Его зовут Виктор Апфел, ему 50 лет, он ветеран корейской войны, эпилептик (последствия ранений и плена), нелюдимый затворник. Однажды в его доме раздался телефонный звонок, и его попросили зайти в дом к соседу, некоему Чарльзу Клюгеру. Клюгера Виктор практически не знал, это был странный человек, который ни с кем не общался, но звонки повторялись каждые десять минут, и Виктор всё-таки к нему зашёл...
Весьма неоднозначная вещь, и вещь настолько же не-фантастическая сейчас, насколько она была фантастической четверть века назад. Сейчас, по прошествии времени, на первый план сюжетной линии выходит всё же психологическая составляющая, нежели весь этот кибер-софт-антураж, что в ней присутствует основой. Дело ведь вовсе не в компьютерах как таковых, — что они без человеческой мысли и рук? — не в их технологической оснащённости в сравнении 1984 года и сегодняшнего дня. В конце концов, в 2034 году наши дети будут посмеиваться над нашими с вами Р4. Джон Варли, на мой взгляд, акцентировал внимание немного на другом.
О том, что власть, обретённая не важно какими способами, — посредством ли компьютерных и интернет-технологий, или денег, или ещё как-то, и огромные возможности, которые она даёт, это штука обоюдоострая, жестокая и взрывоопасная. Весь вопрос в том, в каких руках она сосредоточена, и как ею пользуется её обладатель. А-а, ну и появляется ещё одно примечание: реально ли кто-то обладает огромной властью и возможностями, или это только его ощущения, а на самом деле эти категории виртуальны и малоощутимы.
Власть и возможности Клюга, хоть он и обладал непомерно высоким уровнем таланта к своему делу, оказались на поверку строго и существенно ограниченными категориями: первая — загадочной, незримой «конторой», на которую он нарвался, а вторые — хоть и тотальным, но вполне себе заурядным подглядыванием за другими людьми, да финансовыми афёрами, пусть даже огромных масштабов.
Власть — продукт конечный, у которого есть границы, резко обозначенные теми, у кого этого продукта будет побольше, чем у Клюга, например. На что он рассчитывал, мне лично осталось непонятым, и это лишь один из длинной череды вопросов, которые я задал прочитанному у Варли. На многие вопросы, правда, ответы находятся на удивление легко и просто, и в этом несомненная заслуга Автора, ибо написанное им очень точно и логично, и придраться, по большому счёту, не к чему.
Вся процедура вопрос/ответ у меня занимала совсем незначительные секунды. Например, множество вопросов о человеческой сущности Виктора Апфела и Лизы Фу, зачем они выписаны именно такими, какими представлены в повести: зачем он ветеран войны? зачем он эпилептик? зачем он «ламер» в компьютерах? зачем он одинокий холостяк? зачем она, грубо говоря, простите, «жёлтая»? зачем этот её прикол с футболками и с надписями на них (О! этот ход, кстати, как по мне, так великолепен! — мастерский и очень тонкий по смыслу)? И ещё куча разных «зачем» и «почему». Но ответы, в принципе, на поверхности, стоит лишь немного соотнести сюжет, время и замысел Джона Варли.
В чём же неоднозначность этого произведения, если я утверждаю, что оно оцень точное, предельно прозрачное и логичное? Да, чёрт возьми, в концовке. В ней сосредоточилась вся соль для меня!
Жалко ли мне Виктора? Да, наверное, всё-таки жалко. Но жалость эта, знаете, с какой-то примесью возмущения, что можно так сдать, став законченным параноиком, и презрения к тому, что фобии его оказались сильнее желания взять над ними верх. Теперь Виктор будет видеть угрозу своему существованию не только в водопроводных трубах, но и в порывах ветра, и в солнечных лучах, и в каплях дождя, — а что, а вдруг, тот неведомый враг в них?
Вообще же, мне кажется, что концовка как бы аккумулировала всю ту гнетущую, щемящую атмосферу всей повести в целом: сцена самоубийства Лизы (или это всё-таки было убийство, хоть и косвенное, но преднамеренное и расчётливое?), медленное угасание Виктора, маячащий где-то рядом силуэт неизвестного врага, — всё это отлично иллюстрирует последние страницы повествования.
Очень глубокая вещь, вполне подошедшая бы как сюжет для «Секретных материалов»…
Бесподобная вещь! До сих пор помню то удивление, которое эта повесть вызвала у меня когда я её читал, лет эдак 15 назад. Слышал я отзывы от разных «знатоков», что дескать, повесть эта уже давно не актуальна, устарела, что Варли не разбирается в компьютерах и так далее. Но ведь она не об этом совсем. Не о компьютерах. Или не только о компьютерах. Она о современных (до сих пор!) тенденциях, о прогрессе, о безграничных возможностях — и о цене, которую надо за это платить. И это всегда актуально. И к тому же она грамотно, профессионально написана — четко «цепляет», привязывает, и не дает оторваться от первой и до последней строчки.
Повесть Варли я прочел школьником в журнале «Химия и жизнь». Я увлекался программированием, и фантастические ситуации повести, связанные с компьютерами, а особенно личность супергуру Клюга вызывали у меня невероятный восторг. Я также восхищался спокойным профессионализмом Лизы, а ее трагическая смерть в самый счастливый момент ее жизни, вызывала горечь и сожаление. Немного спорной кажется личность рассказчика — этакого человека в футляре. Финал повести меня возмутил до глубины души. Я возмущался поведением главного героя. Школьные тетради были исписаны категорическими лозунгами «Виктор Апфел — трус!».
Повесть остается моим любимым произведением до сих пор. Размеренное повествование, отвлеченный, и, казалось бы, совершенно не таящий угрозы для жизни героев, мир компьютерных программ, неожиданно меняется с появлением жуткой, таинственной и безликой силы. Также хорош авторский замысел — то, что повествование ведется от лица человека, совершенно не разбирающегося в компьютерах. Сейчас по прошествии времени мне жалко и Виктора Апфела. Несчастный, больной, надломленный войной человек, нашел свою любовь, и сразу же ее лишился. Замечательная повесть, с трагичным и захватывающим финалом.
Пожалуй первая книга про хакеров/программмистов, которая мне понравилась и не вызвала смех и отторжение. Помимо интересного сюжета, великолепно прописана атмосфера и персонажи.
В общем рекомендую к прочтению. Со временем книга совсем не устарела.
Замечательная, разноплановая вещь. Великолепная атмосфера, техническая достоверность, интересные герои, захватывающий сюжет. Идея, положенная в основу романа, на данный момент много где обыграна, но мало где лучше. Книга о сетях, машинном разуме, человеке и его страхах и о многом другом.
Очень добротное и качественное в литературном отношении произведение. И оно заслужило все перечисленные высокие награды. Но его актуальность полностью исчезла во времени. Сегодня эта тема затерта многочисленными повторениями и экранизациями. В то же время читается с удовольствием с некоторой долей ностальгии и сожалением об отсутствии элементов фантастики.
поразительно — когда читал рассказ в электронном варианте (пару дней в перерывах между работой) оба компа в сетке полетели нафиг толи от вируса, толи еще от чего то, слава богу переустановка не понадобилась, дочитав до конца, прочитал послесловие человека — переведшего книжный вариант в электронный — там описано, что пока он набирал рассказ у него дважды!! полетел комп. может совпадение, однако...
Хороший рассказ. Помню читал его ночью, скачав с какой-то BBS и тогда было даже страшновато. Черт его знает, а вдруг это уже рядом и оно знает что я знаю о нем...
Хорошая книжка. Но с точки зрения антуража безнадежно устаревшая (в отличие от Стерлинга). Правда, и Гибсона мы любим не за это. Кстати, Чума в трилогии про Лисбет Саландер чем-то напоминает Клюгера (именно Клюгера, а не Лизу, которая в сравнении с ним выглядит немножко бледно и уныло).
В «Навязчивости» и трилогии про Гею Варли раскрыл свой талант полнее.
Опять-таки, остается лишь сожалеть, что это произведение не переиздается. Вообще. вся малая проза Варли составила бы превосходный коллекционный томик ЗБФ.
После почти 20 лет после первого прочтения возникает ассоциация с Лейбером «Человек, который дружил с электричеством». Люди всегда боятся нового: электричества, компьютеров, интернета. Но пока живем.
По тем временам очень впечатляла. Но теперь, с развитием технологий, тема конечно стала достоянием уже не столько фантастики, сколько Голливуда (Враг государства).
