FantLab ru

Вадим Панов «Ангел»

Рейтинг
Средняя оценка:
7.13
Голосов:
71
Моя оценка:
-

подробнее

Ангел

Рассказ, год

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 12

Входит в:

— антологию «Семьи.net», 2014 г.

— антологию «Модель для сборки. 20 лет», 2015 г.

«Модель для сборки — Live», 2003 г.


Номинации на премии:


номинант
Басткон, 2015 // Премия «Чаша Бастиона»

номинант
Басткон, 2015 // Премия «Иван Калита»


Издания: ВСЕ (4)

Семьи.net
2014 г.
Модель для сборки 20 лет
2016 г.
Семьи.net
2017 г.

Аудиокниги:

Модель для Сборки — Live
2003 г.





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  12  ]  +

Ссылка на сообщение , 24 июня 2014 г.

В этом рассказе три истории, два мира и два вида ангелов. Действие первой и второй историй разворачиваются параллельно; их фрагменты чередуются.

Первая история рассказывает о молодой женщине по имени Анна, которая пытается отыскать своего маленького сына Костю. Мальчика украли у нее сразу после рождения.

Эта история происходит в «плохом» мире. В этом мире восторжествовала полная свобода нравов, закрепленная на законодательном уровне; семья заменена «временным условно-равноправным партнерством взаимной любви и счастья»; количество, пол и возраст участников партнерства не ограничиваются; понятия «отец» и «мать», «семья», «приемная семья» исчезли из социальной жизни.

Вторая история рассказывает о судебном процессе над киднеппером. Эта история происходит в «хорошем» мире, где сохранились традиционные семейные ценности, разумные законодательные ограничения свобод и этические принципы.

На протяжении большей части рассказа истории кажутся несвязанными, и только в финале из диалога прокурора и адвоката в судебных кулуарах становится понятной взаимосвязь двух историй и их хронологическая последовательность. Этот момент — самое сильное место рассказа, он мог бы быть тем, что в литературе называют «ударная концовка», но не стал ею.

За кульминационным диалогом рассказа, объединяющим первую и вторую историю, следует третья история — разговор Бога с ребенком, который должен вот-вот родиться. Она не имеет сюжетной связи с двумя другими историями и включена в рассказ для акцентуации социально-этической позиции автора.

Рассказ мог бы быть очень хорошим, для этого есть все предпосылки: увлекательный сюжет, легкий стиль изложения, выразительные сценки-диалоги, столкновение идей. Но автору изменило чувство меры. Он применил «нечестный» прием в описании миров и затянул концовку. И этим «убил» рассказ.

В основе рассказа идея о важности семьи в жизни человека, особенно маленького ребенка, о материнской жертвенности, призванной оберегать и защищать маленькое существо в нашем жестоком мире. Идея раскрывается через сравнение мира традиционных ценностей, где все это сохранилось, и мира свободных отношений, где семьи, материнства, а, соответственно, и детства, не существует.

Но в мир свободных отношений автор привнес такие явления, как законодательное установление возраста «осмысленного добровольного согласия» на сексуальный контакт в три года, а также рестораны для гурманов-каннибалов, где можно заказать руку или ногу человека (отделение строго «добровольное» и безболезненное), а можно и жаркое из новорожденного. В результате идея сравнения идеологий провалилась. Как можно сравнивать гендерные культуры двух миров, если в одном из них люди не только в ЗАГС не ходят, но еще и младенцев кушают.

Второй убийственный минус рассказа — третья история. Она абсолютно лишняя. Ей предшествует потрясающе выписанный диалог прокурора и адвоката, который в нескольких словах раскрывает все неясности первых двух историй и авторскую оценку происходящего. Следующий за ней разговор младенца и Бога размывает ощущение трагизма человеческих судеб, рассказ превращается в банальную рождественскую сказку.

Ангелами в обоих мирах рассказа называют торговцев новорожденными. Сленг такой. И он вызывает живейшее неприятие на основе усвоенных нами культурных мэмов христианской цивилизации. Но автору этого мало. Он решил объяснить, что ангел для ребенка — это мама. Когда в каше много масла, ее невозможно есть. Капитану Очевидность не требуются многостраничные рассказы, краткость — его оружие.

Рассказ меня разочаровал. От Вадима Панова такого я не ожидала.

Оценка: 5
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение , 5 января 2017 г.

А мне понравились истории с матерью, пытающуюся найти своего сына и раговор ребенка и бога в конце. Перекладываешь эту историю на себя и думаешь, что тоже стала бы искать своего малыша. А в конце я даже прослезилась. Ведь не это ли самое главное, вызвать эиоции у читателя?

История про суд мне не понравилась, я бы ее переписала.

Оценка: нет
–  [  3  ]  +

Ссылка на сообщение , 26 сентября 2018 г.

ЧИТАТЬ!

Спасибо, Вадим...

У настоящего мужчины всегда наступает момент, когда он становится Настоящим Мужчиной. Когда он становится отцом. Когда он становится гражданином. Не гражданином обстоятельств, называемых государством, а гражданином своей жизни, своей семьи, своего ребёнка. Это есть начало и конец.

Тем, кто этого ещё не понимает — читать рассказ бесполезно. В этом рассказе боль и надежда. В этом рассказе любовь. Те, кто ищет в этом рассказе эхо инфантильной сказки в жанре городского фэнтези — вам не сюда. Рано вам сюда. Потому что не у вас крадут детей. Не ваших детей делают анальной толерантной куклой. Не вам здесь жить.

А реальность летит в эту клоаку. И пока анусы заполняются половыми членами с рюшами и бантиками, в обратную сторону выходит исключительно гавно. И никак иначе. Природу не обманешь. И изменить это сможет только кровь из груди матери. И никак иначе. Природу не обманешь.

...и надежда. Иначе автор не смог бы окончить рассказ на оптимистической ноте. Хотя, какой там к чёрту оптимизм...

Оценка: 10


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх