FantLab ru

Станислав Лем «Фиаско»

Рейтинг
Средняя оценка:
8.37
Оценок:
1535
Моя оценка:
-

подробнее

Фиаско

Fiasko

Роман, год (год написания: 1985); цикл «Рассказы о пилоте Пирксе»

Жанрово-тематический классификатор:
Всего проголосовало: 97
Аннотация:

Молодой пилот Ангус Парвис, прилетев на Титан, узнает, что командор Пиркс, у которого он служил некоторое время, пропал. Ушел на станцию «Грааль» и его больше никто не видел. Последний снимок со спутника говорил о том, что Пиркс пошел северной дорогой и скорее всего является заложником Бирнамского леса. Пилот отправляется на его поиски и тоже становится заложником леса из замерзшего жидкого газа. Но перед тем, как холод проник внутрь, Парвис успел шагнуть в камеру ветрификатора.

Через десятилетия, звездная экспедиция, пролетавшая мимо Титана, вызволила людей из вечной мерзлоты и достала из ветрификационных «колоколов». Некоторые из них были безнадежно мертвы, но была возможность вернуть к жизни одного из двух уцелевших. Но какого?

«Найденыш» стал невольным участником экспедиции. Память его была частично повреждена, и он не мог вспомнить, кем он является...

А момент встречи с новой цивилизацией приближался и череда «сюрпризов» только начиналась.

© Paf
С этим произведением связаны термины:
Примечание:

Написанный в 1985 г. роман был впервые опубликован в 1986 г. в переводе на немецкий под названием «Fiasko» (переводчик Hubert Schumann).

В 1987 г. роман был опубликован на польском языке издательством «Wydawnictwo Literackie», Краков.


Входит в:


Номинации на премии:


номинант
Премия Артура Ч. Кларка / Arthur C. Clarke Award, 1988 // Роман

номинант
Премия альманаха "Gigamesh" / Premio Gigamesh, 1992 // Научная фантастика - Роман (Польша)

Похожие произведения:

 

 


Мир на Земле. Фиаско
1991 г.
Собрание сочинений в 10 томах. Том 12 (Дополнительный)
1995 г.
Фиаско
1998 г.
Рассказы о пилоте Пирксе. Фиаско
2003 г.
Солярис. Непобедимый. Рассказы о пилоте Пирксе. Фиаско. Рассказы из цикла
2003 г.
Фиаско
2007 г.
Фиаско
2007 г.
Фиаско
2010 г.
Фиаско
2010 г.
Фиаско
2011 г.
Первый контакт
2012 г.
Солярис
2015 г.
Солярис
2017 г.
Пилот Пиркс
2020 г.
Фиаско
2021 г.

Самиздат и фэнзины:

Мир на Земле
2016 г.
Рассказы о пилоте Пирксе
2019 г.

Аудиокниги:

Фиаско
2014 г.
Фиаско
2014 г.

Издания на иностранных языках:

Fiasco
1987 г.
(польский)
Il pianeta del silenzio
1995 г.
(итальянский)
Футурологічний конгрес. Розповіді про пілота Піркса. Голем XIV. Фіаско
2017 г.
(украинский)
Фіаско
2018 г.
(украинский)
Фіаско
2018 г.
(украинский)





Доступность в электронном виде:

 


Отзывы читателей

Рейтинг отзыва



Сортировка: по актуальности | по дате | по рейтингу | по оценке
–  [  40  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Когда роман кончился и я как-то смог оценить, что это было, первое, что пришло мне в голову: страшный роман. Типичный для Лема скептицизм сменяется безысходностью и отчаянием. Роман-кульминация, который должен стоять четвертой частью Эдем-Солярис-Непобедимый, но зачем-то оказывается «приписан» к циклу о Пирксе.

Что нужно иметь в виду, приступая к чтению. Совершенно определенное отношение Лема к роли случайности в жизни отдельного персонажа и поглощающей роли статистики в отношении групп людей или цивилизаций. Затем — Пиркс — персонаж Лема, модель, которую автор использовал прежде для исследования особенностей поведения людей в экстремальных ситуациях (в ситуациях случайности), а также для исследования человеко-машинного взаимопонимания.

Рассмотрим структуру романа:

1. Бирнамский лес позволяет свести Пиркса и Парвиса в одном временном и пространственном промежутке, чтобы в дальнейшем перепутать. И Пиркс, и Парвис предстают персонажами в некотором роде одержимыми: оба бросаются спасать других несмотря на очевидную опасность и сомнительные перспективы. Здесь же Лем отмечает, что фантазия природы богаче и свободнее воображения человека, и иллюстрирует, что природный хаос человек пытается передать через аналогии (скелеты, кости, раковины проступающие в образах леса), что по сущности уже антропоцентрично. Здесь же конкуренция двух космопортов: кроме административных «накладок» это показывает, что исследование Титана стоит на втором месте после добычи из его недр полезного продукта.

Этот момент следует отметит особо, как важную характеристику человечества (в варианте человека западного типа) — Северная и Южная Америка были сначала захвачены, колонизированы, перемолоты экономической системой Старого Света и лишь через многие годы началось тщательное исследование культуры занимавших эти территории народов. Этнография как наука долгие годы произрастает в рядах миссионеров (после непоправимого повреждения культуры народов) или пытается догонять разного рода конкистадоров.

2. Легенда о путешественниках за золотом показывает людей, чудом избежавших смерти, которых любопытство-жажда золота-жадность познания гонит внутрь горы, где их обоих ожидает ужасная смерть. Тоже нелогичный, в своем роде полный одержимости поступок.

3. Воскрешение Пиркса-Парвиса не столько свидетельствует об административной неряшливости людей, сколько дает возможность автору сконструировать героя без исторической памяти о себе — обобщенный образ человеческой Обезьяны, очень важный для дальнейшего повествования. Этот персонаж характеризуется уже отмеченной нами одержимостью — черта и Пиркса, и Парвиса, и золотоискателей, и профессора, уничтожавшего термитники, — некоторым недоверием к компьютерам (к GOD'у). Для автора совершенно неважно, кто именно — Пиркс или Парвис — был воскрешен, наоборот, предельно важно его инкогнито. Это — человек никто. Между тем включение такого человека в состав экспедиции представляется капитану как будто очень важным? Темпо — тот, кто способен пожертвовать собой ради других.. людей. Он воплощение человеческого в человеке. Он — единица команды, средоточие черт, которые позволили человечеству выжить, т.е. сохранить вид хомо-сапиенс. Но именно эти черты оказываются губительны для экспедиции: знаменитое «или мы, или они» приобретает новое значение: нужно отказаться от «мы» в пользу «они» — вот непременное (и невозможное) условие контакта.

4. История профессора, уничтожающего термитов, в очередной раз должна поставить перед нами вопрос: контакт — что это? Что мы хотим от него? Почему мы не ищем контакта с кошками, термитами, пчелами, лягушками, кустами роз и яблонями?? Все они ближе к человеку, чем любой инопланетянин. Не потому ли, что нам нужен другой Человек, а все они неподходящи для этого — слишком непохожи на нас? Собственно, фиаско случилось гораздо раньше, чем «Эвридика» была построена. Пока человек не научился «говорить» с собственными соседями по планете, любая попытка Контакта с иным разумом потерпит фиаско.

С другой стороны, контакт цивилизаций уже нельзя сравнивать с общением между человеком и человеком. Скорее уж общение между государством и государством, в котором отдельные люди — слова или звуки? Кто из нас читателей-людей способен оценить обмен информацией между, скажем, Россией и Португалией?

5. Основой Контакта с квинтянами в романе служит теория «цивилизационных окон». «Эвридика» с «Гермесом» летят чтобы проверить экспериментально единственно эту теорию. Поскольку сама эта теория антропоцентрична, исход экспедиции таков, каким он показан. Темпо, человек без прошлого, одержим будущим — желанием «увидеть квинтян». Эту одержимость мы в разные моменты наблюдали у золотоискателей (оба погибают страшной смертью), профессора (уничтожающего черную пирамиду термитов), у Пиркса и Парвиса (уже однажды погибающих внутри большеходов), у Стиргарда. Эта одержимость, упрямство осознается Темпо как одна из черт человеческой сущности: она помогла человеку вылезти из пещер палеолита и стать тем, кем он стал.

В чем же причина фиаско? Человеку не нужно «общение» с лошадьми, чтобы они перевозили его грузы. Не нужно общение с яблонями или пчелами, чтобы получать мед. Человек без общения как-то научился сосуществовать с комарами и бороться с вирусами. Чего же он ждет от контакта? Я вижу два ответа и оба можно найти в романе.

Возможно, человек хочет не просто обмена репликами, но понимания. Где-то на страницах романа содержится подробный анализ, почему искусственный интеллект нечеловекоподобен. Дублирование функций человека машиной — создание подделки хорошей картины: создать можно, но зачем нужна подделка, если некого обманывать и исключить вариант тщеславия? В этом же заложена и определенная антропоцентричность человеческих искуственных разумов: они по сути — просто невероятно усовершенствованная палка, инструмент, продолжение человеческих рук, ног, глаз и мозга. Но лишь продолжение.

Если человек хочет найти понимания себя, как человека, другими — речь идет об изощренной форме преодоления одиночества (данного каждому человеку и человечеству в целом изначально). Наполнить эту пустоту извне невозможно. Невозможно перестать быть одиноким и сохранить самость, нельзя перестать быть одиноким и сохранить свое «я». Таким образом, потрясание людей своей человечностью лишь отдаляет их от контакта и усугубляет это одиночество.

Если речь идет об абсолютном понимании мира и вселенной, то опять же на страницах романа один из физиков говорит,что природа никогда не отвечала на этот вопрос открыто: строила гримасу и оставляла вместо одного целый ворох новых вопросов. Так что окончательное понимание в масштабах отдельных людей — вычерпывание моря ложкой. В этом причина отчаяния героев. Дело, которое возложено на плечи персонажей, — не вечерняя прогулка, которую можно отменить, перенести или повторить, надеясь на иной, лучший результат. Их задача — дело целой жизни. Где-то в романе говорится о покорении Эвереста: несмотря на разницу в считанные метры, покорить Гималаи, и не покорить — не одно и то же. Расстояние между квинтянами и людьми таково, что второй экспедиции может не состояться. Звезда может оказаться неспособна на второй резонанс. Вернуться на землю и рассказывать, что они видели спутники, видели присутствие квинтян, но у тех было дурное настроение и поговорить не получилось?

Очевидно, обе причины имеют для персонажей место. Крайне любопытен священник, неожиданно оказавшийся одним из центральных персонажей романа. Ни в Эдеме, ни в Солярисе, ни в Непобедимом, ни в Пирксе священников не было. Там были люди труда и науки. И как-то обходились без религии. В Фиаско автор наоборот отделяет некоторые аспекты человеческой жизни, которые не могут быть обеспечены только наукой, только трудом, только искусством.

Для меня этот роман стал художественно-фантастическим продолжением эссе «Нечто вроде кредо» 1972 года, полным боли, пустоты и отчаяния.

Оценка: 9
–  [  28  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Многие критические отзывы на данный роман — слишком явное следствие недопонимания авторского замысла, неверного подбора «ключей» для его истолкования. Конечно же, читатель может с полным правом поставить это в вину автору. Не разъяснил, туманно сформулировал, был неточен. С другой стороны, все ключи находятся в самом творчестве Лема и лежат относительно на виду.

Во-первых, описание мира будущего, который мы находим на страницах «Фиаско», кратко изложено уже в монографии «Фантастика и футурология» 1970 года. Том второй, «Проблемные поля фантастики», глава IX — «Утопия и футурология». Там описываемый мир датирован серединой третьего тысячелетия, а узнаваемые инновации, играющие принципиальную роль в сюжете «Фиаско», приведены по датам изобретения/внедрения. На собственном примере Лем разбирает достоинства и недостатки масштабных «хронологий будущего» — литературные и футурологические. Очевидно, замысел в своей основе ещё тогда владел его воображением, и роман 1986 года стоит рассматривать как венец многолетней работы, замыкающий множество заранее подготовленных мотивов творчества в единое целое.

Во-вторых, там же обнаруживаем подробный разбор романа Уильяма Голдинга «Повелитель мух», а также нескольких классических НФ-произведений о межзвёздных дорелятивистских кораблях, «ковчегах», с точки зрения правдоподобия описанной там социальной инволюции замкнутых коллективов. Малых групп, отпочковавшихся от большого общества. Ещё подробнее проблема разбирается в «Философии случая». А в примечаниях к первому тому «Фантастики и футурологии» можно найти расширенный вариант критики «Повелителя мух» с позиций социологии. Там Лем разбирает материалы дневников, хроник и социологических исследований, в том числе касающихся поведения групп заключённых в нацистских лагерях. Основы социодинамики замкнутых групп, обозначенные автором там, – точнейше воспроизводятся в поведении экипажа «Гермеса». Большинство принятых ими диких и нелогичных решений, на которые сетуют читатели, объясняется именно такими эффектами.

Таким образом, нарисованная в романе схема абсолютно последовательна и таки опирается на вполне актуальные научные представления. Недодумки или произвола в этом отношении нет.

Ну а дальше — вопрос цельности и убедительности художественного образа, в который Лем вписывает свои размышления.

«Фиаско» становится в художественном отношении своего рода «парадным портретом» человечества или даже, скорее, человечности. Только понятой не как абстрактный гуманизм, как борьба всего хорошего против всего плохого. Нет, человечность героев «Фиаско» — это набор имманентных свойств человека как биологического существа. Как индивидуальных, так и социальных. Со всеми противоречиями и скрытыми внутренними конфликтами. И здесь то, что в ходе эволюции увеличило адаптивность человеческого рода, вся самопожертвенность, экспансивность, повышенная агрессия и склонность к отчаянным авантюрам малых групп (которые обеспечили выживание вида в условиях прохождения «бутылочного горлышка« или при колонизации удалённых уголков Земного шара) – всё это оказывается в условиях сложнейшего технического предприятия – Контакта, установления межцивилизационных связей с представителями инопланетного вида – губительной бедой.

Отдельная проблема, по аналогии с тем, «кто же такие квинтяне?», — а кто же является полноценным и полномочным представителем человеческого вида?

По идее, предельно обезличенный главный герой Марк Темпе, — то ли Пиркс, то ли Парвис, размороженный после гибели на космическом фронтире, восстановленный из частей тел многих людей, — максимально типичный и обобщённый человек в разношёрстной компании на борту «Эвридики». Он оторван не только от человечества, как все прочие члены экипажа. Он изгой ещё и во времени, им безвозвратно потерян любой социальный контекст, который окружал его до первой гибели. Кажется, именно его, а не учёных мужей или исполненного истовой, но и ищущей веры священника, ставит Лем воплощением Человека.

И наделён Темпе человеческим в высшей степени набором личных качеств. Это, как уже сказано, не смиренный искатель духовных истин, и не кабинетный учёный. Не «фаустовский человек», взыскующий истины. Нет, это больше прометеевский образ. Человек, стремящийся активно подчинять и преобразовывать мир. В сложной ситуации именно он, «дикарь», невежда в сущности, станет неформальным лидером и лицом группы Контакта. Именно такие личности в истории вели за собой, спасали, обороняли, защищали и возглавляли. Какое ещё воплощение побед и завоеваний Человечества вам нужно?

Он буквально напрашивается на роль эдакого «человека-в-себе».

Однако в романе именно этот набор качеств человека-победителя приводит всё предприятие к эпохальному, апокалиптических масштабов краху. И этот прометей принесёт огонь не только на Землю, но и на Квинту:

»... и, когда вознесённая к небу паутинная сеть вместе с антеннами, ломающимися в пламени, упала на него, он понял…»

На другом уровне представителем человечества оказывается весь экипаж «Гермеса» и «Эвридики». Но эти группы тоже сработали не лучшим образом, коль скоро вся ситуация оказалась в руках одного человека с биометром вместо молотка в руках.

С другой стороны, эпизодами, умело добавленными деталями, техническими справками и экскурсами перед нами открывается панорама всего человечества, стоящего за спинами людей «Гермеса» и «Эвридики». Да, это человечество тоже не лишено своих проблем, его начинания неидеальны, и подчас довольно болезненно неидеальны. Оно напоминает того «ущербного бога», нарисованного Крисом Кельвином на последних страницах «Соляриса». Но в целом как раз оно развивается успешно, постоянно преобразует себя и мир вокруг себя. Оно куда больше похоже на цельный и эволюционно успешный организм, чем каждый из героев романа в отдельности. И, возможно, в многочисленных отсылках, в образе коллективно разумных муравейников из виртуального сна Темпе, в самых квинтянах таится намёк именно на это. Возможно, они – зеркало для человечества, по Лему. Отдельный человек или ограниченная группа людей не могут служить достойным представителем Человечества. Только само Человечество. А эти ложноножки, выброшенные Человечеством в безграничность космоса, в сторону звёзд, неизбежно рвутся как слишком хлипкие. В силу биологических и физических ограничений.

То же, что лежит за рамками Окна Контакта, уже слишком мало походит на человека, и для Контакта с ним не приспособлено. Если там что-либо вообще находится.

Да, роман ещё можно покритиковать за старомодность некоторых описанных технологий, за чрезмерную расплывчатость и лишь смутную наукообразность других, за эскизность и неполноту некоторых образов, но…

Возможно, я слишком восторжен, в противовес нередким отрицательным оценкам этого романа. Но для меня «Фиаско» — одно из важнейших и масштабнейших полотен Станислава Лема, продирающий до внутреннего холодка финальный аккорд его художественного творчества, подводящий итог многим линиям его размышлений. Один из важнейших романов жанра.

Оценка: 10
–  [  50  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Помните анекдот? «Полный крах, крушение всех надежд. Шесть букв, вторая «И».

Это не то, что все подумали. Это «фиаско».

Фиаско. Наиболее, как мне представляется, пессимистичное произведение Лема.

Действие романа развивается сначала в будущем не столь отдалённом, а затем — в далёком. Причём не столь и важно на сколько отдалено далёкое будущее, а на сколько — недалёкое, суть различия этих двух частей не столько во времени действия, сколько в технологии.

Технологии, которые освоены и используются землянами на Титане более-менее понятны: планетолёты, большеходы и т.п. Не столь важно, возможны ли такие большеходы — важно, что уровень технического развития мы можем представить. Это — наша цивилизация, умноженная на некий коэффициент будущего; отличия от современной цивилизации не столько качественные, сколько количественные (с учётом, естественно, фантдопущений автора).

Цивилизация, пославшая корабль на контакт с Квинтой владеет технологиями непредставимыми, это без шуток «люди как боги»: они умеют воскрешать замороженных людей, работают с компьютерами последнего теоретически возможного поколения, достигают звёзд, оперируют энергиями, сравнимыми с энергией звезды, умеют что-то такое хитрое сотворить со временем, чтобы звёздная экспедиция могла вернуться в течение одной человеческой жизни... Здесь — отличия непредставимые, качественные, а не количественные; это не просто цивилизация по нашим представлениям, а безо всяких скидок цивилизация с приставкой «сверх».

Но и в близком, и вдалёком будущем люди не всемогущи.

Посудите: разве не забавна (грустна, но и забавна) история с постройкой двух экономически состязающихся космодромов на Титане, в результате которой ни один из построенных космодромов не может работать эффективно? Чья-то халатность, чьи-то амбиции, и в результате половинчатые, неэффективные, а то и вовсе не работающие решения — о, как это похоже на нашу жизнь!

Одна нелепость влечёт за собой другие. Грузы, нужные в пункте «А» приходят в пункт «Б», дальше надо гнать их своим ходом. Но нет людей, и квалифицированные пилоты перегоняют большеходы сами. Причём дороги нормальной нет, кругаля топать неохота, и, была — не была, идут опасными местами. В нарушение всех инструкций.

И гибнут в результате сами, и губят технику. И кидаются спасать друг друга, и в этом геройском порыве только умножают потери.

Заметьте, пан Станислав не подчёркивает эти несовершенства и ляпы, он просто описывает, как дело было, и текст его весьма убедителен, да, мы-то знаем, что в этой жизни всё так вот устроено, не по уму, лишь с учётом сиюмитных выгод. Вообще, если посмотреть внимательно, то в «Фиаско», кажется нет ни одного по-настоящему толкового, умного поступка.

А что происходит в далёком будущем?

Говорите, неизвестно, кого оживили, Пиркса или Парвиса? Да, потому что архивы куда-то затерялись. И никого это почему-то не удивляет — ну что же, бывает.

Побеседовать с квинтянами тоже не очень-то получается. Что же, прекрасно понимаю квинтян — они такие же в чём-то, как и мы. И не важно — грибообразные там они, или человекообразные. Мы бы тоже были не рады, обнаружив шпиона, и не раскрыли бы ему объятия, а ведь наша цивилизация не столь больна, не имеет таких маний и фобий, как квинтянская.

Эскалация конфликта, обрушение луны — это по-вашему умный ход? Тут не надо быть семи пядей, чтобы понять: дальше ничего хорошего не будет.

Пан Лем и раньше-то не баловал нас удачными контактами. Вспомните: «Крыса в лабиринте», «Эдем», «Солярис», «Глас Господа» — где здесь полноценный контакт? Везде — сплошное непонимание между братьями по-разуму. Но если разница между разумным океаном и людьми — колоссальна, разница между пославшими «Глас» и нами — максимальна, то от квинтян описываемое человечество не отличается сильно, а даже и отличается в сторону более развитую.

И всё равно — нет, как об стену горох.

И сама трагедия — вспомните-ка, из-за чего происходит? Главный герой увлёкся исследованиями и забыл вовремя подать сигнал, мол, «я тут, живой, всё в порядке». Хороша ошибка для посланца сверхцивилизации, да?

И итог — планета распилена на куски.

Да, да. Фиаско — оно не только и не столько в трагедии Квинты, фиаско — во всём, в каждом человеческом начинании. За что бы не брались мы, люди, даже люди-как-боги, всё у нас не тем концом выходит.

Да, пан Станислав, это мы. Это мы, Боже, твои ашыпки. Нелепые, неклюжие, несобранные. Несовершенные. Эх.

И с этим надо как-то жить.

Оценка: 10
–  [  27  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Очень медленно, строчку за строчкой, страницу за страницей, прочёл «Фиаско» — последнее большое художественное произведение Станислава Лема. После него автор окончательно ушёл в науку, публицистику, философию и малую форму. Да и по сути своей «Фиаско» — это больше научная работа, нежели роман. И в этом его прелесть.

Я конечно натура романтичная и ранимая. Люблю дарить женщинам цветы, читать стихи и пускаю слезу на грустных фильмах. Но по натуре я технарь до мозга костей. И никакие «Марсианские хроники» при всей любви к ним не отвадят меня от настоящей твёрдой научной фантастики.

Лем подробно расписывает, как летают сверхсветовые космические корабли, как добывают руду на спутниках Юпитера, технические аспекты колонизации планет и преимущества эмбрионации перед криосном. Диалоги героев перерастают в многостраничные трактаты о развитии цивилизаций, их упадке, войнах и гибели. Гуманитарии стонут и кричат, что им скучно, а я требую ещё и ещё. Ещё больше технических деталей и научных гипотез. А как экипажи кораблей справляются со стрессом? Так ли важна лингвистика при контакте с пришельцами? Как работают шагающие промышленные машины при работе на других планетах? Почувствует ли космонавт влияние горизонта событий при приближении к чёрного дыре? А какой мощности и как должен быть направлен ядерный удар, чтобы расколоть на части целую луну без последствий для планеты? И пан Станислав всё подробно, терпеливо и доходчиво объясняет.

При этом «Фиаско» является настоящим художественным шедевром. Небольшой роман по своей проблематике и раскрытии тем даст фору многим эпопеям и циклам.

Даже не знаю, кто сейчас способен написать нечто подобное. Лем, Кларк и Азимов ушли. Вся надежда на Уоттса, Мьевилля и Стивенсона. Остальные заняты космическими сражениями. А ведь фантастика это не только световые мечи и «бластеры пиу-пиу-пиу». Тут иногда ещё и подумать не мешает

Оценка: 9
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Беру свои слова обратно и снимаю шляпу перед великим маэстро научно-философской фантастики.

В этом нет никакого пафоса, а дело в том, что в одном из своих предыдущих отзывов я писал, что Лем очень часто бывает неправдоподобен. В другом своём отзыве примерно год назад я же высокомерно заявил, что прочитал уже все наиболее значимые произведения пана Станислава и, мол, досконально знаю и его, и его идеи, и, мол, читать у него больше нечего.

Так вот — перечитав недавно «Солярис» и прочитав впервые «Рассказы о пилоте Пирксе» и — в особенности — роман «Фиаско», я осознал, что был неправ, причём в обоих своих вышеупомянутых отзывах (К слову — «Фиаско» формально входит в цикл произведений о пилоте Пирксе, хотя (парадокс!) вполне возможно, что Пиркс в этом произведении действующим лицом не является). Да, вот так.

Интересна была эволюция отношения к этому роману по мере продвижения по тексту. Когда-то давно я прочитал статью о «Фиаско» на Википедии, где довольно подробно описана последовательность действий землян в окрестностях Квинты, их деструктивная деятельность по отношению к несчастной планете, к братьям по разуму, с которыми вроде как пытаются вступить в контакт, — деятельность, которую кроме как агрессией не назовёшь. Логики в поступках землян тогда я никакой не увидел, поэтому вполне понятно, что счёл роман странным, сумбурным, неправдоподобным — в общем, нелогичным.

И каково же было моё удивление при чтении самого романа, когда обнаружилось вдруг, насколько убедительно по ходу повествования Лем обосновывает каждый последующий ход землян. В отдельные моменты участникам экспедиции начинаешь даже сопереживать, понимать логику их поведения, которая базируется на безупречном и уместном использовании теории игр. Одержимые идеей контакта земляне с каждым шагом увязают в трясине собственной логики и болоте расчётов не менее антропоцентрического машинного разума. Каждое их действие, оправданное затраченными на предыдущее действие средствами, сорвавшейся лавиной следствий из их предыдущих действий увлекает за собой участников экспедиции, толкает на следующий шаг, который повергает их всё глубже и глубже в бездну собственного безумия и бесчеловечности.

Логические связки между отдельно взятыми, соседними элементами в череде событий очевидны, понятны и лично у меня сомнений не вызывают. Однако оглянувшись назад, охватив взглядом всю цепочку, многие из членов команды ужасаются, впадают в депрессию и оцепенение — как можно было дойти до такого? Именно эта цепочка, без промежуточных логических мостиков, без обоснований шага за шагом, в сухом, описательном виде представлена в статье на Википедии — и именно её формат вызывает недоумение читателя, повергает в сомнения по поводу общей логики всего происходящего.

А между тем, Лем в тексте самого романа последовательно подводит команду и читателя к неотвратимости фиаско — результату действий монструозной машины, набравшей обороты в своих поступательных операциях.

Подобно тому, как квинтяне, вступив однажды на порочный путь гонки вооружений, уже не могут спрыгнуть и продолжают нарезать виток за витком. Подобно ребёнку с естественной для него эгоцентричностью, инфантильное человечество не в состоянии избавиться от своих антропоцентрических представлений. Рассуждает исключительно в рамках своих категорий и не приемлет разума, основанного на иной логике.

Вероятно, такого характера мысли пронеслись в последние мгновения жизни главного героя, когда он наконец понял, что собой представляют квинтяне.

Оценка: 10
–  [  16  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Прочитал одним махом. Не могу согласиться с мнением тех, кто считает, что роман сложен для восприятия, что язык его тяжёл.

Поразительна плотность текста, его насыщенность. Если у К.С. Робинсона многостраничные описания способны утомить, из-за чего «Зелёный Марс» был мной на долгое время отложен, то здесь – ничего подобного. Почти в каждое описание автором встроено какое-то нетривиальное наблюдение, мысль. Вот, навскидку, о пейзаже Титана: «…этот пейзаж казался полем многовекового побоища, кладбищем разросшихся сверх меры и затем рассыпавшихся скелетов», дальше подробное описание, и в конце абзаца вот такой вывод: «…скелеты земных позвоночных и их шерсть, и хитиновые панцири насекомых, и двустворчатые ракушки моллюсков имеют такую архитектонику, симметрию, изящество лишь потому, что природа умеет создать все это и там, где ни жизни, ни присущей ей целенаправленности никогда не было и не будет».

Уместны, интересны и отступления – застольная история о золотоискателях и «книга в книге» о профессоре в городе термитов. Задним числом, конечно, понимаешь (не без помощи других рецензентов), что эти «вложения» работают на общий посыл романа: Лем обличает желание «вломиться» в тайну, разгадать её любой ценой – даже ценой жизни исследователя. Хотя «обличает», думаю, не самое верное слово.

Однако при всей увлекательности, цельности повествования выделяются два особо неправдоподобных, на мой взгляд, момента.

Спойлер (раскрытие сюжета) (кликните по нему, чтобы увидеть)
Первый – решение экипажа «Гермеса» (корабль землян, посланный для установления контакта с инопланетянами) уничтожить луну Квинты для того, чтобы принудить цивилизацию квинтян к контакту. Демонстрация силы? Скорей, глупейший, необратимый ход. Сверхкомпьютер корабля не учёл той вероятности, что несколько снарядов, направленных к луне, квинтяне собьют (из-за этого взрыв получился не таким, как прогнозировали, и множество обломков луны упало на планету, вызвав катастрофические последствия)? И это после того, как квинтяне уже преподнесли сюрприз, когда их ракеты оказались способны догнать «Гавриил» (корабль-посол, высланный людьми на планету)? Верится с трудом, как и в сам факт принятия решения об уничтожении луны. Автор подчёркивает антропоцентризм исследователей, то, что они судят о квинтянах по себе. Почему же никому из людей не пришло в голову: «А что, если б уничтожили НАШУ Луну? Может, это и принудило бы нас к контакту, но мы навсегда – именно навсегда – запомнили бы то, каким образом нас к нему принудили, и однажды постарались отомстить».

Второй момент – это конечно, финал, когда Темпе, бегая по грибному склону, забывает о необходимости послать на «Гермес» сигнал о том, что у него всё в порядке, в назначенный срок (и «Гермес», посчитав своего посланца мёртвым, атакует место высадки). Как мог профессионал, пусть даже одержимый идеей увидеть квинтян, упороть такого косяка (тем более что ему хронометр напоминал, «всё громче повторяя тревожные сигналы»)? Не верю. Вот просто не верю, блин. Хотя описано здо́рово.

В неизбежном сравнении с «Ложной слепотой» П. Уоттса «Фиаско», как мне представляется, удерживает первенство, но исключительно из-за своей цельности. А вот персонажи Уоттса, по-моему, куда живее и интереснее. Как не хватило на «Гермесе» собственной Аманды Бейтс (уж не говоря про Банду Четырёх)! Стиргард (капитан-астрогатор) и Араго (священник) ожидаемо полярны, а ближе к концу антагонистичны, GOD (сверхкомпьютер) – попросту безответственный советчик, Темпе-Парвис-Пиркс (вроде как главный герой) усреднён, Гаррах (первый пилот) агрессивен, подозрителен, а про остальных вроде как и сказать нечего – они запомнились как японец, врач и кто-то ещё.

И всё равно книга оставляет мощное, пусть однозначно горькое, послевкусие. Хочется осмыслить случившееся – и при этом не удаётся избавиться от впечатления, что автор слегка подтасовал события под финал и заложенную в книгу идею.

Буду ли перечитывать? Однозначно.

Оценка – почти 10. Но «почти 10», это всего лишь 9. Именно из-за той безысходности, безнадёжности, которые чувствуешь после прочтения, и к которым автор подводит тебя слегка – и я подчёркиваю это слегка – искусственно.

Оценка: 9
–  [  19  ]  +

Ссылка на сообщение ,

А по-моему Лем обманул этим романом всех читателей и почитателей.

Мне сдаётся, что книга не дописана, — не хватает последней коротенькой главки, смысл которой сводился бы к «и тут он полностью пришел в себя».

Все нелепости, которые выплёскивает на нас писатель, человек неглупый и заслуженно чтимый, могут быть непротиворечиво объяснены только при условии, что всё представленное нам — сон, пригрезившийся замороженному Парвису.

Ну, судите сами, — мы видим человечество овладевшее немыслимыми технологиями свёртывания пространства, смело ныряющее в изменённый континуум чёрной дыры, наконец оживляющее давно умершего человека... И это же человечество в лице одного из лучших представителей (плохого ведь не отправят для контакта), действует, как хорошо поддавший индивидуум в пивной, пристающий к незнакомому соседу в стиле «Ты меня уважаешь? Тогда давай выпьем!». И получив неоднократный отказ затевает драку с изрядными телесными повреждениями доходящими до убийства...

«Какие сны в том смертном сне приснятся?...» Разные, в том числе и кошмарные, как и сон Парвиса.

Кстати, некоторые намёки на нереальность произошедшего в романе есть.

Хотя бы цитировании (полузабытого уже сейчас) лемовского же «Хрустального шара», оказавшегося (в бумажном виде) на звездолете. Не мог же Лем, человек, повторюсь, умный, поверить в бессмертие своего рассказа из ранних.

Опять же, не могли «грибы» наделать космического оружия, наводнившего околопланетное пространство, чем они его производили-то? Силой мысли что ли?

Опять же — забыть послать сигнал спасающий не только собственную жизнь, но и целую цивилизацию. Посмотреть он пошел — кто же такие квинтяне? Получилось, как в поговорке «Любопытство не порок, а большое свинство.»

Да и выбор для контакта размороженного полуинвалида..... НЕ ВЕРЮ, чтобы у Лема всё это всерьёз!

Но, если представить, что начавший работать в процессе реанимации мозг Парвиса (неминуемо поврежденный варварской методикой «витрификации») слепил такую невероятную картинку, то всё можно объяснить.

Может, конечно, пан Станислав имел в виду совсем другое, но он же сам использовал подобный приём в «Футурологическом конгрессе», когда всё увиденное оказалось страшным сном.

Оценка: 6
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Роман состоит из трёх больших мало связанных друг с другом частей:

1. Поиски пропавшего на Титане пилота Пиркса с использованием шагохода,

2. Отправка межзвёздного корабля из окрестностей Титана на установление контакта с иноплатентной цивилизацией,

3. Попытки вступить в контакт с инопланетной цивилизацией из окрестностей звезды.

Первые две части по сути являются вступительными, а основное действие романа разворачивается в третьей части. Судя по скомканной концовке, у автора изначально не было никакого идейного замысла или хотя бы общего плана романа. Больше похоже на то, что Лем гнал листаж, а при исчерпании очередной идеи наспех состыковывал уже написанное со следующей идеей. Когда листаж необходимого объёма был набран, была наспех придумана концовка и роман был немедленно отправлен в печать. Что-то подобное можно наблюдать и в другом романе Лема — «Насморк». Там к основному сюжету пришита история со спасением девочки.

Суть романа сосредоточена в последней части, поэтому обсуждать предыдущие две части не имеет особого смысла. А суть такова, что земляне пытались силой принудить инопланетян к контакту, что бы это ни значило. Получилось как в диалоге персонажей Ревы и Галустяна: «Говори! Говори, говорю, кому говорят говори!» Земляне в этом романе подвержены грехам тщеславия, гордыни, гнева и алчности в смысле нетерпеливости. Налицо имеются признаки маниакальной одержимости сверхидеей контакта. На борту имеются капелан и врач-психолог, но они лишь пассивно наблюдают за вошедшими в саморезонанс авторитарным капитаном и бортовым компьютером финального поколения, которые с каждым шагом загоняют друг друга в спираль эскалации конфликта с квинтянами. Кстати, в романе «Эдем» земляне тоже агрессивны и пользуются мощнейшим оружием, имеющимся в их распоряжении, невзирая на жертвы среди местного населения и на экологический ущерб от своих действий.

По-моему, прежде чем пытаться установить контакт, неплохо было бы собрать побольше информации о том, с кем ты хочешь установить контакт. В конце-концов, односторонний контакт — когда ты слушаешь, а другой не знает, что его слушают — тоже контакт. Потом, когда ты уже узнал достаточно, у тебя сами собой появятся идеи, чем можно заинтересовать другую сторону и на каком языке им сделать это предложение. Если же ты очень уверен в своей неуязвимости, ленив и не хочешь что-то узнавать, то можно просто-напросто расположиться на самом видном месте и отбивать все атаки до тех пор, пока атакующие сами не захотят установить контакт. Но этот вариант тоже возможен лишь в том случае, если местные жители хоть сколь-нибудь агрессивны и их высокоорганизованное поведение в конечном итоге подчиняется инстинкту охраны территории.

Про грибы с глазами я слышал, а вот про грибы с руками — нет. Концовка внезапная, скомканная, прямо противоречащая написанному до этого. Читатель в итоге остаётся в недоумении: «Что это вообще было?» Подобные же концовки я наблюдал в романе «Непобедимый» и «Расследование». Главный герой Темпе, личность которого так и осталась неопознанной, закономерно потерпел второе в своей жизни фиаско. Его оживили после того, как он не справился с предыдущей миссией, но высоко оценили его профессиональные качества и отправили на выполнение новой миссии, которая по иронии снова оканчивается провалом. Перефразируя высказывание одного известного астронавта, можно сказать что тут имела место «маленькая ошибка одного человека и огромное фиаско для двух высокоразвитых космических цивилизаций».

Большинство персонажей в романе неотличимы друг от друга. Более-менее отличаются друг от друга капитан корабля, оживлённый Темпе, капеллан и бортовой компьютер. Остальные статисты столь же картонные, как в романах «Непобедимый» и «Эдем».

Если до этого романа у меня были лишь подозрения, что Лем переоценён, то этот роман развеял все мои сомнения. Замеченные в других романах недостатки в этом романе имеются в изобилии, которое трудно списать на совпадение. Тенденция, однако! Станислав Лем, по крайней мере как писатель фантаст, пожалуй, довольно сильно переоценён.

P.S. Впрочем, в отзыве rusty_cat представлен несколько иной взгляд на роман, который сводит воедино кусочки пазла. Однако даже при такой трактовке роман выглядит излишне гротескно. В романе в гротескной форме обыгрывается человечность. Люди используют совершенные механизмы — шагоходы, которые повторяют внешний вид человека. Люди используют совершенные вычислительные машины — компьютеры финального поколения вроде того же GOD, которые повторяют психику человека. Люди в инопланетной системе ищут людей, сами до конца не оснознавая этого. Люди настойчиво совершают длинные последовательности ошибок, считая что на каждом шаге поступают совершенно логично. Люди пытаются действовать даже тогда, когда финал заведомо предсказуем и не сулит ничего хорошего. В конце-концов, иногда люди совешрают ошибки просто потому, что они слабы и им свойственно ошибаться.

Оценка: 5
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Похоже, Лем, как и его не менее выдающийся соотечественник-атеист Колаковский, во второй половине жизни решил поиграть в религию и, сам того не заметив, вместо отстранённого наблюдения свалился в банальные аллегории из Библии, не несущие никакой смысловой нагрузки. В данном тексте имеются: воскрешённый Лазарь, Бог-Отец (незамысловато именующийся в книге GOD и выражающий суровую мораль Ветхого завета), его антагонист-священник (непонятно зачем взятый на корабль, но играющий здесь роль выразителя новозаветной морали), а также ангел-благовестник Гавриил, всемирный потоп и огненный дождь над Содомом и Гоморрой (буквально!). А ещё очень много словесной воды и весьма неказисто пришитое к основной части введение: похоже, Лем когда-то начал писать книгу о приключениях на Титане, забросил, а затем (не пропадать же добру) решил искусственно присобачить этот текст к совершенно другой вещи. Ну и получилось в итоге чудовище Франкенштейна с интересными научными задумками, но крайне странным и нелогичным воплощением. Про квинтян я уже молчу. Интересно, каким образом они сумели нагромоздить всю свою технику? Кто им всё это строил?

В других отзывах неоднократно говорилось об абсурдном поведении экипажа, самым ярким примером чего было то, что земляне пытались анализировать квинтянское общество, даже не выяснив, как выглядят эти самые квинтяне. Абсурд становится понятным, если вспомнить, когда Лем писал «Фиаско» — в 1985 году, на последнем пике холодной войны и гонки вооружений. Его, конечно, волновало, как дальше пойдут события, вот он и пустился в рассуждения, выбрав для этого далёкую планету Квинту. Разумеется, все его размышления, очень уместные и остроумные в другой ситуации, превращаются в ахинею применительно к квинтянам. Но Лема это, как видно, нисколько не волновало. А может, волновало, но исправлять он либо не захотел, либо не сумел.

Господи, в какое же дерьмище превратился великий писатель на закате своей творческой карьеры! Вот уж действительно фиаско — только не землян, а Лема как писателя. Этим романом он мне ужасно напомнил некоторых наших земляков — например, Никиту Михалкова и Валентина Распутина. Они тоже, получив когда-то заслуженную славу, потом скатились в такое убожество, что жалко смотреть. Печально, что и великий поляк не избежал такой судьбы.

Оценка: 6
–  [  15  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Любой словарь вам скажет, что фиаско — провал, полная и абсолютна неудача. Другие еще и подскажут, что само слова еще и носит некий дополнительный смысл, что неудача не просто полная, но и унизительная. В этом плане название исключительно удачное. Неудача и полный провал просто-таки преследуют и всех землян, совершивших долгое и тяжелое во всех смыслах путешествие ради благородной цели, и отдельных его героев, кем бы они ни были- простыми пилотами, командирами, священниками или учеными.

Меня несколько удивляет, что роман считают неудачным. Верно выбранный фон: огромный Космос, предлагающий человеку невероятные возможности, в том числе, шанс посмотреть на мир новыми глазами, отбросить все, что так давило и угнетало волю и мысль, стать чем-то по-настоящему новым, свободным от авторитетов и пустых традиций. И не менее верная структура: отдельные истории частных и общих Фиаско, которые с каждым разом возвращают человека к тому самому, от чего он старается в Космос.

И тут я хочу вернуться к одному из моих самых любимых лемовских романов- к «Эдему». Между этим великолепным романом и «Фиаско» почти тридцать лет жизни автора. Тридцать лет, и практически полное изменение взгляда на перспективы человечества. Победа разума, раскаяние и милосердие в первом, когда люди признают простой и непреложный факт: у них нет права судить и карать, навязывать свои представления о справедливости, свободе и равенстве кому бы то ни было. Не отступление, не бегство- победа человечности над гордыней , трагичный , но при всем странно оптимистический финал, оставляющий надежду, что все в следующий раз будет иначе.

И вот через 30 лет описание еще одной попытки. Что же за это время стало с человеком Лемом, если за эти годы надежда и вера в людей покинули его? Хотя я знаю что: слишком много людей, которые поступали не как люди, слишком много событий, которые ужасали своей явной или скрытой аморальностью, но все же находящие оправдание и принимаемые миллиардами, слишком много разочарований и личных Фиаско на почве утверждения милосердия и человечности. Черт, я тоже прошла этот путь и давно перестала верить в то, что люди способны понять и принять существование множества образов мыслей и укладов, порой абсолютно не совпадающих с твоими собственными представлениями о справедливом устройстве мира, но все же имеющих право на существование, какими бы странными и подозрительными они тебе не казались.

В этом романе все устрашающе гипертрофировано: эмоции, поступки, страхи, гнев, ошибки, упрямство, гордыня. Ах, эта гордыня, разными путями приводящая даже самых лучших- честных, смелых и моральных – на темную сторону силы. Превращающая героев в преступников, праведников в инквизиторов, ученых в фанатиков, а благородную миссию в Крестовый поход. Гордыня, затмевающая разум и внушающая, что все ясно и понятно, что есть только одна истина и эта истина- твоя, а значит есть право карать и миловать, судить и наставлять. Решать любую проблему нажатием курка, оправдывая все, что угодно, вместо долгого пути познания и понимания.

В этом плане это очень печальная книга. И очень человеческая, как и все романы Лема. Человеческая в том смысле, что описывает ежедневно происходящее в малых и больших масштабах. Что может быть печальнее и, что греха таить, человечнее, чем нежелание слушать, слышать и понимать? И тут я целиком разделяю пессимизм Лема: о чем говорить, когда непонимание растет даже среди тех, кого связывает общая история, язык, культура, кровные узы? О чем говорить с Космосом, если никто не хочет терпеливо, по кирпичику выстраивать мостики взаимопонимания и взаимоуважения, признавая лишь один аргумент- силу?

И тут совершенно неважно, какая в романах Лема научная, а какая фантастическая составляющие, современны они с точки зрения научных теорий или безнадежно устарели. Важно совершенно другое: мнение умного и глубоко размышлявшего над нашей общей судьбой человека, приговорившего под самый конец своих героев, а вместе с ними и всех нас, к личным Фиаско, которые сложились в большое Фиаско всего Человечества. Подведенная черта, не диагноз- приговор на самом пороге исполнения.

Оценка: 9
–  [  5  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Общие впечатления: данное произведение считаю эталоном «твёрдой» научной фантастики. Текст изобилует техническими описаниями, научными терминами, латинскими пословицами, так что чтение его составляет определённый интеллектуальный труд. «Воды» здесь нет, каждое предложение стоит читать внимательно, вчитываться. Бывало, отвлечёт кто-то из домашних от чтения, прочитаешь невнимательно абзац, и приходится возвращаться, чтобы лучше понять дальнейшую нить повествования. В произведении помимо собственно фантастической составляющей, поднимаются философские вопросы, вопросы нравственности, развитие которой не поспевает за техническим прогрессом, вопросы подавления биосферы техносферой.

Порадовало: на борту корабля присутствует монах, представитель религиозной конфессии, ведь к модели мироздания, предлагаемой земной религией, начинают появляться вопросы, когда обнаруживается существование внеземного разума.

Огорчило: сюжетная линия главного героя вроде берёт разгон в начале, а потом постепенно сходит на нет. Не остаётся персонажа, которому хочется сопереживать, сочувствовать.

Итог: крепкая «восьмёрка» как научной фантастике, был бы яркий главный герой с интересной судьбой, поставил бы «девятку».

Оценка: 8
–  [  32  ]  +

Ссылка на сообщение ,

«Фиаско» — роман столь же интересный, сколь и печальный. На протяжении всего своего творчества Лем постепенно переходил от умеренного оптимизма к скептицизму и далее к полному пессимизму в отношении, так сказать, социологических перспектив. В этом романе писатель применяет приём контраста между невероятными техническими достижениями и абсолютной тщетой попыток найти взаимопонимание с братьями по разуму.

Согласно Лему, во времена Пиркса и Парвиса человечество более или менее успешно осваивает Солнечную систему, что для нас, конечно, фантастика (увы), но не слишком «фантастическая». Другое дело – последующие поколения землян, понятие о возможностях которых можно почерпнуть из романа. Эти раскалывают планеты как орехи, летают к черным дырам, оживляют мертвецов (правда, не всех) и т.д. Лем здесь (очень буднично) не жалеет красок. Указана, например, масса космического корабля «Эвридика»: не много не мало миллиард тонн, что равно массе кубического километра (!) воды. Для сравнения, масса ракеты из «Эдема» всего шестнадцать тысяч тонн. Да и тех, кто летит на этом корабле нельзя назвать экипажем или экспедицией, скорее это целый институт и небольшой город в одном лице — некоторые вопросы на этом корабле решаются чем-то вроде голосования. В этих описаниях Лем иногда даже напоминает Жюля Верна, на новом, конечно, уровне. Естественно, Лем не был бы Лемом, если бы не насытил свой текст философскими и научными данными, размышлениями и аллегориями. В этом смысле в «Фиаско» он, кажется, превзошел самого себя. Читать всё это необыкновенно увлекательно.

Но мне как-то непонятно то исступление, с которым земляне хотят вступить в контакт с квинтянами. Это уже не назовешь страстью исследователя, так как они готовы даже уничтожить этих самых квинтян. Не видно, чтобы это их стремление вытекало с НЕОБХОДИМОСТЬЮ из развития земной цивилизации. Постепенно складывается впечатление, что они и сами не знают, зачем им вообще нужен какой-либо реальный контакт с кем-либо. Они становятся похожими на детей, в гневе разламывающих непонятную игрушку. Но ведь населенная, пусть и не известно кем, планета – не игрушка. С квинтянами тоже не всё ясно. Автор дает понять, что они (по, крайней мере, в нынешнем виде) совершенно нечеловекообразны. И, тем не менее, кто-то произвел и производит (как?) огромное количество спутников, кто-то выражает «приветствие» посланнику земли. Вся ситуация, конечно, сложнее и запутана автором намеренно. Но она граничит уже с антиномичностью и алогичностью, то есть балансирует на грани обладания познавательной ценностью. А это для лемовской прозы чревато катастрофой, распадом. Как пример научно-фантастической философской прозы «Фиаско» — безусловно, шедевр, очень выдержанный стилистически. И, однако, концептуально прорывной эту книгу не назовешь. Великолепному литературному мастерству и изощренной фантазии недостает столь же ошеломительной КОНСТРУКТИВНОЙ идеи. Ведь никаких ДРУГИХ способов этого самого Контакта сам Лем не предлагает. Фактически, и это важно, он утверждает, что их и нет вовсе, окончательно формулируя своё credo. Но Космос, Контакт и по существу и для литературы – темы необъятные, если не устанавливать самому себе сходящихся парадигмальных рамок.

Таким образом, можно придти к выводу, что «Фиаско» есть фиаско, в некотором смысле, конечно, всего творчества Лема – его писательская судьба отражает судьбу героев его романа. Цитируя слова самого Лема о «Создателе Звезд» Стэплдона можно сказать, что это поражение, понесенное в титанической борьбе. Закономерно то, что этот роман стал, фактически, последним его произведением в НФ. Тема «Контакта» так, как её понимал Лем, была исчерпана, найти же новую тему оказалось не под силу даже такому титану, как он. От этого становится немного грустно.

PS Путешествие «Эвридики» с помощью «черной дыры» перекликается с гипотезой Н.С. Кардашева, о которой можно прочитать, например, в монографии И.С. Шкловского «Вселенная, жизнь, разум».

Оценка: 10
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Лем безусловно генератор идей, тут никто не спорит. Но вот действия его героев в романе ничего кроме недоумения не вызывают. «Немедленно замиритись и вступите с нами в контакт, не то мы взорвём вашу луну» Что не помогло! «Ах так, тогда мы сбросим на вашу планету её ледяное кольцо». Главный герой,(Это если считать, что таковой в тексте вообще есть) по крайней мере честен в мотиваци»

«Они тронули представителей Земли, ну мы им покажем». Остальные объявляют подобную мотивацию ерундой, но у меня сложилось впечатление, что на самом деле они мыслят точно так же, только пытаются свои действия рационализировать. Мол, мы цивилизацию спасаем, не важно сколько квинтян из-за нас погибнет, если не вмешаемся им конец. Так и хочется сказать «Спаси нас бог от таких спасателей».

Кстати, в тексте даётся объяснение почему в экспедиции нет женщин. Мол иначе дети пойдут, что в опасном полёте недопустимо.

Но невозможно поверить, что цивилизация отправившая межзвёздную экспедицию и научившаяся управлять колопсарами, не способна временно заблокировать детородную функцию. Так и думается, а если бы на «Гермесе» оказалось достаточное количество тех, в ком тестерон бы не играл, возможно были приняты другие решения. Как вообще можно проводить вмешательсво такого масштаба, если об инопланетянах практически ничего неизвестно! Есть лишь компьютерные модели, которые то ли правильны то ли нет. Даже в романе их хвалёный ИИ последнего поколения Темпе уже поймал на ошибке.

Теперь об структуре текста. Это произведелние трудно назвать художественным, может быть за исключением первых двух глав. Лучшее определение это фантастический очерк. Само по себе это мне при чтении не мешало. Настоящая проблема текста, как я показал в другом. Но в первой главе подробное описание работы шагоходов просто достало, зачем оно вообще, если после первой главы об этом нет ни слова. Всю необходимую информацию можно было дать сжато, как небольшой пролог или ввести ретроспективно. Господи, да во второй главе именно это было и сделано, там дано всё что следует знать. Убери первую и всё равно всё будет понятно. Фокус в том, что и вторая глава не особо нужна, как и сам потерявший память Темпе. В начале я думал, что Лем хочет просто ввести своего рода «белый лист», человека без памяти в месте с которым читатель будет разбираться в целях экспедиции. Видимо так и планировалось изначально. Но автор слишком часто даёт нужную информацию своим волевым решением, своим авторским текстом. Зачем понадобилось соеденять этот роман с циклом о Пирксе, лично мне совершенно не понятно, тем более, что так и остаётся неизвестным он это или не он.

Но что меня добило, так это концовка. Невозможно поверить, что бы звездолётчик просто забыл о контрольным сроке. Да, что там забыл, ему же автоматика постоянно напоминала. Но он это игнорировал, ибо был одержим желанием посмотреть на квинтян.А ведь цену пропуска времени он прекрасно знал. Такое впечатление, что в экипаже были одни психи.

Оценка: 3
–  [  8  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Мне сложно отнести данное произведение к числу романов. Я много романов читал, да. И это не роман. Это взаимопроникающее переплетение философского эссе, технического отчёта, картинок для экранизации и пяти-шести смазанных рассказов разного объёма.

Мучительно-долгая история гибели водителя гигантского робота — зачем? к чему?

Сверхдотошный рассказ об оживлении. С ничего не решающим заседанием, с многостраничными попытками установить личность (эти попытки автор легко отбрасывает в дальнейшем) и т.д.

Путешествие гигантского звездолёта, разогнать который стоило неимоверных усилий, но который потом легко маневрирует около коллапсара и, видимо, надеется вернуться домой на других двигателях, изобретенных писателем попутно.

Скромненький рассказ про золото в горах.

Чудесный рассказ про термитники — единственный законченный рассказ.

Центральный рассказ о контакте, достоверный, цепляющий, но... с ужасно топорным финалом. Это не финал, это обрубок какой-то. И почему-то никому не пришло в голову для контакта вызвать квитян к себе. То есть понятно, почему не пришло — это не нужно автору. Но если уж рассматривать все варианты и так досконально, то требование прислать на орбиту квитянина напрашивается само собой. Зачем же рисковать членом экипажа?

Пожалуй, самая стоящая мысль романа — чисто мужской экипаж неостановим в агрессивном напоре. Интересно было бы вообразить, как повели бы себя в подобной ситуации чисто женский и смешанный экипажи.

Самый смешной момент — когда капитан обнародует секретное оружие, перевозимое в тайне ото всех, даже от ИИ. Это... надувной макет! О да!

Технический отчёт. Скука смертная. Что с устройством ИИ, что со способом древней заморозки, что с методом возврата корабля, что с... Всё подробно и скучно описано.

Картинки. Очень красивая картинка на Титане, и кладбища, и леса. Лучше описания Соляриса.

Коллапсар — нет картинки. Почему? Хотя бы в изогравах что-нибудь такое-эдакое.

Квинта — обычное описание, хотя за ледяное кольцо и радугу в нём можно поставить плюсик.

Уничтожение луны, удар лазера, местность после посадки — хорошо.

В целом картинки хороши, вот только их маловато.

Философия. Да, тут Лем силён как всегда. И этапы развития цивилизаций разобрал, и «окно контакта». Жалко, что эта философия накидана кусками, от одного патетичного диалога к другому.

В итоге получается так: несколько хороших картинок (Титан — отлично!), чуток плохо стыкующихся рассказов, море технического описания, многотомная философия. Разве это похоже на роман? Нет.

Оценка: 5
–  [  10  ]  +

Ссылка на сообщение ,

Самый пожалуй заумный и занудный роман Лема. Пиркса там можно найти разве что под лупой, хотя цикл его имени. Как-то неожиданно для автора нереально и даже бредово выгледят технические идеи. Это бы ладно, списали бы на фантастику, но неприятна сама фабула развития человечества, попахивает дурацким соцоптимизмом, типа «мы реки сейчас вспять повернём». Клоп по имени человек самостийно приблизил себя к Создателю и крошит чужие луны, заставляя выйти на контакт другую цивилизацию, желая несомненно ей добра (как же иначе). Неплохо...и кого-то напоминает.

Наверное, если отвелечься от технических небылиц и роман воспринимать как филосовский, не так все плохо. Спорные, но глобальные рассуждения о развитии человечества, корнях нашей агрессии, попытки понимания чужого разума. Но здесь тоже можно было бы по-проще (не тривиально, а именно по-проще). Когда автор пускается в такие пузырчатые рассуждения о смысле жизни, это вызывает сомнения в жизненности самой идеи. Напоминает мне позднего Умберто Эко, несомненного эрудита, но пишущего не для читателей а для себя перед зеркалом.

Какой-то ругательный отзыв получился, прошу прощения перед уважаемым мною автором. Если бы читал роман 30 лет назад, то возможно бы и восхищался... Так что, моя ошибка, может сьел что не то под Рождество :), но сейчас именно такие впечатления от прочитанного...

Оценка: 6


Написать отзыв:
Писать отзывы могут только зарегистрированные посетители!Регистрация




⇑ Наверх