FantLab ru

Генри Лайон Олди «Дорога»

Рейтинг
Средняя оценка:
7.99
Голосов:
1200
Моя оценка:
-

подробнее

Дорога

Роман, год (год написания: 1992); цикл «Бездна Голодных глаз»

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 90
Аннотация:

Контракт с дьяволом, оформленный по всем нормам права, открывает дорогу в иной мир. Мир, где ты становишься бесом (а «бес» — сокращение от «бессмертный»), и где смерть — привилегия свободных. А контракт твой будет надёжно храниться в Зале Ржавой подписи, и по ночам ты будешь слышать зов, оттуда идущий — зов твоей потерянной души, твоих прошлых жизней...

А тем временем на покинутой тобою Земле творится кошмар. Ожившие вещи сходят с ума, техносфера грозит поглотить собою человечество — и обернуться в итоге Некросферой, эдаким «зародышем ада»...

Бес Марцелл, который не хочет жить вечно, предпринимает попытку что-то изменить.

Примечание:

Роман был написан в течение 1991 — 1992 г.г.


В произведение входит:

  • Книга I. Право на смерть
  • Книга II. Предтечи
7.49 (281)
-
7 отз.
7.33 (308)
-
9 отз.
7.46 (291)
-
7 отз.
7.77 (275)
-
7 отз.
7.92 (402)
-
17 отз.
7.53 (269)
-
7 отз.
6.88 (274)
-
7 отз.
  • Книга I. Право на смерть (Продолжение)
  • Книга III. Вошедшие в отросток
  • Книга II. Предтечи (Продолжение)
7.27 (304)
-
8 отз.
  • Книга III. Вошедшие в отросток (Продолжение)
  • Книга II. Предтечи (Исход)
  • Книга III. Вошедшие в отросток (Явление последнее)
  • Книга I. Право на смерть (Пролог)

Обозначения:   циклы   романы   повести   графические произведения   рассказы и пр.


Входит в:

— сборник «Дорога», 1994 г.

— сборник «Право на смерть», 1995 г.

— сборник «Сумерки мира», 1996 г.


Лингвистический анализ текста:


Приблизительно страниц: 166

Активный словарный запас: высокий (3119 уникальных слов на 10000 слов текста)

Средняя длина предложения: 59 знаков — на редкость ниже среднего (81)!

Доля диалогов в тексте: 26%, что гораздо ниже среднего (37%)

подробные результаты анализа >>


Похожие произведения:

 

 


Дорога
1994 г.
Право на смерть
1995 г.
Войти в образ
1996 г.
Сумерки мира
1998 г.
Бездна Голодных глаз: Дорога
1999 г.
Бездна Голодных глаз. Том 1
2001 г.
Бездна голодных глаз
2004 г.
Сумерки мира. Бездна Голодных глаз. Том 1
2005 г.
Бездна Голодных глаз. Том 1. Сумерки мира
2008 г.
Бездна Голодных глаз
2011 г.
Бездна Голодных глаз
2018 г.

Аудиокниги:

Бездна голодных глаз. Дорога
2006 г.
Дорога
2006 г.

Издания на иностранных языках:

Otchlan Glodnych oczu: tom 1
2006 г.
(польский)





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  17  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Главное, что впечатляет в первом (сюжетно) романе «Бездны Голодных Глаз» — это размах действия. Пространство и время. Несколько миров и охват эпох от XX века до неизмеримо далекого будущего. Похоже, что такие масштабы в отечественной фантастике беспрецедентны, да и в мировой примеры можно пересчитать по пальцам. (Мне, скажем, на ум приходит только Муркок, да еще, пожалуй, Герберт – но он писал НФ и с Олди у него почти ничего общего).

Олди любят шокировать читателя, сразу бросив его в объятия необычного мира своих книг. В «Дороге» далеко не сразу мы получаем объяснение происходящего, и постепенно привыкаем наслаждаться экзотикой мира Малхут, его изысканно-упадочной романтикой, извращенной социальной структурой и моралью, основанной на культе смерти и разложения. Но, как только привыкнем, авторы снова бросают нас – на много веков или даже тысячелетий назад, разворачивая перед нами труднопредствимых масштабов картину событий, которые привели к возникновению тех сущностей, обществ и отношений, которых мы уже видели в самом начале. И роман собирается, как пазл, из обломков, потерявшихся во множестве миров и времен, а также там, где нет ни пространства, ни времени. Да, именно с «Дороги» придется привыкнуть, что в «Бездне Голодных Глаз» причинно-следственные отношения гораздо сложнее, чем в привычной нам Вселенной.

Человечество создало нечто, что стало сильнее своих создателей – весьма предсказуемый итог прогресса. Но отказ от него – это вовсе не выход. Мир, где регресс и саморазрушение стали основной ценностью – обречен вечно топтаться на месте. Разве такое болото параноиков и меланхоликов, чей предел мечтаний – легкая и красивая смерть, должен существовать? Нет, бес Марцелл так не считает. Не считает так и Пустотник Даймон, и другие Пустотники, поздно осознавшие свою ошибку. А значит – будет война. Будет любовь. Будет жизнь. И бесы станут богами.

В литературе давно, еще со времен Свифта, установилось скептическое отношение к идее физического бессмертия. Но Марцелл – совершенно новый образ бессмертного человека. У него есть нечто большее, чем жизнь – у него есть память и знание своего Пути. В нем словно бы воплотилась вся воля человечества к жизни, к прогрессу, он воин, обреченный на победу, но не удовлетворяющийся простыми персональными победами. Он хочет раскачать безумный мир жаждущих смерти, поделиться с ними своим боевым духом, своей здоровой звериной жаждой жизни, которую здесь помнят разве что малые дети.

Даймон, то есть, фактически, демон – напротив, воплощение сомнения. Он лучше других знает, что Природа вложила в человека не только волю к жизни, но и жажду разрушения.

«Вошедшие в отросток», роман в романе – прямо-таки квинтэссенция творчества Олди на тот момент – смесь триллера, приключения, сюрреализма и трагикомедии. Очень живая, не пытающаяся притвориться чем-то вещь. Достоверности происходящему добавляет постоянно меняющаяся точка зрения – мы как бы получаем информацию от разных участников и очевидцев мистического путешествия. Единственный способ разрушить то, что построено на крови и страхе – оставаться человеком. Сознания путешественников и Даниэля остаются чужеродными островками человечности в бредовом мире Некросферы, словно сошедшем с картин Босха и его последователей. А значит – предстоит битва, смертельная битва за свое «я», за право остаться в стороне от жуткого хаоса. Забавно, что вместе с традиционными ужасами вроде инквизиторов, демонов, монстров, Некросфера натравливает на героев и современные – бандитов, милиционеров-беспредельщиков, военных с фашистскими замашками. Самое интересное, что при всей ужасности, это концентрированное зло удивительно бессмысленно и бесцельно – например, военные готовы уничтожить кого угодно, кто помешает им ликвидировать вполне безобидного ручного тигра. И только созидательная человеческая воля, жажда победы и готовность жертвовать собой – чувства истинного воина – способны остановить хаотичный кошмар, родившийся из слепого страха смерти.

На нити двух основных сюжетов нанизаны рассказы, почти каждый из которых я назвал бы драгоценным украшением романа. Именно эта отрывочность (признаться, к романам в рассказах я весьма неравнодушен) и создает ощущение масштабности, размаха. Да, это не добавляет стилистической однородности – но лучше помогает понять Марцелла, живущего всеми своими прошлыми и будущими жизнями сразу. Особенно хочется отметить эталонный рассказ ужасов – «Монстр» и совершенно безумный по своему драйву «Восьмой круг подземки». А в «Тигре» и «Аннабель-Ли» чувствуются мотивы пробуждения мистических сил природы, преобразующих человека, которые впоследствии станут одним из центральных мотивов написанного в соавторстве с Андреем Валентиновым романа «Нам здесь жить». «Ничей дом» напоминает какие-то городские легенды 90-х. А «Смех Диониса» и «Последний» — настоящие гимны человеческой воле, воле Творца и Воина.

«Дорога» прочно связана с глобальным литературным пространством – и это не только цитируемые в эпиграфах произведения. Несмотря на оригинальность, «Дорога» является своеобразной суммой накопленных фантастической литературой традиций. «Ничей дом» и «Восьмой круг подземки» вызывают ассоциации с «Пикником на обочине» Стругацких, «Смех Диониса» похож на рассказы Рэя Брэдбери, «Монстр» и «Вошедшие в отросток» напоминают творчество Стивена Кинга, а в «Праве на смерть» чувствуются неясные аллюзии на говардовского Конана. Отличительная особенность не только «Дороги», но и всего цикла «Бездна Голодных Глаз» — некая надлитературность, вызывающая мистическое ощущение. Авторы как бы не стесняются источников вдохновения, вплетая старые слова в новые «витражи», городясь этой преемственностью.

