разом оказываются герои. Вообще, по спектру философских вопросов и глубине их раскрытия «Лестница» может выдержать конкуренцию с самыми прославленными западными мастерами интеллектуального фэнтези. Тут и столкновение культур, и ксенофобия, и проблемы гендерной самоидентификации, и прогрессорство пополам с невмешательством, да ещё и с очень небанальной точки зрения. Даже удивительно, почему вещь такой потрясающей глубины и потенциала так и осталась на виртуальных полках сетевых библиотек с жалкой горсточкой читателей. Хотя, пожалуй, по зрелом размышлении неудивительно — здесь ведь нет ни банального приключалова, ни прокачки, ни героев-попаданцев, столь любезных сердцу массового читателя.

Хотя, положа руку на сердце, попаданец таки есть. Наш центральный персонаж, этнограф Ник, прибывает на планету Нги-унг-лян для изучения местных аборигенов. Внешне последние вполне гуманоидны, но на уровне биологии и психологии бесконечно чужды. Все нги — гермафродиты, изначально имеющие условно-мужской пол, смена которого происходит вследствие ритуального брачного поединка. Вокруг этой сюжетообразующей идеи Макс выстраивает целую культуру, систему этики и морали, непротиворечивую даже в мельчайших подробностях. Нечто в принципе похожее искушенный читатель мог видеть в «Сложенном веере», дебютной трилогии Сильвы Плэт, ещё одного совершенно незаслуженно неизвестного русского волшебника от фэнтези. Но, как это ни парадоксально, из-под пера Макса, всегда отличавшегося несколько показной эмоциональностью и эстетством, вышла куда более строгая, структурированная и логически стройная вещь. При всём этом фирменная драматичность никуда не пропала, но стала куда элегантнее и глубже. В романтических страданиях персонажей «Лестницы» есть что-то и от сёнен-ая, что в принципе неудивительно, и от маннерпанка, что куда как интереснее. Конечно, сложносочинённое многоцветье сословных условностей штука уже не новая и сама по себе неудивительная, но Далин и тут неизменно на высоте. Макс не декларирует зияющей пропасти, которую общество ставит между героями, но реконструирует для читателя культуру, менталитет и особенности местного социума так тщательно, что читатель сам, едва заметив нарождающиеся чувства персонажей, прекрасно понимает сам: они не могут быть вместе, не будут счасливы, и вот почему... И, что радует ещё больше, Далин, кажется, перерос страх перед жизнью и страданиями, свойственный героям его ранних вещей. Персонажи «Лестницы» идут по стеклу, падают, разбиваются в кровь, но неизменно встают и идут дальше. Теперь автора интересуют уже не изломанные предательствами и разочарованиями, но сильные, пережившие и изменившиеся под грузом испытаний личности. И это не может не радовать.

Теперь, собственно, о культурах. Государство Кши-На, в которое изначально попадает Ник, списано где-то более-менее с китайской империи времён её наивысшего рассвета. И дело тут даже не в характерной фонетике имён, пушках, порохе и прочих антуражностях. Кшинассцы — все-все, от утончённых аристократов до крестьян-работяг — интегрированы в невероятно красивую и упорядоченную мировоззренческую систему, регламентирующую, кажется, все существующие грани общественных отношений. Ритуалы, традиции, праздники, искусство, медицина, вера и религия, отношение к женщинам, преступления и наказания, преданность и предназначение, любовь и жертва, глубокое, подлинное чувство собственного достоинства, сочетающееся с безграничным уважением к личности вообще. Культура кшинассцев не просто занятна и уникальна, это — предельно проработанная, шокирующе точная модель мира победившего буддизма, в котором внутренняя гармония, чуткая созерцательность и совершенство личности вытеснили все типично человеческие пороки и страсти. При этом списанные с нашего с нами востока северяне-кшинассцы вовсе не выглядят утопичным фантазёрским бредом. Помянутая глубина личности, внутреннее совршенство и гармония идут как раз от тех самых биологических особенностей, которые некоторым из нас на первый взгляд кажутся отталкивающими и отвратительными. Кшинассцы — такое ходячее вополощение инь-яня, мужское и женское начало одновременно, сочетание силы и мягкости, агрессии и эмпатии. На контрасте с ними земляне кажутся этакими этическими дивергентами, монстрами с нечёткой и необязательной моралью, которые, в довершение всего, возомнили себя богами, вершашими судьбы «отсталых» народов. Как метко подмечено одним из второстепенных персонажей. земляне — люди-половинки. Именно поэтому тонкий психолог и убеждённый мизантроп Ник, строящий свою работу на полном принятии инопланетной этики, так быстро становится для кшинассцев своим. Начавшаяся как рабочий момент, метаморфоза героя постепенно добирается до самых укромных уголков его души. Именно тут, за маскою шелковых драпировок, поэзии, благовоний, вееров, фехтовальных изысков и прочей антуражности и скрыта та самая далинская наивно-трогательная эскапистская образность. Аборигены выбирают раз и навсегда, не предают, не лукавят. Их страсть — до конца, их любовь — на всю жизнь, обоюдное изменение и тотальный импритинг, от биохимии до психологии. Именно тут, во втором-третьем слое смыслов, Далин прячет выстраданную свою мечту о нежности и любви-навсегда, исступленное желание непоноценной по природе своей половинки стать целым. Пронзительное ощущение невозможности такого в нашем с вами релятивистском эмоциональном вакууме делает эти кшинасские недолговечные акварели эмоций тем более искренними и трогательными. До сердца, да. Менее эмоциональный на первый взгляд, новый стиль Макса куда притягательней экзистенциальных страданий «Лунного бархата». Ни розово-чёрного ангста, ни, боже упаси, голубизны. Макс вообще очень правильно понимает то, что иногда, боясь сглазить, эвфемистически называют чувством глубокой эмоциональной привязанности. Отношения его героев — это отношения между личностями. Легкий налёт яойности в «Лестнице» не идёт дальше милого показного манерничанья и стилизации. Это, кстати, неожиданно подкупает. Видимо, примерно в этом направлении прозревшие ближе к концу комконовцы будут работать с целью интеграции культур. Восторженное восхищение же лучше зависти, да.

Вообще, местные симфонии и этюды чувств чистой воды игра на эмоциях. Персонажи в той или иной степени воплощенные в личностях социокультурные концепты и сквозных — немного. Кроме Ника, выделяется бесспорно общечитательский любимец красавчик Ар-Нель, голос и сердце автора даже, пожалуй, в большей степени, чем номинально-центральный Ник. И, конечно, Ар-Нель тоже до определённой степени персонализация, но куда более глобальная и сложноустроенная. Внутренняя сила за внешней обманчивой хрупкостью, душа поэта и руки воина, мировоззрение пророка и изощрённый разум дипломата-интригана одновременно. Ар-Нель — такой этический индикатор, чутко реагирующий на любое проявление жестокости и несправедливости. Сила, способная на жертву, душевная чуткость и способность видеть истину, проникая в суть вещей. Вот почему милый-дорогой Ча по праву один из самых ярких образов «Лестницы». В конечном счёте, именно его доверие и любовь к Нику и А-Рин являются главным залогом того, что не всё ещё потеряно для землян. И при всём прочем Ар-Нель вполне себе личность со своими очаровательными недостатками. Отказ от нелепой догматичности и гармонично увязанное между собой духовное и плотское делают его куда большим, чем ходячий символ-апология авторским мировоззренческим вывертам. Тем радостнее счастливый финал трилогии. Ар-Нель стал катализатором такого невообразимого количества перемен, что по праву заслужил собственное счастье. В грандиозной метаморфозе, затронувшей и кшинассцев, и лянчинцев, и даже землян, были задействованы сотни тысяч, но именно Ар-Нель стал провдником-агентом, давшим всему начало и сдвинувшим процесс с мёртвой точки.

Посвящённые Лянчину главы, как по мне, важны ещё и потому, что высвечивают новые проблемы нашего с вами мира, помимо черствости и душевного холода. Помимо трогательно-утопического слияния, в котором побеждает этически верная, а не попросту более сильная система, Далин имеет сказать ещё и многое о религии. По Максу, это ещё один, и довольно могущественный, инструмент зашоривания и влияния. Генератор ненависти. На любого пророка наидутся тысячи токователей, которые бесконечно извратят и исказят священные истины. Поэтому последние и должны быть инкапсулированы в самосознание и мировоззрение людей, а не просто записаны в священных книгах. Противопоставленная лянчинской теократической диктатуре, милая опять же антуражность кшинасской религии побеждает и выигрывает. Потому как подкреплена верой, носителями которой являются живые люди, а не мёртвый пергамент древних фолиантов. Руководящий принцип авторского мира, где стабильность и развитие непреложно следуют из этической верности, в свою очередь проистекает из помянутой выше психологической гармноии аборигенов, до которой нам как до Луны пешком. Лежащая в основе самой сущности нги жертвенность и предчувствие любви выливаются во внутренне зрение, которое никогда не поздно пробудить в любом, кто не очерствел душой окончательно. Поэтому-то в столкновении двух культур — Кши-На и Лянчина — мы и наблюдаем совершенно не по-земному счастливый финал. В реальности жестокая, погрязшая в догматизме и ненависти военная машина юга смела бы аристократически-утончённый север. Поэтому-то трилогия Далина и может где-то считаться вполне себе утопией. Этнографическая же достоверность лянчинсокй культуры на высоте не ниже кшнасской, но в силу своей понятности и близости нам, землянам, поражает не так сильно. Этакая смесь брутальности монгольских кочевников времён Чингиз-Хана и типично арабской жестокости-во-имя-религии. Интересна здесь не культура сама по себе, а постепенная личностная трансформация некоторых её носителей, закономерно выливающаяся в отказ от застывших, замкнувшихся в себе и выродившихся императивов.

Глубокая, многоплановая и великолепно исполненная на всех уровнях трилогия о вере, любви и жертвенности. О том, какие суровые испытания подчас побрасывает нам жизнь. О всепобеждающей силе любви, о том, как важно иногда верить и ждать несмотря ни на что. И мне, знаете, совершенно не важно, например, кем же всё-таки является этот автор-загадка — мужчиной или женщиной. Так или иначе, этот человек невероятно талантлив, и благодарность моя за эту замечательную трилогию бесконечна. Пишите ещё!

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Отзыв будет на все три книги за раз, потому что прочитала я их скопом, и разлепить впечатления теперь нет никакой возможности.

Коротко про жанр: хоть и есть в книге все черты прогрессорской фантастики, для меня это все-таки фэнтези. Мало того, если убрать главного рассказчика — этнографа, рассказать эту историю от третьего лица — это будет нормальное годное фэнтези. И даже если убрать совершенно безумное авторское фантастическое допущение — это будет приличное фэнтези. А в том виде, в котором автор эту книгу написал — это не просто хорошее фэнтези, это полный крышеснос и отвал башки, я серьезно.

В далекой-далекой галактике, на одной планетке живут себе поживают ксеноморфы. Очень похожие на людей, руки-две, ноги-две, голова — одна, едят ртом, думают мозгом. Никаких тентаклей и ни одной ложноножки. И даже не зеленые. Дяденьки живут, тетеньки живут, тетеньки замужем за дяденьками, пастораль почти. И дети бегают. Только мальчики. И младенцы — только мальчики, и юноши тоже. И никакой пасторали на самом деле. И земные ученые и прогрессоры галопом бегут с планетки в далекой-далекой галактике, тяжело им там. Это я не спойлеры тут разбрасываю, это первые страничек десять книги. Ну своими словами.

Дальше серьезно.

Всю первую книгу автор нам повторяет, что аборигены Кши-На — не люди. Они не люди, их нельзя мерить нашими мерками, к ним не стоит прикладывать мерило нашей морали. Но тут интересный момент: с поправкой на особенности физиологии и культуры большинство героев ведут себя как раз таки высокоморально. Потому что понятия о добре и зле, о достоинстве и позоре похожи на наши. Или, ну вдруг, потому что это понятия и нормы межгалактического масштаба? А главное — внегендерного, вот что важно.

Мне кажется, автор об этом и говорит. Вот смотрите: в первой книге происходит знакомство с аборигенами страны Кши-На, несмотря на предупреждения автора о внеземной сущности этих не людей, начинаешь за них переживать и болеть как за своих. Ко второй книге так сродняешься с устройством мира в уже знакомой стране, что диким ужасно неземным кажется уклад Лянчан, с которым нас автор и знакомит. И поэтому к последнему роману трилогии уже выступаешь в поход вместе с героями за правое дело, за свободу и вот это все. Смутно вспоминая при этом, каким странным казался казался тебе этот мир при знакомстве, какими чуждыми ксеноморфы.

А почему так? Да потому что автор говорит и о нас, землянах, тоже. О нас, ксенофобах и еще как-угодно-фобах. О наших предрассудках, о нашей нетерпимости. Но и о просто о нашей жизни и любви.

Ведь становление женщиной через боль и матерью через боль — это мы.

Любовь — поединок и война, в которой один всегда сдается, но не проигрывает при этом — это мы.

Желание привязать к себе любимого и не отпускать — это мы.

Мечты об абсолютной моногамии и создании пары навсегда — это тоже мы.

Мы не на Нги-Унг-Лян. Мы не можем найти себе партнера подходящего по всем шести признакам, нами правят случай и несколько химических соединений в мозгу. Мы не вступаем в смертельно опасные поединки, всего лишь сражаемся за власть в паре годами и десятилетиями. Мы никогда не можем быть уверены, что завоевали партнера и он наш навсегда.

Немножко жаль.

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Честно говоря, очень долго не могла себя заставить прочитать это произведение, слишком неоднозначные, а иногда и довольно негативные отзывы настораживали. Но так как другие работы автора впечатлили, решила все-таки ознакомиться.

И почти не пожалела:))

С первых же строк читатель буквально ныряет в необычный, непривычный мир Нги-Унг-Лян. Автор по полочкам сразу объясняет особенности мира. И вот наивный читатель, уверенный, что примерно знает как пойдут события (прогрессорство, ассимиляция и пр. про попаданцев) вместе с Ником отправляется исследовать новый мир.

В чем талант автора — так это обламывать ожидания, в хорошем смысле. Преподнести этот чуждый мир, сделать его понятным и все же принять его «философию», вот такую необычную — от которой «нормальных землян тошнит».

Я сопереживала героям, хотя немного и коробила роль зрителя ГГ, но он исправляется. Они действительно живые персонажи. Им веришь, что да- вот так тоже может быть. И ведь они счастливее нас, потому что не боятся одиночества. Всегда смогут найти того/ту вторую. Половинку, самодостаточную. А люди (земляне) — нет, и невольно завидуешь...

Живой язык и живые персонажи, казалось бы идеальное произведение. Первые две книги пролетели чарующе-приятным облаком пряностей. Но вот третья книга подкачала, честно говоря дочитала только из-за упрямства и любопытства- чем же все закончится? к счастью, самый главный облом не описан.

Спасибо, автор:)) потерять Ар-Нель было бы слишком больно.

Самым пожалуй нелюбимым (это мягко сказано) персонажем стал Господин Анна. На мой взгляд, он описан очень поверхностно. О его положительных чертах характера (доблести, честности и т.д.) читатель узнает от других персонажей, что отнюдь не играет ему на пользу. Сам же Анну представляется нам как настороженный человек, который «слишком много думает». Он много болтает с подначки Ар-Нейта, много раз одно и тоже. И его волчата повторяют за ним. Эти моменты можно было бы обыграть как-то по другому. в конце концов надоедает читать как он пытается убедить остальных в своей правоте, хотя и сам особо не верит в успех. Другие Львята вызывают больше чувств — ненависть, смех, жалость и гнев — целую гамму, но сам же Анну так и остался для меня нераскрытым.

Варвар с юга по уши влюбляется во всеобщего любимца Ар-Неля.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
И тем ужаснее понимание, загадка для меня почему его любовь взаимна. почему ему «поддаются».

эх, жизнь не всегда справедлива. вот не будь Анну, вообще, даже не упоминался бы кто-то похожий. тогда это стало бы одним из любимейших произведений. все же конец подкачал.

Оценка: 8
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Безумно красивая, талантливая и невероятно умная книга. Из тех, кто пишет на русском, в последнее время меня удивили в равной мере Мариам Петросян и Далин. Удивили филигранным литературным зодчеством, творением миров и героев, в эти миры врастающих. «Они не ущербные — они другие» — вот главный девиз обеих книг.

Но вернусь к «Лестнице». У Макса мир вышел даже интересней, чем у замечательной Ксюши Медведевич, глубже, чем у легендарной Урсулы, неожиданней, чем у Мирера (в «Доме скитальцев»), достовернее, чем у Лукьянова в «Пешке».

Дифирамбы пою, и петь хочется дальше!

И жаль, что книга трилогия кончилась.

И тсрашно читать другие вещи автора: а вдруг хуже? Вдруг разочаровательнее, чем у Лазарчука в «Стеклянном мече»?

Оценка: 10
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Первые две части читала с огромным удовольствием. Помимо хваленых уже многократно языка и описаний, здесь имеются две вещи, которые меня всегда подкупают: стр-р-расть на разрыв, а также тайны и глубины психологии, пусть и инопланетной. А вот третья часть... Один из репортеров-землянин для меня воспринимается не просто уместным, а даже очень удачным, картинка сильно выигрывает от просмотра с двух точек зрения. Но в третьей части Земли, ИМХО, многовато. Уже Deus ex machina мне представляется лишним. К тому же, оказывается, земляне не ради какого-то научного интереса там работают, а для того, чтобы в дальнейшем включить планету в сферу своего влияния, чтобы на нее вдруг не наложили какие-нибудь щупальца. Как-то меня это царапнуло. Вот имеется планета с очень похожими на людей внешне, но глубоко отличающимися внутренне, включая психологию, разумными существами. Вроде в первую очередь напрашивается тщательное и острожное изучение. Нет, мы будем вести планету на помочах к светлому будущему (в нашем понимании, конечно). а изучать уж как получится по ходу дела. Для меня это всю картинку перекосило. Жаль.

Оценка: 7
–  [  2  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Главное разочарование романа — его жанровая классификация. Это все-таки не фантастика, и уж никак не научная, несмотря на «легенду» главного героя. Перед нами стереотипное фентези про попаданцев, даром что без магии и драконов. Причем описанный мир, хоть и анонсируется как чуждый, является чуть ли не копией земли: лошади, верблюды, куры, ежевика, скорпионы, ели — короче, без намека на оригинальность. А технологии землян остались на уровне XX века, с некоторыми поправками. Главная фишка с полами местных аборигенов бросается в глаза, но выглядит поверхностной и несущественной, потому как ведут они себя, вопреки заявлениям, как люди.

Персонажи просто картонные. Единственное, что можно сказать о ГГ — он жалостливый. Все. Как личности его нет. Он просто сторонний наблюдатель, впрочем, это оправдывается его работой, но со стороны читателя смотрится неинтересно. Ну и его постоянное подсовывание стимулятора уже набило оскомину. Остальные персонажи (имена на китайский манер не запомнить вообще) сплошь и рядом все такие благородные, порой до тошноты, что тоже смотрится неестественным.

Ну и вишенка на торте: шутки-прибаутки про Штирлица, напевы Высоцкого. Это замечательно, но уж очень не к месту.

Оценка: 6
–  [  -1  ]  +

Ссылка на сообщение ,

По мотивам Стругацких. Местами поверхностно, местами нелогично, но очень даже неплохо на фоне большинства фантастических произведений.

Любые аналогии с гомосексуализмом, как мне кажется, идут от недалекого ума.

7.5\10

Оценка: 7


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх