После гибели цивилизации у людей не осталось почти ничего. Даже воспоминания о былом изобилии караются спецполицией. Потому что, если люди вспомнят о вещах, которыми когда-то обладали, то будут снова их искать. И герой рассказа решает бередить еле дышащие желания людей растравляющими укусами памяти.
Этот рассказ составляет некий диптих с «Улыбкой» и частично связан с романом «451 градус по Фаренгейту», являясь его продолжением. Действие происходит в разрушенном атомной войной мире. Главный герой, старик, изо все сил пытается напомнить людям о былом величии цивилизации, о навсегда исчезнувших бытовых благах. Его гонят, бьют, за ним гоняется полиция, но он вновь и вновь говорит людям правду.
Если в «Улыбке» изуродованный мир отрекался от наследия искусства, то «Чикагский провал» поднимает проблему материальной культуры. Люди не хотят вспоминать ничего о той цивилизации, что привела их к ядерному аду. На первый взгляд, подход верен. Но вместе с автомобилями и тостерами на костер отправляются шедевры живописи, книги, скульптуры. Культура — органическое целое, и поэтому ее уничтожение приводит к полной деградации человечества. Уничтожение всего, что человечество создавало веками — неверный путь. Нужно не пытаться стать зверями — нужно попытаться остаться людьми. Создать мир, в котором будут автомобили и компьютеры, но не будет войны и несправедливости. Иначе судьба человечества — регресс и медленное самоубийство цивилизации, что намного хуже самой войны.
Брэдбери рисует жутковатый мир — деградирующий, умирающий, разлагающийся. Мир, в котором запрещено вспоминать — иначе настоящее покажется слишком страшным. Знаете, что понравилось мне в рассказе больше всего? Описание пайка, которым «соблазняют» семейную чету сдать старика. Просто читая, я действительно смогла почувствовать, что это за сокровище — «недельный паек, плюс десять банок овощей, пять банок супа, в виде премии». За это я и люблю рассказы Брэдбери — мне удается их прочувствовать, погрузиться в них. Люди и их поведение (обратите внимание на сцену после того, как уходит полицейский — муж и жена отводят глаза, стараются не смотреть в глаза старику, а ему хочется притронуться к их локтям), мир, Чикагская бездна — потрясающая атмосфера.
Наверное Брэдбери нравится эта тема, потому что уже не один раз он использует её в своих произведениях в разных вариациях. Весь мир рухнул, а остались лишь единицы, которые стали памятью человечества и его проводником в новое будущее, которое не должно повторить прошлого, но и не уничтожить его. Как скажем в революцию меняли названия месяцев, выдумывали новые имена... Ведь мы уже это проходили, то что описано как будущее.
Нельзя ЗАБЫВАТЬ! Вкус яблока, цвет неба на закате, запах речной воды, прикосновение прохладной ладони... все это огромные ценности, владение которыми делает человека-человеком. Память может быть и лекарством, и оружием. Непомнящим легко манипулировать, он беззащитен.