Достоинства произведения:

стиль и язык;

атмосфера (особенно рассказы и линия Некросферы);

философия;

исключительная масштабность сюжета в пространстве и времени при столь малой форме;

яркий образ Марцелла и его прошлых инкарнаций.

Недостатки:

пожалуй, отсутствуют, хотя вчитаться в «Дорогу» с ходу очень тяжело – вычурный язык и запутанный мир могут отпугнуть.

Итог: отличное начало цикла. «Дорога» — это путь, который проходит сквозь нас, сквозь всё человечество. Этот путь сам выбирает себе – героя? жертву? Но даже если единственный выбор – победить или погибнуть, всегда нужно помнить о том, что от победы одного может зависеть судьба целого мира. Однозначный шедевр, рекомендую любителям хорошего фэнтези и необычной литературы.

Оценка: 10
–  [  15  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Мое пристрастие к Олдям (не угасшее и до сих пор) началось в далеком 1995-м, с маленьких самиздатовских покетбуков. Как сейчас помню — чудесные иллюстрации Печенежского и Семякина, автограф Олди на шмуцтитуле: «Верной ДОРОГОЙ идете, товарищ! Правильно читаете...» А старая любовь, как известно, не ржавеет. Для того, который Был Я (шестнадцатилетнего), «Дорога» была настоящим потрясением. Цитируя поручика Ухтомского: «И тут меня как «чемоданом» по макушке». Хорошая фантастика, как оказалось, не заканчивается на книгах профессора Толкина, а хорошая философская литература — на «Обыкновенном чуде» и «Том самом Мюнхгаузене»...

Впрочем, и про эту книгу вполне можно было сказать — «обыкновенное чудо». Книга, в которой каждое слово значимо — но не само по себе, а именно как часть большого текста. Интереснейшая и нестандартная концепция «Тех, которые Я». Жизнь как вечная скука; более точного и глубокого определения мне как-то встречать не довелось. (Потом эта же идея появится в «Одиссее», и это будет, как говорится, «умри, сэр Генри — лучше не напишешь!»

Много незримых ниточек связывает эту раннюю вещь Олдей с классической литературой. Нет, не с классикой фантастики — с классикой психологической прозы, литературы «потока сознания», в какой-то степени магреализма (сама идея — психология современного человека в декорациях, замаскированных под античность — произрастает прямо из «Мартовских ид» Уайлдера). Много отсылок к отечественной поэзии 20 века («Я спал, мадонна, видел ад» — это из Д. Самойлова, «зелень лавра, доходящая до дрожи» — Бродский, «Анабель-Ли» — одновременно и Эдгар По, и А. Вознесенский...) В общем, такие «связочки» с мощной мейнстримной традицией делают эту вещь не только и не столько фантастикой, сколько блестящим образцом постмодернистской притчи. Поэтому «Дорога» очень сильно выбивается из общего ряда произведений, входящих в «Бездну Голодных глаз». Поэтому же, вероятно, ее до сих пор низко оценивают любители всякой там фэнтезни. Простенькие, банальные «Сумерки мира» более внятны: «мечи звенят, мечи блестят»... (в «Дороге», кстати, хоть один меч есть? ) Но те, кто любит не экшн, а просто хорошую литературу — оценят.

NB Да, и что касается сюжетного, а также стилистического «разнобоя». Я его, признаться, не заметил. Ну да, рассказываются три совершенно независимые истории, которые потом срастаются в одну — но этот прием придуман был не Олдями. Ещё у Крапивина в «Голубятне на жёлтой поляне» было. (И кстати, в тему: любимый многими «Герой...» — написан АБСОЛЮТНО так же. Практически весь сюжет, рассказ об Амфитрионе, Гермии и пр. — всего лишь предыстория того момента, когда в сознании Геракла звучит голос предка — Кроноса. Когда задыхаешься от внезапного осознания: «Ах, ВОТ ради чего все это писалось!..» Собственно, такое ощущение — это и есть катарсис. В который я вообще-то не верю — но таки испытывал его, читая и «Дорогу», и «Голубятню», и «Ахейский цикл»).

Ну и к тому же: эклектика стиля — чуть ли не фирменный знак Олдей. Честно говоря, я предпочитаю хаос — излишней упорядоченности. «Вышивание мелким бисером», неповторимые мелочи\детали — подчас дороже стоят, чем строго выверенная и логичная фабула.

NBB Можете ставить минусы, я не возражаю :)

Оценка: 10
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Так искуссно связать все нити повествования, очень похоже на их стиль и в то же время не очень, для меня стало необычным то, что книга началась главой от первого лица. Как всегда радует масштабность картины, книга заставила задуматься, недели две она у меня не выходила из головы. Вообщем книга оставила глуьокий след в душе, я думая именно такие книги достойны называться таковыми. Спасибо авторам за такой замечательный замысел.

Оценка: 10
–  [  3  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Тут вам и фентези, и постап, и философия, и реализм и т.д. и т.п. Это если просто в общих чертах. В свое время это было 2-е или 3-е произведение, которое меня привело в ряды ярых почитателей творчества Олдей. Цикл «Бездна голодных глаз», по моему мнению, является одним из венцов их творчества! Можно рассматривать и как отдельные рассказы, но насколько глубоко связаны рассказы между собой в цикле можно ощутить только прочитав их вместе! Язык заслуживает отдельной похвалы — он бесподобен! Перечитываю раз 3-й, или 4-й уже! И думаю еще не раз вернусь. С нетерпением приступаю к следующему роману цикла — «Сумерки мира». 10/10!

Оценка: 10
–  [  3  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Интересное и своеобразное произведение (можно сравнить с некоторыми произведениями Р. Желязны). Необычная форма подачи материала: авторы кирпичик к кирпичику (и хоть кирпичики-то далеко не одинаковы, почему-то идеально подходят друг к другу!) выстраивают перед читателем крепкое здание, и когда читатель, в конце концов, входит в возведенный дом, он видит что работы еще много, и дом будет достраиваться изнутри, заполняться мебелью и вещами… ведь это только начало, начало дороги, начало, возможно, одного из самых самобытных циклов отечественного фэнтази (фэнтази ли?)

Оценка: 10
–  [  2  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Дорогу» больше всех произведений люблю из этого цикла — за гремучую смесь и внутренние рассказы.:sla:

И конечно идея Права и все, что с ним связано — по настоящему захватывает. И то что Бессмертные в этом мире — неприкасаемые, самая низшая каста:smile:

Первый раз прочитала в 97 году, была потрясена. С тех пор много раз перечитывала. Со временем , правда, появилось ощущение, что я немного «выросла» из книги, но восторг остался.

Оценка: 10
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Я в диком восторге от книги. Более убедительного изложения буддизма никогда не встречала. А еще много отсылок к Стругацким.

Оценка: 10
–  [  0  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Дорога — это почти безусловный шедевр! Почти потому, что сам роман глобальный, масштабный до головокружения, а вот внутренние рассказы на фоне произведения в целом какие-то простые, не все, конечно, но например, после такого эпического вступления первый рассказ меня очень разочаровал, могли бы ведь Олди придумать начало восстания «техносферы» чем-то более размашистым, чем неповиновение муз. аппаратуры:abuse:!!! но всё же я в восторге!!!!

Оценка: 10
–  [  -3  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Самое впечатляющее из романов Олди...

Я лично считаю «Дорогу» одним из лучших романов. Книга отлично проработана, и в динамике, и философской составляющей. Неплохо продуманы мелкие детали, и вставки в виде рассказов.

Оценка: 10
–  [  17  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Свет чувствовал себя неуютно в комнате с задрапированном тяжелыми занавесками эрекером. Он нашел союзника только в настольной лампе, остальные вещи его к себе подпускали с опаской и некоторой брезгливостью. Вещам претило, чтобы свет задевал что-либо помимо лакированного покрытия и пачкал их тусклыми отблесками.

Лучше всего с задачей справлялось пять кресел, расставленных в форме кремлевской звезды в центре комнаты. Тяжелая обивка со знанием дела поглощала свет, к немалому неудовольствию последнего. На подлокотнике одного из кресел в полумраке лежала книга. Если бы свету дали возможность разглядеть ее, он смог бы оценить яркий оранжево-золотистый переплет. Свет и переплет — они бы наверняка подружились. Свет приложил бы все усилия, чтобы книга сверкала и переливалась, а переплет благосклонно бы принимал лучистые дары и старался бы больше времени проводить на свету. Радовать глаз Читателя.

Рассевшимся по креслам, впрочем, до переплета дела не было.

Первым подал голос зрелый мужчина с лицом ребенка. Запинаясь и потея, он нес восторженную чепуху, выдавал одну притянутую за уши аналогию за другой, строил мессианские теории и зачем-то призывал включить роман в школьную программу. Видимо забыл, что сидит не в комитете по образованию. Он верил каждому написанному слову и наотрез отказывался признавать в книге фантастику. Ему бы пришелся по душе термин «магический реализм», если бы он его знал. Ему бы пришлось по душе что угодно, лишь бы не пришлось краснеть под осуждающими и снисходительными взглядами редких гостей, заинтересовавшихся его библиотекой. Он с радостью бы сменил яркую обложку на строгую пуританскую. Его любимое место в книге – история Йона Орфи. Читатель, которым я был.

Вторым говорил в бороду грузный лысеющий старик. Он досадовал, что пришлось отвлечься от нянчения любимых внуков и вернуться к беллетристике, в которой заведомо нет ничего нового, которая опостылела еще десять лет назад. Он читал внимательно и с ленцой в голосе признавал, что роман написан бойко. Но в остальном его раздражало все – количество Больших Букв в именах, топонимах и явлениях, количество героев, тон повествования и в особенности дурацкая современная сюжетная линия о попавших в отросток. В глубине души он скучал по временам, когда никто ему не мешал читать, что вздумается, чувствовал тоску по ненаписанным им самим книгам. Его любимое место – стилизованная под Стругацких история Ничейного Дома. Читатель, которым я не хотел бы однажды стать.

Затем скромно и тихо привел свои доводы засидевшийся без научной степени аспирант в потертом твидовом пиджаке. Он говорил о том, что авторы ставят очень смелые эксперименты со структурой, заставляют больше думать и внимательнее следить за текстом. Он, немного смущаясь, указывал на мастерство владения слогом, на изящные конструкции и моменты, когда проза поет и льется музыкой. Его доводы были разумными, а голос успокаивал, Если честно, он бы с большим удовольствием пропустил вперед следующего оратора, но установленный порядок менять не хотел. Его любимое место – история дельфина Ринальдо и поэтический спор об Аннабел Ли. Читатель, который всегда был мне симпатичен.

Следующим высказался атлетически сложенный юноша с капризным ртом и длинными волосами. Он изредка фыркал, слушая доводы Третьего Читателя, и теперь, когда больше ему никто не мешал, чувствовал себя на коне. С тщательно выверенными нотками артистизма в голосе он язвил, что вместо того, чтобы читать нормальную мужскую литературу, люди увлекаются какой-то безыдейной, нежизненной, ничему не учащей мутью. Что от этого все беды в личной жизни, проблемы на работе, и в итоге профуканная жизнь. Наиболее удавшимся эпизодом, и то – откуда-то заимствованным – он считал историю бегущего Эдди. Читатель, который не-я.

Последним говорил мужчина лет тридцати двух, широкоплечий, с намечающимся брюшком. Из Сидящих в Креслах он читал меньше всех – молодые годы прошли в беготне за юбками подмосковных красавиц, на археологических раскопках и за барабанной установкой на репетиционных базах. Он внимательно слушал собеседников. Он не находил нужных доводов в защиту романа. К тому же оказывалось, что те места, которые он сам хотел покритиковать, были для кого-либо из Сидящих любимыми. Он говорил совсем немного, а молчал – об одном. Он узнал себя в каждом герое.

Слушая собеседников, Читатели иногда поглядывали на переплет. Каждому что-то осталось непонятно. Читатели ждали продолжения.

Оценка: 9
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Когда после нескольких десятков страниц я все еще не понимал даже приблизительно, о чем читаю и зачем, лишь отсутствие других книг в радиусе досягаемости (дело было на отпуске, а запастись библиопродукцией более основательно мне в голову не пришло) заставило меня продолжить чтение. До сих пор радуюсь этому счастливому совпадению.

Данный роман — из тех, в которые надо «въехать», причем даже не столько интеллектуально, сколько чувственно, просто распробовать его на вкус. Если поначалу (в течение первой книги) вас посещает желание вышвырнуть эту ахинею и забыть о ней, я все же настоятельно рекомендую дать произведению шанс на реабилитацию. Дочитайте до «Вошедших в отросток» — и, возможно, стилистическая «рваность» на ваших глазах превратится в интересный, необычный и потихоньку сходящийся паззл, а язык, так докучавший недоговорками, раскроет то, что с самого начала было между строк :wink:

Оценка: 9
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Прочтя этот роман, понимаешь, почему кто-то уважает ранних Олди, при этом говоря о «замудрености, излишней тетральности» их более поздних (или зрелых?) работ .Мощнейшая фантазия, подкрепленая идейностью, талант демиургов, причем — демиургов молодых, юных, творящих нечто новое, то, что позже назовут «центоном».

Благодаря многим удачным находкам порой чувствуешь себя бесом с кипящей от ярости кровью , вдыхаешь пыль Арены, бежишь по сошедшему с только-только обретённого ума метро, сражаешься за жизнь в «разумном доме», играешь на очеловечивающихся инструментах...

Словом, если вы хотите прочесть что-нибудь, что весьма и весьма сильно отличается от нынешнего формата, «Дорога» — это ваш выбор. Узнайте, как начинали Олди...УЗнайте, как зародился центон.

Оценка: 9
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Н — непредсказуемость. Вот вам показывают бесов-гладиаторов, которым секут конечности, а потом конечности оказываются на месте, причиной чему — некий момент Иллюзии. Вот показывают гражданина, стремящегося реализовать Право. И вы думаете, что Право — это право на поединок, право убить беса, но нет — это Право на смерть. Добро пожаловать в мир Олди! Далее многоуважаемый дуэт играется с сюжетом, вплетая в повествование такие разнообразные и невероятные идеи, что диву даешься.

Пусть вас не сбивает с толку карта фэнтезийного мира на обороте переплета: здесь вы получите и боевик, и футуристические предсказания, и сюрреалистический мир Некросферы, и старую добрую чертовщину с контрактами по купле-продаже души. Ожившие автомобили? Сумасшедшие гонки в метро? (Блейн-моно Кинга, привет тебе, старичок). Взбесившаяся музыкальная аппаратура? Сталкер с самурайским мечом? Противотанковые укрепления против Шер-Хана? Да пожалуйста! И еще возьмите Атмосферный Череп в придачу. И все это — богатым языком, с массой специфических словечек из самых разных областей человеческой деятельности.

Практически каждая глава — изысканное блюдо, непохожее на предыдущее. И если некоторые авторы могут порадовать вас шведским столом с кучей однообразных бутербродиков и миской креветок, другие — накроют стол с посконными блюдами народной кухни (как ее обычно представляют в 21 веке), предоставляя вам шанс набить друг другу лбы деревянными ложками, третьи — подадут смесь столь неудобоваримую, что впору бежать в аптеку за лекарством, то эти двое — дуэт настоящих скатерти-самобранки и рога изобилия.

Но будьте осторожны! Как бы среди этих яств вам не попались полкоровы бабки Салтычихи, черный дельфин, бывший еще недавно человеком, или лысый дьявол-ренегат в пальто.

Оценка: 9
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Дорога» оставила некие двоякие впечатления: с одной стороны, идея мне понравилась, представленный читателю мир интригует и привлекает, интересна подача непривычной иерархии ценностей людей этого мира. Но с другой стороны, само написание и изложение немного неровно, имхо. Наверное, оценивая это сочинение, стоит оценивать отдельно все три части, из которых оно состоит. Часть о бесе Марцелле мне понравилась больше всего, она ровная, описывает тот самый завораживающе интересный мир, его устройство. Мне кажется, что этого мира нужно было дать побольше, больше описать его, насытить пиключениями. Хотя, возможно, это будет в цикле далее. Вторая часть, как бы предыстория всего, больше напомнила подборку микрорассказов, которые авторы достали из ящиков столов и умело подогнали под общую концепцию сюжета. Третья часть, повествующая об Отростке, мне напомнила некий сюрреалистический хоррор в духе Стивена Кинга и вообще не впсиалась в стиль всего романа, многие образы, показанные здесь, как-то гигантский голубь, лично для меня остались нераскрытыми.

Однако, в целом — 9 за идею и предвкушение продолжения цикла. И очень надеюсь, что возвращаться и переоценивать «Дорогу» мне не придется...

Оценка: 9
–  [  3  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Роман крайне сложен для восприятия, но только поначалу. Постепенно все казалось бы оторванные друг от друга новеллы выстраиваются в одну цельную, и довольно жутковатую, картину. Но по отдельности — абсурдные, фантасмагорические и зачастую бессмысленные рассказики. В итоге — история о падении, «варваризации» человека и о попытке всё это исправить.

ИМХО лучшее что есть — это линия «попавших в отросток» и новеллы «Ничей дом», «Монстр».

ВНИМАНИЕ. Не советую читать если хочется простой и ясной для воприятия литературы. «Дорога» написана в любимом стиле Олди, доведённом до наивысшей концентрации — море культурных отсылок, философии столько, сколько нет в ином специализированном трактате, «хлупокомысленная мораль» и т.д. Браться за книгу только если хочется серьёзно подумать и поломать себе мозг.

Оценка: 9


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх