FantLab ru

Аркадий и Борис Стругацкие «Жук в муравейнике»

Рейтинг
Средняя оценка:
8.69
Голосов:
5325
Моя оценка:
-

подробнее

Жук в муравейнике

Повесть, год (год написания: 1979); цикл «Мир Полудня», цикл «Трилогия о Максиме Каммерере»

Жанрово-тематический классификатор:
Аннотация:

Максим Каммерер (герой повести «Обитаемый Остров») работает на Земле в Комиссии по контролю (КОМКОН-2). Однажды его начальник Рудольф Сикорски даёт задание: отыскать на Земле Льва Абалкина, прогрессора. Абалкин стал свидетелем убийства, у него психический спазм. Поиски приводят Максима к тайне личности Льва Абалкина. В это же время сам Абалкин пытается понять, что именно от него скрывали всю его жизнь. Они неизбежно встретятся. Что же будет, когда все тайны раскроются?

Повесть Стругацких «Жук в муравейнике» — о соотношении гуманности и безопасности общества. Это история, где вопросы гораздо важнее ответов. Читатели уже многие десятилетия решают для себя: чью сторону занять в трагедии Льва Абалкина?

© tick
Примечание:

Машинопись из папки «Чистовики». Написано в 1978—79 гг.

Первые публикации — журнальная: Знание — сила (М.). — 1979. — №№ 9–12; 1980. — № №1–3, 5, 6; книжная: Белый камень Эрдени. — Л.: Лениздат, 1982.

Также: Стругацкий Аркадий, Стругацкий Борис. Жук в муравейнике: Повесть / Рис. С. Краснов // Ленинец (Уфа). – 1981. – 24, 26, 29, 31 дек. (№№ 153-156); 1982. – 7, 9, 12, 14, 16, 19, 21, 23, 26, 30 янв.; 2, 4, 6, 9, 11, 16 февр.; 2, 4, 8, 11, 13, 16, 20, 25, 27, 30 марта; 1, 3, 6, 8, 10, 15, 17, 20, 27, 29 апр.; 6, 11 мая; 3, 8, 12, 22, 26, 29 июня; 3, 6, 10, 15, 17, 20, 29, 31 июля; 3, 7, 10, 14 авг. (№№ 3-11, 13-18, 20, 26, 27, 29-32, 34, 36-43, 45-47, 50, 51, 54, 56, 70, 72, 73, 77, 79-82, 84, 86-88, 92-94, 96, 97, 99).


Входит в:

— журнал «Знание-сила» 1979'10 (628)», 1979 г.

— журнал «Знание-сила» 1979'11 (629)», 1979 г.

— журнал «Знание-сила» 1979'12 (630)», 1979 г.

— журнал «Знание-сила» 1979'9 (627)», 1979 г.

— журнал «Знание-сила» 1980'1», 1980 г.

— журнал «Знание-сила» 1980'2 (632)», 1980 г.

— журнал «Знание-сила» 1980'3 (633)», 1980 г.

— журнал «Знание-сила» 1980'5», 1980 г.

— журнал «Знание-сила» 1980'6 (636)», 1980 г.

— журнал «Fantastyka №1 1982», 1982 г.

— журнал «Fantastyka №2 1982», 1982 г.

— сборник «Жук в муравейнике», 1983 г.

— сборник «Жук в муравейнике», 1986 г.

— сборник «Понедельник начинается в субботу», 1987 г.

— сборник «Волны гасят ветер», 1989 г.


Лингвистический анализ текста:


Приблизительно страниц: 178

Активный словарный запас: чуть ниже среднего (2731 уникальное слово на 10000 слов текста)

Средняя длина предложения: 66 знаков, что гораздо ниже среднего (81)

Доля диалогов в тексте: 27%, что гораздо ниже среднего (37%)

подробные результаты анализа >>


Награды и премии:


лауреат
Фант, 1980 // (повесть)

лауреат
Приз Пермского КЛФ «Рифей», 1980 // (повесть)

лауреат
Аэлита, 1981 // Премия «Аэлита»

лауреат
Приз КЛФ "Притяжение" (Ростов-на-Дону), 1982 // (повесть), а также за всё остальное творчество

Номинации на премии:


номинант
"Сталкер" / Stalker, 2002 // Переводной роман (повесть; СССР, 1980)

Похожие произведения:

 

 



В планах издательств:

Страна багровых туч. Жук в муравейнике
2016 г.

Издания:

Белый камень Эрдени
1982 г.
Жук в муравейнике
1983 г.
Жук в муравейнике
1986 г.
Понедельник начинается в субботу
1987 г.
Понедельник начинается в субботу
1987 г.
Волны гасят ветер
1989 г.
Волны гасят ветер
1992 г.
Повести
1992 г.
Волны гасят ветер
1993 г.
Жук в муравейнике. Волны гасят ветер. Отягощенные злом
1994 г.
Жук в муравейнике. Волны гасят ветер. Отягощенные злом
1995 г.
Парень из преисподней. Беспокойство. Жук в муравейнике. Волны гасят ветер
1996 г.
Сочинения. Том третий
1996 г.
Обитаемый остров
1997 г.
Собрание сочинений. Том восьмой
2001 г.
Обитаемый остров. Малыш. Жук в муравейнике. Волны гасят ветер
2002 г.
Обитаемый остров
2003 г.
Четыре Стихии: Воздух
2003 г.
Жук в муравейнике
2004 г.
Собрание сочинений. Том восьмой
2004 г.
Три времени: Будущее
2004 г.
В поисках Странников
2005 г.
Обитаемый остров. Малыш. Жук в муравейнике. Волны гасят ветер
2005 г.
Обитаемый остров
2006 г.
Обитаемый остров
2006 г.
Желание странного
2007 г.
Желание странного
2007 г.
Жук в муравейнике
2007 г.
Жук в муравейнике
2007 г.
Будущее, XXII век. Прогрессоры
2008 г.
Жук в муравейнике
2008 г.
Жук в муравейнике
2009 г.
Максим Каммерер. Трилогия
2009 г.
Собрание сочинений. Том восьмой
2009 г.
Собрание сочинений. Том восьмой
2009 г.
Пикник на обочине. Жук в муравейнике
2010 г.
Собрание сочинений. Том восьмой
2011 г.
Желание странного
2012 г.
Полное собрание сочинений в одной книге
2013 г.
Жук в муравейнике
2016 г.
Мир Полудня
2016 г.
Обитаемый остров. Жук в муравейнике. Волны гасят ветер
2018 г.
Жук в муравейнике
2018 г.
Полное собрание сочинений в тридцати трех томах. Том 24. 1979—1980
2019 г.
1979-1984. Жук в муравейнике. Хромая судьба. Волны гасят ветер
2019 г.
1979-1984. Жук в муравейнике. Хромая судьба. Волны гасят ветер
2019 г.
Жук в муравейнике
2020 г.

Периодика:

Знание - сила № 9, 1979 (627)
1979 г.
Знание - сила № 10, 1979 (628)
1979 г.
Знание - сила № 11, 1979 (629)
1979 г.
Знание - сила № 12, 1979 (630)
1979 г.
Знание - сила № 1, 1980 (631)
1980 г.
Знание - сила № 2, 1980 (632)
1980 г.
Знание - сила № 3, 1980 (633)
1980 г.
Знание - сила № 5, 1980 (635)
1980 г.
Знание - сила № 6, 1980 (636)
1980 г.
Fantastyka №1 1982
1982 г.
(польский)
Fantastyka №2 1982
1982 г.
(польский)

Самиздат и фэнзины:

Жук в муравейнике
1985 г.

Аудиокниги:

Жук в муравейнике
2006 г.
Жук в муравейнике
2009 г.
Жук в муравейнике
2012 г.

Электронные издания:

Жук в муравейнике
2017 г.
Полное собрание сочинений. Том двадцать четвертый. 1979—1980
2019 г.

Издания на иностранных языках:

Beetle in the Anthill
1980 г.
(английский)
Brouk v mraveništi
1982 г.
(чешский)
Le Scarabée dans la fourmilière
1982 г.
(французский)
Żuk w mrowisku
1983 г.
(польский)
Неуговорени срещи
1983 г.
(болгарский)
Le Scarabée dans la Fourmilière
1984 г.
(французский)
Skalbaggen i Myrstacken
1984 г.
(шведский)
Неуговорени срещи
1984 г.
(болгарский)
Ein Käfer im Ameisenhaufen
1985 г.
(немецкий)
Chrobák v mravenisku
1986 г.
(словацкий)
Ein Käfer im Ameisenhaufen
1987 г.
(немецкий)
Прогресорите и Странниците
1987 г.
(болгарский)
Lo scarabeo nel formicaio
1988 г.
(итальянский)
Żuk w mrowisku
1988 г.
(польский)
Brouk v mraveništi
1989 г.
(чешский)
Scarabeul în muşuroi: Pelerinii nu pot fi deasupra lui Dumnezeu
1993 г.
(румынский)
Besouro no Formigueiro
1999 г.
(португальский)
Gesammelte Werke 1
2010 г.
(немецкий)
蚁巢里的甲虫
2011 г.
(китайский)
Skarabo en formikejo
2013 г.
(эсперанто)
Maxim Kammerer
2019 г.
(чешский)





Доступность в электронном виде:

 




Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  11  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Перечитал повесть, нашёл кое-что, не замеченное раньше и решил, что пришло время о ней написать. В «Жуке...» я никогда не видел никаких проблем, связанных с тем, как надо поступать в случаях, подобных произошедшему с Львом Абалкиным. Не зная броду, не суйся в воду. Так или примерно так рассуждает Сикорски и прекращает эксперимент, получив исчерпывающие доказательства включения в человеке программы Странников. И большую, почти решающую, роль в этом деле сыграл разговор Максима с голованом Щекном, из которого Сикорски уяснил главное — голованы понимают, что Абалкин уже не совсем человек. А голованам доверять можно. Начальник КОМКОН2 исполняет свой долг и только. Есть в повести эпизод, когда мне стало его по настоящему жалко. Это когда он узнаёт, что самый близкий Абалкину человек охраняет (или сохраняет) детонаторы в Музее Внеземных Культур. Тут мне послышался голос Копеляна: «Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу». В конце концов Сикорски должен был догадаться, что включившаяся в мозгу Лёвы программа наградила его даром телепатии. Странники знали, что делали и тщательно подготовили акцию. Почему я пришёл к такому выводу? Потому, что Абалкин вырубил Каммерера в тот самый момент, когда тот заметил у обочины подходящий свободный глайдер («Я доставлю его на наш ракетодром, это недалеко...»). И когда Каммерер очухался, было уже поздно, и Сикорски ничего не оставалось кроме выстрела, т. к. он понимал — другого способа нет, раз оба помощника (Гриша и Максим) опоздали (вопрос о гуманизме здесь имеет однозначный ответ — защищая человечество, приходится иногда совершать не слишком гуманные действия в отношении отдельных личностей). А другого выхода у шефа КОМКОН-2 на самом деле не оставалось, ведь дело зашло так далеко, что детонатор уже оказался в руках Лёвы и только после выстрелов Сикорски Лёва уронил его на пол. Тот, кто считает, что Лёва ломился за детонатором, как слон, роняя шкафы и людей, для того, чтобы рассмотреть его получше, возможно, понюхать и с благодарностью вернуть Майе... тот, мягко говоря, человек недальновидный (дальновидение тут сопоставимо с длиной носа). Пусть он только вообразит на секунду, как Лев прикладывает детонатор к своей татуировке, как этот детонатор очень быстро впитывается в Лёвину руку и какой разговор происходит после этого между оказавшимся вдруг на месте Льва саблезубым тигром или каким-нибудь другим монстром из числа его (Льва Абалкина) современников («стояли звери около двери») и всеми остальными участниками этой сцены. Да и можно ли будет назвать это разговором? Так что не в игрушки люди играли. Уверен я также и в том, что никаких пыток Лев Тристану не устраивал, он просто прочитал в его голове номер специального канала связи с начальником КОМКОН2 (вслух Тристан назвал, естественно, неправильный код), больше тот ничего интересного не знал, и устранил, как непреодолимую другим способом помеху. Есть и ещё одно соображение. Когда читаешь диалог Экселенца и Абалкина в предпоследней главе повести «Лев Абалкин в натуре», не оставляет ощущение, что Лёва, разговаривая, одновременно прислушивается к мыслям собеседников*, настолько он внутренне напряжён, хотя, очевидно, не имеет оснований ожидать физического нападения на себя. Диалог прекрасно написан, каждое слово выверено, можно представить даже, как братья Стругацкие это проделали, разговаривая за своих героев — Аркадий за Сикорски, Борис, как более молодой, — за Лёву. Ну, а Майя Глумова, разговаривая с Лёвой, просто не думала о своей работе, об артефактах музея, поэтому и пронесло, и Лёва получил необходимую информацию только от Бромберга. Кроме того, мне было понятно и то, что Майя вообще не в курсе дела подкидышей, ей после крайне неприятного инцидента с лампой на голове Малыша никто ничего серьёзного уже не доверял.

Так что в повести всё очень просто. И можно представить, что будет дальше. Программы начнут включаться у остальных подкидышей. Придётся срочно перепрятывать детонаторы в место, о котором будут знать, максимум, три человека (Сикорски, наверняка, остальные двое это, скорее всего, Комов и Вандерхузе), а достать их из нового хранилища можно будет только при одновременном использовании трёх ключей, принадлежащим этим троим. Может быть, в качестве ключей будут использованы отпечатки пальцев или сетчатка глаз. Что будут делать подкидыши? Искать, безрезультатно искать всю жизнь. Тяжёлый случай, но тоже никаких особых трудностей. Самое ужасное, если придётся их всех изолировать, ведь способность к чтению мыслей может не оставить другого выхода. Продолжение «Жука...» было бы интересно почитать, но кто за такое безнадёжное дело возьмётся?**

Мне показалась не менее интересной вставная новелла — отчёт Льва Абалкина о работе на «Надежде». Это гениальная часть отличной, в целом, повести***. Других таких гениальных, на мой взгляд, вещей у Стругацких всего четыре: страницы Кандида из «Улитки...», «Малыш», «Парень из преисподней» и «Трудно быть богом».

В «Жуке...» есть ещё одно очень интересное предвидение Авторов, касающееся пределов мужества настоящих исследователей, людей, ради науки готовых на всё. Такими людьми были родители Льва Абалкина и другие члены экипажа звездолёта «Тьма», совершившие погружение в Чёрную Дыру. Это было бы практически гарантированным самоубийством (Борис Натанович это хорошо знал, как астроном), и я думаю, что у Стругацких это только художественный образ научного подвига, и они на самом деле не предполагали, что такая экспедиция когда-нибудь состоится.

Таковы основные итоги моих размышлений после трёх (с многолетними перерывами) прочтений этого выдающегося произведения, одного из лучших не только в Российской, но и в мировой фантастике.

*) Говорит с Лёвой только Сикорски, Каммерер молчит, но Лёве приходится контролировать мысли двух человек, а это гораздо более трудная задача, чем при разговоре с глазу на глаз.

**) А никто и не возьмётся, поскольку закрытие этой темы самими Стругацкими обойти невозможно. В начале повести «Волны гасят ветер» Каммерер сообщает, что «... в глазах наиболее ответственных наших руководителей проблема прогрессорской деятельности Странников в системе человечества как бы снята, пережита, как детская болезнь.» Каммерер пишет это через 47 лет после событий, описанных в «Жуке...». Это означает, что детонаторы после случая с Абалкиным так никому больше и не понадобились, а если и понадобились кому-то (их ещё десяток остался в инкубаторе), то этот кто-то не сумел до них добраться. Проблема, таким образом, закрыта, а искусственность такого закрытия даже не требует доказательств. Авторы просто не хотят больше говорить на эту тему, считая, что всё уже сказано.

***) Планета «Надежда» пережила пандемию страшной болезни — «бешенства генных структур». В эпопее Михаила Харитонова «Золотой ключ», где огромное количество отсылок к произведениям АБС, от этого бешенства безуспешно (вся надежда на болотного доктора) пытается излечиться лиса Алиса.

Оценка: 10
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Совершенно не являюсь поклонником Стругацких, даже, скорее, наоборот, но эта книга — просто великолепна. В этой книге есть то, чего мне не хватало у Стругацких: остросюжетность. Мне вообще у них не хватает двух вещей: остросюжетности и авторского желания разрабатывать фантастический мир в деталях. Например, в Обитаемом острове такие попытки есть в начале книги, но к концу кажется, что Максим находится на Земле, а не на Саракше. Здесь же действие происходит на нашей планете и авторы дают подкидывают всякие интересные детали и нет морализаторства и борьбы с системой. Фактически, это такой полудетектив. У нас почему-то считается, что детектив и остросюжетная литература — это что-то вторичное и как бы чуть ли не бульварное. На деле же написать захватывающий роман — это не совсем уж просто.

Оценка: 8
–  [  12  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Из Интервью Бориса Стругацкого Михаилу Веллеру на Радио России, 2012 год:

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
В: ... В связи с этим вопрос, который стоит, ну, у каждого нормального человека, который читал «Жук в муравейнике». Человек должен совершить.. у каждого — своё.. черт знает, откуда что берётся.. Так нужно ли было убивать того, кто не знал, что он должен сделать, и вот остался в 10-ти сантиметрах от своей миссии? Прогрессора Льва Абалкина я имею в виду.

С: Миша, голубчик, либо я вас не понял, либо вопрос уж слишком очевиден. Убивать не нужно вообще никого! Убивание — это даже не... как оно называется, ultima ratio, последний довод, даже нет... Это, это ошибка! Этого делать нельзя ни в коем случае! Убивание — это прекращение процесса. Никто и никогда не имеет право заниматься прекращением процесса. Это даже Господь Бог, по-моему, не может сделать. Не должен, во всяком случае. Делать — он как правило этого не делает. Но люди, к сожалению, иначе устроены, чем Господь Бог. И для очень и очень многих прерывание процесса — это такое же естественное состояние духа, как и любое другое, как и предложение выпить чашку кофе. Вот вам я даю чашку кофе, а вам я даю пулю. И это нормально, и то, и другое я объяснить могу. И то, и другое понятно, и то, и другое имеет смысл. Причем зачастую даже высокий, социальный смысл. Тут уж наше воображение работает. Поэтому либо переформулируйте вопрос, либо по-другому я сказать не могу, убивать нельзя.

В: Когда-то давно, после семинара, <...> задали вы вопрос в связи с разговорами о разном: «Если бы в мире было всего два слова ДА и НЕТ, и вам нужно было бы выбрать одно?» Я сказал: «Разумеется, ДА!» А вы сказали с мудрой печалью, что в том-то и дело, что НЕТ. Вы и сейчас так думаете, если понятно, о чем речь? Потому что убийство Странником Прогрессора Абалкина — это именно НЕТ...

С: О-о... Миша, вы ошибаетесь. Миша, голубчик, вы ошибаетесь! Убийство Абалкина — это ДА! Это огромное ДА! Во имя которого Экселенц готов отдать всё: карьеру, надежды, счастье — вот это какое ДА. Потому что это спасение человечества. <...> Конечно, главное слово — НЕТ. И когда-то, будучи человеком молодым, я в общем понимал, тоже считал, что НЕТ. Вы знаете почему, мне казалось, что это происходит не потому что у слова НЕТ есть какие-то волшебные свойства. А происходит это, потому что большинство утверждений, с которыми человек сталкивается, может быть, подавляющее большинство, может быть даже, страшно сказать, все утверждения, с которыми он сталкивается, ничего, кроме НЕТ, не заслуживают. Вот было у меня такое подозрение. Сейчас я стал заметно старше, я совсем в этом не убежден, в моей просто личной жизни встречались ситуации, когда слово ДА заведомо преобладало, но вот в такой общей формулировке — а черт его знает, я и сегодня не знаю, что надо выбрать.

Некоторые книги Братьев Стругацких будто были написаны ради одной лишь концовки. Что Радуга, что Пикник, что вот Жук... И это очень хорошо работает. Читателей часто больше всего интересуют концовки. А в случае конкретно с «Жуком в муравейнике» концовка такая, что мощнее не придумаешь. Всё ради неё. И ради дилеммы, которую ставят авторы.

Максим Каммерер, сотрудник КОМКОНа-2, своеобразной тайной полиции, надзирающей за Комиссией по Контактам (КОМКОН), получает задание на поиск некоего, в прошлом Прогрессора, Льва Абалкина. В ходе расследования всплывает множество настораживающих и неоднозначных деталей, в частности, тайна личности, тайна происхождения Льва Абалкина.

Сперва необходимо сказать, что у каждого своя работа. Действительно, я считаю существование КОМКОНа-2 необходимым, ведь, как говорится в повести, необходимо сдерживать всё умножающийся рост научного знания, научных исследований, экспериментов. Это такой, знаете, вопрос о праве на прогрессорство внутри одного общества... Можем ли мы давать столь стремительно добытые научные данные не другим цивилизациям, а себе? Можем ли мы доверить их себе? Как известно, при несоблюдении меры и хорошее может обернуться плохим. Тем более, что люди помнили, чего стоила ошибка на планете Радуга. КОМКОН-2 ошибиться, а главное, допустить подобное не имеет права. Поэтому хочу сказать, что можно понять и Максима (в чьих действиях я вообще не вижу никаких ошибок, негуманности и пр.), и Экселенца, который сам собой, в одном лице, представляет идеологию и алгоритм мыслей и переживаний всей Комиссии по Контролю.

В научно-популярной книге «Рациональное животное» Д. Кенрика и В. Гришкевичуса по эволюционной психологии используется такой термин как «дилемма детектора дыма». (Отрывок: «Вы хотите настроить его так, чтобы он стал менее или более чувствительным? Это зависит от того, что вы цените больше: чтобы сигнализатор вас не беспокоил или чтобы вы не оказались в западне в горящем доме. Большинство людей предпочитают иметь сверхчувствительный прибор, потому что в обмен на отдельные случайные ошибки в его работе они получают гарантию того, что их семьи останутся в живых. Мы намеренно искажаем оценку сигнализатора, потому что это помогает нашему выживанию. Дилемма анализатора дыма похожа на те загадки, которые естественный отбор должен решать при создании наших встроенных систем, обеспечивающих осуществление выбора. Для многих решений наш мозг настроен так же, как и детекторы дыма. Ведь такой детектор принимает решение о подаче сигнала, несмотря на то что имеет неполную информацию. Когда он улавливает в воздухе даже небольшое количество частиц, напоминающих дым, он должен либо подать сигнал «Пожар! Пожар! Пожар!», либо оставаться безмолвным. Точно так же и наш мозг развился таким образом, чтобы принимать решения, даже не имея всей необходимой информации.»)

Теперь всё становится на свои места... Но лишь отчасти.

В различных офф-лайн интервью Борис Стругацкий говорил, что никаким «автоматом Странников» Лев Абалкин не являлся. Да, он был странным, но разве это преступление? Да, он был замкнутым, порой агрессивным и себе на уме, но разве можно его за это убивать? В забавной, а на самом деле, в горькой ситуации оказываются те, кто считал убийство Абалкина единственным возможным вариантом. Я и сам, когда дочитывал повесть, полагал, что это необходимо сделать... Вот настолько мне передалась паранойя Экселенца, настолько меня испугала таинственность неизвестного.

А в итоге ответ на всю эту дилемму довольно прост, учитывая позицию БНС, с одной стороны, и приведённый мной отрывок из научно-популярной книжки, с другой стороны — всё дело снова в Теории Воспитания, над которой так долго ломали голову Братья. Сейчас, пока не разработана и не сформулирована Теория Воспитания, пока мы остаемся всё тем же Человеком Разумным, Homo sapiens, — выстрел Экселенца «разумен» и, по большому счету, оправдан. Но эта дилемма — экзамен человечеству. Экзамен на Человека Воспитанного. Человека, для которого важнейшим принципом станет гуманность. И пока что мы не сдали этот экзамен.

Можно долго размышлять, кто же в результате кого исследовал: Странники — людей, забросив последним жука в муравейник? Люди — Абалкина, наблюдая за ним в течение многих лет, но так ничего и не поняв? Или люди — Странников, поняв еще меньше, прервав своё исследование из-за простого банального «показалось»? Но в нашем конкретном случае, АБС предложили нам исследовать нас самих. Дилемма оказалась труднейшая, и выбор каждый для себя сделал исключительно сам.

Оценка: 10
–  [  3  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Стругацкие — это сложный для меня опыт в литературе. Произведения увлекательны, но не притягивают той живой силой, как по-настоящему близкие истории.

Цикл о Максиме Каммерере показался мне интересным, а история «Жук в муравейнике» — наиболее близкой и понятной.

Но, всё-таки, не могу сказать, что авторы могут вызвать у меня бурю эмоций. Этого и не хватает. Мы, ведь, читаем, в том числе, и ради эмоций, ради впечатлений...

Оценка: 9
–  [  12  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Есть такой — ещё советский — фильм, называется «Майор Вихрь». Там наша разведка предотвратила взрыв Кракова (немцы, отступая, заминировали весь город, и — после подрыва — от него должны были остаться одни руины). Исполнителем акции (ну, тем, кто нажмёт «большую красную кнопку») Берлин определил эсэсовца оберштурмфюрера Либо (фамилия такая). Само собой — случайного кого на такое место не назначат: истинный ариец, высокий голубоглазый блондин, сирота, воспитывался в интернате, потом — в спецшколе СС. Папа с мамой у него погибли за Фюрера и Германию. Это он так думал.

Во — о — от... А на самом деле — родители были коммунистами и погибли они в концлагере. Наши разведчики — чтобы подобраться поближе к этой «красной кнопке» — выложили этому Либо всю правду, и доказательства привели.

И — что вы думаете он сделал, этот СС-мэн? Этот зверь в образе человека с железными нервами, это несгибаемый слуга фюфера. Вы не поверите — он застрелился.

Поэтому выкрутасы, которые в книге творит Лев Абалкин — прогрессор, человек, по определению, с нервами из нержавеющей стали — они вполне оправданы, эти выкрутасы. 90% «душевного комфорта» — это адекватная самоидентификация Личности. Ежели оной «адекватной» нет — все прежние психологические установки перестают действовать. Но ежели – при этом — есть некие «защитные блоки», о наличии коих заранее позаботились Государство, Церковь, Семья или Общество (ну, там, Присяга, Верность, Честь и т.п.), то, очень даже просто: раз, два, и — пулю в лоб.

Так что поведение Абалкина — уверяю вас – полностью оправдано, и сомневаться в том, что Авторы «как-то недостоверно всё это рисуют» — право же, не стоит. Тем более, что оная проблематика – лишь часть идейной составляющей произведения, и Абалкин – не главный герой. А «правит бал» в фантастике – ПОЛНАЯ «тройка»: Идея + Тема + Антураж. Именно она делает фантастику – ФАНТАСТИКОЙ.

И вот, чего-чего, а вот должного Антуража у Стругацких – это, что называется, «без всякого сомнения». А Идею они подают («размешивая оную в Теме» как сахар в стакане чая) – как положено, завуалированно, прямо – в подсознание, на подкорочку. Это, ежели бог таланта литературного не дал – придется, что называется, «открытым текстом» морализировать: «мол, слушайся старших, руки мой перед едой, не греши, там, и всё такое.

А здесь – в гениальных произведениях – все интереснее, хотя и проще несколько. Таинственные Предтечи, космические корабли, инопланетные расы, погони, интриги, заговоры, тайные общества, планы внутри планов… Антураж. Динамика. Стиль. И.., как бы между прочим, прямо «на подкорочку» — пара-тройка Великих Истин и Глобальных Принципов.

Ненавязчиво. Как положено в хороших книжках

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Мне кажется Стругацкие вывели и советскую и мировую фантастику на совершенно новый уровень — уровень высокой литературы. К сожалению в фантастике динамика сюжета или научно-популярные идеи сильно преобладают над качеством литературы, как таковой. Лишь отдельные писатели сделали фантастику высокой литературой. В России и СССР их было не так много. Стругацкие одни из лучших.

Оценка: 9
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Буду ругать. Впервые я прочитал эту книгу много лет назад. Впечатления те свои, даже уже и не помню. Смысл книги так же был стерт из памяти почти полностью. Сейчас решил перечитать и по свежаку написать отзыв.

На мой взгляд, очень переоцененная книга. Конечно во времена СССР для неизбалованного читателя может эта книга и выглядела лучше, просто за неимением чего либо другого. А подобные книги могли писать только те, у кого была печатная машинка под рукой. Но вот просто представил себе, что эту книгу бы выпустили сейчас и написал бы ее какой-нибудь Иванов, эта книга просто бы потерялась. То есть вообще потерялась в общем потоке других книг!

Практически никаких достоинств у нее нет, разве что предложения скроены ладно. Ни эмоций тебе (как обычно у Стругацких все пресное), ни действительно острых моментов. Интрига какая-то вялая с кучей механических диалогов, динамика хромает, отступления эти многостраничные с рассуждениями — что разве нельзя их было размазать по повести равномерно?

Единственное, что более менее вывозит книгу это воспоминания про похождения Льва Абалкина на другой планете, да и то судя по всему, антураж взят из романа «Саргассы в космосе», который Стругацкие переводили раньше, за несколько лет до написания своего произведения. Ближе ко второй части повести уже и жалеть как-то стал, что вообще начал читать и тупо ждал, когда же дочитаю до конца, чтоб плюсик себе поставить, и все это закончится.

Оценка: 3
–  [  20  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Я не люблю трилогию про Максима Каммерера. Это деконструкция — наверное, самая болезненная для читателя форма, которую может принять художественная литература. Автор разрушает созданную вселенную, и ты не можешь с этим ничего поделать, а только безучастно или, напротив, участливо взираешь на сумерки мира. Вчера ты восторгался утопическим светом коммунизма будущего, с мудрыми наставниками и отважными структуральными лингвистами. А сегодня все иначе, и вариантов для отступления больше нет: это не провонявший нечистотами и клопами Арканар и даже не выжженный радиоактивным огнем полупустынный Саракш. Теперь все происходит на Земле. И читатель понимает: светлый мир Полудня полон проблем. Цивилизация обречена на новую итерацию естественного отбора, и несмотря на все ее технологическое совершенство и моральное превосходство над предыдущими поколениями, может не избежать кровавой бойни.

Как мы помним, «новым богам будущего трудно быть таковыми», что мешает им хорошо скрывать цинизм и лицемерие. Не зря начальник Каммерера, в прошлом носивший загадочное прозвище Странник, взял новый псевдоним, вызывающе звучащий как «превосходительство». Посмотрите-ка на КОМКОН-2. Мы все это уже видели: создана административная структура госбезопасности, функционируют различные отделы — от аналитических до силовых, никто не брезгует применять насилие даже по отношению к своим. Высокие идеалы, которым руководствуется шеф Каммерера Рудольф Сикорски? Ну а кто в истории не прикрывал собственные злодеяния стремлениями к общему благу?

Человека испытывают, проверяют на терпимость к загадочному, непонятному. И всякий раз человек проваливает тест. «Сидели звери около двери» — а кто же тогда сидит в комнате, если не сам человек? Дрожащий, напуганный, оскалившийся в озлобленной гримасе. Страх парализует его мышление, отравляет сердце — и вот он уже готов бездумно палить в несчастных искалеченных и никому не нужных существ, что выстроились у порога и тупо ждут своей участи. Недостанет времени понять, чего же они хотели: ласки ли, жалости, а может просто понимания.

«Жук в муравейнике» не имеет очевидного главного героя. По ходу романа мы следуем вместе с Максимом Каммерером, но быстро становится ясно, что он такой же сторонний наблюдатель, как и мы. Каммерер преследует одушевленного макгаффина — прогрессора Льва Абалкина. Абалкин — неприятный тип. Закрытый, угрюмый, с бледной тонкой кожей, большими глазами и черными волосами. Типичное такое описание для самодостаточного мизантропа-одиночки, привыкшего полагаться на свои силы и не ждущего добра от внешнего мира. Абалкин любил животных и недолюбливал людей. Он унижал и бил свою девушку, но перед лицом смертельной опасности не побоялся встретиться с ней. С легкостью был готов пойти на убийство (возможно и на массовое — кто знает?), когда усомнился в собственном происхождении, но оказался достаточно выдержанным, чтобы не выстрелить первым.

Абалкин может вызывать жалость, но не симпатию, и у меня нет ни малейших сомнений, почему авторы его таким сделали. С детства носивший клеймо чужака и изгоя, в тайне своего рождения он скрывал потенциальную угрозу всему человечеству. Человечество, которое так ловко управлялось с судьбами иных миров, пришло в ужас от осознания того, что оно само находится под чьим-то пристальным изучающим взором. Поэтому и «агенты» этих молчаливых наблюдателей были отчуждены от нормальной человеческой жизни, хотя биологически оставались обычными людьми и воспитывались в земной культуре.

Сочувствовать несчастному Абалкину или разделять точку зрения начальства Каммерера — выбор, который сделает сам читатель. Стругацкие выдержали идеальный баланс независимой позиции, максимально отстранившись от читательского решения. Мне лично в большей мере импонирует руководство КОМКОНА-2 и лично Рудольф Сикорски. Его тяжелая и неблагодарная работа может вызывать отвращение, но нельзя отказать ему в решимости защитить человечество. Да жестокое, да лицемерное, да втайне готовое рвать глотки ради собственного благополучия. Но когда прямой альтернативой этой тайной неспешной работы является мясорубка, не стоит ли продолжать ее? Ну а если великая цель стоит одной, пусть самой малой, но подлости, достойна ли такая цель осуществления? Страшное произведение. Выбор есть, но захочется ли вам выбирать?

«Жук в муравейнике» — как огромный вопросительный знак, который ни обойти, ни разогнуть. Страшно быть тем, на кого нацелено ружье, но и держать в руках его ничуть не лучше.

Оценка: 9
–  [  9  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Сразу хочу отметить, что никакого священного трепета к советской фантастике и, в частности, к Стругацким у меня нет. Я вырос совсем на другой литературе и поэтому могу оценивать их произведения без каких-либо дополнительных эмоций. И оценка моя — это чуть выше среднего. Крепкое произведение, с хорошей интригой, но с неубедительной развязкой.

Для начала, я не согласен с классификатором. Для меня это был больше фантастический детектив, чем «Твёрдая научная фантастика». Здесь есть убийство, расследование, саспенс и интрига до последних страниц. Дальше, что хотелось бы отметить — это присущая советской литературе многослойность. Я не удивлюсь, если Лев Абалкин — это действительно собирательный образ советских эмигрантов (в первую очередь, евреев), для которых закрыта дорога назад.

Из неудачных моментов для меня — это концовка. Завязка всей истории, это убийство Тристана. Но,

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
мы ничего не узнаем об его смерти. Диалог, который должен был разъяснить все вопросы, поражает своим неуважением к читателю:

- Почему он не объяснил вам, что вы «подкидыш»? Почему не рассказал всего остального? Почему не объяснил причин запрета?

- Я не хочу об этом говорить...

И последнее. Я в первый раз вижу, чтобы концовку книги, финальную сцену выносили на обложку книги. Т.е. можно даже не скрывать в спойлеры — Абалкина убьют. Просто невероятно-наплевательское отношение к читателю от составителей серии.

Оценка: 7
–  [  4  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Переосмысливать произведения, будь то классика или же нет, необходимо.

Обычно это происходит само собой, когда то или иное творение нечто сотавило от себя, въелось в память, почему на жизненном пути человек время от времени возвращается к нему через какие-либо житейские моменты, осознавая их по-новому, а вместе с тем по-новому открывая для себя и авторское измышление. А иногда же это происходит под давлением объёма произведений, прочитанных (возьмем за пример именно книги) человеком, и написанных одним автором, или дуэтом авторов, как в данном случае. Именно так случилось со мной.

«Жук в муравейнике» — это словная малая капля в море, в океан необычайного мультивёрса братьев Стругацких. Мультивёрса, который начинаешь осознавать только после прочтения какого-то определённого ряда книг. И это осознание меняет всё. Лично у меня это случилось именно на данном тексте и от того, я думаю, он мне запомнится ещё больше: вся нелепость ситуаций внутри творений Стругацких исчезает, вся сатира и комедийность пропадает, везде открывается новый смысл, двойной посыл или тройное дно. Рудиментарные фразы, полупонятный бубнёж окружения, нелогичные поступки — везде сходит налёт нелепости и шаржевости, всё становится монолитным, аутентичным и ясным. НО! Сугубо только для той реальности, в которую погружают читателя авторы. И это необычайное ощущение!

Почему так произошло? Всё просто: «Жук в муравейнике» — это вторая часть трилогии о Максиме Краммерере. То есть, когда на примере иных произведений очень трудно прочувствовать связь, эмоциональную, смысловую и так далее. То здесь — она неразрывна. И вместе с тем «Жук в муравейнике» — это очень практичное, локальное и типичное для братьев произведение, в котором динамика уходит на задний план, давая волю размышлениям. Притом не столько авторским, сколько читательским. Это необыкновенное соединение дарит осознание, от которого приходит понимание иного факта: надо перепрочесть впредь то, что было прочитано ранее. Из репертуара Стругацких, понятно. А может не только их... В любом случае — надо.

Так же надо, как надо и что-то сказать о самой книге. Но вот тут дело в том, что, ссылаясь на свою фразу о вольготности для читателя, говорить о книге и не хочется: её надо прочесть. Это глубокое исследование кулуаров людского восприятия себя. Это тонкая драма, которая будто не имеет конца, и вместе с тем закончена так, как нельзя было её окончить инаеч, ибо всё казалось бы слишком приторно, неестественно. А она... Эта книга другая. В отличие от первой части, «Обитаемого острова», она не динамична и чересчур реалистична. Нет чувства приключения, есть чувство расследования. Нет волевого героя, чьё мировоззрение переворачивается в конце, есть потерянный человек в возрасте, удостоверяющийся лишь в очередной раз в несгибаемой мрачности бытия. Нет порывов страсти и желания, есть детектив с акупунктурными крапинами действия, которые раскрывают противоборствующую сторону, вместе с тем оставляя неразгаданной загадку всех событий, что, конечно, ещё больше взывает к желанию продолжения. Которого не будет — нет его. Ведь такова реальность, такова жизнь. Таков мир, в котором мы живём. И лишь вы сами угодны им управлять в меру своих возможностей.

Оценка: 9
–  [  11  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Жук в муравейнике» — это медитативное расследование, которое пытается расставить по местам все социально-философские точки над буквами Ё, которое приводит читателя к дилемме о выборе, выборе сложном и неукоснительно влияющем на само мировоззрение и отношение к жизни и ее безопасности, на отношение к тому, кто и как должен эту жизнь контролировать ради обеспечения стабильности и процветания или не контролировать вовсе в угоду свободе и нерациональному развитию. Это повесть об ограничениях, которые оправданы и существуют ради погашения рисков и катастроф, но которые неумолимо поместят на весы правосудия чью-то невинную жизнь. И наверное, в рамках данной предметной области стоит рассмотреть основные проблематики дилеммы о свободе и безопасности так, как видели ее братья Стругацкие.

1. Существование ограничений в условиях развитой цивилизации. Авторы ставят знак равенства между развитием (стремлением к прогрессу) и обеспечением безопасности и контроля, обусловливая такую зависимость большой ответственностью и глобальностью тех категорий, в которых эта цивилизация существует. Это та же самая проблематика, которая была озаглавлена в произведении «Беспокойство» персонажем Леонидом Горбовским, который буквально видел угрозу в том, как цивилизация подходит к получению и применению новых знаний, и какую минимальную роль в этом всем играет обеспечение безопасности. Это та же самая проблематика, которая была описана в качестве отрицательного примера в произведении «Далекая радуга»: когда на планете Радуга происходит катастрофа из-за халатности в обращении с новыми технологиями прогресса. И если углубиться в анализ всех упомянутых мной произведений станет ясно, почему авторы считают такую зависимость очевидной и необходимой для цивилизации, стремящейся в далекий космос.

2. Неизбежность трагедии от действий из лучших побуждений. Основная драма произведения заключена в разности и столкновении мировоззрений персонажей Льва Абалкина (либо потенциальная угроза для человечества, либо жертва из-за ошибочных суждений руководства человеческой цивилизации) и Рудольфа Сикорски (выступающего на стороне защиты человечества, но руководствующегося радикальными принципами). Понятно, что Рудольф Сикорски — это НЕ воплощение чистого зла, а довольно глубокая личность, в которую заложены принципы стремления к сохранению порядка и мира, к достижению лучших результатов только в интересах безопасности всей цивилизации. Это человек, который никогда не пойдет на огромный риск, если на кону стоит все человечество со всем его прогрессом и развитием. И с точки зрения Рудольфа (Экселенца) ситуация, в которой оказался Лев Абалкин, будет выглядеть, как вероятность некой угрозы, большой угрозы, и влекомый все теми же моральными принципами он никогда не допустит осуществления того самого худшего исхода, а значит пойдет на все, даже если для этого должна оборваться чья-то жизнь. Но ведь это всего лишь вероятность, домыслы, теории, а значит Экселенц пресекает не только возможную катастрофу, а так же и жизнь возможно невинного человека — и в этом и состоит дилемма: что важнее — безопасность ради стабильности и защиты или доказательство невиновности ради справедливости и спасения жизни? Авторы оставляют читателя наедине с этим парадоксом, делая финал открытым, не раскрывая истинных мотивов ни Абалкина ни «Странников», тем самым отдавая на откуп поступок Сикорски и даруя возможность решить для себя: к каким выводам вы придете, рассуждая и действуя в подобной ситуации. Либо это спасенная цивилизация и муки совести о загубленной возможно невинной жизни, либо это спасенная отдельная жизнь и возможные необратимые последствия для всего остального человечества — решайте, друзья, но в мире Полудня решение будет только одним и оно, к счастью или к сожалению, неизбежно.

3. Ксенофобия или страх перед необъяснимым. От дилеммы сугубо человеческой натуры авторы плавно переходят к проблеме глобального толка, рассматривая её все под тем же углом. Линия Странников уже прослеживалась в более ранних произведениях, наиболее остро и ярко проявляла себя в произведении «Малыш». В данном же случае она получает некое развитие, создавая всю ту же полемику между возможностью получения необходимых бесценных знаний наперекор возможным опасностям и банальном страхе перед необъяснимыми технологиями и их назначением, а так же перед непониманием чужой психологии. Этот страх по сути и является мотивом для проявления осторожности и обеспечения максимальной безопасности для всей цивилизации, является некой предпосылкой для действий Экселенца а так же для возникновения неминуемой трагедии. И тут авторы подводят черту перед осознанностью своей цивилизации, перед уровнем того осознания, на которое оно способно в вопросах понимания чужого мировоззрения. Стругацкие не объясняют мотивов Странников (наверное, так и не объяснят и в поздних произведениях), но, как мне кажется, в этом вопросе они в какой-то степени встают на сторону И. А. Ефремова и его теории о дружественности прогрессивного разума во вселенной, которую он раскрыл в произведениях «Звездные корабли» и «Сердце Змеи». Тем самым для себя я делаю некий вывод, что Странники — это дружественный и созидательный разум, просто неподдающийся анализу и осмыслению. Именно из-за этого недопонимания и страха перед необъяснимым даже в прогрессивном мире Полудня могут возникнуть трагические последствия, хотя бы банально потому, что человеку свойственно бояться не то чтобы за себя, но за свой вид определенно. Ведь никто из нас, читателей, или персонажей книг братьев Стругацких не отождествляет себя со всеми проявлениями разума во вселенной, а наоборот отделяет, возможно где-то на психологическом уровне держась именно за свою цивилизацию. Для мира Полудня пока это еще не взятая высота, до которой он, возможно, еще повзрослеет.

P. S. Отдельного внимания заслуживают главы с приключениями Абалкина на планете «Надежда», в которых так же немного раскрыты мотивы Странников, их вовлеченность в процессы становления других цивилизаций, а так же технологическое превосходство. Так же раскрыта неоконченная тема из произведения «Обитаемый остров», связанная с расой разумных голованов, которую открыл Максим, но продолжил и наладил сотрудничество именно Лев Абалкин, что говорит о нем, как о положительном герое, но над которым все же (по замыслу повести) висит тень сомнения.

Так или иначе у братьев получилось сложное для осмысления и выводов произведение, которое скорее больше задает вопросов читателю, чем предлагает ответов на самые философские темы, наверное, потому, что однозначных решений просто не существует в природе, как и не существует ответа в голове у Максима Каммерера, когда он видит перед собой Льва Абалкина, на вопрос — кто перед ним: «жук в муравейнике», или же это «хорек в курятнике»

Оценка: 9
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Жук в Муравейнике находится несколько в тени своего предшественника — Обитаемого Острова. Когда вспоминают о Камерере, вспоминают в первую очередь ОО, первая экранизация — тоже его.

На мой взгляд — это неверно. Это полностью самостоятельное произведение. Да и Максим, в отличие от ОО не является главным героем, хотя повествование и ведется от его лица. Он скорее выступает регистратором и свидетелем событий, происходящих при минимальном его участии. Главными героями выступают тут два антагониста -Абалкин и Сикорски.

И у каждого из них своя правда.

Абалкин — жертва. Жертва ограничений, наложенных на его жизнь по факту его рождения и даже до его рождения. Ограничений, сломавших его жизнь, ограничений, заставивших его избрать нелюбимую профессию, ограничений, которые и привели его к финалу. Абалкин желает восстановить справедливость, желает понять — кто он и желает призвать к ответу тех, кто причастен к вмешательству в его жизнь. И мы не можем не сочувствовать ему.

Но и у Сикорски есть своя правда. В отличие от Абалкина он ответственен не только за себя. Он отвечает за все человечество. Безусловный талант Стругацких и заключается в том, что мы смотрим на одни и те же события как с точки зрения Абалкина, так и с точки зрения Сикорски. И что же мы видим? Нелюдь, (а как ни крути Абалкин это нелюдь, несмотря на его генетическое тождество с остальными людьми, потому как ни один обычный человек не связан с металлическими кружочками неясного происхождения вплоть до того, что они вызывают преждевременную смерть симбионта) при непонятных обстоятельствах, вызвавших гибель приставленного к нему сотрудника КОМКОНа бросает все и мчится на Землю, где применяя насилие к другим сотрудникам, отвергая все просьбы и предложения идет напролом к одному ему известной цели. И что должен думать, а главное предпринимать Экселенц? Кто как, а я не могу осуждать его за жестокое, но вынужденное решение.

Безусловный шедевр, вызывающий только одно сожаление — почему Стругацкие не написали больше книг.

Оценка: 10
–  [  9  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Когда эта повесть появилась в печати — в 1980 году — язвительная израильская эссеистка Майя Каганская проанализировала языковую, визуальную и номерную символику «Жука в муравейнике» и пришла к выводу, что это — слегка, минимально завуалированная история сотрудника КГБ, в сорок лет узнающего, что он еврей и что его родители «погрузились в черную дыру» ГУЛАГа в 1937 году. И что его начальники прекрасно знают, кто он, и потому последовательно, умело и упорно ломают ему жизнь. Реакция на эссе Каганской была, мягко говоря, бурной, в ней принял участие даже Станислав Лем, а Стругацкие промолчали и через некоторое время выпустили повесть «Волны гасят ветер», где проблематика, выявленная Майей Каганской в «Жуке в муравейнике», была даже не замаскирована.

Майя Каганская, конечно, права, всё, отмеченное ею, в повести присутствует. Но это лишь скелет, каркас на который надета собственно повесть. «Жук в муравейнике» не исчерпывается аллюзией «чужого в чужой земле» и он не только о судьбе темноволосого мальчика из интерната в мире голубоглазых блондинов. Там и помимо этого есть много, много всякого, очень разного.

Стругацкие с ювелирной точностью распределили равновесие всех сюжетных и повествовательных элементов «Жука в муравейнике» так, что эта повесть становится тестом личности каждого читателя. Можно безошибочно составить психологический портрет каждого, высказывающегося по поводу «Жука». Никакое лукавство, никакая маскировка при вынесении суждений об этой повести невозможны. Фашист видит одно, либерал — другое, социал-демократ — нечто совершенно иное, третье. Это как усложнённый тест Роршаха, где каждый обнаруживает свою и только свою картинку, невидимую для людей с другим психологическим профилем.

У каждого из нас есть свой, сугубо личный, полностью индивидуальный взгляд на повесть «Жук в муравейнике».

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Я немножко в замешательстве. В книге поднято столько действительно умных и серьезных мыслей, что одновременно все их обмыслить тяжело.

Главной мыслью, наверное, для себя я бы выделил противопоставление «животного страха» и «разума».

«Стояли звери у двери...»

Мы боимся того, что не понимаем. Но именно способность преодолевать этот страх дало нам электричество, автомобили, технику, избытки еды и прочие прелести современной цивилизации. Если бы все люди боялись всего нового, то жили бы аборигены тысячу лет, две, три, миллион, пока очередной метеорит не обновил бы климатические условия на планете. Иногда мы не трогаем что-то новое, ибо знаем моральную цену этого. Например, предложение изучить работу мозга живого человека в 10 веке и в 21 веке звучат совсем по-разному, ибо предполагаются разные инструменты. Отсюда и моральная блокировка на одно и то же предложение в разных технических условиях будет работать по-разному. Сегодня можно изучать мозг, не убивая, не калеча, не причиняя вреда, в отличие от средних веков или более ранних времен, когда пришлось бы хирургически вмешиваться и убивать, например, рабов ради достижения научной цели.

То есть ограничения в науке есть: не навреди человеку. Мне кажется, это вполне эволюционное ограничение не только в науке, но и в социальной сфере. С каждой новой революцией общественной формации люди все больше заботились о том, чтобы не навредить. Раньше эту блокировку обходили путем перевода человека в категорию нелюдя (раб, например, не человек). Сегодня вроде договорились, что все люди равны.

И вот мне не совсем понятны действия Комкона и Мирового совета в книге.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Мы нашли оплодотворенные яйцеклетки на другой планете, скорее всего подложенные туда Странниками. Яйцеклетки начали свою активность после их нахождения. И тут я согласен с тем, чтобы их оставить и дать пожить среди землян за пределами планеты.

Я вообще согласен с действиями Комкона вплоть до той поры, когда они ради эксперимента рассказали одному из 11 о его происхождении. Я удивлен тому, что они не пошли дальше. Почему они не позволили хотя бы одному из 11 встретиться с диском с его эмблемой. Это же настолько очевидно с научной точки зрения. С точки зрения познания мира. Я понимаю, что их остановил страх. Тот страх, который я описал выше. Они боялись, что неизвестное может оказаться опасным. Но насколько их страхи были обоснованы?

Есть же простая логическая универсальная цепочка: у тебя есть проблема? Нет — Тогда не парься. Если да, то ты можешь ее решить? Нет — Тогда не парься. Да — Тогда тоже не парься.

Есть цивилизация Странников, которые обогнали в развитии человечество. С чего вдруг их бояться? Да, бояться их будут внутри, но с точки зрения разума — это бессмысленно. Если бы они были опасны, они бы уничтожили уже человечество сто раз, и никто бы ничего не сделал. А если они не имеют злых намерений — с чего вдруг бояться?

Выражения: мы не можем постичь их замысла, ибо они слишком умны и непостижимы — абсолютный религиозный бред. Вся научная теория строится на том, что мир постижим. Точка. Если есть что-то непостижимое, докажите. Нет? Ну так, не надо выдумывать.

В диалоге Максима и Льва у скамейки прочиталась отличная мысль: человечество в лице Комкона-2 и Мирового совета ведут себя как дети. Максим сам это осознает, но сделать ничего не может. Другими словами действия комкона — неадекватны. Они продиктованы страхом, который не позволяет мыслить критически. Перед этим начальник Максима оправдывается, дескать он должен ради безопасности запасаться святой водой, если есть шанс, что она поможет. Хороший пример, но нельзя же настолько уходить в пучину невежества. Приведу аналогию (нет, не все аналогии лживы, как утверждает Лукьяненко): живут добрые аборигены, которые за гумманизм и мир, у них есть группа охотников. И эти охотники убивают всех людей, которые приходят извне, из страха, что те окажутся врагами. Всех без исключения, потому что они их не знают и видят впервые, а значит есть шанс, что те враги. И при этом скрывают от населения эти дела, чтобы деревня и ее жители продолжали считать себя гуманными и за мир. Это сочетание страха и вранья. А подобным сочетанием эмоций можно выстлать дорогу в Ад.

И в книге люди, принявшие участие в эксперименте (не уничтожившие все яйцеклетки в начале), не могут довести эксперимент до конца. Не могут отважиться из страха свести вместе диски и соответствующих людей из одиннадцати. В итоге один кончает жизнь самоубийством, другого убивают. И при этом еще портят им жизни, навязывая чуждые профессии. Это настолько аморально, что трудно даже описать.

Заметьте, они не доводили эксперимент до конца не из-за разумных соображений. А просто из страха. Инстинктивного страха перед неизвестным. Чем-то совсем неизведанным. Это не поведение разумной расы, это поведение детей, не успевших обрести критическое восприятие мира. Но я ругаю в данном случае не все человечество, а именно тот круг лиц, что участвовало в эксперименте «Жук в муравейнике».

Есть ли шанс, что 11 — это оружие? Есть. Такой же как словить случайную пулю, сидя у окна в своем доме. Но это не значит, что надо теперь бояться подходить окнам. С другой стороны если Странники хотят нам навредить — они навредят. Если есть цель, средства найдутся всегда. И повод, и мотив, и реализаций может быть множество. А теперь задумайтесь: что мешало странникам вырастить людей в пробирках в искусственной среде у себя на территории и соединить этих людей с этими дисками? Чем эти люди будут отличаться от 11, выросших среди человечества? Правильно, опытом. Не будет больше иной разницы. Соответственно, из этого следует сделать вывод, что проект 11 — это инструмент для получения людского опыта. Велика вероятность (предположение), что при соединении 11 и дисков — они бы просто перемещались к странникам и передавали бы опыт жизни среди людей.

Но что мешает странникам заслать шпионов в любое другое время? Подкинуть ребенка какому нибудь родителю. Не связывать бы это с янтарином. Заложить где нибудь диск и потом через 30 лет ребенок вырастит, и программа его приведет к диску. Нет, Странники эксперимент поставили так, чтобы человечество добровольно согласилось выращивать 11. Это добровольный эксперимент. И целью этого эксперимента является получение данных о человечестве. Предоставление данных с добровольным участием.

Но люди повели себя как дикари. А именно Комкон-2 и мировой совет. Они, согласившись на участие, испугались завершения эксперимента и с палками начали прыгать на других участников.

Вспомните, сколько помоев было вылито в желтой прессе перед запуском адронного коллайдера. Сколько было криков про черные дыры, про то, что всё засосет туда, и т.д. Здравомыслящие ученые говорили, что это бред и вряд ли такое произойдет. Но бытовой разум, не знакомый с конструкцией коллайдера, представлял себе самый худший вариант развития. И если бы вопрос запуска адронного коллайдера отдали бы простым гражданам, то они конечно же запретили запуск. Но другой вопрос: мог ли любой ученый сказать, что черная дыра не появится 100%? Нет. Вот прекрасный пример противопоставления «животного страха» и «здравому разуму».

Нужно быть действительно настоящими мыслителями, чтобы создать такую историю. Настолько глубокую и многогранную. Хотелось бы сегодня встретить таких же умных писателей, но увы, при капитализме важнее потребительство, чем размышления об истинах. Сегодня литература — это экшен, секс, насилие, интриги, зрелище или просто наслаждение деталями. Сегодня тяжело найти мыслящего человека, хотя такие еще не вымерли окончательно.

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Оценивать АБС — как-то странно. Явление не оценивают, его изучают.

Но вот конкретно эта вещь — очень своеобразна. Даже для АБС. И по отношению к ней — очень хороший индикатор. «Рыбку не задави».

С Абалкиным всё понятно. Любая большая система будет регулярно давать сбои. Чаще ли, реже ли — но будет. Лёва здесь не герой. Он так, декорация. Главный герой ЖвМ — Эксленец. Припереться гарантированно сдохнуть в белом — невелика заслуга. А вот раз за разом разгребать говно ради тех, кто тебя же за это с этим же говном смешает — вот это достойно уважения. Заниматься производством святой вод под презрительный смех специалистов по молекулярным флюктуациям (которые могут ковыряться во флюктуациях только благодаря бесперебойным поставкам святой воды) — много кто в коммунарском мире на это способен?

Ах, да, как же нормальный «бурильщик» может вызывать положительные эмоции, о чём это я... Инфантильное геройство гораздо эстетичнее.

Оценка: нет


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх