 | УЧЕНИКИ И ПРОЕКТЫ Когда в 96-ом на прилавках появилась книга «Миры Стругацких. Время учеников», восторгам моим не было предела. Думалось: «Лучшие из лучших дадут жару! Уж они там сейчас развернутся!» Чтение сборника мой пыл несколько остудило. После выхода второго тома я откровенно приуныл. Чаще всего те «развороты», что выполняли представленные «ученики», напоминали, в лучшем случае, суетливое ёрзание школьника, потрясающего поднятой рукой перед учительницей: «Меня, меня спросите! Можно мне?» — а в худшем, телодвижения слона, осторожно пытающегося протиснуться в посудную лавку. Вспоминая прочитанное, могу выделить всего несколько работ. Отличное эссе «Пролетая над гнездом лягушки» Казакова — но включение его в сборник фанфиков было явно искусственным. Запомнились повести Рыбакова и Лукьяненко — без особого восторга, как лучшие из… мнэ-э-э… средних. А вот, откровенно простая, но очень неоднозначная работа Успенского по тем временам вызвала оторопь и именно из-за этого крепко засела в памяти. Уровень произведений второго тома был такой, что по прошествии лет я просто не могу их оценить — практически ничего не помню. Один только «Вежливый отказ, или Как и почему я не написал «Страну Багровых Туч-2» Эдуарда Геворкяна. Симптоматично, не правда ли? Такие впечатления напрочь отбили всякое желание покупать следующие сборники. Тем не менее, по другим изданиям знакомство с работами участников продолжилось, хотя то, что и они вошли в серию, выяснилось гораздо позже. Короткое «Сентиментальное путешествие на двухместной машине времени» из одноименного авторского сборника Лазарчука вызвало слабую надежду, что это может быть началом чего-то большего. Выпущенный отдельной книгой «Возлюби ближнего» Михаила Савеличева поначалу порадовал удачной имитацией стиля АБС, но к финалу резкий рост масштабов событий и увеличение темпа повествования разрушили чуть наметившееся, хрупкое очарование. Неожиданно интересным показался очень злободневный на тот момент «Мент обреченный» Кивинова. Хотя никакой прямой связи с Мирами Стругацких в повести не было и в помине, общие мотивы явно прослеживались, начиная с названия. А позже я узнал, что эту работу планировалось включить в первый сборник, но «не срослось» по срокам и объёму. Казалось, серия благополучно умерла. Ан, нет. Не тут-то было. Выход на экраны фильма Бондарчука-младшего всколыхнул интерес к теме и вывел серию из летаргического сна. А выход «Время учеников-2. Важнейшее из искусств» со знаменитым танком на обложке недвусмысленно указывает на связь этих событий. С точки зрения общей оценки интересно то, что самое сильное произведение сборника — повесть «Стажёры как предчувствие» Рыбакова - вызывает у меня стойкое чувство гадливости. Меж тем, «Обитаемый остров» стал одним из самых известных и обсуждаемых произведений братьев — в основном, именно благодаря фильму, из которого наша поросль младая вообще хоть что-то узнала о Мире Полдня. Отзывы в сетевых обсуждениях неопровержимо свидетельствовали, что немалое количество зрителей положительно оценило эту работу в спектре мнений от осторожно-патриотичного «А чо, для нашего кина ничо так, намана)))» до безудержно-оптимистичного «А чо, мне понра. Хочу исчо)))». На основании оценок численности читающих среди этой целевой группы, что называется, «нарисовалась тема». Как говорит наш дорогой шеф, куй железо, не отходя от кассы (с) Именно в соответствии с данной концепцией недавно появился новый литературный проект — межавторский цикл «Обитаемый остров», в рамках которого предполагается издание целой серии книг. И хотя фамилии приглашённых авторов звучат неплохо, есть сильное подозрение, что при этом будет реализовано то направление, которое ещё пятнадцать лет назад предсказал (подсказал?) своим «Змеиным молоком» Михаил Успенский. То есть, заданный формат будет соответствовать не столько Саракшу АБС, сколько бондарчуковскому. Оценивая общие тенденции и, учитывая также существование и процветание серии «S.T.A.L.K.E.R.», можно с уверенностью утверждать, что «Миры кагбэ Стругацких» становятся модным брендом со всеми отсюда вытекающими: пи-ар, пред и постпродакшн, ребрендинг и этот, как его… Во! Точно: продактплейсмент. Но это уже совсем другая история (с) и она выходит за рамки обзора, да и не состоялась пока как свершившийся факт, хотя имеет все предпосылки к этому. Возвращаясь к, с позволения сказать, официальному и магистральному направлению развития Fan Fiction Terra Strugatskia в форме межавторского цикла «Время учеников», то, используя медицинскую терминологию, следует признать — пациент в глубокой коме и скорее мёртв, чем жив. Жизнь поддерживается аппаратно. Методы интенсивной терапии положительных результатов не дают, прогнозы неутешительные. Но, поскольку с «практикой» нынче туговато, да и престижное это дело — поучаствовать в таком проекте — желающих «тоже полечить» не убывает. Вроде бы, и специалисты все дипломированные, до колдунов и знахарей дело пока не дошло, но родственникам стоит серьёзно задуматься: зачем мучить и себя, и больного? Статья размещена в АК http://fantlab.ru/blogarticle12195 |
| Читал только три тома «Время учеников». Впечатления остались очень разнообразные, некоторые вещи запомнились, некоторые прошли мимо. Очень было обидно, даже больно, когда что-то в «Мирах...» разрушалось, интересно, когда расширялось и надстраивалось. Понравилось: Леонид Филиппов «День ангела». Здесь весь Мир Полдня живет тесно связанный нитями, протянувшимися от планеты к планете, как он даже не был связан у АБС, но при этом живет по правилам и нормам принятым в этом мире, не разрушая, а дополняя его. Николай Романецкий «Отягощенные счастьем» (продолжение «Пикника на обочине»). Развитие сюжета, читается, как очередные главы повести. Здорово и жутко. Вячеслав Рыбаков «Трудно стать богом» и Владимир Васильев «Богу — богово» (продолжение «За миллиард лет...»). Кажется АБС осоновательно перетряхнули души героев, но оказывается можно копнуть глубже и еще глубже и еще... Михаил Успенский «Змеиное молоко» (продолжение «Парень из преисподней»). У Стругацких точка зрения на события прогрессора-зелянина, а не хотите ли выслушать другую сторону, человека, который видит события в другом ключе, и оценивает с точки зрения своей морали. Покоробила только вставка про Арканар и Румату — «не должно так быть» (это эмоции) «вероятно все так и было» (это разум). Талант. Станислав Гимадеев «Долгая дорога к логу» (продолжение «Улитки на склоне»). Приятно снова побывать на Пандоре — очень уж колоритная и «яркая» планета, и пообщаться с лесными жителями и Кандидом. Клугер Даниэль «Новые времена» (продолжение «Второго нашествия марсиан»). Повесть о людях, которые очень боятся перемен, даже если перемены обещают что-то лучшее. Всегда найдутся личные интересы, которые окажутся превыше чести и гордости. И вот уже враг кажется другом, а того, кто идет против течения — обыватель готов сдать (продать, распять — выбирайте любой вариант), только бы не пришли эти страшные «новые времена». Казаков Вадим «Полет над гнездом лягушки» (эссе). Потрясающий анализ истории странников, «подкидышей» и люденов. Анализ, совершенно логично объясняющий события, с которым хочется согласиться. Не понравилось: Сергей Лукьяненко «Временная суета» и Николай Ютанов «Орден Святого Понедельника» (продолжение «Понедельника...»). Вот как-то не получилось у авторов продолжения веселой сказочной повести «для младших научных сотрудников». Возможно, просто не те времена! Эдуард Геворкян «Вежливый отказ». Эссе на тему «ах, какой я умный». Ну и ладно, кто же против, только зачем с этой мыслью влезать в сборник, да еще и страниц на 30-40? Александ Щеголев «Пик Жилина» (Продолжение «Хищные вещи века»). Не запомнилось, прочитал с большим трудом. «Хищные вещи...» очень люблю, а это продолжение совсем не пошло, также как и «Слегач» Андрея Измайлова. Остальные произведения не запомнились ни со знаком минус, ни с плюсом. Только рассказ Вячеслава Рыбакова «Возвращения» вызвал полное недоумение. Если он о том, про что я подумал, то просто не могу понять уважаемого мной автора. |
|  Творчество братьев Стругацких оставило огромный, неизгладимый след не только в жизни нас читателей, но и многих российских писателей. Наверно, каждый из нас помнит, когда и при каких обстоятельствах прочитал свою первую книгу Стругацких. Какими правдами и неправдами добывались остальные — покупались за дикие деньги, выменивались, замыливались — да простят нас хорошие люди...
Межавторский проект ВРЕМЯ УЧЕНИКОВ был обречен на удачу — авторы получили возможность продолжить, дописать или переписать любимые книги, вернуться в МИРЫ БРАТЬЕВ СТРУГАЦКИХ. Спасибо составителю и энтузиасту Андрею Черткову! Естественно одни произведения лучше, другие похуже, но здесь, как на Олимпиаде — важно не победить, важно участвовать. |
