Эдмонд Мур Гамильтон — известный американский фантаст, особенно прославившийся произведениями, написанными в жанре «космической оперы».

Родился 21 октября 1904 года в городе Янгстауне, расположенном на самом севере штата Огайо, в ста километрах от одного из Великих Озер — Эри. В ту пору, пишет Сэм Московиц, в воздухе американского Северо-Востока еще не выветрился дух Новой Англии. Иначе говоря, дух романтической эпохи первых поселенцев, отцов-основателей нации, работящих, по-деревенски обстоятельных и религиозных до фанатизма… Семья будущего писателя корнями уходила как раз в тех первых поселенцев из Шотландии и Ирландии, которые сначала обосновались в южной Вирджинии, а потом подались на север. Однако все, видевшие в жизни Эдмонда Гамильтона, отмечали, что в его жилах, вполне вероятно, текла и кровь коренных американцев, наполовину уничтоженных вновь прибывшими, индейцев… Отец Эдмонда работал художником-карикатуристом в местной газете, и позже, когда его сын с успехом подвизался на ниве комиксов, это можно было объяснить и отцовскими генами. Мать, происходившая из квакерской семьи, до замужества преподавала в школе, а в семье была, безусловно, главной фигурой: ее муж, романтик и человек увлекающийся, часто подолгу отсутствовал — воевал с испанцами в 1898 году, прокладывал телеграфные линии на Аляске в период бушевавшей там «золотой лихорадки»… Вся работа по дому ложилась на плечи миссис Гамильтон, родившей до Эдмонда двух дочерей и еще одну — уже после его появления на свет.

Сразу после рождения сына дела в газете у Гамильтона-старшего пошли из рук вон плохо, и он попытал счастья в крестьянском труде, приобретя небольшую ферму в местечке с названием Поланд (буквально: Польша — по-английски). Так что детские воспоминания будущего автора звездных эпопей сводились, в основном, к полям, амбарам, деревенскому дому — без газа, воды, электричества. Прежде чем случайно завернувший в те края автомобиль поднимал пыль на «польских» грунтовых дорогах, могли пройти месяцы. «Коровы, курицы, снежные шапки на елях в окружавших ферму густых лесах — вот вам точный образ старой, успокоенной и неизменной сельской Америки» (из воспоминаний Эдмонда Гамильтона). Впрочем, с деревенской жизнью было покончено в 1911 году, когда отец Эдмонда получил работу в Ньюкастле, расположенном в соседнем штате Пенсильвания. Город по тем временам был немаленьким: 40 тысяч жителей, но самое главное — неподалеку, в городе Ист-Уилмингтон, находился престижный колледж — Вестминстер, куда и направил стопы будущий писатель сразу после окончания школы. Закончил он ее блестяще по всем предметам — и к тому же досрочно, в 14-летнем возрасте. Счастливые родители, гордые от сознания, что в их семье растет вундеркинд, всячески способствовали его интересу к наукам. Уже на втором курсе молодой Гамильтон, казалось, только подтвердил их оптимистические надежды, получив поощрение, как один из самых блестящих учеников. А еще он начал курить трубку, запоем читал Бернарда Шоу, Юджина О’Нила и Генрика Ибсена. И, как нетрудно догадаться, мечтал стать драматургом…

Однако затем наступил непредвиденный поворот в его жизни. Занятия надоели, а разница в возрасте отдалила Гамильтона от однокурсников; он превратился в законченного интроверта, начав коллекционировать старые книги, и среди них обнаружил образцы литературы, которую прежде не замечал: фантастику! Прошло совсем немного времени, и в его круге чтения классиков заметно потеснили Эдгар Райс Берроуз, Абрахам Меррит, Джордж Аллан Ингленд и им подобные кумиры начала века. Новое увлечение поставило крест и на академической карьере талантливого студента. Когда его пропуск занятий, и что еще страшнее — церкви (Вестминстер был пресвитерианским религиозным колледжем) — превысил все нормы приличий, Гамильтона отчислили с третьего курса. Мало сказать, что семья была огорчена — единственный сын разбил все их надежды. Вместо диплома физика он ограничился работой клерка на Пенсильванской железной дороге, но не проработав там и трех лет, лишился этой, как потом выяснилось, своей первой и последней в жизни — работы «за зарплату».

И тогда он сел и написал первый научно-фантастический рассказ. Случилось это в 1925 году — и более полувека, до самой смерти, Эдмонд Гамильтон не расставался со счастливо обретенным делом жизни. «Я до сих пор считаю, — вспоминал он за несколько лет до смерти, — что решение зарабатывать на жизнь научной фантастики было чистой воды безумием, но… удалось! С 1925 года, когда я продал в профессиональный журнал первый рассказ, я ничем другим не занимался. И в целом моя профессия принесла мне определенное богатство — я имею в виду не количество заработанных денег, а число приобретенных друзей и реализованных немыслимых старых грез».

Первой профессиональной публикацией Гамильтона стал рассказ «Чудовище-бог Мамурта», опубликованный в августовском выпуске журнала «Уийрд Тэйлз» за 1926 год. Год, в американской журнальной фантастике воистину золотой год ее рождения! Она тогда насчитывала лишь месяцы, ибо только в апреле 1926 года предприимчивый инженер и издатель Хьюго Гернсбек выпустил первый номер самого первого специализированного научно-фантастического журнала — «Эмейзинг сториз». То, что целая Вселенная разом открылась жадным взглядам любителей фантастики, стало ясно позже, когда осмеиваемые и презираемые серьезной публикой птенцы «гернсбековского призыва» оперились и превратились… кто бы мог подумать? — в прекрасных лебедей. Но это случится еще нескоро, а пока, к середине 1926 года, фантастика печаталась от случая к случаю в популярных журналах более широкой ориентации. И более всего блистали тогда два издания, за их появлением на уличных лотках особо бдительно следили юные фэны, — журналы «Эргози» и «Уийрд Тэйлз». Одним из асов «Эргози» был Абрахам Меррит; неудивительно, что он стал первым кумиром Гамильтона в литературе. Короткий роман самого Меррита, «Лесные женщины», также появился в том самом выпуске «Уийрд Тэйлз», где дебютировал будущий «звездный король», и только своему кумиру дебютант уступил в рейтинге, которым редакция подытоживала каждый номер. При этом новичку Гамильтону удалось оттеснить на третье место не кого-нибудь, а еще одного тогдашнего венценосца (только в другом жанре литературы ужасов) — самого Лавкрафта…

Но подлинный триумф Гамильтона пришел двумя годами позже, когда в журнале был напечатан первый рассказ из цикла о Межзвездном Патруле. С ним вчерашний дебютант сразу вошел в ареопаг американской фантастики, хотя книжного издания пришлось дожидаться аж до 1965 года, когда большинство произведений цикла объединились в два тома — «За пределами Вселенной» и «Сталкивающиеся светила».

Именно серия о Межзвездном Патруле принесла Гамильтону славу одного из отцов-основателей современной американской научной фантастики. Точнее, ее существенной и необычайно популярной составляющей — «космической оперы». Почему «одного из»? Потому, что он был отнюдь не первым и во всяком случае не единственным. До него в этом жанре успел прославиться Эдвард «Док» Смит, автор эпопей о «Космическом жаворонке» и Людях Линзы — Ленсменах (не говоря уж о легендарном «праотце» — Эдгаре Райсе Берроузе). А бок о бок с создателем Межзвездного Патруля в литературу вошел автор не менее известный — Джек Уильямсон. С ним, кстати, Гамильтона связывала тесная дружба, они даже осуществили совместное ритуальное плавание по великой реке Америки — Миссисипи… Всем названным авторам «космическая опера» обязана своим расцветом. Писали они, в сущности, об одном. О далеком будущем, когда человечество не только освоит близкий и дальний космос, но и установит новый мировой порядок. В союзе с другими разумными расами Галактики — или без их участия. Априори предполагалось, что и на звездных дорогах честных космических торговцев по-прежнему будут грабить пираты, а вблизи какого-нибудь красного, голубого или желтого солнца — как ранее на полях под Грюнвальдом, Аустерлицем или Курском — будут сходиться стенка на стенку грандиозные звездные армады. Ну и, разумеется, полный набор дворцовых интриг, тайных миссий и похищений, дуэлей на бластерах и восстаний на периферии тиранической звездной империи!

Это был и вестерн, и исторический роман, и батальные полотна, — но на шкале уже неизмеримо расширившейся, галактической. Масштабы! Вот чем брали своих читателей все без исключения мастера «космической оперы», старательные ученики Дюма и Вальтера Скотта. Другой вопрос, что у Гамильтона в ряде случаев получилось лучше, чем у современников!

Показательный пример его раннего творчества — опубликованный в журнале в 1929 году роман «Извне Вселенной». Межзвездный Патруль своевременно реагирует на угрозу вторжения в Галактику агрессоров-чужаков из далекого «умирающего» звездного скопления. Все, разумеется, заканчивается на редкость удачно, к вящей славе Патруля. Что касается масштабов, то и это — на уровне. После того, как герой с тайной миссией добирается до Туманности Андромеды (где находит союзников — преобладающую там газообразную форму жизни), наступает кульминация. В финале титанической битвы звездных эскадр, уничтожающих пространство, тысячи солнц сближаются, образуя шаровое скопление, своего рода кишащий «муравейник светил» — гигантское супер-солнце…

Однако, выполнив все правила игры, Гамильтон обязательно привносит что-то свое, оригинальное (впоследствии уже бесстыдно заимствованное у него другими авторами). Вот и в этой космической эпопее натыкаешься на интересную деталь: гигантский «Зал живых мертвецов», музей инопланетных форм жизни — бесконечные ряды прозрачных кубов-клеток, в которых выставлены неописуемые обитатели различных миров. Неподвижные, но… живые, поддерживаемые в состоянии анабиоза… Эка невидаль, скажете? Но обратите внимание на дату выхода романа!

Между прочим, автор лихих вселенских гонок на сверхсветовых скоростях в одном из произведений предложил-таки вполне корректный «досветовой» способ космических путешествий. В литературе он позже получил название «разгонного» (ram jet), а суть его состоит в том, что разгоняющийся космический корабль добывает себе топливо по пути: с помощью гигантских электромагнитов собирая в дороге космический газ и перерабатывая его в энергию.

Все перечисленное, повторяю, он успел написать за первые полтора десятилетия.

А затем надолго погрузился в жанр совсем уже необычный — я бы назвал его «сериалом одного героя». О супермене Курте Ньютоне по прозвищу «Капитан Фьючер» и его верных спутниках — роботе Грэге, андроиде Ото и «живом мозге» Саймоне Райте — Гамильтон в 1940-50-е годы практически в одиночку написал десятки рассказов. Они публиковались, в основном, в специально созданном для этой цели одноименном журнале, а позже были изданы в виде 13 «романов». Идею серии, кстати, подсказал писателю редактор Морт Вайзингер, который и сам прославился на ниве фантастических комиксов, создав — вместе со «звездным королем», Генри Каттнером и другими известными авторами — не кого-нибудь, а легендарного Супермена, сегодня известного, в основном, по многочисленным киноверсиям…

Теперь читателю, надеюсь, ясно, что еще до выхода «Звездных королей» Гамильтон носил свою корону по праву и имел все основания именоваться Эдмондом I-м. И единственным.

…В 1946 году Гамильтон женился на писательнице Ли Брэккетт, с которой познакомился чуть раньше в Лос-Анджелесе. Жена сама писала фантастику, свидетелями на свадьбе были также супруги-фантасты — Кэтрин Мур и Генри Каттнер, а близким другом новоиспеченной четы стал молодой местный фэн и автор — Рэй Брэдбери… А спустя три года Гамильтон и Брэккетт переселились на восток Штатов, на ферму в Кинсмене, штат Огайо, принадлежавшую дальним родственникам Гамильтона. Ферме было более ста лет, и она занимала площадь в полтора десятка гектаров; тогда еще супруги не знали, что это будет их постоянный дом до конца жизни.

Перед самой смертью, формулируя свое отношение к фантастике (для одного из крупнейших биографических сборников, составлявшихся в то время), Гамильтон написал:

«Каково мое мнение о современном состоянии научной фантастики? Во-первых, я должен подчеркнуть, что всегда был против каких бы то ни было попыток наложить на эту литературу догматические цепи. Фантастика может многое, и удача порой ждет на самом невероятном направлении. Но, заявив вышесказанное, я теперь свободен для более субъективных оценок. Я все еще уверен в том, что научная фантастика далеко отошла от своего раннего статуса — литературы предсказаний, вплотную приблизившись к психологической прозе и фэнтези. Сегодня в фантастике, как мне кажется, куда больше элитарности, богемной замкнутости… А меня больше всего тревожит, сколь малое число современных писателей-фантастов проявляет интерес к перспективе космической экспансии. После десятилетий научной фантастики на эту тему освоение космоса стало повседневной реальностью — и это произошло на наших глазах. Однако сегодня, кажется, это мало кого волнует. Если так, то, значит, научная фантастика сильно изменилась: из «широкоформатной» и часто зловещей литературы, грезящей о будущем, она превратилась в узкоколейный жанр, в котором желание сверкнуть в качестве «литературного» автора полностью затемняет старый добрый интерес с различным образам грядущего, сжигавший нас — стариков.

Что бы я мог посоветовать начинающему автору? Не думаю, что мне удастся сказать лучше, чем когда-то посоветовал мне — начинающему — Абрахам Меррит. Он написал мне в письме: «Поменьше читайте фантастику, написанную другими. Читайте книги документальные, научные, а затем дайте вашему воображению самому поиграть с этими известными фактами».

Умер Эдмонд Гамильтон 1 февраля 1977 года, не дождавшись выхода в свет своего последнего сборника, составленного женой, — «Лучшее Эдмонда Гамильтона» (1977). Сборник был принят читателями с восторгом.

В 1996 г. современный фантаст Аллен Стил написал повесть «Смерть капитана Фьючера», которую посвятил «покойному Эдмонду Гамильтону».

© из статьи Вл. Гакова